Сью Кошакова
Приключения Серджо

Все права защищены. Охраняется законом РФ об авторском праве. Никакая часть электронного экземпляра этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Сью Кошакова, 2019

© Издательство «Aegitas», 2019

* * *

На скалодроме

Что-то пошло не так в уездном городе N. Серджо был знойным русским с итальянскими корнями. В любое свободное время он мечтал о восьми квартирах-студиях в районе университета, которые сдавал бы студентам по спекулятивной цене. Его рассуждения о тяготах Второй мировой войны и семи тысячах евреев, которых ежедневно сжигали в печах Освенцима, сменялись неистовыми возгласами о том, как он мечтает взорвать планету, предварительно отобрав порцию шашлыка у посетителей закусочной по соседству.

На деле он был простым инструктором скалодрома, не достигшим вершин тренерства, но не отчаивавшимся, даже глядя на увесистую двухметровую фактуру в зеркале. Сам он признавался, что съел предыдущего инструктора и еще двоих детей, посещавших скалодром. Едва ли на работе можно было найти хоть одну женскую талию, на которой не побывала его проворная рука. В тёмных глазах догорали угли былых юношеских страстей, стильная эспаньолка придавала лицу обаяние. А любимая чёрная футболка с изображением «калашника» на груди и яркие гавайские шорты были следствием бурной творческой фантазии, которая не знала выхода из сложившейся пожизненной ситуации.

Серджо происходил из семьи слесаря шестого разряда и заботливой мамаши, неутомимо поглощавшей эфирное тело своего тридцатилетнего сына, как и положено в традиционной русской семье с итальянскими корнями. Можно было только догадываться, что означает фамилия Мораруй, но звучала она неплохо, отдаваясь приятным звоном в ушах.

Невольно вспоминалась известная итальянская пословица «Moglie e buoi dai paesi tuoi» («Жену и быка не бери издалека»). Мы не знаем, к чему эта пословица. Просто вставили, чтобы блеснуть скромными знаниями итальянского языка. Впрочем, о жене Серджо и не помышлял. Только изредка его можно было заметить в позе Будды, доводящего громогласную молитву до Господа: «Боже, пошли мне богатую старую бабу, которая скончается через год после свадьбы!»

Но воззвания к небесам прервались женским голосом:

– Серджо, держи меня!

– Я не могу держать тебя! Я отошел в дамскую комнату! Скоро вернусь!

– Не шути так!

Верёвка начала спускаться, ноги понеслись мимо зацепок, упираясь в стену. На пол опустилась запыхавшаяся девушка. Это была Катя, анестезиолог-реаниматолог, скалолазка, отличница и просто красавица. В семье перед её рождением надеялись на появление мальчика, чтобы назвать в честь любимого певца матери, Валерия Леонтьева. Но Катя выросла очень привлекательной девушкой, и неровное дыхание Серджо к ней можно было легко объяснить. Она тоже очень душевно относилась к своему инструктору. Но, как часто это бывает, он был последним мужчиной, с которым она мечтала бы оказаться на необитаемом острове. И даже будь он действительно последним мужчиной, она подумала бы над этим десять раз… а потом ещё десять раз.

– Дорогая моя Катрин! My Love в душе и сердце как заноза! Она сильнее всякого мороза! – страстно произнёс Серджо, щупая её за талию.

– Серджо, что за заноза у тебя в сердце? Ты только что о богатой старой бабе мечтал, – ответила Катя, обмахиваясь ладонями.

– Ты развеяла чары злой ведьмы, и я ударился в стихоплётство.

– Не думала, что я так позитивно влияю на тебя.

– Не то слово. Скоро из обезьяны в человека превратишь. На следующем занятии продолжишь позитивное влияние, – сказал Серджо.

Девушка открутилась от страховочного троса, не обращая внимание на ухаживания своего инструктора, и отправилась в тренажёрный зал на заминку.

– Маша, впрягайся! – обратился он к другой девушке, которая всё это время сидела и наблюдала.

Маша была обаятельной голубоглазой блондинкой с ангельским лицом, но Серджо она тоже не светила, поскольку была сверхженщиной, которая виртуозно совмещала супружеский долг, воспитание троих детей, работу, а также увлечения теннисом, плаванием, скалодромом и всё такое прочее. Она работала рентгенологом в местной больнице, поэтому на скалодроме часто шутили, что случись с кем беда, Маша всех соберёт.

– Ну, давай! Шевели булками! – поторопил он её.

– Слышишь! Булками шевелят, когда сальсу танцуют! – ответила Маша, посмотрев на него строго.

– Я верю, что сегодня ты исполнишь сальсу на сорок первой трассе. Твои любимые красные зацепки.

Девушка одела страховочную систему, закрутила карабин и начала лезть. Первые два метра стенки всегда казались лёгкими. Но стоило пролезть четверть пути, дотягиваться до следующих зацепок становилось всё сложнее.

– Маша, не останавливайся! Разгибай колени и отталкивайся ногами! Наверху на тумбе очень удобная зацепка.

Девушка опустила руки в мешок с магнезией, затем сделала усилия и, уткнув ногу о стену, дотянулась до следующей зацепки, которую нащупала над тумбой. Она переставила удобно ногу, сделала удачное движение и продолжила лазанье. Почти добравшись до вершины, девушка остановилась.

– Чем дольше висишь на руках, тем больше устаёшь. Тяни левую руку, следующая зацепка рядом! – прокричал Серджо.

Заметив медленную реакцию, он добавил:

– Левая рука – это там, где большой палец справа.

Но когда девушка потянула руку, чтобы ухватиться за зацепку, она не выдержала и сорвалась. Страховочный трос натянулся, и Маша повисла рядом со стенкой.

– Один срыв – это потенциальный труп, – сказал Серджо.

– Один раз не скалолаз, – ответила девушка.

– Тогда повиси, покури, – успокоил он её.

– Дай собрать мысли в кучку.

– Как соберёшь – свисни.

Повисев ещё несколько секунд, она продолжила карабкаться. На этот раз Маша справилась со сложным участком и добралась до потолка.

– Теперь вниз лазаньем по всем зацепкам, – сказал инструктор.

Спускаться вниз лазаньем было страшнее, чем подниматься вверх. Странное чувство порой охватывало, будто сейчас тело качнётся назад, и произойдёт срыв. Но, наконец, ноги коснулись земли.

– Снимай систему, один полный траверс, потом заминка, – сказал он ей.

В это время на соседней трассе другой инструктор по имени Алекс страховал молодого мужчину, который лез по нависанию. Это была фиолетовая трасса – одна из самых сложных. Чтобы преодолеть её, надо было пролезть с нижней страховкой по потолку, для чего требовалась серьёзная физическая подготовка. С этой трассы надо было падать, а не повисать. Полностью положиться на страхующего, расслабиться и отпустить зацепки было очень страшно. Максим замешкался и долго не мог решиться.

– Ну, давай, Макс! Могу тазик принести! – прокричал Алекс.

– В него ещё надо попасть, – ответил Максим.

Повисев несколько секунд, мужчина отпустился и с задушевным криком упал. Верёвка натянулась и остановила его в полутора метрах от пола.

– Это был нервный срыв, – произнёс он взволнованным голосом.

– Скалодром убивает нервные клетки – остаются только спокойные, – успокоил его Алекс.

Максим был молодым худощавым мужчиной. Он уже несколько лет посещал скалодром и часто выезжал с друзьями на скалы. Но душа скалолаза-любителя увлекалась не только покорением горных вершин. В свободное от работы и любимого занятия время он изучал труд известного экономиста Адама Смита «Исследование о природе и причинах богатства народов», мечтая заработать все деньги мира и пешком дойти из провинции до Нью-Йорка. Однако полёт с восьмиметровой стенки вернул молодого человека обратно на землю. Пот струился по всему телу и стекался даже в глазницы, отчего в глазах начиналось раздражение. Он отошёл, чтобы отдохнуть, а инструктор воспользовался свободной минутой и присел на диван, стоявший в зале.

Алекс был худощавым высоким парнем. Несмотря на неправильные черты лица, внешность его была довольно приятной, а голубые глаза излучали свет. С Серджо он дружил уже несколько лет, хотя их разделяла целая пропасть. В отличие от друга, Алекс искренне любил скалодром и был предан своему делу. Геометрия скалодрома для него была неисчерпаемым источником вдохновения. Каждый день можно было придумывать новые трассы словно ткач, создающий новый узор. Алекс любил долго рассматривать их, рисуя в уме маршруты. Ментальное напряжение помогало достичь чёткости и обдуманности движений во время лазанья. Ему нравилось, как мышцы тела включались одновременно, и природа как будто исследовала через скалолазов материю жизни вместе с переходами, срывами, подъёмами и падениями.

Пока он отдыхал, из подсобного помещения вышла симпатичная спортивно сложенная девушка со светлыми волосами по имени Даша. Она тоже работала инструктором и была генератором энергии, которой хватало на воспитание двоих детей, тяжёлый физический труд на скалодроме, покорение Эльбруса и многие другие обязанности.

Девушка прокричала:

– Мальчики, вы совсем не ели! Идите обедать!

– Ты – ходячая искажённая материнская энергия. Дай хоть здесь отдохнуть от материнской заботы! – крикнул Серджо в ответ.

– Бедный Серджо! Везде тебе мама мерещится. Так и просидишь в девках до конца дней, – пожалела его Даша.

– Красну девицу ему надо найти, – вставил Алекс.

– Зачем мне красна девица? Всё равно на утро будет ведьма. Что в фас, что в профиль: ведьма! – ответил Серджо.

– В твоих речах – горесть бесцельно потраченной юности, сын мой. И где теперь твоя прекрасная Брунгильда?

– Брунгильда сидит с биноклем в башне и ждёт, когда дон Алонсо на инкассаторе проедет по её улице. Ломануть бы такой инкассатор – и все Брунгильды твои!

– Не знаю, как у нас, но в Израиле это сомнительная затея. При попытке ограбить хранителей банка там стреляют без предупреждения и на поражение. Брунгильда того не стоит, сын мой. Давай лучше на скалы завтра поедем от греха подальше, – предложил Алекс.

– Неплохо, конечно, смотаться в начале осени, пока погода позволяет, – задумался Серджо.

После некоторых размышлений он всё же согласился составить Алексу компанию на скалах. Друзья договорились о поездке и продолжили тренировки. Но мечты об инкассаторской машине, которая когда-нибудь проедет и по его улице, упорно не оставляли Серджо. Так он промечтал до утра, пока не зазвонил будильник, и не пришло время подниматься.

Лес и скалы

Кого только ни встретишь в лесу! Этим прекрасным воскресным утром Серджо и Алекс вдвоём отправились на скалолазный выезд, который часто устраивали по выходным. Проход к скалам лежал через тенистый лес. Молодые люди пробирались по узким тропам, перешагивая через поваленные деревья. Запах утренней свежести смешался с нотами осенней трели. Погода была ещё тёплой, и кругом было полно комаров и мошек, от которых приходилось отбиваться. При звуке человеческих шагов ящерицы разбегались в стороны, шурша листвой.

Друзья спорили о том, стоит ли отправляться в трёхдневный горный поход в этом месяце.

– Я не против слияния с природой и гармонии души и тела, но санузел – это святое. Вот придумали бы биотуалет и биодуш, которые сами следуют за тобой, тогда я составил бы тебе компанию в походе, – делился мыслями Серджо.

– Обмельчал ты, Серджо. Всё не вылезешь из зоны комфорта, – ответил Алекс.

– А зачем оттуда вообще вылезать?! – возразил Серджо.

Но их диалог прервали чьи-то голоса, послышавшиеся вдалеке. Серджо и Алекс пошли на звуки и вскоре наткнулись на любопытную картину. В лесной чаще собралась компания из десяти человек, одетых в белые халаты. Разворачивавшееся на глазах у изумлённых друзей действие напоминало магический ритуал тайного общества. Люди в белых одеяниях медленно ходили вокруг деревьев и обнимали их, обращаясь к Господу.

Среди них был рослый сорокалетний мужчина с тёмными волосами, выполнявший роль наставника и руководивший процессом. Звали его Агамемнон. Он был свято уверен, что в одной из прошлых жизней был известным микенским царём, поэтому просил всех обращаться к нему этим именем. Он утверждал, что знает, как управлять Вселенной, не привлекая внимания санитаров. Но вселенский разум не желал подчиняться властителю трона, и последнему приходилось довольствоваться небольшим количеством последователей, медитировавших с ним в чаще леса. По правде сказать, только здесь правитель Илиады мог спрятаться от назойливой скверной жены, преследовавшей его повсюду. Но о ней он предпочитал не говорить с адептами своей веры.

– Это что за чунга-чанги? – промолвил Серджо.

– Видимо, общаются с духом местности, – сказал Алекс.

Глава группы подошёл к одному из подопечных и произнёс:

– Вы неправильно обнимаетесь с деревом. С деревом надо обниматься вот так! – и показал, как надо совершать ритуал.

Тут у Серджо не выдержали нервы, и он выкрикнул:

– А кто-то спускал инструкцию, как правильно обниматься с деревом?!

Лесная компания обернулась в сторону незваных гостей и замерла. Несколько секунд царила мёртвая тишина, потом Агамемнон подошёл к Серджо и обратился к нему:

– Вы зря так говорите. Правильность ритуала очень важна для ченнеллинга.

– Для чего?! – удивлённо переспросил Серджо.

– Для ченнеллинга – контакта с духами. Они помогут пережить Апокалипсис и перейти в пятое измерение без кармических последствий. Вот Вы верите в Апокалипсис? Верите, что конец света скоро наступит?

– Если на подстанции свет выключат, обязательно наступит, – ответил Серджо.

Затем Агамемнон начал донимать Алекса:

– А Вы? Вы верите в жизнь после смерти в пятом измерении?

– Не знаю. Не проверял, – сказал Алекс.

Не удовлетворившись полученными ответами, верховодитель отошёл в сторону и задумался.

– Как нам деликатно избавиться от них? – прошептал Алекс.

– Я как-то читал в новостях, что сектанты Рязанской области вылезли из шахты, когда к ним спустили Жириновского, – ответил Серджо.

– Боюсь, что до Бога высоко, а до Владимира Вольфовича далеко.

– Тогда я сам побазарю с ним, – успокоил Серджо и обратился к мужчине. – Послушайте, голубчик! Я понимаю, что Вы сеете разумное, доброе, вечное. Но можно Вам задать несколько вопросов, которые не дают мне покоя с юных лет? Например, каким образом куст передал Моисею послание Божье? Зачем девственнице водиться со святым духом, когда вокруг столько мужиков? Почему Дракулу считают левой рукой Господа? И если на всё воля Божья, может, сразу перейти к исполнению его воли, а не доставать тупыми просьбами и ченнелингами?

Агамемнон не нашёл, что ответить. Заметив его растерянное лицо, Серджо добавил:

– Пожалуй, мы не будем вас больше отвлекать. Передавайте привет духам и не забудьте заземлиться как следует!

Через несколько минут Серджо и Алекс продолжили путь к скальной щели.

– Ненавижу этих сектантов! Хотя секта от официальной церкви отличается только количеством прихожан, – недовольно произнёс Серджо.

– Серджо, не богохульствуй! – возразил Алекс.

– Это не богохульство, а трезвый взгляд на обкуренный народ! Я могу за одну ночь переложить сказку о русалочке в священное писание: «И создал Господь море. И поселил он в нём деву морскую». Никто не догадается, что эту сказку в девятнадцатом веке написал человек, испытывавший однополые романтические чувства к мужчинам.

– Ты суров к старику Андерсону, – рассмеялся Алекс.

– Старик Андерсон поведал о всех синдромах человечества, а старик Фрейд лишь описал их в научных терминах.

– Тогда давай напишем новое писание, закопаем в лесу, и спустя двести лет его найдут и примут за чистую правду. Надеюсь, двоих его авторов не заподозрят в однополых романтических связях, – рассмеялся Алекс.

– Отвечаю! Лучше быть уличённым даже в таких сомнительных связях, чем жить с тупым бабьём, сверлящим тебе мозг. Но что-то мне подсказывает, что второй вариант не за горами, – сказал Серджо, показывая вперёд.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.