Александр Алексеевич Богданов
Сирота

I

Убрали в огородах картофель, окончились полевые работы, и Сенька пошел в школу. Ну и школа же, – удивленье!.. Окна громадные, по стенам разные картины с птицами и зверями, а в углу стеклянный шкаф с мудреными вещами.

Пугливым мышонком Сенька проскользнул среди черных парт, чтоб быть незамеченным, и забился позади товарищей.

Пришел учитель и что-то спрашивал. Сенька не понимал, как отвечал. Слезы от страха застилали его глаза.

Вот учитель стал писать на доске крестики и палочки. Сенька смотрел затуманенными глазами и ничего не видел. Мел в руке учителя то поднимался, то опускался. Следя за ним, Сенька тоже поворачивал голову то кверху, то вниз.

Учитель говорил нараспев:

– Уу-ааа…

Сенька широко раскрывал рот, таращил глаза и слушал. То, что пел учитель, казалось ему непонятным и чудным.

Вот, размахивая желтой линейкой, учитель подошел к нему и положил руку на его плечо.

– Ууу-ааа!.. Повтори…

Сенька в страхе закрыл глаза.

– Ну, повтори же!.. – сказал учитель.

Сенька вздрогнул. Ему стало еще страшней. Он нагнул низко голову, словно желая спрятаться под стол.

– Ну, посмотри же на меня!.. – продолжал учитель и ласково взял его за подбородок.

Сенька съежился, плаксиво собрал в комочек нос, губы и глаза. Он ничего не соображал.

– Перестань же, глупый, плакать!..

Учитель улыбнулся и тихо коснулся его белых, как лен, волос.

Сенька принялся усердно вытирать грязными кулаками мокрое лицо.

Учитель пошел обратно к классной доске.

Сенька облегченно вздохнул; он был доволен, что его оставили в покое.

По окончании урока он одиноко просидел всю перемену на скамье. Школьники около шумели, тянули его за рукав и звали играть. Многие из ребятишек были соседями: Гришка Лягушонок, Ванюшка Гусиная Лапка, Тараска Брюхан. Но Сенька отказывался играть. Он боялся пошевельнуться, боялся даже втягивать ртом воздух, а когда кашлял, то потихоньку наклонялся под стол и закрывал рот ладонью, точно хотел схватить рукой кашель, чтоб он не разлетелся по классу.

Школьники постарше подбегали к нему несколько раз. Кто-то захватил в щепотку его волосы и потянул.

От боли он громко заплакал.

– Плакса!.. – сказал обидчик.

– Плакса!.. Плакса!.. – хором запели около него. Так эта кличка и осталась за ним.

II

Сенька был сирота, жил у дяди и привык к тому, что его всегда обижали, а заступиться за него было некому. Как-то раз даже теленок-лизун и тот обидел: обжевал новую рубаху. Вымыли ему к празднику красную кумачную рубаху, повесили на плетень сушить, а теленок подошел да весь подол и сжевал. Горько плакал Сенька.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.