Отпуская свои желания…
Татьяна Июльская (Козлова)

Отпустить своё желание любви, не болеть им,

не пытаться определить сроки его исполнения,

перестать страдать от того, что оно не исполняется.

Эта свобода сделает почти счастливой,

и сияние этих глаз заметят…

© Татьяна Июльская (Козлова), 2019

ISBN 978-5-4496-6753-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Зима – не время думать о начале…

1.
Зима – не время думать о начале.
Но, сбросив пух
непраздничных одежд,
мы и весны
почти не замечали,
как тают горы скомканных надежд.

Чего же мы хотим на самом деле
от новых вёсен,
жизни и друзей?
Нет ни ручьёв,
ни солнечной капели
Переживёт ли вечность Колизей?

Он, нас своим бессмертием пугая,
не заслужил
покойной тишины,
свободы
от зазубренного края
и ожиданий Воли у стены.

Цепочка дней и к дому и от дома.
Всё меньше с кем-то
хочешь говорить.
А дождь идёт
под звуки метронома,
и ускользает шёлковая нить.

Мне от дождя укрыться будет нечем,
пока не станут
день и путь ясней.
Взвалив луга цветочные на плечи,
вновь по апрелю МАЯться весне.

2

Тороплюсь по декабрьским лужам.
Сквозь сугробы спешу в январе.
В феврале укрываюсь от стужи.
Не играю в снежки во дворе.

Я зимою дрожу от озноба,
от колючей метели бегу.
Королевы бесчувственной злоба
теплоту утопила в снегу,
отбирая все силы для действий,
ледяного порыва укус…
Жду прогноза вечерних известий,
что зима повернула на плюс.

Только в грязном снегу утопая,
про себя продолжаю ругать,
что погода стоит «никакая»,
потому что привыкла страдать.
…………….
Но случается, греет суконце.
Меня радует белая «стынь»,
когда абрис озябшего Солнца
украшает небесную синь.

3.

Вдруг Судьба за подарки осудит?
Провожая ещё один год…
НОВЫМ СЧАСТЬЕ, конечно, НЕ БУДЕТ,
Слишком много тревог и забот.
СОХРАНИТЬ бы мне СТАРОЕ СЧАСТЬЕ,
я, крестясь, узелки тереблю,
с кем делила весну и ненастье,
тех, кого я любила, люблю.

Бесконечно, боясь телефона,
обходя вкруг всех чёрных котов,

ЧИСТОТОЙ КОЛОКОЛЬНОГО ЗВОНА,

ОЧИЩАЯСЬ ОТ МРАЧНОСТИ СНОВ,

избавляя себя от вопроса,
чтобы снова чего-то не ждать…
Счастье девушкой простоволосой
незаметно мелькнуло опять.

4

Дуют предчувствия с Севера.
Холода строгая власть.
В волны душистого клевера
хочется летом упасть.
Лечат простуду припарками.
Душу хочу я согреть,
а с поцелуями жаркими
в клевере и умереть.
Но умереть не навовсе, нет.
Дней для желания рать,
чтоб до унылости осени
счастья часов не считать.

Примет молитвы гостиная
Вдруг снизойдёт благодать?
Ночь новогодняя длинная.
только б успеть загадать…

5

Декабрь плакать
продолжал, и слякоть
с подругой «хмарь»
сбивали календарь.
Игра природы,
шалости погоды,
с детьми стишки.

С игрушками мешки
снимая с полки,
наряжали ёлки.
Но ёлки вряд
ли нравился наряд.
Не зная боли
незавидной роли
зелёных муз
с безвкусицею бус,
она дрожала,
но не возражала,
держа шары
и цепи мишуры.

Куранты били
словно говорили:
«Всё хорошо…».
И робкий снег пошёл.

6

Безграничные снежные дали…
Здесь придумали время чудес.
Покутили опять, погуляли
(«эх!») с весёлым азартом повес.
Отшумевшего праздника звуки
с понедельника и до среды.
……………………………….
Вот метель куролесит от скуки,
заметая деяний следы.
Наконец раздарили подарки.
Загадали желание в ночь.
……………………………….
От свечей новогодних огарки,
что пытались нам в этом помочь…
Растворяли записки в бокале,
и серьёзными были черты,
и под звуки курантов глотали
мы обрывки заветной мечты.
Век детьми притворяются люди,
ритуал соблюдая: «А вдруг….».
…………………………….
Но будильник нас к жизни разбудит
своё знающий дело «пастух».

7.

Дня ушедшего на тротуарах
перепутано столько следов!
Обнимаясь, счастливые в парах
наступали на снежный покров,
и частили сапожками дети,
и цепочка шагов стариков.
Растворяясь в неоновом свете
снег закроет узор от коньков.

Чистотой наполняются скверы,
принимая зимы естество.
Мир светлеет от снега и веры.
А как тихо вокруг…
Рождество….

8

Отпустила Крещенская стужа.
На поддёвку приладив кушак,
по январским сугробам и лужам
в одиночестве бродит душа.
Откусив залежалую сушку,
но держа горделивую стать,
закадычную ищет подружку,
хочет ей обо всём рассказать.
Ведь не сможет на званом обеде,
своего не утратив лица.
Как легко в задушевной беседе
открывать свою жизнь до конца!

Шла дорогою этой когда-то,
след былого пути уловим.
Нелегко босиком по накату,
по зарубкам шагая своим…

Закоулками тихо блуждая
свою тайну не в силах хранить
………………………………
…, и стоит перед «но» запятая.
будто кем-то оборвана нить.

Наполняя любовью до края
каждый час свой и каждый свой день,
беспокойна душа: «А права ль я,
за оградой ломая сирень?».

9

А дорога навстречу катится,
снег лежит какой-то поношенный,
вдоль деревья стоят каракатицы,
словно кошки в прыжке взъерошены.
Не достанут когтистой лапою.
Что ж бояться кошачьей ярости?
Дождь январский не к месту капает,
предвещание долгой старости.

10

Блики
тоже не вечных
странников
помогают
собраться с мыслями.
Без уюта
домашних драников
в своем множестве
так бессмысленны.
На Земле только
игры брачные,
люди здесь
выполняют миссию.
имена звёздам
всем назначили,
чтобы звёзды
от них зависели.

11

Ты расспроси меня о погоде на святки.
Наш диалог будет длиться какое-то время
и без игры с моим самолюбием в прятки,
когда ощущаешь каждой минуты бремя

Вдруг расскажи о планах своих на лето,
какие тебя волшебные ждут страны.
Я, глобус вращая, увижу легко где это,
под песни метели придумывать сказки стану.

Дожди в январе преградой для грёз зависли.
А зимние дни в своём побегут режиме.
Не проговаривай вслух обо мне мыслей,
ведь даже свобода не сделает нас чужими.

***

Мелкий дождь несносен.
Птиц оседлых стая.
На исходе осень.
Первый снег растаял.

Птичьи разговоры
о заботах вечных.
Воробьи, как воры,
лазают в скворечник.

Гордая голубка
с кочки и на кочку.
Пёрышки – не шубка,
трудно в одиночку.

Мокрые дорожки.
Уступив вороне,
склёвывает крошки
прямо у ладони.

***
Не смотри
на собаку
с ласкою,
ведь она
с игрой не знакома.
Просто так
заглянул ты
в глазки ей,
и проводит тебя
до дома.

Нет предела
собачьей
радости
Обрела, наконец,
хозяина.
За тобой пойдёт
не за сладости,
даже если
твой дом —
окраина.

И хвостом уже,
как пропеллером,
или, как у машины,
дворники.
Будет место,
почти уверена,
рядом
с дверью
на мягком
коврике.

Дом хозяина
уже ближе ей.
У подъездов
разбиты
лампочки.
Дверь захлопнулась,
и обиженной
приносить
не придётся
тапочки.

В отвоёванном пространстве…

1
Стол, диван, шкафов убранство.
Жизнь
по полочкам
в квартире.
Отвоёвано пространство
в равнодушно-строгом мире.

Без надежды дырки в сыре.
Маска
скорби
Мельпомены.
Тишина в пустой квартире
эхом рушится о стены.

2

Плед.
На
нём
лежит
газета.
Обнимающий сердечно.

До-
го-
ре-
ла
сигарета.

Здесь
живут
ещё,
конечно.

3

За
окном
пейзаж
проснётся.
Восхитительная
снежность…

Кошке
щедро
отдаётся
нерастраченная
нежность…

4

Супермаркет
и
аптека.
В ней
знакомая
провизор.

Отстранённость
человека,
и
сгоревший
телевизор.

5

Одно-
спальные
покои.

Старо-
модный
свет
торшера.

Вкруг
теснённые
обои —
завершенье
интерьера.

6

Керамические
плошки.

Не назначено
свиданье.

Книг
подобраны
обложки,
и неважно содержанье.

7

Романтические
свечи.
Не открытая
«Мартини».

Свитер,
брошенный
на плечи.

Ночника свет
тёмно-синий.

8

За окошком
прелесть леса
станет
вдруг
обид
причиной.

Был
в спецовке
хмурый слесарь.

Пахнет
в воздухе
мужчиной.

9

Поломали
«наковальню».

Не к сезону
маргаритки.

Маета
из
зала
в
спальню,
сквозь
пространство
габаритки.

10

Люстры
в зале
пять
рожков.
Форм
без смысла
совершенство,
и
протёртость
творожков —
недоступное
блаженство.

11

С лета
купленные
санки.

Вишня
смешана
с ментолом.

В ряд
пропаренные
банки
заполняются
рассолом.
По рецепту
строго соли,
и достанется
терпенья,
набивая антресоли.

Ожиданье пополненья…

12

Проще
«бреющим»…
И к вере,
обратившись,
видеть Солнце.
Знак Судьбы,
открывши двери,
узнавая в незнакомце.

13

Закупоренные
шлюзы,
раз-
ди-
ра-
ю-
щи-
е
блюзы.
Откусив
лениво
грушу,
собирать,
как
пазлы,
душу.

14

Своим чередом…
В темноту и ненастье…

Картина друзей
на безликости стенки.

Ладонь,
подбородок,
часы
на запястье,
и
ужин-яичница
«вечной студентки».

15

Что-то
опять разрушу.
Будет не жалко снов.
Снова тревожит душу
сладко «cant buy me love»…

Знак чувств кому-то дивен,
должное им воздаст.
Купится, кто наивен
Ловкий легко продаст.

16

Сборки,
как
волны.
Большое окошко.
Жизни пространство
под тенью багет.

Смотрит
на улицу
рыжая
кошка —
символ уюта,
которого нет…

«Монорим» дней

1.
Голубое
с белым обрамленье
к юбилею
праздничных трибун.
Ощущаешь лёгкое волненье,
и почти «слияние двух лун».

Безупречен
маленький «заказник».
Вдоль трибуны
радостный проход.
Суетится, предвкушая праздник,
искушённый в праздниках народ.

И в «каре»
построены аллеи,
и «в пастельных»
города наряд.

Городам, придумав юбилеи,
не жалеют денег на парад.

Под салют
немыслимо помпезный,
будто день последний
пред постом.

Не увидев праздника болезный,
осенит испуганно крестом.

2

Вновь отправляюсь я в ночь налегке.
Жизнь, как идеи марксизма.
Грубая баба в цветастом платке
не предает оптимизма.

Ёлки ещё уцелели в лесу
в предновогодние ночи.
Баба сидит, ковыряет в носу.
Зрелище, в общем, не очень.

Плавно войдя в «монорим» моих дней
путь обещает быть длинным.
Лучше закрою глаза поплотней.
Нет больше бабы – павлина.

3.

Я не хочу слушать о смерти,
и не хожу при Луне по краю.
Но никому не скажу: «Верьте!»,
ведь и себя до конца не знаю.

Не открывайте чужие двери,
чьи-то племянник или сестрица,
горе чужое и мне, отмерив.
Я их не знаю, но мне не спится.

Все не могу разделить печали.
Я не хочу слушать о смерти.
Вы расскажите мне о начале.
Добрые вести в большом конверте

4

Я пытаюсь спуститься с «Монмартра»*,
не ворча, как усталая сводня.
Почему в слове слышится «завтра»,
если завтрак съедаю сегодня?

О надежде с терпеньем вещая,
равнодушный утешит «угодник».
Не хочу завтра ждать, поглощая
бутерброд с ветчиной на «сегодник».
*) в значении «Гора мучеников»

5.

Сердце закрыто, рёбра, как помочи.
Кольца
деревьев
сжимают,
как обручи.

Не сосчитаю уже их играючи.
Строгие
люди,
как школьные
завучи.

Мысли записаны, фразы заучены
тают
со снежными
серыми
кучами,
и «Как дела?» забавляют вопросами.

Разве
хожу я
по улицам
в розовом,

или хромаю на левую ногу я,
или
готовы
решить
хоть немногое?

Слов и сама уже знаю немало я.
В марте
вода
забирает их
талая.

6.

Всё понимаю.
Каждый день – мне милость,
и, благодарно принимая дар,
рвусь на звонок
с надрывом: «Что случилось?».
Моих часов отмеренных угар.

Как научиться
впитывать простое,
не на дрожащих двигаясь ногах,
услышав, снова
в подреберье воя,
живет горбатый
мрачный спутник страх.

7.

Красивая дама.
Уверенная.
Не смотрит
на всех
намеренно.
Ей
каждый
из нас
не нравится.
Мы кто?
А она —
красавица!
Гордые
брови
прочерчены.
След
от кольца
намеченный.

Леди
в такой одёжке!

От
носа
к губам
дорожка.

Жизнь —
в носогубной
складке.

У дамы т..
не всё в порядке…

8.

Построю
мысли
резвые
кортежем,
чтоб
избежать
словесной
требухи.
Понять хочу я, как же это, где же
из массы слов рождаются стихи.

Так
прозаично
в черепной
коробке,
где
копошится
множество
«ежат»?
От первых строк, хромающих и робких,
мои стихи лишь мне принадлежат.

А зреют,
верно,
в кровяном
мешочке,
из слабых вен
стекаются
на лист.
Размаху крыльев в тёплой оболочке
помеха кожи бежевый батист.

В стихах
мои душевные
распахи,
уютно
в сЕни
плотнотканных
штор,
не различая ямб и амфибрахий,
мечтам своим давала я простор.

9

Локтей ножи,
расчищен путь
из галереи в ложу.
Мы опыт свой,
пытаясь скрыть,
растягиваем кожу.

Нас многоточье
чьих-то слёз
притормозит немного.
Но…
Ожидаемый рассвет,
проторена дорога,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.