Тигран Тигранович Алиев, Ольга Леонидовна Бегдан
Концентрация доказательств в гражданском судопроизводстве

© Алиев Т.Т., Бегдан О.Л., 2019

© ИМЦ, 2019

Введение

В юридической науке и практике в последнее время есть возможность наблюдать за увеличением тенденций к развитию заинтересованности и проявления большого внимания к совершенствованию системы принципов современного цивилистического процесса. Главное можно наблюдать, как выделяют внимание к принципам состязательности и диспозитивности. Принцип состязательности важен тем, что, во-первых, он является принципом, закрепленным в Конституции Российской Федерации, а во-вторых, он отвечает за общий механизм доказывания по гражданским делам, что относится к преимущественному сосредоточению информации, как доказательств, в суде первой инстанции. Так любые доктринальные исследования в данной области являются актуальными на продолжительное время и их можно использовать для дальнейшего углубления познания доказательственной процессуальной правовой материи.

Следует отметить, что в статье 2 Гражданского Процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), данная норма указывает на то, что целью гражданского судопроизводства является защита нарушенных прав или оспариваемых свобод и законных интересов и тому подобное. Отталкиваясь от данной цели гражданское судопроизводство, ставит перед собой следующие задачи, которые заключаются в следующем правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел. Правильное и своевременное рассмотрение гражданского дела в частности во многом зависит от приводимых доказательств, а именно, как они собираются, представляются и рассматриваются в гражданском судопроизводстве. Можно обобщить и назвать как, каким образом доказательства концентрируются в судебном производстве в связи с анализом заявленного материального правового требования.

Своевременность подразумевает, в общем смысле, что определенные действия должны быть совершены в четко определенный промежуток времени. Правильность же рассматривает то, чтобы действия были совершены в соответствии с законодательством Российской Федерации, а конкретнее нормами, установленными для конкретных действий. Правовыми нормами может быть установлено, что совершение конкретных действий должно быть произведено в определенный промежуток времени, то есть время совершения действия становится правилом, то есть законодатель приводит к мысли, что только своевременные действия будет правильным.

Рассматривая данную позицию с противоположной стороны, то определенный промежуток времени может обусловить то, какие нормы подлежат к применению, то есть время для совершения действия становится условием правила, то есть только правильное действие становится своевременным. Взаимосвязь действия со временем не является абсолютной. Раскрыть сущность данной взаимосвязи в гражданском судопроизводстве способствует концентрации доказательств.

Что же касается самой проблемы концентрации доказательств, то ее можно причислить к рядам новое – хорошо забытое старое. Учёные процессуалисты в дореволюционной России развивали принцип концентрации доказательств, суть которого хорошо описал Е.В. Васьковский: «Заявления сторон и доказательства, на основании которых суду необходимо установить фактическую сторону дела, могут быть восприняты им сразу и целиком или же по частям… Первый способ именуется концентрацией процессуального материала, второй – делением производства на самостоятельные стадии»[1]. Вопросы концентрации изначально начали разрабатываться немецкими и австрийскими учеными-правоведами, а в России их развитие стало возможным из-за связи между правовой наукой.

Характерно наличие таких связей было до 1917 года, соответственно впоследствии концентрация доказательств воспринималась советскими учеными правоведами как принцип буржуазного права, из-за этого оно оценивалось не точно и с искажениями. В.К. Пучинский отмечает, что «С первых дней возникновения советский суд решительно отбросил буржуазные принципы процесса, обеспечивающие установление всего лишь так называемой формальной истины»[2]. Концентрация доказательств фактически данная идея была отвергнута советским гражданским судопроизводством. Как основа послужило деление судебного заседания на части, производства в свою очередь делились на стадии, при этом в каждом из которых допускалось возобновление доказательственной деятельности, руководствуясь принципом объективной правды или истины. Суды могли вмешиваться в процедуру доказывания и изыскивать доказательства по своему усмотрению в гражданском деле.

В середине 90-х годов были проведены кардинальные реформы, вследствие чего от отечественной доктрины потребовалось переосмысления многих принципов гражданского судопроизводства, не исключением является институт доказательственной деятельности. Реформа привела к возврату принципам состязательности, равенства сторон, судейского руководства и другим началам в классическом виде, что предполагает возложение обязанности по доказыванию на заинтересованных лиц в исходе гражданского дела на заявленных требованиях, что в свою очередь исключает активную роль суда в доказательственном функционировании при его независимом и беспристрастном положении[3].

Так появилась острая потребность в совершенствовании отдельных видов гражданского судопроизводства и его ускорения за счет процессуальных институтов, среди которых присутствует и концентрация доказательств.

Глава 1
Общая характеристика концентрации доказательств в гражданском судопроизводстве

§ 1. Концентрация доказательств как проблема гражданского процессуального права и судопроизводства

Как известно, в процессуальной науке не существовало и не существует единого четко сформулированного определения (дефиниции) концентрации доказательств. Несмотря на это, в гражданском процессуальном законодательстве имеют место нормы, наполняющие содержанием или непосредственно влияющие на концентрацию доказательств. Таким образом, явление концентрации доказательств раскрывается через его содержание.

Словарь русского языка указывает, что «концентрация» представляет собой определенную степень насыщенности чего-либо. «Концентрировать» означает «собирать, сосредоточивать, скапливать в каком-нибудь месте, насыщать»[4]. Можно также упомянуть, что принцип концентрации иногда связывают с принципом эвентуальной[5]. Английское слово «eventual» переводится как «возможный при известных обстоятельствах; окончательный»[6]. Указанные значения определяют целевую направленность рассматриваемого нами понятия.

«В сущности своей идея концентрация доказательств сводится к такому сбору и представлению доказательств, при котором дело может быть рассмотрено в одном судебном заседании»[7]. Хотя это не означает, что данный тезис делает невозможным представление новых доказательств; он скорее создает новые правила для новых доказательств. При определении концентрации доказательств может быть применена следующая предварительная (в силу не исследованности понятия) формулировка: это группа требований, относящихся к построению и проведению рассмотрения гражданского дела, направленных на достижение целей судебного разбирательства в одном судебном заседании, непосредственно предшествующем постановлению решения.

В связи с этим, как нам представляется, при исследовании концентрации доказательств, а также для наиболее правильного и полного раскрытия выбранной проблематики, необходимо проанализировать:

– форму, в которой должны быть изложены и закреплены требования в сфере концентрации;

– цели концентрации доказательств;

– реальные правовые механизмы и процедуры, обеспечивающие фактическую реализацию данных требований.

Говоря, прежде всего, о форме изложения и закрепления идеи концентрации, следует выделить следующие наиболее перспективные обсуждаемые варианты: либо концентрация доказательств, введенная в гражданское процессуальное право в виде отдельного правового института, есть микросистема, действующая в контексте самостоятельных правовых норм; либо концентрация суть основа всего гражданского судопроизводства, ставшая одним из его начал, т. е. принципом. Вместе с тем выбор одного из очерченных вариантов будет обоснованным только с учетом тех целей, на достижение которых собственно и направлена концентрация.

Бесспорно, что необходимым элементом, центральным компонентом структуры всякой деятельности выступает цель самой деятельности. Цель – это мысленная модель того результата, который достигается посредством практики[8]. Она играет детерминирующую роль по отношению к средствам и способам ее реализации, выполняет регулятивную функцию в структуре деятельности. Этим в первую очередь определяется большое значение четкого уяснения характера и содержания целей доказательственной деятельности вообще, и концентрации доказательств в частности[9].

Ряд дореволюционных ученых рассматривали концентрацию в качестве цели или средства к ускорению процесса[10], надобность в котором окончательно назрела лишь в начале XX в. Последнее было связано с обсуждением вопроса о целесообразности разделения судебного производства на части, например по причине предъявления встречного иска, изменения подсудности, взыскания издержек или же нецелесообразности дробления материалов, т. к. дело должно быть сосредоточено в одном судебном решение. При этом отмечалось, что процессуальное законодательство некоторых стран Западной Европы допускает право суда выносить промежуточные акты по автономным частям иска, а также при частичном признании ответчиком исковых требований[11].

«Следует отметить, что науке с дореволюционных времен известны различные правовые категории, а именно “концентрации процессуального материала”, “концентрация процесса”, “концентрация процессуальных действий», “концентрация доказательств”, “концентрация доказательственного материала”»[12]. Появление этих понятий обусловлено преследованием цели ускорения процесса рассмотрения и разрешения гражданского дела в суде, а также процессуальной экономии. Помимо них, А.В. Малюкина применительно к исследованию принципа концентрации также упоминает о существовании в доктрине «концентрации объяснений сторон», «концентрации слушаний дела», «концентрации процесса доказывания», «концентрации правового спора», и др.[13]. Не все из них интересны с точки зрения исследования проблем концентрации доказательств в гражданском процессе. Остановимся на некоторых из перечисленных категорий как наиболее связанных с темой настоящего научного исследования.

В доктрине гражданского процессуального права принято считать, что целью такой концентрации должна стать возможность рассмотрения и разрешения гражданского дела в одном судебном заседании.

Е.В. Васьковский оперировал понятием «концентрация процессуального материала»[14]. В концентрации процессуального материала ученый видел способ установления фактической стороны дела сразу и целиком. Второй способ – деление производства на самостоятельные стадии – предполагал установление фактической стороны дела по частям. По Е.В. Васьковского, разобщенность процессуального материала, исследование различных его частей на протяжении продолжительного времени судебного разбирательства мешали целостности восприятия судьей картины дела, поскольку все обстоятельства произошедшего в судебных заседаниях доподлинно он запомнить не мог. В результате судье ничего не оставалось, как повторять часть совершенных ранее процессуальных действий, либо обращаться к протоколам судебных заседания вопреки принципу непосредственности[15].

Называя концентрацию процессуального материала принципом, процессуалист описывал и его теневую сторону. К недостаткам принципа он относил затруднительность сосредоточения материала по сложным делам с целым рядом заявленных требований и многочисленными доказательствами. Кроме того, концентрация процессуального материала связывалась с правом сторон представлять суду новые доказательства до вынесения решения, что служило почвой для умысла в затягивании процесса. В качестве способов преодоления названных неудобств предлагалось воспрещать соединение нескольких не связанных между собой требований в одном прошении, проводить предварительную письменную подготовку дела путем обмена состязательными бумагами, применение к злоупотребляющей стороне штрафов, возложение на нее издержек, и т. д.[16].

По мнению А.Д. Кейлина, сущность концентрации материала в гражданском процессе заключается в том, что стороны должны были представлять имеющиеся доказательства суду сразу, а не частями во избежание трудностей для противоположной стороны, искусственных процессуальных препятствий или непредвиденных ситуаций в судебном заседании. В рамках действия принципа концентрации судебного материала, недопустимо также удержание доказательств стороной при разрешении дела судом первой инстанции, с тем чтобы впоследствии предъявить его при пересмотре решения во второй инстанции[17].

В постреволюционный период идея концентрации доказательственного материала имела более императивный вид. Г. Рындзюнский, подчеркивая исключительность отмены решения, отмечал, что судья должен отдавать себе отчет в том, что рассматривает дело окончательно, дополнить упущения или исправить ошибку будет уже некому, негде и некогда. В связи с этим, от судьи требовалось внимательное и сдержанное отношение к выяснению обстоятельств дела, а от сторон – добросовестность[18]. Между тем, несвоевременное представление доказательств могло расцениваться как недобросовестное поведение сторон, однако признак умысла в ГПК 1923 года не отражается. Так, в соответствии со ст. 106 закона представление сторонами новых доказательств после начала разбора дела допускалось лишь в случае признания судом уважительности причин, препятствовавших своевременному представлению доказательств[19]. Из этого следует заключить, что к моменту начала судебного разбирательства все доказательства должны были быть собраны и представлены судье. Соответствующий постулат заложен и в действующем гражданском процессуальном законодательстве применительно к задачам стадии подготовки дела к судебному разбирательству. Но ГПК 2003 г. не содержит запрета предоставления доказательств в ходе разбирательства гражданского дела судом первой инстанции. В современной доктрине концентрация доказательственного материала подразумевает представление доказательств суду первой инстанции в том объеме, который необходим для правильного и своевременного рассмотрения гражданского дела[20].

Е.А. Борисова, анализируя понятие концентрации доказательственного материала, выделила два его основных проявления. Первое состоит в том, что доказательственный материал дает суду возможность непосредственного ознакомления с доказательствами, подтверждающими наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для дела. Тут же следует обратить внимание на работу Т.Т. Алиева[21]. Второе проявление обеспечивает лицам, участвующим в деле, в том числе сторонам, заранее ознакомиться с доказательственным материалом противника, как следует подготовить и обосновать свою правовую позицию, чтобы при рассмотрении и разрешении гражданского дела «не работать с листа» (aperto libro).

Концентрация доказательственного материала, по мнению Е.А. Борисовой, сочетается с концентрацией процессуальных действий, которые совершают стороны и другие лица, участвующие в деле, в ходе разбирательства дела. Представление доказательств связано с необходимостью предъявления в суд искового заявления с указанием на них, а также приложением имеющихся материалов, заявления ходатайств о содействии в истребовании доказательств, о вызове свидетелей, назначении экспертизы, и др.

«С целью участия в процессе исследования доказательств, стороны должны явиться в суд, представить свои объяснения по поводу обстоятельств дела, задать вопросы другой стороне»[22].

Таким образом, концентрация доказательственного материала нацелена на своевременное рассмотрение и разрешение гражданского дела судом посредством полноценного представления и раскрытия доказательств с помощью концентрации процессуальных действий.

Глубокое исследование этого понятия было предпринято А.В. Малюкиной. Интерпретируя концентрацию процесса как принцип, автор делает акцент на сочетании концентрации с другими принципами гражданского процесса – состязательностью, диспозитивностью, активной ролью суда, письменностью, устностью, непосредственностью[23]. В свою очередь, А.В. Чекмарева, рассматривая принцип концентрации применительно к подготовительным процедурам, видит в нем оптимальное сосредоточение материала, обеспечивающего ускорение разрешения спора путем осуществления правосудия в одном судебном заседании[24]. Из соображений автора следует, что интерпретация концентрации процесса проводится через концентрацию доказательственного или процессуального материала, однако, не совсем понятно отождествляются ли последние понятия.

Е.А. Борисова также не отрицает возможности исследования концентрации процесса через систему принципов отрасли права[25]. Вместе с тем, в понятие «концентрация процесса» она включает концентрацию процессуальных действия сторон по сосредоточению доказательственного материала в конкретной стадии гражданского судопроизводства.

Как правильно отмечает М.К. Треушников «процессуальный закон строго регламентирует форму, в которой могут быть получены фактические данные, … они, полученные в иной, не предусмотренной законом процессуальной форме, не являются доказательствами и находятся за пределами процессуальных доказательств»[26].

Если говорить о концентрации процессуальных действий, то это всего лишь средство по достижению главной цели – концентрации доказательств. Естественно, концентрация доказательств реализуется путём совершения каких-либо процессуальных действий. Невозможно сконцентрировать доказательства, не концентрируя определенные действия. В тоже время концентрация процессуальных действий не всегда направлена на концентрацию доказательств, т. к. не все процессуальные действия совершаются относительно доказательств. Вместе с тем, Е.А. Борисова рассматривает концентрацию процесса исключительно с позиций концентрации доказательств, в противном случае возникли бы существенные затруднения в обосновании необходимости концентрации некоторых процессуальных действий, не связанных с концентрацией доказательств, что обусловливается различностью их оснований. Выделение концентрации процессуальных действий значимо, но, скорее всего, только в рамках науки гражданского процессуального права, ибо в законодательном плане трудно сосредоточить подобные действия, скажем, в одной из глав ГПК РФ[27].

Исходя из изложенного, логично предположить, что концентрация доказательств и концентрация доказательственного материала – понятия идентичные. В случае, когда речь идет о концентрации доказательств, упор делается на тех сведениях, которые собственно являются доказательствами, а не на средства доказывания. Хотя, как справедливо отмечает Е.А. Нахова, рассматривать понятие «концентрация доказательств» и «концентрация средств доказывания» в отдельности невозможно[28].

Концентрация процесса в трактовке Е.А. Борисовой и с учетом вышеизложенного опять же сводится к концентрации доказательств. При этом не совсем четко прослеживается, в каком именно значении используется термин «процесс». Непонятно, можно ли в данном случае отождествить его с судопроизводством и говорить о концентрации судопроизводства.

Концентрировать можно либо множество единичных объектов, либо один объект, состоящий из частей. И что, исходя из сказанного, следует понимать под частями процесса в контексте единства объекта процессуальных правоотношений и действий? Думается, что введение термина «концентрация процесса» в закон пока преждевременно, хотя на уровне доктрины он вполне может широко использоваться при предварительной оговорке, связанной с его внутренним содержанием.

Поэтому перейдем к вопросу о концентрации доказательств как одном из принципов гражданского процессуального права с учетом того, что российская правовая система относится к романо-германской правовой семье и находится в русле всех глобальных юридических структурных изменений. «Во всех странах романо-германской правовой семьи юридическая наука объединяет правовые нормы в одни и те же крупные группы. Повсюду мы встречаемся с одним и тем же фундаментальным делением права на публичное и частное, которое основано на идее, очевидной для всех юристов этой семьи», – писал известный компаративист Рене Давид[29].

Итак, в процессуальном законодательстве некоторых стран встречается так называемый принцип эвентуальности. Его сущность состоит во введении запрета на представление новых материалов после того, как истек установленный законом срок[30]. Но как будет показано далее, набор средств, направленных на концентрацию, гораздо шире запрета на представление новых доказательств.

В Гражданском процессуальном кодексе РФ подобной воспретительной установки не существует. В суде первой инстанции анализ дела, как правило, охватывает собой несколько судебных заседаний, поэтому концентрация доказательств может происходить за счет сокращения числа таких заседаний, но у учетом сложности самого гражданского дела[31]. Иными словами, концентрация направлена не механическое численное сокращение, наоборот, она направлена на повышение рациональности и эффективности как самостоятельных стадий производства, так и отдельных процессуальных действий и мероприятий[32].

Следует отметить, что введение принципа концентрации доказательств не заменяет права сторон представлять новые доказательства вплоть до момента вынесения, а выступает своеобразным временным ограничителем[33]. То есть формируются специальные условия, при которых использование данного права становится исключительным, а ответственность за злоупотребление значительно строже[34]. Более предпочтительной видится ситуация, когда при помощи новых доказательств уточняются сведения об обстоятельствах гражданского дела, без изменения сути. Необходимо учесть, что достаточность доказательств является одним из ключевых факторов, оказывающих влияние на концентрацию. «Концентрация доказательств означает, что к моменту начала судебного разбирательства доказательств уже достаточно для вынесения законного и обоснованного судебного решения»[35].

Концентрация доказательств взаимосвязана с иными различными принципами гражданского процессуального права. Особый интерес представляют следующие связи. Во-первых, концентрация доказательств обусловлена принципом рациональности, разумности судопроизводства, процессуальной экономии. Эти принципы требуют совершать только нужные действия и пользоваться только необходимыми средствами, сводя их использование к целесообразному минимуму. Во-вторых, Е.А. Нефедьев выделял достаточно интересный принцип поочередного выслушивания сторон (audienda et altera pars)[36]. Возможно, он содержит положительный потенциал, требующий дальнейшего раскрытия. Недаром А.В. Малюкина отмечает, что только «на первый взгляд концентрация и право выть выслушанным являются конкурирующими идеями: с одной стороны, закон представляет участникам процесса гарантии, что суд учтет все сказанное ими, с другой – требуется сосредоточить внимание на самом главном и не распылять силы понапрасну. … Право быть выслушанным и идея концентрации процесса взаимно сдерживают и дополняют друг друга, обеспечивая эффективное рассмотрение и разрешение спора. Кроме того, есть у них и общее: обязанность суда мотивированно отреагировать на заявленные требования, возражения и ходатайства»[37].

Кроме того принцип концентрации доказательств, имеет важное влияние на соотношение принципов состязательности, диспозитивности и официального руководства производством со стороны органа судебной власти[38]. Вместе с тем, концентрация препятствует использованию некоторых тактических приемов опытных юристов. Среди них искусственное затягивание процесса; представление новых доказательств, существенно влияющих на ход дела, более позднее исследование доказательств, представленных другой стороной, в целях формирования убеждения судьи, под воздействием последних представленных доказательств. Но состязание в гражданском процессе должно заключаться не в знании психологии и умениях пользоваться этими знаниями, а в знании закона и умении его толковать[39].

В рамках философской теории аргументации подчеркивается необходимость отхода от взгляда на доказывание и аргументацию как на игру словами, как на субъективно обусловленный процесс (когда восприятие аргумента ставится в зависимости от того, каков статус лица его приведшего, и каким образом он был приведен). В доказывании и аргументации начинает рассматриваться философией не столько твердое безусловное доказательство, сколько аргумент-мнение[40].

При этом в литературе не оспаривается, что концентрация доказательств наиболее явно должна проявлять себя на такой стадии как судебное разбирательство. Именно здесь суд имеет возможность обозреть предварительно представленный материал, изучить его, оценить с тем, чтобы в дальнейшем не происходило затягивание судебного разбирательства при рассмотрении и разрешении гражданского дела по существу[41].

Кроме того, необходимо сказать о о позиции Комитета министров Совета Европы, которая нашла собственную фиксацию в одном из принципов гражданского судопроизводства, направленных на совершенствование судебной системы. В соответствии с данным принципом «суд должен, по крайней мере, в ходе предварительного заседания, а если возможно и в течение всего разбирательства, играть активную роль в обеспечении быстрого судебного разбирательства, уважая при этом права сторон, в том числе и их право на беспристрастность. В частности, он должен обладать правом, чтобы требовать от сторон предъявления таких разъяснений, которые могут быть необходимыми; требовать от сторон личной явки; требовать свидетельские показания, по крайней мере, в тех случаях, когда речь идет не только об интересах сторон»[42] и т. д.

Сказанное частично корреспондирует предварительному судебному заседанию, которое не всегда проводится в рамках подготовки дела к судебному разбирательству. Те случаи, которые сегодня приведены в законе как основания проведения предварительного судебного заседания дают возможность сконцентрировать доказательственный материал касательно реализации принципа диспозитивности, прекращения производства по делу или оставления заявления без рассмотрения. Иными словами, концентрация доказательств может иногда свидетельствовать и о том, что нет особой надобности переходить в стадию судебного разбирательства и продолжать процессуальное функционирование. Именно поэтому законодатель позволяет в предварительном судебном заседании принимать решение по делу, например при установлении того, что лицо без уважительных причин пропустило срок исковой давности или не просит его восстановить[43].

Так, Е.А. Борисова приводит следующее замечание Ф. Кляйна, «подготовительное заседание в значительной степени разгружает процесс и одновременно уменьшает опасность того, что разбирательство остановится на полпути или должно будет прерваться. Подготовительное заседание служит концентрации действий не только благодаря немедленному разрешению и исключению чисто процессуальных спорных вопросов, но и является прототипом концентрации содержания процесса, так как выявляет все существенное и несущественное для разбирательства спора или препятствующее его проведению»[44].

Таким образом, в литературе правильно указывается на то, что цели и задачи подготовки дела к судебному разбирательству должны быть максимально верно определены законодателем[45], ничто не должно мешать судье их надлежащим образом достигать и осуществлять[46]. Справедливо писал А.А. Мельников и другие авторитетные ученые «идеальная цель хорошей подготовки дела к судебному разбирательству – это возможность рассмотрения дела в одном судебном заседании с вынесением судебного решения»[47].

Кроме того, О.В. Иванов указывал на то, что если недостаток доказательств будет обнаружен при разбирательстве дела, даже при вынесении решения, он может быть восполнен собиранием новых доказательств[48]. Однако такой вариант нежелателен, так как он приведет к отложению разбирательства дела, к задержке его разрешения и не будет соответствовать требованиям принципа процессуальной экономии. Поэтому суд должен стремиться к тому, чтобы до начала судебного разбирательства собрать доказательства, достаточные для установления истины в ходе его[49]. А определить предварительно достаточность доказательств – это отнюдь не легкая задача, которая решается чисто логическими способами. Следовательно, в ходе подготовки дела к разбирательству судья должен совершить определенные действия, направленные на отыскание необходимых доказательств и обеспечение возможности исследования их в рамках судебного разбирательства.

Если развивать вышеуказанное положение, то следует уточнить что деятельность по сбору – представлению новых доказательств сама по себе должна занимать одно и тоже количество времени и требовать одного и того же количества ресурсов на какой бы стадии оно не происходила[50]. Однако, если после отложения дела и получения новых доказательств разбирательство дела начинается сначала (как того требует ч. 3 ст. 169 ГПК РФ); проведенные до этого судебные заседания в рамках судебного разбирательства теряют свою значимость, в сущности своей, становясь подготовкой дела к судебному разбирательству[51].

«В силу того, что правила проведения подготовки дела к судебному разбирательству, значительно мягче правил проведения судебного разбирательства, особенно в части явки обеих сторон, свидетелей, экспертов, а также извещений, с учетом того, что принцип непрерывности на стадии подготовки дела к судебному разбирательству не предусмотрен, налицо нерациональность использования процедур судебного разбирательства фактически в целях подготовки к разбирательству»[52]. В данном случае, по нашему мнению, можно говорить как о нарушении требований принципа процессуальной экономии, так и об отрицании начала концентрации доказательств. Впрочем, некоторые авторы придерживаются несколько иной точки зрения, к примеру, А.Ф. Воронов пишет, что «по своей сути принцип концентрации … сильно напоминает принцип непрерывности судебного заседания в его сегодняшнем понимании»[53].

В том же случае, когда согласно ч. 4 ст. 169 ГПК РФ разбирательство дела не начинается сначала, а по сути, просто продолжается; или разбирательство дела начинается сначала лишь формально путем упоминаний, а не воспроизведения, то вполне логично выглядит ситуация, при которой судья выносит решение, основываясь на ранее подробно изученных, предварительно им оцененных (а если отложение произошло непосредственно перед вынесением решения – то, скорее, окончательно оцененных) доказательствах, фактически не учитывая новые доказательства (изученные, быть может, в спешке или из-за нежелания нарушать установленные законодательством сроки рассмотрения и разрешения гражданских дел). Или же судья выносит решение, основываясь исключительно на новых доказательствах, попросту забыв сведения, полученные заблаговременно или / и не прослеживая взаимосвязи доказательств новых и ранее изученных. При таком варианте развития событий, говорить о нарушении требовании экономии процессуальных средств, думается не совсем уместно. Ведь происходит нарушение нормы права, обязывающей выносить обоснованные судебные решения. В данном контексте не так важно было ли нарушение совершенно по халатности или вследствие объективных причин. Но важен факт нарушения правила, установленного в интересах всего общества, и как следствие важно выявление возможности нарушения этих публичных интересов в дальнейшем, ибо под угрозу ставится правило законности[54]. В связи с этим проблему судебных ошибок в принципе невозможно свести к затратам ресурсов (материальных, трудовых, временных), необходимых на устранение негативных последствий судебных ошибок[55], а следовательно, и к какой-либо экономии. Исправить ситуацию должно проведение идеи концентрации доказательств, которая помимо прочих целей, направлена на установление истины по делу.

Приведем пример, иллюстрирующий допущение подобных ошибок. Для нас в настоящей работе будет весьма актуален и интересен следующий практический случай, описанный А.Т. Боннером. Суд второй инстанции не принял доводы кассационной жалобы, которая была подана высшим учебным заведением по иску о защите чести и достоинства к одному из средств массовой информации и и автору публикации. Жалоба была подана в связи с отсутствием надлежащей концентрации доказательств и наличием логически оторванных друг от друга оценочных выводов. Поскольку решение суда было вынесено без материалов дела и протокола судебного заседания. Тем не менее «отказывая в иске, судья сослался на объяснения Р. и представителя газеты, которые они на самом деле не давали и которые, естественно, не были зафиксированы в протоколе судебного заседания»[56]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

См.: Васьковский Е.В. Курс гражданского процесса. Т. I. М., 1913. C. 413–414.

Вернуться

2

См.: Пучинский В.К. Подготовка гражданских дел к судебному разбирательству. М., 1962. С. 4.

Вернуться

3

Подробнее об этом см.: Гарбуз А.К., Краснов М.А., Мишина Е.А., Сатаров Г.А. Трансформация российской судебной власти. Опыт комплексного анализа. М. – СПб., 2010.

Вернуться

4

Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1982. С. 260.

Вернуться

5

См.: Здрок О.Н. Гражданский процесс зарубежных стран. М., 2005. С. 42.

Вернуться

6

Англо-русский и русско-английский словарь (краткий) / Под ред. О.С. Ахмановой, Е.А. Уилсон. М., 1989. С. 177.

Вернуться

7

См.: Бегдан О.Л. Концентрация доказательств в гражданском судопроизводстве: дис… канд. юр. наук. Саратов, 2018.

Вернуться

8

См.: Баулин О.В. Бремя доказывания при разбирательстве гражданских дел: дис. … д-ра юр. наук. М., 2005. С. 80.

Вернуться

9

См.: Молчанов В.В. Собирание доказательств в гражданском процессе. М., 1991. С. 10; Сахнова Т.В. Регламентация доказательств и доказывания в гражданском процессе // Государство и право. 1993. № 7. С. 52–53.

Вернуться

10

См.: Малышев К. Курс гражданского судопроизводства. Т. I. СПб., 1876. С. 408.

Вернуться

11

Там же. С. 409.

Вернуться

12

См.: Бегдан О.Л. Концентрация доказательств в гражданском судопроизводстве: дис… канд. юр. наук. Саратов, 2018.

Вернуться

13

См.: Малюкина А.В. Концентрация процесса – основа своевременного и правильного рассмотрения гражданского дела. М., 2009. С. 28–29.

Вернуться

14

См.: Васьковский Е.В. Курс гражданского процесса. Т. I. М., 1913. С. 413.

Вернуться

15

См.: Там же. С. 414.

Вернуться

16

См.: Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. М., 1917. С. 135–140.

Вернуться

17

Кейлин А.Д. Судоустройство и гражданский процесс капиталистических государств. Ч. II. М., 1958. С. 29.

Вернуться

18

См.: Рындзюнский Г. Техника гражданского процесса. М., 1924. С. 69.

Вернуться

19

См.: Постановление ВЦИК от 10 июля 1923 г. «О введении в действие Гражданского Процессуального Кодекса Р.С.Ф.С.Р.» (вместе с «Гражданским Процессуальным Кодексом Р.С.Ф.С.Р.») // СУ РСФСР. 1923. № 46–47. Ст. 478.

Вернуться

20

См.: Борисова Е.А. Проверка судебных актов по гражданским делам. М., 2006. С. 145–147.

Вернуться

21

См. Алиев, Т.Т. История становления доказательственного права как комплексного института российского права / Т.Т. Алиев, Е.А. Нахова // История государства и права, 2007. № 19. С. 18–19.

Вернуться

22

См.: Бегдан О.Л. Концентрация доказательств в гражданском судопроизводстве: дис… канд. юр. наук. Саратов, 2018.

Вернуться

23

См.: Малюкина А.В. Концентрация процесса – основа своевременного и правильного рассмотрения гражданского дела. М., 2009. С. 48–72.

Вернуться

24

См.: Чекмарева А.В. Подготовительные процедуры в гражданском процессе: автореф. дис. … докт. юр. наук. Саратов, 2015. С. 11.

Вернуться

25

См.: Борисова Е.А. Концентрация процесса как принцип гражданского (арбитражного) процессуального права // Теоретические и практические проблемы гражданского, арбитражного процесса и исполнительного производства. Краснодар – СПб., 2005. С. 164.

Вернуться

26

См.: Треушников М.К. Судебные доказательства. М., 1997. С. 90.

Вернуться

27

См.: Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЗ // Российская газета. 2002. 20 ноября.

Вернуться

28

См.: Нахова Е.А. Доказательственное право в гражданском и арбитражном судопроизводстве. СПб., 2012. С. 362–363.

Вернуться

29

Рене Давид. Основные правовые системы современности. М., 2009. С. 69.

Вернуться

30

См.: Здрок О.Н. Гражданский процесс зарубежных стран. М., 2005. С. 115.

Вернуться

31

См.: Борисова Л.В. Принцип разумности в российском гражданском процессе. М., 2008. С. 31.

Вернуться

32

См.: Гурвич М.А. О некоторых условиях эффективности гражданского процесса (в плане сравнительного правоведения) // Правоведение. 1971. № 4. С. 81–86.

Вернуться

33

См.: Фурсов Д.А. Современное понимание принципов гражданского и арбитражного процесса. М., 2009. C. 66–67.

Вернуться

34

См.: Юдин А.В. Гражданское процессуальное правонарушение и ответственность. СПб., 2009. С. 281–282.

Вернуться

35

См.: Бегдан О.Л. Концентрация доказательств в гражданском судопроизводстве: дис… канд. юр. наук. Саратов, 2018.

Вернуться

36

См.: Нефедьев Е.А. Учебник русского гражданского судопроизводства. Краснодар, 2005. С. 196.

Вернуться

37

Малюкина А.В. Концентрация процесса – основа своевременного и правильного рассмотрения гражданского дела. М., 2009. С. 72.

Вернуться

38

См.: Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РФ (постатейный, научно-практический) / Под ред. М.А. Викут. М., 2003. С. 158–159.

Вернуться

39

См.: Абросимова О.К. Взаимодействие права и морали в современном российском обществе: автореф. дис. … канд. юр. наук. Саратов, 2001. С. 21; Бойков А.Д. Принципы адвокатской этики // Адвокатская практика. 2003. № 1. С. 11.

Вернуться

40

См.: Рузавин Г.И. Методологические проблемы аргументации. М., 1997. С. 53–63.

Вернуться

41

См.: Шакирьянов Р.В. Апелляционное производство, шаги по оптимизации гражданского судопроизводства: изменения в ГПК РФ // Арбитражный и гражданский процесс. 2010. № 3. С. 25–29; Шакитько Т.В. Представление доказательств по гражданским делам в суд апелляционной инстанции // Современное право. 2016. № 2. С. 99–101.

Вернуться

42

Доступ к правосудию. Комитет министров – государствам-членам относительно принципов гражданского судопроизводства, направленных на совершенствование судебной системы // Российская юстиция. 1997. № 7. С. 6.

Вернуться

43

См.: Жилин Г.А. Правосудие по гражданским делам. М., 2010. С. 509–510; Беков Я.Х. Подготовка дела к судебному разбирательству в гражданском судопроизводстве. М., 2010. С. 26–27.

Вернуться

44

Цит. по: Борисова Е.А. Проверка судебных актов по гражданским делам. М., 2006. С. 154.

Вернуться

45

См.: Клейнман А.Ф. Новейшие течения в советской науке гражданского процессуального права (очерки по истории). М., 1967. С. 45–49.

Вернуться

46

См.: Решетникова И.В. Доказывание в гражданском процессе. М., 2011. С. 34–40; Беков Я.Х. Подготовка дела к судебному разбирательству в гражданском судопроизводстве. М., 2010. С. 15–21; Скуратовский М.Л. Подготовка дела к судебному разбирательству в арбитражном суде первой инстанции. М., 2007. С. 15–20.

Вернуться

47

Подробнее об этом см.: Мельников А.А. Понятие предмета, метода и системы науки гражданского процессуального права // Вопросы гражданского права и процесса. М., 1977; Чечина Н.А. Основные направления развития науки советского гражданского процессуального права. Л., 1987; Жилин Г.А. Цели гражданского судопроизводства и их реализация в суде первой инстанции. М., 2000 и др.

Вернуться

48

См.: Иванов О.В. Судебные доказательства в гражданском процессе. Иркутск, 1974. С. 87–88.

Вернуться

49

См.: Боннер А.Т. Проблемы установления истины в гражданском процессе. СПб., 2009. С. 7.

Вернуться

50

См.: Табакова А.С. Обзор по результатам обобщения и анализа практики применения судами общей юрисдикции Иркутской области необходимых доказательств при рассмотрении гражданских дел // Сборник аналитических обзоров судебной практики. Вып. 2. Иркутск, 2002. С. 142.

Вернуться

51

См.: Трубников П.Я. Судебное разбирательство гражданских дел отдельных категорий. М., 2001. С. 22–23.

Вернуться

52

См.: Бегдан О.Л. Концентрация доказательств в гражданском судопроизводстве: дис… канд. юр. наук. Саратов, 2018.

Вернуться

53

См.: Воронов А.Ф. Принципы гражданского процесса: прошлое, настоящее, будущее. М., 2009. С. 153.

Вернуться

54

См.: Лисюткин А.Б. Юридическое значение категории «ошибка»: теоретикометодологический аспект. Саратов, 2001. С. 305–306.

Вернуться

55

См.: Батурина Н.А. Причины судебных ошибок и процессуальные средства их предупреждения в гражданском судопроизводстве. М., 2012. С. 24–27.

Вернуться

56

См.: Боннер А.Т. Установление обстоятельств гражданских дел. М., 2001. С. 316.

Вернуться