Авторский сборник стихов "Путь в Зазеркалье"

Автор: Ковалев Александр Владимирович.

Творческий псевдоним: Роджер Черный

Член Союза Писателей России. Публиковался в сборниках данного Союза Писателей.

e-mail: zoppotyctpa@gmail.com

телефон: +79081643456

Виновна во всем Маргарита

Только высотки под небом от края до края,

Скрылись трамвайные рельсы на дне Патриарших.

Хватит лежать, Берлиоз, здесь не ходят трамваи,

Все перекрыто – идут несогласные марши.

Мастер теперь знаменит, скоро новый бестселлер

Будут с восторгом сметать вместе с полкой фанатки,

Чтобы отвлечься от жизни дурной карусели,

В мире, где правят любовь и её опечатки.

Год, как порвал с Маргаритой, а бывшие чувства

Верно приносят в копилку стабильную прибыль,

Мятые, все в нафталине, с разводами дуста…

Ценятся даже такие, в отсутствие рыбы.

Даже без Воланда мы опустились, похоже,

Наша гипотеза белыми нитками шита…

На незнакомцев не свалишь все то, что тревожит.

Точно! Мы скажем: "Виновна во всем Маргарита"!

Понимаю

Облака примерзают к небу, скрывая звезды

От пытливых  застрявших глаз между толстых стекол.

Опустевшие крыши знают, что по прогнозам

Все должно умереть внутри до весны. Подтеки

Безымянных идей в подъезде замажут краской.

Батарея ворчит теплом, как большая кошка.

День не знает как жить со мной, одевает каску,

Укрывается от меня за железной ножкой

Беспричинных смешков. Да что уж там, понимаю.

Это нервы. Я тоже пледом охрипшей боли

Покрываю себя. Давай ты мне станешь маем?

Или просто обнимешь и поцелуешь что ли…

Путь в Зазеркалье

Не торопись, зимний список гостей не дописан,

Жди приглашение из перламутровой выси.

Каллиграфической вязью на синем конверте

Будет написано: "Лично. С любовью. Алисе".

Путь в Зазеркалье расколот на тысячи истин,

Каждая в осень зароется фырканьем лисьим.

Все хорошо. За дождями скрывается теплый

Рай для чеширских котят, догоняющих листья

Календаря. Убивающий холод бессилен

В ангельской пыли, поднявшейся взмахами крыльев

Светлых улыбок, урчащих в азарте охоты.

Вечер. Алиса проходит Зеленую милю.

Немаленький принц

Лис больше не любит рассветы в компании принца.

Расчертит в блокноте таблицу… Пора бы смириться

И больше не надо искать в перекошенных лицах

Такие же капли тепла. Понедельник. Работа.

Планета в порядке, стоит телефон на зарядке,

Дела не кончаются. В общем, не так уж и гладко…

Подрезала на перекрестке шальная "девятка",

Год с грохотом рухнул на лед голубого блокнота

Единственной записью "мы однозначно в ответе

За мусорный ветер…любовь…за нелепые смерти

От слов неумелых, жестоких, сгоревших в конверте…

За тех на кого приручение ставило крестик…"

Лис скалится, пялясь в экран – принц не хочет поверить,

Что милый питомец не ждёт по привычке у двери.

В карьере, поднявшихся вверх по мечтам суеверий.

Лис будет как каждый палач восхитительно честен.

Подожду

Я повзрослела, мир все также кругл.

Стихи теперь скучны, но так правдивы.

Врач, забивая мой анамнез в Google ,

Узнал, что это признак рецидива.

Он просто чудо. Чмокну на бегу.

Дойдет не в этот день, как до жирафа.

Ведь я-то знаю, что сбежать смогу

Наверх к тебе, связав белье из шкафа

В надёжный мост! Надежды хитрый хвост

Виляет мной в дороге год за годом.

Я верю в то, что там найду его.

А если нет, то подожду у входа.

Что-то

Пляска святого Витта в петле работы

За нарастающим темпом скатилась в пого

Нервной агонии. Чтобы назваться богом

Времени не хватает. И правда, кто ты?

Или зачем ты? Или теперь за кем ты

Держишься, хрипло выдохнув "кто последний"?

Хочется верить – все это под абсентом.

Скоро проснешься, верящим в те же бредни.

И улыбнешься – это же просто стрелки

Громко втыкают в души себя, а толку?

Сгрудились на причале морские волки -

Как же уплыть к Тортуге по луже мелкой?

На пятом этаже

Мне прожужжали все живое и даже мертвое уже,

Мол, вот какой мужик хороший живёт на пятом этаже.

Он любит ближних, любит дальних, соседей, уток и котят.

Он затопил соседей снизу, но те, что странно, не хотят

Ругать его, а оставляют цветы и деньги. Пост в ЖЖ

"Смотрите все! Мужик хороший живет на пятом этаже!"

Кто не поверит в свет соседа – в подвале крепкий кочегар

Доступно нежно объясняет – Любовь! И точка. Точка кар

Заменит точку сборки. Жалко, но я живу с собой дружа

В моем многострадальном доме всего четыре этажа.

Та-дам!

Быть излюбленным голосом масс – драма льется из глаз.

Мой картавый кумир станцевал свой единственный вальс.

И казалось бы, сядь и живи просто здесь и сейчас,

Но преступный дефект тихой речи картечью набитый

Вырывается в мир из шестичасовых новостей,

Рикошетом скользя по кулисам пустых варьете.

Город жаждет гостей, их костей и, наверное те,

Кто не вспомнит лицо в отражении, будут убиты.

С непривычки зарывшись в пушистые руки зимы,

Мы хватаем суму, добровольно дойдя до тюрьмы.

Волны света смеясь на слепыми, вопросы немым

Задавая, хихикают тихо, почти незаметно.

"Это норма"– доносится с ярких экранов. И вот,

Жертва света, буквально поняв несмешной анекдот,

Разевая свой рот мимо нот, вдохновенно орет

В уши тысяч два криво набросанных наспех куплета.

Все так плохо, что даже смешно. Я участвую в их

Трафаретности, выдав о грязи посредственный стих.

Нас наверное можно спасти, правда проще пасти,

Помахав перед мордой морковкой. Мол, ты же не против

Пропиарить себя? Почему бы не встать на панель,

Обнажив свою душу?  Ну, раз ты придумывал цель,

То пора продвигаться. Исход на Олимп под обстрел

Пустоты в голове завершится и ты на свободе.

Вот и она

Вороной в висок заката вопьется осень,

Разбрызгав косые струи дождей по стёклам.

Я – пара слов за столом. Если что-то спросят.

А если нет, то стираюсь о кафель пола

Ее шагами, привычно, до первых взмахов

Рукой на все. Не ругает – кивает грустно.

– Ну как оно?

– Все привычно и так же нахер.

– Как скажешь, друг.

И воткнет когти в сердце.

С хрустом

По первым звездам шагает слепое время.

Я был и не был собой, как и кем-то лучше.

А ты все так же прекрасна. Давай со всеми

Порвем сегодня, оставшись без душ отдушин.

Они всегда мельтешат, это отвлекает

Они всегда мимо нас, как плечом не целясь

Заденут мир затупившимися коньками

Уставших глаз. Все как раньше, но еле-еле.

Вот и она!

Ты не слышишь?

Вы больны не мной

Бокал вина не лезет… как

 Вы опустились ниже дна,

Сказав, что я, увы, не та,

Зато больна… я.. Я больна!?!

Вы – идиот, мой милый друг!

Наш разговор зашел в тупик!

Да, оказалось Вы – дундук,

А раньше думалось – шутник!

Мне не везет который год -

То я горда, то вы пьяны.

Но если Вы больны не мной,

то чем, простите, Вы больны?

Хозяева

Он сочинял прекрасные стихи.

Но вот беда – давно и по ошибке.

Он говорил красивые слова,

Увы, не тем, не там. Зато всерьез,

Как всем казалось. Хит одной блохи

Не может не выдавливать улыбку.

Слова не оставляют в головах

Входных отверстий. Только вспышки слез

На белой маске делали бюджет

Для дергающих ниточки за ширмой.

А он писал на пыльных зеркалах

Дрожащим пальцем… Всё-таки не май…

Как говорят, на высшем этаже,

Упоминая в суе ваше имя,

В виду имеют вовсе не тела,

А что-то неприятное весьма.

Из дневника. Страница 33

Сопли.. пардон! Дождливое кино

2017 года,

Назвавшись летом, взвыло под окном

Бездомными собаками. Эффекты

С годами потускнели – злой анон

Проходится по буквам вездеходом

Немытых слов. Ииии… Как-то все…

В окно

Стучатся безымянные проспекты.

Смотри! Идут по дням, топча рассвет,

Сжигают вечер, сбрасывая в печи

Скандалов. Кто-то рано ляжет спать,

А в голове спокойный тихий голос

Напомнит о желтеющей листве,

Кофейне во дворе, о "время лечит"

И прочих бесполезных в жизни па.

Один пришел. И все закончишь соло.

Последний день зимы

Последний день зимы был мил и тих -

Завытые собаки сжались в жалость.

Всем просветленным жал опасный стих

В предельно нежном месте. "Что же стало

С унылым поколением… Не то,

Что грело раньше – песни, секс и пляски".

Я глуховат к нытью, и вялый стон

Про стертый в ноль сентябрь – всего лишь сказки.

Как и тебя, меня тошнит от слов,

Забитых в крышку задолбавшим бредом.

Дождь будет золотым. Бери весло -

Пора грести в весну эпохи Эдо.

Новый статус

Мир поражен. Кровожадный дракон сожжён

Выводком писем от выбывших бывших жён.

Не напряжён? Ну ещё бы! Зажал "Пежо"

И расслабляет бесстыдно большую ЖО

В кресле.

Драконий гуляш нарезает нож.

Я не настолько хорош, чтобы верить в дрожь

Чувств, натянувших на логику капюшон.

ОчерепАшен? Да нет, очерепашОн

Глупостью мыслей залитых туманом глаз.

Вымыть из лужи грязь и кричать "алмаз"

Точно не каждому в мире пустот дано.

В общем, вся суть достижений – ага, оно.

Я устрашен, вновь сожжён, воскрешен. Увы.

Что-то от головы– перейти на "вы".

А повезёт, так и вовсе на "это кто?"

Чтобы взаимно и за никогда потом.

Тишина

Видишь, всего лишь ложь.

Дождь как хороший нож

Режет любую жизнь

Преданно глядя в ночь,

Где закурила смерть,

Не отводя глаза

От шерстяных реприз.

Вэлком, дружок, на дно.

Просто пока темно.

Просто мне все равно

Все как одно равно

Нетерпеливой НЁХ,

Дующий на порез

Разных известных мест.

Жаль, понедельник ест

Сумерки под окном.

Тссс…

Не говори о вечности. Ты знаешь

Лишь день и ночь, ну, может три-четыре

Десятка лет и путь к своей квартире,

Условности, которые пиная,

Туда-сюда тебя по тротуарам,

Не доведут до края, молча бросят

Как красный бисер в грязь, невкусным просом

Для новостей в газете. Смят ударом

Каких-то мелочей. Размазан маслом

По черствому куску одной минуты

Поцеловать, шепнув ей " с добрым утром"

И стать куском несобранного паззла,

Потерянного в днях. Она не станет

Переводить смешные закорючки

Шифрованных влюбленностей. До ручки.

Сыта по горло. Будет плакать Таней,

Но бросит мяч в реке. Ты долго падал,

Потом моргнул, и вычеркнулся счастьем

Из распорядка дня. Одерни платье.

День впереди. Пройди его как надо.

Рикки-Тикки-Тави

Твой Рикки, который Тикки и он же Тави

Не тянет и треть октавы, шипит как может.

Задушит и у подушки твоей положит

Шнурки, впитавшие шепот бездонной Нави.

Он плохо видит, давай-ка простим мангуста.

Охота в джунглях страниц  беспокойной сказки

В любой момент оборвется дождем. Под тряску

Состава, дом покосился… Швырнуло в пустошь…

Белым-бело в этой жизни,  в руках – страница

С мангустом, который Рикки, и он же Тави.

Напротив кобра. Все верно, теперь Он ставит

Не на меня пальцем вниз и улыбкой.

…"Ave"…

ЧуWWWства

Ты можешь закончить роман у себя в голове,

когда не хватает желания верить. А мерой,

Не высшей, но близкой к обрыву раскиданных дней,

себе объявляй хоть святую войну за объедки,

хоть поиски истины в сладких волнах Шардоне.

Ты можешь закончить без точки, воткнув пару строк

Туда, где должно быть завытое призраком место,

Забитое ветром под крышу. Торжественный скрип

Каких-то идей, заржавевших от слез и обиды.

Какой там огонь… Так. Немного от нервов искрит.

Кубик

Трехочковый бросок через жизнь… И листок А4

Отправляется в стол до весны или сразу в ведро.

А талантливый мальчик ровняет обои в квартире,

Пьет вино, открестившись от чуда изъятым ребром

Перекрестья ладоней, наложенных швами на солнце.

На открытом, желтеющем пульсе простывших лучей

Сеткой шрамов от острых затмений и маленьких порций

Бесконечных улыбок желтеет печать кирпичей.

Если снова захочет, он сможет вернуться на пыльный

Путь, усыпанный битым стеклом и окурками лет,

Грубо вдавленных в грязь смс на дешевых мобильных,

Всплывших в теплом, растекшемся виски со льдом феврале.

Продолжай

Продолжай. Нервы щелкают сухо, как кремень пустой зажигалки

Бесполезно, настойчиво, громко. А взрыва не будет. Ну что же,

Минус три опрометчивых мысли. И жалко, что будет не жалко,

Ведь не будет ни лучше, ни хуже. С будильником массой творожной

Расползется оскаленный шум, потревоженный радостью Локи.

Это сложно. Сначала. А дальше быстрее, быстрее, быстрее…

Это просто. И небо сольется с землей на железном флагштоке

Гордой тряпкой с костяшками или торрентами в трее.

***

… И ветер полюбил его лицо.

Дрожащими губами теплых капель

Он растворял печаль привычной тьмы,

Смывая долгий день в жару асфальта.

Под резким криком чаек над водой

Играло море, вслушиваясь в шепот

Пришедших поездов из суеты,

Уставшей от себя и нервных сальто

В метро, с пером под ром с пустым ведром…

Мальчишка улыбался, прижимая

К щеке ее ладонь. Приятный плеск

Прохлады на висках… Пусть не уходит

Не попрощавшись миг. Когда-нибудь

На набережной время,  разгоняя

Торговцев и влюбленных по домам,

Пройдется с ним, болтая о погоде…

… И ветер погубил его лицо.

Два месяца безумствующий жаром,

Звенящий злостью, город разливал

Расплавленное солнце по квартирам.

Играющие в прятки миражи,

Подкараулив мальчика внезапно

В тени почти усохших тополей

Брезгливо разорвали связи с миром.

Он все равно слепой, его слова

О красоте никто и не услышит.

А может это станет для него

Прекрасным, вдохновляющим подарком.

Он видит то, что маме не дано.

Но маме все равно. Машина скорой

Так долго проезжает лабиринт

В пустеющем Автозаводском парке…

Summer Time

Твой маленький мир заплетает косички из молний

Мурчащему небу, запутавшись пальцами в каплях.

По лужам растаявших дней две взъерошенных сони

Шипят с плохо скрытой улыбкой на глупость спектаклей,

Прошедших по краю, но так и не брызнувших в души.

Пищащие звезды, плескаясь в болоте заката,

Смывают еще один месяц с июльских подушек

На кладбище лодок, не вышедших в море пиратов.

Зачем ты меня искала?

За пару отрывков жизни забавной и опечаточной

Ты выложишь горсть осколков и кучку помятых крышек.

Зачем ты меня искала?

Я думал, вполне достаточно

Прогулок по тёмным сайтам и встреч под щелчками мыши.

Боишься случайной встречи. Каким ты меня придумала?

А вдруг я всего лишь Панда, к тому же, гораздо старше,

Чем боги, и мне так скучно, что я прокатил за умного,

В гостях, за решеткой смеха, в пустом зоопарке вашем.

Я каждое утро вижу, как сверившись сонно с Цельсием,

Поежившись от прохлады, ты льешься улыбкой в чашку

Сереющего проспекта, разбавив собой процессию,

Текущую в неизвестность, давая годам отмашку.

Два в одном

Все было ясно сразу и без слов -

Овца мечтает о своем… овечном.

Держать в руке над вялым бредом свечку,

С мечтой о просветлении готов

Еще один чудак, поверив в даль,

Пропитанную сахаром и медом …

Так и живет, бросаясь с криком в моду

Любить себя чуть меньше, чем PayPal.

В мелькающей цепочке городов

Все тот же блеск, что выдавил наружу

Тебя из слов о нужном… Нет, Ненужном.

Всего лишь ночь. И день. И два в одном.

Не нужно ждать людей, которых нет

Я стал собой, узнав простой ответ -

"Не нужно ждать людей, которых нет".

Нет комнаты без стен и потолка.

В дуэте третье место – у виска.

Я стал собой, приняв тебя как есть,

Улыбка – замечательная месть

В созвездии непройденных границ,

Размазанных по стае мёртвых птиц.

Я стал собой, не сделав шаг вперёд

К безумию сожженных в боли нот.

Я стал собой, найдя на всё ответ -

" Не надо ждать людей, которых нет".

Льдины

Я устал просыпаться в снегах бесконечной кровати.

На недели вокруг нет тебя и намеков на лето.

Ты похожа на заговор стрелок, пытавшихся вате

Усыпляющих рук не запутаться… Как пистолетным

Дулом пьяный закат тычет солнцем в лицо горизонту,

Нагло требуя быстро и сразу тебя или виски.

Компромиссы опять не уместны.  Любая Джоконда -

Это тлен равнодушного к судьбам миров обелиска,

По сравнению с этим капканом озябших объятий.

Раз за несколько вечностей я просыпаюсь и вижу

Как размытые пятна стекаются к смятой кровати…

Каждый сгусток тепла на привычки смертельно обижен.

Я бы выжил, заполнив собой тротуарные сети,

Но тогда я увижу слепящие память равнины

Одинокого мира, который отзывчивый ветер

Разобьет, посмеявшись до слез, на запреты и льдины.

Не ангел

Нет, ты – не ангел, это слишком грязно,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.