Импотент и фригидная. Книга вторая
О любви грязно, пошло и весело… Типа стихи
Александр Черенов

© Александр Черенов, 2019

ISBN 978-5-0050-7518-5 (т. 2)

ISBN 978-5-0050-7519-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

На Ваше признание

Я, так как всё, до пыли,
смолото,
Свершал иной,
отважась, лов
И вдруг меня – как в темя
молотом,
Как кистенём,
от Ваших слов!

Теперь совсем не мил мне
вид листвы —
Хоть лето спешно
отменяй!
Да просто киллером
явились вы,
Сказав, что в чреве —
от меня!

Хоть стенкой успокоить
мне бы лоб!
Да, я Вам был любовник,
друг,
Но пухнуть уговора
не было!
Нелепо: я – и папа
вдруг!

Всё, всё: даю зарок
«иглу» постить,
И плоть свою держать
в узде!
Нет, нет, оставим эти
глупости:
Аборт – и никаких
гвоздей!

P.S. Я в тех делах не зря
упорствую,
Стремясь уже иных
объять.
Опять я с кем-то ночью
бодрствую.
Опять постель… Что, всё
опять?!..

На возвращение с юга

Ода – в элегию, стансы – в сонет:
Мысли остались – а чувства всё нет!
Если и вспомнится – так, между дел! —
Плоть: романсе́ро зря песнь мне дудел!

Я вспоминаю, как всё началось:
Краска – в лицо, ну, а пот – на чело.
Мы стартовали от печки, как все:
С чувственных вздохов на пляжной косе.

Я вспоминаю финалы всех вахт:
Лепет, всегда закруглявшийся в акт,
И ощущенье, что всё – не со мной!
Ты мне казалась тогда неземной!

Помню скамью, что была нам узка́,
Помню «раздавленный» там же «мускат»,
Помню весь трёп в ожидании чуд —
Только любви не припомню ничуть!

Жизнь возвратила меня из Соче́й:
Вон – из мозгов, если вон – из очей!
Я преспокойно другой занялся —
Глупо вести разговор за «нельзя»!

Что было грустно, то стало смешно:
Чувство ведь произрастало меж ног!
В этом ли – суть мужиков и суть баб?!
Я извиняюсь: видать, не судьба…

На поездку к югу

Коль верны хоть частью слухи,
Там, в Соча́х – такие шлюхи,
У которых ноги, сиськи —
Просто блеск и первый сорт!
Был бы член, и деньги были б!
Я из баб повытряс пыли б,
Там девиц не нужны сыски,
То добро не перлы – сор!

Раз любовь – не стих, а проза,
Раз того добра – как проса,
Раз у них – вот жизнь! – любую
Забирай и уводи,
Я тогда, рекламой сманен,
Попрощался с Дусей, с Маней,
И – сюда! Хожу. Любуюсь.
Загораю у воды!

Да, девиц – как в море пены!
Всё, взыграл дух мой репейный:
Ноги, бюсты, юбки-мини —
Я почти, что на уде!
Дело только за валютой!
Как их всех, я завалю-то?!
Захватили юг фемины —
Так чего ж я не у дел?!

Я ж летел сюда по дамы,
Мне сбывают их пудами,
Так чего ж я сохну, вяну,
И с чего опал «кокос»?!
Всё спустил буквально за день!
Зря вертишь, девица, задом!
Всё: приму под солнцем ванну —
И обратно в свой колхоз!

Не ввиду посещения паба…

Не ввиду посещения паба —
Я ж к нектару привык да к росе! —
Мне приснилась шикарная баба,
При невиданной прежде красе!

Я от этих немереных груд – дик,
Я узрел на Земле райский сад:
Ах, какие волшебные груди,
Ах, какой восхитительный зад!

Этой плотью б, как хлебом, давиться!
Это мясо б до сока давить!
Хороша бесподобно девица,
Да и я – с Голиафом Давид!

Сон, держи её! Эй, ты – куда?! Стой!
Ведь такую б – в музей! Под стекло!
…«Засандалил» я всё же грудастой,
Так, что прямо в трусы потекло…

Не вспоминай…

Что рыдать, по софе
мечась-то?!
Брось – и боль
на гнев поменяй!
Ты меня вспоминай
нечасто,
Или лучше —
не вспоминай!

Бог – ну, тот, кто на небо
у́был,
Благородством меня
обнёс:
Я тебя отписал
на убыль —
Как платок, что истёр
об нос!

Скольких я до тебя
препон мнил,
Пока плоть не умял
в газон!
А теперь если что
припомнил —
Равнодушно: как фильм,
как сон!

Ты – не более! —
дева с торга!
Плюнь в меня – я утру
плевок!
Никакого
во мне восторга
От владенья твоей
плево́й!

Душу рвать ни к чему
на части:
Зад от новых
мест подминай,
И меня вспоминай
нечасто,
Ну, а лучше —
не вспоминай!..

Не выпрашивал, не вымаливал…

Я ль в цветочки неправду
выкрашивал?!
Я ль девицу словами
выманивал?!
Нет – ведь я ничего
не выпрашивал,
И совсем ничего
не вымаливал!

На едином держался
престиже я!
Я ль кому свой «мундштук»
раздавал литым?!
Ты сама раздевалась,
бесстыжая,
И сама же меня
раздевала ты!

За старанья мои —
отвали бедой!
Ну, какой я отныне деви́ц
оплот?!
Я ведь так ублажил
твоё libido,
Что неделю теперь не взгляну
на плоть!

Я сдыхать не давал
обязательство —
Мне ж неделю на НЁМ
не носить наяд!
Вот бы цепью какой
обвязати «ствол» —
Ну, какая же ты
ненасытная!

А я, глупый – не счесть —
износил лаванд!
Пусть стремлений в тебе, словно
в гончей, но
Так как это ведь я
изнасилован,
Перерыв на неделю —
и кончено!

Не желаю я ничего…

Ночь – не пойло ль,
а дни – не яд?!
Я дошёл: можно брать
и в дверь нести!
Не желаю
отныне я
Ни любви твоей,
и ни верности!

Размышлений о сексе
средь,
Не надраивай втуне
пол о стих:
Не желаю я больше
зреть
Ни вершины твои,
ни полости!

Зря ты чувствами
ожила́ —
Видно, сплин меня,
свою цель, настиг:
Не желаю, как встарь
желал,
Я тебя ни в кусках,
ни в цельности!

Мне бы жизнь свою
поменять
На другую, в которой
нет тебя!
Не желаю я
поминать
Тех, что мы натворили
вместе, бяк!

Сыпь приманки,
и сети ладь —
Не любящему, что
мне и́з того?!
…«Не желаю —
и все дела!»
Я ору под тобой,
неистовой…

Не заклинаю…

Не заклинаю: «Извини!»
Я – тот шкаф!
Но ты мне больше не звони —
И точка!
Пусть зов – клыками источись,
А бас-то!
Но ты мне в душу не стучись —
И баста!
Стони под прочим до зари —
И дико!
А мне словами не сори —
Иди-ка!
Ни рук нам в кольцах под настрой,
Ни вый деть!
Ты мне ни сцен, ни рож не строй —
Не выйдет!
К рукам всё то, что мне претит,
В стыде ладь!
…Ты встала раком – не пройти:
Что делать?!

Не на балах…

Не на балах, где лесть упряма,
Где бабы взгляды в нерв строчат,
Я встретил Вас, но если прямо,
Уж лучше было б не встречать!

Давно познавший иго коек,
Творивший словом произвол,
Я впечатленье – и какое! —
На Вас, к несчастью, произвёл!

Я – завсегдатай рестораций,
И вдруг: кусты и гаражи!
Не надо было мне стараться,
Но Вы ведь тоже хороши!

Сермяжна суть существований:
Год жизни – что неделя нег!
Я овладел без чувства Вами —
До Ваших чувств мне дела нет!

Всё б обращать добро во зло Вам!
Ну, как тут с горя не вскричать!
Я встретил Вас – но, право слово,
Уж лучше было б не встречать!

Не надо бы (ох, не надо)…

Не надо б раз десять
на́ день
Встречаться в потемках
с Надей,
И домогаться
тайны
У, в общем, девчонки,
Тани!

Не надо бы тигром
с ветки
На юную падать
Светку,
И в губы
вминаться Рае
В соломе,
в сыром сарае!

Не надо – будь деликатен! —
Кататься
на теле Кати.
И ум потеряв
в накале,
Продолжить труды
на Гале!

Не надо, борясь
с истомой,
Бороться ещё
и с Томой!
И с Ольгой лежать
на сене
В амбаре, порой
осенней!

Не надо бы млеть
и таять
От толстой, горячей
Таи,
Потом шептать
имя Нины —
В печёнках
уже менины!

И шатки дела,
и валки:
На Маньке —
потом на Вальке.
Когда – табуны
мне на дом,
Попробуй сказать:
«Не надо!»…

Не понравилась…

Получившись всего
за раз умней,
Я постиг:
не молчи в ночи!
Ты понравилась как-то
сразу мне:
Всё на месте, всё —
чином чин!

Потрясён я телес
внушением:
От тебя ли к другой
сбежишь?!
Если б всё завершить
сношением,
Но ведь ты к алтарю
спешишь!

Скрою ль мыслей
во взоре мены я —
Хоть архангел завоет
в сакс?!
Ты – совсем, уж,
несовременная:
Если «взял» тебя – так и
в ЗАГС?!

Завлекателен трёп
о быте, но
Слов – на рубль, дел —
на пятак!
Отдалась ты легко,
обыденно
Вот ещё
расстаться бы так!

И хотя ты потом
«поправилась»
(По моей и твоей
вине),
Не настолько ты мне
понравилась,
Чтоб вести тебя
под венец!

Не ругай ты меня…

Не ругай ты меня, не брани, не кляни,

На плечо лучше голову тихо склони,

И давай помолчим, помозгуем вдвоём,

Обо всём, о своём – о моём и твоём.

Отложи свою скалку – не мучай себя,

Не считай мои ребра, пыхтя и сопя,

Не выбрасывай сдуру кальсоны за дверь —

Лучше мужу себя, недотрогу, доверь!

Не ругайся, родная, как грузчик в порту —

Не оценят соседи гортанных потуг!

То есть, как это «Пропадом, гад, пропадай!»?

Натопи лучше баньку, да пару поддай!

Что разводом стращать – лучше будем дружить!

И не надо тарелки о череп крушить!

А пойдём-ка с тобой обживать сеновал —

Я давненько по массам твоим не сновал!

Не маши кочергой – я ж извёлся в посте́,

А давай оголяйся – и живо в постель!

Да активней трудись телесами, не спи,

За меня не болей – я здоров, не испит!

Не ори, не скандаль, видишь: чуть не дрожу!

Прошепчи лучше в ухо: « Ребёнка рожу…»

Я, конечно, растаю, в тебя изольюсь,

Я прощаю тебя, я, ей, богу, не злюсь!

Не светский лев

Хоть Вы мощами и звените —
На свет скелет,
Но я – и вы, уж, извините —
Не светский лев!

Казалось: ты же прост стараться,
Уважь, щенок!
Но я не жажду простираться
У Ваших ног!

Я б мог заняться Вашей тушкой,
Помочь полнеть,
Но быть «пай-мальчиком» и «душкой» —
Ну, не по мне!

Томиться сном и светским трёпом —
И весь удел?!
Даёшь забор избитым тропам!
Тьфу – весу тел!

Хоть в руки сиськи обе суйте,
В огне, в поту,
У Ваших ног, не обессудьте,
Я не паду!

Невоздушная и доступная

Мани́т она: облапь меня, огладь!

И хоть желанья плоти – не химеры,

Но я б её не взял и за оклад:

Она доступна выше всякой меры!

Куда б себя от этой ловли деть?!

Ведь вот не встало от роскошных ляжек!

Такой, увы, несложно овладеть

Без слов, а со словами – тут же ляжет!

Ну, как не быть в багрянцах крапин с ней —

Ведь грубо образ Ковалевской сляпан:

Ей эта сложность личит, как пенсне

Коровьей морде, или хряку шляпа!

От мыслей разряжаюсь бранью я,

Убийственно на мне спокойны брюки:

Была б она воздушна без вранья,

Пешком пошёл бы – нет, пополз на брюхе!

P.S. Что толку грезить о «мамзель Нане»! —

Я сдался, и пришёл с повинной на дом.

Возлёг. Лежу. Работаю на ней:

Огонь! – Чего ещё, балбесу, надо?!

Немытая

Всё б им – хоть плоть меняй! —
Мне иску́с совать!
За что судьбе меня
Всё искусывать?!
Знаток прикрас наяд —
Вроде мытаря:
Вот ты прекрасная,
А немытая!

Я, как Роден на пне,
Голый, думаю.
Всё о любви – об ней:
Дай мечту мою!
Потом, уж, мысль – за секс,
Плоть грызущая,
Ведь ты как MISS OF всех,
Но грязнущая!

Я – благородство суть,
Мыслью гор достиг!
Что мне плебейский суд —
Плюнь из гордости!
Под кожей – тема жил:
Не в онучах я!
Ведь ты – всё, чем ожил,
Но вонючая!

Скриплю, хриплю, терпя,
Слаб натурою:
Кто ж уродил тебя
Дурой-дурою?!
Грязь не списать для масс
На загар жены!
Хоть ты – почти алмаз,
Но загаженный!

От грёз: «Ты где, луна?»
Отучу чело!
Пора и к делу нам:
В воду, чучело!
Скребки не зря взяты́
Да со сменой вод:
Какой без грязи ты
Оказалась – вот!

Нет в тебе загадки

Дни
от «ликбеза» гадки.
Мысль – и та
не бела:
Нет ведь
в тебе загадки —
А надо, чтобы
была!

Хватит – вам только
дай ныть!
Новых лови
и меть:
Нет в тебе больше
тайны —
А надо б её
иметь!

Мысли, злы
и в тепле, вы!
«Траться!» – вот мой
девиз!
Нет в тебе больше
пле́вы —
А мне подавай
девиц!

Не задрожит
и чуть «ствол»,
В страсти, уж,
не мечусь.
Нет тебя: где ты,
чувство?!
А надо б – ну, как
без чувств?!

Спи с другим,
и вяжись с ним,
В тёртую щель
маня:
Нет тебя больше
в жизни,
И нет для тебя
меня!

Нет терпенья больше…

Страсть мою, приличий
Страж, насилуй,
Заливай в меня хоть смысл,
хоть чушь —
Я хочу её
со страшной силой,
Я её неистово
хочу!

Мысль о днях, в кого другого,
вперься —
Мне отныне это
лишь дано:
Как представлю по полпуда
перси —
пулей вылетаю
из штанов!

Не зови к вину, сосед
Сан Саныч —
Кончен тот, кто дозами
бесил:
Как представлюсь в сотом акте
за ночь —
Тут же на постель валюсь
без сил!

Я давно постиг любой
ход к актам,
Если плод даю – так это
плод!
Не могу я вразумить хоть
как-то
От любви взорвавшуюся
плоть!

Отчего ж, деви́чьи
боком рати —
Им ведь кажут
не амвоны путь?!
Помогите, люди,
Бога ради,
Приведите хоть
кого-нибудь!

Ничего не стесняйся!

От желанья – прямо
в мыле я,
На просторах твоих
перин!
Ничего не стесняйся,
милая,
Если хочешь меня —
бери!

Столько сил во мне – просто
чуть не я!
Всю тебя
и без просьб вспашу!
Ничего не стесняйся,
чудная,
Если хочешь
per os – прошу!

Я другим возродился
из лав наяд —
В полостях не пустяк
мой «трут»!
Ничего не стесняйся,
славная,
И per anum для нас —
не труд!

Для тебя ль чушь, другим
лепимая?!
И я прямо тебе
скажу:
Если хочешь с двумя,
любимая,
Я к соседу сейчас
схожу!

P.S. Шёл за здравие я —
и вдруг помин!
Искр остаток
о круп гася,
Я – как труп под тобой.
И трупами
Там – сосед. Там —
округа вся…

Но опять ты меня искусила…

Все глаза на постель
искосила,
Ну, и я – что естественно! —
взмок!
И опять ты меня
искусила,
И опять я проститься
не смог!

Мне – вот тут уж филеи
и икры!
Я забыл всё былое —
как стёр!
Ни к чему полуночные
игры —
Не займётся угасший
костёр!

Я от лени уже
взялся салом!
Я почти с кабана —
с аса сал!
Но опять ты меня
засосала,
И в ответ я тебя
засосал…

Ну, вот, и расплевались…

Глаза слезой и тушью расплывались,

Но я в них бросил, яростью двоим:

«Да ну тебя за фокусы твои!

Ну, вот и всё. Ну, вот и расплевались!»

А я ведь жил одной тобой, заразой,

Терпя позор, мученья и Содом!

Всё – для тебя! Всё – на тебя! Всё – в дом!

Всё больше – день за днём, и раз за разом!

Ты ж у меня в одних шелках гуляла,

На злате кушала, из серебра пила́,

Была свежа, румяна и бела́ —

И всё за то, что мясо оголяла!

Теперь дари другим свои места – ну!

Приняв плевком в один конец билет,

Вали домой, в Торжок – рыдать не стану! —

В исподнем, мною купленном, белье!

Ну, и дали мы жару!

Нам, таким лишь, друг друга собой уминать,

Жизнь прекрасна – от боя до боя!

Ну, и щель у тебя! Ну, и член у меня!

Ну, и дали мы жару с тобою!

Ты давалась легко! Я, как зверь, нападал!

Создавая в ночи образ гону,

Ох, ты мне и дала́! Ох, и я наподдал,

Ну и дали мы оба разгону!

Я до ста досчитал – и отставил от ста,

Он стоял над тобой, а висел я!

Ох, и выдала ты! Ну, и я не отстал!

Ну, и дали мы в целом веселья!

Я б за пояс по фрикциям Дьявола дел,

Да и недра не втуне пустели!

Ох, ты и отдала́сь! Ох, я и овладел!

Ох, что мы натворили в постели!

Всех забот – знай, искусные позы корячь,

Ибо в каждом желания – с лаву!

Ты была горяча! А как я был горяч!

Мы с тобою потрудились на славу!

Ну, как тут не примешь ежей чин!

Ну, как тут не примешь
ежей чин,
Когда ты, как впрямь,
не из женщин!
Мне – крест: и Большой и
Ла Скала —
Ты лучше бы лучше
ласкала!

Достали меня эти
гады —
Вивальди, шопены
и гайдны!
И мне уже
не до музея:
Пойми, как-никак,
из мужей я!

Шлю маты балету
да драме!
К чертям всех монте́ней
с дидра́ми!
И всё бы ты мыслью
сочилась —
Уж лучше бы сексу
училась!

Пора от учёнейших
морд – в вой!
Что толку в постели
от мёртвой?!
Ты даже на ке́чуа
шпаришь —
А разве с собой тебя
спаришь?!

Но я огрызнулся
зубасто:
Я – сверху, ты – снизу!
И баста!
Не зря ведь слова, как
ежи – во:
В постель, дорогая —
и живо!

Ну, что бы Вам…

Он рвёт штаны почти стальным канатом —

А Вас не уложить и не примять!

Ну, что б Вам не принять меня, как надо,

Ну, что б Вам благосклонно не принять?!

Я ж не прошу Вас сразу пасть мне в ножки,

И плоть мою туда, где Эрос, влечь!

Ну, что б Вам не завлечь меня немножко,

Ну, что б Вам поцелуем не развлечь?!

К баранам нашим возвращусь опять я:

Порой и клерк желает подурить!

Ну, что б Вам не принять мои объятья,

Ну, что б Вам мне свои не подарить?!

Уж я давно, поскольку вышел пар, нем!

Уж на слова до буквы опустел!

Ну что б Вам не поладить миром с парнем,

Ну, что б Вам не снести его в постель?!

P.S. Ну, вот, пойми, попробуй, этих женщин —

Уже давно потерян схваткам счёт,

А ты молишь – уже без всякой желчи:

«Хочу ещё! Ещё! Ещё! Ещё!!!»

О бухгалтерии и бухгалтершах

Сотни раз от чувств я
бух артерией,
Исполняя мужеский свой
долг!
Я не разбираюсь
в бухгалтерии,
Но в бухгалтершах, уж, знаю
толк!

Понял я, в страданьях
проводя деньки:
Пыль бумажек – старым
лишь носам!
О балансах знаю я
от дяденьки,
Но в грудях работал
лично, сам!

Я беру гроссбу́х с зубовным
скрежетом,
Дамы, мне б другим
уважить вас!
Мне бином Ньютона – де́бет
с кре́дитом,
Но деви́цы мне —
как дважды два-с!

Настроенье от бумаг —
осеннее,
Ордерам я, словно в рабство,
сдан!
Размечтался о кустах,
о сене я,
Разглядев коллеги гибкий
стан!

Проползти по мясу мне бы
лавою,
Под мечты про дол, про лес,
про синь!
Да, в делах бухгалтерских я
«плаваю» —
Но бухгалтерш обо мне
спроси!!!

О курорте – из коровника

Не меня призывают кусты:
«В нас отведай курортниц вкус ты!»
И не мне напевает прибой:
«Милый мой, да ты просто – плейбой!»

Уж, как я постарался бы мочь,
Но не мне улыбается ночь!
И не я, кто – в сто красок крась – сив,
Аполлоноподобно красив!

Южный сумрак магнолией пьян.
Развлекает старушек баян.
И плодами роскошных наяд
Объедаюсь, конечно, не я!

И не мне улыбается юг!
И не я влагу «Пальцем» солью!
И другой выдаст россказней воз,
В час, когда я лопачу навоз!

Навалили, мерзавцы – хоть плачь:
Мокр от пота болоньевый плащ!
Протяни мне, желанный юг, нить —
В их дерьме не желаю я гнить!

О любви – без затей

Жизнь – как фронт: вот и я
бьюсь там!
Так что лирик в душе
смолк:
Лишь над самым твоим
бюстом
Я тебя полюбить
смог!

Жди от слова, как масть
ляжет! —
Нет, смелея
от правд рук,
Лишь у самых твоих
ляжек
Я тебя полюбил
вдруг!

Зря эстет
и творец писем
Приукрасить хотел
явь:
Лишь занявшись
твоей писей,
Объяснился в любви
я!

Ночь светла – хоть в луну
нож кинь!
Без соплей и любых
фраз,
Лишь раздвинув твои
ножки,
Я влюбился в тебя
враз!

Сколько, плотский, даёт
польз, яд!
Прямо с «фронта» спеша
в «тыл»,
Лишь под утро с тебя
сполз я —
Вот такая любовь,
ты…

Ставить бардов в пример
брось ты —
Я в постели не зря
взмок:
О любви без затей,
просто,
Так, как есть, рассказать
смог!

О скалке и «палке»

«Где был? (брюхо ещё не внёс!)
Да в НИИ, с чертежами, с калькой!
Так за что же мне прямо в нос —
Вот такой безразмерной скалкой?!

Глазом хоть до мозгов буровь —
Продержусь: я силён закалкой!
Так за что же мне прямо в бровь
Вот такой безразмерной скалкой?!

Ничего – хоть и быть могло б!
Виноват: зубы впредь не скаль-ка!
Но зачем же мне прямо в лоб —
Вот такой безразмерной скалкой?!

Не встречал я ни Маш, ни Глаш,
Ничего я не делал с Галкой,
Так за что же мне прямо в глаз
Вот такой безразмерной скалкой?!

Всё – дозрел, становлюсь умней!
Ты ведь – ровно монгол под Калкой!
Но опять – по загривку мне
Вот такой безразмерной скалкой!»

P.S. Я мослы свои о́тдал бить,
И́дя в тыл, как разведчик – балкой.
И теперь мой черёд долбить —
Вот такой безразмерной «палкой»!

О склонности к женщинам

Словно чувства мои
циклон настиг:
Я, не зная ночей,
тру дам!
Да, во мне проявились
склонности
Больше к женщинам,
чем к трудам!

Хоть кричи: «Ты доне́льзя
желчен, ах!» —
Посылая к чертям
бином,
Я теперь понимаю
в женщинах
Больше, нежели
в чём ином!

Жаркий шёпот с серёжкой
вдев в ушко,
Возглавляя любви
отдел,
Я теперь отграничен
девушкой
От былого себя,
от дел!

Конкурент ли в ночи
«копью» теракт:
Мне ль срамиться
в таких делах?!
Я не смыслю ничуть
в компьютерах,
Но как смыслю
в тугих телах!

Для девиц себя
мирово́ таю:
Кто ещё придал
полю б вид!
Нет, «по схемам» я
не работаю —
Я работаю
по любви!

О странностях любви

Я рву на части душу, мерзкий,
Суля тебе, ранимой, яд:
Я для тебя – сатрап шумерский,
Но ты ведь всё равно моя!

Какие здесь быть могут игры —
Мечта, напрасно не маячь:
Я для тебя – почище тигра,
Но ты ведь – всё равно моя!

Терпенья чаши – не безмерны,
Ведь слёз наплаканы моря!
Я был и есть – Кощей Бессмертный,
Но ты ведь – всё равно моя!

Потрепещите, подрожите ль
Все те, кому любовь – маяк!
Я – твой палач, твой потрошитель,
Но ты ведь – всё равно моя!

Моей ужасности глубины
Познала ты, всю боль изныв!
Я – твой единственный, любимый,
Мечты, реалии и сны!

О тебе

Проложу я по топям словес
смысла гать,
Раскатавшись мозгами, что
бли́ном:
О грудях твоих оды возможно
слагать,
О филеях же – ро́вню
былинам!

От желания хочется выть
и синеть!
Ах, глаза – мысль шальная,
беги в них!
О ногах твоих петь бы петраркин
сонет,
А о том, что меж них —
петь бы гимны!

Ну, не пишется мне, хоть накалом я —
с печь!
Навидался ж – чего ж ещё
видеть?!
О губах бы роскошную арию
спеть,
О сосках бы симфонию
выдать!

Знаю: будет препоны мне
касса чинить,
Но в сюжет предложил уже
Бес «ню»!
О походке твоей мне бы
сказ сочинить,
О приманках – народную
песню!

Всё: нет силы терпеть! Я из джинсов
скольжу:
Ведь охота – сильнее
неволи!
…Ну, и что о тебе я под утро
скажу:
Работяща, мила… но
не боле…

О чувствах трубишь ты зря…

О чувствах трубишь ты зря,
Меня плотоядно зря!
Хоть вся ты, как есть, в прыщах,
Но я говорю: «Прощай!»

Поспела ты – и давно,
Ну, всем – от филе до ног!
И бюст твой – весьма весом!
С чего же кидает в сон?!

Ты жаждешь со мной возни!
Ты стонешь: «Приди! Возьми!»
Ты шепчешь: «Скорей, сдаюсь!» —
А я у дверей стою!

На члене, и на челе —
Истома, иначе лень.
Но ты юлишь под стопой!
…Ну, ладно, ну, чёрт с тобой!

Обида (на манер застольного стёба)

Для тебя – все телесные груды,

Ты не раз надо мной зависал,

Но зачем мои де́вичьи груди

Ты узлом на спине завязал?!

Ты был, с мясом вживаясь в игру, дик —

Тут и дьявол давно б завизжал!

Так зачем мои девичьи груди

Ты ещё и узлом завязал?

Я люблю эти залпы орудий,

Когда тычут костисто и зло!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.