На дне
Sun Moon

© Sun Moon, 2019

ISBN 978-5-4496-9314-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Закрывая лицо руками, я бежала прочь от этого места. Я неслась так быстро, что не замечала никого и ничего вокруг, слезы горошинами скатывались с опухших глаз и, оставляя влажные дорожки на висках, уносились ветром.

Так я и оказалась у озера.

***

За некоторое время до.

***

Я смотрела в зеркало, как мама заплетает мне косички. Она любит делать причёски, и у неё это хорошо получается, и ни чуточки не больно. Мама выглядела такой счастливой и жизнерадостной всегда, как будто мир принадлежит лишь ей, и ничего не может потревожить её душевного спокойствия. Улыбайся, Мама, тебе это очень идёт, и мне идёт, только я, кажется, разучилась это делать по-настоящему, искренне.

Мой взгляд с мамы переместился на мою шею, обойдя стороной лицо, на ней весело много камней: больших и маленьких, цветных и черно-белых, разной длины и ширины, я даже не считаю их-это бессмысленно, все ровно каждый день появляются новые и новые камни…

Я провела по ним пальцами, острые щекотали подушечки пальцев, гладкие как будто ласкали. У меня было и правда очень много камней, но несмотря на то, что они имеют вес, мне не тяжело. Я не знаю, как они работают, но ходят легенды, что только избранным доведётся познать вес камней. Я не верю в подобное, поэтому никогда и не интересовалась легендами о камнях.

Через минут семь моя прическа была готова, и я с замирающим сердцем попрощалась с мамой и вышла за порог дома. Впереди школа…

Глава 2

Подходя к воротам школы, я уже чувствовала взгляды, устремлённые на меня, улыбки, вызывающие страх. Я боялась их, я боялась всех, но шла. Мои истерики дома не помогли мне, я не понимаю, почему мама никак не реагирует на издевательства в школе, почему не воспринимает всерьёз то, что мне приходится терпеть каждый день в этом месте.

Я не понимаю, почему маме все ровно на меня. Хотя… понимаю: она смирилась с этим, смирилась с тем, что ничего не изменится, что надо мной все ровно будут издеваться, потому что я не такая как все, а домашнее обучение мы не можем себе позволить, да и в любом случае я должна влиться в общественную жизнь, научится контактировать со сверстниками, ведь мне ещё жить и жить, так мне всегда говорила мама.

В паре сантиметров от моей головы пролетела скомканная бумага.

– Упс, чуть не задела, прости, но ты очень похожа на помойное ведро.

Смех. Как же меня раздражает этот смех, настолько бесит, что я готова… что я готова закричать, лишь бы не слышать его снова и снова, кто-то подхватил шутку и тоже начал что-то кричать мне, а я все шла и шла к входу в школу, где меня уже ждали новые насмешки и безучастные глаза преподавателей. Почему так? Почему мне никто не хочет помочь? Почему в таком большом мире я одна? Они все понимали, они понимали, что я обречена.

Я шла до кабинета, глядя лишь в пол, чтобы не наступить на мусор, что мне кидали под ноги время от времени, и чтобы не видеть глаз и улыбок, которые окружали меня и только и ждали чего-то, не знаю чего, я уже давно сдалась. Никому не под силу противостоять против огромного мира в одиночку, когда на твоей стороне нет никого, даже самых близких для тебя людей, никого, кто смог бы поддержать тебя.

Почему я не покончила с собой? Я думала об этом, сидя подолгу ночью у окна. Смерть – это слишком простой выход из ситуации, нет, это даже не выход, это побег, трусость. Я уверена, Бог даровал мне жизнь не для того, чтобы я просто сдалась, действительно просто. Я должна жить и искать своё предназначение, я должна пройти через все, что подготовила для меня судьба.

Глава 3

Целый день я выслушивала оскорбления, насмешки и замечания от учеников. Никому из взрослых до этого не было дела, никто не хотел помочь мне, даже когда видели, когда в туалете я отчищала замаранную кинутыми в меня вещами одежду (особенно упорно я тёрла штрих-замазку).

Как долго уже продолжаются издевательства…? С самого детства, наверное. Никто не хотел играть со мной во дворе, не приглашал в гости, в садике, как и сейчас, я была одна, всю свою жизнь до девятого класса я была и являюсь изгоем. Это все, потому что во мне есть «брак». Мама называла меня особенной, но я вижу её грустные глаза, направленные на меня, она не хотела такую дочь, никто бы не хотел дочь с «браком». У меня, я бы не сказала, что сильно, но искажено лицо, и части тела непропорциональны друг другу: одна рука длиннее другой, а правая стопа больше левой. Глядя в зеркало, я ненавижу себя, но если мыслить здраво, то я не такая уж и страшная, во мне есть детали, которых нету в других, и они могли бы мне нравится, если бы не постоянные оскорбления и издевательства. Никто не хотел разглядывать и подмечать детали, всем нужна картина в целом, чтобы все со стороны выглядело гармонично, и лицо, и тело.

– Я вернулась, – крикнула я маме с коридора, и, не получив ответа, поднялась в свою комнату.

За стеной было тихо, сестра еще не вернулась со своего кружка. Она младше меня на 6 лет, а уже подаёт надежды в школе и на дополнительных занятиях танцами, и, к тому же, в отличие от меня, она уже популярна в кругу своих сверстников и знает некоторых ребят из старших классов, обладает милой внешностью и является радостью моих родителей. Она родилась нормальной. Я могла бы быть такой же, если бы мама не злоупотребляла алкоголем во время беременности мной. Я люблю маму, но не могу простить ей этого, из-за неё я сейчас вынуждена страдать, она понимает это, но ничего уже не поделаешь. Наш мир слишком жесток, чтобы пытаться что-то изменить и как-то повлиять на отношение людей к таким, как я.

Заперев дверь на ключ, я сняла верхнюю одежду и подошла к туалетному столику, посмотрела в зеркало. Камушков на шее стало больше. Открыв последний ящик и порывшись там среди наваленных тетрадок, я достала голубой блокнот с изображенными на обложке белыми облаками и лошадьми. Пролистав его от начала, я открыла страницу, где я делала записи в 12 лет (на страницы были проклеены стикеры с годами), эта страница была обклеена скотчем и картонкой с одной стороны, чтобы не помялась и не замаралась. К ней была приклеена фотография мальчика, который на год старше меня и учится сейчас в десятом классе. Вокруг его фотографии маркёрами были нарисованы сердечки и улыбающиеся смайлики. Он-моя первая и единственная по сей день любовь вот уже 4 года. Погладив любимую и самую важную для себя страницу блокнота, я погрузилась в воспоминания:

Я, зареванная, обиженная и полностью раздавленная поведением своих одноклассников, собираю все свои валяющиеся на полу тетради, учебники, канцелярию и конфеты, которые я принесла в школу, чтобы угостить своих новых одноклассников. Не успела я тогда представиться новому коллективу, как в меня сразу же полетели упреки и обзывательства.

«Отойди, проход загораживаешь», «Фу, мерзкая», «Перемену ещё на тебя тратить…»

Я осталась в пустом классе, когда все ушли, в том числе и учитель, который понёсся следом за ребятами, пытаясь остановить их и научить уму-разуму. Он сказал мне перед уроком занять минуты две перемены и познакомиться с классом, сама бы я не стала задерживать ребят, тем более что сейчас обед. В том, что так вышло, виноват он. Я смотрела на разбросанные по полу вещи и раздавленные конфеты и пыталась убедить себя в том, что учитель ни в чем не виноват, меня в любом случае приняли бы именно так, меня всегда и везде принимают одинаково.

Они специально толкали меня, специально, чтобы я почувствовала свою ущербность и унижение перед ними, подбирая опрокинутое.

«ОН» заглянул в класс, когда я трясущимися руками, с ненавистью глядя на раздавленные конфеты, собирала уцелевшие обратно в коробку. Они выпадали с другой стороны, где было порвано дно, но я этого не замечала из-за слез, застилающих глаза, и складывала эти конфеты внутрь абсолютно механически, шумно втягивая воздух в легкие, заставляя себя успокоится и не разрыдаться. Я пришла в себя только тогда, когда чужие руки обхватили мои и тихонько сжали, я ничего невидящими глазами попыталась сфокусироваться на лице того, кто передо мной.

– Не плачь, ты выше этого, – и, помолчав.– С первым днём тебя.

«ОН» выпустил мои руки, взял одну конфетку с пола, засунул в рот и направился к выходу. Я смотрела ему в спину, пока за ним не закрылась дверь, преисполненная огромной благодарностью и надеждой на то, что все наладится.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.