Лана Ежова
Темная грань любви

Глава 1
Телохранительница по случаю

Нож чиркнул по груди, срезая черное кружево с благопристойного декольте и превращая его в нескромное.

Разозлившись на гада, чуть не оставившего шрам на моем втором размере, я изловчилась и таки достала его коленом. Удар в пах согнул наемника. Дальше я не сплоховала – вырубила, ударив ребром ладони по шее.

– Будешь моей фавориткой, – хрипло объявил принц Флориан, мгновение назад сипевший в удавке наемного убийцы.

– А?.. – Я потрясенно взглянула на его высочество.

Мне послышалось, однозначно. Все кровопотеря виновата – пока я спасала принца от душителя, второй убийца успел разок пырнуть кинжалом под лопатку. Но из-за моей физиологической особенности не попал, куда метил.

– Будешь моей фавориткой, – повторил принц, массируя горло и при этом не сводя взгляда с моей полуобнаженной груди.

Желание прикрыться нарастало, но я сдержалась, помня о небольшом, но выпуклом шраме в декольте. Сейчас мужчина его заметит и забудет о своих странноватых желаниях.

Чтобы быстрее меня рассмотрел, я даже «стрекозу» незаметно подманила, которая лучше осветила мое увечье.

– Мне бы домик в столице – и мы в расчете, – нагло произнесла вслух давно лелеемое желание.

В глазах постепенно темнело. Тело наливалось коварной тяжестью. Все же серьезно ранил меня урод… Надеюсь, путь его души в сады богов будет утыкан колючками.

– Все будет: и домик, и драгоценности, и услуги мага-косметолога, – пообещал его высочество и придержал под руку.

Зачем мне маг-косметолог? Шрамы свести? Размечтался, к шмырям собачьим!

– Ваше высочество, простите, какая фаворитка из мага-боевика? – осторожно поинтересовалась я, делая шаг в сторону.

Венценосным особам не отказывают, но избежать сомнительной чести все же можно. Да и пройдет блажь, стоит выбраться из ловушки – и наследный принц забудет свои бредни.

Кстати, как отсюда выбраться, если ни дверей, ни окон нет?

Я огляделась. Место, куда втолкнули принца, а я сиганула следом, напоминало древнее потайное убежище, в котором хозяин замка мог спрятать семью во время осады. Вон даже надписи на древнем языке.

Мужчина, не отвлекаясь от простукивания стены, спросил:

– Сама себя подлатаешь? Или помочь?

Добрый какой. Мог бы и не спрашивать, а сразу полечить.

– Благодарю, ваше высочество, я сама. Вот только позабочусь о нашем уцелевшем друге.

Принц резко обернулся.

– Не убивай! Позже допросят.

Первого наемника я отправила к праотцам, понимая, что или он, или я, а вот второго прибирать не собиралась.

– Разумеется, ваше высочество, – кивнула я, хоть и хотелось рявкнуть, что протокол безопасности знаю.

Связав горе-убийцу его же ремнем, нацепила ему на руку уршилевый браслет, блокирующий магический дар. А он у него, несомненно, есть, на что указывала татуировка на внутренней стороне запястья. Клан Черных Ос обычно выполнял заказ безукоризненно, а тут вообще послал двух наемников – мне сегодня несказанно повезло, что совладала с ними.

Временно остановив кровь, не стала заклинанием глушить боль – она моя союзница, подскажет, когда вновь придет время заняться раной.

– Нашел! – радостно воскликнул будущий король Латории и нажал на какую-то загогулину на лепнине.

Металлический щелчок. Скрытый механизм заработал – стены помещения, дрогнув, пришли в движение. Все четыре. И начали сдвигаться к центру! Да нас же сейчас расплющит…

– Нет, нет, нет! – отчаянно завопил принц и принялся шарить по стене, нажимая на все выпуклости подряд.

Стена, параллельная той, которая пропустила нас внутрь, плавно сдвинулась вбок, открывая путь в темноту.

– Скорее, сюда! – позвал принц.

И в окружении роя «стрекоз» первым бросился в неизвестность.

Волоча бесчувственного наемника за ногу, я последовала за Флорианом. Стена тотчас задвинулась, оставляя нас в новом просторном зале.

Спасенный мужчина оказался тяжелым, как мешок со слитками золота. Да, довелось как-то и такое таскать – клиентка не желала покидать горящий дом без своего добра.

– Да брось его уже, тут безопасно, – недовольно велел принц, оглядываясь по сторонам.

Какое самоуверенное высочество… Сказать, что он несколько раз прошел мимо плитки с древним знаком «смерть»? Придется, а то еще наступит – и меня казнят за то, что недоглядела за наследником Латории.

– Ваше высочество, прошу вас, держитесь подальше от всего, что помечено вот этим символом.

– Ловушки? – понятливо осведомился Флориан.

– Вероятно, скрытые ямы и копья.

– Считаешь, я с ними не справлюсь? – надменно поинтересовался он, но в сторону все же отошел. – Я маг, как и ты!

Да, именно так я и думала. Маг грез не спасется своими иллюзиями от настоящей опасности.

– Считаю, что ваша жизнь бесценна, – ответила я по возможности дипломатично.

Принц слыл крайне обидчивым человеком. И я в жизни добровольно не пересеклась бы с ним, не попроси знакомый поучаствовать в отборе телохранительниц для будущей принцессы. Учитывая мою внешность, леди остановит свой выбор на мне только в том случае, если страдает низкой самооценкой. Но среди темных аристократок таких нет и в помине, а значит, нежеланная работа мне не грозит. Я планировала провести несколько дней с делегацией, встречающей давелийку, и преспокойно заняться своими делами.

Ан нет, боги смеются над чаяниями людей. Я стала свидетельницей, как мужчина в маске толкнул принца на барельеф – тот сдвинулся в сторону, пропуская жертву и убийцу в потайной ход.

Могла ли я оставить наследника в опасности? Риторический вопрос. Я бросилась за ними, не подозревая, что там ждет еще один наемник. Короткий бой. Спасение Флориана. Мое ранение. Минуло три минуты, а судьба моя, похоже, сделала резкий поворот и, увы, сейчас показывала зад.

Отстранившись от боли, которая и не думала стихать, сумела сосредоточиться на проблеме.

Итак, что послали мне боги сегодня?

Большой зал без окон и дверей, зато с красивой мозаикой на стенах и с плитами, испещренными древними символами. Пыли почти нет, но что-то подсказывает: нынешний хозяин Волчьего замка о потайном ходе не знает, просто магия хорошо сохранила это место.

Принц уже не старался скрыть страх, простукивал ножом и ковырял мозаику, как какой-то дикарь – только стеклышки и полудрагоценные камни летели. При этом опасные места он обходил по дуге – значит, до конца голову не потерял.

Осенило внезапно: мы ведь можем попросить помощи!

– Ваше высочество, а вы уже послали «вестника» начальнику службы безопасности?

Флориан посмотрел на меня, как на предательницу родины.

– Нет, и тебе запрещаю. Я сам найду отсюда выход.

Ох и баран!.. Впрочем, я тоже хороша, могла не спрашивать, а сразу послать весточку магичке, с которой делила комнату. Анника мечтала войти в свиту будущей принцессы и была бы счастлива отличиться.

– Через несколько часов приезжает графиня Монфрери, – глухо произнес Флориан. – Я должен сам найти выход отсюда, без нянек.

Ладно, не баран, а гордый мужчина. И понять его можно – первую встречу с будущей женой не должно ничего омрачить. Если его спасет служба безопасности, принцу жирный минус. Если из передряги выберется своими силами, он молодец. А о том, что боевая магичка спасла от убийц, можно скромно умолчать, ведь я даже не числюсь в свите.

– Разумеется, ваше высочество, из передряги вы выберетесь сами.

Несколько минут мы в тишине искали выход. Где только не перелазили, обстучали и пол и стены. Увы, сейчас даже в комнату со сдвигающимися стенами вернуться не смогли.

Когда наемник застонал, приходя в себя, я без долгих размышлений вырубила его снова, в этот раз заклинанием – десять часов беспробудного сна гарантированы. Может, еще и спасибо скажет за полноценный отдых – наемники все нервные, наверняка и спят с открытыми глазами.

– Зря ты его, – нахмурился принц, – вдруг он знал, как отсюда выбраться?

Вот же шмырь… А ведь он прав!

Обычно я посообразительней, похоже, ранение сказывалось на умственных способностях.

– Эй, как тебя зовут? – поинтересовался внезапно Флориан.

Я подавила усмешку. Звать в фаворитки девушку, не зная ее имени? А что тут такого? Всегда можно придумать ласковое прозвище. Рыбка, зайка, кошечка, змейка… Хотя нет, змейкой кличут, когда фаворитка уже надоела.

– Ядвига Томчин, ваше высочество, – поклонившись, представилась я и загадала, чтобы принц не посмотрел на артефакт, выявляющий ложь.

Амулеты послабее уже не определяли обман – настолько свыклась я с ненастоящей фамилией. Но у королевской семьи имелись древние артефакты, и уж они-то чуяли малейшую неискренность.

– Что ж, Ядвига Томчин, когда выберемся, тебя представят к награде.

– Служу народу Латории!

О непристойном предложении Флориан промолчал, что безумно обрадовало и придало силы. Как я и надеялась, эта глупость быстро выветрилась из его головы.

Утомившись, наследник уселся у стены и принялся задумчиво перебирать камешки, выпавшие из мозаики – черные агаты и молочные опалы. Я же получила возможность сосредоточиться на древних надписях, хаотично разбросанных по всему помещению. Когда я последний раз практиковалась в переводе? В шестнадцать лет, если не ошибаюсь, помогала деду разбирать купленные у коллекционера книги.

– Ты знаешь лэйд? – поинтересовался Флориан.

К счастью, вставать с места он не стал.

– Ах, что вы, ваше высочество! Боевые маги всего лишь зазубривают десяток символов, которыми помечали древние ловушки.

– Ты ведь уже не студентка, практикующий маг, так почему не сведешь шрамы? Если бы зарабатывала мало, не считалась бы хорошим боевиком.

– Может, я плохой, – ответила отстраненно, не думая, что говорю.

Болела спина, хотелось пить и спать. Вот же шмырь, если в течение часа не выберемся, я могу свалиться в обморок!

– Была бы плохим боевиком, тебе не предложили бы охранять мою будущую жену, – резонно заметил Флориан.

А вот тут он ошибается: я здесь, потому что другая девушка чуть не осталась без ноги после столкновения с пещерной нечистью и не могла участвовать в конкурсе на место телохранительницы. Начальник службы королевской безопасности малого двора пообещал предоставить пять лучших боевичек и не мог прислать меньше, поэтому связался со мной, попросив об одолжении.

– Хорошо, я был не прав! – вдруг решительно заявил принц. – Пора послать «вестника» Кларку.

Ого! Да он умеет признавать свои ошибки? Беру обратно свои слова, что он баран.

Заметив мое удивление, Флориан тихо произнес:

– У тебя вся спина в крови.

Сказала бы, что не лишен сочувствия, да только наверняка о себе думает: если я помру, он останется в ловушке один на один с наемником.

Пока принц отправлял магическое послание начальнику службы безопасности, я вернулась к исследованию нашей темницы. И вскоре судьба вознаградила за настойчивость – я обнаружила систематичность расположения слов. Нет, надписи разбросаны не хаотично, логика есть, если читать каждое второе слово справа налево. В центре самой большой мозаики одна заинтересовала особенно: «О, узник! Путь откроет луч солнца восходящего».

«Узник» – это мы. «Путь» – это, безусловно, выход. С «лучом солнца» сложнее – в лэйде есть три отдельных символа – для солнца, луча и солнечного луча, то есть придется смотреть все. «Восходящий» – скорее всего, восточная стена. Только как ее найти в замкнутом помещении? Вспомнить бы заклинание определения сторон света, которое проходили еще на первом курсе.

– И все же почему не сведешь шрамы? Ты так и не ответила.

Какое назойливое высочество!

Подавив вздох, обернулась к Флориану с любезной улыбкой.

– Понимаете, ваше высочество, мне приходится бывать в злачных местах, где порченая шкурка доставляет меньше проблем, нежели приятное личико.

– Только слепой не заметит, что даже со шрамами ты красивая девушка.

Мне показалось, или голос принца прозвучал иначе? Стал более низким, обволакивающим… Да ладно, быть того не может! В его постель очередь расписана на год. Не могла я заинтересовать по-настоящему.

– Благодарю за доброту, ваше высочество.

– Это констатация факта, Ядвига. Смотри!

Принц положил на пол выпавший из мозаики крупный агат – и в тот же миг рядом возникла худощавая брюнетка в относительно скромном потрепанном платье темно-синего цвета. Из-под непышной юбки выглядывали носки грубых сапог. Короткие волосы скреплены на затылке, косая челка прятала левую половину лица до губ и открывала правую с бледно-розовым шрамом. Такие же светлые отметины и на руках. Страшненькая девушка, зато фигура ладная и ноги стройные, да глаза цвета бирюзы.

И да, эта глазастая страшилка – я.

– Вы создали мою временную иллюзию?

– Обижаешь, это полноценная личина. – Флориан поднял ставший артефактом камешек и деактивировал иллюзорного двойника одним словом: «Кресто!»

Одернув черный камзол, принц, оказавшийся по-настоящему талантливым магом грез, встал с пола.

– Слово активации – «ресто». Держи, сможешь в этой личине ходить в свои злачные места, когда сведешь шрамы.

Теплый камень лег мне в ладонь – и я, слабый человек, не сумела отказаться от столь щедрого подарка.

– «Ресто» – «кресто», – повторила я тихо. – Спасибо, ваше высочество! Поистине королевский дар, бесценный.

– Бесценный – это жизнь, – глухо возразил Флориан.

Он не спешил отходить в сторону, внимательно разглядывая мое лицо, особенно пристально – губы. Хоть бы целоваться не полез… я же ему нос сломаю, не удержусь.

Красивый, элегантный мужчина вскоре женится на давелийке ради скрепления мирного союза между нашим королевством и империей темных. Может, поэтому он решил пуститься во все тяжкие? Раз даже боевичка в шрамах подходит на роль фаворитки.

– Где я тебя видел, Ядвига?

Неожиданный вопрос.

– Каждый день видели мельком по пути к границе. – Равнодушно пожав плечами, я отступила на шаг назад. – Как и других кандидаток в телохранительницы.

– Само собой, – согласился принц. – Но я о том, что ты кого-то мне напоминаешь. Может, я знаю твоих родственников?

А этот вопрос уже опасен… Я уставилась в пол.

– Мои родные погибли много лет назад.

Несколько мгновений тишины, а затем Флориан глухо произнес:

– Я понимаю, каково это – терять близких.

Странно, король с королевой здравствуют, принцесса выбрала служение богине Матери в отдаленном храме, но все живы и здоровы. Так кого он потерял? Неужели возлюбленную?

– Сочувствую твоей утрате, Ядвига.

Я кивнула и вновь отодвинулась. Надо что-то делать, не нравится мне его настроение и расспросы.

– Ваше высочество, помогите мне!

Принц недовольно нахмурился.

– Помочь получить место при дворе? – В голосе прозвучало разочарование. – Или оплатить мага-косметолога?

– Нет-нет! На первом курсе мы все учили заклинание определения сторон света. Вы помните его?

Удивленно хмыкнув, Флориан задумался.

– Зачем тебе? Попытаешься понять, где мы, и выбить стену заклинанием?

– Нет. Такие ловушки на силу отвечают кардинально – самоуничтожением. Не хочется, чтобы после безрезультатного удара «воздушным тараном» под нашими ногами пол провалился.

Объяснение произвело впечатление: принц нервно потер подбородок и задумался.

– Смешно, но я помню это заклинание, хоть никогда не собирался бродить по лесам и горам.

Жизнь еще та шутница, любит удивлять, поэтому быть в чем-то уверенным нельзя.

Флориан помог найти восточную стену и на ней нужные символы: солнце и луч, которые находились на некотором расстоянии друг от друга. По очереди нажав на них и не получив результат, стало ясно, что откроют дверь они только вместе.

– В одиночку отсюда выйти нельзя, – довольно заявил принц, когда нажал на «луч».

Я промолчала, не желая разочаровывать. С моей растяжкой легко дотянуться до нужных знаков одновременно рукой и ногой.

Вдавив в стену камешек со схематичным изображением солнца, убедилась, что где-то зашелестел древний механизм, открывающий скрытую дверь. Слава Судьбе, у нас получилось!

Через длинный мрачный туннель мы вышли во двор Волчьего замка, прямо в руки сердитого начальника охраны – упрямство наследника достало всю свиту. К чести Кларка, его подопечный и не понял, что на него злятся.

– Ваше высочество, я могу быть свободна? – снимая с плеча паутину, поинтересовалась я.

– Нет. – Флориан решительно преградил мне путь. – Ядвига, я хочу сделать тебе предложение.

Руки и сердца?

Я подавила усмешку и сделала вид, что очень внимательно слушаю.

– Ядвига, ты хороший боевой маг и не лишена сообразительности.

О, начал сразу с комплиментов? Да еще таких изысканных? Точно, предложение будет интересным.

– Я хочу, чтобы и в дальнейшем…

Чего желал принц, я не узнала – перед замком приземлились летающие магмобили темных.

Дух захватило при виде роскошных машин смоляного цвета. В форме капли, с острыми крыльями, они наверняка вызывали зависть у всех, кто ценил скорость.

Обычно я предпочитала держаться в тени – оттуда видно лучше, и сейчас, незаметно отступив, скрылась за фиолетовыми ветками цветущей аран-ягоды. Усилив зрение специальным заклинанием, принялась наблюдать.

Водители одновременно, как будто долго тренировались, вышли из магмобилей и открыли дверцы четырем леди – красивым брюнеткам с лилейной кожей. Еще трое давелийцев подошли к принцу и его людям.

Слышать разговор я не могла – Кларк выставил защиту от прослушки, зато отлично рассмотрела гостей. Высокие, крепкие, они двигались с ленивой грацией янтарного ирбиса, за скорость прозванного золотой молнией. Вроде бы ничего сверхъестественного не делали, всего лишь доставали сумки и чемоданы графини Монфрери и ее сопровождающих, но интуиция вопила, что секунду спустя мирное занятие может смениться кровавым сражением, и мы, латорийские боевые маги, вряд ли долго продержимся в прямом противостоянии. Неприятные ощущения…

Кромешники – элитные воины Давелии, которые проходят опасное обучение в храме Тьмы, рискуя жизнью и душой, взамен получая невероятную силу. Практически неуязвимые – раны быстро затягивает тьма, неумолимые – говорят, у них свой особый кодекс чести, нереально быстрые и сильные – об их возможностях слагают легенды. Это о них древний сказитель написал: «В бою шагают по колено в крови врагов». Опасные противники, не хотелось бы пересекаться, когда у нас будут разные, а то и противоположные цели.

Чтобы избавиться от холодка страха, я принялась рассматривать тех, кто разговаривал с принцем и Кларком.

Конечно, больше всего досталось внимания щеголю. Не боясь весенней грязи, он носил белое пальто – короткое и строгое, как военный мундир. Широкоплечий шатен выглядел внушительным и спокойным, но при этом взор его безустанно скользил по двору замка в поисках неизвестной опасности. Высокие острые скулы и нос с горбинкой придавали мужчине злодейский вид, смягчить который не могли и глаза. Зеленые, цвета изумруда, они поразили мое воображение – таких красивых я еще не встречала у мужчин. А в компании с густыми темными бровями они и вовсе выглядели расточительством природы. Это женщина должна привлекать внимание, очаровывая внешностью, мужчине достаточно других качеств, чтобы нравиться противоположному полу.

– Бу!

Я не врезала шутнице локтем и даже не вздрогнула.

– И тебе привет, Анника.

– То ли ты опилась успокаивающими зельями, то ли я топала, как медведь в чаще, – хмыкнула короткостриженая блондинка и уже серьезным тоном потребовала: – Выкладывай, что произошло.

– Тебе? – Я ухмыльнулась. – Сначала все подробности Кларку, а уж тогда посмотрим.

– Баш на баш, Яда? – быстро сориентировалась девушка. – Я рассказываю, что было, пока ты отсутствовала, и лечу рану.

Она знала, что предложить: обращаться к Доминику, целителю из свиты, я не любила – слишком неприятный взгляд у него, чересчур холодные и бесцеремонные руки.

– Хорошие у тебя аргументы, Анни, я согласна.

Какой смысл молчать, когда клятва неразглашения не связывает, а Кларк даже не просил держать язык за зубами? К тому же Анника мечтала о должности при дворе, ее рвение быть в курсе происходящего понятно и разумно. На ее месте я бы тоже попыталась добыть важные сведения.

– Принц удрал из-под наблюдения на свидание с дочуркой нашего гостеприимного барона. Использовал иллюзию, чтобы оторваться от телохранителей. Кларк орал, что это не в первый раз.

Блондинка коснулась моего голого плеча мозолистой ладонью – приятное, исцеляющее тепло потянулось к ране. Увы, сама я не умела толком лечить, и по основам первой помощи преподаватель, скрипя зубами, поставил мне удовлетворительно лишь по просьбе декана.

– Тяжелая у парня работа.

– И не говори, – с иронией подтвердила Анника, на самом деле завидуя успеху Кларка – самого молодого боевика в истории КУМ, которому предложили занять должность начальника службы безопасности малого двора. – Наш принц хуже маленького ребенка, думает, что он бессмертный.

– А что дочка барона?

– Ничего. Ее допросили – она не писала зазывную записку, но всю семейку продолжают трясти, шутка ли, исчезновение наследника.

– И попытка убийства, – добавила я, начав выдавать обещанные сведения. Боль ушла, сменившись тянущим ощущением – рана заживет медленнее, чем после чар целителя, но гораздо быстрее, если только пользоваться мазями и отварами. – Кому-то Флориан очень мешает – по его душу послали сразу двух наемников из клана Черных Ос.

– И ты отделалась царапиной? – не поверила коллега. – Врешь!

– Спроси у Кларка, я даже одного вырубила. – Вспомнив о спящем убийце, добавила поспешно: – Анника, тебе придется сходить за ним в потайной ход или же сообщить Кларку.

– А сама не хочешь? – Блондинка подозрительно прищурилась.

– Единственное, о чем мечтаю, так это завалиться в комнату и закинуться обезболивающим зельем.

Ответ ее удовлетворил, и, понимающе кивнув, она направилась к Кларку за дальнейшими указаниями. Я же продолжала свое наблюдение и не пожалела.

Слов не слышала – мешала все та же защита от прослушки, зато отлично видела реакцию мужчин, когда к ним подошла Анника. Лицо принца прояснилось – разговор его, видимо, тяготил, Кларк нахмурился, старательно не косясь на невозмутимых кромешников. А вот последние меня огорчили. Двое на магичку даже не посмотрели, а франт в белом пальто поморщился, когда заметил ее шрамы. Анника поправила волосы, и взгляд зеленых глаз буквально прикипел к увечной девичьей руке. Интересно, как бы перекосилось его холеное лицо, если бы он увидел меня?

Хотя с чего вдруг меня это волнует? При дворе принца я не задержусь, наши пути с кромешником не пересекутся даже по работе.

Стоило так подумать, как взгляд франта скользнул к кустам аран-ягоды, в которых я стояла. Видеть меня он не мог, но почему-то стало не по себе, как будто чем-то холодным провели по спине.

Осторожно покинув свое убежище, я поднялась в гостевую комнату, которую делила с Анникой. Смыв над тазом кровь и переодевшись в чистую одежду, я рухнула на широкую кровать. Глоток обезболивающего зелья – и спать. Боги, как же хорошо! Настоящий экстаз. Надеюсь, Кларк будет занят темными, и я ему долго не понадоблюсь.

Сон уже сморил меня, когда в дверь бесцеремонно постучали. Я села на постели, старательно прогоняя дрему.

– Ядвига Томчин, откройте!

Ого, ко мне пожаловал целитель малого двора! По своей инициативе прийти не мог, неужели принц вспомнил о спасительнице? Неожиданно, но не скажу, что приятно.

– Ядвига, откройте, я вижу, что вы не спите! – Доминик кричал, будто я была тугоухой.

– Я в порядке, не беспокойтесь.

– Его высочество обеспокоен вашим состоянием, я не уйду без осмотра.

Вот же западня… Я не хочу, чтобы меня осматривал Доминик. Боевые маги часто обращаются к целителям, но не я. Лучше пойти к зельевару, чем к тому, кто может за пять минут узнать все твои тайны.

К тому же Доминик служит короне, а значит, не станет хранить чужие секреты, если посчитает их угрозой для монарха и его семьи.

Глава 2
Щеголь из ордена Тьмы

– Ну? Посмотрел? – спросила я у целителя, приоткрыв дверь.

Худой, высокий мужчина с зализанными назад волосами цвета спелой пшеницы смерил меня внимательным взглядом.

– Вижу высокую степень усталости и…

Я не дослушала.

– Посплю – и восстановлюсь.

Захлопнуть дверь не получилось – Доминик успел просунуть костлявую ногу. Можно по ней ударить и закрыться, да только такое поведение вызовет нездоровое любопытство у всех, кто потом услышит его жалобы.

– Нет, дорогуша, я тебя продиагностирую скрупулезно и подлатаю тщательно, как и просил принц. – Доминик протиснулся в комнату и, наставительно тряся пальцем, оттер меня к кровати и с усмешкой добавил: – Расслабься и получай удовольствие, Ядка.

Однажды, на третьем курсе, я сломала ему нос. Проходя практику в лазарете, он увлекся при вправлении вывихов и рьяно хватал всех боевичек за пикантные места, ожидая, что нам будет лестно подобное внимание. Не спорю, кто-то не возражал, некоторые даже на свидание рассчитывали. В те времена, когда с Северных гор лезла всякая гадость, через год выпуск боевиков основательно редел, и многие девушки спешили жить, любить, принимать от судьбы всевозможные удовольствия. А я не выношу, когда меня трогают, и в ответ на приставания подправила нахалу физиономию. Приятное чувство. Может, повторить?

– Не смотри на меня так. – Посерьезневший Доминик сделал шаг назад и нервно вытер ладони о полы вишневого камзола.

– Как?

– Хищно. Я к тебе прикасаться буду только по необходимости.

Кивком подтвердив, что услышала, села на кровать и насмешливо-милостиво разрешила:

– Я готова, можешь приступать.

Целитель не отреагировал на поддевку – занялся делом. Руки у него все такие же холодные, но в этот раз деликатные и осторожные.

– Я передам принцу, что ты была в шаге от гибели – убийца метил точно в сердце.

– Не преувеличивай.

– Удар хорошо поставлен, тебе повезло, что сердце не там, где у всех людей.

Эта аномалия второй раз спасает мне жизнь. Благодарить бы богов, но не могу – слишком многое они отобрали, ни одна подачка не перевесит потери.

– Спи, Ядка, ужин тебе принесут.

Доминик ушел, оставив массу вопросов. Не верю, что сломанный несколько лет назад нос отбил охоту лапать девушек. Он понимает, что сейчас я слишком дорожу репутацией, чтобы поступать импульсивно – бить целителя самого принца. Тогда отчего он ведет себя так сдержанно? Может, интерес его высочества способствовал переменам?

Не к добру я спасла Флориана, чую, вместо домика в столице получу проблемы…

Первая из них не замедлила явиться в мою комнату.

– Томчин! Ты чем думала, когда оставляла «осу» в переходах? – подраненным зверем взревел ворвавшийся в комнату начальник службы безопасности малого двора. Заклинанием замок сломал, силач шмырев.

Я смерила Кларка подчеркнуто спокойным взглядом.

– Головой думала. Усыпив убийцу, вывела из ловушки наследника.

– Я был занят, но ты-то могла послать за «осой» кого-то!

– Я и послала. Аннику.

– Нужно было раньше!

Мне все стало ясно. Ухмыльнувшись, спросила:

– Он сбежал? Стойкий гаденыш.

– Мне не смешно, – уже тише произнес боевик. – Ниточка оборвана.

Укутавшись в одеяло, я подошла к окну. За стеклом буйствовала весна, мелкий дождь и промозглый ветер превращали разбухшую от воды землю в настоящее болото.

– Раньше наемники умирали во время допроса, но не выдавали имя заказчика. Что-то изменилось? Ты умеешь теперь обходить защиту сознания?

– Я – нет, но здесь кромешники.

В голосе Кларка прозвучало нескрываемое благоговение. Неужели в нем до сих пор жило восхищение чужим загадочным даром? Похоже на то. А ведь он уже несколько лет как начальник службы безопасности, а не зеленый студент КУМ… Нет, я тоже восхищалась кромешниками, но к восторгам примешивался и необъяснимый страх.

Непобедимые бойцы, владеющие оружием из тьмы чародеи, по полю боя шагают по колено в крови врагов – каких только слухов не довелось наслушаться о кромешниках, когда я училась в Квартенском университете магии. Продолжительное время страшная молва поощрялась свыше, пока между Латорией и Давелией длилось невидимое противостояние, начавшееся пятнадцать лет назад. Тогда вспыхнула самая короткая в истории Тарры война, которая завершилась в считаные дни благодаря кромешникам. Лет десять протекторат темного императора воспринимался как зло, а затем его старший сын женился на обычной выпускнице нашего университета, орден кромешников раскрыл заговор и спас принца Флориана – и отношения между странами потеплели.

Но и сейчас дикие слухи о магах, управляющих тьмой, не прекратились. Никто не отрицал, что они элитные воины, но опасение, что в любой миг могут превратиться в жаждущих крови монстров, не оставляло даже самых здравомыслящих латорийцев.

Говорят, кромешники проходят опасное посвящение в храме своей богини, и тот, кто остается в живых, получает особые умения и оружие, а в довесок – склонность к безумию. Верю ли я в это? Да. За любой подарок богов нужно платить, порой счастьем, а иногда и разумом.

– Что ж, приятно с тобой молчать, Ядвига, но мне пора, – сообщил угрюмый Кларк. – Выздоравливай, с завтрашнего дня графиня Монфрери желает видеть всех кандидаток в телохранительницы рядом с собой, чтобы иметь возможность поскорее определиться.

– Ты же знаешь, я не участвую, только для вида здесь нахожусь.

Мужчина взъерошил непослушные волосы, не сводя с меня странного взгляда.

– Я помню, Ядвига, на память не жалуюсь. Но графиня-то не знает, что ее обманывают.

Нелестное замечание неприятно резануло слух.

– Не приписывай ложь мне, Кларк, я всего лишь сделала одолжение.

Как будто это я пообещала королю пять сильнейших, опытных выпускниц боевого факультета и не смогла сдержать слово!

Кларк недовольно поморщился:

– И об этом я помню, Яда. Только что будем делать, если тебя выберут?

– Не выберут. – Я усмехнулась и провела пальцем по изуродованной щеке. – Все темные леди уверены в себе и не станут держать рядом страшных телохранителей, чтобы не подумали, что они таким образом оттеняют свою красоту.

Уже стоя возле двери Кларк недовольно произнес:

– А ведь выбрать тебя может не только графиня.

Я промолчала – интуиция встрепенулась, чуя подлянку.

Кларк не успел отойти далеко от спальни боевичек, как у противоположной стены заклубился мрак, выпуская человека. Он словно вышел из него, материализуясь из тени.

Высокий шатен резкими чертами лица и холодными зелеными глазами напоминал ожившую статую. Щеголь из свиты графини, его легко узнать по ослепительно-белому пальто. Единственный из кромешников, который не вызывал в молодом боевике опасений, наоборот, возникало легкое чувство превосходства, стоило представить, во что превратится белая одежда чужака уже на следующий день после начала путешествия верхом.

– Господин Ригсон, прошу ответить на несколько вопросов.

Ледяной голос заставил Кларка внутренне ощетиниться.

– Это касается безопасности вашей подопечной, лорд Вебранд?

Темный кивнул:

– Мне нужно все, что у вас есть на кандидаток в телохранительницы графини.

Кларк сделал ошибку – встретился взглядом с темным. И в тот же миг почувствовал настоятельную потребность дать любые сведения, даже о королевском доме.

– Я отобрал пять лучших выпускниц КУМ, которые в данный момент не связаны контрактом: Анника Латрис…

Кромешник криво усмехнулся, при этом глаза его остались ледяной пустыней.

– Начните с той, что спасла принца и пряталась в зарослях аран-ягоды.

– Ядвига Томчин, двадцать три года, окончила КУМ с золотым дипломом, максимальный балл по прохождению практики, мастер ножевого боя…

Слушая свой монотонный голос, Кларк пришел в тихий ужас, но остановиться уже не мог – язык не слушался. Щеголь оказался самым опасным из прибывших кромешников – мозгоправом. Он выпытает все, что пожелает, а затем заставит забыть об этом.

На висках пульсировали жилы, пот катился со лба, но противостоять чужой воле молодой боевик не сумел. Чем больше прилагал усилий сбросить ментальные путы, тем хуже себя чувствовал.

Кларк испытал настоящее облегчение, когда кромешник тихо приказал:

– Хватит, спасибо за откровенность. Забудьте о нашем разговоре, вы свободны.

Поблагодарил? Издевается над ним?

А кто это был?

Кларк тряхнул головой, недоуменно глядя перед собой. Пустой коридор, лишь тени, отбрасываемые мерцающей маглампой, отплясывают на стенах. Надо сообщить дворецкому, чтобы заменили барахлящий светильник…

И все же что он здесь делал? Застыл посреди коридора, когда должен присматривать за непоседливым высочеством. Поскорее бы тот женился – может, супруга положительно повлияет. Одно точно: она отучит бегать на подозрительные свидания.

Потирая ноющие от тупой боли виски, мужчина отправился в крыло, выделенное принцу и его приближенным.

На следующее утро, сразу после завтрака, кандидаток в телохранительницы будущей принцессы стало четверо.

– Так и будешь молчать?

Злая Лиэль даже не взглянула на Аннику, продолжая бросать вещи в дорожный мешок. Штаны, туники, рубашки, пояса – все летело кое-как сложенное и наверняка не поместится. Только с ножами и парочкой тяжелых справочников по защитной магии девушка обошлась уважительней.

– Отстань от нее, Анни, – лениво произнесла развалившаяся на кровати Фаина. – Лиэль упряма: если не желает говорить о причине отказа, нам остается только гадать.

– Даже если будем пытать, не расколется, – насмешливо добавила Эриша, накручивая на палец черный локон.

Я в расспросах не участвовала, хоть причиной отказа тоже интересовалась, ведь Лиэль даже не успела пообщаться с будущей принцессой. Кларк отослать не мог, потому что сам предложил ее кандидатуру, значит…

– Тебя забраковали кромешники?! – Анника сделала тот же вывод, что и я.

Хорошо, что взгляды не убивают – Лиэль была в бешенстве.

– Да! Представьте себе, мне отказал темный!

– Почему? – Эриша больше не улыбалась. – В защите ты одна из лучших.

Лиэль поморщилась и, поставив вещевой мешок на пол, утрамбовала его содержимое босой ногой.

– Хочешь знать причину? Спроси у кромешника.

Таких наглых среди нас нет. Эриша с Анникой обменялись понимающими взглядами, а Фаина не выдержала:

– Хоть скажи, у какого?

– У мерзавца в белом!

М-да, какое разочарование… А глаза у мужчины удивительно красивы. Хотя, может, не просто так он отказал? Все-таки кромешники – люди чести и долга, они руководствуются определенными правилами.

Я внимательно вгляделась в лицо поспешно обувающейся магички. Злость, обиду, досаду вижу, а вот праведного негодования что-то не наблюдаю. Выходит, в глубине души она и сама понимает, что ей отказано по делу?

Затянув завязку на вещевом мешке, Лиэль закинула его за плечо и сухо попрощалась с нами:

– Удачи, девчонки. Даст богиня, встретимся.

Первой гнетущую тишину нарушила Анника:

– Мне не нравится такой подход.

– Не нам решать, – правильно заметила Эриша.

– Все равно это несправедливо, что отказывают, даже не дав показать себя.

– Анни, а ты уверена, что не давали? – не выдержала я. – Если Лиэль устроили проверку, нас в известность не поставят.

– А она может и не признаться, – согласилась Эриша. – Вывод, девчонки, прост: будьте готовы в любой момент к экзамену – отбор начался.

После обеда графиня Монфрери пригласила кандидаток в хранительницы ее тела на чаепитие в саду, и я решила, что нет лучшего случая, чтобы выбыть из своеобразного отбора.

– Шмырев этикет, – бурчала Эриша, – ненавижу дурацкие ритуалы во время еды! Она предназначена, чтобы давать силы, а не для того, чтобы играть с ней по десяткам никому не нужных правил.

– Если эти правила есть, значит, они кому-то необходимы, – хмыкнула Фаина. – Но деревенщине лишь бы пожрать.

Эриша презрительно скривила губы, за годы учебы в КУМ она привыкла к подобным подколкам и умела парировать.

– Уморительно, что деревенщина получает по этикету балл выше, чем некоторые дочурки купцов.

Настал черед Фаины злиться, но она лишь улыбнулась.

– Посмотрим, как зубрежка поможет на практике.

– Нашли время собачиться, – справедливо заметила Анника.

Но сокурсницы в один голос посоветовали ей молчать.

– Хорошо, мне так даже лучше – вы точно вылетите, как конфликтные особы.

Проходя меж цветущих яблонь и с наслаждением вдыхая их тонкий аромат, я твердо решила ни в коем случае не понравиться графине. Спасибо Эрише с Фаиной за идею!

Для чинного чаепития подготовили беседку, которую паутиной оплели заклинания – защитные и для комфорта, в частности, одно уберегало от ветра, а другое поддерживало в ажурном строении тепло.

Овальный стол, накрытый скатертью с кружевными краями, сервирован по всем правилам этикета: фиолетовые первоцветы в вазе, белоснежные салфетки, чайные куверты напротив каждого занятого и свободного места, две трехъярусные этажерки с пирогами и сладостями. Неподалеку, на маленьком столике, стояли чайники с заваркой и кипятком.

Пять молодых женщин сидели в низких полукреслах. Доброжелательные улыбки, снисходительные взгляды, за которыми пряталось любопытство. Ровные спины, изящно скрещенные лодыжки под модными платьями – истинные леди.

Заметив, как Эриша нервно стиснула край кожаной куртки, я тихо шепнула:

– Они умеют пить чай, не оттопыривая мизинчик, а ты – уничтожать нечисть заклинанием и голыми руками.

Коллега фыркнула, но пальцы разжала и распрямила плечи.

Я искренне желала победы одной из девчонок, больше всего – Аннике или Эрише. Фаине, как мне казалось, не хватало самоотверженности. Но решать другим, поэтому у каждой имелся шанс заполучить отличную должность, высокооплачиваемую и при этом довольно безопасную – основная задача защищать все же ложилась на плечи мужчин. Ведь чем на самом деле занята телохранительница принцессы? Ее сопровождением в места, куда ходят только девочки, например, кустики во время прогулки в лесу, купальня, примерочная лавки нижнего белья. Неудивительно, что мы думали, будто выбирать будет только будущая жена наследника, а не служба безопасности темных.

– Хорошего дня, леди.

Давелийки и хозяйка замка, где мы собрались, безукоризненно ответили на наши приветствия. Чаепитие началось чинно и скучно. Монфрери уделила каждой из нас толику внимания, порой что-то спрашивали ее подруги. Латорийская леди открывала рот, чтобы поинтересоваться, нужно ли кому-нибудь подлить кипятка – ей выпала честь помогать графине во время чайной церемонии.

Мои коллеги окончательно расслабились и держались с аристократками на равных. Я же воплощала свой замысел в жизнь, по мелочи нарушая этикет: кусковой сахар взяла не специальными щипчиками, а десертной ложкой, но перед этим влила в чай кислый сок тепличной ки, нарочно перепутав последовательность.

Анника дотянулась до меня под столом и хорошенько саданула сапогом по голени, требуя прекратить безобразие. Во второй раз я ответила ударом на удар – и сокурсница отстала. Анни слегка пожала плечами, недоумевая, зачем порчу впечатление, ведь этикет я знала.

Если местная леди, поглядывая в мою сторону, осуждающе хмурилась, то графиня смотрела отстраненно-холодно. Я ликовала: она точно решит, что не подхожу. На лице большой шрам, вместо приличной прически – какое-то недоразумение, вести себя в обществе толком не умею. Да, я неподходящая компаньонка для будущей принцессы.

Мое веселье продлилось недолго: в беседку вошел кромешник. Не франт в белом, а смуглый блондин с грацией хищника. Приблизился незаметно, словно умел становиться невидимым.

– Леди Монфрери, позвольте украсть вашу гостью на несколько минут.

– Я не смею отказать вам, лорд Глау, – улыбнулась графиня одними губами и тут же прошлась взглядом по нашим лицам, пытаясь понять, о ком идет речь.

– Госпожа Томчин, уделите мне немного времени.

Уже? Меня выгоняют кромешники, а не аристократка?

Сердце застучало быстро-быстро. Вместе с радостью, что я почти свободна от ненужной работы, пришла легкая грусть. Порой остро хотелось бросить все, забыть прошлое и зажить новой жизнью, но это пустые мечты. Я не предам память близких. Ни за что.

Я молча вышла из-за стола и последовала за кромешником.

Несмотря на светлые волосы, аккуратно зачесанные назад, строгой черной формой он напоминал ворона. Привлекательный хищной красотой темных, он будил смутную тревогу. И все же ему было далеко до зеленоглазого шатена в белом пальто – того я интуитивно опасалась сильнее.

Мужчина остановился под старой, но густо цветущей яблоней и, когда я приблизилась, тотчас поставил защиту от прослушивания.

Хотя КУМ плотно сотрудничал с орденом Кромешной Тьмы, с удовольствием приглашая его воинов в кураторы практикантам, я никогда еще не видела могущественного темного настолько близко. Даже возник соблазн ткнуть в мужчину пальцем, чтобы проверить, реален он или иллюзия.

– Сегодня ваша коллега выбыла, – многозначительно произнес лорд Глау.

С трудом сдержала грустную улыбку – сейчас сообщит, что я следующая. Вроде бы добилась, чего хотела, а почему-то обидно. Может, потому что не люблю проигрывать?

– Было принято решение объяснить остальным соискательницам причину.

Что?.. Я мысленно повторила услышанную фразу, но не сразу поняла ее смысл, ведь ожидала совсем других слов.

– Ваша сокурсница не могла занимать ответственную должность при графине. Она в деликатном положении.

– Кто? Графиня?

Вот это поворот! А чего ж это она собралась замуж за нашего принца?!

Давелиец поморщился и уставился на меня с подозрением, словно я издеваюсь. Ох, вот это я сглупила!

Слегка покраснев, я повинилась:

– Простите, мне легче предположить, что кто-то другой ждет ребенка, но только не Лиэль, мечтающая о должности при дворе.

– Понимаю, – кивнул серьезный мужчина. – Лиэль отказали, но за участие в собеседовании она получила гонорар.

Я удивилась. Это что-то новенькое – платить деньги, когда магичка не подошла. Или только потому, что она в положении? Что ж, благородно.

– Это все. Вы свободны, госпожа Томчин.

– Благодарю за объяснение.

Кромешник степенно кивнул. Несколько неспешных шагов – и он растворился в тени деревьев. У меня даже мурашки по спине побежали, жутко наблюдать подобную силищу, которой и не знаешь, что противопоставить. Хорошо, что Давелия с нами не воюет.

Вернулась я в беседку с хаосом в мыслях. Ароматный чай и нежное ягодное пирожное помогут справиться почти с любым потрясением, и я не стала отказывать себе в своеобразном лекарстве.

Теперь понятно, почему Лиэль выгнали: ей нужно думать о ребенке, а не о жизни и здоровье подопечной. Но почему девушка промолчала о причине? Почему кромешники ее нам сообщили? И почему именно мне, а не Фаине, с которой Лиэль делила комнату?

На тарелке остались крошки и одинокая вишенка, когда я подняла голову и заметила задумчивый взгляд графини. Следила за мной? А я за собой – нет, и ела, как научила бабушка, помешанная на соблюдении этикета в любой ситуации.

Отложив специальную вилку для десерта прямо на скатерть, я подхватила ягодку пальцами и отправила в рот.

Графиня едва заметно улыбнулась, в прищуренных глазах явно читалось любопытство. Поняла все-таки, что я пыталась саботировать знакомство? Неприятно, а перед девчонками и неудобно – нечаянно я выделилась, вызвав интерес нанимательницы.

К счастью, вскоре чаепитие подошло к концу, и графиня не стала нас задерживать.

– Я признательна за откровенность, девушки, – промолвила она, когда прощались. – Надеюсь, теперь будем проводить больше времени вместе, и к приезду в Квартен выяснится, кто в будущем прикроет мне спину.

Дав нам серьезный повод для размышлений, брюнетка мило улыбнулась и подмигнула. Почему-то мне.

Глава 3
Темные леди

Белое пальто кромешника не пачкалось.

Это заметила не только я, но и Анника. И принялась ворчать, прямо как наш преподаватель истории магии, который превращался в брюзгу всякий раз, когда начинался дождь. Только у того ныли переломанные во времена бурной молодости кости, Анника же сердилась из-за пятен грязи на сапогах и штанах. В карете ехали лишь давелийки, мы путешествовали, как и мужчины, верхом, поэтому по вечерам тратили уйму времени на чистку.

Вот и сейчас мы стояли на крыльце, и коллега колдовала над крупным, успевшим засохнуть пятном на бедре. Грязь оказалась на редкость приставучей и ярко-рыжей.

– Если погода не изменится, я подойду к Вебранду и попрошу раскрыть секрет чистоты его пальто – надоело походить на свинью.

Я задумалась о своем, глядя на предгрозовое небо, поэтому произнесла первое, что пришло в голову:

– Жаждешь оторваться от коллег?

– Куда же мне до тебя? – подколола Анни с усмешкой. – Это с тобой кромешники разговаривают, вежливый Доминик справляется о здоровье, принц улыбается, а графиня предлагает присоединиться к ней в карете.

Коллега права: третий день пути, а мне уделяют слишком много внимания, что дико напрягает и совсем не радует.

И все же я равнодушно махнула рукой:

– Не преувеличивай.

Я рассказала девушкам то, что мне сообщил лорд Глау, и, посидев за чашкой чая, мы вместе пришли к выводу, что это не ложь, да и не врут кромешники – кодекс чести не позволяет. А вот наша сокурсница вполне могла промолчать, да еще и оболгать отказавшего ей Вебранда. Но на что Лиэль рассчитывала, участвуя в отборе? Фаина предположила, что она планировала избавиться от плода или же попросту не знала о своем интересном положении, пока ей не сообщили темные маги. Хочется думать, что второй вариант.

Третий день пути… Графиня серьезно присматривалась к оставшимся кандидаткам – приглашала нас по очереди составить ей компанию за завтраком или обедом и вела долгие беседы обо всем на свете, от религии и политики до нелепых шляпок прошлого сезона.

Мне довелось вчера проехать несколько часов в карете, пока одна из давелиек совершала вечерний моцион верхом на моей лошади. Оставшиеся темные леди сплетничали, а графиня благосклонно им внимала, кивая или вставляя пару слов.

Не зная людей, о которых идет речь, слушать светскую болтовню тяжело. Я делала вид, что сплю, при этом смогла извлечь из вороха злословия несколько интересных историй. И одна из них по-настоящему шокировала: в темной империи кто-то создал приворотное зелье, которое берет даже кромешников! Подумать только, кто-то нарушил закон, не побоявшись навлечь на себя гнев всего ордена Кромешной Тьмы!

Мысленно поохав, я сосредоточилась на другом сообщении, что лорд Глау вынужден оставить делегацию и вернуться в Давелию, позже его сменит другой кромешник. Вынужден или вынудили? Возможно, он не должен был раскрывать причины действий своего начальства…

Интересно, что никто из темных больше с нами не общался. Прошло три дня пути, но Вебранд не спешил проверять кандидаток и все приказы передавал через Кларка, не желая с нами пересекаться. Складывалось впечатление, что Лиэль не преувеличила, назвав кромешника в белом мерзавцем.

Стоило подумать о Кларке, как он вышел на крыльцо и тоже посмотрел на небо.

– Леди отобедали, через полчаса выдвигаемся.

Молодой боевик выглядел не слишком довольным и, пожалуй, даже больным.

– Леди хорошо – они в карете поедут, – буркнула Анника, ловя в ладонь первые капли дождя. – А я только брюки почистила.

Я разделяла ее разочарование – если слишком часто убирать пятна грязи магией, одежда изнашивается гораздо быстрее.

– Анни, дорогая, – Кларк обнял блондинку за плечи, – выходи замуж!

– За тебя? – опешила та. – Ты делаешь мне предложение?!

Кларк ни на мгновение не смутился.

– За кого-то другого, Анни, я еще не готов сунуть голову в брачную петлю! – отшутился быстро он, шмыгнув носом. – Не для тебя, видать, судьба телохранительницы. Выйдешь замуж – будет твоя одежда всегда чистой.

Анни сложила из пальцев защитный жест, отгоняющий проклятия.

– Упаси боги! – Лицо ее исказилось. – Замужество вместо любимой работы? Свят-свят-свят!

– Вот и не ной тогда, на любимой работе даже грязь должна быть любимой, – хрипло посоветовал Кларк и, перепрыгивая через лужи, направился в конюшню.

– Возлюбить грязь? Ну-ну, – пробурчала Анника и вскинула руку. – Покажи пример!

Я не успела помешать ей – воздушная петля обвила правую ногу боевика и… тот не упал. Сделав поистине потрясающий акробатический трюк, довольно рассмеялся.

– Анни, становишься предсказуемой! – поддел он, даже не оборачиваясь.

– Позер, – фыркнула блондинка и уже спокойно поинтересовалась у меня: – Пирожки берем? Вдруг дождь закончится, сможем перекусить на ходу.

Кто же откажется от вкусной свежей выпечки!

Увы, отведать ее было не суждено – меня снова пригласили в карету темных леди, в этот раз они потеснились, никто не захотел ехать верхом под холодной моросью. Впрочем, потеснились – громко сказано, в карете поместились бы еще две девушки точно. Давелийки всего лишь убрали несколько кофров и коробок со шляпками и мехами, спрятав их под сиденья.

– Я получила сообщение, что четвертую похитительницу приворотного зелья так и не вычислили. – Самая высокая брюнетка, леди Дарион, истекала ядом, и его было столько, что хватило бы на всех гадюк в округе, еще бы и для земляных пауков осталось.

– А орден что? – с неприкрытым любопытством спросила вторая девушка, чьи иссиня-черные волоса были заплетены в тугую косу до пояса. – У них есть догадки, кто мог похитить зелье из лаборатории принцессы Мадлен?

– Лаура, любая незамужняя фрейлина императрицы под подозрением, – снисходительно произнесла графиня. – Даже одна из вас может сейчас сидеть и тихонько посмеиваться над нами.

– Сэфина, ты считаешь, что одна из нас утаила бы подобную новость от подруг? – Четвертая брюнетка, обладательница удивительно голубых глаз, снисходительно улыбнулась. – Да и вообще, кого здесь ловить? Сопровождают нас зеленые юнцы и Вебранд. Последний хоть и ценный приз, но ссориться с принцем не хочется.

Обладательница роскошной косы закатила глаза.

– О да! Принц Валиант за своего друга любого порвет. Даже с матерью поцапаться не боится.

Я, похоже, слишком увлеклась подслушиванием, потому что графиня внезапно повернулась ко мне и объяснила:

– Младший принц и Вебранд – не только друзья-тезки, но и боевые побратимы.

Пойманная на подслушивании, я не смутилась, все же подобные сведения – кто есть кто и в каких отношениях состоит – мне нужны, чтобы исполнять свои обязанности на отлично.

Поэтому без смущения я спросила:

– Главного кромешника нашего сопровождения зовут Валиантом? Просто он до сих пор не представился, не познакомился с кандидатками в телохранительницы.

– Нет, Вебранда зовут Эриком, такое же второе имя у младшего принца.

– Два въедливых, дотошных Эрика, с которыми нужно держать ухо востро, – усмехнулась высокая брюнетка.

– Придержи язык, Дарион, – посоветовала графиня строго.

Девушки тут же сменили тему разговора, и я больше не прислушивалась – разговаривали о модных в этом сезоне украшениях, о колье-ошейниках с поперечными вставками из эмали. Леди сошлись во мнении, что они для бедных, раз там нет бриллиантов и платины.

Раньше, пять лет назад, я бы наверняка поддержала этот разговор, поведав девушкам, что эмалевые вставки хорошо принимают защитные заклинания и при этом длительное время удерживают их, так что подобные колье становятся долгосрочными артефактами. Сейчас же желания просвещать не возникло, да и лукавили красавицы – у каждой имелось одно-два украшения с эмалью, заряженные защитными чарами. Поотвыкла я от светского общества, в котором редко говорят прямо и выказывают свои истинные чувства.

Тревога накрыла внезапно. Сейчас что-то произойдет? Опасность?.. Вот только что может случиться с делегацией темных, если их сопровождают кромешники? Ничего.

Время шло, а на душе все еще муторно. Я устала слушать девичье щебетание, устала сидеть на мягкой подушке, с большим удовольствием провела бы несколько часов на свежем воздухе в седле. Интуиция нашептывала какие-то страхи, и помня, что нас сопровождают величайшие темные воины, я все-таки принялась сканировать местность.

Прав преподаватель теории защитных плетений: боевым магом нужно родиться и потом только отполировывать свои умения в университете. Интуиция не подвела – справа находилось скопление живых существ. Учитывая, что вокруг густые леса и дождь распугал путешественников с торгового тракта, как только мы покинули уютный трактир, я настроилась на худшее.

Активировав дремлющие щиты, принялась ждать. И ждала недолго.

Обтянутую шелком стену прожег «огненный дротик», за ним внутрь кареты влетела «черная молния».

Ух ты! Нас не грабят, нас убивают!

Темные леди дружно завизжали. Благодаря моим щитам боевые заклинания их не задели, а вот паника поглотила всецело.

Карета остановилась. Крики. Ругань. Кто-то плакал.

Не видя противника, я могла только усилить щиты. Я не рисковала ударить каким-либо массовым заклинанием, опасаясь задеть своих.

Где к шмырям собачьим кромешники?!

Этот же вопрос задала леди Дарион, сопроводив ужасной догадкой:

– Где Вебранд со своими? Их отозвали? Они ушли?

– Мы тут как в мышеловке! – занервничала леди Лаура.

– Выпусти нас! – Леди Дарион попыталась взломать мой щит изнутри каким-то боевым заклинанием.

К счастью, артефакт не позволила активировать графиня, ударив подругу по руке.

– Ты нас угробить решила? Успокойся!

– Леди, не паникуйте! Нас защищают воины ордена Кромешной Тьмы. – Я тщетно пыталась перекричать истеричек.

– Мы погибнем… выпусти нас!

Брюнетки меня не слышали и стремились выскочить наружу. Представив, как буду их всех собирать, чтобы затащить под один защитный купол, мне стало дурно.

Я расстроилась и от души рявкнула:

– Сидеть!

Страх на лицах девушек сменился удивлением. Больше никто не рвался прочь из-под щита, на меня смотрели круглыми испуганными глазами. И лишь графиня по-прежнему сохраняла присутствие духа.

– Милые леди, – тихо и ласково начала я, – сейчас все наладится, и мы продолжим наш путь.

Я не ошиблась – нападение остановили, кромешники никуда не делись, – они зачем-то позволили разбойникам поверить, что карета без охраны. Зачем? Надеюсь, это было не испытание для кандидаток, потому что с этими темными крикуньями я растерялась и оказалась беспомощнее котенка.

Первым к нам подошел Доминик, и я сняла щит, чтобы он провел осмотр.

Худой, высокий, с зализанными назад золотистыми волосами мужчина быстро взял перепуганных девушек в оборот:

– Ах, бедные леди, вижу, вы натерпелись страху рядом с этой грубиянкой! Ужасная женщина, она и руки-ноги может поломать, если ее не слушаются!

Грубиянкой, конечно, была я. Видать, целитель находился неподалеку и слышал, как я наорала на давелиек.

– Разрешите, я посмотрю, как сказалось нелегкое испытание на вашей нежной душевной организации? – проворковал Доминик, целуя руку ближайшей брюнетке.

Три темные леди, недовольно косясь на меня, поспешно согласились, чтобы их осмотрели, и для этой цели вышли из кареты.

– Хм, ломаешь руки-ноги, если тебя не слушаются? – Потенциальная работодательница насмешливо вскинула брови.

– Врет. Могу нос сломать, если лапают.

– Одобряю тактику. – Графиня усмехнулась. – А вот что это за команда «сидеть»? Ты собак пришла сюда дрессировать?

Телохранитель вправе нарушать определенные правила приличия, когда спасает жизнь своего нанимателя, но все-таки я тихо обронила:

– Простите.

– Впрочем, лично я не в обиде. С некоторыми впечатлительными девушками именно так и нужно. Однажды видела, как во время пожара телохранитель отвесил визжащей госпоже оплеуху, лишь тогда она соизволила следовать за ним.

Пощечина – это, по-моему, уже чересчур. Телохранитель мог и вырубить женщину, взвалить на плечо и без проблем вынести на улицу. Но, видимо, та его серьезно достала, раз при удобном случае получила оплеуху…

Кларк явился, когда целитель завершил работу, и умиротворенные давелийки вернулись в карету.

– Что случилось?

– В этих краях зверствовала жестокая банда под предводительством нескольких магов, – ответил начальник службы безопасности принца. – Кромешники в трактире вычислили информатора бандитов и внушили ему, что в столицу спешит дочь очень богатого купца, при этом едет практически без охраны. Подобную беспечную добычу упустить не могли.

– Ловля на живца, – ехидно произнесла графиня себе под нос. – Как же я это не люблю.

– Никто не пострадал, – заметил Кларк, – а обнаглевшая банда остановлена.

Краткое объяснение – и мы продолжали свой путь, который вскоре окончился – кто-то из кромешников открыл мощный портал для кареты и всадников. Из дождя и мрачного леса мы выехали к приветливо распахнутым воротам Квартена. Столичная стража встретила нас спокойно – то ли привыкла к подобным перемещениям, то ли, что вероятнее, о переносе им сообщили с помощью артефакта связи.

Много позже, уже во дворце, я смогла перекинуться парой слов с Анникой.

– Поздравляю. – Она грустно улыбнулась. – Выбор сделан?

– Вот тут ты не права. – Я покачала головой. – Кларк сказал, что результат объявят утром.

– Я не предсказательница, но уже могу его сообщить: место получит та, которая с дороги сразу попадает на аудиенцию к королю. – Блондинка болезненно поморщилась. – Честно говоря, поняла, что у меня нет шансов с момента, когда ты спасла принца. Поздравляю, ты достойна этого места.

– Если предложат, я откажусь, так что не вздумай паковать вещи.

Изумление и надежда на лице Анники стоили того, чтобы произнести признание, которое вызывало вопросы. Не дожидаясь их, я поспешила в выделенную комнату – готовиться к встрече с его величеством.

Странная ситуация. Логично, что для начала мной должна была заняться служба безопасности – шутка ли, покушение на принца. Да мои воспоминания стоило проверить и уточнить не одному дознавателю. И благодарность от монарха за спасение единственного наследника следовало бы объявлять не во время малой аудиенции. Хотя, может, я просто чего-то не знаю? Или не понимаю? Королевская служба безопасности будет дожидаться меня, чтобы задать всевозможные вопросы, прямо в кабинете его величества. А афишировать, что на принца совершено покушение, значит нервировать народ.

Приведя праздничную форму в порядок, я занялась своей внешностью: проверила, не нужно ли подкрашивать корни волос, все так же ли темны брови. Под конец убедилась, что длинная челка скрывает здоровую половину лица и оставляет на виду изуродованную шрамом.

Я была готова, когда за мной пришел слуга.

Длинные, запутанные коридоры. Переходы, которые я бы сама не нашла… От начищенного воском паркета до позолоченной лепнины и росписи на потолке – все дышало роскошью и древней историей.

Когда ты безродная выпускница боевого факультета, шикарная обстановка дворца должна подавлять, вызывая трепет и преклонение перед хозяином этого великолепия – королем. Когда у тебя есть тайна, все, что находится вокруг, вызывает определенные опасения, особенно в королевском дворце, где в нишах за гобеленами могут находиться те, чей долг – вытаскивать чужие секреты. Несомненно, маги разума при дворе имелись, а значит, необходимо следить за своими мыслями как никогда тщательно.

– Госпожа магичка, мы на месте, – сообщил слуга, почтительно поклонившись.

– Благодарю за помощь.

Ощутив деликатное заклинание идентификации, я замерла, опуская щиты. Мне нечего скрывать: я не нечисть, не принесла запрещенные артефакты и полностью здорова.

Кивнув стоящим в карауле бдительным боевикам, я постучала в дверь. Получив разрешение, вошла. Взгляд сразу уперся в холеное лицо принца, который сидел за столом. Его величества нигде не было видно. Зато присутствовали Доминик и Кларк. Последний выглядел уставшим и больным, видать, так и не обратился к целителю за помощью. Самонадеянный или просто некогда?

– Ваше высочество… – Я поклонилась.

– Госпожа Ядвига, рад снова вас видеть.

Принц лучился довольством, как будто получил долгожданный подарок, когда уже и не надеялся.

Следующие несколько минут я слушала витиеватую речь о том, что Латории нужны верные подданные, особенно боевые маги. Каждый, кто по-настоящему готов отдать жизнь за своего монарха, на вес золота. Вообще-то умирать я не собиралась, ну да ладно, пусть себе думает…

Хм, на вес золота? В голове сразу же возникла безумная картинка: сейчас слуги внесут весы, и, согласно моему весу, принц выдаст мешок золота, который я с трудом, но упорно потащу из дворца. Ух! И почему я не поужинала? Даже от пирогов Анники отказалась!

Подняв себе настроение смешным предположением, приготовилась узнать, во сколько Флориан оценивает свою жизнь.

Фантазия моя оказалась щедрее принца. Его жизнь стоила не дороже одноэтажного дома на окраине Квартена. Но я не гордая, мне и такого хватит. Пока.

– Документы и ключ. – Принц любезно указал на конверт, лежащий на краю стола.

Я не взяла его, чинно ожидая окончания разговора.

– Также за проявленные мужество и самоотверженность рад наградить вас, Ядвига Томчин, орденом Орфена Третьего. – Принц передал алую коробочку целителю. – Доминик, помоги мне.

Его высочество не пожелал оторвать свой аристократичный зад от стула? Занятно выходит, вроде бы орден вручил и при этом дал повод оскорбиться. Впрочем, простой маг-боевик и не заметил бы нюанса.

И все же почему первую мою серьезную награду должен вручить целитель? Это полагалось сделать принцу, в крайнем случае – начальнику его службы безопасности.

Нехорошее предчувствие кольнуло сердце и пропало.

Нет, я зря вижу подвох. Оправдание для странного поведения принца найти легко: он все еще злится, что его спасла женщина, завалив опасного наемника. Кларк, вероятно, угодил в немилость, не справившись со своими обязанностями: не он оказался рядом в нужную минуту, а посторонняя магичка.

В несколько торопливых шагов Доминик приблизился ко мне вплотную.

– Дорогая Ядвига, – ухмылка на худощавой физиономии выглядела малоприятно, – я знал, что ты быстро отличишься, одна из первых в своем выпуске.

– Спасибо за веру в мои силы. – Подозреваю, моя ответная улыбка тоже напоминала неприятную гримасу.

Щелчок – и коробочка обнажила свое нутро. На белой подушечке лежал стальной орден в форме овального щита, который пересекала золотая лента, усыпанная красными камешками. Почетное украшение холодно сияло.

Не люблю, когда ко мне прикасаются, особенно когда это делает Доминик, о чем тот прекрасно знал и в полной мере воспользовался моментом насолить, нарочито медленно прикалывая орден к мундиру, прямо над сердцем. Я видела кривую улыбочку целителя и чудом сдержала первый порыв ее подправить. Потеряла бдительность, сосредоточившись на неприятном человеке и его прикосновениях, и сразу не почувствовала, что орден – не просто орден, а какой-то артефакт. Когда поняла это, было поздно: чары сковали тело от макушки до пят.

Ну что за шмырь, а? Что за подстава? Накатили слабость и сонливость, чувства отключились, оставив одно вялое любопытство. А заклинание, видать, из арсенала целителей, когда они пытаются уложить пациентов на кровать, не давая им двигаться и бередить раны.

Я покачнулась – и уперлась лбом в плечо Доминика.

– Тихо-тихо, маленькая моя, – вкрадчиво прошептал он, крепко обнимая. – Все будет хорошо.

Только у кого? Задать вопрос уже не смогла – глаза закрылись, и я впала в странную полудрему. Как сквозь десяток тяжелых покрывал, наброшенных на голову, я услышала встревоженный голос Кларка:

– Что с Томчин? Что происходит?

– Все в порядке, я действую по приказу его высочества, – быстро ответил Доминик, явно опасаясь боевика.

– Графиня ее выбрала, я – тоже, – цинично объяснил Флориан. – Отдавать столь перспективную магичку я не хочу, даже если просят кромешники.

Путы оцепенения не давали пошевелиться, но я все еще слышала разговор в кабинете, разговор на повышенных тонах, и слабо удивлялась, что Кларк позволил себе не согласиться с принцем:

– Ваше высочество, я вас не понимаю и не одобряю – нам не нужны конфликты с давелийцами! Что вы планируете делать? Отослать Ядвигу, а потом вернуть, когда женитесь? Ваша супруга справедливо оскорбится, что вы забрали понравившуюся ей магичку себе в свиту! Да и Томчин не планировала оставаться при дворе, она сообщила, что покидает службу.

Кларк злился, что чувствовалось, как ни старался он это скрыть.

Принц же проигнорировал его монолог, обратившись к целителю:

– Томчин согласится, что ей оказали невероятную честь, когда я осыплю ее золотом, а Доминик уберет ее шрамы. А графиня… графиня не узнает ее измененной. Ведь так, Доминик? Не хотелось бы портить отношения с будущей женушкой. – Флориан хохотнул.

Целитель, разумеется, меня не удержал, но и на пол я не упала – сильные руки перехватили и перенесли на софу.

– Ваше высочество, я сделаю из нее куколку, – заверил слащаво Доминик. – У вас будет самая красивая телохранительница со времен Кирэма Второго.

Вон оно что… Принцу не дает покоя история Кирэма Второго, романтическая и печальная. У знаменитого короля из предыдущей династии была телохранительница, которая не чаяла в нем души, любила настолько сильно, что приняла на себя смертельное проклятие, закрыв собой монарха, как щитом. Неужели Флориан решил, что мы с ним можем повторить историю? Я влюблюсь в него со всей страстью, стану его верной собакой, готовой порвать всех ради своего хозяина и умереть ради него.

Ошибся, он не тот, ради кого отдают жизнь.

И я ведь не всегда буду беспомощной! Вскоре сброшу оцепенение, и тогда и принц и Доминик свое получат. Как они собираются держать боевика в подчинении?

Эти мысли пришли в голову не только мне. Кларк встревоженно произнес:

– Ваше высочество, ведь Ядвига не простит вам произвол! Никто не защищает по приказу или под давлением, это идет от сердца, пускай и за деньги. Как вы собираетесь убедить ее остаться?

Раздался издевательский смешок Доминика:

– Не будь наивен, Кларк, его высочеству несложно найти хорошего менталиста.

Значит, мне не только уберут шрамы, но и влезут в голову?!

Вспыхнувший гнев придал силы. В моем теле напрягся каждый мускул, стремясь разорвать чары. Боль разлилась по коже вязким киселем, отрезвляя, прогоняя сонливость. Еще чуть-чуть – и я смогу двигаться, смогу противостоять заклинанию Доминика.

Скрип плохо смазанных дверных петель. Повеяло холодом и затхлостью. Похоже, в кабинете открыли потайной ход.

– Кларк, возьми девушку, – велел Флориан.

Начальник службы безопасности малого двора подчинился – его связывала клятва, а принц еще не сделал ничего, чтобы она аннулировалась.

Я не видела, но понимала, что боевик нес меня куда-то по узким переходам потайного хода. Мужчины шли молча, долго, впору заскучать. Шутка, разумеется… Я успела передумать тысячу неприятных вещей, хотя что уж неприятнее, чем похищение будущим королем? Противно, что страну возглавит такой монарх!

Когда мы прибыли в нужное место, боевика сразу прогнали.

– Ты пока не нужен, Кларк, – сообщил принц.

Опустив меня на упругое ложе, мужчина молча подчинился, оставляя после своего ухода ощущение леденящего кожу гнева.

– Он пойдет к королю, – меланхолично сообщил Доминик.

– Да хоть к королеве, – равнодушно отозвался Флориан. – Их величества сейчас волнует заключение мирного договора с Давелией, то есть моя женитьба. Если откажусь, страна не получит необходимые послабления, поэтому их величества будут смотреть сквозь пальцы на то, как я уговариваю свою новую телохранительницу служить мне. А Кларк… Что ж, если он меня разочарует, сменю начальника службы безопасности.

Моей щеки коснулась прохладная, влажная рука, я ощутила дыхание на своем лице. Флориан рассматривает вблизи? Надеюсь, ему станет тошно.

И я почти угадала.

Шумно выдохнув, принц глухо спросил:

– Ты уверен, что если убрать шрамы, ее не опознают? Не хочу лишних проблем, когда их можно избежать.

– Ручаюсь, девчонка будет сама на себя не похожа, ведь сейчас у нее даже цвет волос ненастоящий, – сдал меня с потрохами целитель.

– И какой же был изначально? – поинтересовался принц.

– Вскоре узнаем. – В голосе Доминика звучала насмешка. – Но если и эти метаморфозы не помогут, полностью перекроим ей личико!

И столько предвкушения слышалось в его голосе, что сразу понятно: перекроит без малейших колебаний – я для него интересный эксперимент, а не человек.

– Что ж, оставляю тебя, занимайся Ядвигой и держи меня в курсе.

Некоторое время я слышала, как звенят какие-то флаконы и колбы. Затем моих губ коснулся край чего-то стеклянного – в рот полилась теплая жидкость.

– Пей и лежи смирно, Ядка. Тебя ждут приятные неожиданности. Смею надеяться, и меня тоже.

Доминик хрипло хохотнул. Справа послышался металлический звон и шелест, который издает кожаный плащ. Перед глазами ясно возникло видение скальпелей и смирительных ремней. Шмырь, всегда знала, что целители еще те садисты!

– Сейчас и я получу награду, узнав раньше принца, кто ты у нас от рождения – блондинка, брюнетка или рыженькая?

Разговаривая сам с собой, Доминик торопливо снимал с меня одежду: мундир, рубашку, сапоги… Когда он коснулся ремня на моих штанах, а затем и пуговиц, я поняла, что убью его. Не знаю, когда и как, но я все запомню – и убью его.

Сильный порыв ветра – ощущение липких рук Доминика пропало с моей кожи. Грохот. И мучительный стон. Чей? Целителя? Его кто-то оттолкнул от меня?..

Я напряженно ждала продолжения, а его все не было. Только дрема становилась сильнее, и все сложнее было удержаться на грани бодрствования и сна.

Несколько минут тишины – и новые стоны.

– Шмырь, вот это я грохнулся, – пробормотал Доминик озадаченно. – Надо полы помыть, скользко.

Тьма вокруг меня стала плотнее. В голове раздался шепот – неразборчивые слова почему-то успокаивали.

– Так, Томчин. И с чего начать? – Голос целителя лишился похабных ноток. – С главного – диагностики, конечно.

Доминик вел себя так, как будто не он минуты назад проявлял непростительное, недостойное целителя любопытство. Как будто он забыл, что его отбросило от меня. Я же все глубже погружалась в темноту, окончательно засыпая.

Тьма обволакивала. Тьма убаюкивала. Тьма обещала, что все будет хорошо…

Глава 4
Вороша прошлое

Кларк сегодня пил. Выбрал не самый популярный кабак, чтобы гарантированно не повстречать коллег – нынешних и будущих. «Счастливую улитку» редко посещали студенты магического университета, в основном ремесленники и средней руки купцы. И боевика это полностью устраивало, хотелось затеряться в толпе обычных горожан, не видеть магов, ибо он каждый раз вспоминал, что оставил своего в беде… Ядвигу Томчин.

Кларк тряхнул головой. Не думать, не думать… Завтра он что-то решит, а сейчас ему нужно просто расслабиться, иначе гнев взорвет черепушку, он встанет и пойдет бить наследному принцу морду, чьи поступки в последнее время были, мягко сказать, с душком.

Мужчина выдохнул сквозь зубы – и в один глоток осушил остатки горького крюта. В голове сразу зашумело.

Настроение паршивое с самого утра, здоровье тоже оставляло желать лучшего, насморк и кашель не проходили. Обращаться к Доминику он не собирался – тот для него перестал быть целителем. Посидит в кабачке еще немного, дома выпьет укрепляющее зелье – и болезнь пройдет через несколько часов.

– Красавчик, скучаешь? – К угловому столику, который он занял, подплыла, покачивая крутыми бедрами, молоденькая, но бесконечно уверенная в своих женских чарах блондинка. – Угостишь девушку вином?

Кларк окинул ее быстрым взглядом: чуть за двадцать, соблазнительно пухленькая, прилично одетая, искала если не мужа, то покровителя.

А еще у нее была искренняя, подкупающая улыбка – и боевик, повинуясь импульсу, жестом указал на стул.

– Присаживайся, такую красавицу не грех угостить.

Подавальщица принесла посуду, кувшин с вином, еще один столовый прибор и все, что заказал Кларк для новой знакомой.

Айрис оказалась задорной и беззаботной, как мотылек. И маг оттаял и даже начал улыбаться, слушая веселую болтовню. Жизнь не настолько плоха и беспросветна, пока в ней есть такие милашки!

Что-то неуловимо изменилось – маг насторожился и огляделся.

С ленивой грацией сытого хищника по залу шагал высокий шатен в белом пальто. Резкие черты лица, особенно острые скулы, выдавали в нем жителя Давелии. Мужчина шел через шумный зал, как будто не в дешевом кабачке находился, а в столичной ресторации темной империи. Кромешник из свиты графини Монфрери.

Дымка хмеля в голове Кларка ослабляла узду разума, и он с откровенной злостью следил за каждым шагом шатена. Чистенький аристократ в энном поколении вряд ли знал, что такое нужда или хотя бы трудности походной жизни – даже в дороге на его белом пальто не появилось ни единого пятнышка грязи. Чистоплюй и сноб чужестранный, идет с видом победителя, что, по сути, так и есть – уже больше десяти лет прошло после неудачной молниеносной войны, а Латория все так же находилась под протекторатом империи.

Кромешник остановился возле его столика, окинул Айрис холодным взглядом и вежливо попросил:

– Госпожа, оставьте нас, пожалуйста.

Блондинка, вздрогнув, мгновенно подчинилась – иначе и быть не могло, хоть она наверняка и не поняла, что попросил ее об одолжении воин из ордена Кромешной Тьмы.

– У службы безопасности возникло несколько вопросов.

Кларк, чья злость успела остыть, напрягся, ожидая подвоха.

– Ядвига Томчин. Следует уточнить несколько моментов.

Студеный голос кромешника царапал равнодушием. Молодой боевик стиснул зубы: и для этого темного типа Ядвига не человек, а всего лишь объект с «несколькими моментами», потенциальный живой щит для драгоценной давелийской графини.

Впрочем, может, это выход для Томчин? Сообщить о странном интересе принца к девушке, и пусть кромешник спасает магичку сам?

Кларк колебался недолго. Совесть, захмелев, уснула на время. Возможно, утром все будет иначе, а сейчас ему хотелось поскорее избавиться от собеседника и забыться в объятиях веселой Айрис.

– По личным причинам Томчин пришлось оставить службу, ее больше не интересует место телохранительницы вашей графини.

Некоторое время кромешник молча его разгадывал. Сейчас уличит во лжи? Кларка бросило в жар.

– Не важно. Ядвига Томчин передумает.

– О да, орден умеет переубеждать, – пробормотал боевик.

Темная бровь кромешника взлетела на лоб.

– Вам не нравится, как работает орден?

– Нет… То есть я хочу сказать, что он работает хорошо, – поправился Кларк.

– Отлично, что вы ничего не имеете против ордена. Значит, будете добровольно сотрудничать. Итак, первый вопрос: мне нужны подробности многолетнего пари на Ядвигу Томчин.

Неожиданно. Кларк дернул уголком рта. Не самый приятный вопрос, точнее мучительный. Пока учишься и не несешь полной ответственности за свои действия как маг, могут происходить постыдные вещи, и студенческое пари одно из них.

– А нечего особо рассказывать, – пожал плечами боевик.

– Пари длиною в четыре года – это ничто? – В голосе кромешника зазвенел лед.

Кларк с силой стиснул челюсти. Признаваться, что давелиец прав, не хотелось. То, что в студенческие годы виделось забавным развлечением, сейчас, после пережитых смертей друзей и убийства врагов, казалось дикостью и низостью. Нет, он и тогда смутно чувствовал, что пари – своеобразная травля девушки и оно не делает магам-защитникам чести, но был слишком занят собой, чтобы думать о других.

– Вы ведь знаете, как обстоят дела в Латории с факультетами боевой магии? Еще несколько лет назад был недобор, связанный с высокой смертностью выпускников в первый год после окончания обучения. – Кларк помолчал немного и, не дождавшись ответа, добавил: – Сейчас ситуация изменилась – немертвые уничтожены, даже зимняя нечисть не лезет на приграничные форпосты.

Кромешник тактично промолчал о том, что все это стало возможным не без помощи ордена Тьмы – маги Латории сами бы не справились.

– Неудивительно, что большинство магичек с боевого факультета не уступали магам в поисках развлечений, – с трудом продолжал рассказ Кларк. – Девушки, как и парни, стремились урвать от жизни всевозможные удовольствия, понимая, что могут умереть молодыми.

– К чему намеки? – спросил кромешник. – Говорите проще: ваши сокурсницы были неразборчивы в связях, прыгая из постели в постель.

Кларк поморщился от грубости слов, но промолчал. Он помнил, с кем сидит за одним столом. Да и не сказал давелиец ничего такого, что не являлось бы правдой. Неприглядной, горькой правдой.

– Ядвига Томчин отличалась от остальных девушек поразительной скромностью, чем и привлекала внимание.

– Она стеснялась своих шрамов? – предположил равнодушно Вебранд.

– Нет, наоборот, она их выставляла напоказ, – позволил себе кривую усмешку Кларк. – С отметинами на щеке Ядвига уже поступила в университет, но на все вопросы, откуда они взялись, отмалчивалась или отшучивалась. Не всех пугают шрамы, что она красива, видели многие. У Ядвиги быстро появились обожатели.

– Которые решили поспорить, что добьются ее благосклонности?

– Не совсем так. – У Кларка возникло ощущение, что он на допросе. При этом мужчина начал презирать и себя, и безразличного темного за то, что копаются в грязном белье ни в чем не виноватой перед ними магички. – Я не помню, кто первым похвастался, что добьется взаимности – переспит со странной первокурсницей. Особо азартные поспорили. Несколько случайных ставок увеличились и умножились, когда Ядвига отшила ухажера. Соревнование длилось четыре года, и под конец пошли ставки уже на то, как быстро и каким способом она будет отшивать очередного волокиту.

– И все же кто-то спор выиграл, – скучающе заметил Вебранд, рассматривая ногти на левой руке, правая неподвижно лежала на столе.

– Да, Эрвин Катар за несколько недель обаял Томчин и сорвал куш. Мне было жаль девушку, я даже хотел поколотить придурка, разбившего ей сердце.

– Но не поколотили, – с иронией произнес темный.

– Не успел – Катара убили грабители на пустыре спустя неделю после того, как он соблазнил Томчин. Видать, боги наказали.

– Или же сама Ядвига? – провокационно поинтересовался кромешник, поднимая на молодого боевика темный взгляд. – Женщины злопамятны и мстят, если предают их доверие.

– Нет, на время убийства у нее было алиби, – поспешил заверить Кларк. – Да и страдала Ядвига о придурке, это видел всякий.

Выражение скуки сошло с холеного скуластого лица. Слегка наклонившись вперед, кромешник поймал взгляд собеседника и холодно отчеканил каждое слово:

– Резюмирую наш разговор: Томчин – девушка с туманным прошлым, держалась четыре года, а потом внезапно упала в объятия первого попавшегося боевика. Любовь? Не думаю. Он использовал приворот? Вероятно, его и убили за нечестную игру. А что, если это сделала ваша протеже, Кларк?

Не хватало Ядвиге еще и обвинений в убийстве!

– Нет, она не могла.

– Уверены?

Молодой маг ошарашенно смотрел на резкого в суждениях чужака и лихорадочно подбирал слова в защиту знакомой. Зачем ворошил прошлое? В поисках компромата на Томчин? Значит, на самом деле не желает, чтобы она охраняла графиню.

– Благодарю за честные ответы. Это не последний наш разговор.

Кромешник оставил на столе несколько банкнот крупного номинала и покинул возмущенного собеседника. Но в одиночестве тот сидел недолго.

– Я соскучилась, милый, – мурлыкнула Айрис, садясь на освободившийся стул. – Боялась, вы проговорите до полуночи, а я в это время уже сплю… Ой!

Блондинка замолчала, потрясенно уставившись на стол. Растерянно посмотрела на боевика и вновь опустила глаза.

– Айрис, ты в порядке? – Обеспокоенный Кларк приподнялся со своего места.

– Это что? – наконец прошептала она и отодвинула миску с пирогами в сторону.

В дубовой столешнице зияла дыра. Обугленная по краям. Кларк принюхался – дымом не пахло. Но тогда какое заклинание прожгло эту дыру? Формой она напоминала отпечаток ладони. Кларка осенило: еще несколько минут назад именно там неподвижно лежала рука равнодушного кромешника. Или не такого уж и равнодушного?

Боевик покачал головой – интерес к Ядвиге Томчин одного из загадочных кромешников казался более чем странным.

– Милая, для нас лучше, если не будем знать, откуда взялась эта дыра. – Кларк хохотнул. – Тем более что за нее щедро заплатили хозяину. – Он указал на купюры, оставленные Вебрандом.

Над столом закружился миниатюрный вихрь из алых искр. Вынырнув из него, в руку мага ударился магический «вестник» в виде призрачной красной птицы. Искры растаяли – на стол лег серый квадратик из дешевой бумаги.

– Ну вот, опять кому-то неймется, отдохнуть не дадут, – пробормотал Кларк, разворачивая послание.

Беззаботное выражение лица тотчас сменилось гримасой.

– На работу вызывают, красавчик? – с разочарованием спросила Айрис.

Смяв бумажку, он делано улыбнулся:

– Нет. Я твой, милая, до самого утра.

Анника пришла к Вебранду ночью. Постучала решительно – и ей открыли двери, будто ждали.

На давелийце были черные брюки и белоснежная рубашка, расстегнутая до половины. Невольно опустив взгляд, блондинка увидела, что кромешник стоит босиком – вероятно, готовился лечь в постель.

– Простите, что беспокою столь поздно, – произнесла она скороговоркой заготовленную фразу, – но дело не терпит отлагательства…

Мужчина поднял руку, обрывая вежливое вступление перед просьбой.

– Ближе к сути.

Предложение Аннике понравилось; он отступил вглубь комнаты, молча разрешая войти, чем она незамедлительно и воспользовалась.

Апартаменты, выделенные гостю из соседней страны, ему откровенно не подходили: оформленные в веселенькой красно-желтой цветовой гамме, они не вязались со строгим обликом мужчины, который даже среди ночи выглядел элегантно и собранно.

– Мне нужна ваша помощь.

Вебранд вскинул бровь, выказывая легкое удивление.

– Простите, я не совсем верно выразилась, – покаялась Анника. – Я пришла просить помощи у ордена Кромешной Тьмы. Исчезла моя подруга, боевая магичка, которая нашла общий язык с вашей графиней, и я уверена, что леди готова предложить ей место своей телохранительницы.

Кромешник задумался на несколько секунд, будто вспоминая, о ком она говорит, и кивнул.

– Магичка, которая спасла вашего принца от убийц из клана Черных Ос. Ядвига Томчин.

– Так точно. Ядвига ушла получать орден и не вернулась в свою комнату.

– Почему вы явились ко мне? Почему не просите о помощи принца?

Холодный, невозмутимый, вежливый, безупречный… Сейчас кромешник дико бесил взволнованную магичку.

– Я переживаю за подругу. Она не пришла после встречи с принцем, так почему я должна обращаться за помощью к нему же? Да и не помогут мне, что-то здесь не то… Секретарь сообщил, что его высочество подарил Яде дом, который она сразу бросилась смотреть.

– И что вас смущает? – лениво удивился давелиец. – Ваша коллега ушла смотреть подарок, завтра вернется.

Анника покачала головой и твердо сказала:

– Это не похоже на Ядвигу. Она позвала бы меня с собой.

– Что говорит начальник службы безопасности принца?

– Кларк сбежал от меня, когда увидел в конце дворцового коридора, «вестники» игнорирует.

Шатен скрестил руки на груди. Несколько мгновений он молча смотрел на позднюю гостью, затем внезапно указал на кресла у окна.

– Прошу, присаживайтесь. Разговор у нас будет длинный. Если поможете мне, обещаю, что буду искать вашу подругу.

Странная формулировка. Но разве был другой вариант?

Анника проследовала к окну и заняла кресло, которое стояло ближе к выходу. Коварно-мягкое, оно захватило в плен девичий зад, чтобы затормозить подъем, если вдруг понадобится сбегать.

– Не знаю, чем я могу помочь могущественному ордену, но постараюсь, – пожала плечами Анника и пошутила: – Главное, не требуйте предавать корону. Хотя я уже и не уверена, что готова служить верой и правдой своему принцу.

Договорив крамольное признание, закусила губу. Такие слова не произносят вслух даже в компании родных при закрытых дверях, она же высказала свои сомнения чужаку.

– Ответьте на мои вопросы – и мы квиты, иной платы с вас я не потребую.

Блондинка удивилась, но виду не подала. Устроившись в кресле с большим комфортом, приготовилась ответить на самые невероятные вопросы. И кромешник ее поразил.

– Пари на Ядвигу Томчин был выиграно с помощью любовного приворота?

Неожиданный вопрос, который прямо выдал интерес ордена к исчезнувшей девушке. Или интерес самого Вебранда?

Анника возмущенно фыркнула:

– Катар приворожил Яду?!

– Это не утверждение, а вопрос. – Уголок рта мужчины дернулся. – Что тогда произошло?

Анника колебалась недолго:

– Я обещала Ядвиге, что оставлю все в тайне, но если это поможет в ее поисках, я нарушу слово. Катар смошенничал, да, но…

Она вздохнула печально и опустила голову, спрятав лицо в распущенных коротких волосах.

– Но – что? – поторопил с ответом кромешник, выдавая нетерпение.

– Не знаю, как сказать точнее. Там не приворот, а хитрость была. – Блондинка внезапно широко улыбнулась.

В голосе кромешника зазвенел лед:

– В той истории есть что-то забавное? Поделитесь.

Видя, что у собеседника испортилось настроение, девушка поспешила объяснить:

– Все считают, что Катар просто соблазнил Ядвигу, а он сделал ее законной женой. За что ему и проломили голову на пустыре – похоже, кто-то узнал, каким образом был выигран спор, обиделся и наказал шулера.

– Шулер… Вы ведь не просто так употребили это слово? Катар был картежным игроком?

– Да. Поэтому и ввязался в тот глупый спор – парнем он был неплохим, предложил Ядвиге свое имя и поддержку. Вот только он сам нуждался в помощи, но не захотел признаваться в этом даже сам себе.

Воцарилось молчание. Давелиец о чем-то задумался – глубокая морщина прорезала переносицу.

– Теперь вы понимаете, что Ядвиге не было смысла убивать мужа? – старательно пряча волнение, спросила Анника. – Ядвига – хорошая подруга, надежный товарищ в бою. Она честная и прямая, хоть кажется, что себе на уме.

Кромешник с каменным выражением лица несколько секунд молча рассматривал боевичку, прежде чем холодно спросить:

– Вы ведь понимаете, что если Томчин в ближайшее время не вернется, ее контракт передадут вам? Вы тоже подходите графине Монфрери.

Магичка усмехнулась.

– Я предполагала, что такое возможно. Но я себя уважать перестану, если не помогу подруге.

Я открыла глаза с ощущением непоправимой беды. Сделать глубокий вдох получилось не сразу – что-то сдавливало грудь.

Белый потолок. Белые стены. Я лежала в ванне, наполненной зеленым желе.

Это первая мысль, которая пришла мне в голову. Вязкая субстанция лишила подвижности, не давая толком даже головой вертеть. И все же, приложив усилия, я сумела чуть приподняться – этого хватило, чтобы оглядеться. И тут же силы закончились – я упала обратно в прохладную жижу и застонала. Слабость разливалась по всему телу. Беспомощность – ужасное состояние, такого не пожелаешь и врагу.

Воспоминания возвращались тоненькими ручейками – медленно, несмело, но вскоре их стало так много, что заболела голова.

Я находилась в комнате одна, а значит, проснулась раньше, чем рассчитывал Доминик. Мысленно поблагодарив судьбу, занялась разработкой конечностей.

Обычно люди никогда не задумываются, как управлять своим телом. Теперь же я мысленно молила его встряхнуться, отреагировать на раздражители, пошевелить хотя бы пальцами. Пока не сталкиваешься, не сознаешь, какая это замечательная вещь – послушное тело, которое все делает машинально. Просто ходить, что-то делать руками – уже чудо, которое многие не замечают.

Когда есть цель, не удержит и клейкое желе.

Первыми подчинились пальцы на руках, потом – ноги, и я смогла перевернуться на бок. Ухватившись за белоснежный борт ванны, приподнялась.

Как и думала, в лаборатории никого больше не было, если не считать заспиртованных змей, пауков и всевозможной нечисти.

– Молю вас, еще слишком рано! Ваше высочество, особых результатов нет!

Отчаянный вопль Доминика звучал далеко и глухо.

Я была еще не готова встретиться ни с ним, ни с принцем. Слабая, слишком слабая, чтобы сражаться за свою свободу и судьбу открыто, а значит, придется притворяться и врать.

– Не переживай, я сделаю скидку на то, что прошло слишком мало времени, – снисходительно произнес принц Флориан, открывая дверь в лабораторию.

Я лежала, словно и не думала просыпаться, как спящая красавица из сказки. Красавица, которая по ночам высасывала кровь у женихов, которые покушались на ее королевство, а не на нее саму. Жаль, с принцем Флорианом так нельзя поступить. Вот кого я бы не пожалела.

После погружения в желе наружу остались торчать нос и левое ухо, обращенное к стене. Голоса я слышала плохо, посетитель лаборатории остановился у двери и там расспрашивал, как продвигается мое изменение.

Успела задремать, поэтому вздрогнула, услышав следующие слова:

– Красивые, правильные черты лица и при этом кажутся знакомыми. Возможно, я видел ее родственников? – Голос принца звучал прямо надо мной.

Развезло меня знатно, раз пропустила момент, когда мужчины подошли к резервуару.

– Ты хорошо поработал, Доминик, с меня двойная премия.

– Ваше высочество, моя задача до конца не выполнена, регенерация поврежденных тканей не завершилась, – вкрадчиво произнес целитель.

– Сколько тебе нужно еще времени?

– Неделя.

– Слишком много просишь, даю три дня. Менталиста я уже нашел.

– Ваше высочество, вы же собирались сначала поговорить с девушкой! – вроде бы искренне возмутился Доминик. – И лишь потом пригласить мозголома!

– Так будет быстрее, – беззаботно сообщил принц.

Мне захотелось свернуть ему челюсть. Отбирать у человека свободу, память и самостоятельность мысли могут только негодяи, уроды, которым есть дело только до своих чувств. Нет, я больше не испытываю никакого пиетета перед Флорианом.

Кто знает, до чего бы я себя накрутила, если бы не сонливость и слабость, которые никуда не делись. Дрема подкралась на мягких лапах, обвилась вокруг, ласково предлагая еще немного отдохнуть.

Нет, уже не дрема. Тьма. Нежно баюкая, она обещала, что исправит то, что исправить нельзя.

Вместе с тьмой пришло прошлое. То, о чем меньше всего хотелось вспоминать.

Глава 5
Скелеты в шкафу

Темно-вишневые перила призывно блестели. Через несколько дней слуги натрут их воском, но и сейчас по ним вполне неплохо скользить.

Платье на мне роскошное – небесно-голубое, с изумительным кружевом и вышивкой жемчугом. Я сама себе казалась куклой, настолько новый наряд изменил привычный облик. Горничная убрала мои волосы в замысловатую прическу и вплела в них несколько серебряных нитей.

Я прекрасно понимала, зачем мачеха сшила мне платье с декольте чуть глубже, чем полагалось юной девице, – хотела подчеркнуть, что я вышла из детского возраста и вполне подхожу для замужества. Семнадцать, ладно, почти восемнадцать лет… Какое замужество для магички? Особенно такой любопытной, как я.

Заклинанием «невидимой ленты» я прижала подол к ногам – надеюсь, платье не помнется и выдержит все мои издевательства. Ссориться с мачехой именно сегодня я не хотела, притом из-за какого-то наряда.

Сделав глубокий вдох, решительно уселась на перила и полетела вниз. Дух захватило от скорости!

Эге-гей! Я лечу! Лечу!..

К сожалению, лететь со второго этажа на первый недолго. Несколько мгновений абсолютной свободы завершились быстро. «Воздушная подушка», наколдованная загодя, спасла от ушибов. Я приземлилась успешно и в то же время крайне неудачно – прямо к ногам вышедших из библиотеки хозяев замка и их гостя, барона Алессандра Лескорэ.

Ой, влипла…

– Вердон, это что? Это что? – заикаясь, спросила леди Лоринда.

Проклятье, я мимоходом ответила ей в привычном стиле:

– Это… это я!

– Вердон! – завопила мачеха. – Ваша дочь опять мне грубит!

Я поднялась на ноги, деактивировала заклинание – платье распрямилось, но слегка утратило пышность. Помялось.

– Алессандр, дорогой! – Взволнованная леди обернулась к гостю, своему кузену: – Мне жаль, что вы увидели очередные чудачества моей несносной дочери!

Следующий жалобный взгляд она подарила отцу и грустно заявила:

– Вердон, девушка на выданье не должна себя так вести. Габриэль избалована сверх меры, пора что-то делать. Для начала пусть остается сегодня дома.

Я открыла рот, потрясенная ее словами. Да как она смеет! Отчитывает при постороннем, да еще запрещает что-то?! Она не вправе оставить меня дома, когда у бабушки день рождения!

– Отец, я должна поехать, мачеха преувеличивает.

В этот момент папа показался мне незнакомцем, который, недовольно поджав губы, смотрел на меня с непередаваемым разочарованием.

– Габриэль, как ты смеешь называть женщину, воспитавшую тебя, мачехой? Я неоднократно просил называть ее леди Лориндой, раз не можешь мамой.

– Папа, пожалуйста…

Он поднял руку, грубо обрывая на полуслове:

– Хватит! Леди Лоринда права: ты заигралась, Габриэль, в магичку, который позволено все. Ты наследница древнего рода, тринадцатая в очереди на престол нашего славного королевства – пусть боги хранят его величество и продлят его дни на земле!

Отец благочестиво возвел очи горе́. Мачеха сделала то же самое, сложив руки под грудью – делала она так не из-за того, что почитала богиню Мать, а чтобы подчеркнуть свой пышный бюст, который грозился выскочить из низкого декольте сливового платья, расшитого аметистами.

– Отец, я больше не буду, клянусь.

Но он снова махнул рукой и посмотрел на молчаливого барона Лескорэ. Брюнет – приверженец одежды темных цветов, и в модном черном с синим отливом камзоле и таких же брюках, он как никогда напоминал ворона. Не люблю этих птиц, угрюмых вестников смерти.

– Видите, Алессандр, она не готова к замужеству – перечит отцу, вбила себе в голову глупости. Нет, ей не замуж следует идти, а в обитель богини, учиться смирению и тому, как должна вести себя благородная девица.

Я не верила своим ушам, это не отец говорил, это речи мачехи, которые она внушила ему, подластившись. Нет, нет, он не отправит меня в глухомань к жрецам богини!

Прокашлявшись, кандидат в женихи мягко возразил:

– Габриэль – прекрасная юная девушка, ей хочется развлечений, новых впечатлений, в конце концов, веселья. Все это она может получить, став моей женой.

Ага, сейчас… Я получу это, если, наоборот, не стану твоей женой, а поступлю в Квартенский университет магии. Интересные лекции, лабораторные работы, беззаботные друзья, приключения… Ах! Как же я мечтаю об этом!

– Дорогой мой друг, я очень сомневаюсь, что Габриэль нужны развлечения, – вздохнул отец. – Веселясь, она чуть не сломала шею.

Почему окружающие думают, что знают лучше, что мне нужно? Злит, как же меня злит подобная уверенность! Семнадцать лет – ты не умеешь думать своей головой, но можешь идти замуж. Боги, разве это не отдает лицемерием?

– Милый, я настаиваю, чтобы обе наши девочки задумывались о последствиях своего поведения. Габриэль должна остаться дома.

Я с неприязнью посмотрела на мачеху, странная она сегодня. То сама подталкивает к своему кузену, то оставляет дома, мешая ему ухаживать за мной. Не иначе у нее женские дни, раз сама не знает, чего хочет.

А мне важно увидеть бабушку! Она обещала, что на приеме будет столичный целитель, который поможет уговорить отца отпустить меня в КУМ.

Поколебавшись, я решилась на давний шутливый шантаж:

– Отец! Если вы оставите меня дома, я буду практиковаться в некромантии и в этот раз подниму семейный склеп!

– Габриэль, прекрати!

– Видите, дорогой, к чему привело ваше попустительство? – Всхлипнув, мачеха прикрыла рот рукой, затянутой в темно-фиолетовую перчатку.

Отец, к моему превеликому удивлению, кивнул.

– Габриэль, поднимись к себе и жди нашего возвращения, поговорим потом.

Я открыла рот, чтобы возмутиться, но вдруг осознала странное: в голосе папы затаился страх. Что-то случилось? Чего он боялся? Эта внезапная строгость, намеки на то, что замуж мне рано, потому что не научилась смирению, наталкивали на определенные мысли: кандидат в зятья разонравился, таким образом он пытался отказать родственнику своей дражайшей супруги. И она, как ни странно, почему-то поддержала решение.

– Как скажете, отец.

Я покорно поклонилась, пожелала хорошо провести время и поднялась в семейное крыло. Пока шла по лестнице, спиной ощущала холодный внимательный взгляд. Алессандр Лескорэ. С первого дня, как нас представили друг другу, он присматривается, словно оценивая и взвешивая. Брр, неприятное ощущение.

Дождавшись помощи служанки, я переоделась в ночную рубашку и халат. Вынимая шпильки и серебряные нити из моей прически, Росси щебетала о том, как обаятелен барон, как красив и статен.

– Ах, леди Габриэль, вы такая счастливая! Стать женой подобного мужчины мечтает каждая девушка. Скажите, ведь он вам нравится?

– Росси, мне нравится думать, что я поеду учиться в столицу, а не о том, сколько детей у меня появится в ближайшие пять лет.

– Ох, леди, зачем вы так… Зачем вам богомерзкое занятие некромантией?

Росси служила в нашем доме меньше года, но позволяла себе несколько больше, чем иной доверенный слуга. Почему ее дерзости терпела мачеха, для меня оставалось загадкой.

– Простите, вы такая красивая… Я не понимаю, зачем вам магия?

Я вздохнула, не собираясь спорить еще и со слугами, отстаивая свои мечты, и промолчала. Горничная воспользовалась, как она посчитала, молчаливым разрешением и продолжала расхваливать лорда Алессандра.

– Росси, если ты закончила, оставь меня, хочу побыть в одиночестве.

– Леди Габриэль, вы будете пить молоко с медовым печеньем перед сном?

Я покачала головой:

– Благодарю, не сегодня.

Росси, неподдельно расстроившись, нервно ухватилась за край белого передника.

– Леди, вы заморите себя голодом – вы же такая худенькая! Печенье приготовили в обед, а оно до сих пор пахнет на всю кухню. Теплое молоко поможет вам поскорее уснуть.

– Ладно, неси.

Я не успела выбрать книгу из тех, что недавно выписал отец из столицы, как запыхавшаяся горничная вернулась с подносом. Назойливая, она не отстала, пока я не выпила чашку молока и не съела три песочных кольца, которые, действительно, получились изумительными – рассыпчатыми и ароматными.

Но даже самое вкусное печенье в мире не сможет заменить вечер в доме бабушки. Мачеха…

Как же порой я ее ненавижу! Мне исполнилось шесть лет, когда отец женился на Лоринде, выдержав всего лишь год траура. Леди честно пыталась найти общий язык со мной, но я не хотела себе другой матери и изводила ее с недетской фантазией. Я совсем не походила на бедняжку из сказки, которой помыкала мачеха. Еще бы! Меня любил отец, обожали слуги, а к одиннадцати годам открылся дар и обещал быть сильным: кто-то из родственников даже пустил слух, что во мне проснулась кровь некромантов, тех, кто стоял у истоков рода. Я же хотела быть целительницей, пусть и с вредным характером – говорят, так даже лучше, пациенты на шею не сядут.

Через год после замужества леди Лоринда подарила моему отцу дочь, Мартину, и я так и осталась наследницей, что радовало некоторых слуг, невзлюбивших вторую госпожу.

Когда мне исполнилось пятнадцать, у нас появились новые соседи – родственники леди Лоринды. И почему-то они решили, что должны опять породниться с нашим родом, заключив еще один брачный союз. В этот раз их целью стала я. Мне не нравился кандидат в мужья: старше лет на десять, он смотрел на меня, как на капризного ребенка. Я хотела учиться в университете магии, а навязанный женишок утверждал, что благородной девушке там делать нечего, хватит и приглашенных учителей. Вдобавок было в Алессандре что-то неуловимо-скользкое. Хитрый змей, маскирующийся под мрачного ворона.

Интересный учебник по основам магии и легкий перекус помогли справиться с беспокойством, которое нарастало, не имея на то никакой причины.

Строчки расплывались – и я отложила книгу. Голова потяжелела, глаза слипались, по всему телу разлилась усталость. Взрослею – раньше ссора меня бодрила, теперь же серьезно изматывала.

Я легла спать, решив не ждать отца, который, бесспорно, меня любил и желал только счастья. Уверена, у него есть объяснение, почему он себя так странно ведет, наказав за обычную шалость.

– Леди Габриэль… Леди Габриэль… Проснитесь!

Сквозь сон донеслись визгливые крики.

Как же плохо… Голова кружилась, я смогла подняться с кровати лишь со второго раза – меня трясло как в лихорадке. Я заболела? Только чем? Я засыпала абсолютно здоровой.

Уловить смутную мысль-догадку не получилось – в дверь ломились со страшной силой, мешая сосредоточиться. Даже отец так не стучал, когда я разгромила столовую, испытывая новое заклинание.

Когда открыла, меня чуть не сбили с ног – в спальню влетел лорд Алессандр. За ним неслась горничная Росси. Именно ее истерические крики и разбудили меня.

– Габриэль! Собирайтесь, пока они не ворвались в дом!

Как же мне дурно… И то, что в спальню попал посторонний мужчина, вызвало лишь смутное беспокойство и легкое раздражение. Как же хочется спать…

– Кто ворвется? Что случилось?

Но вместо ответов меня ожидало иное.

– Вы колдовали, Габриэль? – Лорд Алессандр позволил себе схватить меня за локоть. Грубость его испугала и взбодрила. – В этот вечер, после отъезда отца и мачехи, колдовали?

Вырвав руку из неласковых пальцев, я резко ответила:

– Нет. Я захотела спать.

Почему я отвечаю невежливому, попирающему правила приличия аристократу? Не знаю. Голова раскалывается…

– Кто-то был с вами из слуг после того, как уехали родители?

Я посмотрела на испуганную служанку.

– Росси помогла переодеться. Что произошло? Почему у меня такое ощущение, что мне нужно алиби? – Я слабо улыбнулась.

Лорд Алессандр остался серьезен.

– Именно так, вам необходимыв алиби и защита. Городское кладбище восстало! Ваши родители погибли, Габриэль. Примите мои соболезнования.

Пол качнулся, выскальзывая у меня из-под ног, и ударил по затылку, оглушая.

– Леди Габриэль! Леди!.. Очнитесь, нам нужно ехать.

Я открыла глаза, все еще чувствуя раздражающий запах нюхательных солей.

С помощью Росси встав на ноги, я честно призналась:

– Я не поднимала кладбище. О даре некроманта – давняя семейная шутка, я хочу учиться на целителя.

Лорд был прямолинеен и суров:

– Ваше желание не отменяет того факта, что у вас есть задатки некроманта.

– Нет, нет… Это шутка, чтобы позлить мачеху.

Я подняла кладбище, чтобы убить своих родных? О боги, страшнее клеветы не придумаешь!

– Шутка перестала быть смешной. Одевайтесь, Габриэль!

– Зачем?.. – Я не понимала, чего добивается от меня барон Лескорэ.

– В доме вашей бабушки гостит маг-дознаватель, который славится самыми быстрыми расследованиями. Когда раненый кучер вернулся с сообщением о кровожадных упырях, нашлись гости, которые вспомнили о вашем некромантском даре и о конфликтах с мачехой. Толпа жаждет вершить самосуд, Габриэль! Вам нужно скрыться!

Пришибленная страшной новостью, я заплакала.

– Я не некромант и не убийца! И я любила отца и терпела мачеху, наше противостояние велось из-за ее попыток контролировать мою жизнь.

– Габриэль, дознаватель запечатает вам дар, если не покинете дом, а то и похуже…

Где-то гневно закричали люди.

Застонав с досадой, Алессандр бросился в коридор, велев мне не покидать комнату. Жалобно хнычущая служанка поспешила за ним.

Боги… Неужели я убила отца? Я стала некромантом, пройдя во сне инициацию?

Нет. Не верю. Нужно разобраться самой. Убедиться.

Я произнесла слова заклинания, снимающего похмелье, которое выучила специально для поступления в университет. Приключенческие романы утверждали, что это очень нужное умение – всегда сохранять ясную голову.

Боль, тисками сдавливающая виски, отступила. Помогло… Значит, это не последствия стихийной инициации, меня чем-то опоили. Кто и зачем? Обязательно узнаю, но позже. Сейчас важно другое – уйти из особняка. Барон Лескорэ не тот человек, которому я могу довериться.

В голове прояснилось, но принять факт, что папы больше нет, я не могла.

Холщовая котомка с необходимыми в дороге вещами давно лежала под кроватью. Я допускала, что мне не разрешат поступить в КУМ, и готовилась к побегу.

В итоге я оказалась права: отец не разрешил, потому что уже не сможет ничего – ни разрешать, ни запрещать.

Богиня! О чем я только думаю? Надо верить, что Алессандр соврал! Что мои близкие живы! Но лучше подготовиться к самому плохому…

Переодевшись в мужские штаны, рубаху и легкую куртку, я закинула котомку за плечи и открыла окно, стараясь не шуметь.

Выбравшись на узкий карниз, я застыла. До земли далековато – если свалюсь, меня и судить не надо будет.

В памяти смутно сохранилось, как шла по карнизу к ветке старой яблони, как спускалась по шершавому, потрескавшемуся стволу. Расплывчато помню, как бежала через парк. Перелезла через ограду – магическая защита выпустила беспрекословно, опознав дочь владельца поместья.

У главного въезда собралась толпа с факелами и магсветильниками. Здесь были разозленные мужчины с вилами, топорами и косами. Жители ближайшей деревни требовали выдать черную ведьму.

Зычный голос Алессандра Лескорэ, взывающего к разуму напуганных селян, помог сбросить оцепенение. И я побежала в лес, подальше от дороги. Не представляю, сколько до поместья бабушки пешком, но я доберусь. Обязательно доберусь.

Хрип справа. Я сбилась с шага и повернулась к темным зарослям орешника. Затрещали ветки, пропуская высокую костлявую фигуру.

Я застыла, с ужасом чувствуя, как холодеет тело и отнимаются ноги. От страха я не могла сдвинуться с места, даже пошевелиться не сумела. Все боевые заклинания, которые выучила с репетиторами, вылетели из головы.

Существо нестерпимо воняло – ветер дул мне в лицо, и я едва дышала. Только бы не упасть в обморок от невыносимого смрада!

Я не двигалась. Неподвижно стояло и костлявое, в истлевшем саване существо. Может, оно меня не видит? Это ведь серый могильщик, а у него плохое зрение…

Я не успела додумать мысль – словно огнем обожгло щеку. Боль в плече.

Я отшатнулась, уходя в сторону из-под следующего удара. Порождение некромантской магии прыгнуло, метя мне в грудь когтями – длинными, белесыми. Я закричала, услышав треск материи.

Когти не задели тело. Это не я такая ловкая – в последнюю минуту сдержался могильщик. И жалобно взвыл. Опустившись на корточки, он пополз в мою сторону.

– Про… сти, про… сти… – перемежаемые мычанием, вырвались глухие слова из слюнявой пасти.

Прости? Он извиняется? За что?

В голове, точно вспышка молнии, мелькнуло заклинание.

– Орхо-молэ!

Могильщик осыпался пеплом, жирным, черным пеплом.

Я тоже упала. Боль была настолько сильной, что я ничего вокруг не видела.

Темнота. Далекие огни. Шепот, который будто прорастал в моих ушах.

…Я плыву на теплых волнах. Нежные, чуточку прохладные руки. Женщина склоняется надо мной и гладит по голове. Я не вижу ее лица, но слышу ласковый голос, который обещает, что все будет хорошо. Не будет… не верю…

Пробуждение. Как же больно! Тело ломило, чесалась щека, я хотела пить.

– Воды…

Думала, что проговорила просьбу в пустоту, но нет – раздались шаркающие шаги.

Я с трудом открыла глаза. Деревянные толстые балки, к которым подвешены сотни пучков трав.

Пожилая женщина с седыми, коротко обрезанными волосами принесла мне кружку прохладной воды. Нет, есть какой-то привкус, значит, лекарственный отвар.

– Уходи, девонька. Скоро тебя здесь найдут. Найдут и не пощадят. – Старуха шептала, как будто боялась, что ее услышат.

– Кто?

– Сама узришь, если останешься. – Она страшно захихикала.

И я узнала ее – это же Вельма, старая, выжившая из ума знахарка. Она не лечила людей, сторонились их, собирала в лесу и на болоте травы, которые потом продавала в городских лавках зельеварам, и на вырученные деньги жила.

Домик Вельмы стоял на землях моей семьи, но отец не требовал с нее арендной платы, даже не знаю почему. Теперь эта нелюдимая женщина помогала мне.

Я коснулась щеки – пальцы нащупали повязку.

– Я подлечила тебя, выложилась до дна, теперь не скоро восстановлюсь. Заживают раны быстро и хорошо, но шрамы останутся. Потом попросишь целителей вернуть тебе красоту. – Знахарка снова хихикнула: – Сейчас тебя слуги не узнают. Если обрежешь волосы, не узнают и близкие.

В свете магического светильника я увидела, как лихорадочно блестят темные глаза Вельмы. Странно… Я помню, что у нее были голубые глаза, настолько яркие, что смотрелись неестественно на морщинистом загорелом лице. Память дырявая? Впрочем, я и видела ее раза два.

Я смутно распознавала, чем поила меня Вельма. Какие-то отвары ужасно воняли, какие-то были гадкими на вкус, но они действовали: я ощущала, как возвращались силы, боли почти не было. Точнее, травы уняли физическую боль, оставив душевную.

Я думала о том, что произошло этой ночью, и не понимала, как получилось, что я уцелела? Серый могильщик – трупоед, которому некоторые некроманты предпочитают скармливать отходы своей профессиональной деятельности. И это существо очень предано хозяину. Получается, если оно просило у меня прощения, значит, приняло за хозяйку?

Эта мысль сводила с ума. Неужели могильщик напал на меня, потому что сразу не узнал? Ведь ветер дул ему в спину, а зрение у твари плохое.

Но если это мой могильщик, это я подняла кладбище и натравила его обитателей на своих близких! Я – некромант?..

Разбудив ранним утром, знахарка посоветовала уходить, пока не проверили ее домик.

– Иди и не оглядывайся, – напутствовала Вельма, осеняя мой путь священным знаком богини Матери, только немного не таким, как жрецы. Пальцы на старости сводить стало? Похоже, Вельма сдает.

– Благодарю за все, госпожа, примите в знак признательности за вашу помощь… – Я достала из котомки кошелек, но распустить его завязки не успела.

Знахарка возмущенно замахала руками:

– Иди, иди отсюда! Тебе самой мало, подработку брать придется.

– Спасибо…

Я не ожидала помощи и поддержки от сумасшедшей бабки и растрогалась до слез. Вдобавок ныла рана на щеке.

Пройдя шагов сто, я остановилась.

Что я творю? Вельме нужны деньги! Если она вычерпала силу до дна, то несколько дней будет лежать пластом, не сможет собирать травы, а значит, потерпит серьезные убытки, ведь некоторые растения входят в силу всего на несколько дней или недель, потом за них и ломаного лэта не дадут.

Я решительно направилась обратно к домику знахарки, ворчливой, но в душе доброй. Оставлю деньги под дверью и сбегу.

Я так и сделала, только вот сбегать не стала – застыла, услышав стон. Вельме плохо? Я ворвалась в дом, лихорадочно вспоминая хотя бы одно целительское заклинание.

– Ты кто? Что тут делаешь? Воруешь у меня?

Под градом колючих вопросов я сжалась.

Как же так? Она меня не узнала? Успела забыть? Но мы же только что расстались!

Старуха кричала, брызжа слюной, затем и вовсе схватила тяжелую ступку, которой дробила кости и орехи для декоктов.

– Вот я тебе щас, ворюга, задам!

Убегая из лесного домика, я обернулась – Вельма гналась за мной, потрясая своим оружием. И глаза ее были ярко-голубые…

Путь в Квартен дался нелегко, ночевала в лесу или в трактирах попроще. Я обрезала волосы и сплела энергетический «кокон» от поисковых заклинаний. Если возьмутся основательно, то найдут, безусловно, мне далеко до настоящего мага, хоть наставник и называл своей самой усердной ученицей.

К воротам Квартенского университета магии я добралась на закате двадцатого дня, считая с момента побега. Неделю назад закончился прием адептов, я опоздала, но пропускать год не собиралась – всегда есть исключение из правил, и я намеревалась им стать.

Мимо защиты на высоченной ограде и стражника я прошла, не испытывая особых трудностей – он отвлекся на долговязого блондина с серебряной серьгой-кольцом в левом ухе. Под прикрытием иллюзии я вбежала в открытые ворота. Магическая защита напряглась, но пропустила – у меня было право тут находиться, и я пришла с чистым сердцем, без враждебных мыслей.

Спиной почувствовав внимательный взгляд, обернулась. На меня смотрел долговязый – сильный дар у парня, раз заметил. Он увидел, но не сдал стражнику, запомню это и при случае верну долг.

Я шла по оживленным, несмотря на вечер, коридорам университета и порой ловила на себе любопытные взгляды. Да, я страшненькая сейчас: в запыленной, потрепанной мужской одежде, с криво обрезанными волосами до середины шеи и шрамом на пол-лица. Уродина, по меркам светских дам. Но в этих стенах собрались маги, и большинству было наплевать, как я выгляжу.

Все куда-то спешили, шли парами или группами по пять-шесть человек, и останавливать их почему-то не хотелось. А потом у статуи боевого мага в полный рост я увидела ее, рыжую девчонку. Красивая и спокойная, она привлекала внутренним светом и аурой силы, которая ее окутывала.

Перейдя на магическое зрение, я отметила количество амулетов на девушке – сдержанная, скрытая мощь, которую не всякий маг почувствует сразу. Какие интересные защитные амулеты, древние, видать.

Адептка в форменном зеленом платье читала книгу и беззвучно шевелила губами. И каменное лицо скульптуры ожило – удивленно изогнулись брови, острый серый нос наморщился, как будто его обладатель собирался чихнуть.

Иллюзия… Девушка – магичка грез.

– Здорово у вас выходит, – прокаркала я.

Рыжая испуганно подняла голову.

Ох, давно я не разговаривала, охрипла так, что людей стращаю.

Прокашлявшись, добавила:

– Добрый вечер. Меня… – Секундная заминка. Я чуть не представилась настоящим именем, хотя всю дорогу сживалась с иным. – Меня зовут Ядвига Томчин. Можете показать кабинет ректора?

– Привет. Я – Элеяра Кимстар. – Легкую паузу между именем и фамилией я отметила только потому, что сама сейчас скрывалась. – И я, разумеется, провожу вас к кабинету ректора.

Сунув книгу под мышку, рыжая повела меня по самому странному коридору, который когда-либо я видела. Иллюзии, до дрожи реальные и яркие, чередовались с жуткими экспонатами. И сложно определить, что страшнее: монстр, который, внезапно ожив, отлеплялся от картины и рычал, или законсервированные чарами головы, когти и прочие части чудищ, размещенные под стеклом.

В другое время я обязательно оценила бы боевые трофеи местных магов и иллюзии, созданные наверняка студентами с факультета грез. Но сегодня слишком устала, да и не могла я размениваться на что-то иное, требовалось концентрироваться, чтобы верно показать себя перед ректором.

Шли в молчании. И почему-то это не угнетало: с рыжей легко переносить тишину. Странная девушка – всего лишь магичка грез, но судя по моим ощущениям, сильная, такой бы учиться на боевика. Вдобавок пелена странной магии будто окутывала девушку. Видимо, на ней мощный семейный артефакт защиты.

– Мы на месте. – Элеяра Кимстар остановилась возле массивной двери. – Удачи, Ядвига!

– Благодарю, вам тоже удачи.

Бывает, что люди появляются в твоей судьбе на несколько мгновений, но ощущение такое, будто вы знакомы давно и близко. Люди, с которыми приятно находиться рядом, которые заряжают необходимой уверенностью и силой. Странно, но именно такой показалась мне эта студентка.

Постучав, я тут же нажала на ручку. Щелчок – и с небольшим сопротивлением дверь открылась. Я сделала шаг внутрь кабинета и тут же попятилась. Выскочить в коридор не успела – дверь захлопнулась по приказу бритоголового мужчины, сидящего за столом.

– Стоять! Вы кто такая, леди?

Я бросила на вопрошающего быстрый взгляд и тут же перевела его на шкаф, забитый книгами, а затем и вовсе на ковер – красно-черно-белый, с высоким ворсом и сложным орнаментом, его можно разглядывать долго. Но и это не помогло отвлечься, забыть увиденное, и щеки мои горели, решимость стребовать, чтобы меня приняли после начала учебного года, потускнела.

Рихард Александр Йохенссельский, ректор Квартенского университета магии и сильнейший некромант современности, оказался лысым, широкоплечим мужчиной в черной, безупречно сшитой одежде.

И перед этим франтом, прямо на дубовой столешнице, восседала русоволосая девушка. Одетая и даже обутая, но остро чувствовалось, что это ненадолго. Как же мне повезло, что я не пришла на пятнадцать минут позже!

– Леди, вы онемели от восторга, лицезрея мою персону? – с иронией поинтересовался Йохенссельский, потирая подбородок, заросший густой, короткой черной бородой.

Онемела, да, только не от восторга. Больше всего меня поразило, что ни девушка, ни тем более ректор не смутились вторжению в столь интимный момент, а он именно такой: все же ни в одном учебнике этикета не разрешено бесстыдно сидеть на столе перед мужчиной.

– Ядвига Томчин, прибыла учиться на факультете некромантов, – отчеканила я, пускай и без ожидаемого напора. – И я не леди.

Губы красавицы, сидящей на столе, растянулись в хитрой улыбке, во взгляде неподдельный интерес – так моя младшая сестра рассматривала очередного жука, вспоминая, есть ли он в ее огромной коллекции или стоит добавить.

– Госпожа Томчин, вы опоздали, – спокойно заявил ректор громоподобным голосом. – Подавайте документы в следующем году.

– Нет, я могу быть опасной для окружающих. Я должна учиться у вас!

– Опасны? – Черные глаза буравили меня несколько бесконечных секунд. – Хм, но я не вижу на вас артефакта с уршилем.

Блокираторы ставили на юных магов с нестабильным даром. Но у меня другой случай, оттого я и не красовалась с браслетом из алых с зеленой искрой камней.

– Пожалуйста, возьмите меня на факультет некромантов!

– Не могу! – Ректор развел руками. – У вас нет некромантского дара.

Как это нет?!

– А как же…

Я прикусила язык. Потрясение велико, но я сумела сохранить свою тайну.

– Силушки у вас немерено, госпожа Томчин, снесли сторожевое заклинание с моей двери и не заметили. – Ректор усмехнулся. – Вам дорога в боевики.

Сломала «сторожку» на двери? И практически не заметила невидимое препятствие! Похоже, она была самой простой, от слабеньких студентов.

Я еще обдумывала услышанное, как Йохенссельский добил следующим распоряжением:

– Криста, помоги нашей новой студентке обустроиться.

– С удовольствием, лорд Йохенссельский. – Девушка спрыгнула со стола и покинула кабинет.

Я поспешила за ней, подавляя желание уточнить, не ошибается ли самый сильный некромант страны? Вдруг у меня все-таки есть жуткий дар? К счастью, я сдержалась и не дала повода заинтересоваться, отчего это стремлюсь на другой факультет.

В коридоре добровольно-принудительная помощница с милой улыбкой голодного монстра дерзко объявила:

– А ректор занят, я – его невеста!

Демонстративно почесав щеку, рассеченную шрамом, тихо ответила:

– Не претендую, я пришла сюда учиться.

– Отлично. Значит, мы поладим.

И самоуверенная особа повела меня по коридору с иллюзорными чудовищами.

Глава 6
Беглянка

– Дальше… Что было дальше?

Вкрадчивый голос вторгся в мой мир, разбивая его на мутные осколки.

Дальше… Я долго свыкалась с мыслью, что кто-то другой поднял кладбище. Когда живешь с чувством вины, нелегко от него отвыкнуть.

И что теперь делать? Как найти убийцу, разобраться с тем, что случилось той кошмарной ночью? И почему? Что в эту историю замешан Алессандр, верилось слабо – нет у него причин уничтожать мою семью. Разве только ему категорически отказал отец, заявив, что он не пара мне. Но ведь за подобное не убивают?

Первоначальный выбор сделала за меня судьба: в газетах написали о гибели почти всего рода, в том числе и наследницы леди Габриэль. Меня посчитали мертвой; сразу сложно понять, везение это или нет. И я решила выждать, понаблюдать за ситуацией со стороны и при этом набраться сил. Так адептка Ядвига Томчин получила шанс на жизнь.

– Дальше, дальше…

Назойливый голос подстегивал, вытаскивал следующие картинки из памяти, из темноты.

Из темноты?.. Нет, тьма яро сопротивлялась, позволяя цепляться за нее и не идти туда, куда подталкивал докучливый голос.

Я открыла глаза, но держащий меня за руку мужчина этого не заметил.

– Дальше…

Мой кулак впечатался в его подбородок.

Выдрала себя из липких объятий желе и набросилась на менталиста, посмевшего ковыряться в моих воспоминаниях.

Белобрысый маг удивился и не закрылся от второго удара в скулу, сумел лишь отшатнуться от третьего.

Тело переполняла звенящая легкость. Я могла двигаться гибкой змеей, как будто после часовой растяжки. Извернувшись, менталист выставил перед собой руку с массивным браслетом.

– «Райнс»!

Меня неслабо приложило молнией. Разряды скрутили тело мучительной судорогой.

– Видят боги, я хотел обойтись с тобой мягко, Ядвига. Или Габриэль? – С плотоядным выражением на лице торжествующий менталист склонился надо мной.

Тело корежило заклинание онемения, я не могла даже отползти от влажных ладоней, которые неумолимо легли на мои виски. Боль сопровождала яркие картинки, которые суматошно замелькали в сознании: принц, улыбка его высочества, ласковый, лучистый взгляд… Флориан, ох, Флориан, самый прекрасный мужчина в мире, добрый, сильный, великий… Я готова целовать его щедрые руки, обнимать мощные бедра, я твоя, мой принц…

Тьма. И пустота. Разрывающие голову образы исчезли.

Я смотрела перед собой, не видя ничего. Только пальцы ощущали мокрые щеки и подбородок. Слезы? Или кровь? Я приготовилась драться на ощупь – встала в стойку.

– Тихо, Ядка, тихо! Никто тебя больше не обидит.

Доминик. Только почему он говорит так, словно я его младшая любимая родственница, которую он готов защитить от всех невзгод?

– Не бей, Ядка, клянусь богиней Матерью, я желаю тебе добра!

Прохладная рука легла мне на лоб, прогоняя боль и возвращая ясное зрение.

Менталист валялся на полу в позе дохлого червяка – свернувшись в клубочек. Серьезно приложил его целитель.

– Так, сколько пальцев видишь? – Доминик помахал передо мной рукой.

– Два.

– Отлично. Можешь одеваться.

В меня полетели простыня и сверток с одеждой. Дважды просить не надо: по-быстрому стерев комья слизи с кожи, я за считаные секунды натянула белье и запрыгнула в штаны.

– Какая же ты получилась ладная! – цокнул языком Доминик, но не похабно, а как повар при виде трехъярусного торта. – Мой лучший шедевр, который не должен достаться принцу!

Я слушала Доминика и не узнавала его. Может, ему тоже мозги промыли? Это точно он? Или его добрый двойник?

– И быстрее, Ядка, быстрее! Флориану не терпится услышать отчет мозголома.

Целитель открыл потайную дверь, впуская высокого человека в черном плаще, глубокий капюшон скрывал его лицо.

Повернувшись к неизвестному спиной, Доминик тихо попросил:

– Только не сильно.

В ту же секунду на его затылок обрушился удар – целитель рухнул как подкошенный. Я сбросила накидку, готовясь отразить новую опасность.

Откинув капюшон, Кларк велел:

– Ставь щит, Ядвига, и уходим.

Не сразу сообразила, какой щит и почему я. Разум все еще укрывала дымка тумана. Кларк подал мне накидку, валяющуюся на полу.

– Шевелись, пока охрана не очухалась.

Я набросила на нас маскирующий щит, позволяющий сливаться с окружающей местностью. Почему его должна поставить я, теперь понятно: Кларк не должен оставить в лаборатории след своей магии.

Через несколько минут мы быстро шли по коридору запутанного междустенья. Я куталась в синюю накидку из грубой шерсти – сильно морозило, пришло ощущение слабости.

– Что с Домиником? Почему вы мне помогаете?

– Потом все узнаешь.

Но никакого «потом» не было – начальник службы безопасности хранил молчание до конца пути.

Мы вышли в зарослях из какой-то хозяйственной постройки. Неухоженные деревья и кусты, не знавшие садовых ножниц. Это точно не дворцовый сад. Городской парк? Тогда мы покинули центр Квартена.

Кларк свистнул – из-под сени деревьев вышла женщина, тоже в плаще с низко надвинутым на лицо капюшоном.

– Ядвига, пойдем.

По голосу я узнала Аннику.

– Спасибо, Кларк.

Боевик коротко кивнул и скрылся с наших глаз, даже кусты не зашуршали.

– Быстрее, Яда, нам нужно попасть в трактир до того, как принц обнаружит твое исчезновение – могут перекрыть улицы.

Ради беглой боевички?

Захотелось фыркнуть, но я сдержалась. Анника права, все же Флориан настроен решительно: отдал меня против воли в руки целителя, а затем и вовсе нарушил закон, позвав менталиста.

Кеб поймали сразу у входа в парк, и вскоре подъехали к трактиру, где Анника заблаговременно сняла номер. Не сбрасывая капюшоны, поднялись на второй этаж.

Войдя в комнату, Анни тут же упала на кровать, раскинув руки.

– Уф! Давно я так не уставала – все же наследного принца за нос водим.

Меня и саму трясло, наверное, как после первого боя в горах.

– Твои вещи я перевезла из дворца сразу, как ты пропала.

Походные мешки лежали возле кровати.

– Спасибо.

– Будешь должна. Вдруг и на меня какой-нибудь аристократ польстится? Придешь на помощь, – хохотнула Анника и добавила: – Но я еще подумаю, сбегать мне или нет.

– Почему помог Кларк, я еще могу понять. А что с Домиником?

– Он не так плох, как старался казаться.

Приподнявшись на локте, Анника неотрывно, как за охраняемым объектом во время променада, смотрела, как я переодеваюсь.

И я не выдержала:

– Что? У меня рога выросли? Бородавки?

– Не-а, только грудь стала на размер больше.

– Что?!

Я схватила себя за свой удобный второй. Уф, обманула…

– Зараза ты, Анни!

Блондинка весело расхохоталась.

– Тебе смешно, а я уже представляла, как врежу Доминику.

Безусловно, я бы так не сделала – целитель спас от менталиста и принца, изменения с телом я уже заранее ему простила.

– Ты ему спасибо должна сказать.

– Да, без него было бы сложнее меня вытащить. Менталиста он вырубил, как бы принц не понял, кто помог.

– Не переживай. Доминик решил оставить службу при дворе, заявил, что магом красоты интереснее быть.

«Мой шедевр не должен достаться Флориану». Если не путаю, так он сказал? Может, он головой сильно ударился, когда поскользнулся в своей лаборатории? Буду верить, что очередной удар, уже кулаком Кларка, не вернет прежнего Доминика-гада.

Размышляя и сортируя вещи на те, которые пригодятся в пути, и те, что придется оставить, не сразу поняла, что Анника все так же следит за мной.

– Что?

– Глянь скорее в зеркало – я хочу видеть твою реакцию.

Да на что там смотреть? Я не забыла себя прежнюю, Доминик ведь убрал одни шрамы. Или нет?

Бросившись к стене, я застыла. Неужели я ошибалась, и Доминика стоило поколотить за своеволие?

Кусок обработанного стекла неумолимо отображал другую девушку. Яркие губы, высокие чистые скулы. Неизменными остались бирюзовые глаза, сейчас полные изумления и испуга. Нет, Доминик не сделал мне новое лицо, просто детская округлость пропала – все верно, я изменилась за столько лет.

Целитель убрал не только шрамы от когтей и зубов нечисти, но и последствия моего обучения в КУМ: мозоли, следы порезов и переломов. Кожа сияла чистотой и здоровьем, словно не знала ни обжигающих лучей солнца, ни холодного ветра. Волосы сейчас спускались ниже талии, странно, что я сразу не заметила тяжелую, спутанную массу прядей за спиной. Цвет растопленного шоколада с легкой рыжинкой – Доминик восстановил мой родной, легко справившись с магической краской.

– Ты стала красавицей, аристократки сгрызли бы свой маникюр, появись ты рядом с принцем. Красота, скрывающая смертельную опасность, – в идее принца что-то есть. Лучше телохранителя не найти.

Меня возмутили рассуждения Анники, ведь понять – это почти что разделить взгляды.

– Если тебе нравится идея принца, предложи ему свою кандидатуру, когда все чуть утихнет.

Анни насмешливо фыркнула:

– Сомневаюсь, что его высочество променяет породистую кобылку на тяжеловоза, побывавшего на воинской службе.

– Не принижай себя. – Подруга себя недооценивала, я не раз говорила об этом. – Несколько дней в руках Доминика – и красивее не встретишь девушки в Латории.

Она отмахнулась от моих слов, но щеки чуть порозовели – услышанное оказалось приятно.

– Ну, я пойду уже. В первую очередь могут спросить меня, когда обнаружат твою пропажу.

– И как ты продержишься? – Обойти артефакт правды дознавателя почти невозможно.

Анни продемонстрировала черный кулон, вытащив его из-под рубашки.

– Если не выйдет юлить, он замаскирует мою ложь.

Я удивилась, такие амулеты идут на черном рынке по баснословной цене.

– Откуда подобное сокровище?

Анника помрачнела.

– От кромешника. Единственное, чего добилась. Он заявил, что у тебя есть друзья, а он не вправе влезать в государственные дела Латории.

– Ты пошла к графине? С ума сошла?

Я не могла поверить, что она решилась на глупость, которую могли расценить как предательство. В самом-то деле, поиск спасения от произвола собственного принца у его иностранной невесты попахивает изменой.

– Нет, к кромешнику, возглавляющему ее службу безопасности. Он проявлял к тебе интерес, и я решила, что он согласится помочь.

У меня дыхание прервалось от неожиданности.

– В каком смысле – интерес? Мы с ним даже не пересекались взглядами!

– Дурочка. Тебе прочили место подле графини, вот и просеивали твое прошлое.

От сердца отлегло. Подобный интерес опасен, но предпочтительнее. Мне даже смешно стало, оттого что на миг подумала, будто темному лорду приглянулась боевичка в шрамах. Это же каким извращенцем надо быть, чтобы польститься на страшилку, какой была я? О, я четко помню, как кромешника передернуло при виде покалеченных рук Анники. Наверняка безукоризненный лорд Белое Пальто меняет любовницу, если у той выскакивает прыщ на пятой точке. Грубо, но, думаю, недалеко от правды.

– Знаешь, а ведь кромешник мог сдать тебя принцу, как смутьянку, когда ты попросила помощи, – заметила я. – А он промолчал, да еще дал артефакт, скрывающий ложь. Чем не помощь?

– Он дал три амулета. Как будто знал, что в стороне не останется ни Кларк, ни даже Доминик, – задумчиво произнесла Анника. – И ты не права, честь не позволила бы лорду Вебранду сдать нас принцу. Давелийцы, кстати, сами не в восторге от него.

Сделав смелое заявление, Анника невольно оглянулась. Все же так и до клейма заговорщика недалеко.

Но в комнате были только мы да густая темнота по углам.

– Все, теперь я точно ухожу.

– Подожди. – Я вручила подруге сумку с книгами по магии. – В бегах мне они только мешать будут.

– Хорошо, я сберегу их для тебя.

– Я дарю их, Анни, на память. Они не подписаны, можешь не опасаться, что выдадут твою причастность к моему побегу.

Блондинка кивнула. Погореть на мелочи не хотелось ни ей, ни мне.

– Куда ты теперь? Ой, прости, не надо говорить! – поспешила она пресечь возможную откровенность. – Мне лучше даже не догадываться о твоих планах.

Мы тепло попрощались. Я мимоходом обмолвилась, что отлежусь после лаборатории Доминика хотя бы неделю.

Но когда за подругой закрылась дверь, я бросилась набивать котомку самым необходимым. Отсиживаться в сомнительном трактире я не собиралась. Отдых мне не требовался – належалась в исцеляющем желе. И если боги на моей стороне, выход из Квартена еще не перекрыт.

Собиралась я очень быстро, планируя лишнее уничтожить заклинанием. В число ненужного попала и длина волос. Рука чуть дрогнула, когда я укорачивала роскошную косу – такой у меня не было и в юности.

Переодевшись, решилась на дерзость, которую от меня не станет ждать принц: я воспользовалась его подарком. Зачарованный агат все это время лежал в вещах, к счастью, я не потеряла его и сейчас собиралась покинуть город под личиной – своим старым обликом – в шрамах, с короткими черными волосами. На что я рассчитывала? На милость богов, характер Флориана, который создавал артефакт в состоянии шока и мог попросту о нем забыть. А если и нет, то многие мужчины считают женщин тщеславными – редкая девушка откажется от привлекательной внешности в пользу страшного облика. И потом, надеюсь, принц не подумает, что я такая наглая, чтобы носить его подарок.

Боги, хочу верить, что я не ошибаюсь и не попаду сразу в ловушку!

Судьба меня хранила, и Квартен я покинула без препятствий.

Доминик с восхищением смотрел на двух мозголомов. Один пускал слюни, второй, из ордена Кромешной Тьмы, делал вид, что не может помочь латорийскому коллеге-менталисту прийти в норму. Анника не солгала, кромешник их покрывал, и следов помощи Ядвиге принц не найдет.

– Достаточно, – произнес Флориан, не скрывая гадливости. – А говорил, что специалист, а сам себе мозги спек… Никому нельзя верить.

Утратившего здравый ум менталиста увели.

– Лорд Вебранд, ваш вывод? – уважительно поинтересовался принц. – Что произошло с моим магом?

Кромешник в неизменном белом пальто несколько мгновений молчал, словно взвешивая слова.

– Ваше высочество, некоторые менталисты переоценивают свои силы и могут навредить себе сами.

– Ясно, – помрачнел Флориан. – Благодарю за консультацию, лорд Вебранд.

– Ваше высочество, видите, не так уж я и виноват, что она сбежала.

Принц посмотрел на разоткровенничавшегося целителя, не скрывая недовольства.

– Доминик, ты свободен, лечи свою ушибленную голову.

Впервые кабинет его высочества целитель покидал, торжествуя в душе. Даст богиня, червяк королевских кровей не доберется до Ядвиги. А когда поутихнет все, он и сам выйдет из свиты принца – слишком тягостной стала служба, не стоит жалованье того, чтобы он шел против совести.

Раньше он думал иначе, а падение в лаборатории несколько дней назад что-то изменило в нем. Но вспоминал об этом Доминик почему-то редко.

Выехав из Квартена в почтовом дилижансе, я сошла на первой же станции. Мне повезло купить Звездочку, молодую кобылу, приученную ходить под седлом. Я думала, что повезло, пока не поняла, какое «сокровище» мне продали. Очутившись после падения на земле во второй раз, я потеряла терпение. Заклинание магической узды – и строптивица побежала по тракту без взбрыкиваний.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.