Анна Дубинская
Плохиш для Апельсинки

1 глава

Тёма

Жарко, душно и смертельно скучно.

Я сидел в десятой аудитории своего университета и пытался ответить на три, казалось бы, легких вопроса.

На меня, в ожидании чуда, уставились три пары глаз. Преподаватели: по истории, по иностранному языку и по философии.

Пересдача. Третий раз. Комиссия. А у меня по-прежнему пустой лист.

Дело в том, что я абсолютно не мог запомнить все эти финансовые реформы и междоусобицы. Я не гуманитарий, да и вообще всегда учился, как повезет.

В школе программа была легче. Да и списать можно было. А здесь все серьезно и по-взрослому. Самое интересное, ведь я понимал, что если я не выучу эту дисциплину, меня просто отчислят, и все. Тем не менее, как ни старался садиться за учебники, меня всегда что-то отвлекало. Звонок друга или девушки или просто желание погулять.

Сегодня был последний шанс.

Лето. Жара. Все гуляют. Парни, наверное, отрабатывают мастерство брейка. А я тут парюсь и пытаюсь хоть что-то настрочить, чтобы не вылететь с универа.

Самое страшное было даже не то, что меня могли отчислить, а то, что отчим непременно отправит меня в деревню к моему родному отцу.

Меня уже отчисляли после первого семестра. В тот раз отчим сам ездил в университет, и каким-то волшебством меня взяли назад. Видимо, денег заплатил кому надо.

В тот день он был разъярён, как бык на арене, и я навсегда запомнил грубое предупреждение.

– Ты – мелкий засранец. Ты головой когда начнешь думать? Я кормлю тебя, бабки даю. Живи и радуйся мелкий. А ты? Вместо того чтобы учиться – шарахаешься хрен знает где, и лекции пропускаешь. Запомни раз и навсегда, если еще хоть раз ты вылетишь, я выставлю твои вещи за порог моего дома. Ясно? И где хочешь, живи, хоть к своему отцу поезжай – коров доить. Включай мозги танцор! Не маленький уже.

После той речи мы не разговаривали с ним целый месяц.

М-да. Перспектива у меня была не очень радужная.

Отчим был строгий, но все же любил маму, да и меня тоже. Просто так он пытался воспитать во мне нормального приличного человека. Сам он был предпринимателем и в свои сорок с хвостиком во многом преуспел. Жили мы хорошо в большой четырехкомнатной квартире и еще потихоньку строили свой дом за городом в частном секторе. Я купался как сыр в масле.

Мама была мягкой и никогда меня не ругала, а отчим держал в ежовых рукавицах. Но и денег давал всегда и даже возможность заработать. В летний период я часто подрабатывал у него на производстве грузчиком.

К родному отцу – алкоголику ехать совсем не хотелось, поэтому я в очередной раз напряг свои мозги в поисках правильного ответа.

– Ну что Артём, готов? Уже полтора часа прошло, – прозвучал сердитый голос Елены Степановны. Той самой, чей предмет я и пересдавал уже в третий раз.

Женщина была она строгая и придерживалась уж очень жестких правил. У нее даже было прозвище – Стальная.

– Готов, – твердо ответил я и поднялся с места.

Я сел на скамью напротив преподавателей и уставился на вопросы.

– Ну, послушаем молодой человек, – ехидно заметил Владимир Александрович.

Ну, я и начал. Рассказал все, что знал по теме. И чем дольше я повествовал, тем круглее были глаза у членов комиссии.

Елена Степановна постоянно тяжело вздыхала и качала головой, а Владимир Александрович часто кашлял в кулак. Единственная из них – Жанна Владиславовна сидела с непроницаемым лицом, будто ее мысли были где-то далеко, но не в этой аудитории.

Я понимал, что несу полнейший бред. Но не молчать же, в конце-то концов?

– Кхе, кхе. Достаточно, – остановил меня Саныч. Среди студентов его все так называли.

– Артём, можешь пока выйти и погулять минут двадцать, только листок свой оставь, – скрипучим голосом потребовала Елена Степановна.

– Хорошо.

Я забрал свои вещи и вышел с ощущением, что скоро надо собирать чемоданы, и да здравствует «Петушки». Я еду к вам.

Я сел на подоконник и достал телефон, чтобы следить за временем.

Блин, ну почему я такой оболтус? Твою за ногу. Ответа не последовало.

С самого детства я отличался особой неусидчивостью. Буквально с пеленок моими любимыми занятиями были: бегать, прыгать и скакать. С возрастом это не изменилось, а, наоборот, усилилось еще больше. В девять лет я случайно увидел, как на улице взрослые ребята крутились на голове и выполняли различные трюки под музыку. Тогда-то я и определился, чем хочу заниматься всю жизнь. Танцевать брейк-данс, как они, и выполнять сложнейшие трюки, поражая воображение публики.

Я вырос, и сейчас брейк стал неотъемлемой частью моей жизни. С пацанами мы занимались в клубе и тренировали молодёжь.

Наш клуб – "Движение жизни" был неофициальным, но очень популярным и довольно-таки крупным. Много ребят и девушек собирались у нас, чтобы научиться этому мастерству. У нас проходили батлы, конкурсы и простое обучение.

У моего лучшего друга Оскара папа владел собственным спортивным комплексом, и он разрешал нам бесплатно пользоваться одним из своих помещений.

В общем, жизнь моя никогда не стояла на месте, а забегала вперед. Я едва поспевал за ней. Но сейчас я начал понимать, что вот-вот все может рухнуть. Вся эта хорошая жизнь, тусовки, девчонки, тренировки – все улетит вместе с моей зачеткой в мусорное ведро.

Через двадцать минут бесполезного времяпровождения я вновь зашел в кабинет.

– Присядь, – скомандовал Саныч.

Я осторожно сел и успел взглянуть в глаза преподавателям.

– Ну что Чайковский, поздравляю! Скоро ты пополнишь ряды военнослужащих в армии, – с сарказмом произнес мужчина.

Я его шутки не разделил. Ведь пошутил он не удачно.

– Я уже служил, – коротко бросил я, отчего его мохнатые брови взлетели выше очков.

Я не врал. Ведь я не с первого раза поступил в университет. Отмазывать меня не стали, хоть у отчима и были приличные для этого связи. Он сам служил и считал, что в этом нет ничего зазорного, поэтому с осенним призывом меня забрали в ракетные войска.

В армии было нелегко первые полгода. Тогда я почти каждый день получал по лицу за свой дерзкий язык и упрямый характер. Но вскоре «дедушки» сдались и взяли меня к себе в компанию. Не сказать, что я потерял год жизни. Чему-то армия меня научила. Но я и не испытывал ностальгии по тем временам. И благодарил вселенную за то, что все прошло, и я больше туда не вернусь.

– Нус.… Значит на работу, – быстро нашелся с ответом Саныч, что-то подписывая в большом листе.

Женская половина комиссии молчала и с жалостью смотрела на меня. А в глазах Стальной я заметил брезгливость и безучастность. Как будто она только и ждала, что меня вышвырнут.

У нас с ней вообще была обоюдная неприязнь. Я просто терпеть ее не мог, а она часто называла меня бездарем.

– Не сдал? – угрюмо уточнил я.

– Нет, Тёма. Ты все что можно напутал. Все смешал. И по итогу – ноль без палочки, – пояснил Владимир Александрович.

– Ясно. Ну, всего доброго. Я, пожалуй, пойду, – кивнул я напоследок и поспешил покинуть аудиторию.

Шел я медленно и думал, что же делать дальше. Капец, я молодец.

Вдруг за спиной послышался глухой стук каблуков. Я обернулся. За мной быстро шел Саныч.

– Артём, постой, – позвал он меня.

– Что?

Он поравнялся со мной и начал разговор.

– Куда ты убежал? Мы еще не все сказали. Я вообще-то был на твоей стороне. Но ты же знаешь правила. И как сказала Елена Степановна, ты действительно ничего по теме не рассказал. Это очень печально.

– Да ладно. Я уже все понял, – попытался отмахнуться я. Еще его причитаний мне не хватало. Итак, сейчас дома наслушаюсь.

– Артём, ты не понял. Тебя пока не отчисляют. У тебя есть еще один шанс. Это то мы и хотели сказать, а ты сразу ласты в зубы.

– Дак вы же сами сказали в армию? – фыркнул я.

– Ну, пошутил немного,– улыбнулся мужчина.

Хм… Шутник блин.

– У тебя есть еще один шанс не вылететь с института! Но на этот раз действительно последний. Экзамен – слепой билет. Слыхал?

– Неа. А это как?

– Это когда тебе дадут всего один билет.

– Всего один? Дак это ж круто! – обрадовался я. – А вопросы?

– В том то и смысл. Ничего крутого. Это намного сложнее, чем обычный экзамен. Вопросы будут знать только члены комиссии. Составлять их будет Елена Степановна. Скажу тебе по секрету, она настроена серьёзно, и она – единственная была против нашего решения. Но я, как председатель, настоял на том, чтобы дать тебе еще один шанс. Но, не безвозмездно, конечно, сам понимаешь, – подмигнул мне Саныч.

– Что? Так. Чего-то я не понял ничего. То есть мне готовиться неизвестно к чему? И сколько я вам теперь должен?

– Ну, во-первых, известно. Просто учи все лекции. А во-вторых, денег, конечно, я не беру. Но есть у меня одно дельце для тебя, – Саныч снял очки и принялся их протирать маленькой тряпочкой.

– Какое еще дело? – спросил я.

– Да ничего сложного. Ты главное сперва сдай хотя бы на тройку, а там я все расскажу.

– Ну, хоть в двух словах скажите? – допытывался я.

– В лагерь поедешь. На три недели. Волонтером – вожатым. Все – иди. У меня тоже дел выше крыши, – он нацепил на нос свои очки, похлопал меня по плечу и пошел дальше.

Не успел я и рта открыть, как он скрылся в коридоре за поворотом.

И что это было? Меня че не отчисляют? Фига себе. Но что за лагерь? Я – вожатый? Куда я поеду? А… Разберусь потом. Главное – сейчас подумать, как сдать этот злополучный предмет.

Я довольный выскочил из здания родного университета и наткнулся на девчонок с потока.

Две близняшки: Инга и Лида и еще две девушки. Их имен я не знал. При виде меня они затихли и начали поправлять одежду, надеясь, что я обращу на одну из них внимание.

– Привет, красавицы! – я подошел к ним и встал в середину их круга.

– Привет, Тём, – поздоровалась одна из сестренок – худенькая брюнетка Лида, выпрямив свои маленькие плечи.

– Чего не на пляже? Погода вон какая, а вы тут? – пытался разговорить я девиц, смущенных моим вниманием.

– Ой, точно. Да мы обсуждаем, куда пойти вечером, – улыбнулась девушка, поправляя темные волосы.

– Приходите в «Дудки», я там буду, – подмигнул я ей. – Ладно, дамы, мне пора. Еще увидимся.

Я заметил Оскара на парковке рядом со своей машиной.

– Пока, – пока, – ответили барышни мне вслед.

Я подошел к другу, чувствуя пристальный женский взгляд на своей спине. Хм…. Эх девушки, девушки. Можете вздыхать дальше. Сердце Чайковского принадлежит только самому Чайковскому, и ни у кого не получится его завоевать. Даже таким красоткам как вы.

– Ну что, сердцеед, сдал? – спросил Оскар, пожимая мне руку.

Лучший друг Оскар Аристов очень часто называл меня сердцеедом. А все потому, что девчонки сами липли ко мне и навязывали свое общество. Наверное, каждая вторая в этом университете хот раз пыталась первая со мной заговорить. Особо смелые приглашали на свидания. А скромницы тайно вздыхали по мне. И да, у меня высокое самомнение. Есть грешок. Чего таить.

– Неа. Не сдал. Подкинешь до дома?

– Подкину. Только мне надо Женьку дождаться, – друг взглянул на ручные часы. – Она скоро выйдет.

– Да без проблем. Я теперь свободен как птица в небе, – улыбнулся я и надел солнечные очки. Облокотился о капот машины рядом с Оскаром.

– В смысле? Отчислили что ли? Насовсем? – удивился он.

– Да нет. Прикинь, мне еще один шанс дали.

– Ааа… То-то видно довольный слишком. Ха. А что это так? За какие такие заслуги тебе шанс дали?

– Саныч за меня словечко замолвил. А эта стерва – Степановна против была. Только я вопросов не знаю. Стальная типа вопросы сама придумает, и уже на самом экзамене меня перед фактом поставят. Я вообще не знаю, как я сдам. Треш полный. Но надо блин как-то попытаться.

– М-да. Ну, учи друг. Гугл тебе в помощь, – пошутил Оскар.

– Да уж. Надо лекции все у старосты взять. Всяко у нее есть.

– Да ты не сдашь. Можешь даже не париться, – с иронией поддел меня друг.

– Почему? – толкнул я его легко плечом.

– Тебя Стальная завалит. Хрен ты у нее сдашь. Можешь губу назад закатать.

– Это у нас взаимно. Посмотрим еще кто кого. Меня просто так не возьмешь! – решительно заявил я.

Мы замолчали. На улицу из здания вышли три девчонки. Какие-то зубрилки. Это был не мой формат, и я перевел взгляд на близняшек. На них смотреть было куда приятней. Стройные и симпатичные. Они бросали в нашу сторону кокетливые взгляды и смеялись.

– Да уж. Не завидую я ее дочке, – сказал вдруг Оскар.

– Какой дочке? – я засмотрелся на девушек и не понял, про что он говорит.

– Стальной. Какой ж еще? Вон, рыжая девчонка, – Оскар беспардонно показал на нее пальцем.

Я посмотрел в ту сторону. На лавочке, рядом с большим деревом устроились три студентки. Это были те ботанички, которые только что вышли. Полноватая брюнетка, худая высокая блондинка и средняя рыжая.

– Да ладно? Рыжая – это дочка Степановны? – спросил я.

– Ага. Прикинь. Сам недавно узнал. Она курсач Женьке делала.

– Ничего себе у нее волосы, – только и смог сказать я.

Я видел ее в стенах университета, но никогда не заострял на ней внимания. Девчонок итак хватало. Тем более рыжие мне не нравились априори.

Я еще раз посмотрел на девушек. Рыжая сидела вполоборота и тихо разговаривала с подругами. Выглядела она скромно и заурядно. Серо-белое платье свисало ниже колен бесформенным мешком. За ним было трудно угадать пропорции фигуры. Образ завершал большущий рюкзак на спине. Ну а что еще требовать от заучки? Единственное, что бросалось в глаза – это яркие медные волосы. Они были заплетены в длинную косу и интересно переливались в лучах летнего солнца.

– Да. Экземплярчик. Что она в рюкзаке то носит? Учеба же закончилась, – буркнул я, пытаясь сбить, вдруг вспыхнувший, интерес к рыжей.

– Не знаю. Она – ботаник, и этим все сказано, – заключил Оскар.

– А кстати, она че Рыжова что ли?

У Елены Степановны была фамилия – Рыжова, по логике и у дочки такая же.

– Хем. Ага. Получается что так. Нормально так природа прикольнулась. О. А вот и Женек мой.

Из другого корпуса вышла светленькая девушка. Она сразу нашла нас глазами и помахала рукой. Женя спустилась по лестнице и летящей походкой направилась к нам.

– Привет, Тём, – поздоровалась она со мной и прильнула к своему парню.

– Привет, – ответил я.

Они быстро поцеловались, и Женька запрыгнула на переднее сиденье.

– Я что сзади поеду? – возмутился я шутя.

– Конечно. Ириска не любит никому уступать свое место.

Ириской он ласково называл свою девушку.

– Садись, а то девчонки сейчас в тебе дыру проделают. Ха – ха,– засмеялся друг.

– И то правда.

Я одним глазом еще раз посмотрел на дочку Стальной. Одна из ее подруг изображала что-то наподобие танца, а рыжая сидела и смеялась, аккуратно прикрывая рот ладошкой. Такая зажатая и сдержанная. Ни капли лишней эмоции. Вся в маму.

– Ну, че застыл? – послышался голос Оскара из открытого окна. Друг уже успел сесть за руль.

– Не знаю, – я открыл заднюю дверь красного Хендая и запрыгнул в него.

2 глава

Лера

– Ну что, Рыжова, соглашайся! Хватит уже дома сидеть, пора расчехляться и выбираться из скорлупы серости.

Мы сидели около университета и наслаждались хорошим летним днем.

– Что делать? – я улыбнулась своей подруге Ане. Она любила выражаться метафорами и всякими пословицами.

– Гулять пора! Отрываться! Так понятней? На дворе лето! Сессия закончилась! Чем не повод отлично провести время?

Аню я любила и уважала как лучшую подругу. Она, в отличие от меня, обладала сильным характером и уверенностью в себе. Всегда шла напролом к своим целям, сметая все на своем пути. Такому подходу к жизни она пыталась научить и меня.

Мои подруги Аня и Варя уже целую неделю уговаривали меня пойти с ними в ночной клуб в честь успешного завершения первого курса. Ну а я, конечно, отпиралась, как могла. Меня просто не отпустит мама. Так что эти разговоры были для меня пустыми и уже порядком раздражающими. Ведь на самом деле, я и правда хотела пойти. Хоть одним глазком взглянуть на ночную жизнь и понять, что же такого там интересного может быть.

– Ань, тебе легко говорить. У тебя мама не такая строгая. Я бы с радостью девчонки, но вы же знаете, что мне не разрешат пойти, – в очередной раз отказалась я.

И я не врала. Моя мама была властная и бескомпромиссная. По ее мнению, клуб – это место разврата, пошлости и абсолютно бесполезного времяпрепровождения. До восемнадцати лет я даже и не заикалась о ночных заведениях. А потом, когда стала совершеннолетней, девчонки позвали отметить день рождения даже не в клуб, а просто в кафе-бар, но поздно вечером. Мама, конечно, меня не отпустила, и весь вечер читала мне нравоучения, о том, как это плохо, и что в таких местах делать нечего приличным людям. В тот день я поняла, что пока живу с родителями, эту тему лучше не поднимать вообще. Папа же, кстати, в отличие от мамы, не был таким жестким. Но он был постоянно на службе, и всем моим воспитанием занималась только мама.

– Ладно. Не переживай. Я кое-что придумала. Скажем теть Лене, что ты ночуешь сегодня у меня, и все! И дело в шляпе! – широко улыбнулась Аня.

– А что? Это крутая идея! – добавила Варя, – Я за!

– Ой, девчонки. Нет. Это невозможно! Думаешь, мама не позвонит твоей маме и не проверит?

– Конечно, позвонит, – спокойно сказала Аня, – Ну до двенадцати ночи мы действительно будем у меня.

– А потом?

– А потом мы спать будем. Ну, якобы. Маму свою я тоже попрошу, чтобы подтвердила.

– Нет, Ань. Я не могу так, не могу врать маме. Это неправильно, – устало вздохнула я. От ее идеи, если честно, у меня загорелась искра надежды. Но здравый смысл тут же сообщил, что это просто бред.

– Блин, Лер. Неправильно – это, когда тебя в девятнадцать лет держат взаперти и никуда не пускают! Ты уже взрослый человек! Ты что, до пенсии будешь маму слушаться? Я против Елены Степановны ничего не имею. Но… Капец Лер. Ты так в девках останешься! Пошли! Давай, решайся уже! Хоть раз сделай по-своему, как ты хочешь, а не как мама сказала.

– Да Лер. Мы прикроем тебя. Скажем, что типа девичник, и все такое. Давай! Ты ничего не потеряешь! – добавила свои аргументы Варя. – И хватит уже на этого ловеласа смотреть, я все вижу!

Я вспыхнула краской. Да что всем так заметно, что ли? Я всего лишь мельком посмотрела на него.

– Да, Лер. Хватит по нему сохнуть. Может, кого в клубе себе найдешь и забудешь этого пижона, – поддержала Варю Анечка.

Эх, девчонки. Как вам объяснить, что я никогда его не забуду. Эта как болезнь уже. Он сидит во мне так глубоко, что никакие другие мне не нужны и не интересны.

Артём Чайковский. Моя любовь. Моя боль. Моя страсть. Мое слабое место. Ахиллесова пята. Да как не назови мое чувство, смысл от этого не изменится.

Когда я увидела его впервые, меня словно током ударило. Первое сентября. Начало учебного года. Я стояла с мамой около главного корпуса института и выслушивала ее очередную поучительную речь.

Мне предстояло учиться на педагогическом факультете; и мама рассказывала все нюансы данной специализации. Хоть мы это уже не раз с ней обсуждали.

Тогда я еще не была знакома с Аней и Варей и чувствовала волнение. Я больше разглядывала студентов, что толпились кучками и бегали туда-сюда, чем слушала маму.

Вдруг, откуда ни возьмись, появились два парня с музыкой и начали прямо перед парадным входом танцевать. Темноволосый парень мне сразу бросился в глаза. Он ловко скинул черный пиджак и остался в одной белой борцовке и джинсах. Мое сердце подскочило в груди. Рельефные загорелые руки и довольно широкие плечи просто свели меня с ума. Я, как завороженная, смотрела на его отточенные движения. Лицо я видела мельком, так как стояли мы далеко, а парень двигался так быстро, что я не успевала разглядеть его.

– Валерия? Ау? Ты куда смотришь? – сквозь грохот собственного сердца услышала я мамин вопрос.

– А?

– Ты хоть слышала, что я тебе только что сказала? Господи, ты меня удивляешь! – недовольно вскрикнула мама.

– Что, мам? Смотри, парни танцуют. Классно да?

– Вижу. Сейчас разберусь, что они здесь за цирк устроили. Каламбур, а не институт.

И мама пошла прямо в толпу зевак, которые уже успели окружить парней со всех сторон.

Вот так я и влюбилась в него. Я не знала, как его зовут, на каком курсе он учится, и учится ли вообще. Но в одном я была уверенна точно, я по уши влипла.

Позже оказалось, что он тоже первокурсник, только учились мы на разных факультетах. Он был на экономическом.

Целый год я смотрела на него и в глубине души грезила, что однажды он обратит на меня внимание. Но все было напрасно. Я для него просто не существовала. Артём стал любимчиком многих девчонок нашего университета, и ему, конечно, было не до меня. Вот так я и жила до сих пор, сгорая от безответной любви. В то время как Артём менял девчонок как перчатки.

– Да я не смотрю, – ответила я, вынырнув из своих воспоминаний.

– Так, Лерчик. Ты идешь, или нет? Ты сама то хочешь? – не унималась Аня.

– Хочу, – как-то неуверенно и тихо ответила я.

– Так. Вооот. Это уже лучше. План такой. Сейчас все вместе едем к тебе домой и отпрашиваемся ко мне. Маму свою я предупрежу. Ну и все! А ночью тынцы-дрынцы.

– Господи. Я боюсь. А если не опустит?

– Ну не отпустит, значит, не пойдем. Но за спрос денег не берут.

– Хорошо, – все-таки согласилась я. – Ваша взяла!

– Ура! – Анюта вскочила со скамейки и радостно завиляла бедрами. Мы с Варей не удержались и засмеялись на свою неугомонную подругу.

Мы с девчонками посидели еще немного, обдумывая наш план подетально. Потом прогулялись по центру, зашли в пиццерию, а ближе к вечеру поехали ко мне осуществлять задуманное.

Подруги часто у меня гостили, поэтому, когда мы втроем оказались на пороге моего дома, мама не удивилась.

Мы для конспирации посидели немного у меня в комнате и просто разговаривали. А потом пришло время действовать.

– Ну что, готовы? – вполголоса спросила Аня, – Все запомнили?

– Ага. – покивали мы с Варей.

– Тогда зови.

Я пошла звать маму в свою комнату. Ну, точнее, по плану я должна была сначала попросить ее наедине, а потом, если она будет категорически против, подключать подруг.

Я спокойно зашла в гостиную, оглядывая привычный интерьер. Все в светлых выдержанных тонах. Никаких лишних деталей, например сувениров или открыток. Везде царил идеальный порядок.

Мама была педантичным человеком. Во всем она любила соблюдать правила и жила по режиму. При этом всём, у нее были какие-то устаревшие взгляды на жизнь. Все это непременно отражалось на мне.

– Чего делаешь мам? – я присела к ней на диван.

Перед ней лежала древняя потёртая книга. Кстати, у нас дома была целая библиотека этих книг. И они занимали очень много места. Я всегда удивлялась, зачем хранить этот хлам, если сейчас можно все читать в электронном виде на планшете. Очень удобно. Но маме, конечно, я об этом не говорила.

– Читаю. Вот нашла старое издание по Второй Мировой войне.

– Ааа.… И как? Интересно?

– Да. Очень. И тебе советую почитать. Узнаешь много нового.

– Хорошо, как-нибудь почитаю. Мам, а можно мне к Ане сегодня пойти?

– Конечно можно. А почему ты спрашиваешь? Я же не запрещаю.

– С ночёвкой, – закончила я предложение и с надеждой посмотрела на мамину реакцию.

– С ночевкой? А зачем? – мама даже книгу отложила в строну и подозрительно взглянула на меня.

– Ну, у нас девичник будет. И Варя тоже с нами поедет. Мы фильм хотим посмотреть, поболтать. Все-таки каникулы.

– Ммм.… А мама у нее как к этому отнесётся? Разрешит?

– Да. Она уже разрешила. Ну, можно мамуль?

– Господи, идите. Только что вы там делать будете, я все равно не понимаю! – заворчала мама недовольно, – Выпивать что ли? Как это сейчас модно – вечеринка?

– Да нет, ты что? Какое выпивать! Фу. Мы же не такие. Мы не пьем с девчонками. И никакая не вечеринка, а просто так – дружеские посиделки.

– Ну, хорошо. А родители у Ани дома будут?

– Да.

– Ладно, идите. Только, чтоб утром дома была. Хорошо?

– Спасибо, мамуль! – я чмокнула ее в щеку и побежала к девчонкам.

– Ну что? – спросил они, как только я открыла дверь своей комнаты.

– Разрешила, – шёпотом ответила я, улыбаясь во весь рот.

– Да ладно! Так легко? – удивилась Аня.

Я прошла в комнату и плотно закрыла дверь.

– Тшшш, – я показала на дверь, намекая на то, что мама может услышать наш разговор.

– Чего-то это не к добру! – тихо сказала Варя.

– Как это не к добру? В смысле? – не поняла я подруг.

– Нуу.… Не знаю как-то это подозрительно. На твою маму не похоже, – Варя постучала пальцами по краю стола.

– Да все нормально. Надеюсь… Может мама поняла, что я уже не ребенок. Ну, она, конечно, спросила про твоих родителей, – сказала я Ане, – скорее всего, звонить будет. Так что…

– Не бойся, – улыбнулась подруга. – Все окей будет. Ну что собираемся?

– Да. Ой, девчонки, а что мне надеть? У меня ничего и нет для клуба.

Мы продолжали разговаривать вполголоса.

– А платье какое-нибудь? У тебя красное было.

– Только не оно. Вдруг мама заметит, что его нет на месте. Сразу поймет, что к чему. Нет. Надо что-то другое. Но вот что?

– Да бери брюки и блузку. Тебе все идет. Ты у нас, итак, красотка, – сделала мне комплимент Варя.

– А может джинсы?

– Джинсы летом? – удивилась Анютка. – Нет. Давай чего-то полегче.

Я выбрала белую классическую блузку и черные брюки. Взяла косметику и все необходимое для ночевки.

– Ну что? Я готова. Пошли?

– Пойдем.

Мы вышли в прихожую и стали одеваться. На ноги я надела простые бежевые балетки, туфли, конечно, я взять тоже не могла. Ну ладно, надеюсь, и так сойдет. К нам вышла мама и немного поговорила с девчонками. Когда мы наконец-то оказались на улице, радости моей не было предела.

Я иду сегодня в клуб! Ю-ху! Даже не верилось. Адреналин бушевал в крови, и от этого было еще интересней. Немного скребли кошки на душе, что пришлось соврать маме. Но обещая себе, что это будет первый и последний раз, я быстро отмела это чувство и решила просто наслаждаться свободой.

У Ани посидели хорошо. Семья у нее была очень дружная и сплоченная. Мы поужинали все вместе, а потом пошли собираться на дискотеку.

Нина Сергеевна – мама Ани согласилась нам помочь, но была удивлена, что моя мама меня никуда не отпускает. И сказала, что запретный плод всегда сладок, и если запрещать, то захочется еще больше. Поэтому согласилась нам подыграть, но тоже с маленьким условием. Что придем мы не позже трех ночи. Чтобы потом смогли немного поспать.

Часов в десять вечера мне позвонила мама и спросила, как дела, и все ли у нас в порядке. Разговор был короткий, и после него я успокоилась. Теперь мама точно не позвонит. Она мне все же доверяла, ведь раньше я никогда ей не врала, и у нее не было поводов усомниться во мне.

Включив негромко музыку и вооружившись плойками и косметикой, мы начали собираться.

Я чувствовала себя настоящей золушкой, только в современном исполнении. А девчонки были точно две крестные феи. Они советовали, чем лучше подвести глаза и как заплести волосы.

– Ну как я вам? – спросила я у подруг, через некоторое время, представ в завершённом образе.

– Хм, – Аня оглядела меня и нахмурила брови. – Что-то не то! Как училка!

– Ага. Тебе еще указки не хватает, – присоединилась к критике Варя.

– Вы шутите? – обиделась я.

Ведь я, наверное, целый час крутилась возле зеркала, и теперь им не нравится?

– Да нет, Лер. Тут не до шуток. Снимай штаны, сейчас я тебе юбку дам, – на полном серьезе заявила Аня и полезла в шкаф перерывать свою одежду.

– Да где ж она? О. Нашла, – Аня протянула мне ярко-желтую короткую юбку из блестящей ткани.

– Надевай, – твердо сказала она.

– Это? Дак я ж не влезу в нее. Да и короткая она. Я не пойду в таком наряде.

– Так, Рыжова! Мы в клуб идем или в консерваторию? – Аня подбоченилась.

– Да, Лер. Померяй хоть, может, подойдет? – Варя взяла юбку у Ани и начала крутить ее в руках, – Классная. Я бы сама такую надела. Давай мерий уже.

Юбка желтой искрой прилетела прямо мне в руки.

– Тц… Не знаю я. Ну померию так и быть, – я нехотя сняла брюки и надела юбку.

Аня была худее меня и молния еле-еле на мне сошлась.

– Воот. Другое дело! – Аня была довольна.

– Нет. Девчонки. Я так не пойду. Я просто порву ее, – я взглянула в зеркало.

Юбка, как вторая кожа, облепила мои бедра. Но смотрелось неплохо, особенно с летящей свободной блузкой.

– Круто! Секси-шмекси! – восхищенно прокомментировала Варя, которая сама, кстати, была одета в простое черное платье.

– А не сильно коротко? Чего-то уж слишком… – сомневалась я.

– В самый раз. Только не наклоняйся и не садись, – дала мне совет Аня.

– А что мне делать тогда? Стоять как статуя?

– Танцевать, конечно!

– Слушай-ка, нет. Круто очень. Хочешь, я тебе даже ее подарю. Все равно она мне велика. Я тебе еще браслет дам.

– Только не говори, что желтый?

– Нет. Белый с камушками. Красивый. С моря привезла, – Аня поискала в шкатулке браслет и дала его мне.

– Вот. Браслет красивый. Спасибо. А сама чего его не надеваешь?

– Да мне он не к чему будет. А тебе самый самолет!

Я посмотрела на Аню. Она была в темно-зеленых шортах и черной майке на бретельках. Выглядела она очень раскованно и ни капли не стеснялась своего вида.

– Ой, девочки, не сильно вульгарно? – я бросила тревожный взгляд в зеркало, все еще сомневаясь в нормальности своего наряда.

– Вульгарно было бы, если бы ты надела туфли. А так с балетками будет хорошо, – успокоила меня Варя.

– Так, девчули. Я такси вызываю. Все решено. Пойдем так. Мы красотки. Лера – тебе очень идет. Не тушуйся. Все будет супер, – с полной уверенностью заверила Аня и набрала на телефоне номер.

Через минут пятнадцать приехала машина, и мы помчались в клуб.

3 глава

Тёма

Я был в клубе, но, наверное, впервые за несколько лет я не спешил наверх, туда, где море девчонок, готовых только за одну мою улыбку, подарить всю себя.

Даже Хаус биты нового ди-джея меня не могли заманить на второй этаж, где и находилась танцплощадка.

Я встретил школьных друзей внизу. Они играли в боулинг, и я, не раздумывая ни минуты, присоединился к ним. Мы сыграли уже два раунда, а время медленно приближалось к полуночи.

Сегодня был необычный день. Меня чуть не вышвырнули, потом загадочным образом дали еще один шанс. И ведь только к вечеру я действительно понял серьезность всего происходящего, и что я просто не могу все это профинтить. Так не должно быть.

Сегодня после тренировки я сел за ноутбук в целях поучить историю. По привычке залез на почту и обнаружил очень интересное и содержательное письмо. А именно, приглашение на всероссийский фестиваль брейк-данса. Он должен состояться двадцать восьмого августа в Москве. Я просто обязан там быть. Я – буду не я, если не приму в этом участие. Теперь мне просто жизненно важно сохранить место в институте. Поэтому я и не хотел сегодня идти в клуб. Но, просидев до одиннадцати вечера за лекциями, я понял, что с меня хватит, и приехал сюда.

– Ну что Тёмыч, будешь еще разок? – спросил меня Сашка Михин.

– Нет, пацаны. Я скоро домой. Давайте без меня.

Я пожал ребятам руки и пошел наверх посмотреть, что там происходит и заодно попрощаться с Оскаром. Зря, что ли я за вход платил?

Народу была тьма. Друга в этой банке с килькой найти было нереально. Я еле протиснулся сквозь танцующих девчонок к бару и заказал минералки. Постоял минуты три и пошел вниз.

Нужно вызвать такси.

Я прошел боулинг, зону бильярда и оказался в довольно тихом месте, прекрасно подходящем, чтобы позвонить. Достал из кармана джинс телефон и уже хотел набрать знакомые цифры, как вдруг услышал где-то совсем рядом, справа от меня, грубый мужской бас.

– Ну че ты как целка ломаешься?

– Отпусти, – тихий женский писк. – Я буду кричать.

Я повернул голову в сторону голосов и от шока чуть не уронил смартфон. У меня чего глюки? Да нет, я даже не пил.

Неподалеку от меня стояли скамейки. Они были прикрыты прозрачными синими шторами. Типа места отдыха или перекура.

На одной из них сидела Рыжая – дочка Стальной. Нет, я не ошибся – это была точно она. Ее волосы я бы не перепутал ни с чем. В полумраке они казались почти красными. Над ней навис бритоголовый бугай. Он держал ее за руку, а она боялась даже пошевелиться. Меня они не видели. Я был отгорожен такой же воздушной тканью.

– Да что ты сделаешь цыпочка? Соглашайся! У меня уже стоит, – грубо сказал он ей.

Е…твою мать.… Да он же сейчас ее прямо здесь разденет. Девушка побледнела, на ее щеке блеснула слеза.

Я, не раздумывая ни минуты, вышел из-за своего укрытия и решительно подошел к ним. Схватил его за предплечье и сильно сжал. Ему точно стало больно.

Он был крепче и выше меня, но скорее всего, просто перекаченный. Я знал, что физически я сильнее, или как минимум, такой же, как он. Но, чтобы не драться, я придумал маленькую хитрость, которая должна была сработать.

– Руки убрал от моей девушки, – громко и четко крикнул ему в самое ухо.

Бугай словно очнулся ото сна, встряхнул головой и посмотрел на меня.

– Что? Какого хрена? Она твоя телка? – удивился он в ответ.

Кажется, сработало. Из-за нее он не станет расплескивать свои силы. Выглядел он злым, но в глазах мелькнуло что-то еще. Страх? Он как будто отрезвел.

– Да. Поэтому оставь ее, – грубо сказал я, все еще крепко держа его за руку.

Рыжая сидела тихо, как мышка, и вжалась в спинку скамьи.

Лысый отпустил ее руку и плюнул прямо на пол.

– Тьфу, ты. А че сразу не сказала что с парнем? – обратился сначала он к ней. – Слышь, я без базара. Сорян. Я не знал, – он стряхнул мою руку и сделал два шага назад.

– Бывает, – спокойнее ответил я, вставая спиной к Рыжей и закрывая ее от лысого.

Он еще раз извинился и, покачиваясь, ушел.

Когда он скрылся за поворотом, я повернулся к девушке.

– Ты как тут оказалась? – первый спросил я, окидывая ее взглядом.

Рыжая объемная коса, пухлые губки, тонкая белая шея, покрытая множеством бежевых пятнышек. Она оказалась красивой. Даже очень. Впервые я видел ее так близко. Глаза светлые, но при тусклом освещении цвет было не разобрать.

Я опустил взор ниже и остановился на груди. Она, то поднималась, то опускалась при дыхании и говорила о размере втором или может третьем. Я скользнул еще ниже и сильно удивился, увидев ультра короткую юбку. Теперь понятно, почему у лысого встал. Тут надо быть слепым, чтобы не заметить, что девчонка сексуальна.

– Я? Я… Девчонки пошли танцевать, а я устала и села на диванчик. А ко мне этот пристал. Я от него хотела уйти, спрятаться, а он пошел за мной и тут зажал. Вот, – все это говорила она заикаясь. Ее руки тряслись, и было видно, что она сильно напугана.

– Ясно. Как тебя зовут?

– Лера… Валерия. Спасибо тебе, – уже громче произнесла она и наконец, задержала на мне свой взгляд.

– Меня можешь не бояться. Мы с тобой в одном универе учимся, – сообщил я ей.

– Я знаю, – тихо пробормотала девушка.

Я отвернулся. Почему-то сильно захотелось курить. Хоть я и бросил два года назад. Неучто так сильно переживал за нее? Да я ее не знаю совсем. Просто нервы уже сдают.

– Лер, шла бы ты домой, – обратился я вновь к ней. – А то в таком виде к тебе еще не раз пристанут.

Мне захотелось поскорее уехать. Этот гребаный день уже порядком начал поднадоедать. Но и ее я по какой-то причине здесь оставить не мог.

– Я и хотела. Только девчонок надо найти, – грустно ответила она.

– Позвони и спроси где они, а я провожу тебя до них, – не глядя на нее сказал.

Провожу и домой.

– Эээ. Спасибо, – непонятно за что поблагодарила она меня.

Она достала из маленькой сумки телефон и позвонила подруге.

– Они за столиком сидят, – сообщила она мне, завершив разговор.

– Пошли, – я протянул ей руку, и она тут же положила в нее свою ладошку. Рука у нее была прохладная, а сама кожа – нежная на ощупь.

Я повел ее наверх, а она молча следовала за мной. Мы быстро нашли нужный столик, и я без церемоний подвел ее к нему.

Подруги ее уставились на меня, как на картину Ван Гога. Я больше ничего не сказал. Просто развернулся и ушел.

Вышел на улицу и там вызвал такси. Пока ждал, мысли непроизвольно возвращались к Рыжей. Я вспомнил ее лицо. А все-таки чертовка она, хоть и прикрывается в институте балахонами. Я улыбнулся. Я спас ее. Конечно, громко сказано, но все же. Неизвестно чем бы для нее закончилась эта ночь, если б я не вмешался.

М-да. Даже не верится, что эта дочка Стальной. Так. Стоп! Дочка Стальной?

Я развернулся и, с сияющей улыбкой, зашел обратно в клуб. Такси подождет.

Пока преодолевал расстояние до Рыжей, шестеренки в моей голове крутились со скоростью света, и все яснее вырисовывалась картинка, которая уж очень мне нравилась. Кажется, я знаю, как сдать этот проклятый экзамен.

Девчонки сидели за тем же столом и разговаривали. Точнее, судя по всему, говорила Лера, а подруги внимательно ее слушали.

Я немного постоял в стороне и понаблюдал за ними, обдумывая предстоящий разговор.

Ну, все. Пора. Я уверенно подошел к диванчику и посмотрел на Леру.

– Ээм. Лер, можно тебя на минутку? – и улыбнулся своей фирменной улыбочкой.

– Можно, – Лера встала и тоже улыбнулась. – Девчонки, я сейчас.

– Ага, – Давай, – ответили они.

Я бросил короткий взгляд на блондинку. Она прищурила глаза и недовольно поджала губы. Хм. Значит, я ей не нравлюсь, и переживает за свою подругу. Надо иметь в виду.

Лера уже стояла около меня и ждала моего вопроса. Я кивком головы показал, что надо отойти в сторону, и она послушно пошла за мной. Я облокотился плечом о стенку и посмотрел на нее.

– Апельсинка, с тебя должок! – я наклонился к ней поближе, чтоб она услышала меня. Все-таки музыка долбила круто. Я не знал ее характера, поэтому решил начать с шутки. Конечно, я не стал бы требовать от нее отрабатывать как-то за то, что я ей помог.

– Кто? Почему Апельсинка? – проигнорировала она вторую часть предложения.

– Ты рыжая, как апельсин. Тебе никто не говорил раньше?

Капец, что я несу? Мозги вообще атрофировались после этих лекций.

– Ну, знаешь ли, – она на миг отвернулась и тоже прислонилась к стене. Кажется, она обиделась, ее недавняя улыбка быстро померкла. – Никто. Ты первый, – вновь взглянула на меня сердито.

– Ладно. Не обижайся, – я дернул ее за косичку. – Мне на самом деле помощь нужна!

От моей беспардонности Лера даже не сразу ответила. Просто смотрела в мои глаза и что-то в них искала. Может подвох?

А мне понравилось новое прозвище. Звучит гораздо лучше, чем Рыжая.

– Помощь? Какая? – спросила она тихо, но я смог прочитать по губам.

– Ну, в общем, – я не знал, как выразить то, что я от нее хотел в двух словах.

– В общем? Что?

– Ты мне должна помочь сдать один экзамен. Очень, очень. Без тебя я не справлюсь.

– Я? А почему я?

– Лер, я ничего не слышу, – я подошел к ней еще ближе и уловил мягкий сладкий аромат ее духов.

– Я тоже, – крикнула она.

– Лер, а давай завтра встретимся, и я все расскажу. Сможешь?

Ее милое лицо на секунду замерло, и на красивых губах появилась легкая тень улыбки.

– Ну. Думаю, да. Во сколько? – спросила она.

– Давай в центральном парке на аллее часа в два. Придешь?

– Хорошо, – быстро ответила она.

– И все? Так просто? – я был немного удивлен, что она так легко согласилась. Она же меня, по сути, не знает.

– Ты же сам сказал – должок, – бросила короткий взгляд из под длинных ресниц и отвернулась.

– Я пошутил. Но ты все равно завтра приходи. От тебя зависит моя жизнь!

– Прям-таки жизнь? – недоверчиво покачала она головой и усмехнулась, снова посмотрев на меня.

– Ну да.

К нам незаметно подошли ее подруги и прервали нашу беседу.

– Лер, такси уже приехало. Ты идешь? – это была блондинка.

Она сканером изучала меня. Но я легко выдержал ее взгляд и даже подмигнул ей. От чего она закатила глаза и тяжело вздохнула.

– Конечно, пойду. Пока, Тём, – сказала она и пошла за подругами, которые ее буквально тащили на выход.

– До скорого Апельсинка, – крикнул я ей, не сомневаясь, что она услышала.

Когда Лера скрылась из виду, я осознал сразу две вещи: во-первых, мне очень понравился ее вид сзади, а во-вторых, Лера откуда-то узнала, мое имя. Ведь помнится, я не представлялся ей. Ну, окей. Завтра все узнаю. Надеюсь, она мне поможет.

После разговора с Лерой настроение мое поднялось, и я решил остаться еще ненадолго. До пересдачи еще две недели впереди. Можно сделать вид, что все под моим контролем, и насладиться женским вниманием. Как раз в поле моего зрения попались близняшки с университета. Ооо… Вот это вкусняшки. Пришли ради меня, или просто совпадение?

Я расслабленно, слегка пританцовывая, присоединился к ним, намереваясь с одной из них провести нескучную ночь.

– Вау! Чтоб я так жил! – восторженно похвалил сестренок.

Девчонки расцвели от комплимента и стали еще ритмичнее извиваться под популярный трек, дразня своими идеальными формами.

Я оглядел их короткие платьишки и невольно сравнил их с Апельсинкой. Девчонки были стройными, но у Рыженькой фигура все-таки была притягательней. Такая женственная и манящая.

Тьфу. Какая может быть сейчас Рыжая? Нужно выкинуть ее из головы.

– Привет, – поздоровалась Лида.

Или это Инга? А какая разница? Они обе хороши.

– Привет! – улыбнулся я.

С девушками у меня были особые отношения. Очень теплые, дружеские и интимные. А что еще можно желать в двадцать лет? Я реально не считал, что в таком возрасте может быть какая-то прям настоящая любовь. Так, может только симпатия и стояк. Повстречались месяцок и то хорошо. А большего мне и не надо. Почему-то девчонки быстро надоедали, а может я пока не встретил ту, с которой хотел бы более продолжительных и серьезных отношений.

Мы танцевали долго, а под утро я уехал, как и планировалось не один. Брюнетка Лида сама предложила уединиться в более тихом месте, и мы поехали ко мне.

Предки относились довольно спокойно к наличию женских туфель поутру в прихожей. Дядя Игорь вообще делал вид, что ничего не видит. А мама иногда спрашивала, как зовут очередную пассию, и когда же я, наконец, остановлюсь и определюсь с выбором.

Конечно, я никогда не знакомил своих девушек с родителями. И на утро они всегда незаметно ускользали из моего дома.

Лида проснулась рано утром и разбудила меня, сказав, что ей пора домой. Я вызвал ей такси и дал денег на дорогу. Пообещав, что скоро позвоню, проводил девушку, а сам лег спать.

4 глава

Лера

Мы сидели на кухне у Ани, пили кофе и вспоминали вчерашнюю дискотеку. Родители у подруги уехали, поэтому мы не переживали и спокойно все обсудили.

Сначала смеялись, потом грустили.

– Ой, девчонки. Никогда не забуду этот день, – подытожила я.

– И я, – согласилась со мной Анечка.

– Да уж. Все было супер до того, как это лысый не появился, – усмехнулась Варя.

– Все, все девчонки, – замахала я руками, – больше его не вспоминаем. Слава богу, все обошлось.

– Ага. Чего делать будем? – спросила Варя, лениво потягиваясь.

Легли мы поздно, поэтому сегодня то и дело зевали за столом.

– Мне сначала нужно домой, а потом я встречаюсь с Артёмом! – я мечтательно закрыла глаза.

Вчера, когда увидела его, я, как ни странно, не растерялась. Наверное, страх, который я испытала, перекрыл всю мою робость, и я смогла нормально поговорить с парнем. Оказывается, это не так страшно – вот так просто стоять и болтать с тем, кого любишь. Тем более, когда он об этом даже не подозревает. Я была очень удивлена, что он меня узнал. Возможно я не такая уж и неприметная?

Он говорил о каком-то экзамене и о помощи. Естественно, я согласилась. Ведь это был мой шанс познакомиться с ним поближе и получше узнать его.

– Лерка, ты поосторожней с ним. Что-то он затеял. Не нравится мне все это, – стала отговаривать меня Аня.

Ей не понравилось, что вчера я сблизилась с Артёмом. Хоть парень меня и спас, она все равно считала его недостойным и плохим молодым человеком.

– Да ничего он не затеял! Он мне прямо сказал, что нужна моя помощь. Вот и все! Ничего тут криминального не вижу, – защищала я его.

Мы никогда не ругались с подругами, и даже намека не было. А сейчас с появлением Тёмы в моей жизни, я ощущала какой-то разлад в нашей дружбе. И сердцем чувствовала, что это только начало. Чем больше я буду уделять ему внимания, тем сильнее девчонки будут отдаляться от меня. Мне этого не хотелось.

– Тоже мне – спасатель нашелся, – буркнула Аня и встала с дивана, чтобы убрать пустые чашки. – А почему именно ты должна ему помочь?

– Я не знаю. Наверно, потому, что я отличница.

– А ему-то, откуда это знать? – спросила Аня.

Я задумалась. Действительно откуда?

– Хм.…Откуда, откуда? От верблюда! Меня больше интересует другое. А вдруг он в постель тебя затащит? – встрепенулась Варя, нахмурившись.

Я удивленно посмотрела на нее и, кажется, немного покраснела. Такие темы мы обсуждали и не раз, но представив на секунду, что я могу оказаться в объятьях Тёмы, мне стало непривычно жарко.

– Ой, Варь, – отмахнулась я, улыбнувшись. – И что? Сами же хотели, чтоб я в девках не сидела.

– Как это что? Анька, нашу Леру подменили. Это так на тебя клуб повлиял, что ты за один день все свои взгляды на жизнь поменяла?

– Да, Лер. Не с ним же? – Аня скрестила руки перед собой.

– Почему? Чем он плох? – не унималась я.

– Да всем. Он поматросит и бросит. И сердце разобьет. Оно тебе надо? Лер, ты вроде умная девчонка, а такую простую истину понять не можешь,– проворчала сердито Варя.

– Ух! Чего вы завелись то так? Ничего я не изменилась! Какая пастель? Я может вообще ему не нравлюсь? И если я его люблю, это ж не значит, что я сразу отдамся ему?

– Ладно, Лер, – смягчилась Аня. – Ты уже большая и сама решай. Только будь аккуратней. Я тебя умоляю. Я ему не верю. Мутный он.

– Хорошо Анют, не переживай. Все будет хорошо. Ой, сама не верю, что встречусь с ним.

Все-таки я не могла держать свои эмоции при себе. Меня прямо распирало от счастья и волнения. Целый год я мелькала перед ним, но все было безуспешно. А сейчас он сам пригласил меня на встречу. Конечно, я понимала, что это не свидание. Но уже то, что я буду с ним общаться, поднимало меня выше небес, и я ну просто не могла сдержать улыбку на своих губах.

– И все же Лер. Чем он тебя так зацепил? – спросила Варя. – Ведь ты его характера не знаешь? Может он вовсе не такой, каким ты себе его представляешь?

– Не знаю девчонки. Влюбилась и все. Не могу ничего с этим поделать. Я знаю, что он не идеален, но в то же время меня тенят к нему. Ну не могу объяснить. Хочется быть рядом с ним. Хочется, чтоб он обнял и поцеловал…

– Фу. Лерка, это уже диагноз, – поддела меня Аня.

У Вари зазвонил телефон, и она вышла из кухни.

Я не могла понять, почему подруги так были против. Неужели от зависти? Варя и Аня не с кем не встречались и вроде даже не были влюблены. Ну, или, по крайней мере, я об этом ничего не знала. Нет. Не зависть – это точно. Они обе – красивые девушки. У Вари были шикарные блестящие волосы и глаза интересного цвета ореха. А Анютка, вообще, была как модель, высокая и стройная. Здесь явно причина в другом. Может они что-то знают про него?

– Эх. Любовь – морковь, – сказала Аня. – Честно скажу, он тебе не пара! Сама посмотри, кто он и кто ты. Вы же разные, как простой карандаш и ручка Паркер. Ты отличница, он прогульщик. Ты скромная, он наглый.

– Он карандаш что ли? – я улыбнулась.

– Да. Ну не ты же.

Я засмеялась.

– Ну, Ань, ты даешь. Рассмешила ты меня.

– Девчонки, давайте тему уже сменим, – предложила Варя, появившаяся вновь на кухне. – У бедного Тёмы уже уши наверно красные.

– Давайте, – согласились мы.

– Варь, а ты чего будешь делать? С Максимкой гулять? – спросила Аня.

– Ага. Родители только что звонили, по магазинам поедут, а мне с ним опять водится.

У Вари был маленький брат. Ему всего-то было пять лет, и подруга часто с ним водилась. Да что говорить, мы все водились. Очень часто брали его с собой гулять.

– Хочешь, вместе пойдем? На набережную сходим, – предложила ей Аня.

– Конечно. Давай собираться.

– Я с вами не смогу, – я чувствовала себя каким-то предателем. Ведь всегда мы были вместе, и знали друг о друге все.

– Да понятно, – немного с обидой произнесла Аня. Мне стало даже не по себе.

– Ладно, девчонки. Не обижайтесь. Вечером созвонимся и сходим, погуляем. Давайте?

– Хорошо. Я лично не обиделась. Просто мне он не нравится, – уже наверно в десятый раз повторила Аня.

Я промолчала.

Мы посидели еще немного, и я поехала домой.

Мамы дома не оказалось, был только папа. Застала его на кухне за чашкой чая и газетой.

– Привет, пап, – поздоровалась я и чмокнула его в щеку, – А где мама?

– Привет. Уехала куда-то. Сказала по работе. Как погуляли?

– Да обычно. Мы не гуляли, а у Ани дома были. Так фильм посмотрели. И Все.

– Ясно все.

Папа был ненавязчивый и малообщительный. От него редко можно было услышать длинную речь. Он отвечал коротко и по делу.

Я налила себе сока и ушла к себе в комнату. Даже не верилось, что через каких-то несколько часов, я увижу Артёма. Я нервничала и каждые пять секунд проверяла время, будто тем самым могла его поторопить.

Я тоже любила жить по расписанию. Наверное, это передалось от мамы. На каждый день я составляла список дел практически по минутам. Я редко опаздывала, практически никогда не просыпала и очень старалась следовать своему собственному плану. Я уже прикинула, сколько времени уйдет на дорогу до центра. У меня оставалось еще полтора часа на то, чтобы выбрать одежду и собраться.

Я и Артём. Господи. Мне все еще не верилось в это.

Я выпила сок и пошла на кухню отнести стакан. Папа все еще сидел и читал. У меня возникла мысль спросить его о том, чего я не знала. Почему-то никогда меня это раньше не интересовало.

– Пап, а как вы с мамой познакомились?

Папа замер. Его плечи напряглись, и он удивленно посмотрел на меня. Кажется, я спросила что-то не то.

– Ээ… Дак на свадьбе у друга. А зачем тебе?

М-да. Не у того я спросила. Из папы ничего клещами не вытащишь. Конечно, он не станет рассказывать лирическую историю любви и во всех красках описывать их отношения. Нужно попозже спросить у мамы.

– Понятно. Да незачем. Просто интересно стало. Вы никогда не рассказывали.

– Ммм.

– Эм. Ладно, пойду я собираться. Скоро тоже ухожу.

– Хорошо. Пока, – только и ответил он.

Ну, прямо мастер общения. Но я уже привыкла, поэтому не расстроилась.

Вскоре мне позвонила моя двоюродная сестра Ксюша. Это еще один родной и близкий человечек в моей жизни. У нее в отличие от меня, все шло кувырком. И все это она рассказывала мне.

То она блузку сожгла утюгом, то покрасилась в розовый цвет, то подралась в автобусе. Однажды она оказалась перед закрытой дверью собственной квартиры без ключа в пушистом халате и тапочках. Ей пришлось идти через весь город к маме на работу за ключом прямо так, в домашней одежде. Хорошо, что было лето.

В этот раз она позвонила вновь рассказать о своих приключениях. Как сняла кота с дерева и зачем-то взяла его домой.

– Ксюшка, тебя мама не заругает? Зачем ты его домой то принесла?

– Не знаю, Лер. Ты бы видела его. Он такой лапочка. Серенький такой, маленький, но шустрый. Ой. Не знаю. Я его хочу себе оставить. Мне его жалко.

– Ой, Ксюш, с тобой не соскучишься, – засмеялась я. – Представляю, что тетя Тамара скажет.

Моя мама и тетя Тамара были родными сестрами. Наши семьи были дружны, и мы часто выделись.

– Посмотрим. Ой, мне Никитка звонит. Пока. Целую.

– Пока, пока.

Завершив разговор, я стала собираться. Скоро надо было выходить.

5 глава

Тёма

Черт. Я опаздывал. Уже на двадцать минут. Виноват, конечно, не автобус, и не будильник, а я сам. Я так крепко уснул, что еле встал.

Только бы она не ушла. Ведь я даже телефон у нее не взял, и не знаю, где она живет. Занятия закончились, а значит, что и в университете я ее не найду.

Вот же я кретин. Из-за своей же безалаберности сейчас упущу такую возможность.

Я бежал на всех парах на место встречи. Только бы не ушла. Главный вход, памятник, фонтан. А вот и аллея со скамейками.

Лера сидела на одной из кованых лавочек и смотрела в телефон. Фух. Хорошо, что она еще ждет. Я поспешил к ней, на ходу придумывая себе оправдание.

– Привет, Апельсинка, – я встал напротив нее, закрывая спиной солнце.

– Привет, – ответила она и взглянула на меня, слегка прищуривая большие глаза.

– Прости, что опоздал. Я проспал. Бежал к тебе, но все равно не успел.

– Да ничего. Я все равно сижу – гуляю. Не на морозе же.

Она что святая? Другая бы истерику закатила, не меньше.

– Умгу. Лер, пойдем, что ли прогуляемся?

– Пошли, – она встала, и я краем глаза посмотрел на нее.

Юбка ниже колен и скромная блузка под горлышко. Что-то не так. В клубе то она выглядела по-другому. Но я не стал ей задавать этот вопрос. Мне в принципе было не важно, как она выглядит. Мне нужно было от нее совсем другое. Она – мой деловой партнер. Я же не собирался с ней встречаться.

– Лер, мне нужна твоя помощь, – начал я. – Дело в том, что меня хотят отчислить. И я не могу сдать один чертов предмет. Было уже три пересдачи. И последнюю с комиссией я благополучно завалил.

Мы шли не спеша по дорожке в сторону смотровой площадки. Она молчала, и я решил продолжить.

– Так вот. Этот предмет ведет твоя мама Ст… Елена Степановна.

– Как? Моя мама? Ты не сдал у нее? – Лера изумленно посмотрела на меня.

Я, наконец, разглядел цвет ее глаз. Что-то средне между голубым и зеленым. Они смотрели так открыто, что я, сбитый с толку, не сразу смог ответить.

– Эмм. Ну да. А что? – я отвел взгляд и теперь смотрел прямо перед собой. Красивые глаза Апельсинки сильно отвлекали.

– Дело плохо, – вздохнула она. – Сочувствую. Если не сдал, значит уже вряд ли.

Ого. Вот это новость. Хотя дочка, наверное, лучше знает свою маму и говорит без шуток.

– Нет, нет. Почему сразу вряд ли? А если я все выучу?

– Тогда сдашь. Только как я тебе смогу помочь? Репетиторство?

– Эм… Не совсем, – я вновь посмотрел на нее.

Сегодня ее волосы свободной волной спускались по спине. Легкий ветер подхватывал, медные пряди и играл с ними. Лера убирала их от лица свободной рукой, но они вновь выбивались и шаловливо блестели в солнечных лучах.

– Не совсем? – спросила она. – Это как?

Я замешкался на мгновенье, понимая абсурдность моей просьбы, но все же ответил.

– Мне нужен билет, – увидев непонимание в ее глазах, поспешил разъяснить. – Всего один. Мне надо, чтобы ты достала его. Эм. Если точнее, чтоб узнала для меня вопросы. Ведь составлять его будет твоя мама.

– Хм…

– Я понимаю, что это звучит, как бред, но по-другому, я просто не сдам. Я чисто физически не выучу такой объем информации. Ну что поможешь? Тебе и всего-то нужно выведать у мамы билет. Всего один. Вся надежда только на тебя!

– Всего-то? – косо посмотрела она на меня и тут же отвела взгляд.

– Блин, я понимаю, что это кажется нереальным. Но, чёрт, Апельсинка, выручай. Мне позарез нужен этот билет.

– А почему один?

– Не знаю. Мне сказали, что всего один билет будет. Я сам в шоке. Но вся фишка в том, что вопросов мне не дали. Типа билет сюрприз будет.

– М-да. И ты надеешься, что я смогу его достать? – робко проронила она.

– Конечно. Я не просто надеюсь, я верю в тебя. Это ж твоя мама! Поболтай с ней о работе, об экзаменах. Может, и выведаешь чего?

– А если нет? Если она вопросы сходу придумает прямо перед экзаменом?

– Да нет. Их же напечатать надо, всей комиссии раздать. Подготовиться. Ну, в общем, поможешь или нет? – с нетерпением задал я вопрос.

– Я не знаю. Меня мама убьет, – тихо пробормотала Лера.

– В смысле? Она же не узнает!

– Я не смогу. Плохой из меня шпион. И врать я маме не хочу. Не буду, – как-то с грустью произнесла она, перевела дыхание и тише добавила. – Уже соврала один раз. Хватит с меня.

Девушка поникла и замолчала. Мы подошли к высоким белым перилам, и я посмотрел вперед. Перед нами открылся прекрасный вид на Волгу. В небе кричали чайки, заставляя забыть обо всем и просто наслаждаться жизнью.

Лера достала телефон и несколько раз сфотографировала природу вокруг нас.

– Красиво, да? – спросила она у меня и щёлкнула сама себя несколько раз.

Все это реально было очень романтично. Если б не одно но. Я до сих пор не знал, что мне делать. От Апельсинки толку оказалось мало. Видимо сильно она боится нарушить правила. А то на что я ее толкаю, для нее наверняка настоящее преступление. И она на это просто не пойдет.

– Лер, но ведь это будет не вранье, – нагло настаивал я на своем.

– Что? – с непониманием спросила она.

Кажется, она так залюбовалась пейзажем, что совсем забыла, зачем мы встретились.

– Ах. Ты про это, – она нахмурилась и поежилась. Ветер здесь наверху и правда был холоднее и порывистей.

– Ну.

– Артём. Это не вранье, а воровство. Своровать у мамы билет? Ты мне это предлагаешь? – покачала она головой.

– Ну. Да. Все верно. А что, боишься маму? Или просто принцип?

Блин как долго ее приходится уламывать. Необычная девчонка – это точно.

– Я не боюсь, – посмотрела с вызовом, – И да, это скорее принцип и стиль жизни. Разве можно спокойно и легко жить, если обманывать родных и близких?

– Не знаю. Ты прям такая правильная девочка, что ни разу не соврала и не пошла против воли родителей?

– Эмм… Ну да. Стараюсь такой быть, – с гордостью произнесла она.

– Хм. Тогда сочувствую. Упускаешь самое интересное!

– Что может быть интересного в ссорах? – возмутилась.

– Ну, скажем, в ссорах то может и ничего. Но вот в том, чтобы отстаивать свои, именно свои, интересы, есть много плюсов. А когда во всем потакаешь предкам это, я считаю не жизнь, а рабство. Это твоя судьба, и только ты решаешь, чему быть, и какие истории с тобой будут происходить. Тебе сколько лет?

– Девятнадцать.

– Тем более.

Мы замолчали. М-да. Точно ей не позавидуешь. Симпатичная девчонка, а характера нет.

– Тём, а может лучше все-таки репетиторство? – тихо прервала мои мысли Лера. – Я хорошо знаю историю. Я смогу тебя подготовить.

Я окинул взглядом широкую реку, посмотрел на влюбленные парочки, которые стояли рядом с нами и решил, что пора сваливать.

– Да не надо. Сам справлюсь, – ответил я.

Получилось немного резко. Я не смотрел на Апельсинку, поэтому не видел ее реакцию. Надеюсь, моя грубость не сильно задела ее нежную душу. Какое репетиторство? Я не на это рассчитывал. Все коту под хвост. Она не отвечала, и я решил попрощаться.

– Ладно, Лер, пойду я. Спасибо, за участие, – сказал я, как можно мягче, скрывая злость.

– Ты уже уходишь? – спросила она тихо.

– Да. Пойду. Учить буду. Давай пока. Удачи! – не глядя на нее, попрощался я.

Я отвернулся и пошел вниз по аллее, оставляя Леру одну. Некрасиво? Может быть. Но мне сейчас не до этикета, мне реально зубрить надо. И я не обиделся и не надеялся сыграть на чувстве жалости. Просто не хотел понапрасну тратить свое и ее время.

Конечно, Апельсинка мне понравилась. Красивая улыбка, кошачьи глаза с длинными ресницами, коричневатые веснушки, которыми было усыпано все лицо и плечи. Да, она была хороша. Но на нее у меня были другие планы. Совсем другие.

Я отошел уже на приличное расстояние, ни разу не обернувшись, когда услышал ее голос.

– Артём, постой. Подожди, – крикнула она.

Я повернул голову. Она бежала. За мной? Хм.

– Я согласна, – поравнялась она со мной и вздохнула, – помочь тебе. Согласна. Я постараюсь, хорошо? Не обижайся! Но не обещаю, что получится. Все-таки ты меня спас вчера. И я… Я должна отплатить.

– Брось, – махнул я рукой. – Я не обиделся. Все нормально. Мне просто уже пора. И ничего ты не должна. Если для тебя это сложно, то и правда, может не стоит?

Что я мелю? Она СОГЛАСНА. А я ее отговариваю? Мне определенно напекло голову.

– Нет, нет. Я, правда, хочу помочь тебе. Я попробую. Но и ты лучше учи, вдруг не получится. Я могу тебе дать краткий материал. Там все вопросы, но в сжатом виде. Типа шпаргалки. Хорошая подготовка к экзамену.

– Ммм… Давай. Естественно я буду учить.

– Тогда – договор? – предложила она.

Передумала? Из-за чего? Адреналинчика захотелось, или мои слова задели? Ну что ж конечно я согласен. Это мой пока что единственный вариант.

– Договор? – уточняю я.

– Да! – уверенно произнесла.

– Ты хорошо подумала?

– Да.

– Значит – договор! Спасибо за помощь, – я протянул ей руку, и она легко пожала ее. – Тогда пошли, провожу. Ты далеко живешь?

– Да. Я на автобусе приехала.

– Я тоже. Тогда на остановку? – слегка улыбнулся я ей.

– Угу.

Так гораздо лучше. Теперь вся надежна была на нее.

– Лер, раз уж мы теперь партнеры, то можно вопрос?

– Ммм.… Давай.

– Как ты узнала мое имя?

– Тебя все знают. Ну и я тоже, – пауза, – знаю.

– Понятно.

– Ммм.… Тогда встречный вопрос к тебе. Откуда ты узнал, что я дочка Елены Степановны?

– Мне друг рассказал. Ты его девчонке курсовую делала. Женя Приходько. Делала?

– Да. Точно. Вообще я работы сама никогда не делаю. Только помогаю. А с Женей мы тоже вместе разбирали. Я помогала ей.

– Ясно. И каково это знать все на свете?– я посмотрел на профиль девушки. Нет, грудь точно была третьего размера. Черт.

Лера засмеялась, обнажая краешек белых ровных зубов. Мне почему-то захотелось взять ее за руку, но я вовремя себя остановил. Да что со мной такое? Обычная девчонка, рыжая, мой партнер. Не смотри ты так на нее.

– Я далеко не все знаю. Все знать невозможно. Я просто с детства очень любознательная и любила читать. Помню, в школьные годы я ни дня не могла прожить, чтобы не узнать что-то новое.

– А сейчас?

– Сейчас тоже. Просто в подростковом возрасте времени было больше, вот и впитывала в себя, как губка, все, что только можно.

– А я танцевать люблю. Брейк-данс, – сказал я, чтоб поддержать беседу.

– Правда? – восхищенно воскликнула она. – Круто. Молодец.

– Правда. Спасибо, – поблагодарил я ее.

Мы уже дошли до остановки.

– Ну что Лер, до связи? Кстати, дай мне свой номер.

– Записывай. Давай. Я как что узнаю, сразу тебе напишу? Хорошо?

Она продиктовала номер.

– Хорошо. Не твой автобус? – показал я на приближающийся транспорт.

– Ой. Да. Ну, пока Тём. Приятно было поболтать, – Лера застенчиво взглянула на меня и облизнула губы.

– И мне, – улыбнулся я.

Апельсинка вбежала по ступенькам, и дверь закрылась. Девушка зачем-то помахала мне. Мои руки были в карманах шорт, и я не сразу сообразил, поэтому не ответил ей. Вот чудачка! Автобус уехал, а я пошёл на противоположную сторону.

Сегодня мне нужно было ехать на тренировку, но в ходе последних событий, я был вынужден на время забросить любимое дело. В клубе я два раза в неделю вел занятия, учил танцевать ребят. Придется отменить несколько уроков. Я созвонился с Катей Ерёминой – нашей старостой группы и договорился с ней встретиться около института. Она согласилась мне помочь и передать все конспекты. Договорились на завтра, сегодня она не могла.

После разговора с Ерёминой я решил позвонить Антону, чтобы предупредить, что меня в ближайшие две недели не будет.

Вообще наша команда основателей школы состояла из семи человек. В нее входили: мои лучшие друзья – Оскар, Антон и Серега, школьные товарищи – Вадим, Наири и Андрюха и конечно я. Помимо всего прочего я еще занимался нашим сайтом и каналом на «Ютубе». Там мы выкладывали записи с тренировок, батлы и просто обучающие видео. Мы как могли, продвигали и развивали наш клуб.

Вообще в планах у нас было официально зарегистрироваться и расширяться. Но это пока были только планы.

Я решил немного пройтись. Набрал друга.

– Да, – ответил Антон.

– Привет, слушай, меня сегодня не будет. Так что возьми моих пацанов к себе. Сможешь? На пару недель. Тренировка на пять вечера.

– А че, на море что ли уезжаешь?

– Да какое нафиг море! Я учить буду. А то вылечу нафиг с универа!

– Вот это да! Как бы апокалипсис не начался! Ты и учить? Аха-ха, – не поверил мне Тоха.

– Хорош. Я реально учить буду. Как сдам, сразу к вам! Ты про фестиваль в Москве знаешь уже?

– Конечно, знаю. Уже программу готовлю.

Черт. Друзья, а по сути, конкуренты.

– Ясно. Ну, молодец. Я сейчас на сайте всю инфу скину. Так что не теряйте меня, если что – звони.

– Гуд.

– Давай.

Я уже прошел одну остановку и увидел свою маршрутку. Сел в нее и взглянул на время. М-да. Суббота, четыре часа дня, а я уже домой еду. Неслыханное дело.

Ехать было не близко, поэтому я включил музыку, надел наушники и уставился в окно.

Остановка. Автомобиль пополнился новыми людьми. Краем глаза заметил рыжую искру. Я повернулся. Девушка села рядом со мной. Ее волосы тоже были рыжие, но крашенные. Корни волос были темными. Я с досадой отвернулся от незнакомки.

В памяти сразу появился образ Апельсинки. Ее золотые веснушки, аквамариновые глаза и тонкий запах чего-то сладкого, похожего на мёд. Да что, е мое, теперь эта сексуальная ботаничка меня и в мыслях будет преследовать?

Я вздохнул и сделал музыку громче. Откинулся на спинку и прикрыл глаза. Номер. Нужно готовить номер на конкурс. Да и не один. Чтобы вытеснить из головы Леру, я стал мысленно подбирать движения и трюки, которые я смогу выполнить красиво и четко.

…

Дома были все. Даже дядя Игорь, который обычно в такое время работал.

Я поздоровался и пошел к себе. Взял ноутбук и зашел на сайт нашего клуба. Разместил объявление о переносе своих занятий, а заодно скинул информацию по предстоящему фестивалю. Думаю, многие поедут на это мероприятие. В нашем клубе полно талантливых танцоров, которые, я уверен, смогут достойно себя показать.

Вечером сел ужинать вместе с родителями. Мама очень удивилась, что в такое время я был дома.

– Ты не заболел? Почему дома? – поинтересовалась мама, усаживаясь напротив меня.

– Нет. А что мне уж и домой пораньше прийти нельзя?

– Не дерзи, – сказал дядя Игорь.

Да я вроде и не хотел. У отчима не было родных детей, и меня он воспитывал уже почти десять лет. Отношения у нас были больше похожи на приятельские, чем родственные. Его я уважал как человека, который заботился о нас с мамой.

– Мне к экзамену надо готовиться, – ответил я.

– Готовься. Молодец, – сказала мягко мама и принялась накладывать мне овощной салат.

– Как в салоне? – спросил вежливо отчим у мамы.

– Да хорошо. Завезли новые платья. Такие роскошные – залюбуешься! – с восторгом воскликнула мама.

У родителей началась личная беседа. Мама рассказывала про магазин. Работала она в свадебном салоне старшим продавцом, а отчим ее частенько уговаривал уволиться. Мол, денег хватает. Но маме нравилось, поэтому очередные уговоры дяди Игоря на нее не подействовали.

Я достал планшет и залез к себе на страничку. Со вчерашнего вечера на меня уже подписалось восемь человек. Все девчонки. Среди них была и Лида. Я не сомневаясь, добавил ее в друзья. Ведь с ней я провел хорошую ночь. Я написал ей. Ответ пришел моментально, будто девушка только и ждала моего сообщения.

Мы начали переписку, и она согласилась встретиться со мной через пару дней. А что, погуляем. Я пока свободен, и она видимо тоже.

Когда моя тарелка опустела, я поблагодарил маму. Готовила она вкусно. Нужно почаще дома появляться, а то уже от нормальной еды отвык. Я пошел к себе с твердым намереньем выучить хотя бы несколько вопросов.

6 глава

Лера

Я не помню, как дошла до дома. Скорее на автомате. Просто брела по знакомой улице, завернула во двор, поднялась на лифте, открыла дверь ключом, зашла в комнату и упала с улыбкой на кровать, мечтательно раскинув в стороны руки.

Какой же он красивый. Каждая черточка на лице, была будто слепленая искусным мастером. Ну, невозможно быть таким… Таким как он. А его фигура! Я пыталась не смотреть на Артёма, но женская природа пошла против меня, и все равно мой взгляд блуждал по нему.

На солнце я смогла тщательно разглядеть плечи, обтянутые белой футболкой, каждый мускул его крепких рук. Модные шорты и спортивные часы – ничего не укрылось от моего внимания. Выглядел он очень гармонично, и пафосные штучки только добавляли ему дерзости.

Я внимательно слушала его бархатный тембр, до конца не веря, что мы вот так с ним гуляем вместе. В институте было по-другому. Я его видела лишь издалека и никогда с ним не разговаривала. А сегодня все будто встало на свои места. Да, теперь я точно уверена в своих чувствах. Общаться с ним, как и просто молчать оказалось приятно. Он был открыт, не пытался юлить и что-то скрыть. В этом, наверное, мы были схожи.

Я согласилась ему помочь, пусть не сразу. Я не знаю, как это у меня все выйдет. И вообще осмелюсь ли я на такой шаг? Но мне хотелось с ним подольше пообщаться и узнать его поближе.

Он непредсказуем и точно наглец, как и говорили девчонки. Чего стоила его выходка, когда он просто ушел, оставив меня. И мне снова пришлось переступить через свои принципы. Вот уже второй раз на этой неделе.

Что-то я часто стала изменять себе. Вчера – клуб, сегодня вообще согласилась на воровство. А что же будет завтра? Нет. Даже представить боюсь. Неужели и правда любовь может закрыть глаза и ослепить тебя розовой пеленой, что ты вскоре перестанешь себя слушать, а потом и вовсе станешь другим человеком?

Ответа я пока не знала. Ровно, как и то, что мне теперь делать со своим обещанием.

Я словно потихоньку начала раздваиваться. С одной стороны была девочка, которая во всем соглашалась с родителями, а с другой – смелая и решительная влюбленная, которая ради парня готова была пойти на все. Абсурдно звучит. Но это так!

И как же решить эту дилемму? Кем быть? Мне до трясучки не хотелось снова врать маме и тем более копаться в ее вещах, пытаясь выведать заветные вопросы. Я любила маму. Но я безумно мечтала стать кем-то значимым для Артёма. Если он не замечает мою внешность, то пусть, благодаря своему поступку, я стану кем-то важным в его судьбе. Шанс мал, но все же он был. Тем более он сам сказал, что от меня зависит его жизнь.

Все это я решила оставить на потом и, надеялась, уже по ходу все образуется.

Я взяла роман и прилегла на кровать, чтобы немного отвлечься от бури эмоций, которые были готовы в следующую минуту поглотить меня без остатка.

Я читала книгу. Мягкая подушка и монотонность повествования в книге сделали свое дело, и я незаметно уснула.

…

Разбудила меня настойчивая трель мобильного телефона. Я неохотно открыла глаза и поняла, что сплю уже довольно долго.

Звонила мне Аня. Ой, я же договаривалась с ними погулять. Я подняла трубку, не обращая внимания на время.

– Лер, ты чего, спишь что ли? – ворвался в мое сознание звонкий голос подруги.

– И тебе привет! Ага. Представь, легла отдохнуть и заснула. Сколько сейчас времени?

– Уже семь вечера. Я уже дома. Мы с Варькой ждали тебя, ждали, и не дождались. Поехали по домам. Ну, рассказывай. Как Артём? Как встреча? Чего он от тебя хотел? – посыпался шквал вопросов.

– Да слушай. Нормально. Все хорошо вроде, – я прислушалась. На кухне кажется, был включен телевизор. Значит мама там.

– Ну чего? Не томи. Чего у вас было? – допрашивала подруга.

– Да ничего пока не было. Встретились, в парке погуляли немного. Он просил помочь экзамен сдать по истории. У моей мамы, – полушепотом объяснила я.

– Да ладно? И все? А чего хотел то?

– Билет у мамы выведать, – сказала я тихо, чтоб мама меня не дай бог не услышала.

– В смысле? Я чего-то не понимаю.

Я кратко рассказала Ане весь наш разговор с Артёмом.

– И ты согласилась? Только не говори – да! – возмутилась Аня.

– Да, – неуверенно ответила я.

– Ты что с ума сошла? – прокричала Аня, – Ты его совсем не знаешь! Да он же тебя просто использует! Фига ты даешь!

– Анют, используют, это когда ты не в курсе. А так я все знаю, и сама согласилась на это. Просто помощь и все.

– Ох, – Аня громко вздохнула. – Лерка я в шоке! А вдруг мама все узнает? И что тогда будет?

– Слушай, я и сама то пока ничего не знаю. Но честно, мне не хочется, чтоб его отчисляли. Ведь я могу помочь по-человечески, понимаешь?

– Не понимаю. Он сам виноват. Учиться надо – раз захотел вышку. А он что делает? Гуляет. И потом такие вот нерадивые студенты выпускаются и работать идут. А ты представь, если бы он на врача учился и так же сдавал. Как он потом лечил людей? Не дай бог к такому хирургу попасть. Тьфу, тьфу.

– Ань. Ну, он же на экономическом. Сама же знаешь!

– На фигическом! – ругнулась Аня.

Видимо она была очень зла на меня.

– И не все отличники становятся успешными. Полно людей вообще без образования и вон миллионами ворочают, – старалась угомонить я подругу.

– Ты мне про Фому, а я про Ерёму. Мне вообще пофиг на миллионеров. Я про то, что нельзя дуракам таким помогать, какими бы они красавчиками не были! – отвесила последний аргумент Аня.

При слове «дурак» мне стало так обидно и неприятно. Что я захотела поскорей завершить разговор с подругой. Да что с ней? Может она права? И я на самом деле схожу, медленно, но верно, с ума?

– Лер, ты не спеши, – голос Ани смягчился. – Прости, что накричала. Я же за тебя переживаю. Вот чувствую я сердцем, что добром это не кончится!

– Почему?

– Не знаю. Предчувствие. А оно меня редко подводит.

– И что делать?

– Скажи ему просто, что не получилось, и все. Делов то.

– Думаешь?

– Конечно. И он отстанет от тебя.

– А если я не хочу, чтоб он отставал, – пробормотала тихо.

– Лер, знаешь, если он порядочный человек, и ты ему понравилась как девушка, а не как дочка Елены Степановны, то он в любом случае будет оказывать знаки внимания. Даже если ты не сможешь достать билет. Так что не надо рисковать. Не стоит это того.

А ведь в ее словах был здравый смысл. Но как же мне нравилось обманывать саму себя и надеяться на лучшее.

– Не знаю. Получается опять ложь. Ведь я уже вроде как согласие дала.

– Ох. Лера, Лера. Изменилась ты, как встретилась с ним. Тебя не узнать. Никакая не ложь. С его стороны тоже это подлый поступок. Сам ничего не знает и еще тебя в это вовлекает. Вообще слов нет. Позорник, а не парень.

– Ладно, Анют. Может ты и права. Я запуталась. Не знаю, – обреченно выдохнула я, чувствуя, как снова мечусь из стороны в сторону.

– Конечно, права. Вот увидишь потом. Лер в любую минуту ты сможешь позвонить нам и спросить. Но я бы не советовала пускаться на эту авантюру.

– Хорошо. Посмотрим, – закончила я. Мне не нравилось, что подруги были не на моей стороне. Получалось, все против меня. Но в любом случае это моя жизнь, и мне совершать в ней ошибки.

Мы замолчали. Но через секунду Анечка вновь затараторила.

– Я ведь тебе вообще-то позвонила не просто так. Новость хорошая у меня.

– Ладно. Рассказывай. Чего за новость.

– Да вообще. Представляешь, папка машину в лотерею выиграл.

– Да ладно?

– Ага. Ему билет сотрудники на работе подарили на день рождения, а он его вообще выкинуть хотел сначала. Ну не верит он в этот развод. А мама настояла проверить, и прикинь, выигрыш. Папа мне ее подарить обещал.

– Ничего себе! Круто. Поздравляю. А у тебя же прав нет.

– Дак будут. Это не проблема. Скоро пойду учиться. Я так рада. Так что скоро будет у нас своя тачка, как у крутышек.

– Аха-ха! – последняя фраза меня рассмешила. – Ой, точно. Ань, круто. И правда, очень здорово. Бывает же такое. Да?

– Да вообще. Не терпится увидеть мою ласточку, – воскликнула Анютка, – Папа скоро поедет за ней в Москву.

– Круто. Поздравляю. И правда, хорошие новости.

Мы поговорили еще немного, обсуждая планы на лето. В конце разговора снова вернулись уже к любимой теме: « Я и Тёма». Аня надавала кучу советов и просила сто раз подумать и только потом принимать окончательное решение.

После разговора я пошла на кухню к маме.

– Привет, – поздоровалась я.

– Привет проснулась? Долго ты спишь. Всю ночь не спать видимо!

– Э… – я взяла с тарелки ломоть белого свежего хлеба и откусила кусочек, – ну да. Сидели допоздна.

– Понятно. Лера, завтра планов с утра не строй. К бабушке с дедушкой поедем. Навестим, – строго сообщила мама.

– Хорошо мамуль. Конечно, съездим. Помочь с ужином?

– Я уже почти все сделала. Ты долго спишь. И Лер, не кусочничай. Скоро будет все готово!

Я вернула недоеденный хлеб на тарелку и нахмурилась. Встала и хотела пойти к себе, но мама меня остановила.

– Валерия, ты готова к лагерю? Подготовила программу?

– Морально готова и программу тоже знаю. Примерно.

– А надо не примерно, а точно знать. Времени осталось не так много. Мне будет стыдно перед Богданом Георгиевичем, если ты будешь импровизировать, как это делают многие.

Господи. Мама как будто меня в президенты готовила. А я всего лишь еду вожатым в лагерь. И времени у меня больше месяца. Успею все подготовить.

Ехала я в первый раз в роли сотрудника. А вообще была там пару раз, когда еще училась в школе. Директор лагеря был хороший друг нашей семьи. И если бы не он, меня вообще бы мама не отпустила. А так я как бы под присмотром была. Ехать мне очень хотелось. Ведь я училась на педагога, а там как-никак общение с детьми.

Изначально я планировала поехать на две смены, но опять же по велению мамы, не получилось. Ну, хоть на одну съезжу, и это уже отлично.

– Все хорошо будет, – заверила я. – Я не подведу! Я уже все составила в голове. Осталось только оформить на бумаге.

– Хорошо. Я надеюсь, – сказала мама, слегка смягчив свой серьезный тон.

После ужина я пошла к себе и обнаружила на телефоне сообщение с неизвестного номера.

« Апельсинка – это я. Запиши мой телефон».

Господи я чуть не выронила гаджет. Так называл меня только один человек. Это Артём. Он написал мне. Как же так? Может я все-таки ему понравилась? Широкая улыбка сама расцвела на моем лице, а сердце забилось чуть чаще.

Вспомнились сразу нравоучения Ани. Стоит ли расценивать смс как знак внимания? И что ему написать?

«Хорошо, запишу» – немного подумав, ответила я.

«Лер, я учу. Но кто-то обещал мне шпоры!»

Я быстро набрала ответ, нервно кусая нижнюю губу. Вредная привычка. Я всегда так делала.

«Конечно, дам. Я же обещала» – отправила я.

Обещала. И достать вопросы тоже. Вот как ему отказать? Да не смогу я. Наверное…

«Как насчет завтра на том же месте?»

« Я не смогу. Давай в понедельник?» – написала я.

« Ммм. Хорошо. Тогда в то же время, на том же месте. Сможешь?»

Я подумала немного и ответила – « Да»

Больше он ничего не написал, и я с грустью отложила телефон.

Теперь я просто не могла ему соврать. Не знаю, что там чувствует Аня, но думаю, после второй встречи, отказать ему будет просто невозможно.

Утром я застала маму на кухне. Было очень рано, я пошла, попить воды и очень удивилась, что она не спит.

– Ой. Ты чего не спишь? – спросила я шепотом, чтобы не разбудить папу.

В цветастом халате и с распущенными волосами мама выглядела по-домашнему. И казалось, будто характер ее смягчался этой сонной утренней обстановкой. Теплый желтый свет торшера уютно освещал кухонный стол, где были разложены учебные пособия.

– Да вот. Не спится. Решила поработать немного. Чтоб отца не будить, здесь села, – тихо ответила мама и взглянула на меня.

– Ааа… Понятно. Мне тоже чего-то не спится.

Я налила кипяченой воды в стакан и присела рядом с мамой.

– А чего, работы много? – невзначай спросила я.

– Да нет. Но нужно кое-что сделать. К экзамену вопросы подготовить.

Я распахнула глаза и встрепенулась. Экзамен?

– Ммм. Ясно, – пробормотала я, стараясь себя не выдать.

А вдруг это именно те самые вопросы? Но как же спросить? Господи. У меня от волнения в груди все затарабанило. Давай же, просто спроси. Ну.

– Эм. А чего за экзамен? Вроде семестр закончился.

– Ну. Знаешь, сколько должников? Ого-го. Вот, например, сижу и вопросы выдумываю позаковыристей. Наш Владимир Александрович учудил. Одному студенту четвертую пересдачу устроил. Хоть этот недоученник этого совсем не заслужил.

– Ого. А так можно?

Я уже не сомневалась, что речь шла как раз про Артёма. Ну, просто сильное предчувствие было, что мама говорила о нем.

– По закону нет! Но в нашем институте чего только не происходит. Сейчас же проверка по всем образовательным учреждениям идет, и конечно руководству невыгодно отчислять много студентов. Статистика портится. Вот и дают всем шансы, чтоб исправились, и не отчисляют до последнего.

– Ааа… – я решила пойти спать, чтобы не сильно вызывать подозрения у мамы. – Ну ладно, мамуль, пойду, еще посплю. Во сколько к бабушке едем?

– Да я и сама уже все. К обеду поедем.

Мама сделала последнюю запись в коричневый кожаный блокнот и захлопнула его.

– Хорошо.

Я вышла первой, юркнула к себе и сразу легла в кровать.

Итак. Нужно заглянуть в этот блокнот и посмотреть, что там у нее. Все свои тетради она хранила в столе у себя в комнате. Значит надо как-то незаметно пробраться и там поискать.

С этой мыслью я снова заснула и проснулась уже через пару часов, когда домочадцы шуршали и разговаривали на кухне. До обеда никак не получалось пробраться к маминому рабочему столу без свидетелей. Родители суетились, ходили из комнаты в комнату. А мама и вовсе решила сделать уборку именно у себя в спальне.

Когда пришло время выходить, ко мне вдруг пришла интересная идея.

– Ну что выходите. Я на улице, – сказал папа и ушел.

Мы с мамой поспешили следом.

– Ой, я, кажется, телефон забыла, – воскликнула я, когда мы уже разместились в машине.

Конечно, я его не забывала, а оставила специально.

– Валерия, давай побыстрей, – упрекнула мама.

Я выскочила из автомобиля и пошла в дом. Конечно, я сразу нашла телефон и с ним пошла прямиком в комнату родителей. Открыла стол и стала аккуратно перебирать мамины вещи. О нашла. Вот. Вот он. Я открыла блокнот и полистала немного. Вроде с утра он был раскрыт где-то посередине.

Я полистала еще. Заметив жирную надпись красной ручкой, остановилась. Это была фамилия – «Чайковский». Есть. Это оно.

Под фамилией следовали вопросы, выведенные каллиграфическим почерком и какие-то пометки. Я, не думая больше не секунды, нажала на камеру и сфотографировала несколько раз листок.

Вдруг я услышала, как на входной двери щелкнул замок. Кто-то открывал дверь ключом. Не может быть?

Я резко бросила блокнот в ящик и, как сайгак, выскочила из комнаты. У нас было две двери, и одна из них по-прежнему была закрыта. Я сделала еще несколько прыжков и скрылась в туалете. Дверь тут же распахнулась, и я услышала мамин голос.

– Дочь, ты где? Я тоже забыла мазь для бабушки. Вот рассеянная стала в последнее время.

Сердце грохотало, как барабан, а в ушах появился какой-то свист. Я чуть не попалась. Тяжело вздохнув, я вышла из туалета.

– А я тут. Ну, давай подожду тебя, – как можно спокойней сказала я.

– Я сейчас, – мама зашла в свою комнату.

А вдруг она что-то знает и специально пришла меня проверить? М-да… Такими темпами у меня скоро паранойя начнется. Сплошное безумие.

– Все, пошли, – позвала меня мама, выходя из спальни.

У мамы и правда, в руках оказался какой-то белый стеклянный пузырек. Значит точно мазь.

Мы вышли на улицу и поехали к бабушке. Ну, все. Теперь вопросы у меня. Осталось их передать Артёму.

…

Вечером я не удержалась и написала парню смс.

«Тёма, ты не поверишь! Я достала билет. Завтра передам».

Я отложила телефон, чтоб не гипнотизировать его своим взглядом, ожидая ответа.

Неожиданно смартфон зазвонил. Это был Тёма.

– Алло, – приняла я вызов.

– Привет, – голос Артёма был низкий и с легкой хрипотцой. Как будто он только встал, и я была первой, с кем он заговорил спросонок, – Это правда? Как у тебя получилось?

Он говорил медленно, почти лениво, чем еще больше волновал меня.

Воображение сразу подбросило пару картинок, как может выглядеть сейчас парень. Наверное, лежит с растрёпанной шевелюрой ото сна в расслабленной позе.

– Лер? Ты тут?

– А? Да, да. Я здесь. Ну… При встрече расскажу. Хорошо? Сейчас не очень удобно.

– А. Понял. Тогда давай, до завтра.

Вообще-то я имела в виду, что неудобно рассказывать, а Артём расценил это, как прощание. Ну ладно.

– Пока. До завтра.

– Спокойной ночи, – пожелал он, чем сбил меня с толку. На моем лице расцвела широкая улыбка. Неужели мне это не снится? И Артем Чайковский желает мне спокойной ночи?

Я даже ущипнула себя за коленку, как это делала в детстве. Но нет. Это не сон. Парень по-прежнему ждал моего ответа.

– И тебе спокойной ночи.

– Пока, – тихо ответил Тёма и отключился.

Я смотрела на светящийся телефон и улыбалась, как малолетняя девчонка.

Это было такое здоровское чувство, что мне захотелось в прямом смысле летать по комнате. Я закружилась, прижав телефон к груди, будто это и не телефон вовсе, а один прекрасный принц по имени Артём.

После нескольких оборотов я плюхнулась на кровать. Такой счастливой я уже давно не была. А ведь мне всего лишь позвонил парень. Что же будет, если он меня решит поцеловать?

Мои щеки запылали огнем, хоть я и была одна в своей комнате, и меня никто не видел.

Поцелуев в моей жизни было всего три. Первый – в детском саду, второй – в начальной школе, а третий – на выпускном.

Конечно, из всех трех мне запомнился последний. Это был Васька Григорьев. Он пригласил меня на медленный танец, а потом предложил встречаться.

Он был красивым и умным, и я согласилась. Тем более у всех одноклассниц уже давно были парни. Лишь я одна ходила, как говориться – «в девках».

Весь вечер он ухаживал за мной, а потом проводил домой. А около подъезда просто взял и поцеловал меня. По-настоящему. Глубоко. По-французски. Я от шока чуть не упала и быстро убежала домой.

Я испугалась. Я была не готова. Стыдно признаться, но в свои семнадцать я испугалась банального поцелуя. Помню, как дома я дрожала, толи от возбуждения, толи от страха. И практически всю ночь не спала, вспоминая горячие грубоватые губы Васи. На следующий день я позвонила и сказала, что мы больше не пара. Парень посмеялся и посоветовал повзрослеть. Вот такая история.

Но сейчас мне кажется, я готова. Созрела для поцелуя. Настроение было отличное, и я решила позвонить Варе. Она быстро взяла трубку, и мы немного поболтали. Договорились с утра сходить на пляж и немного позагорать. От Вари узнала, что Аня уехала на неделю в деревню, поэтому завтра мы будем вдвоем без Анютки.

Я зашла к родителям, чтобы убедится, что они уже легли, пожелала им добрых снов и пошла к себе.

Плотно закрыв за собой дверь, достала телефон и открыла фотографию, сделанную с утра. Нужно было все переписать в тетрадь.

Все сделав, я удалила компромат, надежно спрятала тетрадку у себя в столе и легла спать.

7 глава

Тёма

Жгучее солнце, неумолимо припекало, не пощадив никого. Маленькие облачка, которые изредка пролетали на чистом голубом небе, с проворностью, огибали яркое светило, не представляя возможности хоть сколько-то передохнуть.

Я вздохнул и посмотрел вдаль. Два часа. А ее нет. Какие-то ребята топтались неподалеку и, будто нарочно, закрывали весь обзор. Я старался высмотреть сквозь них рыжую макушку девушки. Но ее не было.

Сегодня я с особым волнением ждал ее. Мне нравилась Лера. Она была чертовски привлекательна, и я хотел не просто встретиться, а предложить нечто большее.

Вчера целый день она не вылезала из моей головы. По этой причине я отменил встречу с Лидой. Она, конечно, обиделась и в мягкой форме намекнула, что я некрасиво поступаю. Но я обещал, что позвоню ей, как только будет возможность. А когда это будет, я и сам не знал.

Мне нужно было разобраться в своих чувствах к рыжей бестии, и узнать, кто же скрывается под маской скромной девочки. А что это маска, я был более чем уверен.

Я тщательно подготовился, надел любимую рубашку и белые выходные мокасины, которые обычно не носил на повседневку. Пораньше приехал, чтоб не опоздать, но с каждой секундой ожидания, чувствовал себя полным кретином.

Я вновь посмотрел на экран смартфона, а затем на компанию ребят. Пять минут.

– Привет, – вдруг услышал чистый голос Апельсинки у себя за спиной.

Я резко повернулся и широко улыбнулся. Все беспокойство, как рукой сняло, как только я увидел ее.

– Один – один, красавица! – ухмыльнулся я, замечая легкий румянец на ее щеках.

Кажется, за то время, что мы не виделись, Лера стала еще красивее. Сарафан – все такой же скромный и целомудренный, но на этот раз яркого лимонного цвета. Пляжная сумка перекинута на загорелое красноватое плечо. В руках девушка сжимала маленькую полупустую бутылку воды.

Выглядела Лера немного уставшей и расслабленной. Мне вдруг захотелось ее растормошить или развеселить, чтобы она подарила мне свою улыбку или звонкий смех.

– Почему это? – Лера села на самый краешек скамейки рядом со мной, будто боясь, что я ее съем.

– Ты опоздала, – заявил я.

– Нет. Сейчас ровно два дня. Я вовремя, – легкая улыбка коснулась ее лица.

– Ммм. Подожди. Смотри, – я протянул ей телефон, – видишь, уже два ноль пять.

– А на моих два ровно, – с уверенностью сказала она.

– Покажи.

Лера удивилась, но полезла в сумочку. Оттуда она достала телефон и обычную тетрадь, а заодно убрала воду. Разблокировала экран у беленького блестящего аппарата и без слов протянула мне. Точно, на ее часах было два ноль ноль.

– У тебя, скорее всего, неправильно. Давай, подстраивай под мои, – я вернул Лере телефон.

– Зачем, Тём? – Лера посмотрела на меня.

А действительно, зачем мне это? Я задумался и нахмурился. Время ведь не так уж и важно.

– Чтоб больше не опаздывать. Ни тебе, ни мне. Пошли, – я первый встал с лавочки.

– А-аа… Хорошо. А куда? – Лера, недоумевая, поднялась следом за мной.

– В укромное место. Не будешь же ты мне тетрадь прямо здесь отдавать?

– Пошли, – согласилась она, одарив меня понимающим взглядом.

Мы пошли на этот раз в сторону памятника, неспешно и медленно. Зеленая аллея уходила далеко-далеко вдоль всей набережной, поэтому гулять по ней можно было бесконечно. Тем более в тени деревьев было значительно лучше переносить сегодняшнюю тридцатиградусную жару.

– Лер, а почему ты с другой стороны пришла? Я ждал тебя с главного входа.

– Я с подругой загорала, поэтому поднялась сюда пешком. Вот так получилось.

– Загорала? В такое пекло?

– Да. Я с кремом. И почти не сгорела. Почти, – немного смутилась она тем, что я так пристально разглядывал ее.

– Ммм… Ясно. Лер, а можно нескромный вопрос?

– Можно, – быстро ответила она, а потом, немного подумав, добавила. – Смотря какой.

– У тебя парень есть? – спросил я. Нужно было знать. Действовать или нет?

– Нету, – снова смущенно ответила Лера.

Значит – зеленый свет. Я улыбнулся своим мыслям.

Мы оба замолчали. Лера теперь не казалось расслабленной, напротив натянутой как струна. Значит, она правильно поняла мой вопрос.

Мы шагали по асфальтовой дорожке и рассматривали людей вокруг. Кто-то катался на велосипедах, кто-то просто отдыхал в тени деревьев, усевшись прямо на траву.

– Это мне тетрадь? – нарушил я тишину между нами.

Она ее скрутила и теперь несла, как подзорную трубу.

– Ой. Да, – Лера принялась расправлять ее, возвращая прежний вид. – Держи. Это те самые вопросы. Ну, надеюсь на это. Почитай, может, что-то уже знаешь? – протянула мне Лера тетрадь.

Мы зашли уже прилично далеко, и людей становилось все меньше. Я открыл тетрадь и пробежал глазами по строчкам. Да. Один вопрос я как раз недавно выучил.

– Спасибо, Лер. Чтоб я без тебя делал? Ты спасла меня.

– Постой. Возьми еще материалы, – Апельсинка вынула из сумки три потрёпанных толстых блокнота и передала мне. – Долго искала их дома, но нашла.

– Круто, – поблагодарил я ее и широко улыбнулся.

Я сам себя не узнавал. Мне вдруг захотелось взять ее за руку и почувствовать, какая у нее кожа на ощупь. Но вольничать, разумеется, я не стал, и придумал кое-что другое.

– Ну, это еще выучить надо, – сказала Лера, – Так что раньше времени не радуйся.

– Конечно. Эм. Лер?

– А? – она растерянно посмотрела на меня.

– Как на счет перекусить? Кафе?

– Я с удовольствием, – воскликнула Апельсинка.

Вот наконец-то сияющая улыбка.

– Тогда давай выбираться из этих зарослей, – подмигнул я ей и вдруг заметил, как на стройное плечо села пчела. – Ой, на тебя, кажется пчела села, – проговорил я как можно спокойнее.

Лера резко остановилась и с испугом взглянула мне в глаза.

– Что? – пискнула Лера. – Какая еще пчела? Откуда она здесь? Лера застыла и боялась сделать шаг.

– Тише, не бойся. Это все твои духи, да и платье яркое, – я подошел ближе.

– Убери ее. Мамочки, убери. Она меня ужалит, – взмолилась шепотом Лера.

– Сейчас, – я махнул рукой, и пчела взлетала, но тут же присела мне на руку.

– Ух ты. Ай, – отскочил я от Апельсинки и крикнул, почувствовав дикую резкую боль на шее, – зараза, прости я не тебе. Вот гадина полосатая.

На самом деле в таких случаях я обычно матерюсь, но при Лере я почему-то не мог.

– Она что – укусила тебя? – подлетела Лера и взяла меня за руку.

– Да. Лер мне плохо, кажется нечем дышать. Аааа, – я закашлял и лег на лавочку.

Глаза у Леры от страха расширились, как блюдца. Она наклонилась ко мне и стала махать руками около моего лица и зачем-то трогать шею и грудь.

– Дыши, дыши, – отстранилась она. – Я сейчас. Я скорую вызову. У тебя аллергия на пчелиный яд. Господи.

Лера полезла в сумку, судорожно переворачивая все содержимое.

Я лежал с прикрытыми веками и наблюдал за ней, с еле заметной улыбкой. Она быстро достала телефон и бросила на меня короткий взгляд, в котором читался неподдельный страх. Черт, я так напугал девчонку, что она глядишь, и сама шлепнется в обморок.

– Лер, прости, – решил я сразу начать с извинений. – Ле-ер?

Я привстал, в надежде, что Апельсинка не сильно на меня разозлится за глупую шутку. Шея все еще болела, пчела действительно ужалила, но я был в порядке.

– Артём, сейчас, подожди. Все хорошо будет, не волнуйся, – Лера меня не слышала и стучала пальчиками по сенсору экрана.

Я в порыве встал и взял ее за руку.

– Лер, я это… Я пошутил! Прости, – тихо признался я.

Она застыла и перестала терзать горе телефон.

– Что? – возмутилась она.

Я встал напротив нее и заглянул в красивые глаза.

– Прости, у меня нет аллергии. Я пошутил.

– Ты? Что? Ты пошутил? Ну, ты… – она отняла свою руку и отошла на пару шагов.

– Ты… – вновь повернулась ко мне и выставила грозно указательный пальчик.

– Кто? Ну, давай, Апельсинка, скажи это. Кто я?

– Что? Что сказать? Ты меня чуть с ума не свел. Ты же знаешь, что можно умереть от этого? – она села на скамью и скрестила руки.

– От пчелы?

– Нет. Я думала, у тебя анафилактический шок. Это очень опасно, и может быть смертельно, если вовремя не предпринять меры. Да ты… Ты совсем… – Лера даже не могла сказать плохого слова и как-то меня обозвать, хоть было прекрасно видно, что она внутри кипела от злости. Воспитание не позволяло ругнуться.

– Прости, – я сел рядом. – Но пчела и правда меня укусила, и мне все еще нужна твоя помощь!

– Зачем ты это сделал? Это вовсе не смешно! Это глупо! Ты как ребенок! – продолжала обиженно бурчать Лера.

– Я хотел тебя развеселить, и поднять настроение, – пытался я задобрить ее.

Наступило молчание. Лера прибиралась в сумке и не смотрела на меня.

Я вздохнул и спросил: «У тебя есть зеркало?»

– Эм. Есть. Зачем тебе? – недовольно спросила.

– Ну, во мне до сих пор жало этой полосатой. Надо его как-то достать. Дай, пожалуйста.

– Давай, сама посмотрю, – голос Леры стал мягче.

Она наконец-то повернулась ко мне и подсела ближе. Очень нежно и легко коснулась моей шей в том месте, где чувствовалось жжение.

– Больно? – спросила она.

Кажется, Лера успокоилась и была готова мне помочь.

– Нет. Терпимо.

– Сейчас. Надо водой промыть, и я вытащу эту штуку. Ну, попробую это сделать.

Лера достала бутылку с водой и салфетки. Протерла свои руки и смочила чистую салфетку водой. Потом очень аккуратно промыла место укуса.

– Теперь, не шевелись. Лучше бы конечно щипчиками достать. Но у меня с собой их нет. Попробую ногтями.

Лера встала и наклонилась ко мне. Задержала дыхание и медленно потянулась к моей шее.

– Есть. Вот оно, – через секунду сказала она.

– Покажи, – попросил я.

Лера протянула руку. В розовых аккуратных ноготках была зажата тоненькая черная палочка.

– Все! Дома обработай антисептиком, – строго сказала Лера и выбросила жало на землю.

– Хорошо, спасибо тебе.

– Не за что. Но все равно, прошу тебя, не разыгрывай меня так. Я очень доверчива и часто воспринимаю все всерьез.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.