Сергей Залевский
ЗА БОРТОМ

Во время научно-исследовательской океанографической экспедиции наш современник непонятным феноменом переносится на другую планету, которая почти полностью покрыта водой. Планета-загадка изучается учеными Содружества, ну а основное население в это время просто живет на воде,… или под водой. В книге все выдумано, просьба не искать аналогий с Землей и не умничать по поводу названий деталей и помещений судов и всего остального…

Глава 1

В этот рейс студент пятого курса института океанографии Григорий (Гриша) собирался с воодушевлением: полугодичный рейс по просторам мирового океана должен был засчитаться ему за преддипломную практику, ну и немного денег заработает по ходу дела. Все-таки полгода в международной экспедиции, куда попасть в принципе невозможно, это серьезно. Почти невозможно,… но можно, если твой отец немного проспонсировал эту самую экспедицию – в результате несложных манипуляций, сынок оказался зачислен в экипаж на весьма странную должность, звучавшую как «моряк-исследователь». Однако на должность, стоящую второй в названии Гриша не тянул совершенно: ни по возрасту, ни по опыту, ни по образованию, но задача усвоить на практике то, чему учился эти пять лет, в этом плавании должна была быть им выполнена. Как оказалось, маршрут проложили таким образом, что даже собирались посетить печально известный Бермудский треугольник – что-то там ученые мужи собирались проверить, но молодого стажера об этом не поставили в известность, так как молодой еще.

Часть спонсорской помощи отца должна была осесть у него в кармане – по прибытии обратно домой в виде зарплаты за поход, конечно – в океане деньги не нужны. Не то, чтобы Гриша бедствовал при таком папике, но совместить приятное с полезным сама судьба велела, тем более что бизнес отца был напрямую связан с морем и парень собирался влиться в компанию близкого родственника сразу после получения диплома. Казалось бы, дурацкая ситуация: бизнес никаким боком не связан с исследованиями, зачем парню этот диплом и профильное образование – но тут все просто – Гриша с детства любил море, мечтал о кругосветных путешествиях, и вот только сейчас, когда ему исполнилось двадцать два года, он пойдет в кругосветку! Детские мечты сбывались прямо сейчас! Суденышко, куда прибыл нестандартный морячок, оказалось не ахти: не первой свежести, что понятно – государство совсем не жаловало науку, денег давало мало – у правительства были свои приоритеты. Всего неполных триста пятьдесят тонн водоизмещения, но для путешествия в дальние дали имелось почти все необходимое: подъемный кран, который по замыслу должен работать на батискаф – последний, кстати, подарили французы – аппарат мог «нырять» на глубину до семи километров. Ну а ученые, собравшиеся на борту, и не собирались глубже – идеи типа нырнуть в Марианскую впадину им не приходили пока в голову – ведь и без нее на дне мирового океана хватает загадочных мест.

Полноценный спасательный бот, закрепленный на правом борту, куча аквалангов, гидрокостюмов, компрессорная станция и прочая дребедень для погружений – экипаж, совместно с пассажирами-учеными составлял всего восемнадцать человек, где многие имели по две морские профессии на случай чьей-то болезни или иных непредвиденных ситуаций. Первое время Григорий зверски уставал: хоть морская болезнь и обошла его стороной, но работать матросом было для него внове – так-то он обычно катался пассажиром на разных теплоходах и яхтах, и к качке привык давно. А вот к физической работе не очень, хоть и хиляком не выглядел и таковым себя не считал – метр восемьдесят от пола, в меру жилистый и тренированный – несмотря на хорошее финансовое положение, лентяем не числился и не гнушался заниматься спортом, ходить в тренажерку и бассейн. Лишь к концу первого месяца плавания втянулся в норму и перестал замечать усталость – а на третий месяц своего путешествия их кораблик зашел в Саргассовое море. Здесь планировались свои исследования, погружения и прочее-прочее, где активную роль сыграл наш герой – уже по линии преддипломной практики.

К тому времени он, как и остальная часть экипажа, за исключением мотористов, пропадавших целыми днями в трюме, приобрел классический загар «до пояса», так как нижнюю часть одежды и обувь им запрещали снимать. Хотя и ниже загар имелся, но его интенсивность не шла ни в какое сравнение с верхней частью тела – как-то так получалось. Здесь наплавался до икоты: просто с маской и трубкой, когда собирал образцы среди водорослей саргассов, с аквалангом, когда делал примерно тоже, но заметно глубже. Да и просто в шортах, когда экипаж, изнемогая от субтропической жары устраивал «прибортовой бассейн»: для этой цели брали большой кусок брезента и погружали в воду, удерживая за края с четырех сторон – так получался своеобразный мини-лягушатник, где вода нагревалась буквально за минуты – все же судно находилось в довольно теплых широтах. Да и чувствовали себя все таким образом спокойнее, хоть и знали, что в Саргассовом море хищники почти не обитают – толпа шумно бултыхающихся в этом бассейне людей неизменно привлекала сюда разные любопытные организмы, но попасть за отгороженный мирок им тупо не хватало ума в их рыбьих головах.

Следующими по расписанию экспедиции должны были стать те самые Бермуды, о которых пел Высоцкий в свое время – там тоже планировались новые изыскания и погружения, затем заход в порт Гамильтона, где судно собиралось немного «отдохнуть», а экипаж вновь почувствовать под ногами твердую землю. Хотя, если разобраться, сколько там той земли-то: всего чуть более пятидесяти квадратных километров, много негров, которые выращивают бананы на экспорт – это если не считать наличия там военной базы США – но те точно ничего не выращивают, хе-хе.

– И нахрена мы сюда поплыли? – думал про себя Григорий, болтаясь на вышке подъемного крана, где что-то все время заедало – побыли бы еще в Саргассах, позагорали…

На этот раз ученые собирались на полную катушку использовать подаренный батискаф – глубины тут на грани дозволенной, но на самое дно никто спускаться не собирался – и на этот праздник жизни нашего студента, конечно же, снова не пригласили. Поэтому прямо сейчас он пытался заменить деталь в блоке крана, благо погода стояла почти безветренная, но жаркая – при болтанке много тут не наремонтируешь! Неприятности начались, когда батискаф успешно ушел на глубину: Гриша еще мучился с железом, когда внезапно почувствовал, как он вместе с кораблем резко пошел вниз – все произошло настолько быстро и неожиданно, что студент чуть не сорвался с высоты, выпустив из рук железяку, которую вот-вот собирался поставить на место сломанной. Неразборчивые вопли других членов экипажа совпали с ударом детальки обо что-то металлическое внизу на палубе – звон металла, а потом корабль как будто уперся внезапно во что-то твердое под собой. Судно дернулось, кран резко закрутило, и наш герой с криком полетел вниз, не смогши удержаться на стреле, когда подъемник раскрутило на 90 градусов.

В результате таких непонятных событий, Гриша оказался в воде, ведь в противном случае, упав на палубу, он бы гарантированно себе что-то сломал. Под воду ушел камнем, сгруппироваться в полете не успел и больно приложился животом и лицом о поверхность – с высоты стрелы оказалось, что водичка не такая уж теплая и мягкая. Краем сознания успел зафиксировать немыслимую картину: корабль своей передней частью находился как будто в яме, и со всех сторон его накрывало волной – затем парень ушел под воду, едва не захлебнувшись в самом начале нырка. В воду ушел на несколько метров и поначалу потерял ориентацию в пространстве – в приступе паники стал отчаянно вертеться, пытаясь понять, где спасительная поверхность, ведь без маски под водой все расплывается. Ботинки и спецовка тянули вниз, а вдобавок сверху вдруг стало темно – это судно заслонило ему свет солнца, но Гриша этого не знал и снова запаниковал, еле удержавшись от судорожного вдоха. Потом пришло непонятное ощущение пустоты, как будто вокруг пропал океан – чувство мокроты одежды имелось, а вот движению рук и ног ничего не препятствовало.

Легкие отчаянно жгло изнутри – организм хотел кислорода – поняв, что до спасительной поверхности он уже не доберется, судорожно вдохнул,… но да: вокруг не было воды, он не захлебнулся и в легкие пошел воздух – в этой пустоте чудесным образом имелась атмосфера. Сразу потемнело до полного мрака: Григорий как будто висел в невесомости – дышать мог, а вот двигаться нет – не за что было зацепиться или опереться, да и ориентиров не существовало в этом мраке. Затем разобрал слабый гул, как будто где-то вдалеке бьется о скалы океан, затем явственно различил новый звук – свист, который медленно, но уверенно нарастал. Чувство ощущения времени давало сбой – сколько он вот так висит в этом пузыре, неизвестно – вскоре свист стал резко набирать силу и тональность. Сначала немного помогало затыкание ушей ладонями – правда, ненадолго. Вскоре свист стал проникать в мозг, начались непонятные зрительные галлюцинации – как иначе можно объяснить картину полета человека в мокром комбинезоне сквозь звездные скопления. Затем свист, казалось, стал уже исходить из его собственной головы, а вместе с этим начались кровотечения из ушей и носа – Гриша чувствовал, как под ладонями течет что-то теплое и липкое – немного оторвал руки от ушей, и голова буквально взорвалась от резко скакнувшей вверх тональности свиста. Потом странное ощущение морского воздуха, удар обо что-то твердое – парень закричал от боли, потом опять удар, на этот раз сильнее и в голову – на этом мир для студента померк во вспышке сверхновой. Последней мыслью странно возникла уже однажды озвученная ранее фраза-вопрос: «И нахрена мы сюда приплыли?»

На самой же поверхности дела тоже шли не очень хорошо: в результате необъяснимого пока феномена за борт упал еще один член экспедиции, которого, как и Гришу не смогли найти. Судно оказалось накрыто трехметровой волной со всех сторон и на пару мгновений погрузилось наполовину в океан почти полностью, однако сохранило плавучесть, хоть и черпнуло забортной воды открытыми дверьми и люками – никто ведь не ожидал такого, погода стояла тихая и безветренная. Судя по всему, как потом решил консилиум ученых, кораблику сильно не повезло, и он оказался прямо на пути поднимающегося со дна огромного пузыря метана, который лопнул прямо под ним, достигнув поверхности. Повезло, что пузырь оказался не таким большим, чтобы накрыть весь корабль, в противном случае, судьба экспедиции наверняка пополнила бы список трагических загадок Бермудского треугольника. Вдобавок к пропаже двух членов экипажа заглох двигатель, который удалось запустить лишь через три часа. Пропавших людей искали до темноты, но так и не нашли – к тому времени всплыл батискаф и его долго и нудно вытягивали на палубу, ведь пропавший матрос Григорий не успел к своему падению починить блок. В общем, в Гамильтон корабль приплыл в трауре и с печальными новостями…

А между тем, один из пропавших без вести людей остался в живых и сейчас медленно и болезненно приходил в себя в незнакомом месте. Жутко болело тело: левая нога выше колена, куда очевидно пришелся первый удар, и голова – куда пришелся второй, «финальный» контакт с непонятным твердым предметом. Первое, что осознал наш герой, это то, что он по-прежнему посреди океана: шум волны, бьющей в борт корабля спутать он не мог ни с чем, а кроме того запах – он был резким, но в тоже время таким привычно соленым, который въедается в моряка буквально во все, от одежды до мозга.

– Хм, странно, но это точно не мой научный кораблик – подумал Григорий, когда смог присесть – в голове снова усилились неприятные ощущения, заставив его охнуть от боли. Это, по-моему, вообще не корабль, а какая-то подводная лодка,… эй, люди, есть тут кто?

Гриша попробовал закричать, но сорвался – его крики оборвались, так как звуки собственного голоса отдавались в голове во стократ сильнее. Вокруг, насколько он мог разглядеть, наблюдался вполне привычного вида океан, возможно море, только более светлое, что ли, по сравнению с земным. Волнение почти отсутствовало – оценил не более чем в два балла, тепло, если не сказать жарко – на солнце посмотреть не смог, глаза слепило в момент. Комбинезон еще оставался мокрым, как и мокрые ботинки, из чего парень сделал вывод, что без сознания он пробыл совсем недолго. С трудом встал и оценил свое местоположение: на данный момент он стоял возле сложенной на палубе длинной конструкции, которую отнес к подъемному крану. О последнем намекал мощный крюк с блокирующим устройством на нем, канат, уходивший внутрь круглой длинной штуковины, разделенной на секции покороче. Там же обнаружил привычные ступеньки, наваренные прямо на эту трубу, а кроме того, заметил такую же копию этого сооружения на противоположном борту, но развернутую крюком на 180 градусов относительно первой.

Вдоль борта шли натянутые леерные ограждения высотой ему по пояс – прихрамывая на больную ногу, доковылял до борта и перегнулся, чтобы посмотреть вниз. Палуба находилась на высоте всего полтора метра от поверхности воды, что совершенно не вязалось у него с обычным надводным кораблем – такой низкий борт зальет первый же слабенький шторм, к тому же фальшборта он не наблюдал в упор – точно подлодка. Ширину судна оценил метров в десять- двенадцать, что было примерно на треть больше ширины того научного суденышка, откуда упал недавно. Заодно оценил и сам океан, или море – тут он путался в классификации за неимением ориентиров – жизнь за бортом кипела в буквальном смысле слова. Прозрачная до одурения вода давала ему отличную возможность разглядеть местных обитателей глубин.

– Если бы не окружающая ситуация, я бы сказал, что нахожусь посреди огромного аквариума – жизнь просто бьет ключом – пробормотал наш герой, наблюдая, как буквально в паре метров от него одни рыбы ели других, как будто месяц не питались!

Наблюдая подводный мир несколько минут, через некоторое время заметил, что в его сторону стали выпрыгивать отдельные обитатели воды – сначала не придал этому значения, ведь и на Земле некоторые рыбы прыгали из воды по тем или иным причинам. Подводные гонки и поедание себе подобных немного улыбнули нашего героя, но когда блестящее длинное тело прыгнуло так, что перелетело его, когда он инстинктивно отшатнулся в сторону, в голову пришла мысль отойти от борта.

– Какие-то тут слишком агрессивные обитатели – пробормотал Гриша, ковыляя к барахтавшемуся на палубе серебристому телу – оно что, собиралось меня поймать… или укусить на пробу? Да ладно, не поверю!

Организм между тем, после близкого изучения был отнесен к гипертрофированному образчику речной щуки – метровая рыбина беспомощно извивалась, молотя хвостом по поверхности этого непонятного кораблика. Так продолжалось несколько минут, потом энергичность движений поутихла, и Гриша подошел поближе, чтобы рассмотреть все более детально.

– Нормальная у тебя морда! – прокомментировал он ряд зубов, ощутить которые на себе не имел ни малейшего желания – нет, ну не сбежала же она оттуда от кого побольше,… или все таки сбежала?

Снова подходить близко к борту посчитал рискованным делом – сначала следует тут все детально изучить на этом кораблике, да и жара давала о себе знать – шмотки уже подсохли, лишь внутри ботинок было еще немного влажно, а во рту пересохло.

– С водой у нас проблема! – прокомментировал ситуацию мужчина – вокруг 100 % соленая вода, запах йода ни с чем не спутать – однозначно, соленая! И палуба странная, вся в дырах каких-то…

Действительно, поверхность, по которой он медленно двигался в сторону большой конструкции впереди себя в паре десятков метров, напоминала рифленую сталь, какая применяется в металлических лестницах и мостиках. Внизу под ногами тоже что-то подозрительно булькало, как будто под рифленкой тоже была вода, а не корпус корабля – парень хотел посмотреть подробнее, что это за фокусы такие непонятные. Однако при попытке нагнуться голова снова дала о себе знать самым неприятным образом – сотни мелких молоточков ударили по вискам, и моряк решил оставить свои исследования на потом. Посредине этой «лодки» находилась своеобразная конструкция высотой до четырех метров на глаз, нечто похожее не палубные надстройки на подводных лодках, куда командование выбирается подышать во время надводного плавания субмарины. Зализанная форма создавала определенные ассоциации с земными подлодками, если бы не размеры: конструкция шла по палубе метров на двадцать, занимая почти всю ее ширину. По бокам оставались лишь небольшие продольные проходы вперед и назад, также огороженные леерами в несколько тросов по высоте.

В отличие от палубы, которая имела темный оттенок, вся надводная часть корабля была окрашена в белый цвет, который кое-где прерывался темными пятнами, где краска, по всей видимости, отлетела. Прошел до самого конца этого сооружения – как войти непонятно, привычных на кораблях дверей не нашел – далее шла такая же палуба, где он очнулся, с такими же сложенными по бортам длинными штуками, похожими на подъемный кран. Искомый вход все же обнаружился на противоположной стороне надстройки точно посреди нее: отверстие два на полтора метра было снабжено створкой, которая в данный момент оказалась откинута к стене и прижата – заходи, не бойся!

– Надо местных поискать, не призрак же это, в конце концов – вслух подумал Григорий и шагнул внутрь – да и пить сильно хочется, наверняка где-то тут должна быть вода!

Изнутри дверь была снабжена вполне обычным запорным механизмом со штурвалом – нормальная водонепроницаемая дверь, если бы не ее необычная толщина и размеры – парню казалось, что такой габарит и толщина здесь явно увеличены. Хотя если предположить, что это не надводный, а подводный корабль, то тогда все более-менее понятно. Внутри было светло: освещение организовано точечными источниками света по всем поверхностям в относительном порядке – мелкие, но яркие лампочки резали немного глаза. Сразу с входа открывались три возможных прохода внутрь сооружения: круто вверх уходила полукругом лестница, а также вправо и влево, соответственно – здесь же впервые увидел таблички на незнакомом языке, которые как ни старался, но понять не смог ни на грамм.

– Мне кажется, я попал! – немного грустно пробормотал наш герой, поднимаясь вверх – изучим верхний этаж, потом займемся низом и пошарим там. Если следовать логике, то внизу должен быть моторный отсек, служебные помещения и рубка – это если кораблик подводный, а наверху каюты, кают-компания, камбуз и так далее,… я уже и жрать чего-то хочу, не говоря о воде!

Результаты подъема превзошли все самые смелые мечты: сначала попал в подобие камбуза, где вдоль стен стояли шкафы, часть из которых была с открытыми дверками. Или владельцы судна не отличались аккуратностью, доставая что-то оттуда и так и бросая нараспашку все вокруг, или же дверки сами открылись от бортовой качки – последнее наводило на грустные мысли, что корабль все же покинут и, как потом оказалось, наверху он никого не нашел. Засохшие остатки незнакомой пищи на круглом столе, возле которого стояло все лишь два стула – стол оказался привинчен к полу, а часть объедков валялась тут же рядом. Так как жажда уже начала серьезно о себе заявлять, то принялся рыться без зазрения совести в чужом имуществе в поисках воды, газировки или чего-то еще жидкого – все равно что, лишь бы немного приглушить жажду. Первая находка не зашла: найденная емкость с непонятной надписью на том же непонятном языке оказалась горячительным напитком – так как все равно открыл и понюхал, то и попробовал на вкус,… более-менее нормальное пойло, но все равно не вода!

– Ааа… кхе, сильная сволочь – отдышавшись после пробного глотка, прошипел Гриша – но все не то, ну где же ты…?

– #@#@#@#^ amp;*(() – внезапно раздался голос с потолка на неизвестном языке, и парень подпрыгнул от неожиданности – @#^ amp;*(?

– Не понял! Ты кто, где тебя искать, где спрятался, выходи!? – крутя головой, землянин пытался обнаружить источник звука – и голос какой-то странный, я бы сказал, бесцветный, без эмоций, как будто механический. Хотя какой он может быть через динамики,… эй, люди, вы где… или вы не люди?

Обмен фразами ничего не дал – стороны упорно не понимали друг друга, поэтому продолжил поиски питья: удача улыбнулась искателю, когда он открыл дверку очередного шкафа с небольшим синим экранчиком на них. Мигающий значок не нём и пара незнакомых закорючек ничего не сказали парню, добавив больше вопросов, чем дав ответов.

– О! Это местный холодильник, наконец-то… – обрадовался Григорий, обнаружив внутри прозрачные полки, на которых стояли разные коробочки, баночки и прочие предметы с разноцветным содержимым в них и такими же непонятными надписями – где у вас тут попить?

Пока нашел нечто вроде лимонного тоника, успел обменяться еще парой фраз с неугомонным и загадочным голосом: ну, как обменяться – по-прежнему шел разговор глухого с немым, и второй собеседник упорно не хотел подняться к нему наверх чтобы, наконец, познакомиться. Утолив жажду, перебросился еще парой фраз с голосом, а потом перестал обращать внимание на него – возникла мысль о бесполезности таких переговоров – поэтому продолжил осмотр местного камбуза. Часть оборудования была интуитивно понятна, например, плита на две конфорки – вернее, это было скорее похоже на модные сейчас индукционные плиты – так выглядела небольшая, сантиметров пятьдесят, матовая гладкая плита с нарисованными на ней двумя кружками с крестиками внутри. На боковой грани два синих подсвеченных табло по паре сантиметров – очевидно, что это управление плитой, что же еще? Мойка для посуды, довольно грязная и заляпанная разными пятнами, оставила неприятные впечатления – такое чувство, что хозяева мыли ее раз в год. Кран немного слева от самой мойки стал понятен после пары манипуляций с ним – ничего сверхъестественного, горячая, холодная вода.

Большой красный агрегат с довольно крупным опять же синим табло оказался загадкой – шторка (или дверка) на передней панели никак не хотела открываться, как Гриша ни старался – особо силу прикладывать не стал, так как наверняка аппарат полезный и дорогой, и приводится в действие как-то иначе, а не кулаком. Небольшой, но просторный коридорчик за камбузом привел гостя в спальню: это помещение ничем больше не могло быть, так как огромный «траходром» два на три метра с кучей вполне обычных подушек вполне определенно предполагал, что на нем спят,… в основном. Кровать тоже находилась в неряшливом состоянии: не заправлена, простынь сбилась в кучу, свисая одним концом до пола, одеяла скомканы и частично на полу,… Гриша снова поморщился от бардака и разгильдяйства хозяев этого плавучего чуда, так как в своих вещах всегда придерживался порядка.

Обратил внимание на местный шкаф с раздвижными дверками – сомнительное решение для мебели на плавучем объекте. Так как одна створка здесь тоже отъехала в сторону, то без особого стеснения отодвинул обе до конца – здесь на полках и вешалках обнаружилась вполне обычная одежда и обувь, никаких костюмов для дайвинга, баллонов и тому подобного не нашел – вероятно, если оно тут есть, то где-то внизу, что более логично. Появившееся желание переодеться во что-то полегче и посвежее задавил на корню – сначала стоит все же найти местных жильцов, которые время от времени продолжали попытки наладить разговор, но не пытались появиться на глаза – моряк их игнорировал – а вот потом можно будет и переодеться по сезону. Из большой спальни выходило два мини-коридорчика: один из них привел мужчину в ванную комнату, где имелся унитаз, душевая кабинка и вполне обычный умывальник с большим зеркалом над ним – аналог кухонного крана замыкал композицию. Но особенно удивил исследователя большой экземпляр ванны – она была просто огромна, не менее двух с половиной метров в длину и полтора в ширину – вероятно, тут купались парой, что наводило на мысль о том, что хозяев двое, как минимум – иначе, зачем такой бассейн тут, когда рядом целый океан. Однако вспомнив очень агрессивную рыбину там на палубе, пришел к выводу, что лучше так помыться, чем вернуться с банных процедур покусанным, в лучшем случае. Вся поверхность мега-ванны оказалась усеяна многочисленными блестящими шариками, что вызывало аналогии с джакузи, но вот размеры…

Второй выход из спальни привел герой в некий спортзал, где основная часть пола была уставлена различными тренажерами, судя по всему – наличие такой специфической техники сильно озадачило исследователя, но делать какие-либо глобальные выводы он остерегся – глупо лезть в чужой монастырь со своим уставом. Внутри помещений было светло и тихо: кроме ранее упомянутых светильников по всем поверхностям, все комнаты были оборудованы иллюминаторами, через которые внутрь лился яркий солнечный свет – исследовав одно такое «окошко», Гриша впечатлился: толщина иллюминатора ничем не уступала входной гермодвери, через которую он попал сюда. Еще одной непонятной деталью интерьера стало отсутствие таких же дверей между комнатами, ну, кроме той единственной на первом уровне – Григорий еще подумал, что такой подход к разделению помещений герметичными переборками явно не вязался с его пониманием плавучести. Хотя, если подумать – а что он вообще знал о конструктивных особенностях кораблей или подводных лодок, кроме того, что секции на таких судах всегда разделялись такими устройствами на случай затопления соседнего помещения. Снова внимание отвлек настойчивый голос таинственного незнакомца – снова не стал отвечать, хотя показалось, что голос что-то хочет от него,… наверное, показалось.

– Моя твоя не понимай! – сказал негромко Гриша, вспомнив о том, что, когда брел к этой надстройке, заметил наверху нее леера – наверняка там место, куда экипаж поднимался для оценки «местности». Следовало найти ход наверх, в пройденных и поверхностно изученных трех помещениях не обнаружил выхода наверх – парень хотел осмотреться, возможно, таких кораблей здесь несколько, и он сможет как-то привлечь их внимание. Ему в голову упорно лезла мысль, что он тут один – вряд ли люди бы просто так болтали с ним так долго и не попробовали бы лично встретиться. Скорее, тут одно из двух: или это неправильные люди – хотя тут он даже не представлял, как это может выглядеть вживую, или же это судно самый настоящий летучий голландец, но тогда основная загадка тревожит: а кто с ним тогда разговаривает?

Внимание привлек новый звук, вернее ощущение: ноги почувствовали мелкую дрожь, где-то внутри корабля загудел механизм – все продолжалось пару минут, затем звук сменил тональность и стал почти неощутим, как и дрожь пола. Пришло ощущение движения – загадочный корабль или субмарина начала движение – и это было как интересно, так и пугающе, и заставляло мозг искать ответы.

– Здесь точно кто-то есть! – воскликнул парень и двинулся обратно к лестнице – скорее всего, этот кто-то внизу,… надо было сразу исследовать нижнюю часть, наверняка рубка там! Хотя ведь странно, обычно на кораблях ее устраивают вверху, чтоб все видеть вокруг,… однако если это все же субмарина, то тут могут быть варианты – что я знаю о подлодках, кроме того, что видел в фильмах?

Болтая сам с собой, прошел спальню и снова попал в камбуз, хотя она больше напоминала ему кухню в жилом доме – здесь организм молодого человека напомнил о себе и своем желании пополнить запас питательных веществ и витаминов. Снова несколько экспериментов в стиле «откусил-попробовал», в результате которого разжился холодным куском чего-то жареного: мясо это или рыба, он затруднялся определить точно – но кусочек в его руке пах приятно, да и на вкус оказался очень и очень неплох. Утолив голод на некоторое время, и выпив еще газировки с привкусом лимона, спустился вниз: так как непонятно было, где спрятался невидимый хозяин, то повернул налево – здесь вход преграждала еще одна массивная гермодверь, как и направо и наверх, там, где он уже побывал. Открыть двери не составило особого труда – за ней Григорий обнаружил очень большое помещение, которое отнес к мастерской и одновременно складу всякой всячины – здесь также имелись пристенные ящички, и часть из них также была приоткрыта.

Вообще, судя по состоянию этого помещения, да и по состоянию верхних комнат, парень сделал окончательный вывод о том, что он попал к неряхе,… или неряхам и разгильдяям. В двух шкафах нашел гидрокостюмы, баллоны странного прямоугольного сечения, вместо масок – полноценные шлемы с прозрачной передней частью – все указывало на то, что он будет иметь дело с людьми, а не с многорукими гуманоидами не пойми какой внешности. Судя по виду найденной техники для погружений, можно было предположить, что местная цивилизация опередила земную в своем развитии, так как все выглядело более технологичней, легче и изящнее, что ли. Вот только бардак, который охватывал здесь все подряд, откровенно начинал злить мужчину – от ковыряния в местных образчиках техники отвлекло ощущение ускорения – судно резко набирало скорость, и оставался лишь вопрос – куда оно плывет? Осмотр помещения дал еще несколько находок: вдоль правой стены стояло два агрегата, которые моряк попробовал отнести к мини-подлодкам на одного человека. Такой себе мини-самолет или мини-торпеда с прозрачным блистером кабины – аппараты выглядели очень интересно, хотя и на них различались следы местного бардака и неухоженности. Несколько выступающих трубок непонятного назначения спереди и позади кабины наводили на размышления о предназначении трубок и самого агрегата, а многочисленные царапины и вмятины по корпусу напоминали исследователю о той глупой рыбе, которая пыталась им пообедать, так глупо выпрыгнув из воды на палубу.

– Не ошибусь, если предположу, что тут есть намного крупнее и зубастей организмы, раз они в состоянии так царапать металл – размышлял Гриша, осторожно ощупывая зазубрины на светлом покрытии «торпеды» – веселая тут у рыбаков жизнь! Хм, а как эти аппараты отсюда в океан-то попадают?

Моряк обратил внимание на то, что сами подводные аппараты покоились не на полу, а на двух поперечных опорах, как бы в одностороннем захвате – скорее всего, пол под ними каким-то образом открывается и они сбрасываются в воду, а потом их поднимают обратно. На последнюю мысль наводил механизм над одним из аппаратов, напоминающий паука – такой себе шестилапый захват или подъемный кран. Попытка открыть колпак ни к чему не привела – торпеда не желала общаться с гостем и давать забраться к себе внутрь, а может просто была поломана. Хотя, перепробовав набор тех же действий на другом экземпляре, пришел к выводу, что две поломки сразу, это перебор – подумал наш моряк, оставив через десять минут бесплодные попытки вскрыть устройство. Решив больше не пытаться вскрыть непонятные подводные скутеры, оставил эту зону и продолжил осмотр «мастерской» – внимание привлекла большая коллекция ножей, висевшая на тонких планках на щите или стенде, внизу которого тоже было что-то написана на незнакомом языке. Почти все ножи имели одну форму лезвия, различаясь лишь его длиной и формой рукояток – насчитал почти десяток секачей, среди которых длина лезвия колебалась от пятнадцати до сорока сантиметров.

Удерживались предметы магнитными планками в количестве двух штук, и все «игрушки» висели лезвиями вверх, а ручками вниз. Осмотрев набор ближе, удостоверился, что всё не новое, всё с зазубринами, кое-где материал почернел в местах глубоких царапин, а по цвету сам клинок отличался от привычных с Земли ножей – серый, матовый металл, судя по холоду, когда держал нож в руках. Снял с магнитов самый маленький и нахмурился – заточка оставляла желать лучшего, хозяева этого странного судна явно не следили за своим имуществом, даже в таких мелочах чувствовалось небрежное отношение к нему. Даже на палец лезвие ощущалось тупым – пошарил глазами в поисках заточного станка или точильного камня, но в этом бардаке можно было заблудиться, поэтому с сожалением повесил инструмент обратно на магниты. Рядом находился еще один щит, где крепились разные длинные и не очень предметы, которые наш морячок отнес к баграм – у всех имелись загнутые наконечники, что и создавало иллюзию знакомого с родины предмета. Этот инструмент тоже не блистал новизной и ухоженностью – Гриша стал плеваться, озираясь в этом складе вокруг себя – как можно так относиться к своему имуществу, ведь наверняка это все здесь находится неспроста, вот хотя бы этот набор ножей, который наводил его на разные мысли.

Глава 2

В относительном порядке нашел лишь два шкафчика, тоже привинченные к стенам помещения: в одном лежали инструменты, среди которых обнаружил вполне привычные ручные дисковые и цепные пилы – и тех и других вместе насчитал менее десятка. Заметил мимолетом, что их состояние немного приличнее, чем у багров и ножей, возможно, ими пользовались аккуратнее или просто редко – даже нашел два образца, выглядевшие как почти новые. В своей жизни он такими инструментами не работал – а зачем, ведь проще нанять для ремонта рабочих, знакомых с такой техникой – кстати, и на исследовательском судне, где у него была недолгая карьера, ему тоже не особо стремились доверять инструмент подобного рода – словно чувствовали или знали, что матрос Григорий к таким вещам непривычный, еще чего отрежет не того случайно… Во втором шкафчике, где наблюдался более-менее порядок, обнаружил пару ружей для подводной охоты с набором гарпунов разной длины и формой острия. Одно ружье сразу взял в руки – обычное пружинное – вставил гарпун, утопил до щелчка, готово! Второе оказалось с секретом: немного раздутое, сбоку пара прямоугольников непонятного предназначения – попробовал вставить в дырку гарпун для проверки – оружие не принимало боеприпас почему-то, не желало его фиксировать, в общем, в его руках работать отказывалось.

Удивление, смешанное с растерянностью, вызвал короткий, продолговатый цилиндр с рифленой поверхностью, сантиметров десять-пятнадцать длиной, с небольшим ползунком ближе к одному краю штучки. Взял в руку – вещь удобно улеглась в ладонь, когда сомкнул вокруг нее пальцы, попробовал подвигать ползунком – неудобно, поэтому сместил руку ниже, пока не стало удобнее. Кнопочка со щелчком переместилась в среднюю позицию, а из одного конца цилиндра засветился яркий синий луч, как показалось Грише на первый взгляд – однако длина луча составляла всего сантиметров двадцать от силы, и что характерно – дальше свет не распространялся, словно упирался в невидимую преграду.

– Хм, не понял, неужели это… – морячок осторожно приблизил к лицу поток синего цвета, а когда почувствовал исходящее от него тепло своей щекой, догадка переросла в аксиому – не сойти мне с места, если это не лазер,… а ну-ка попробуем…

Решив проверить догадку на деле, стал искать нечто ненужное – хотя, если разобраться, тут такого барахла на первый взгляд больше половины – выбор пал на кусок проржавевшей штучки в виде полусферы. Что сказать: по испытаниям, лазер, если это действительно лазер, не мог разрезать тонкую на вид деталь, лишь нагревая ее в месте попадания до темно-вишневого цвета.

– Какой-то неправильный лазер, маломощный – заметил турист после нескольких бесплодных попыток разрезать непонятный предмет в разных местах – а что, если вот так…

Передвинул ползунок до упора – луч укоротился вдвое, но стал толще как бы, однако металлическую штуку и дальше отказывался резать, лишь хорошо её нагревая – во втором режиме деталька раскалялась до ярко-красного цвета, но продолжала сопротивляться неправильному лазеру. Тут в голову пришла мысль о той большой рыбине, которая хотела его попробовать или укусить, но осталась на палубе – дернулся было за ней, но вспомнил её неправильный ротик с конкретными зубками – поэтому развернулся и взял со стенда короткий багор, чтобы притащить организм внутрь для опытов. Сказано, сделано: длинная рыба уже почти подохла, но пасть разевала – однако против багра ей противопоставить было нечего – зацепил и приволок в этот склад, или мастерскую – кто его знает, как это помещение правильно тут называется?

– Отлично, это лазер для живых тканей!..А разве такие бывают? Хм, здесь, наверное, да – задумался над увиденным наш герой, когда непривычный резак без труда отсек рыбине сначала голову, а потом и хвост – как бы её приготовить, выглядит многообещающе… О, а это что за аппарат?

То, что поначалу принял за большой ящик удлиненной формы, который стоял за корпусом одного из скутеров, при ближайшем рассмотрении больше смахивало на барокамеру, какие использовались на многих судах для «откачки» аквалангистов от последствий кессонной болезни. Цилиндр двух с половиной метров длины и метр в диаметре тоже казался нерабочим, как и большинство местного инвентаря – но только до тех пор, пока не оперся на его верхнюю часть руками, когда наклонился над ним, пытаясь рассмотреть внутренности аппарата, так как небольшая часть поверхности выглядела иначе, чем весь корпус цилиндра. Внутри сразу вспыхнул мягкий свет, а морячок от неожиданности резко отшатнулся от предмета, сделав шаг назад – но так как больше ничего не происходило, то спустя минуту вернулся к предмету и стал разглядывать его подсвеченные внутренности. Как оказалось, та часть крышки, которая ему вначале показалась выполненной из другого материала, являлась аналогом то ли прозрачного стекла, то ли пластика – внутри разглядел нечто, похожее на ложе, куда очевидно и ложился аквалангист. Материал ложа с этого расстояния казался пупырчатым, отдаленно напоминающий резиновый коврик у дверей квартиры – приятного синего цвета, а по бокам заметил ряд отверстий и выступов, назначение которых оставалось для него тайной.

Кроме того, в одном из концов этой барокамеры на внешней поверхности приметил небольшой экран, сантиметров десять на десять, который теперь тоже подсвечивался синим цветом в тон внутренней подсветке камеры. Естественно, то, что там было написано, не понимал – опять набор неизвестных символов и значков, да и в целом, при здравом размышлении, девайс только внешне напоминал барокамеру – все эти малопонятные мелочи внутри устройства настораживали с одной стороны, хотя и манили молодого человека своей загадочностью и назначением с другой.

– Что же это такое, да еще и в таком месте? – бормотал себе под нос наш герой, обходя по кругу неизвестный аппарат – эта штука явно в гораздо лучшем состоянии, чем остальное барахло на этой субмарине, хм, и для чего она тут? Наверняка это как-то связано с океаном – стоит в месте, где все оборудование для погружений: те же акваланги, или эти непонятные скутеры, а с другой стороны – вряд ли оно как-то тоже ныряет в воду! Хм, как бы понять, чего там на этом табло написано…?

Тут снова не к месту оживился таинственный собеседник – Григорию показалось, что голос повторяет всего пару фраз, причем интонации менялись от требовательных до вопросительных. Непродолжительные размышления привели парня к мысли, что новый поток красноречия определенно связан с его интересом к этой самой барокамере. Наверняка здесь имелась система видеонаблюдения, через которую неуловимый хозяин этой субмарины всё время следит за ним – странный тип, подумал наш герой – и в этот момент часть барокамеры пришла в движение. Гриша отошел подальше от сооружения, наблюдая за происходящим действом – верхняя плоскость медленно поднималась над нижней, а голос с потолка продолжал что-то бубнить – процесс раскрытия камеры продолжался более минуты, а затем аппарат предстал перед морячком в открытом виде. Не обращая внимания на приевшийся уже поток непонятных фраз, лившихся сверху, подошел вплотную и стал ощупывать инопланетный механизм уже изнутри – внезапного закрытия не опасался, так как открывался инструмент медленно – внутри все выглядело как-то… чуждо, что ли, слишком не по-нашему!

Ложе ощущалось внутри упругим и бугристым, как и показалось ранее при внешнем осмотре через окошко, но теплым – это факт отметил мимоходом – внутри насчитал две дюжины бугорков вдоль стенок и столько же отверстий разного диаметра. В парочку особо приметных даже засунул палец после минутных размышлений – палец упирался в нечто твердое и холодное, а невидимый собеседник тем временем не унимался, повторяя свой словесный понос из парочки-другой фраз всё это время. В конце концов, у парня мелькнула в голове мысль, что его хотят заманить внутрь этого непонятного девайса – Гриша сразу отошел от предмета, желания туда залазить как-то не имелось вообще. К тому же живот уже бурчал от голода, а на полу валялась обезглавленная рыбина – морячок решил для начала плотно пообедать, благо плита на две конфорки не вызывала затруднений – всего лишь надо разобраться с тем маленьким экраном на ее фасаде, там делов-то будет на пару минут от силы! Пока поднимался в камбуз, держа добычу за оба конца, кровь успела стечь еще на складе – кстати, сама кровь оказалась красного цвета, что подвигло парня на умозаключения в том стиле, что и разумные обитатели тут сродни ему самому, да и в целом этот мир должен быть похож на Землю – атмосфера например ничем не отличалась от родной! Некоторое время потратил на очистку и потрошение рыбы – набор кухонных инструментов нашелся быстро, отторжение лишь вызывала грязная мойка с кучей грязной посуды, где пришлось промывать почищенную добычу.

Пока занимался готовкой, голос с потолка продолжал что-то монотонно бубнить, чего он так и не мог понять, естественно. Некоторое время мучился поисками растительного масла для жарки, так как вареной рыбе предпочитал жареную до хрустящей корочки, да и неизвестно, сколько эту «щуку» надо варить. Масло все же нашел, но не растительное – запах и вкус оказался немного не такой, к какому привык на родине, хотя по цвету и плотности все казалось похоже на земной продукт. Методом тыка нашел специи, то есть соль и перец, правда последний был просто адский по жгучести – сначала долго кашлял, пытаясь нормально дышать, потом выпил целый литр (на глаз) тоника, чтобы промыть горло и унять пылающий внутри огонь. С плитой разобрался быстро – прижимая палец к сенсору, наблюдал, как меняются значки на его маленьком экране – наверняка это показатели мощности плиты. С найденной сковородкой вообще проблем не было, ну, если не обращать внимания на её неприглядный внешний вид – хоть жирового налета не имелось, все-таки плита совсем не газовая, но за посудой бывшие хозяева тоже не особо следили. Из укороченного на хвост и голову тела океанского жителя наделал десять бифштексов – для начала пожарил два, не пытаясь найти яйца и муку для кляра – хватило опытов с перцем!

Так как добыча была незнакома, то жарил на глаз, все время протыкая куски ножом, проверяя, течет ли еще кровь и становится ли мясо мягким – ориентировочно потратил более получаса, пока запах и консистенция продукта его внешне не удовлетворила. Съел первые два куска… но с трудом – только потому, что желудок хотел горячего, а в остальном рыба была невкусной и нежирной – хищник, что тут скажешь. Так что остальное неприготовленное мясо без сожаления побросал за борт, чем спровоцировал нешуточную возню там – определенно живность в этом мире была гиперактивной и постоянно голодной! Постоял немного на палубе, вдыхая такой приятный и свежий океанский воздух и ловя на себе летающую водяную пыль – волнение за последних несколько часов усилилось, и нос субмарины теперь резал сильную волну так, что брызги долетали даже до него. Бросался в глаза светлый цвет местного океана – нечто лазурное с переходом почти в прозрачное состояние у борта корабля, хотя пена и барашки на поверхности вполне себе привычного белого цвета как дома. Вспомнив дом, взгрустнул – вряд ли он по-прежнему еще на Земле, все вокруг необычно, начиная с водного мира вокруг и заканчивая самим судном – да и местное светило совсем не похоже на родное Солнце. Сейчас дело близилось к вечеру, и мужчина смог немного рассмотреть местную звезду – оттенок был скорее красноватый, чем желтый, как дома.

– Думаю, Гриша, вернуться тебе не светит! – грустно вздыхал человек, осматривая горизонт – мой кораблик с учеными уже, скорее всего, в Гамильтоне, если их той странной круговой волной на дно не утащило тоже. Отец наверняка будет волосы на голове рвать – заплатил кучке незнакомых ему людей за то, чтобы его сын пропал без вести,… эх, а мать… лучше об этом не думать, а то что-то совсем тяжело становится на душе.

Тут вспомнил, что ранее хотел выбраться на самый верх, так как снизу заметил там леера – выход в верхнюю часть надстройки обнаружил сразу в углу камбуза – при первом осмотре не обратил внимания на дверку с четырьмя запорными ручками по углам, подумал, что это холодильная камера для продуктов. Оказалось, что это полноценная гермодверь, закрывавшая собой короткую вертикальную лестницу наверх, которая в свою очередь заканчивалась круглым люком с винтовым запором. Однако выйти наружу не удалось: заметил, что шлюз с автоматикой, о чем недвусмысленно напоминала красная лампочка на ручке запорного механизма. Вероятно, чтобы открыть выход требовалось сделать еще что-то… но что, он не знал – поэтому вернулся внутрь, задраил дверь и некоторое время еще постоял на палубе, наслаждаясь вечерним бризом, потом вернулся внутрь надстройки и закрыл внешнюю гермодверь до упора. Тут тоже, кстати, заметил, что после закрытия дверей на ручке по центру загорелась красная лампочка – некоторое время постоял рядом, наблюдая это несоответствие, дернул штурвал запора – заблокировано намертво, и как попасть наружу он без понятия!

Но насыщенный событиями день подходил к концу, организм хотел отдыха, поэтому вздохнул и направился в спальню – следовало заправить кровать нормально, прежде чем туда ложиться спать. Заснул не сразу – около часа еще лежал, наблюдая как последние лучи светила проникали внутрь через иллюминаторы – несколько косых красных снопов света красиво смотрелись на полу и стенах спальни, пока глаза не закрылись под тихий шум штормящего снаружи океана. Звукоизоляция гасила почти все внешние звуки, но не полностью – вскоре мужчина крепко уснул, утомленный первым днем в новом мире. Проснулся хорошо отдохнувшим и выспавшимся – ложе оказалось на редкость удобным, а одеяло легким и теплым, хотя внутри и так было относительно тепло. Обратил внимание на абсолютную тишину с призвуком работы далекого механизма и на то, что свет из иллюминаторов какой-то блеклый, рассеянный – завернувшись в одеяло, встал и протопал к ближайшему иллюминатору, где удивился.

– Ого! Мы оказывается под водой! Нормальный ход – заинтересованно рассматривал мелькающие там и сям силуэты подводных обитателей – а мы случайно не утонули???

Последняя мысль зазвенела в голове тревожным колокольчиком, однако тут же успокоился – шума воды не слышно, нигде ничего не капает и не журчит, да и неизвестный голос молчит – не сомневался, что в случае чего, невидимый незнакомец разбудил бы его своим назойливым бормотанием. Постояв для блезира возле всех четырех иллюминаторов, понял, что снова голоден,… да и в санузел следует заглянуть. Санитарно-гигиенические процедуры растянулись на час, так как пришлось на ходу знакомиться с оборудованием судна в этой его части. Шустро вскрыв десяток мелких пакетиков и тюбиков, обнаружил местные мыло и шампунь – ну, по крайней мере, мылилось это добро на его коже нормально – из санузла вышел свежий, чистый и голодный. Так как выйти на палубу нельзя, ибо лодка все-таки под водой, то завтрак состоял из того, что нашел в холодильнике: кусок чего-то красного с прожилками как мясо, также нечто на вкус как твердый сыр и упаковку соуса с легким ароматом чеснока. Огрызок местной колбасы, если это была действительно она и сок – тоник за вчерашний день успел приесться.

Хотелось горячего попить, чаю там или кофе – но найти подходящее в разнообразии сотни разнокалиберных баночек и пакетов было трудной задачей, особенно учитывая печальный опыт с поисками перца. Так что удовлетворился холодным завтраком – тут снова отозвался знакомый голос с потолка – фразы уже были немного узнаваемы, хоть легче от этого не становилось – посидев в задумчивости возле одного из иллюминаторов, понял, что следует разобраться с тем отрытым девайсом внизу. Ведь вчера, когда он осматривал инопланетную барокамеру, этот голос довольно живо пытался что-то ему втереть – наверняка это очень полезный девайс на корабле, и хочешь, не хочешь, но надо туда забраться, все равно деваться отсюда некуда!

– Ладно, давай друг друга попробуем понять – разговаривал Гриша вслух, а невидимый собеседник с потолка тоже что-то ему втирал – значит, ты его специально открыл, чтобы я туда лег? Мдэ… Стрёмно, если честно, страшновато как-то туда забираться, но, видимо по-другому нам с тобой не поговорить,… Ок, уговорил, хрен моржовый, лезу…

Снял ботинки, оставаясь в своем матросском комбинезоне, залез, лег и стал ждать продолжения – ждал долго, все это время голос с потолка повторял одну и ту же короткую фразу – без толку, ясен пень, ведь человек так ничего и не понимал. Потом мелькнула правильная мысль, что поскольку этот прибор медицинский, то наверняка в него надо попадать голым, ну, или хотя бы в нижнем белье, чтоб своим хозяйством не светить – однако, с другой стороны, он же тут один, кого тут смущать? Обсосав данную мысль со всех сторон, выбрался назад, сбросил с себя на сей раз всё и снова улегся на бугристое ложе, отметив его теплоту – мысль лечь раздетым оказалась правильной, так как голос что-то коротко тявкнул и затем эта «барокамера» стала закрываться, подав мелодичный сигнал. Гриша наблюдал всё это с волнением до момента, пока крышка не села на свое место со щелчком – сзади выдвинулся короткий кронштейн, на котором висело подобие дыхательной маски – от нее тянулся гофрированный шланг в корпус камеры.

– Ясно, типа, одень себе маску сам и будет тебе наркоз…э, стоп… НАРКОЗ!!! – последняя мысль была явно панической, так как в голове сразу стали возникать сцены одна другой хуже, где ему инопланетный механизм вырезает что-то жизненно важное. Нет, я, пожалуй, откажусь от вашего медосмотра, мне и так неплохо,… где тут кнопка «Открыть?»

Лишь только подумал о такой ситуации, как свет в коконе погас, а слух уловил легкое шипение, потом в плечо укололо – понял, что он тут пленник, поэтому, всё, что мог предпринять, это все же нацепил маску на лицо, так как в воздухе барокамеры стал ощущаться посторонний запах. Пару вдохов и пациент отключился, чтобы прийти в себя всего через пару часов.

Григ Торес жил, вернее, плавал по океану этой планеты уже третий год – в свое время подписался на программу колонизации на сорок лет без права вылета – правительство его родной системы, входящей в конфедерацию Дивели, отправляло таких граждан в «мокрый мир» бесплатно, даже выдавая на месте начальный транспорт в кредит. Ничего особенного: третье поколение, а для старта больше и не требуется – толковый колонист сможет за пару лет отбить его и взять нечто более модерновое и продвинутое, а бестолковый и на таком будет плавать весь срок, если нет мозгов и желания заработать. «Мокрый мир» – так в Содружестве называли планету Стор, которая крутилась возле звезды с каталожным номером 212-108Д-332А, – дикий, не цивилизованный в обычном смысле слова мир в ничейном космосе возле фронтира конфедерации. Планета была уникальной сама по себе: более 94 % поверхности покрыто водой, которая местными жителями, такими же колонистами, как и Григ, называлась Единым океаном, омывавший со всех сторон такой же единственный материк. Континент назывался просто: Континент, и он занимал 4 % площади поверхности, а ставшиеся 2 % распределялись на тысячи разбросанные хаотично острова и архипелаги в окружении Единого океана.

Задачей колонистов, если их так можно было назвать именно здесь, так как основывать колонии фактически негде – все жители жили на кораблях, нескольких плавучих городах и очень мало на одном континенте была добыча биоматериалов разного направления из океанских вод. Собственно, почти вся площадь материка была отдана под различные производства, которые снабжали «плавсостав» всем необходимым для жизни на воде: а это от алкоголя и хлеба до запчастей к субмаринам и боеприпасами. Все корабли завозились на планету со всего Содружества, так как не только Дивели отправляла сюда поселенцев – выбор был от самых простых моделей, как у Грига до продвинутых модерновых аппаратов шестого поколения – лишь бы деньги были у потенциального покупателя, короче, любэ! Желающих перебраться на Стор было относительно много, несмотря на опасность такого рода проживания: во-первых, и это самый большой минус для переселенцев, неконтролируемый, слабоизученный мировой океан планеты и необходимость постоянно находиться на воде на качающейся под тобой палубе. И если техника ломалась крайне редко, то вот жить как рыба не каждому хотелось – однако людей манили высокие заработки, как рекламировали это место рекрутеры по всему Содружеству – за сорок-пятьдесят лет такой рыбалки даже посредственный колонист вполне мог накопить себе сотню миллионов кредитов, чтобы потом беззаботно жить в более приятных условиях цивилизованных планет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.