Тати Хески
Наручники

Пролог

– Бей его, сильней.

– Давай, давай. Ногой.

– Так ему и надо!

– Это за то, что не послушался. Сделал по-своему! Сволочь.

– Запомнишь на всю жизнь, если выживешь, гнида!

Толпа ещё долго пинала ногами полумёртвое тело, лежащее на бетоне. Он не проронил ни слова. Молча принимал пинки, стараясь хоть как-то закрыть голову от сильных ударов в добротный ботинках.

* * *

– Эй, вставай! Разлёгся! Пошёл вон.

Охранник нагнулся над человеком и потряс его. Склонился и услышал тихий стон.

– Боже! Скорую помощь! Быстрее! Быстрее! Только бы не опоздать! Быстрее!

Парня положили на скорую руку сооруженные носилки и повезли в госпиталь.

Глава 1

Когда я тихонько приоткрыла дверь палаты оказалось, что он спал. На секунду я закрыла глаза, так как мне стало немного плохо. Боже! Кто мог его так и отделать? Кому-то не угодил? Может, поделил что-то не так? Не по-братски?

Парню было лет 25, не больше. Белобрысый. Мне было трудно смотреть на этого, скорее всего очень симпатичного молодого человека: лицо в ссадинах, глаз подбит, на правой щеке кровавый подтёк, губы разбиты. Над правой бровью 12 швов. Даже если быстро заживёт, то всё равно останется огромный шрам. Мои глаза стали сканировать парня дальше – не сильно высокий и не сильно накаченный. Совсем не такой, как на фотографиях в модных журналах. Нет, скорее даже наоборот: какой-то худой, сухой, жилистый. И изможденный, что ли. Широкие плечи, но не сильно мускулистые, узкие бедра и какие-то непропорционально вытянутые руки с длинными, тонкими пальцами. Но ногти – чистые, что даже странно. Наверное, парень всё-таки смотрит за собою.

Правая рука свисала с кровати и выглядела вывихнутой. Две ноги покалечены. Правая – перелом чуть ниже колена, а левая – вся в ссадинах и гноящихся ранах. Он лежал немного на боку. Я тихо обошла вокруг и посмотрела на спину – вся в чёрных кругах с кровоподтеками.

Он спал, но даже во сне его зубы были стиснуты. Может, от боли или, может, какие-то воспоминания не дают спокойно заснуть?

Я стояла и смотрела на человека, прикованного к кровати наручниками, и старалась понять, что я чувствую. Что чувствует мое сердце? Не снаружи, а внутри. Что я чувствую, когда никого нет рядом и ни перед кем не надо отчитываться? Какие эмоции вызывает во мне это полуживое, растерзанное тело?

Я не знала, за какие грехи и поступки его посадили в тюрьму. Не знала, почему так сильно избили – почти что до смерти. Не знала и не хотела знать. Стояла и пристально рассматривала парня. Может, он почувствовал мой взгляд, а может, почувствовал меня. Может, ещё что-то, но когда он открыл глаза, то я увидела в них такую тоску и боль, что мне и самой стало больно. Его взгляд ранил – стало сильно больно в сердце. Больно от понимания, что я ничем не смогу ему помочь. Только бы выходить, только бы не причинить ему ещё больше вреда, стараясь хоть чем-то помочь.

Но тоска в его глазах была мимолетной. Через пару секунд, наверное, он взял себя в руки и посмотрел на меня своими колючими, темными карими глазами, в которых теперь плескались ненависть и злоба. И в этот странный момент, я почему-то подумала, что он очень симпатичный. Очень. И очень одинок. Только бы все раны зажили поскорее и будет совсем неплохо. Лицо – не запоминающееся, простое, но глаза!!! Глаза были как стрелы воина, знающего что-то, чего никто другой не знает.

Парень смотрел на меня с ненавистью. Казалось, ему было невыносимо только от одной мысли, что я за ним должна буду ухаживать. Обмывать раны и не только. Ну, что ж, милый, мы с тобой оказались в одной лодке, а я не привыкла уступать – будет либо мир, либо война. Твой выбор. Он даже не обернулся, когда я тихо подошла поближе к его кровати. Лежал как бревно, смотрел в одну точку и молчал. Сцепил зубы и молчал. Ну что ж, помолчим вместе.

Я подошла к окну и приоткрыла жалюзи – утреннее солнце на секунду выглянуло из-за туч и быстро спряталось. Для меня это было ужасно непривычно. Потом подошла к компьютеру и включила программу. Всё делала молча. Он тоже молчал. Когда, наконец, программа открылась, я ввела свой пароль и нашла правильный файл. По закону штата у пациента я должна спрашивать имя, фамилию и дату рождения.

– Здравствуй, – произнесла я. В ответ услышала молчание. Он даже не шелохнулся. Как смотрел в одну точку, скрипя зубами, так и остался смотреть. – Как зовут тебя?

Снова молчание. Я улыбнулась – больше самой себе и неожиданно для себя решила, что я постараюсь сделать всё возможное, чтобы хоть как-то облегчить страдания этого парня. Мне казалось, что ему нужна ласка. Поэтому, подойдя совсем близко к его кровати, я протянула свою руку к его руке, и как можно нежнее, «нечаянно» провела рукой по его пальцам, потом дотронулась белой карточки на его запястье и сверила имя, фамилию и день рождения моего пациента.

Он дрогнул, но не повернул голову и на меня не посмотрел. Только сильнее сжал челюсти. Да, я знала, что сегодня выглядела весьма эффектно – принарядилась с самого утра, чтобы пойти и как-то утрясти ситуацию с Мелоди. Старательно оделась – хотела произвести на директора школы хорошее впечатление. Даже подкрасилась не так как обычно – ярче. Туфли на высоких каблуках напялила. Но странно, как только позвонил телефон, я ощутила огромное удовлетворение от того, что не смогу пойти в школу. А когда пришла на работу, оказалось, что меня ждал сюрприз в виде заключённого. Очень молчаливого заключённого.

Я снова посмотрела на парня. Молчит. Терпит.

– Давай установим правила, – обратилась я к парню. – Если я задаю вопрос, то ты должен отвечать. Хорошо? Я многого не прошу. Давай как-нибудь переживём это!

Он повернул голову в мою сторону. О, хорошее начало! Я вложила всё обаяние в свою улыбку и снова произнесла.

– Здравствуй. Как ты себя чувствуешь?

Молчание.

Я привыкшая к молчанию. Этим меня не удивить. Я сжала челюсти, продолжая улыбаться, зная, что улыбка была искусственной, но ничего не могла с собой поделать.

– Будешь молчать? Хорошо, но помни, если я не получу ответы, ты не получишь обезбаливающее.

Такой подлости я, конечно же, не смогла бы сделать, но припугнуть парня можно. Немножко. Совсем чуточку.

Взгляд парня стал озабоченным, а через секунду – безразличным. Он смотрел на меня, но как будто смотрел сквозь меня. Меня не видел. Странно, очень странно. Я прикрыла глаза и тяжело вздохнула. Молчание – знак согласия.

По-быстрому написала несколько строк в файле. Отключив компьютер, я улыбнулась парню ещё раз, вышла, но оставила открытой дверь палаты. Палата было прямо напротив стола главной медсестры смены – сегодня этой медсестрой была я.

Глава 2

Я подошла к телефону на рабочем столе и набрала номер школы. Мне ответили незамедлительно, но пришлось подождать пару минут, прежде чем соединили с директором школы, где училась Мелоди.

– Слушаю, – услышала в трубке раздраженный мужской голос.

– Добрый день. Вас беспокоит Адель Фишер.

– Даже удивительно, что вы позвонили. Я уже много раз оставлял вам сообщение, но до сих пор ничего от вас так и не слышал.

– Да, так получилось. Прошу прощения, я не могла раньше перезвонить. Вы хотели со мной поговорить. Что на этот раз вытворила Мелоди?

– Всё как обычно, но на этот раз она подралась со старшеклассником и вырвала ему клок волос. Его родители требуют наказания.

– Понятно. А что он ей сделал?

– Да откуда я могу знать! Вы прекрасно знаете свою племянницу. Если кто сможет с ней поговорить, так это вы.

– Я? Вы смеётесь? Это совсем даже не смешно.

– Нет, наоборот. Даю вам время подумать и наказать её самостоятельно. У меня больше нет терпения. Да и не хочу больше терпеть ее выходки. Но если будет надо, то сам лично исключу из школы. Надеюсь, вы меня понимаете. Мелоди неплохая девушка, но её поведение просто ужасно! Постарайтесь донести до нее, что это ради её же блага. Она умна, но своей глупостью разрушает свою жизнь. Поговорите и объясните ей, в какой ситуации она сейчас находится.

– Я постараюсь, но не думаю, что у меня что-то получится.

– Постарайтесь. Если не получится, то я тоже не могу вам помочь.

– Я поняла, спасибо.

Я со злостью бросила трубку, даже не услышав прощальные слова директора. Всё! С меня достаточно! Что за дрянь! По-хорошему не хочет слушать, придётся учить по-плохому. Я потёрла виски – начинала болеть голова.

– У тебя всё нормально? – услышала голос одной из медсестёр. Я вскинула глаза и увидела Эмили – молоденькая худенькая медсестра с красивыми длинными, светлыми, вьющимися волосами. – У тебя такое лицо, как будто ты проглотила жабу.

Её слова вывели меня из задумчивого состояния и немного рассмешили. Я бы с удовольствием проглотила 10 жаб или крокодила, чтобы только как-то изменить направление мыслей Мелоди в правильную сторону. Девчонка совсем не хотела слушаться. Норовила сделать по-своему, психовала и заставляла других психовать и злиться.

– Жабу? – переспросила я и засмеялась. – Нет, всё хорошо, не переживай.

– У нас в 12 назначена конференция, не забывай.

– Спасибо, что напомнила, а то я в эту смену очень редко работаю, почти никого не знаю. Как-то всё ново в дневном свете, по-другому. Спасибо.

– Как тебе новенький? – резко сменила тему Эмили.

– Нормально, жить будет, – ответила я.

– Что, тебе тоже ни слова не сказал?

– Ага.

– В 10:00 утра подойдёт один из полицейских. Там что-то случилось – авария какая-то. Он приедет, но с опозданием.

– Хорошо.

– Ладно, побегу я, а то пациент с 712 уже давно меня ждёт. – И она развернулась, улыбнулась, и пошла в сторону палаты номер 712.

Я долго смотрела ей в след и думала о Мелоди. Что же мне делать? Как наказать 14- летнего подростка так, чтобы ещё хуже не стало. А может ли быть еще хуже? На прошлой неделе подралась с тремя девчонками одноклассницами. А из-за чего произошла ссора – так и не сказала. Недели 2 назад пропустила 2 дня подряд. Где была – тоже секрет.

Я посмотрела на часы – 9:45. Нужно ещё кое-что сделать, перед визитом полицейского.

* * *

К 10:35 подъехал полицейский – офицер Винсон. Как только я его увидела, моё дурацкое настроение опустилось ниже нуля. Что за дерьмо сегодня со мной происходит? Он выглядел мужественно в своей форме: прикреплённая к ремню кабура, начищенные до блеска ботинки, зализанные светлые волосы – парень с обложки модного журнала. Зашёл, и его когда-то так любимый мною запах одеколона, разнёсся по всему седьмому этажу. Но сегодня мне было противно. Противно смотреть на симпатичного мужчину и вспоминать прошлое.

Я отвернулась. Надеясь, что он меня не заметил, я быстрым шагом пошла в сторону раздевалки и прикрыла за собой дверь. Потом посмотрела на себя в зеркало и решила, что мне нужно смыть свой яркий макияж – ещё чего доброго подумает, что расфуфырилась я только ради него. А это будет для меня ещё большим унижением. Нет, только не сегодня. Я взяла мокрую салфетку и потихоньку начала стирать косметику – сначала краску на губах, потом на глазах. Вот и хорошо.

Ничего, переживу и это.

При выходе он догнал меня и с ухмылочкой поинтересовался.

– Приветики. Как делишки?

– Отлично, а ты как? – ответила я. Надеюсь, что в моём голосе не было ехидства.

– По-старенькому. Сегодня направили сюда, – и он развёл руками, как бы говоря, что ему здесь не сильно приятно находиться.

– Понятно, развлекайся тогда, а мне пора идти на совещание.

– Отлично. Сделай кофе.

– Ты ко мне обращался?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.