Геннадий Полтев
Время боится… Зрящих. Часть 2-я. Пробуждение

© Г. Полтев. 2019.

© ООО "Остеон-Групп", верстка текста в формате ePub, 2019.

Как мы описываем мир? По-разному. Есть научное описание мира, есть описания религиозные с разными вариациями и интерпретациями религиозных текстов. Есть такие, которые сохранили в себе ещё первобытные черты, например, каких-нибудь туземцев, в недоступных уголках Земли. Мы наделяем мир несколько отличающимися смыслами, но элементы мира, которые даются нам непосредственно в наших ощущениях через наше восприятие, автоматически согласовываются со всеми. И где бы мы ни проживали, земля – это земля, небо – это небо, дерево – это дерево… В наших представлениях однозначность и всеобщность мира для всех живых существ незыблема.

И если вдруг мы узнаём, что этот общий для всех мир в Реальности вне чьего-либо восприятия не существует, то, скорее всего, наше монолитное, крепче гранитного камня убеждение просто заставит нас отвергнуть такую глупость.

Вот и автор книг «Нисхождение Духа» и «Пробуждение» в силу своего образования и неугасаемого интереса ко всяким научным открытиям и техническим достижениям склонный был только к материалистически-атеистическому толкованию мира, отвергая все остальные взгляды. И вдруг всё рухнуло! Достаточно было следовать некоторым наставлениям дона Хуана из книг Кастанеды, как всё пошло кувырком. Катастрофический удар по мировоззрению вызвал шок, растерянность и… продолжение начатого дела. Это привело к написанию первой книги «Нисхождение Духа». При этом автор следовал рекомендациям дона Хуана «верь, не веря», подвергал всё сомнениям и всегда относился к своему опыту критически. Одновременно шла интеллектуальная работа по осмыслению положений древнего учения – правильные интерпретации были необходимы ради собственной безопасности. Результатом осмысления учения стала вторая книга «Пробуждение».

Когда учение говорит, что наш мир не таков, каким он нам представляется, это значит, что в этом мире существует, помимо известного, и множество тайн, о существовании которых современный человек даже не догадывается. А некоторые из его тайн скрывают нечто мрачное и агрессивное по отношению к человеку, и мы обязаны об этом знать.

В этой книге речь идёт о природе человека, о восприятии, как универсальном законе Вселенной, о возникновении и функционировании разума, его особенностях в познании мира, его недостатках и заблуждениях. В книге рассказано, почему вместо того, чтобы раскрывать гигантский потенциал, заложенный в нас Творцом, и использовать его для эволюции в существ более высокого порядка, мы ограничиваем себя до состояния удовлетворения инстинктов и простых жизненных потребностей, то есть до животного уровня существования.

Мы следуем ложным ценностям, стремимся к богатству и власти. Почему возникают цивилизации? Почему человек стремится создавать вокруг себя массу полезных и бесполезных вещей? Почему он находится в эволюционном тупике? Очень много вопросов. В книге автор остановился и довольно подробно на истинных причинах всевозможных конфликтов, как на бытовом уровне, так и в глобальном масштабе (в виде кровопролитных войн). Это главный вопрос, и об этом ясно написано в книгах Кастанеды. Но эту тему автор решил осветить шире, используя личные наблюдения. Читатель найдёт в книге простые и безопасные опыты, которые предлагаются с целью подтверждения некоторых положений учения.

Список глав I-ой части книги

1. От автора.

2. Намерение книги. Предупреждения.

3. Нисхождение Духа.

4. Первые шаги.

5. Первые врата сновидения.

6. Вторые врата сновидения. Неорганические существа.

7. Некоторые итоги.

8. Дневные занятия.

9. Вибрации тела. Битва с внутренним диалогом.

10. Новое качество сновидений – путешествия в другие миры.

11. Путешествие в мир жёлтого тумана.

12. Видение энергии в сновидении.

13. Очередной пересмотр жизненных ценностей.

14. И снова невероятные путешествия в энергетическом теле.

15. Феномены второго внимания.

16. Отделение энергетического тела.

17. Золотая пыльца вечности.

18. Провал в бездну. Исследование кошмарных снов.

19. Древняя техника – сдвоенная позиция.

20. Знаки Намерения.

21. Преддверие к видению.

22. Во тьме безмолвия.

23. Миры враждебной энергии.

24. Постучаться в двери бесконечности.

25. Сновидение теней.

26. Особые сновидения.

27. Занятия тенсёгрити, перепросмотр жизни и другие усилия для сдвига точки сборки.

28. У опасной черты.

Предисловие к небольшому продолжению первой части книги

После издания первой части книги я отложил рукопись второй части и долгое время не возвращался к ней – необходимо было выдержать паузу, чтобы позже взглянуть на неё свежим критическим взглядом. Однако, неожиданно возникшие жизненные коллизии, и сопутствующие им обстоятельства затянули эту паузу. За это время в голове сложилось ещё несколько сюжетов, один из которых я посчитал важным для придания огласке, так как он упоминался в учении дона Хуана. Этот мой опыт, извлеченный из анналов памяти в результате вспоминания, полностью вписывался в учение, но был получен естественным, никем не принуждаемым путём, и в этом его ценность.

О зеркале саморефлексии

Я уже говорил, что работал с книгами Кастанеды с великим усердием. Это происходило отчасти из-за философского склада ума, которому, видимо, свойственно мучиться над такими вопросами, как время, пространство, смысл жизни и т. п., а эти темы всегда занимали место в моём мышлении. Отчасти из-за невероятного интереса к знаниям толтеков, и отчасти, для того, чтобы правильно истолковать свой опыт в контексте моих новых знаний. Несмотря на глубокую проработку текстов, сопоставления их с собственным опытом, оставалось много тёмных пятен, и одним из них оказалось пятно с названием главы «Разбить зеркало саморефлексии». Опыта мне явно не хватало, и, не прочувствовав это состояние «изнутри», как в других более удачливых случаях, я не мог с определённостью понять, о чём же идёт речь. Скажу больше, я был уверен, что в такое изменённое сознание намеренно мог привести только учитель, что также подтверждалось опытом самого Кастанеды. Тем не менее, разбивание зеркала саморефлексии являлось важным шагом на пути Знания, и каким-то образом его надо было воспроизвести. Перечитывая книгу и подходя снова к этому месту, я делал очередную попытку и… оставался ни с чем. В конце концов, я понял, что для меня это недостижимое состояние, и с этим просто придётся смириться. Ведь дон Хуан прилагал немалые усилия, чтобы разбить зеркало саморефлексии у своих учеников, а кто мной займётся ради такого благого дела?

Прошло довольно много времени. И хотя в голове продолжалась подспудно какая-то работа мысли, я уже не придавал «саморефлексии» особого значения, просто воспринимал её как данность, как необходимое место в книге при изложении Кастанедой своего необычного опыта, и не более того.

Но однажды, занимаясь перепросмотром собственной жизни, совершенно случайно вспомнился эпизод, имевший место после окончания службы в армии. Как оказалось, после вспоминания всех нюансов, он был не единственным, но самым ярким и длительным в своём проявлении, и он имел самое непосредственное отношение к затронутой теме. Однако всё по прядку.

За месяц до окончания службы ко мне подошёл командир и предупредил, чтобы я готовился к первоочередному увольнению в запас. Для меня это было удивительно, я ничем особенным не проявил себя, находясь в рядах Советской Армии, (хотя свой долг честно отдал Родине), и вдруг нежданно-негаданно для себя попал в список тех счастливчиков, которые увольнялись первыми. И, хотя нарушений армейской дисциплины с моей стороны также не было, тем не менее, это стало для меня полной неожиданностью, так как в первую очередь домой отправлялись солдаты, заслужившие увольнение своим рвением, своими особыми заслугами.

Я служил два года: сначала в Забайкалье, затем в Казахстане. Первые дни были интересны тем, что мы, новобранцы, окунувшись в необычную среду, открывали для себя что-то новое и невольно к нему привыкали. Ежедневные: подъёмы, зарядки, вышагивания на плацу; затем учёба, освоение материальной части; затем суточные наряды в столовой с чисткой картошки всю ночь и мытьём горы посуды днём; караульные наряды с охраной объектов – всё было внове. Но уже к исходу второго месяца я затосковал по дому. И эта тоска въелась в меня, как болезнь, а время моей службы превратилось в вялотекущую субстанцию. Два года я думал, когда же закончится испытание и я вернусь домой. И вот случилось!

Из Семипалатинска мы, сослуживцы одного полка, самолётом вылетели в Москву, а оттуда должны были разлететься кто куда. В Москве мы с группой ребят – земляков, распрощавшись с теми, кто отправлялся другими маршрутами, и сели на самолёт, летевший на Северный Кавказ, в Минводы. В Минводах наши дороги окончательно расходились по разным направлениям, и мы, земляки, решили отметить этот необычный момент, зайдя в заведеньице, расположенное рядом с аэропортом, в котором можно было и выпить, и закусить. Я – человек не пьющий, но вынужден был подчиниться и моменту, и уговорам сослуживцев. В общем, мне достаточно было двух стаканов вина, и я стал тугосоображающим субъектом. (Я описываю все это в деталях по причине того, что и сам хотел бы понять, что же стало толчком странных событий, произошедших со мною в дальнейшем). Те, кто были «покрепче», нашли такси на Грозный и, окончательно простившись со всеми, я укатил на свою родину. Часа через два-три я стал более-менее адекватен обстановке и уже с нетерпением ждал родные места. На развилке дорог, одна из которых вела прямо в Грозный, а другая – в моё село, я вышел из такси и пошёл домой пешком, с интересом разглядывая знакомый пейзаж и предвкушая встречу с родными. До села было километров 5–6. Неожиданно остановилась попутная машина. Меня предложили подвезти, и я не отказался. В машине ехали представители Грозненского нефтяного института. Они с интересом расспрашивали меня, а затем посоветовали мне поступать в нефтяной институт. (Вот он – знак свыше! – о том, что я буду там учиться, что в действительности и произошло).

Машина остановилась, и я, наконец, на родной земле: в своём селе, на своей улице! Первое моё впечатление было поразительным. Улица показалась очень узкой, словно за время моего отсутствия она уменьшилась в ширине. По дороге к дому встретилась соседка и, узнав меня, воскликнула: «Вот радость-то матери!».

Так, с интересом разглядывая улицу, дома, наслаждаясь сладковато-кислым запахом опавших листьев (стоял тёплый солнечный ноябрь), я, наконец, подошёл к сплошной дощатой калитке своего дома. Она была изнутри заперта, и мне пришлось несколько раз стучать, чтобы хоть кто-то вышел и встретил меня. В окне мелькнула чья-то тень, и тут же мать, растрёпанная (она отдыхала после ночной смены) выскочила из дому и, завидя мою военную фуражку из-за высокого забора, побежала ко мне с радостными возгласами. Для неё это было полной неожиданностью – я не предупреждал её о своей демобилизации.

Вот тут-то меня и накрыло странное состояние. Я, два года мечтавший о встрече с родными и друзьями, мечтавший о возвращении в свой дом, тосковавший по всему тому, что оставил позади себя, находясь на службе, не испытывал теперь никакой радости от встречи. Мне в одно мгновенье стало всё безразличным. Нет, конечно, я выразил свой восторг, свою радость, но в этом было что-то искусственное, театральное, проявляющееся лишь внешне и никак не затрагивающее мои чувства. Я отметил про себя этот момент и обозвал себя бесчувственным чурбаном, но ничего не мог с собой поделать, радостные эмоции вызвать не удалось. То ли от усталости, то ли от того, что не прошло окончательно похмелье, а, возможно, от впечатлений, которые за время смены обстановки переполнили меня, я не испытывал к долгожданному и радостному событию абсолютно никаких чувств. Я, наверное, действительно устал. Поговорив около часу, я не в силах больше справляться с дремотным состоянием, попросил у матери разрешения поспать с часок. Уставший, я не и утруждал себя анализом своего состояния.

Проспав около двух часов, я проснулся от голосов брата и сестры вернувшихся из школы. И опять та же картина: моя встреча с ними – это встреча незнакомых людей, ничем не обязанных друг другу. Как будто не было общей семейной жизни с её обычными трудностями, порой с конфликтами, порой с праздниками и весельем, порою с хорошей трёпкой отца за двойки и плохое поведение в школе… Я никаких чувств не испытывал – ни положительных, ни отрицательных. Я понял, что со мной что-то произошло на психическом уровне, и это нехорошо, но осознание этого феномена меня ничуть не смутило. Удивительное состояние!

В жизни на бытовом уровне бывает всякое: люди ссорятся, мирятся, что-то не могут поделить, иногда издевательски шутят друг над другом, но в любом случае они эмоционально реагируют на все эти моменты. В этом плане я ничем не отличался от других людей, реагируя на жизненные обстоятельства аналогичным образом, и у меня, как и у всех людей моего возраста, иногда возникали разрушительные эмоции совершенно по незначительному поводу (как я теперь это вижу). Но те же обстоятельства жизни, в круг которых я попал, вернувшись из армии, вообще никаких эмоций не вызывали – я был спокоен и невозмутим, как скала. Я мог спокойно мыслить, не подвергаясь влиянию эмоций в те моменты, когда эмоции должны захлёстывать, замещать здравый смысл, толкать на поступки, о которых потом можно сожалеть. Я стал другим – уравновешенным, рассудительным, спокойным до раздражения окружающих. Меня это поразило и заставило вновь задать себе вопрос, что же со мной происходит? Единственное, что я мог отметить тогда, не понимая истинной сути происходящего, у меня произошла переоценка ценностей. Многое из того, что я считал для себя важным в том способе существования, к которому меня приобщило общество, перестало быть таковым. Хорошо это или плохо? Я не мог тогда ответить на этот вопрос, я просто осознал в себе эти перемены.

Перепросмотр собственной жизни вскрыл и новые факты: оказалось, что подобные изменения в сознании случались и раньше, ещё в том возрасте, когда я учился в школе, в младших классах. Я осознал этот факт где-то в классе четвёртом или пятом. Я вдруг понял, что я не такой, как все, и отличаюсь от своих сверстников более замкнутым и независимым характером. Наблюдая за весёлыми и беззаботными товарищами, я не мог не отметить разницу в характерах. И я уже тогда пытался исправиться: насильно стремился к общению, когда мне этого не хотелось; смеялся, как и все, в моменты, когда все смеялись, хотя мне было не смешно… Словом, я стремился быть таким, как окружающие меня ровесники – обыкновенным, нормальным человеком. Если изобразить моё тогдашнее состояние как точку, перемещающуюся по отрезку между нормальным состоянием и состоянием вселенской уравновешенности, то эта точка была в первой половине отрезка, где я не был ещё окончательно потерянным человеком, был ещё шанс измениться в лучшую сторону. Напротив, описываемое выше моё резкое психическое изменение после демобилизации отвечало крайней точке на другом конце этого отрезка.

Перепросмотр позволил заглянуть в ещё более отдалённые времена и вскрыть факт возникновения такого состояния во временном промежутке где-то в возрасте 7 лет, я тогда болел воспалением лёгких. Болезнь протекала тяжело, с высокой температурой и телесными страданиями. Помню, что у меня было полное безразличие ко всему происходящему. Я потому упоминаю этот факт, что люди, у которых тяжело протекает болезнь, возможно, также испытывают отсутствие эмоций на всё происходящее вокруг них. Скорее, это реакция, способствующая экономии жизненной энергии, которая вся направлена на выздоровление.

Вспомнив всё это, с полной уверенностью могу теперь сказать, моё зеркало саморефлексии в силу странного стечения обстоятельств было разбито, и я изнутри в полной мере прочувствовал необычайный и благотворный эффект этого состояния. Всё сразу стало на свои места. Тёмное место в тексте учения дона Хуана само собой прояснилось, и одновременно стало понятным ещё одно тёмное пятно – это словосочетание «контролируемая глупость». Контролируемая глупость необходима для того, чтобы окружающие адекватно воспринимали человека, разбившего зеркало саморефлексии. Человек, справившийся с собственным чувством важности, должен вжиться в роль нормального, адекватного обстановке человека, и играть её профессионально, чтобы не возникло подозрения у окружающих, что он уже не принадлежит их стае, он – волк-одиночка. Вот почему в магических практиках дона Хуана большое значение придавалось актёрскому мастерству перевоплощения. Я бы назвал контролируемую глупость способностью оставаться одиноким и независимым в социально зависимой среде. И вот почему в практиках других народов человек, ставший на путь постижения Истины, удалялся в труднодоступные места: в пустыни, в горы, в монастыри. Чтобы войти в необычное состояние, он стремился обеспечить себе минимальный контакт с обычными людьми, как необходимую часть практики постижения Истины. Только она уравновешивала дух, делала его невозмутимым. А жизнь в уединении или среди сподвижников обеспечивала защиту от излишнего внимания, помогала избегать ненужных страстей и ускоряла процесс. Практику контролируемой глупости они, возможно, не знали, а потому и не использовали её, замещая одиночеством. И это также работало.

Возвращаясь к собственному опыту, могу только сказать, что тогда, после демобилизации, в течение примерно месяца упорными усилиями я возвращал себя в русло жизни обычного человека. А когда мне это удалось, я с мещанским рвением начал устраивать свой собственный мирок, как и все погряз, в мелких житейских проблемках и передрягах, и, как и все, стал растрачивать жизненную энергию на никчёмные дела и поступки. Сила, правящая судьбой всех живых существ, преподнесла мне великолепный подарок, а я, не зная, для чего он мне и как им воспользоваться, отказался от этого подарка.

И всё же ничто не проходит бесследно. И временами, попадая на шумные праздничные мероприятия, выпив две-три рюмки вина, мои страсти вдруг разом стихают, в душе воцаряется спокойствие и… полное безразличие к бессмысленной и шумной суете, происходящей вокруг меня.

ПРОБУЖДЕНИЕ

Ищите и обрящете, стучитесь, да отворено будет.

Мф. 7:8

Список глав второй части книги

Предисловие к небольшому продолжению первой части книги

О зеркале саморефлексии

1. От автора

2. В чём смысл эволюции?

3. Место человека на эволюционной линии. Куда мы движемся?

4. Здравие и упокой чисто разумному познанию

5. Эволюция сознания в энергетическом контексте

6. О видении, как особом способе восприятия

7. Аксиомы и энергетические факты

1. Неорганические полосы энергии

2. Органическая и неорганические полосы энергий, порождающие жизнь на Земле

3. Движущая сила энергетических полей Вселенной

8. Энергетические структуры живых существ

9. Восприятие живых существ – не зеркальное отображение объективной реальности

10. Субъект и объект

11. Процесс восприятия-мышления

12. Эволюция внимания

13. От мысли к эмоциям.

14. Тайны нагуаля

15. Возможности человека

16. Хищники Вселенной

17. Вызов человеку

18. Есть ли у человека шанс?

19. Как искажается наше мышление

20. Некоторые обобщающие выводы

От автора

Идея посвятить часть книги некоторым важнейшим и наиболее доступным нашему пониманию аспектам знания древних шаманов (видящих, толтеков) Мексики возникла в процессе описания моего скромного опыта (описан в первой книге) по изменению восприятия. Этот опыт накапливался по мере следования приёмам дона Хуана, использованным им при обучении Карлоса Кастанеды. Правда, мне самому не удавалось соблюдать строгую последовательность, которая отображена в книгах. Иногда – непредсказуемым образом – я делал резкие зигзаги в стороны или подолгу топтался на месте. Но это не являлось препятствием в постижении учения, напротив, часто открывались такие глубины, такие его грани, о которых в то время я и не думал, и не вникал в их суть. Мой собственный опыт удивительным образом совпадал с объяснениями дона Хуана. Все совпадения происходили, возможно, оттого, что я сразу же принял описание мира толтеков, как абсолютно достоверное, и субъективно свой опыт соотносил с учением и в пользу учения.

До этого я достаточно хорошо – в теоретическом плане – ознакомился с некоторыми аспектами другой системы взглядов, основателем которой по преданию был Гаутама Будда. Достаточно хорошо в том смысле, что мне стала понятна основа его учения. И если бы я принял это учение, то, вероятно, сведения, почерпнутые оттуда, также считал бы абсолютно достоверными (по крайней мере, на первых порах), а свой опыт осознавал только в рамках этого учения. Однако, по каким-то неясным причинам понимание некоторых моментов буддизма давались с большим трудом, и учение в моём представлении никак не выстраивалось в единую логически безупречную цепочку. В ней имелись разрывы, образовавшиеся от моих сомнений и вопросов. Это касалось и верховных сущностей, и реинкарнации, и других моментов. Ответов я не находил. По-видимому, в действительности всё дело было в образовании европейского типа, с элементами атеизма и материализма, не допускавшем необоснованной веры в чудеса, в божественных покровителей, в образовании, которое заставляет искать причину всему происходящему в естественных явлениях природы и её законах.

Учение же толтеков предельно объективно, и на высоком научном уровне описывает истинную Реальность – ту, что не объективируется в нашем мире, но где находятся истоки всех причин. Описывает без всякой религиозности и субъективности. Оно имеет странную неотразимую силу, которая легко проникла в мой внутренний мир, и со временем полностью разрушила его, чтобы на руинах выстроить новый мир, невероятный в своей основе. И потому мои смутные и невыразимые предчувствия и вопросы смогли выйти на поверхность и получить полное объяснение. На этом фоне новых знаний как-то сразу поблекли прежние представления, сложившиеся за годы учебы. Я стал с нетерпением ждать реакции научной общественности на ставшее доступным учение толтеков. Еще не потеряв интереса к научным достижениям, выписывая журналы, перечитывая литературу, я так и не обнаружил внимания ученых к невероятным знаниям древних шаманов Мексики, что меня сильно смутило.

Этот факт стал своеобразным и печальным открытием, знаменующим собою невозможность науки быстро реагировать на информацию колоссальной важности. И он же навёл на мысль: попытаться в несколько популярной форме изложить основные аспекты некогда тайного учения, так как я сам понял это учение, воспользовавшись и книгами Кастанеды, и, самое главное, своим личным опытом. Быть может, это будет способствовать новому мироощущению, в поле действия которого в течение всей своей жизни мы так и не удосуживаемся попасть. Ведь разум – не единственная и не самая надёжная возможность познания тайн этого мира. И у нас в действительности нет времени нескончаемо теоретизировать на общечеловеческие темы – нужны практические действия, ведущие к новому, несравненно более эффективному способу познания. Только оно может привести нас к постижению Вселенной во всём диапазоне энергий, доступных человеку, к постижению, не ограниченному ни во времени, ни в пространстве. Только оно может привести к личному выбору эволюционных путей, и, если кому-то повезёт – к абсолютной свободе.

В этой части книги речь пойдет о природе человека, о восприятии, как универсальном законе Вселенной; о возникновении и функционировании разума, его особенностях в познании мира. Мы обратимся к бесценному знанию шаманов, живших на территории Мексики в незапамятные времена. Их знания, истоки которых находятся ещё в древнекаменном веке, настолько глубоки и полны, что они достойны нашего непредубежденного внимания. Эти знания есть совокупный результат исследования Реальности – той, которая существует до момента улавливания её слабого отблеска нашими органами чувств, и они позволят нам ответить на многочисленные вопросы. Но прежде чем объективно оценить и использовать в наших рассуждениях необычные знания, необходимо хотя бы в общих чертах понять, каким таинственным способом они умудрились совершить свои невероятные открытия и в чем, собственно, заключается отличие иной системы познания от привычного для нас познания, посредством мыслительных процессов. А понять это необходимо для того, чтобы решить еще один важный вопрос, мимо которого никак не пройти: как надежны знания, получаемые таким странным способом, как видение, часто упоминаемое в книгах Кастанеды, и почему этому способу мы должны доверять больше, чем логике нашего стандартного мышления? Если бы мы в данный момент были видящими, вопрос этот автоматически бы отпал, но мы – существа разумно-подслеповатые, и нам требуются хотя бы логические доказательства. Попробуем их найти в учении толтеков.

Здесь также придётся сопоставить некоторые философские и научные представления с представлениями древних шаманов. И, если невозможно подвергнуть сомнению мощь человеческой мысли, упорно пробивающейся к истине, то также невозможно не отметить поразительные заблуждения тех философов и учёных всех времён и народов, которые пытаются только силой интеллекта постичь истину. Это невозможно, и об этом следует сказать. Философские представления о человеке, о восприятии, о личностных свойствах человека, о свободе человека и его целях – наивны, в большей части неверны и не складываются в цельную, правдивую, жизненно важную систему взглядов. Человечество безнадёжно топчется на одном месте без какой-либо эволюционной перспективы. Какие силы заинтересованы и стоят за этим? И что такое – эволюция? И почему странная пелена застилает глаза человека, не даёт ему увидеть страшную реальность, что мы – популяция разумных существ, которыми управляют и на которых паразитируют безжалостные хищники Вселенной. Уж об этом сказать просто необходимо, потому что это и есть главный вопрос Свободы и дальнейшей эволюции человека.

И ещё важный момент. Мы должны признать, что многие мировоззренческие вопросы о мироздании, о предназначении человека, о смысле жизни возникали и мучили людей с незапамятных времен, с древнекаменного века. Когда мы это признаем, мы обязательно откроем, что та точка на эволюционной линии, где человек стал задавать мировоззренческие вопросы, отстоит от нашего времени на десятки тысяч лет назад, а возможно, и более, и никак не является качеством только современных людей. Иное представление является опасным заблуждением, и возникает под гипнотическим воздействием научных и технических достижений человеческой цивилизации. Оно заставляет нас сопоставлять первобытный образ жизни древних людей с их каменными топорами, одеждой из звериных шкур с современной жизнью человека. Конечно же, в свете этих представлений поблекнут любые достижения прошлого, а по материальным следам вряд ли удастся объективно рассмотреть их внутреннюю жизнь, поэтому проще отказать нашим предкам в высоком полёте их мысли. Но в таком случае разумно будет использовать и духовные достижения, следы которых сохранились в мифах, легендах, эзотерических знаниях, а затем подвести всё к единому знаменателю и сравнить. И таким знаменателем может быть только человеческий дух. Несокрушимый человеческий дух, способный выстоять в столкновении с неизвестным, который умеет ставить перед собой великие цели, определять эволюционные пути и следовать им. Только человек с такими свойствами способен совершить невероятные, с точки зрения здравого смысла, открытия. Современные научно-технические достижения и ментально-физические усилия людей, стоящих за ними, никак не могут быть таким знаменателем.

В заключение вводного слова необходимо сделать некоторые пояснения к дальнейшему тексту. Они касаются порядка расположения основных, узловых мыслей, которые не совсем соответствуют стандартной логической последовательности. Главные идеи, которые я пытаюсь по мере своих возможностей донести до читателя, нельзя понять без специфической терминологии видящих, а её отличия от современной терминологии весьма значительны. Поэтому приходится снова и снова возвращаться к одним и тем же вопросам, и терминам, постоянно уточнять их в свете новых представлений, пока их смысл не прояснится окончательно. Например, философские категории Время и Пространство имеют мало общего с этими же категориями, открытыми древними шаманами Мексики.

Следует также предупредить, что текст, по большей части, излагается в абстрактной форме. Здесь мало живописных сцен, здесь требуется напряжение ума, способность и намерение проникнуть в самую суть учения. Это необходимо потому, что человек, который принимает решение следовать путём Воина, не понимая ядра учения, обрекает себя на смертельные опасности, и он просто обязан понять то, ради чего будет рисковать собственной жизнью.

В чём смысл эволюции?

Приход наш и уход загадочны, – их цели
Все мудрецы земли осмыслить не сумели,
Где круга этого начало, где конец,
Откуда мы пришли, куда уйдём отселе?

Омар Хайям (перевод О. Румера)

Что такое эволюция? Каковы пути развития живых существ и, в частности, человека? На какой стадии своего развития мы находимся? Этим вопросам никто из современных европейских философов не уделял сколь-нибудь пристального внимания. Эволюцию рассматривали как данность, присутствующую вне зависимости от того, знаем мы о ней что-либо, или ничего не знаем. А в силу вольных интерпретаций все изменения во времени окружающего нас живого мира сводились либо к промыслу Божьему, либо являлись следствием неотвратимых законов Природы, либо объяснялись каким-то иным способом. Другими словами, общепринятого мнения о причинах и смысле существования живой материи нет. Никому не удавалось наполнить глубоким смыслом главный закон жизни – Эволюцию. И, к сожалению, мы даже не осознаём, что это является для нас проблемой.

Зачем нам это нужно? Понимание того, в каком направлении осуществляется развитие живой материи, непременно должно привести нас к оценке результата собственной эволюции. Нам важно осознать, на какой ступени развития мы находимся, есть ли пределы в эволюционном движении и куда мы направляемся. И, поскольку мы разумные существа, мы также обязаны содействовать собственному эволюционному движению (духовному росту), что возможно только при ясном понимании данной проблемы. Тысячи лет назад люди, изучая окружающий мир способом, который они назвали видением, раскрыли тайну Жизни, и эти знания помогут нам в этой главе кое-что сделать, чтобы повысить статус такого термина, как «эволюция», до главной философской категории.

Итак, на что мы можем опереться в своих изысканиях? В представлениях человека западной культуры, навязанных в основном научным мировоззрением, в этом вопросе имеется ложная предпосылка. Считается, что человек может изучать собственное естество, стремиться к пониманию главных принципов эволюции, но он физически отстранён от вмешательства в её глобальный процесс. Научное мышление даже сделает вывод, что судить о результатах развития самого себя – одного из бесчисленных множеств воплощений земной Жизни, по крайней мере, неразумно. Нам давно известно, что мы – вершина организации Материи и Духа во всей Вселенной, итог её длительного усовершенствования с момента Большого Взрыва.

Что же касается изучения других существ, то это следует делать, разве что для составления классификационных таблиц, регистрирующих признаки сходства и различий между живыми организмами и определяющих ступень их развития. Так что, здесь нам не на что опереться. Можно воспользоваться некоторыми религиозными и эзотерическими учениями, и там имеются достаточно ясные моменты по этому вопросу. Но они не являются, к сожалению, доминирующими, ввиду запутанности, метафоричности и многозначности текстов, да и к тому же в результате бесчисленных вольных интерпретаций они стали, по выражению Карлоса Кастанеды, «красивыми литературными концепциями». Поэтому у нас нет выбора, кроме как приблизиться к идеальным представлениям об эволюции путём рассуждений, то есть с использованием логики разума, которая поможет связать известные в научном мире факты, постепенно подводя нас к знаниям древних видящих. Тут нужно отдать должное научным исследованиям в том плане, что, несмотря на ложные интерпретации и отсутствие правильного вывода сам материал исследования имеет ценность.

Итак, цель развития живой материи? Поскольку по нашему непререкаемому мнению человек и есть вершина эволюции Жизни, то с него и начнём. И рассмотрим историю становления человека под углом зрения, который позволяет нам дать оценку разумному способу взаимодействия с окружающим миром, как наиболее эффективному.

Как известно, родоначальником ветвящегося древа антропогенеза, по мнению учёных, был австралопитек, хотя и у него были предшественники. Существо – прямоходящее, невысокого роста, слабое, привыкшее жить в ограниченном интервале условий. Оно проигрывало многим более жизнестойким созданиям планеты. Видимо, это была какая-то промежуточная форма, которая должна была развиться в нечто более совершенное, более приспособленное для новых условий существования. Каких-то пару миллионов лет плавного развития и спокойной жизни, возможно, завершили бы метаморфоз. Увы! Из-за превратностей судьбы этого времени ему не было отпущено, и недостатки переходной формы усугубились изменением климата. Не успев, как следует развиться, австралопитек забрёл в эволюционные дебри, и его шансы выжить оказались ничтожными. И тут случилось маловероятное: вопреки всему австралопитек нашёл способ противостоять и смертельному напору стихий, и свирепым хищникам, рыскающим повсюду. В борьбе за существование главным оружием послужили развитый дух коллективизма и осознанный способ взаимодействия с природой. К моменту выбора нового эволюционного пути неразумные предки людей уже были существами социального типа – слабые всегда тяготеют друг к другу, и к тому же стайная жизнь компенсирует несовершенство индивидов, неприспособленность их к самостоятельному существованию. Но этого оказалось недостаточно, и тогда пришлось задействовать последний резерв: пробудить собственный разум, удержать его ценою напряжённых совместных усилий и развить его. Это была весьма трудная задача, иначе земля кишела бы разумными существами. Если коллективизм по своей природе всегда помогает сохранить стаю, племя, то качество коллективной жизни с помощью разума усилилось многократно. Стало возможным адекватно реагировать на все вызовы природы, предвидеть и изменять ход событий. И теперь нашим первобытным предкам незачем было обрастать густой шерстью, выращивать когти и острые зубы, наращивать мощную мускулатуру – необходимость в радикальном метаморфозе организма, благодаря разуму, отпала.

… Времена, когда наш предок дрожал от холода, страдал от недоедания, от болезней и хищников, ушли. Вид целенаправленно создавал для себя комфортные условия, вследствие чего был преодолён критический барьер, и началось процветание. Его численность и продолжительность жизни постоянно росли, а они являются важными эволюционными критериями, которые свидетельствуют о неисчерпанном потенциале человека как вида. Потенциал же этот, в свою очередь, предвещает процветание и на будущее, если, конечно, в природе не возникнут катастрофические факторы. Таким образом, один из главных итогов нашей эволюции, подтверждённый временем, заключается в том, что разумный способ взаимодействия с природой весьма эффективен, и он является более высокой ступенью развития в сравнении с достижениями других живых существ.

На примере человека просматривается определённая цель Природы, и чтобы её сформулировать точнее, посмотрим на развитие живых существ, начиная от зарождения первых клеток до сложноустроенных организмов. Первые клетки, просуществовав сотни миллионов лет, размножились, заполнив всё доступное им пространство. Вторым шагом стало объединение родственных клеток в группы, ввиду каких-то негативных внешних воздействий, возможно, по причине появления клеток хищников. По мере увеличения количества клеток в группе, их совместного существования, наметилась функциональная дифференциация: возникли многоклеточные организмы (далее организмы). Организмы стали совершенствоваться, их жизнеспособность и эффективность возросла. Но из-за сложной внутренней организации организмы всегда более чувствительны ко всяким воздействиям, чем одноклеточные, и им в обязательном порядке требуется полная согласованность всех своих частей. И потому на следующем этапе в примитивных организмах возникает нечто важное – центр управления (нервная система и мозг), и каждая клетка становится составной частью неделимого целого.

Есть мнение. Возможно, возникновение многоклеточных организмов имеет иную природу. Некая клетка-паразит научилась управлять клетками, к которым она «присасывалась». Ввиду конкуренции между такими же паразитическими образованиями клетка-паразит вошла в симбиоз с эксплуатируемыми клетками и, постоянно развивая свою способность управлять всеми ими, развивалась далее как нервная система и мозг.

С этого момента развитие организмов на Земле идет по линии усложнения и совершенствования этого центра (все другие съедались более продвинутыми существами). Напомним, что клетки организма создают для себя более комфортные условия существования, способствуя увеличению продолжительности собственной жизни.

Наблюдая за животными, мы должны отметить, что их смышленость неодинакова. Одни – более смышлёны: шимпанзе, дельфины, собаки. Другие – менее: зайцы, голуби. А насекомые – совсем уж как запрограммированные маленькие механизмы. Но у более смышлёных – больше свободы в действиях, больше интеллектуальных возможностей для адаптаций в быстро меняющихся природных условиях. Сравнивая между собой поведенческие типы разных животных, можно выделить главное. Чем больше осознанности, тем меньше существо полагается воле случая, тем легче оно встраивается в окружающую среду. Степень осознанности человека выше, чем у всех известных нам животных, она плавно переходит в состояние необычного восприятия, которое нами понимается как разум. Именно благодаря ему наш отдалённый предок, ступив миллионы лет назад на неизведанную, никем не проходимую дорогу обезьяноподобным существом, теперь шагает по ней человеком во всём блеске своих разумных способностей.

Устранение некоторых сомнений. Тот факт, что некоторые простейшие организмы – отдельные клетки в виде бактерий – продолжают находиться на начальном уровне и «не хотят» эволюционировать, не должен нас смущать, и он не противоречит общим выводам об эволюции. В основе всего живого лежат три первостепенных принципа. Первый – всё живое подчиняется воле к жизни (других вариантов нет, иначе – косная материя), и значит, обязано сохранять себя и умножаться. Второй – живая материя должна заполнять собой всё доступное ей пространство. И третий – вытекает из первого – Жизнь, как таковая, не может сама себе вредить, то есть не существует внутренних причин для угасания жизни. Подчиняясь им, Жизнь сохраняет себя в разных формах: и виде простейших, и в виде более продвинутых существ, распространяет себя на молекулярные уровни и в глубины океанов и Земли. При этом нужно помнить, что и простейшие также эволюционируют. В случае катастрофических факторов они выживут и вновь дадут начало сложным организмам. Кроме того, такие существа, как бактерии необычайно живучи и, наверное, с их помощью Жизнь расселяется за пределы Земли. Они выносятся из её атмосферы и, словно споры, распространяются дальше в Космос; им только бы попасть в подходящие условия и питательную среду. Возможно, так же миллиарды лет назад первые микроорганизмы прибыли на Землю.

Вспомним наших отдалённых предков – австралопитеков. Обратите внимание, что вместе с появлением зачатков разума (мозг австралопитеков около 600 см³, больше чем у смышленых шимпанзе – 400 см³) эффективность взаимодействия со средой существенно возросла. А промежуточная форма (наше тело), которая должна была развиться в нечто более приспособленное в постоянно меняющихся природных условиях, благодаря даже мизерному количеству разума, значительно замедлила темп своей эволюции. Когда же разум включился в работу основательно, то эта форма практически застыла. Различия между человеком и австралопитеком на физиологическом уровне несущественны, за исключением лишь некоторых особенностей. Форма, которую принял наш организм, далеко не так совершена, как те формы, которые имеют другие организмы, существующие на Земле уже миллионы лет, и, тем не менее, наши физические тела со всеми своими недостатками практически остановились в своём развитии. Это значит, что время воздействует на какой-то трудноуловимый для нашего понимания аспект, и именно в нём заключены смысл, потенциал развития и цель жизни, а чисто приспособительные возможности формы – второстепенны. Этим аспектом является осознанность. Другими словами, приостановка или замедление развития физических тел никак не означает, что эволюция останавливается. Она продолжается, но продолжается для таких структур организма, которые могут накапливать осознанность до тех пор, пока эта осознанность при благоприятных условиях не подойдёт к своему пределу. Такое направленное развитие подстёгивается меняющимися природными условиями и нескончаемой охотой друг на друга – они никогда никому не дают расслабляться. На высшем же уровне возрастание осознанности должно побуждаться собственным самосознанием.

Вся последовательность предыдущих рассуждений, а они, повторяем, основаны на известных фактах и наших знаниях о прошлом – подводит к итоговой мысли. Развитие всего живого направлено в сторону возрастания осознанности от минимально необходимой для простейших, к более высокой. Можно смело говорить об универсальном законе возрастания осознанности, неотвратимо действующем на просторах Вселенной в любых её уголках, где зарождается жизнь, и он непременно приведет к возникновению сложноустроенных многоклеточных организмов. Более продолжительная жизнь является фактором накапливания большей осознанности, и это соответствует целям эволюции.

Устранение некоторых сомнений. Вышеизложенная идея касается всех существ, независимо от форм и размеров. Например, некоторые виды болезнетворных микроорганизмов, преследующих человека, также повышают свою осознанность, которая возрастает, помимо всего прочего, и в силу применения против них лекарственных препаратов. Чтобы справиться с новыми вызовами, эти микроорганизмы находят способы нейтрализовать их губительное воздействие и успешно с этим справляются. Новые поколения микроорганизмов становятся нечувствительными к препаратам, и человеку приходится изобретать иные способы борьбы с болезнетворными организмами.

Применительно к человеку, исходя из наших рассуждений, можно сделать однозначный вывод, что его эволюция не завершена, не остановилась на достигнутом, и всё ещё должна продолжатся. Разум, как одна из возможностей возрастания осознания – всего лишь одна маленькая промежуточная ступень и отнюдь не вершина эволюции. И если взглянуть в будущее, то следующий этап человеческого развития – это более высокий, а значит, качественно другой уровень осознанности. Это время другого бытия, бытия пока скрытого, не проявленного. Бытия, которое откроет для человека новый мир, раскроет его фантастические возможности и укажет на новые пути дальнейшего развития. (Расширенное понимание эволюции осознания даётся в соответствующей главе).

В этой главе мы указали место человеческому разуму на одной из промежуточных ступеней эволюции, а отнюдь не на вершине, и отвергли его необоснованные притязания главенствовать над остальными «недоразвитыми» существами. В следующей главе мы попытаемся раскрыть потенциал разума и частично развенчать миф о том, что разум имеет инструменты, помогающие адекватно отражать действительность.

Место человека на эволюционной линии. Куда мы движемся?

Нам жизнь навязана; её водоворот
Ошеломляет нас, но миг один – и вот
Уже пора уйти, не зная цели жизни,
Приход бессмысленный, бессмысленный уход!

Омар Хайям (перевод О. Румера)

В предыдущей главе мы получили некоторые представления о принципах живой материи и узнали её главное направление – двигаться каждым отдельно взятым организмом в сторону развития и накапливания своей осознанности. Теперь можно взглянуть и на нашу действительность. Мы посмотрим с такой стороны, которая позволит нам понять степень осознанности современного человека, поможет оценить наши достижения. Это легко сделать, поскольку она проявляется в мировоззрениях, а значит в настроениях и поступках. Кроме того, деятельность человека на протяжении тысячелетий записана в анналах истории, и эта информация также нам доступна. И если в предыдущей главе мы согласились, что разум человека – пока лишь промежуточная точка на эволюционной линии, то теперь нам необходимо подтвердить это и заодно выяснить, а в каком направлении развивается современный человек? Соответствует ли наша жизнь «духу и букве» главного Закона Жизни. Здесь нам и придётся применить вновь приобретённые знания для оценки собственных эволюционных достижений.

Когда мы оцениваем нечто, то это происходит путём сравнения. В утилитарном смысле мы сначала ставим перед собой цель. Она идеальна, то есть существует в нашем сознании как некий объект наших устремлений. А затем мы начинаем последовательно двигаться к этому объекту, используя некоторые критерии, указывающие на степень приближения к цели. Оценить результат собственной эволюции – значит, сравнить две реальности. Одна из них дана нам свыше и является Главным Законом Жизни, но истинное его понимание без специальных методов познания недоступно, хотя мы, заведомо зная об открытиях древних видящих, логическим путём выстроили выше цепочку, подводящую нас к этому закону. Другая реальность – та, в которой осуществляется наше бытие. Таким образом, оценка собственных эволюционных достижений сводится к выявлению отклонений от «нормы», то есть изучению нашей действительности такой, какова она есть. Подобного рода сведения автоматически становятся знаниями, которые помогут нам измениться не просто так, не в произвольном направлении, а чтобы наше движение совпало с общим эволюционным потоком. И такие знания нам крайне необходимы, потому что у всех живых существ имеется маленькая проблемка – незаметно сойти в своём развитии в тупиковые ветви эволюции и навсегда исчезнуть в небытии. Для человека, который уже мечтает о колонизации доступных областей нашей Галактики, такой исход неприемлем.

Однако оценить эволюционные достижения человека без дополнительных критериев невозможно, и поэтому их необходимо найти и чётко сформулировать. Вот некоторые из них. Если эволюция всего известного нам живого мира имеет начало, продолжается, меняясь качественно, и имеет завершение (в каких формах, мы пока не знаем), то возникают вопросы: а возможен ли в эволюционном движении тупиковый путь, и что считать тупиковой ветвью эволюции? Как вы понимаете, особых усилий и не надо прилагать, чтобы найти такие примеры. Множество животных узкой специализации погибали только от того, что вымирали какие-то виды растений или сокращалась численность других животных, которыми они питались. Это, несомненно, тупик эволюции, и он всегда заканчивается полной гибелью вида. В другом случае мы имеем пример остановки в своём развитии организмов в связи с тем, что другие организмы создают для них комфортную среду, в которой имеется всё и в достатке: вода, пища, защита от хищников, защита от неблагоприятных условий. Нетрудно понять, что здесь мы имеем дело с одомашненными растениями и животными. Они, подвергшись искусственному отбору или генетическому вмешательству, полностью остановились в своём развитии. Жизнь таких существ зависит только от прихоти тех, кто их опекает. Без человека многие из них быстро и навсегда сойдут с арены жизни. К тому же такие экземпляры находятся под двойным гнётом факторов, не способствующих эволюции (поэтому остановка). Во-первых, они находятся в искусственно созданной благодатной среде, где отсутствуют естественные вызовы (хищники, изменения климата). Во-вторых: срок их жизни чрезвычайно мал – они не успевают накопить жизненный опыт и передать следующему потомству часть этого опыта. Дожила ли хоть одна корова, овца или курица до своей естественной смерти? Конечно, нет. И этот пример также свидетельствует о существовании тупиковой эволюционной ветви. Таким образом, эту идею можно обобщить, с учётом принципов Жизни, так: эволюционный тупик – это момент в развитии живого существа, когда скорость накапливания осознанности отстаёт от скорости изменений отрицательных внешних факторов. То есть, говоря обыденным языком, приобретаемый жизненный опыт не отвечает давлению внешней среды. Конечно, нужно правильно понимать, что тупики не запрограммированы Жизнью, они возникают в силу разных обстоятельств и являются вызовом для живых существ.

Всё живое успешно встраивается в окружающую среду, когда адекватно реагирует на вызовы природы: похолодание, потепление климата, изменение влажности, межвидовую и внутривидовую конкуренцию и многое другое. Слабые погибают, сильные продолжают линию Жизни, занимая освободившиеся места. В любом случае, каким бы ни был трудным, а порой и беспощадным мир живых существ, каждое из них вынуждено оптимально взаимодействовать со всем своим окружением, стремясь на «интуитивном» уровне поддерживать «экологический баланс» системы. Если это удаётся, существование вида гарантировано на долгие времена. А чем больше осознанности – мы это уже знаем, – тем меньше существо полагается воле случая, тем лучше оно встраивается в окружающую среду, тем более согласованными становятся его взаимоотношения с природой. Таким образом, чтобы эволюция конкретного существа продолжалась успешно, оно должно соизмерять свои потребности с возможностями ареала его обитания. (

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.