Составитель Анжела МакАллистер
Самая страшная кругосветка
50 ужастиков со всего света

© Лобия М.Р., перевод, 2019

© ООО «Издательство АСТ», 2019

* * *

Пауле, за её любовь к достоверности

О книге

Наравне с добрыми и светлыми сказками в каждом уголке мира существуют леденящие душу истории, которые передаются из поколения в поколение и наводят ужас как на детей, так и на взрослых.

Индийские сказки рассказывают о змеях, столь почитаемых в этой стране, англичане славятся историями о маленьких и зловредных боуги, а ведьмы настолько вездесущи, что встречаются в сказках всех народностей!

В море и на дне океана, в полях и лесах, в замке и под землёй – всюду водятся чудища, при мысли о которых по телу бегут мурашки!

Об авторе

Анжела Макаллистер написала более 80 книг для детей. Её истории переведены на 20 языков мира, а ещё по ним ставятся пьесы и они получают престижные награды.

Об иллюстраторе

Мадалина родилась в Румынии, но сейчас живёт в Италии. Вдохновение художница черпает из народных преданий, любви и путешествий. Она обожает выписывать детали и без ума от ярких, сочных красок. Её рисунки полны любви и жизни. Профессию художника-иллюстратора Мадалина получила в Лондоне, в Камберуэлльском колледже искусств, который окончила со степенью магистра. Художественный стиль Мадалины самобытен и индивидуален. Она получает заказы от людей со всех уголков земного шара.

Автор выражает признательность Люку и Элеанор Фармер, разделившим с ней это путешествие.

В лесу

Гензель и Гретель
Европа
Германия

В домике, на опушке дремучего леса, жили-были Гензель и Гретель вместе с отцом и злой мачехой.

Однажды вечером отец, бедный дровосек, говорит жене:

– Как же нам быть и что же нам делать? Ведь не на что нам купить и краюхи хлеба.

Мачеха, которая Гензеля и Гретель на дух не переносила, ему отвечает:

– Отведём завтра детей в чащу леса да там и бросим.

Как ни просил дровосек пощадить ребятишек, жена была непреклонна.

– Иначе, муженёк, – твердила она, – мы все четверо умрём с голоду.

Гензель и Гретель не спали и всё слышали.

– Не печалься, Гензель, – сказала сестра, – я что-нибудь придумаю.

Натянула девочка платьице и выскользнула в сад, где в ярком свете луны набила карманы белыми камешками.

Утром все отправились в лес, а Гретель потихоньку выбрасывала камешки на тропинку.

Очутившись в чаще, мачеха сказала детям:

– Вы пока отдохните, а мы с отцом пойдём нарубим дров, – и они ушли.

Целый день прождали их Гензель и Гретель, но никто за ними так и не пришёл.

– Как же мы доберёмся домой? – заплакал Гензель.

Но когда наступила ночь и луна появилась на небе, белые камешки Гретель указали детям путь назад.

Голодные и уставшие возвратились ребятишки домой. Мачеха выбранила их – где ж они, такие-сякие, пропадали, никак их было не дозваться.

На следующий день мачеха снова повела детей в лес. Не успела Гретель собрать камешки, зато прихватила с собой кусочек хлеба, и по дороге бросала крошки на землю.

Снова детишек бросили одних-одинёшенек в чаще. Когда наступила ночь, Гензель и Гретель не нашли ни одной хлебной крошки, потому что все их склевали птицы.

– Не горюй, братец, – сказала храбрая Гретель. – Как-нибудь отыщем дорогу.

Долго ли, коротко ли бродили Гензель и Гретель по лесу, как поманил их ароматный запах выпечки. На полянке дети увидели домик: стены у него из пряников, а крыша из кексов. Дети отломили по кусочку и того и другого и съели.

В тот же миг дверь домика отворилась, на пороге появилась старушка и позвала детей внутрь. Была то злая ведьма.

Гензель и Гретель зашли в пряничный домик. Старушка угостила их сахарным печеньем и уложила в мягкие постельки. Детишки тотчас заснули.

Утром ведьма схватила Гензеля и заперла в хлеву, а Гретель заставила варить для него похлёбку.

– Когда твой брат станет толстым и гладким, я его съем, – заявила ведьма.

Каждый день подходила она к закуту[1], где томился Гензель, и щупала его палец, сильно ли он потолстел. Хитрый Гензель вместо пальца подсовывал ей кость. Целый месяц мальчик водил за нос подслеповатую ведьму, пока терпение её не лопнуло.

– Сегодня же слопаю этого мальчишку, будь он толстый или худой. Ну, – приказала она Гретель, – полезай в печку да посмотри, достаточно ли она разогрелась.

Гретель смекнула, что ведьма решила и её съесть заодно, и сказала:

– Никак не могу заслонку отодвинуть.

– Вот ведь безрукая! – набросилась на неё ведьма, нагнулась и отодвинула заслонку.

Гретель тут же затолкала ведьму в печь и захлопнула печную заслонку. Затем девочка освободила Гензеля. В пряничном домике они нашли драгоценные камни, рассовали их по карманам и зашагали домой.

Тем временем злая мачеха умерла. Дровосек не мог жить без своих детей, и отправился на их поиски. На полпути они встретились друг с другом, и жили долго и счастливо.

Глаза старика
Европа
Чехия

Жил-был Яначек, и не было у него никого во всем белом свете. И вот однажды повстречался ему старик. Он сидел на пороге своей лачуги, и вместо глаз у него зияли пустые чёрные дыры.

– Дедушка, не найдётся ли у тебя какой работы? – спросил Яначек.

– Отчего ж не найтись, найдётся. Нужен мне пастух, чтобы пас моих коз на сочном лугу, – сказал старик, и мальчик нанялся к нему в услужение.

– Но берегись, – предостерёг он Яначека. – Не ходи к холму в чаще леса. Живут там злые ведьмы Ежинки. Они и похитили мои глаза!

– Не волнуйся, дед, – ответил помощник. – Я не лыком шит.

Взялся Яначек за работу. День пасёт коз на сочном лугу, два, и видит – маловато стало травы, не наедаются козы. Решил он отправиться к холму.

Срезал он несколько длинных ветвей с ежевичного куста, заправил их за тулью[2] шляпы и погнал стадо в лес.

Сидит Яначек, приглядывает за козами, как вдруг возникла перед ним девушка красоты неописуемой и говорит:

– На, пастушок, возьми это яблочко.

Смекнул Яначек, что перед ним не иначе как хитрая Ежинка, и отвечает:

– Благодарствую, да только в саду моего хозяина я могу брать любые яблоки.

Ежинка, видя, что нет с ним никакого сладу, исчезла.

Скоро перед Яначеком возникла другая девушка и протянула ему красную розу.

– В саду моего хозяина роз не счесть, – сказал он, и девушка исчезла.

Появилась третья девушка и предложила ему золотой гребешок.

– Позволь расчесать твои волосы, пастушок, – молвила она.

Как только подошла к нему девушка, выдернул Яначек из тульи ежевичный прут и связал ей руки крепко-накрепко. Знал юноша – потеряет Ежинка колдовскую силу, если коснётся её ежевичный прутик.

– Спасите, сестрицы! – вскричала девушка.

Примчались ей на помощь две сестрицы, но Яначек и их связал, и побежал домой за стариком.

Вернулись они вместе, и видят – рвутся из пут Ежинки, но понапрасну.

– А ну, где глаза хозяина, признавайтесь! – потребовал Яначек.

– Я покажу, – сказала старшая сестра.

Пошли они вдоль берега реки к пещере, где хранили Ежинки украденные глаза. Каких только глаз здесь не было! Ежинка вытянула первую попавшуюся пару из груды и протянула старику.

Примерил глаза старик и чуть не задохнулся от ужаса.

– Я вижу кроны деревьев, мотыльков и летучих мышей! – воскликнул он. – Это не мои глаза, это глаза совы! Забери их!

Схватил Яначек Ежинку и бросил её в реку.

Пришла очередь средней сестры выбирать глаза. Примерил их старик и затрясся от страха.

– Я вижу тёмные кущи, оскаленные зубы и языки, обагрённые кровью! Это не мои глаза, это глаза волка! Забери их!

Схватил Яначек вторую Ежинку и бросил в реку.

Пришла очередь третьей девушки. Примерил старик глаза и задрожал от отвращения.

– Вижу мутную воду, змееподобные водоросли и серебряные плавники! Это не мои глаза, это глаза рыбы!

Упала на колени третья Ежинка, взмолилась:

– Яначек, позволь ещё поискать!

Примерил старик другую пару глаз и улыбнулся.

– Ну вот, теперь я вижу холм с козами и верного друга Яначека, – сказал он. – Как я соскучился по своим глазам!

Яначек развязал Ежинку и вернулся со стариком домой. Жили они вместе долго и счастливо!

Василиса Прекрасная
Европа
Россия

Жили-были купец и жена его купчиха. И была у них единственная дочь Василиса. Едва девочке исполнилось восемь лет, матушка её занедужила. Умирая, призвала она к себе дочь, достала из-под подушки деревянную куколку, отдала Василисе и сказала:

– Береги эту куколку и никому не показывай. Коль приключится какое злосчастье и потребуется тебе совет, покорми куколку, поведай ей о своих печалях, она и расскажет, чем горю помочь.

Поцеловала купчиха дочку, благословила, а через несколько дней померла.

Шло время. Купец присмотрел себе вдову с двумя дочерьми да и женился на ней.

– Надеюсь, душа моя, она станет тебе второй матерью, – сказал он Василисе.

Но оплошал недальновидный купец, взял в дом женщину злобную и расчётливую, ибо позарилась вдова на его богатства и лишь потому вышла за него замуж. Невзлюбила мачеха Василису, слишком уж прекрасна была девушка. Изнуряла она Василису работой, в любую погоду выгоняла во двор, надеясь, что почернеет та от солнца да задубеет от ветра.

Безропотно переносила все тяготы бедная девушка, но вот однажды вспомнила она про куколку, что подарила ей матушка. Покормила она куколку крошками хлеба, и распахнула куколка свои глаза – сияющие, как звёзды в ночном небе.

– Сживает меня мачеха со света, – пожаловалась Василиса. – Как мне быть?

– Не печалься, иди почивать, – ответила куколка. – Утро вечера мудренее.

С того самого дня стала куколка во всём помогать Василисе.

Вот отправился купец на долгое время по торговым делам в далёкие страны. Не успел он уехать, как мачеха продала избу и перебралась с дочерьми и падчерицей подальше от людей, в дом на опушке дремучего леса. Как ни кручинилась Василиса, а не забывала потчевать куколку. Выслушает та про все обиды девушки да утешит её.

А в том лесу, на поляне, в избушке на курьих ножках жила колдунья по прозванию Баба-яга. Любого, кто осмеливался приблизиться к избушке, Баба-яга хватала и съедала. И вот повадилась мачеха посылать Василису каждый день в лес: то орехов насобирать, то ягод принести. Надеялась злая женщина, что схватит колдунья девушку, да и сгинет та без следа. Но всякий раз невредимой возвращалась домой Василиса: оберегала её куколка, учила, как набрать полную корзинку ягод и не угодить Бабе-яге на обед. И всякий раз мачеха злилась пуще прежнего.

Думала мачеха, думала, да и придумала, как ей погубить ненавистную падчерицу. Как-то вечером погасила она огонь в очаге и запричитала:

– Ой, огонь потух в доме. Как же нам зажечь свечу? Ступай-ка ты, Василиса, в лес, к Бабе-яге да попроси у неё огня.

Задрожала Василиса от страха, как осиновый лист, но мачеха ничего не хотела слушать и вытолкала её за дверь.

Одна-одинёшенька осталась девушка в непроглядной тьме. Достала она из кармана куколку и угостила её ягодами.

– Ничего не бойся, Василиса, – воскликнула она. – Делай, как тебе велено. Пока я с тобой, страшиться тебе нечего.

Расхрабрилась Василиса и отправилась к Бабе-яге. Опустилась ночь, лес ожил и наполнился тенями. Вдруг проскакал мимо девушки всадник: весь в белом, на белом скакуне. Глядь, а уж и светать начало…

Не кончается лес, всё дальше и дальше идёт Василиса. Вдруг проскакал мимо неё второй всадник: весь в алом, на алом скакуне. Глядь, а уж и солнце взошло…

Наконец, в сумерках, вышла она на полянку к избушке на курьих ножках. А вокруг неё – забор из человеческих костей, а на заборе том – черепа с провалившимися глазницами, а вместо засова на воротах – человечья челюсть с острыми зубами. Обомлела Василиса от ужаса. Вдруг проскакал мимо неё третий всадник: весь в чёрном, на чёрном скакуне. Промчался он в ворота, и над лесом опустилась ночь. Глаза черепов тотчас же запылали, ветви затрещали, деревья застонали. Видит Василиса – летит в вышине Баба-яга. В ступе сидит, пестом погоняет, метлой след заметает. Опустилась на полянку, принюхалась.

– Кто тут прячется у моих ворот? – закричала она.

Вышла на полянку Василиса, ни жива ни мертва. Поклонилась Бабе-яге и молвила:

– Мачеха послала меня к тебе огня попросить.

– Знаю, знаю я, откуда пришла ты. Огонь ты получишь, но не раньше, чем поработаешь у меня. А откажешься – я тебя съем.

С этими словами приказала колдунья воротам отвориться, и те отворились. Лязгнули засовы-челюсти и сомкнулись у неё за спиной.

– Ну, подавай на стол, – повелела колдунья.

Что могла бы съесть дюжина человек, Баба-яга проглотила в один присест, оставив Василисе лишь суп капустный да краюху хлеба.

– Когда утром я улечу, прибери дом, подмети двор да перебери пшено, – наказала колдунья, взгромоздилась на печь и улеглась спать.

Заснула Баба-яга, а Василиса достала куколку из кармана и накормила её последней ложкой супа. Глаза куколки замерцали, словно свечи.

– Гложет страх меня, – заплакала девушка. – Что, если не исполню я наказа Бабы-яги, она меня за ужином и съест!

– Не печалься, ложись спать, – утешила её куколка. – Утро вечера мудренее.

Засветло пробудилась Василиса. Проскакал галопом по полянке белый всадник, перемахнул через забор. И только скрылся в лесу он, как занялась заря.

Вышла Баба-яга к воротам, залезла в ступу, свистнула – и явились перед ней пест и помело. Алый всадник проскакал по полянке, и взошло солнце. Улетела Баба-яга, проводила её Василиса тоскливым взглядом. Тяжело было у неё на сердце, дивилась она, как управиться ей со всей работой, как вдруг смотрит, а куколка всю работу за неё и выполнила!

Настал вечер. Чёрный всадник галопом проскакал по полянке, и опустилась ночь. Вернувшись, хотела Баба-яга к чему-нибудь придраться, да не к чему было.

– Где вы, слуги мои? – крикнула колдунья.

Явились невесть откуда три руки, подхватили мешок пшена и уволокли прочь.

На следующее утро Баба-яга ещё больше работы задала Василисе.

– Прибери дом, подмети двор, возьми мешок с маком и отдели от земли каждое зёрнышко. Не сделаешь – съем тебя за ужином!

И снова куколка справилась со всею работой, и Баба-яга не нашла к чему придраться. Крикнула она слуг своих. Три руки, невесть откуда взявшиеся, подхватили мешок мака и уволокли прочь.

Поужинала колдунья и уставилась на Василису.

– Что ж, дитя, говори, – сказала она. – Вижу, хочешь ты меня о чём-то спросить. Спрашивай, но помни – не всякий ответ по нутру прийтись может.

– Скажи мне, будь добра, белый всадник – кто он? – спросила Василиса, сама не своя от страха.

– Мой слуга, Белый день. Он не причинит тебе вреда.

– А алый всадник – кто он?

– Мой слуга, Красное солнышко. Не бойся его.

– А чёрный всадник – кто он? – задала Василиса последний вопрос.

– Мой слуга, Тёмная ночь, – ответила Баба-яга. – Он не причинит тебе вреда.

Хотела было Василиса спросить о трёх руках, но вовремя вспомнила, что не всякий вопрос по нутру прийтись может.

– Скажи мне, – потребовала старуха, – как успевала ты со всей работой управиться, да так, что и не придраться?

Увидела Василиса, как пытливо смотрит Баба-яга на её карман с куколкой.

– Благословение моей матушки – вот что мне помогает, – ответила она.

Страшно закричала старуха, будто кто её ударил.

– Вон отсюда! Убирайся! – завизжала она. – Не потерплю благословенных в своём доме!

Бегом побежала Василиса к воротам.

– Откройтесь! – повелела им Баба-яга и швырнула в спину девушки череп с горящими глазами. – Вот тебе огонь, который ты просила. Отнеси его мачехе, пусть порадуется!

Насадила Василиса полыхающий череп на палку и поспешила домой. День и ночь бежала она по лесу, и наконец, в сумерках добралась до дома. «Верно, мачеха уже разыскала огонь, сколько времени-то прошло!» – подумала Василиса и зашвырнула череп в кусты. Но вдруг, к немалому её изумлению, из кустов послышался голос:

– Не бросай меня, Василисушка, отнеси куда велено.

Вошла Василиса в дом, и радостно встретили её мачеха и сводные сестры. Ибо с тех самых пор, как ушла она, не удалось им ни искры огня высечь в доме. Всё это время дрожали они от холода. Взяла мачеха колдовской огонь и зажгла свечу.

Засверкала свеча, заулыбалась мачеха. Но как только внесли череп в дом, глаза его, словно угли, уставились на хозяйку. Полыхнули глаза лютым пламенем, вспыхнула мачеха, а за ней и дочери её, словно спички, и сгорели дотла.

Утром Василиса зарыла череп в землю. И только отёрла она руки, как слышит – кличет её кто-то с дороги. Обернулась она и увидела отца своего. Как же обрадовался он, что нашёл свою дочь, Василису Прекрасную!

Расхититель сокровищницы
Африка
Египет

В Древнем Египте жил фараон по имени Рампсинит, и был он несметно богат, но уж очень переживал, что кто-нибудь позарится на его состояние. Приказал он построить сокровищницу, где бы золото его и серебро хранились за семью замками.

Однако хитрый строитель вознамерился украсть сокровища фараона. Один камень в стене он положил таким образом, чтобы его можно было вынуть снаружи и потайным ходом пробраться в хранилище.

Вскоре после того, как сокровищница была построена и драгоценности фараона перенесены туда, строитель занемог. Чувствуя, что смерть его близка, позвал он двух своих сыновей и рассказал, как найти секретный камень.

Похоронив отца, братья пришли к тайнику, вынули камень и пробрались внутрь. Взяв с собой столько золота и серебра, сколько могли унести, они поспешили домой. На следующую ночь они вернулись и забрали ещё сокровищ.

Рампсинит, обнаружив, что сокровищница его скудеет, метал громы и молнии. Никто не мог взять в толк, как вор проникает в запечатанную сокровищницу, которую охраняют днём и ночью. Повелел фараон поставить в хранилище ловушки, чтобы поймать вора.

Следующей ночью, как только первый из братьев отправился за золотом, он тотчас же попал в одну из них.

– Когда стражи увидят меня, то сразу же догадаются, что ты помогал мне, и нас обоих казнят, – сказал он брату. – Отруби мне голову, чтобы никто меня не узнал, и живи долго и счастливо.

Сердце кровью обливалось у его брата, но делать нечего – согласился он выполнить его просьбу, отрубил ему голову и забрал её с собою.

Озадачен был царь Египта, когда слуги обнаружили обезглавленное тело. Никто не мог объяснить, что же произошло. Повелел фараон своим воинам повесить тело на стене дворца и не спускать с него глаз, а в случае чего – схватить того, кто попытается тело унести.

Горько рыдала мать двух воров, объятая скорбью.

– Забери тело брата своего, – умоляла она сына, – чтобы мы его похоронили. Иначе неприкаянный дух его будет вечно скитаться по земле.

Водрузил тогда хитрый вор бурдюки[3] с вином на ослика и повёл того ко дворцу. Там он разрезал бурдюки, и вино полилось на песок.

– О, моё вино, – громко запричитал он. – Что я натворил!

Бросились ему на помощь воины, но не удержались от соблазна и пригубили текущее рекой вино. Вскоре они опьянели, повалились на землю и заснули беспробудным сном. Вор тем временем положил тело своего брата на ослика и отправился домой.

Изумился Рампсинит сметливости мошенника и пуще прежнего вознамерился его поймать.

Была у фараона дочь. Она переоделась, вышла из дворца и провозгласила, что выйдет замуж за самого смекалистого и бесчестного человека во всем египетском царстве. Разгадав её хитрость, вор заявил, что он самый бесчестный, так как отрубил голову своему брату, и самый смекалистый, так как украл его тело со стены царского дворца. Кликнула принцесса стражу и схватила грабителя за руку. Но то была не рука вора, а рука его брата – он спрятал её под плащ, а затем, подсунув её принцессе, благополучно бежал.

Когда Рампсиниту рассказали, как было дело, он расхохотался и решил, что вор слишком умён, чтобы его казнить.

– Я прощаю грабителя, – провозгласил фараон. – Он умнее всех нас вместе взятых. Я сделаю его принцем, и больше ему не будет нужды воровать мои сокровища.

Красная шапочка
Европа
Германия

Жила-была однажды маленькая девочка, и была у неё красная шапочка. Так девочку Красной Шапочкой и прозвали.

Как-то её любимая бабушка заболела, и Красная Шапочка взяла корзинку с фруктами и отправилась через лес к дому бабушки.

На лесной тропинке повстречался девочке Серый Волк.

– Добрый день, малютка, – поздоровался он. – Куда это ты направляешься?

– К бабушке. Она живёт на другом краю леса, – ответила Красная Шапочка, – в домике с голубой дверкой.

Серый Волк пожелал ей хорошего дня и пошёл своей дорогой. Но, как только девочка скрылась из виду, он стрелой помчался к домику и постучал в дверь.

– Кто там? – спросила бабушка, сидя в кресле-качалке.

– Это я, твоя внученька, – пропищал Серый Волк.

– Заходи, моя милая, – воскликнула бабушка.

Серый Волк отворил дверь, кинулся к бабушке и съел её. Забравшись в бабушкину кровать, он надел чепец и до подбородка натянул одеяло.

Тем временем к домику подошла Красная Шапочка и постучала в дверь.

– Это ты, моя внученька? Заходи, – сказал Серый Волк еле слышно.

Красная Шапочка села в кресло-качалку у кровати.

– Бабушка, – удивилась она, – отчего у тебя такие большие уши?

– Чтобы лучше тебя слышать, – ответил Серый Волк.

– А отчего у тебя такие большие глаза?

– А это чтобы лучше тебя видеть, внученька.

– Бабушка, а отчего у тебя такие большие зубы?

– Это чтобы тебя съесть! – прошипел Серый Волк, выскочил из постели и слопал Красную Шапочку.

К счастью, мимо проходили охотники. Они застрелили волка и освободили бабушку с Красной Шапочкой.

Глубокие воды

Алонзо и Яра
Южная Америка
Бразилия

В маленьком городке, на берегу реки, бегущей в джунглях, жил-был юноша по имени Алонзо.

Пришлым был он в этой стране, но всем сердцем полюбился ему тропический лес, где в кронах деревьев голосисто кричали попугаи, а колибри[4] порхали с одного чудесного цветка на другой. Здесь он встретил свою возлюбленную по имени Джулия и вскоре собирался на ней жениться.

Каждый день после работы Алонзо навещал Джулию. Они смотрели в усыпанное звёздами небо и говорили обо всём на свете. Затем Алонзо шёл к лесному озеру возле реки и купался в нём, ведь ночь была такая тёплая.

Однажды вечером он сказал Джулии:

– Вчера я пошёл искупаться в озере, как вдруг услышал чарующую песню. Слаще трели соловья звучал женский голос, но я никак не мог разобрать слова. Голос звенел повсюду – то в одном месте слышался он, то в другом. Я обыскал все кусты и деревья, но никого не нашёл. Похоже, кто-то надо мной подшутил.

Ужас обуял Джулию. С раннего детства слышала она легенды про жестокую Яру, русалку. Накануне свадьбы обольщала она женихов и заманивала их в озеро.

Схватила девушкуа Алонзо за руку и слёзно молила не ходить больше к озеру.

– Напрасны твои тревоги, – улыбнулся юноша. – Много месяцев купаюсь я в нём, и лесные духи ни разу не тревожили меня.

Но Джулия покачала головой.

– Сначала ты слышишь песню, потом видишь призрак, а потом… приходит смерть!

Девушка дрожала от страха, и Алонзо стало не по себе.

– Молю тебя, – заклинала она, – не подходи к озеру, пока мы с тобой не женаты. Думется мне, что ты слышал пение Яры. Беда минует, когда мы с тобой обвенчаемся.

Только произнесла девушка имя русалки, как Алонзо разразился диким, неистовым смехом. Предание говорило, что так смеются женихи, видевшие Яру. Джулия упала на колени и зарыдала.

Увидев её отчаяние, Алонзо опомнился.

– Не плачь, ангел мой, – сказал он, поднимая её и нежно прижимая к груди. – Клянусь, я сделаю всё, чтобы ты была счастлива!

Поблагодарила его Джулия, но с тех пор печаль поселилась в её сердце. Знала она – песня русалки заставит её друга позабыть всё на свете. Девушка вынесла из дома особенную ракушку, которую берегла с детства. В устье ракушки она напела нежную песню, протянула раковину Алонзо и сказала:

– Доведись тебе снова услышать голос Яры, приложи раковину к уху и послушай мою песню. Может, она пересилит чары русалки.

Три ночи держался Алонзо, не нарушал данное Джулии слово. Нет, не поверил он сказаниям о Яре, которая обольщает и топит женихов, но не хотел он причинять боль любимой девушке и потому не ходил к озеру возле реки.

Однако не забыл он услышанную в лесу песню. С каждым днём звучала она у него в голове всё призывнее и настойчивее, и он не смог больше ей противиться.

Настал вечер, и Алонзо по лесной тропинке направился к озеру у реки. И хотя тревоги Джулии казались ему напрасны, зорко всматривался он в каждую тень у кустов, в каждый проблеск между деревьями.

Спустился юноша к озеру, сбросил с себя одежду и только собрался нырнуть, как показалась из-за тучи луна и озарила ярким светом заросли папоротника. Увидел Алонзо женщину неописуемой красоты: чёрные волосы ниспадали с её головы, словно волны.

В мгновение ока подхватил Алонзо одежду и, не разбирая дороги, кинулся прочь. Ни разу, пока не добрался до дома, не осмелился он оглянуться.

Настало утро, и Алонзо убедил себя, что женщина ему просто привиделась. Однако весь день его неотступно преследовал чудесный образ. Когда пришёл он тем вечером к Джулии, сразу поняла невеста, что тяжело у него на сердце, ибо был Алонзо молчалив и бледен.

– Не волнуйся, любовь моя, – утешил он её. – У меня от жары разболелась голова. Пойду домой прилягу.

Рано ушёл он от Джулии, но отправился не домой. Ноги сами понесли его в лес по знакомой тропинке – не терпелось ему вновь взглянуть на прекрасную женщину.

Добежал Алонзо до озера, но, как ни искал, женщины нигде не было. Тогда привалился он к стволу дерева и стал ждать. Чем больше всматривался он в тёмную воду, тем больше его клонило в сон. Но только глаза его сомкнулись, вырвалась из глубин озера яркая вспышка света. Воды расступились, и Алонзо увидел женщину. В волосах её мерцали водоросли. Прочь хотел броситься Алонзо, но ноги ему не повиновались. Как во сне, двинулся он ей навстречу.

Яра протянула к нему руки и запела. Так сладок, чарующ был её голос, что Алонзо позабыл обо всём на свете и, словно лишившись рассудка, побрёл в её объятия.

Ступал он медленно, будто в забытьи. Голова его свесилась на грудь, руки упали вдоль тела, и вдруг пальцы задели раковину Джулии, что была у него в кармане. В тот же миг ноги его коснулись воды, он вздрогнул от холода и пробудился. Тут же выхватил Алонзо из кармана раковину и, противясь колдовству Яры, приложил её к уху, чтобы услышать голос Джулии.

Тих и слаб поначалу был напев девушки. Но любовь её была так сильна, что с каждым новым звуком песнь становилась всё громче и громче. Алонзо внимал голосу всем сердцем и не слышал ничего вокруг.

Когда юноша поднял голову и огляделся, Яра уже исчезла, и он остался в лесу один.

Женщина-зима
Азия
Япония

Стояла зима. Юноша по имени Минокичи и его престарелый учитель Мосаку отправились в путь. Хотели они пересечь реку, но паромщик уже ушёл домой. Пришлось им укрыться в его лачуге.

Ночью разыгралась снежная буря. Минокичи и Мосаку так замёрзли, что у них зуб на зуб не попадал от холода. Но усталость взяла своё, и они уснули.

Через несколько часов Минокичи проснулся. Померещилось ему, что снег летит прямо в лицо. Оказалось, что дверь лачуги открыта нараспашку, а над его учителем склонилась женщина в ослепительно-белом одеянии. Белее снега было её лицо, волосы покрыты инеем, а пальцы – точно льдинки. Женщина выдохнула студёное облачко в лицо старого Мосаки и посмотрела на Минокичи.

– Она заморозит меня до смерти! – испугался он.

Но увидев, что он молод и красив, Женщина-Зима сжалилась над юношей.

– Я дарую тебе жизнь, – сказала она. – Но обещай мне, что никому на свете не расскажешь обо мне: ни семье, ни солнцу, ни луне, ни звёздам.

С трудом разлепив посиневшие от холода губы, Минокичи пообещал и провалился в сон.

Утром Минокичи увидел, что учитель его замёрз до смерти.

Нанял тогда юноша телегу и привёз тело учителя домой. Ни словом не обмолвился он о том, что приключилось той ночью.

Прошли годы. Как-то знойным летним днём прогуливался Минокичи и повстречал славную девушку, которая изнывала от жары. Звали её Юки.

– Целыми днями брожу я в поисках работы, – пожаловалась она, – но пекло такое, что я еле держусь на ногах.

Минокичи жил неподалёку и предложил Юки отдохнуть в прохладной тени своего сада.

Юки сразу же приглянулась матери Минокичи, и она пригласила девушку остаться в доме и помочь ей по хозяйству. Юки не возражала. Лето клонилось к концу, когда молодые люди без памяти влюбились друг в друга и поженились.

Родилось у них семеро ребятишек, белых, как цветы жасмина. Юки не боялась никакой работы, но оставалась такой же молодой и прекрасной, как в день их первой встречи.

Однажды вечером, уложив детей спать, Юки зажгла бумажный фонарик, села возле Минокичи и принялась шить.

За окном ярилась пурга. На бледном лице Юки играли отблески света. Минокичи глядел на неё и вспоминал ту давнюю ночь в лачуге паромщика.

– Как ни странно, – молвил он, – но сегодня вечером ты напоминаешь мне одну женщину, которую я встретил много лет тому назад.

Не поднимала на него глаза Юки, продолжала выводить стежок за стежком, пока Минокичи рассказывал про Женщину-Зиму.

– Своим холодным дыханием она убила моего учителя, – с дрожью в голосе говорил Минокичи. – Уходя, она взяла с меня обещание, что я никому на свете не расскажу о ней…

– …ни семье, ни солнцу, ни луне, ни звёздам, – закончила за него Юки, глядя ему прямо в глаза.

Минокичи в растерянности посмотрел на неё.

– Ты нарушил данное тобою слово! – закричала Юки.

Лицо её стало белым как снег, волосы покрылись инеем, пальцы стали точно льдинки.

– Я дарую тебе жизнь ради наших детей, но больше ты никогда меня не увидишь.

Не успел Минокичи вымолвить и слова, как жена его исчезла, словно облачко пара.

Буньип[5]
Австралия

Далеко-далеко, на самом краю света, жило племя. И вот, одним жарким днём, охотники племени вышли из селения, чтобы раздобыть еды для своих семей. Задорные это были люди, всю дорогу мерились они силой – кто дальше кинет копьё или зашвырнёт бумеранг[6].

Долго ли, коротко ли, пришли они в долину. Посреди неё раскинулось широкое озеро, заросшее камышом. Корни растения вкусны и питательны, но молодые охотники не желали плескаться в воде, а потому принялись рыбачить.

Весь день просидели они за удочками, но ничего не поймали. Начали они опасаться, что придётся им вернуться с пустыми руками, как вдруг одно удилище выгнулось дугой и леска натянулась, как струна.

– Клюёт! – воскликнул юноша. – Сегодня мы с женой вдоволь наедимся рыбы.

И он кликнул товарищей, чтобы те помогли ему вытянуть добычу.

Изо всех сил тянули охотники, еле-еле смогли вытащить улов. Но не рыба показалась на поверхности воды, а невиданное существо с тюленьим хвостом, зелёными чешуйчатыми лапами и собачьей мордой. Как громом поражённые замерли соплеменники, догадавшись, что за диво дивное попалось им на крючок – детёныш свирепого буньипа.

Только они так подумали, как взволновалась вода в озере и поднялась из подводного своего логова мать буньипа. Гневом полыхали её жёлтые глаза, каплями стекала вода с клыков. Страшно заревела мать буньипа, призывая детёныша, и молодые охотники задрожали от страха.

– Отдай ей детёныша, – вскричали они.

Но охотник, поймавший его, пообещал жене, что добудет ужин. Невзирая на отчаянные вопли матери, взвалил он добычу на плечи и пустился со всех ног прочь. Друзья его угрожающе потрясли копьями перед мордой чудовища и помчались за ним.

И только-только отбежали они от озера, тут же начали смеяться над матерью буньипа. Но не прошли они и половину пути, как услышали оглушительный рокот водопада. Сердца их преисполнились великой тревоги. Это поднялась вода в озере, где обитала буньип, вышла из берегов и устремилась за ними в погоню.

Охотники вскарабкались на холм и увидели: озеро затопило долину, лишь верхушки деревьев торчат из воды.

Быстрее ветра побежали они и наконец добрались до селения. Сбросил молодой охотник детёныша буньипа с плеч. В ужасе окружило племя невиданную добычу. И только тут заметили все, что дрожит молодой охотник от страха.

– Вода поднимается! – закричал он. – Быстрее! Лезьте на деревья, чтобы вас не смыло волной.

Но не успел он сказать это, как вода уже хлынула в лагерь.

Обернулся молодой охотник, чтобы схватить жену свою за руку, как волосы на голове его стали дыбом – вместо жены перед ним застыла чёрная-пречёрная птица с длинной шеей и огненно-красным клювом. В тот же миг вместо рук у юноши выросли крылья, на ногах – перепонки и когти, и он тоже оборотился в птицу. Все люди вокруг тоже превратились в птиц, и заскользила по водной глади стая чёрных лебедей.

Мать буньипа подплыла к своему детищу и утащила его на дно, в подводное логово. Вода спала, озеро с камышами постепенно вернулось в свои берега.

А люди из племени навсегда остались лебедями. Они летали над озёрами и заливами и оплакивали тот день, когда их глупец-соплеменник похитил детёныша буньипа.

Принц-змея
Азия
Индия

Давным-давно жила-была одна бедная старушка, не могла она купить себе даже хлеба.

– Пойду-ка я к реке да принесу воды. Уж вода-то мне ничего не будет стоить. А потом – будь что будет.

Взяла медный кувшин, накрыла его тряпицей, чтоб не попала грязь, и спустилась к реке. Жарко палило солнце, и старушка решила искупаться в прохладной воде. Искупавшись, сняла она тряпицу с кувшина, чтобы наполнить его, а на дне кольцами свернулась ядовитая змея и сверкает своей чешуёй.

– Чему быть, того не миновать, – подумала старушка, накрыла кувшин обратно и понесла его домой.

Но едва перевернула старушка кувшин, чтобы выпустить змею, как упало к её ногам золотое ожерелье, переливающееся драгоценными камнями.

Старушка вмиг позабыла про все свои беды, завернула ожерелье в шаль и поспешила к царю во дворец.

Восхищённо разглядывал царь камни, сверкающие на золотом ожерелье.

– Продай мне его за пять сотен золотых монет, – сказал царь, и старушка с радостью согласилась.

– Вот и конец невзгодам, – подумала она и побрела, счастливая, домой.

Царь преподнёс ожерелье жене, и та несказанно обрадовалась столь изумительному подарку.

– Это величайшее сокровище, – сказала она, – но как бы его не украли.

И она спрятала ожерелье в сундук, где хранились все её драгоценности.

Спустя несколько дней царица решила надеть на бал чудесное ожерелье, но вместо украшения она увидела в сундуке новорождённого мальчика.

И царь, и царица поначалу не знали, что и думать. Но они столько лет молили о ребёнке, что решили усыновить мальчика и воспитать его, как собственного сына. Старушку, что продала царю ожерелье, взяли во дворец присматривать за юным принцем.

Счастливо прошли детство и юность принца. Когда исполнилось ему восемнадцать лет, встретил он принцессу из соседнего царства. Молодые люди полюбили друг друга, и все вокруг смотрели на них и радовались.

В ночь перед свадьбой мать принцессы отозвала дочь в сторонку и зашептала:

– Няня принца поведала мне, что его рождение окутано тайной. Вот бы узнать, её! После свадьбы ни слова не говори мужу до тех пор, пока он сам не расскажет.

Согласилась принцесса, и после торжества молчала, словно в рот воды набрала.

– Почему ты молчишь, жена моя? – спросил принц.

– О возлюбленный муж мой! Ни слова не услышишь ты от меня до тех пор, пока не откроешь тайну своего рождения.

– Что хочешь проси у меня, только не это, – сказал он. – Иначе ты горько пожалеешь о своей просьбе.

Шли дни, а принцесса всё играла в молчанку. Не выдержал принц скорбного молчания жены:

– Приходи ко мне в полночь, всё тебе расскажу, но знай – не будет нам больше счастья.

Ночью привёл принц жену к реке, где старушка нашла змею. Покрыл он поцелуями руки своей избранницы, тяжело вздохнул и поведал:

– Я – сын царя, но страна моя далеко отсюда. Давным-давно злой волшебник превратил меня в змею.

С этими словами принц исчез. Сколько ни искала его принцесса, она увидела лишь, как змеиный хвост мелькнул в траве и скрылся в реке.

Всю ночь проплакала принцесса на берегу, но муж её так и не вернулся. Дни шли за днями, а девушка всё отказывалась уходить во дворец. Тогда построили на берегу домик, и она поселилась там со служанками.

Как-то утром принцесса обнаружила у своей постели следы. Воины, как один, уверяли, что никто не заходил в спальню ночью, но на следующий день всё повторилось. Принцесса набила подушку камнями, чтобы не заснуть, и принялась стеречь гостя.

Ночью в спальню вползла змея и легла к принцессе на подушку.

– Не бойся, – прошипела змея. – Это я, твой муж. Теперь ты жалеешь о том, что услышала правду?

– Будь проклято моё любопытство! – вскричала принцесса. – О муж мой, как разрушить колдовские чары?

– Завтра ночью поставь в каждом углу спальни миски с молоком и положи по кусочку сахара. Все змеи озера приползут к тебе, чтобы испить молока, а впереди них будет сама Королева змей. Не пускай их внутрь, пока Королева не пообещает вернуть твоего мужа. Сделаешь как велено – чары развеются, а ежели испугаешься – никогда больше меня не увидишь.

Сделала принцесса всё, что надо, и в полночь тысяча змей, извиваясь, выползла из озера. Впереди, блестя чешуёй, ползла сама Королева. Обуял принцессу страх, но смело преградила она им дорогу.

– Королева змей, – воззвала она, – верни моего мужа!

Змея грозно зашипела и пронзила принцессу немигающим взглядом. Но не дрогнула девушка.

– Он вернётся к тебе завтра, – прошелестела Королева.

У принцессы отлегло от сердца, а змеи устремились к молоку и сахару.

На следующий день принцесса убрала дом цветами и стала поджидать своего мужа. Королева змей сдержала слово, и чары развеялись. Вышел принц из реки в человечьем обличье и кинулся в объятия своей жены.

Ликовали все во дворце, когда принц с принцессой вернулись. А через год старушку снова призвали во дворец, чтобы та нянчила их первенца и не заботилась более о хлебе насущном.

Морег и водяной конь
Европа
Шотландия

Ох и сочная же трава росла на холмах! Все фермеры из долин выгоняли свой скот попастись на их высоких склонах.

Все, кроме Дональда Макгрегора. Тот предпочитал траву, растущую в низине у подножия горы, возле глубокого-преглубокого озера, которое по-шотландски называется «лох». На узенькой полоске земли, что пролегала аккурат между озером и ручейком, построил он себе каменную лачугу.

Остальные фермеры не приближались к озеру и на пушечный выстрел.

– Ты не слышал о Водяном коне, что живёт на дне озера? – спрашивали они Дональда. – Он появляется из озера, меняет обличье и заманивает людей в своё логово – глубоко-глубоко под воду.

– Всё это россказни, – смеялся в ответ Дональд. – Пока собственными глазами не увижу Водяного коня – ни за что в него не поверю.

– Послушай нашего совета, Дональд Макгрегор, – убеждали его друзья. – Перенеси свою лачугу на другой берег ручья, и Водяной конь не посмеет к тебе приблизиться – он страшится бегущей воды.

Но не внял Дональд их совету. Как-то летом дочь его, Морег, пасла скот у подножия холма. Она сидела на вересковой пустоши, напевала песенку и пряла пряжу. Но каждый вечер, когда подходила она к озеру, чтобы загнать коров в хлев, мурашки пробегали по её коже. Чудилось ей, будто что-то скрывается в непроницаемой мгле вод и не сводит с неё внимательных глаз. Как ни разубеждал её отец, что бояться нечего, не находила она себе покоя.

Сидела как-то Морег летним утречком, поворачивала колесо прялки, вдруг – легла на её лицо чья-то тень. Вскрикнула девушка, оторвалась от пряжи, обернулась и увидела юношу – косая сажень в плечах, длинные чёрные волосы, статный и пригожий.

– Прости, я тебя напугал, – усмехнулся он.

– Где ты умудрился промокнуть? – удивилась девушка, заметив, что вода с него так и льёт.

Юноша рассказал, что, когда шёл он по берегу озера, поскользнулся на камне и свалился в воду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Закут – хлев, где держат мелкий скот.

Вернуться

2

Тулья – верхняя часть шляпы, покрывающая голову.

Вернуться

3

Бурдюк – кожаный мешок для хранения вина и прочих жидкостей, делают его из шкуры животного.

Вернуться

4

Колибри – самые маленькие и быстрые птицы, которые с помощью очень длинного языка добывают цветочный нектар.

Вернуться

5

Буньип – мифическое существо у коренных жителей Австралии, обитающее в руслах рек и озёрах. О внешнем облике и хищных повадках буньипа ходят легенды, но на самом деле его никто не видел.

Вернуться

6

Бумеранг – деревянное метательное орудие в форме серпа, которое при правильном броске возвращается человеку обратно в руки.

Вернуться