Надя шла по заснеженной улице и старалась не упасть. Ноги разъезжались по льду, подворачивались, когда нужно было преодолеть очередной сугроб. Кажется, коммунальщики совсем разленились и расчищают только дорожки у жилых домов. Девушка же шла по узкой улице, срезая огромный крюк, в надежде скорее добраться до клиники.

– Все-таки нужно было попросить у Славы ключи от машины, – подумала она и снова совершила вращательное движение руками.

Как бы осторожно она ни шла, каблуки то и дело попадали в как будто лично для нее заготовленные ямки. И после очередного неудавшегося полета Надя с завистью смотрела на бодро пробегающих подростков в уггах.

– Такая обувь не подходит тридцатилетней женщине, – строго отчитывал ее муж, когда в торговом центре она заикнулась об их покупке.

– Но пять сантиметров зимой…

– Зато ты будешь элегантной, – перебил ее Слава.

Он во всем старался учить ее: как хорошо выглядеть, как вести себя на работе, какая работа ей подходит.

– Не хочу, чтобы жена сидела у меня на шее, – сказал он ей как-то на свидании, и влюбленная девушка согласно кивнула головой.

Конечно, пусть Славочка и генеральный директор небольшой фирмы, но она тоже – личность, и образование имеет неплохое, так что да, она поддержала его в этом вопросе и сейчас трудится на благо их семьи кадровиком. Правда, совсем в другой компании, но ведь необязательно работать вместе…

– Вот же… непогода! – в сердцах выругалась она и на всякий случай огляделась – не услышал ли кто.

Снег валил. Крупные пушистые комочки били по лицу и предательски таяли, если задерживались на носу. Тогда Надя доставала руку из перчатки и смахивала ненужную воду с лица. Руки покраснели. Слава наверняка вечером будет ворчать, что у нее руки как у доярки. Но что поделаешь – терпеть влагу у себя на лице в такой мороз совсем невозможно.

Она снова поскользнулась и мысленно обругала работников коммунальных служб. Когда вышла из метро, то лишь зря обрадовалась – убрали они вокруг хорошо, и огромные сугробы внушали уважение к чужому тяжелому труду. А вот здесь, на узких улочках, куда она свернула, чтобы сократить путь, совсем не было дороги. Только сугробы да лед…

Она остановилась у очередного перекрестка и замерла: в косом рыжем свете фонарей снежинки блеснули разноцветными огнями, как будто драгоценные. Красиво как!.. Настоящая сказка – она тут, рядом…

Но не стоит отвлекаться, после клиники нужно еще придумать, что приготовить на ужин – Слава любил все свеженькое, и она с ним в этом согласна – продукты портятся сейчас совсем быстро. А кушать то, в чем уже начался процесс разложения – это не уважать себя. Слава привык употреблять свежие продукты у себя в Иркутске и в Москве не оставляет привычки готовить каждый день.

Может, взять куриные грудки? Нет, они были позавчера. И они доедали их на завтрак. Рыбу? Эх, в тот раз ее треска на пару не удалась, Слава даже не доел. Что же придумать?..

Девушка завернула в очередную узенькую улочку и случайно обернулась назад – нога съехала и нужно было удержаться.

Ее взгляд выхватил их малолюдной улицы светлые растрепанные волосы, и она удивилась: вот не холодно человеку в минус 13 ходить без шапки?

И тут же вздрогнула. Нет, это ей показалось. Да, просто молодой парень с непокрытой головой идет следом…

Девушка перешла на зеленый сигнал светофора и опять повернула направо. Как же неудобно, что трамваи из-за такой непогоды встали и до клиники ей нужно пройти пешком четыре остановки!

Опять ноги разъезжаются…

Она оглянулась. Парень шел за нею, впрочем, выдерживая расстояние и смотря только под ноги. Конечно, не хочет упасть, как она вчера у продуктового.

Девушка снова вздрогнула: она вспомнила, где уже видела эти светлые, растрепанные волосы – когда шла по центральной улице от метро вот этот парнишка без шапки как раз выходил из продуктового. Она еще подумала, какие же закаленные бывают люди… А потом принялась сетовать на погоду, да еще на то, что трусиха. Да, она определенно трусиха, раз не попросила ключи от белой мазды. Слава вчера вечером забрал из ремонта свой фольксваген, так что вторая машина только зря пылится в гараже.

– Ты же не умеешь ездить, – сразу вспомнился ей недовольный голос мужа, – куда тебе ехать по…

В прошлый раз это была дождливая осень. Да, она не хотела промочить ноги и заикнулась, что права у нее уже три года неопробованными лежат…А муж так трогательно забеспокоился о ней, что она не смогла возразить. Да, ведь в такую погоду видимость заметно падает, и он не хочет, чтобы она въехала в столб.

А теперь он бы сказал про снег. Да, скользко, и машину, бывает, заносит. Но ведь он переобул шины на обеих машинах, зачем тогда думать о плохом?

– Простите, – она так глубоко задумалась, что услышала эти слова не сразу. Вернее, говорившему пришлось дважды повторить, чтобы она поняла, что обращаются к ней.

– Да? – девушка повернулась, и снова предательский каблук решил оставить тонкий длинный след на заледенелом тротуаре.

Ее подхватили сильные мужские руки и повернули к себе лицом.

– Ой. Преследователь, – промелькнуло у Нади в голове прежде, чем задрожали губы.

Ее сейчас будут грабить? Блин, ну зачем она завернула в эту маленькую улочку между домами? Сюда даже машина скорой помощи не проедет – так мало места. А как ее труп обнаружат Только собачники, да и то, если догадаются и отличат ее белый пуховик и белую шапку от сугроба.

И темно-то как… Один фонарь вначале дворика. Совсем, что ли, ополоумели дворники? Почему вон тот, что рядом с ними – не работает?!

– Что? – она так испугалась, что не заметила, как ее осторожно поставили в вертикальное положение.

Она все еще смотрела на это растрепанное нечто и не понимала, что от нее хотят. Почему не хватает брендовую сумку и не бежит прочь? Чего ждет?

– У меня просьба, – парень выглядел даже слегка смущенным, что немного успокоило Надю.

Денег вежливо попросит? Парень уже не школьник, но и явно не взрослый мужчина. Похож на студента – легкая парка, голая шея… Не хватает денег на еду? Да, такое бывает, но ведь он так долго шел за нею…

Хорошо, что Надежда не видела трех парней, что притаились под деревом у самого угла дома. Один из них достал мобильник и включил камеру.

Между тем парень будто на что-то решался. Он молча рассматривал ее лицо, как будто это имело какое-то к нему отношение. Или будто он выбирал – подходит ему Надя для чего-то или нет. Девушка тем временем уже немного успокоилась и встала поуверенней.

Да отпустит он уже ее когда-нибудь?

– Какая просьба? Говори быстрее, мне нужно идти, – она сделала попытку отодвинуться, но не успела – парень резко наклонился вперед и очень горячо поцеловал в губы.

Первые секунды Надя не могла вздохнуть от шока, потому что… Ее давно никто не целовал, и это было необычно и странно. Теплые губы, мягкие движения, какое-то разливающееся приятное тепло в груди… Ей вообще-то всегда было приятно целоваться, вот только Слава не любит обмениваться слюнями – так он это называет… Вот и она не настаивает.

Только… Стоп! Что же она делает?!! Это же не Слава!

Надя резко попыталась вырваться, не заметив, как сама пламенно отвечала на поцелуй, чисто машинально и не соображая, что делает. Очень приятно, прямо сердце ушло в пятки, а эта нежно проводящая по спине рука вводила в небывалую дрожь…

– С ума сошел?! – вскрикнула она и пихнулаего в грудь.

Затуманенные голубые глаза остановились и недоуменно уперлись в нее. Что, красавчик, это не те слова, что ты привык слышать после поцелуя?

– Как тебя зовут? – заинтересованно спросил он.

Вот еще она будет называть проходимцам свое имя! Но почему-то машинально сказала:

– Катя… Да ты что вообще себе позволя…? – хотела возмутиться она, но тут заметила три тени, появившиеся из-за неосвещенного угла, и замолкла на полуслове.

Все трое уверенным шагом направились к ним. Девушка хотела дернуться и убежать прочь, но ноги отчего-то не слушались… Они что, сейчас все вместе на нее набросятся?! Три парня, и все как-то слишком легко одеты… Они же не собираются приставать к ней?!

Надя хотела закричать, но не смогла – связки не слушались ее. Даже маленького хрипа не вышло из полуоткрытого рта. Парень улыбнулся. Ее ужас кажется ему забавным? Он что, действительно маньяк?

– Ну ты, блин, даешь, – услышала она одобрительный гогот, и самый толстый из трех парней подошел ближе. – Деньги после отдам. Ну ты, чувак, ваще…

Что? Меня продают в рабство? – паника забила Надю так, что ноги отказывались слушаться. Плохо освещенная картинка двора расплылась, и девушка почувствовала, как глаза наполняются слезами. Не время сейчас плакать, очнись, тряпка!

Покачнувшуюся девушку перехватили те же сильные руки и прижали к себе. Она снова открыла рот, чтобы возмутиться, но в ту же секунду ее ослепило что-то яркое, несколько раз что-то щелкнуло, потом послышался шорох из-за сугроба, и где-то рядом зажегся двигатель машины.

– Всем оставаться на своих местах, – прозвучал жесткий голос, и после этого Надю кинули в снег.

– А ну, стоять! – услышала она окрик, вокруг затопали тысячи ног, кто-то заорал: "Сюда", какой-то шорох подозрительно напоминал драку, а Надя все это время пыталась разлепить глаза.

Снег прилип к туши плотно, и чем больше она пыталась моргать, тем яростнее он лез в линзы. Пришлось снимать перчатку и протирать, уже не заботясь о внешнем виде.

Бок неприятно чувствовался, болел. Она потерла его и обозленно обернулась: где этот идиот?

Но все действие происходило не рядом, а на самом выходе из маленького дворика. Она не различала фигуры, все казалось темным, но потасовка все еще продолжалась, а рядом у дороги мигало чье-то авто, которого еще пару минут назад здесь точно не было…

– Что за черт? – выругалась она и сделала попытку встать.

Все-таки ударилась сильно. Подняться сразу ей не удалось, так что пришлось перевалиться на четвереньки и только оттуда встать.

– Бежать в другую сторону, – решила она и так быстро, насколько смогла, поковыляла в противоположном направлении.

Кто все эти люди и что от нее хотят – она не знала, но сердце билось как угорелое. Все время, пока она шла к клинике – оглядывалась, не бежит ли кто следом. Почему-то казалось, что парни не отстанут. Вся эта ситуация отдавала каким-то фантастическим сюром, было даже странно осознавать, что она оказалась в это замешана, но все равно оставалось ощущение страха. И не верилось, что она смогла унести ноги. Ведь ее держали в объятьях крепко – и, благодаря какой-то счастливой случайности, как будто нехотя отпустили.

***

Когда она брала направление в регистратуре, пальцы еще дрожали. Когда зашла в кабинет к гинекологу, тоже было не по себе. Но вот она наткнулась на строгое лицо врача и как-то все само собой утихло – и волнение, и беспокойство за свою жизнь, и нелепая надежда на беременность.

– Мне неприятно вас расстраивать, но нет, – в который раз сообщила доктор и снова выписала бады.

Теперь Надя окончательно расстроилась, но старалась не подавать вида – так учила воспитательница, которую Надя иногда про себя называла мамой. Негоже выставлять свои чувства наружу. Да, в этот раз у них снова не получилось, но есть же еще время… Будут еще попытки, она пропьет курс, и, возможно, в следующий раз повезет…

Она возвращалась домой в полной рассеянности, вспомнив о желании зайти в магазин только перед самым подъездом. Пришлось снова разворачиваться и идти к остановке. Проходя мимо парковки, она не узнала машину, которая снова мигала рядом, и только поскользнулась на очередном повороте.

Слава приехал в этот день позже обычного и был невероятно задумчив. Он беспрекословно съел нехитрый ужин из паровой индейки и овощного салата с тремя видами зеленых упругих листьев и только после привезенного из Бразилии чая пригласил Надю присесть.

***

– Что сказал врач?

– Опять нет, – призналась девушка, чувствуя неловкость, – но сказала, что после того, как я пропью курс…

– Тебе не кажется, что из нас вытаскивают деньги? – резко сказал, отставив кружку в сторону, Слава. – Ты уже год стараешься забеременеть, и весь этот год мы ходим по разным клиникам, а ведь это стоит денег! Сколько мы уже сменили?

– Четыре, – тихо ответила она, сворачивая кончик кофты в рулетик.

– Не могут четыре разных врача ошибаться. Это ты… мне дефектная попалась. Ты! – разозлился вконец муж и встал.

Надя молчала. Ей было горько и обидно одновременно, но что ответить – она не нашлась.

– Нужно подумать, – он посмотрел на нее сверху вниз с каким-то странным выражением, – действительно ли ты хочешь родить мне ребенка, а?

Это было неожиданно.

– Как ты мог такое подумать?! – хотела возразить остолбеневшая от возмущения девушка, но он уже ушел в кабинет.

Не успела. Тревожить мужа в кабинете, когда он работает – нельзя. Надя это хорошо знала- сразу после того, как в ее двухкомнатной квартире они поселились вместе, Слава объявил это правило занятого человека: "Мне нужно побыть одному, когда занимаюсь бизнес-проектами".

Что ж, она ему объяснит все в спальне. Хотя в спальне они почти не разговаривают – есть на это второе правило: "В спальне нужно заниматься любовью и говорить только по поводу любви". С одной стороны, их желание завести детей – это самое главное проявление любви, а вот с другой… Нужно же о враче побеседовать и о современных методах диагностики, а это уже к любви относится с большой натяжкой…

Девушка незаметно хотела погрызть ногти, но наткнулась на толстый слой шеллака и вздохнула: да, у нее теперь красивый маникюр, и она смотрится элегантной девушкой, когда идет с мужем по выходным в кафе, но… ее вредная привычка – она явно страдает вместе с хозяйкой. Нехорошо, но Надя мечтает взгрызться в податливый кончик ногтя и сломать его.

– Придумал, – Слава появился так внезапно, что девушка вздрогнула и чуть не задела локтем кружку на столе, – нам нужно развестись.

– Что?!! – хотела сказать она, но не смогла.

Эти слова, что он сейчас сказал… Это же шутка, так? Он же не всерьез решил уйти от нее? Боже, какой у него серьезный взгляд! Это все из-за врача? Она найдет самого лучшего, самого профессионального, только пусть не отворачивается от нее, пусть не бросает на нее такой жалостливый взгляд… Явно ждет ее реакции и читает по лицу…

– Из-за того, что?..– мямлит она.

– Вот, – что-то шлепается на стол, но она не обращает внимания, все еще пытаясь найти ответ в его лице.

Почему он такой хмурый? Он реально так решил? Но ведь у нее не окончательный диагноз, а отсрочка – ерунда, они всего-то вместе три года, и за это время, возможно, делали что-то неправильно. Но вдвоем они же могут изменить ситуацию. Вместе, ведь они хотят вместе завести детей…

Чем больше она вглядывалась в лицо мужа, тем мрачнее становился он сам.

– Не предполагал, что ты… можешь изменить, – тем временем выплюнул муж. – Как только хватило наглости?.. Дрянь!.. Вот же дрянь мне попалась! Я рад, что ты не беременна.

Он развернулся и ушел, громко хлопнув дверью кабинета.

Совершенно сбитая с толку, Надя медленно подняла фотографии со стола.

Блондинистые растрепанные волосы… И она, сжатая в страстных объятиях.

– Ничего не понимаю, – пошатнувшись, она поднялась из-за стола и, подобрав три снимка, постучалась в запертую дверь.

Ей не ответили.

– Как же глупо, – прошептала она, – это же ошибка! Слава! Это – ошибка! – со всей силы крикнула она в дверь, но ей снова никто не ответил.

Девушка подождала еще немного и в расстроенных чувствах пошла в спальню. Но и там она прождала зря. Впервые Слава не пришел ночевать. Он так же не вышел к завтраку и не взял с собой приготовленный сэндвич. Не смотря на то, что являлся директором и мог приходить в любое время или даже работать из дома,  он ежедневно уходил в восемь. Надя безрезультатно прождала его в коридоре пятнадцать минут, и только когда уже сама стала опаздывать на работу, все-таки ушла. По дороге к метро она упала на правую коленку, но, казалось, даже не заметила этого. Все ее мысли летали далеко от тела, сопровождали мужа, задавали ему немые вопросы, ждали помощи, извинений… хотя бы чего-нибудь.

Когда она оказалась перед порогом небольшой фирмы, почувствовала, как продрогла. Она пробежала по морозу пятнадцать минут от метро – к ним не ходил никакой транспорт, и девушка не сразу поняла, что забыла надеть пиджак.

Она зябко поежилась и с огромной неохотой потянула на себя тяжелую стеклянную дверь офиса. Сейчас ей хотелось чего угодно, но только не отвечать на чужие вопросы, не отвлекаться от своих грустных мыслей – ведь она не додумалась до ответа: что делать в такой непростой ситуации? Как доказать Славе, что она не виновата? Девушка не знала. И еще у нее было смутное ощущение, что ответ – где-то близко, стоит только протянуть руку. Да, он на поверхности, но она почему-то совсем не может схватить его.

– Наконец-то, – обрадовалась ее начальница, будто со вчерашнего Надиного ухода только и делала, что сидела в офисном кресле, сложив ручки, и ждала ее. – У нас новый сотрудник. Курьер. И бухгалтерия уже собрала кучу документов на три адреса. Так что по-быстренькому оформляй его и пусть едет. Слышала по телевизору, сегодня снова будет метель.

– Хорошо, – Надя привычным жестом включила компьютер и пододвинула ежедневник.

Посмотрела намеченные дела, нахмурилась, потому что вникать в новые поправки к закону ей абсолютно некогда, но нужно не забыть это сделать в течение дня –  начальница еще вчера спрашивала. Конечно, ей не хочется самой разгребать эти премудрости бюрократии, вот и поручила Наде. А ей… и без того кучу документов доделать надо.

– Здравствуйте, – прозвучал приятный мужской голос, и Оксана Ивановна привстала навстречу.

– Вот же кокетка, – не отрываясь от монитора подумала Надя и открыла список сотрудников.

Так, вроде бы ставка курьера была свободной совсем недолго – дня три. Неужели начальница сама расстаралась и поискала человека? Чего это с ней? Февральское солнце напекло?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.