Виктор Пономаренко
Практическая конфликтология: от конфронтации к сотрудничеству

От автора

Большинство известных мне работ в сфере конфликтологии посвящено изучению вопроса, как выйти из некачественных отношений с минимальным ущербом для конфликтующих сторон.

Я же призываю исследовать причины, приводящие к конфликтам. При этом я исхожу из убеждения, что люди самой природой созданы для плодотворного развивающего взаимовыгодного сотрудничества.

Таким образом, конфликт – не норма, а воплощение социальной болезни, следствие ошибок, допущенных при построении партнерства.

Что это за ошибки, что к ним привело, можно ли их исправить и, если данный конфликт необратим, можно ли их избежать в будущих отношениях – вот круг вопросов, на которые я постарался дать ответ в этой книге.

С уважением, Виктор Пономаренко.

Введение

Свою собственную точку зрения я узнаю только после того, как о ней напишу.

Михаил Жванецкий

Если бы меня попросили в одном слове раскрыть сущность феномена «управление», я бы сказал: «Развитие». Да, управление – это, прежде всего, развитие, улучшение, приращение количества и качества ресурсов, иных объектов, в отношении которых оно осуществляется. Целенаправленное, осознанное, более или менее. Организованное и скоординированное, в той или иной степени. Контролируемое, так или иначе. Развитие! Вот что такое управление.

И слова, производные от «управления», и словосочетания с их использованием отражают ту же сущность. Так, «управленческий» означает «предусматривающий развитие», или что-то с аналогичным значением.

Управленческий потенциал – совокупность возможностей для обеспечения развития. Управленческая задача – поиск условий для развития. Управленческое решение – нахождение и реализация этих условий.

А теперь внимание, вопрос: можно ли поделить пять пирожков между семью голодными едоками так, чтобы едоки остались довольными? Имеет ли эта задача – в ее данной формулировке – управленческое решение?

На мой взгляд, управленческого решения эта задача не имеет. Если кто-то один из задействованных в ней персон, отодвинув остальных, съест все пирожки, то насытится он ненадолго. Наступит новый день, а пирожки, увы, закончились. Если же эти едоки станут все-таки делиться снедью, проявляя свои лучшие человеческие качества, то разница невелика. И не наедятся вдоволь, и голод среди них наступит еще быстрее. И так, и по-другому, а все получается нехорошо.

К чему эта задача и эти рассуждения, спросите вы? – Да к тому, что в природе любого конфликта – бытового, производственного и даже политического – есть фактор ограниченности ресурсов. «И пряников, кстати, всегда не хватает на всех», – с грустью замечает Булат Окуджава. Пряников, пирожков, денег, перспективных должностей, нефтяных месторождений – какая разница! Не хватает – вот что принципиально важно. И самый главный вопрос: по какой причине не хватает?

Эта книга посвящена конфликтам как социальному явлению. Слово «конфликт», как известно, восходит к латинскому conflictus – столкнувшиеся. Из-за чего же происходят столкновения – конфликты между людьми? – Получается, из-за дефицита жизненно важных продуктов, возможностей и прочего, что принято объединять под общим названием «ресурсы».

Некоторые специалисты-конфликтологи, практики и теоретики, утверждают, что конфликт – естественное состояние для общества. Поскольку, дескать, человеческие потребности неограниченны, а ресурсы – наоборот. Вот и сталкиваются люди там и сям, в стремлении отвоевать себе место под солнцем. Интересы при этом у каждого свои, оттого и конфликты неизбежны.

Но так ли это на самом деле? – Опуская громоздкие по форме, но простые по сути доказательства, отвечу: «Не так!»

Представления об ограниченности наших ресурсов и возможностей – всего лишь следствие ограниченности наших представлений.

Слишком сложно, чтобы стать афоризмом? – Ну, и ладно. Скажу проще: люди часто жалуются на отсутствие денег, но мало кто признается в нехватке ума.

Похоже, это кто-то уже говорил до меня? Ничего, верную мысль не грех и повторить.

К чему я веду? А вот к чему. Если представлять себе конфликт как неизбежное, самой природой предопределенное, столкновение в борьбе за ограниченные ресурсы, то управленческого решения выработать невозможно. Как в задачке с пирожками и едоками.

Как же в подобном случае развиваться? Что и кого развивать, если принимать жестко поставленные условия: пирожков пять, едоков – семь.

Есть ли альтернатива такому мировоззрению? Что можно предложить взамен?

Прежде всего следует распрощаться с мифом об ограниченности ресурсов. Ресурсы – энергетические, пищевые, социальные, нравственные и т. д. – ограничены лишь нашей неосведомленностью об истинном положении вещей. Эта ограниченность, таким образом, относительна и условна. С этим и нужно разбираться, решая любой конфликт, как задачу.

Например, ситуацию с пирожками можно переформулировать: «Как случилось, что несколько голодных людей оказались заложниками дефицита продовольствия? Что конкретно привело к этому? Где, кем и какая именно была допущена ошибка, и как можно ее исправить? Что нужно предпринять, чтобы не делить несчастные пирожки, а научиться печь их в необходимом количестве, еще и на продажу?»

Вот это и есть управленческий подход. Как говорится, почувствуйте разницу!

Не безнадежная констатация краха и тупика, а активный поиск выхода из неблагоприятно сложившейся ситуации. Установление причин произошедшего сбоя и профилактика будущих подобных конфликтов.

Это осознание случившегося как этапа социальных отношений, как следствия ранее произошедших событий. Осознание системное, контекстное. Это контекстный подход к исследованию конфликта, если хотите.

Один из важнейших принципов гносеологии, науки о познании, гласит: хочешь понять явление – поднимись на более высокий уровень обобщения. Собственно, это сейчас и предлагается читателю: хочешь научиться управлять конфликтом, уходя от разрушения в строительство, в развитие, – сумей увидеть этот конфликт в контексте предшествующих и последующих событий.

Только не думай при этом, что контекстом является трагическая и неизбежная нехватка ресурсов. Ведь это не так.

Ошибки – вот что предшествует конфликту и служит его основной причиной. Их необходимо выявлять и исправлять. Ошибки поведения, взаимодействия во всех социальных сферах.

Предлагаю подробно и обстоятельно об этом поговорить.

Глава 1
Как г-н Поляков задумал устранить своих партнеров по бизнесу, или кое-что о «священном» праве частной собственности

Трудись, чтобы в твоей душе не умерли те крошечные искры небесного огня, что зовутся совестью.

Джордж Вашингтон

Начнем с наиболее актуального.

Тема управления конфликтами в производственной[1] организации крайне важна и настолько же, на мой взгляд, запущенна. Чего только не говорят, не пишут о производственных конфликтах! И от многих концепций веет безнадежностью.

Дескать, конфликты эти неизбежны, поскольку у людей всегда есть и будут разнонаправленные интересы. Следовательно, главное в конфликте – не оплошать. Не дать другим манипулировать собой и, по возможности, научиться манипулировать другими, выстраивая выгодную для себя стратегию поведения.

А ведь это в корне неверно. Это изначально деструктивная точка зрения. Забегая несколько вперед, скажу: «Наша главная задача – победить конфликт, а не дать конфликту одержать победу над деловыми отношениями».

Когда-то я получал по почте журнал «HL Сити», в котором из номера в номер публиковались поучительные истории из жизни деловых людей. В каждой речь шла об ошибках, совершенных участниками бизнеса при построении взаимоотношений. Их общий итог был плачевен и закономерен – разрушительный конфликт.

Хитроумные авторы статей никогда не ставили в рассказанных историях точку – всегда многоточие. И всякий раз спрашивали читателей: «Как поступить героям, чтобы избежать полного фиаско?» Очень интересный практикум для ума. И называлась эта рубрика «Психология успеха».

Предложенные к обсуждению ситуации комментировали менеджеры, юристы, финансисты и даже отдельные председатели советов директоров компаний. Вот только психологов среди комментаторов почему-то не было. Вопреки названию рубрики.

То ли редакторы журнала не удосужились найти специалистов по психологии бизнеса, то ли эти специалисты давали такие советы, что даже видавшие виды и привыкшие ко всему редакторы воздерживались от их публикации?

Не знаю, но считаю это несправедливым. Если уж психология, то пусть будет именно психология. Ведь в основе деловых отношений лежат прежде всего психологические закономерности, а не то, о чем думают многие. И даже то, о чем они непрерывно думают (я имею в виду деньги), на девяносто девять процентов – чистая психология.

Пытаясь объясняться на языке бизнеса, мы на самом деле говорим о своих надеждах, опасениях, нереализованных потребностях, неразделенной любви, о счастливом товариществе, мудрой человеческой зрелости, радости общения, об ответственности и самоуважении, и так далее, и тому подобное.

Только не каждый участник этих принципиально важных диалогов способен интерпретировать сказанное другими, как следует. Понять его истинный смысл.

В результате, казалось бы, произнесены разумные слова и удачно сделано дело – а в душе горечь поражения. «Послевкусие медной пуговицы», как сказал кто-то из великих. Но почему? И когда же мы научимся правильно понимать себя и других и действовать так, чтобы всем, без исключения, это было выгодно?

Вы полагаете, это утопия? Невозможно осчастливить всех? – А вот я берусь доказать обратное. Что вы на это скажете?

Я берусь доказать, что любой поступок только тогда принесет пользу человеку, когда он будет совершен в интересах других людей. Что не станет реальным победителем тот, кто, как ему кажется, обыграл другого. Его сиюминутная победа утонет в море поражений, неотступно следующих за подобными иллюзорными «выигрышами».

И я говорю не про какой-то зловещий и непознаваемый «перст судьбы», а про вполне внятные и поддающиеся анализу закономерности человеческого поведения. О существовании которых, кстати, обязан знать каждый.

Вижу, вижу, как некий, бойкий и молодой, господин досадливо машет рукой. Какая, дескать, ерунда! Я побеждал, побеждаю и буду побеждать всех, кто будет мне проигрывать. Жизнь – борьба. Пусть неудачник плачет!..

Отвечу этому развоевавшемуся юноше словами народной песни: «Головка победная – неразумная». Скольких господ постарше, поумнее и повлиятельнее, говоривших с горечью: «Деньги есть. Все есть. А счастья – нет», повидал я на своем веку! О чем они грустили? Чего никак не могли досчитаться в своей судьбе, пересчитывая в подвалах золотые цехины? Почему корили себя за прожитые зря годы, отмахиваясь от болтливых утешителей и молчаливых завистников?

Да, господа, у меня есть ключи от счастья, но они с трудом поворачиваются в головах предубежденных и скептически настроенных людей. Однако выход есть – будем рассуждать и искать логику нашей жизни вместе.

Похоже, они и вправду говорили о счастье. Они не знали, что это такое. А автор этих строк, стало быть, знает? – Да, знаю. И с удовольствием вам расскажу.

Впрочем, для начала мы спустимся с небес на землю и займемся-таки одной из журнальных историй.

Значит ли это, что я весь наш разговор и дальше намерен строить на комментариях кем-то выдуманных сюжетов? Нет, разумеется. У меня предостаточно собственных наблюдений, за тридцать-то лет профессиональной деятельности, сочетающей в себе управление и психологию. Но начинать полагается с разминки.

Давайте же разомнемся и мы, прежде чем приступить к серьезному исследованию причин производственных конфликтов (и вообще конфликтов), а также способов управления конфликтами. Итак, вот вам история[2].

«Пайщик и гендиректор компании «Компсервис» Поляков отдает заказ на рекламу фирме своей жены. Это заставляет другого партнера, Федора Радченко, задуматься о правомерности сделок с заинтересованностью. Рассказ ведется от лица Радченко.

На отдыхе, плавая в бассейне, я неожиданно столкнулся с Егором Серовым.

– Знаешь, я тут на днях с Оганесяном говорил, – начал Серов. – Ну, ты знаешь Оганесяна?

Еще бы я не знал Оганесяна – владельца и генерального директора известного рекламного агентства «Лойра».

– Так вот, ему Алферов предложил выполнить крупный заказ, – по выражению моего лица Сергей понял, что я понятия не имею, кто такой Алферов. – Ты не знаешь Алферова? И «Жанет» тоже? Странно. В общем, это небольшое рекламное агентство, Алферов – его директор… Короче, Алферов получил заказ на масштабную рекламную кампанию в регионах. При том что фирма «Жанет» регионами не занимается. Но отказываться Алферов, конечно, не стал – он просто решил передать заказ «Лойре». Оганесян тоже не дурак, согласился. А потом как-то узнал, что сумма, которую Алферов обещал ему за работу, – лишь половина того, что получила «Жанет». А это очень неплохие деньги.

Такое случается сплошь и рядом. Видимо, заказчик заинтересован, чтобы деньги попали именно к «Жанет». Но при чем тут я? Серов, видимо, уловил мое недоумение.

– Я же сказал, – он придвинулся ко мне поближе, – странно, что ты не знаешь «Жанет».

Оказывается, заказчик рекламной кампании – фирма «Компсервис» (я, на минуточку, ее акционер). Мы действительно выходим в регионы и планируем проводить рекламную кампанию в нескольких крупных городах. И я знал, что фирма ищет подходящее агентство, и был уверен, что мы объявим тендер. А вот что заказ уже кому-то отдали, я слышал впервые. Почему разработку рекламной кампании поручили именно фирме «Жанет»? Все оказалось очень просто: этой фирмой владеет Жанна Полякова. «Компсервис» – частная компания, у нее три пайщика: Сергей Петрович Поляков, Сергей Соловьев и я. Поляков еще и генеральный директор. Жанна Полякова, соответственно, жена Сергея Петровича. Получается, Поляков отдал заказ агентству своей жены и заплатил ей кругленькую сумму за работу, которую она просто не в состоянии выполнить».

Ситуация, в первом приближении, понятная. Хотя, по мнению некоторых экспертов, она характерна больше для прошедшего периода российского бизнеса, чем для наших дней. Дай-то Бог! В журнале ее комментируют трое специалистов: менеджер по закупкам, консультант по управлению бизнесом и адвокат. Все они – реальные люди, в отличие от придуманных персонажей кейса. Вот извлечения из их суждений:

Менеджер по закупкам:«В условиях высокой медиаинфляции и растущей конкуренции эффективность каждой инвестированной копейки приобретает особенное значение для любого рекламодателя. Не создав в компании прозрачных бизнес-процессов по выбору партнеров и не наняв ответственную команду профессиональных специалистов по рекламе, совладельцы бизнеса обречены на сомнения. Между компаньонами всегда наступает момент, когда доверительные приятельские взаимоотношения должны трансформироваться в прозрачные партнерские, иначе совместная собственность никогда не станет полноценным бизнесом. На месте Федора Радченко я бы не развивала конфликт с Поляковым, однако уже на ближайшем совещании поставила бы вопрос о срочном поиске менеджера по рекламе».

Бизнес-консультант:«Основная проблема «Компсервиса» в том, что акционеры заранее, «на берегу», не договорились, как будут вести дела, распределять прибыль и работать со связанными сторонами. Когда возникают ситуации, подобные описанной, то из-за потери доверия между партнерами бизнесу, скорее всего, грозит катастрофа… Партнеры, тем более, если такие разногласия возникли у них впервые, должны признать свои ошибки и пойти на компромисс. Раз они до сих пор не подписали соглашение о ведении совместного бизнеса, нужно постараться сделать это сейчас, чтобы в будущем работать четко и слаженно. Если попытка восстановить баланс интересов удастся – замечательно. Если нет, то партнерству придет конец».

Адвокат:«Закон говорит: договор, который директор одной компании заключает с другой компанией, принадлежащей его жене, – не что иное, как сделка с заинтересованностью. Такие сделки должны быть либо одобрены советом директоров, либо собранием участников или акционеров, причем заинтересованное лицо не имеет права голоса. Здесь решение директор «Компсервиса» принял единолично. Что тут можно предпринять? Сделку можно оспорить в гражданско-правовом поле либо дать ей уголовную трактовку. Можно, конечно, прийти к Полякову с юристом или хотя бы с правовым заключением, полученным у юриста. Но, предъявляя претензии Полякову, Федор должен понимать, что на него самого можно собрать еще больший компромат».

Обратите внимание: бизнес-консультант и адвокат в своих комментариях и советах исходят из того, что между партнерами по бизнесу изначально существует конфликт интересов, т. е. у каждого из них своя жизнь, свои взгляды и планы на настоящее и будущее. Каждый, спроси только его мнение, захотел бы всю фирму забрать себе – а как же иначе? Ведь все люди таковы.

Принимая эту позицию за основу, бизнес-консультант сетует, что партнеры не договорились заранее, не распределили между собой права и свободы. Ведь уже в процессе такого распределения они могли бы найти компромисс, «баланс интересов».

Адвокат, как и многие юристы, больше склоняется не к компромиссу, а к конфронтации. Он советует только более тщательно определиться с инструментом борьбы – будет ли это гражданский иск или уголовный процесс. Но честно предупреждает: можно нарваться на ответные действия. Сказано ведь: «Кто убивает, сам будет убит. Кто приказывает убивать – сам будет убит по приказу».

Менеджер по закупкам делает акцент на совершенствовании системы управления бизнесом. При этом не разводит партнеров, как бойцов-соперников, по углам. Называет их уважительно: «совладельцы». Но предупреждает о необходимости расставить в компании профессионалов на отведенные им места, а также о неизбежной трансформации приятельских отношений в полноценные партнерские.

Признаюсь сразу, эта точка зрения мне импонирует больше. Хотя и не вполне понятно, что именно сделает этих людей полноценными партнерами. Неужели юридически грамотно оформленные договоренности? – Верится с трудом. Залог их партнерства в успешном бизнесе. Но это – не единственное условие.

Поставьте себя на место Полякова. Вы круглые сутки «горите» на работе, тратите силы, нервы, здоровье. Это вы создали компанию «из миража, из ничего», из фантазий и относительно небольших первоначальных взносов соучредителей. И при этом вынуждены делиться с ними прибылью, успехом, хотя они настолько устранились из процесса управления, что даже не в курсе, кому отдаются важные заказы. Узнают об этом случайно, от знакомых. Захотите ли вы отдать им незаработанное? Точнее, заработанное вами в поте лица? Только не надо торжественных поз. Скажите прямо и честно: «да» или «нет»?

Пока вы думаете над ответом, я тот же вопрос задам грузчику, которому два его приятеля купили вскладчину лямку и брезентовые рукавицы, а сами ушли по своим делам.

Пока они прохлаждались (а может быть, что-то приобретали для себя, кто знает), этот грузчик перетаскал пять тонн груза и заработал три тысячи рублей. И вот его друзья возвращаются и требуют отдать им две тысячи из трех. «А как же, ведь мы – партнеры!» – Заявляют они. – «Мы же дали тебе орудия труда. Что бы ты был без них?»

Грузчик, в отличие от искушенных юристов, знает, что следует им ответить. Он – честный и справедливый человек – вернет им лямку и рукавицы, оплатит их почасовую аренду. А в следующий раз возьмет все необходимое ему для работы там, где дешевле. И прибыль оставит себе. На развитие предприятия.

А как же «священное» право частной собственности? – К черту его! «Наследовать достоин только тот, кто может к жизни приложить наследство». Это Гете сказал, в своем бессмертном «Фаусте». А эта вещица посильнее Гражданского кодекса.

Тот, кто пытается объявить право частной собственности священным – незыблемым и нерушимым несмотря ни на что – лишь ставит неопрятную заплату на прорехе в системе управления общественными ресурсами.

Да, собственник должен быть уверен, что все, чем он управляет, по праву принадлежит ему. Иначе он откажется от управления. Кто же спорит? Только право это распространяется на весь период управления собственностью. И заканчивается с окончанием этого периода.

Управлять – значит возвращать обществу обогащенный ресурс, некогда взятый в управление. То есть брать меньше, а отдавать больше, в большем количестве и лучшего качества, чем было.

Управляя предприятием, я не разбазариваю его, а наращиваю его мощности. Управляя автомобилем, извлекаю из него потенциал транспортного средства и создаю условия для его многолетней бесперебойной эксплуатации. Плюс к тому, в процессе управления я дополняю и развиваю возможности, заложенные в автомобиль его производителем. Управляя людьми – совершенствую их личности, повышаю качество их адаптации к среде обитания.

И если это действительно так, если я умею управлять по-настоящему, созидая и развивая, то совершенно ни к чему закреплять за мной объект управления сургучом и гербовой печатью. Способность управлять – только это определяет мое право на управление. И ничто другое. А если я управляю плохо, т. е. уничтожаю вверенный мне ресурс, то никакое право владеть им не может называться «священным». Разве не так?

Теперь о «конфликте интересов». Нет такого конфликта. Дело обстоит с точностью «до наоборот». Вначале между людьми возникает конфликт, и они решают прекратить отношения, а уже потом начинают переживать различие интересов. Противоположность интересов, таким образом, не причина, а закономерное следствие конфликта.

Если я не вижу перспективы у нашего партнерства, то зачем же я оставлю тебе совместно нажитый потенциал? А с чем же я тогда приду в новые, приемлемые для меня отношения?

Что в нашем примере натворил г-н Поляков? Обманул партнеров, отдав заказ втридорога фирме своей жены? – Да, но не это главное. Гораздо важнее то, что он изъял часть потенциала управляемой им компании и тем самым ослабил ее. Ведь он мог напрямую отдать заказ исполнителю, а не действовать через посредника. И тогда эффективность инвестиций в рекламу существенно возросла бы, как об этом и говорит один из экспертов.

Но разве же Поляков этого не знал? Или он плохой управленец? Нет, он грамотный и опытный менеджер. И действовал он сознательно.

Страшно не то, что Поляков дал подзаработать своей жене за счет «Компсервиса», а то, что он, судя по его поступку, не видит будущего у этой компании.

Если бы он видел это будущее, он сам не упустил бы случая заработать большие деньги, но не посредством слабой фирмочки «Жанет», а за счет вверенного ему большого и сильного «Компсервиса». Вместо этого он усиливает «Жанет» и ослабляет «Компсервис». Почему?

Ответ нами дан выше. Он не видит смысла сохранять «Компсервис» в прежнем виде, в том же составе совладельцев. Он хочет работать только на себя. И не потому, что этого якобы хотят все и всегда. Чепуха! Людям гораздо выгоднее работать вместе. Но только на равных вместе. А не так, как в «Компсервисе» – один с сошкой, а семеро с ложкой.

Два так называемых «партнера» Полякова таковыми, по сути, не являются. Вот откуда мои сомнения по поводу возможности установить между ними полноценное партнерство. Они слишком далеки от дела. Они – рантье. Пользуются правом собственности по закону, а не по реальному вкладу в управление. А все революции в мире, как известно, совершаются против рантье.

Вот и г-н Поляков пытается совершить мини-революцию в отдельно взятой компании, ползучую и бесшумную. Цель которой – ликвидировать людей, бесполезных для бизнеса, но претендующих на долю в прибыли. Ликвидировать, к счастью, не физически, а социально, управленчески. И отговорить его от этого невозможно.

Припугнуть? – Да, это подействует на какое-то время, пока Поляков не найдет выхода из положения и не начнет действовать хитрее, но с той же целью. Уступить ему, чтобы и впредь делал все, что хочет? Так он постепенно вынет у номинальных партнеров из кармана все принадлежащие им юридически, но не управляемые ими ресурсы.

И компромисса между такими партнерами не может быть. Компромисс – это частичные уступки. Я еще понимаю, зачем партнерам-рантье уступать в чем-то Полякову. Чтобы сохранить хотя бы часть своего влияния на бизнес. Но ему эти уступки ни к чему.

Неделовые партнеры ему мешают, как и любому на его месте. Вот почему в подобных случаях бессильны все договоренности «на берегу». На этом самом «берегу» никто не знает, как в дальнейшем поведет себя тот или иной партнер. Взять на себя можно многое, но вот справиться с этим… А если не справляешься, устраняешься от дел тем или иным образом – жди, когда тебя начнут отлучать от твоего бизнеса.

И воспротивиться этому невозможно, как и, скажем, проигнорировать закон всемирного тяготения. Или ты тянешь общую лямку, пополняешь наравне со всеми общую копилку, или – уступи место другому, уйди. Будешь сопротивляться – лишь ускоришь разрушение партнерства.

Однако, я думаю, пришла пора от иллюстраций, от отдельных, ничем пока не подкрепленных тезисов переходить к глубокому изучению сути конфликта. Ведь только такое знание позволит нам по-настоящему противодействовать этому деструктивному социальному явлению.

Кстати, тогда уж и ответим на вопрос, что должны делать партнеры генерального директора фирмы «Компсервис», чтобы не остаться с носом и придать своим отношениям взаимовыгодный характер.

А такой путь существует. Более того, существует только такой путь.

Наш разговор о сущности конфликта придется начать с обсуждения довольно простых и хорошо всем известных вещей. Но знайте, господа: повторяя в этой книге «затертые» истины, я ни в коем случае не хочу выказать неуважение к своему читателю. Просто мой опыт подсказывает мне, что большие ошибки на высоких уровнях обобщения, в процессе управления сложнейшими системами часто совершаются из-за пренебрежения чем-то простым и малым. Спиноза поскальзывается на банановой кожуре.

Тенденцией последнего времени, по крайней мере, в России, является получение высшего и «над-высшего» образования при отсутствии полноценного среднего. Видимо, за этим кроется какая-то объективная закономерность. Все норовят сразу, без подготовки, нырнуть поглубже, обрести реальное дело, взять быка за рога.

Поэтому то, что существует на поверхности, многих не интересует. И, как следствие, решая серьезные задачи, мы нередко не принимаем во внимание элементарного. А зря. Ведь «элементарное» – это, как правило, «фундаментальное». И так называемые «прописные истины» существуют не для того, чтобы через них высокомерно перешагивать, а наоборот – чтобы учитывать их в каждом своем поступке. А вы как полагаете, господа?

Надеюсь, мы в этом вопросе единомышленники. Тогда – вперед. Обсудим нечто общеизвестное, само собой разумеющееся. А там, быть может, и до прозрений дело дойдет.

Глава 2
Как в поисках хлеба и зрелищ найти формулу счастья

Сознание плодотворности труда есть одно из самых лучших удовольствий.

Люк де Клапье Вовенарг

Когда труд – удовольствие, жизнь хороша! Когда труд – обязанность, жизнь – рабство.

Максим Горький

Однако я рискую потерять своего читателя. Чтобы вы, мои друзья, не заскучали прежде времени от рассуждений, на чей-то взыскательный взгляд, слишком пафосных и слишком общих, расскажу-ка я вам историю о двух кладоискателях! Точнее, о трех кладоискателях. Впрочем, вначале их было двое. Два взрослых и вполне серьезных человека увлеклись поиском кладов. И все у них было поначалу неплохо, но однажды один (назовем его в нашем рассказе Иван) предъявил другому (пусть его имя будет Петр) претензию унизительную и непустяковую. Иван обвинил Петра в воровстве. Дескать, взял Петр у Ивана старинную золотую монету «посмотреть» и не вернул. Петр клянется, что не было этого, а Иван, знай себе, настаивает: «Украл, украл. Видеть тебя больше не хочу. Не буду я с нечестным человеком дела иметь».

Эту конфликтную историю мне довелось исследовать в формате телевизионной программы, но в ней, поверьте, все настоящее – и персонажи, и претензии.

Познакомившись поближе с обоими кладоискателями, я обратил внимание на то, что Петр по характеру человек прямой и бесхитростный, чего нельзя сказать об Иване. Тот хитрован, себе на уме.

Петр и так, и по-другому оправдывался, приводил аргументы в свою защиту, уверял, что никаких мотивов украсть монету у него не было. Предлагал Ивану деньги в качестве компенсации, монету, похожую на ту, что якобы у Ивана пропала, принес в подарок (монета была старинная, но не редкая). Иван твердо стоял на своем: «С обманщиком и вором я больше не общаюсь, такой напарник мне не нужен».

Зная природу конфликтов (о которой и рассказываю в этой книге), я прямо спросил Ивана: «Так почему вам Петр больше не нужен? Что в нем на самом деле не так?»

И проговорился Иван. «У меня, – говорит, – своего автомобиля нет, а у Петра есть. Но проходимость у него недостаточная. По бездорожью не проехать. А мне в руки попалась карта заброшенной усадьбы – там вполне могут быть потерянные когда-то артефакты. Заманчиво! Но как туда добраться, если усадьба в глуши, вдалеке от цивилизации? Петр с его «паркетником» в этом деле не помощник».

«А кто помощник?» – Спрашиваю я. Иван нехотя отвечает: «Сергей».

И тут появляется третий кладоискатель. Оказывается, Иван уже давно познакомился с неким Сергеем – молодым человеком, владельцем мощного внедорожника-грузовика. Сергей попросился в команду, сказал, что тоже увлекается поиском кладов. Иван поразмыслил и решил, что Сергей – это хорошо, а Петр в этой новой конфигурации – «третий лишний». Остальное, как говорится, было делом техники.

Я не знаю, осознанно ли Иван оклеветал своего бывшего коллегу, чтобы иметь повод прогнать его с глаз долой, или ему и вправду Петр стал казаться человеком непорядочным, вороватым и опасным (такое «добросовестное» заблуждение может возникать у людей, решивших разорвать отношения по веским причинам). Но он это сделал. Иван создал ситуацию, при которой Петру невозможно больше было находиться в этой компании. И место для Сергея, с его чудо-машиной, освободилось.

О чем эта история? О том, господа, что в основе конфликта лежит осознание объективного факта – партнерство перестало быть перспективным, оно уже не способствует, а препятствует развитию включенных в него людей, следовательно, оно должно быть разрушено.

Кто-то скажет, что конфликт конфликту – рознь. В одной ситуации это действительно так, а в другой…

Нет, уважаемые коллеги, это общее для всех конфликтов основание. И, чтобы убедиться в этом, давайте вернемся к прерванным ненадолго теоретическим рассуждениям.

Всем нам не раз приходилось слышать, читать, в конце концов – убеждаться на собственном опыте, что человек по природе социален. Приходя в мир «чистой доской» (tabula rasa), неразумным и неопытным, человек постепенно врастает в систему общественных отношений, приобретая под влиянием окружающих его людей знания, навыки, умения в различных областях жизни, становясь таким образом личностью[3].

От рождения до драматического момента ухода из жизни человек не может обходиться без помощи окружающих. Зависимость индивида (каждого отдельного человека) от общества настолько велика и всеобъемлюща, что напрашивается вывод: не человек, а все человечество является разумным существом, населяющим планету Земля. Каждый из нас, родившихся и живущих, получает шанс приобщиться к этому разумному существу, стать его частью, получив в индивидуальное пользование свою долю «разумности». Принадлежность к обществу дает возможность индивиду выжить. Да, именно выжить[4].

Для продолжения разговора на эту тему следует ввести в него новое понятие: потребность. Потребность – это условие, без соблюдения которого жизнь невозможна.

Если мы живем для того, чтобы жить, т. е. продлить свое существование и обеспечить его приемлемое качество (а ничего более значимого и внятного мы не можем себе представить), то, следовательно, наше поведение, все наши поступки – понимаем мы это или нет – направлены исключительно на создание условий для продолжения жизни. Иными словами, на удовлетворение потребностей.

Когда потребности удовлетворены (условия для жизни созданы), то выживет не только индивид, но и тесно связанные с ним группы людей, и, в конце концов, человечество в целом.

В этом смысле все мы – эгоисты. Природа поступила очень мудро. Она не стала дожидаться, когда у большинства людей сформируется высокое, светлое, но весьма далекое от повседневности намерение облагодетельствовать окружающих, жертвуя собой в интересах других. Она вложила стремление быть общественно полезным, служить всем, служа себе, в самое существо человека.

Потребность приносить пользу обществу каждый из нас переживает по-своему – далеко не всегда просто, не однозначно, но каждый рано или поздно убеждается в том, что любые попытки устроить свою жизнь без тесного сотрудничества с обществом не просто ошибочны, они бессмысленны.

Впрочем, не будем спешить. Потребности человека заслуживают подробного обсуждения. В отличие от животных, для которых «выжить» означает иметь возможность питаться, спасаться от врагов и размножаться, наши потребности значительно более разнообразны.

Знаменитый психолог Абрахам Маслоу[5] нарисовал целую «пирамиду» этих необходимых для жизни условий, где каждая группа потребностей образует свой уровень. В ее основании – потребности организма (нужды). Выше них – потребности в безопасности, в социальном окружении (необходимость с кем-то общаться, взаимодействовать), в социальном статусе, в самоуважении. Венчает «пирамиду Маслоу» так называемая «самоактуализация» – потребность в непрерывном личностном росте, развитии.

С описанием потребностей человека, сделанным Маслоу, трудно не согласиться. Но расположение их в форме «пирамиды» вызывает некоторое сомнение – так ли это?

Рисунок 1. Первый круг потребностей

Действительно ли биологические потребности (в пище, воде, сне и т. д.) являются основой нашего существования? Правда ли то, что потребности вышележащего уровня становятся актуальными, насущными по мере удовлетворения «нижележащих» потребностей (например, что человек переживает потребность приобрести положение в обществе лишь после того, как насытился, отдохнул и перестал бояться)? Зависит ли качество нашей жизни от уровня актуальных потребностей? Иначе говоря, те, для кого актуальна потребность в безопасности (кто чувствует себя в опасности), живут ли хуже, чем те, кто думает о необходимости сменить профессию? – Вроде бы да. А может, и нет.

Мне более понятна иная модель так называемой «потребностной сферы» человека. Если бы меня спросили, как соотносятся между собой потребности, я нарисовал бы несколько концентрических окружностей.

В самую первую – внутреннюю – окружность я поместил бы биологические (физиологические) потребности человека, т. е. условия, необходимые для успешной работы организма, а также информационно-эмоциональные потребности.

С биологическими потребностями, надеюсь, все ясно. Без воздуха человек не проживет и пяти минут, без воды и без сна – недели, без пищи – месяца, на лютом холоде или в изнуряющей жаре не выдержит и нескольких часов…[6]

А что это за «информационно-эмоциональные» потребности? Здесь впору вспомнить, что люди наделены уникальной нервной системой, обеспечивающей осознанное поведение. Наша высокоорганизованная, чрезвычайно сложно устроенная психика требует все новой и новой информации, так же как, например, развитые мышцы нуждаются в постоянной тренировке, физической нагрузке, без которой их обладатель чувствует себя больным и разбитым. Ограничьте поступление к человеку информационных потоков – и он начнет сходить с ума, а потом, если опоздать с медицинской помощью, погибнет!

«Когда его… поместили в маленькую, с темным стеклом в высоком окне, сырую камеру… на него нашел ужас. Ужасна была эта благоустроенная мертвая тишина… мягкие шаги молчаливых, не отвечающих на вопросы людей… и сквозь тусклые стекла свет от поднимающегося солнца, темнота и та же тишина, те же мягкие шаги, и одни и те же звуки… Так нынче, завтра… Беганье, прыганье по своей клетке не помогало. От усиленного движения только делалась слабость и еще большее возбуждение нервов, делалась головная боль в темени, и стоило только закрыть глаза, чтобы на темном с блестками фоне стали выступать рожи лохматые, плешивые, большеротые, криворотые, одна страшнее другой». Так достоверно Лев Николаевич Толстой в рассказе «Божеское и человеческое» описывает развитие т. н. «тюремного» психоза. Герой рассказа, изолированный от людей, от событий, без преувеличения, погибает в тюремной камере. И так было бы с каждым на его месте. Настолько велика наша потребность в информации!

То же следует сказать и об эмоциях. Во-первых, эмоции – это, как и интеллект, средство познания мира, поэтому по своему значению они могут быть приравнены к информационным потокам. Во-вторых, переживать эмоции полезно для организма, для психики человека, поскольку это способствует стабилизации происходящих в них процессов, оздоровлению.

Таким образом, для человека непосредственными условиями выживания (условиями жизнеспособности) являются: а) наличие всего необходимого для стабильного (без перегрузок, сбоев и отказов) функционирования его организма; б) наличие новой информации и эмоциональных впечатлений[7]. На соблюдение этих условий мы и направляем все наше поведение, сознательно или интуитивно.

Обратите внимание на слово «непосредственными». Действительно, биологические и информационно-эмоциональные потребности, при их удовлетворении, непосредственно – сами по себе – обеспечивают выживание человека. Все прочие потребности, о которых речь впереди, представляют собой «условия для создания условий». Непонятно? Разберемся.

Начертим вторую окружность. В ограниченный ею круг поместим потребности, без удовлетворения которых невозможно выполнение условий первого (внутреннего) круга.

За счет чего индивид сможет обеспечить свое непосредственное выживание? Где он достанет «хлеб» (т. е. ресурсы для удовлетворения биологических потребностей), и кто ему предоставит «зрелища» (ресурсы для удовлетворения информационно-эмоциональных потребностей)? – Разумеется, их источником является социальная среда, общество[8].

Исходя из этого, в следующий круг мы включаем потребность в социальном окружении.

Но не только, ибо сам факт наличия социального окружения еще не говорит нам ничего о том, какое место в нем займет индивид, какими ресурсами группы (в аспекте их объема и качества) он сможет воспользоваться: к чему он будет «допущен», а что останется за рамками его возможностей.

Рисунок 2. Второй круг потребностей

Представьте мысленно человека, идущего по улице города. Вокруг него люди, их много. Все они, в той или иной степени, обладают полезными ресурсами. А человек, которого мы представили, голоден и бесприютен. Он нуждается в помощи. Что же должно произойти, чтобы окружающие передали ему часть своих ресурсов, поделились с ним своим потенциалом жизнеспособности? – Он должен обозначить для них свою социальную роль, ясно показать, на какие ресурсы он претендует и для чего он их собирается использовать.

Иными словами, речь идет о социальном статусе (положении в группе), обретение которого также является важнейшей потребностью человека.

Пусть он хоть сядет на корточки у стены и протянет руку для подаяния – и вот уже несколько монет окажутся у него на ладони. «Нищий», – подумают прохожие, и многие из них, каждый по своим мотивам, дадут ему денег. А если этот человек не подаяния станет просить, а, скажем, заглянет в компанию по подбору персонала и предъявит диплом о качественном высшем образовании и впечатляющее профессиональное резюме, то и ресурсный поток в его сторону, в его личное управление, будет адекватно мощным.

Социальный статус определяет, какого объема, качества и значения общественные ресурсы поступают в непосредственное управление индивида.

«На другой день Чичиков отправился на обед и вечер к полицмейстеру… провел вечер у председателя палаты… Потом был на вечере у вице-губернатора, на большом обеде у откупщика, на небольшом обеде у прокурора, который, впрочем, стоил большого; на закуске после обедни, данной городским главою… Словом, ни одного часа не приходилось ему оставаться дома… Он… умел хорошо держать себя. Говорил ни громко, ни тихо, а совершенно так, как следует. Словом, куда ни повороти, был очень порядочный человек. Все чиновники были очень довольны приездом нового лица. Губернатор об нем изъяснился, что он благонамеренный человек; прокурор – что он дельный человек; жандармский полковник говорил, что он ученый человек; председатель палаты – что он знающий и почтенный человек; полицмейстер – что он почтенный и любезный человек; жена полицмейстера – что он любезнейший и обходительнейший человек»[9].

Дело дошло до следующего – третьего по счету – круга потребностей. Зададимся вопросом: что индивид должен сделать, какие условия соблюсти, чтобы у него появилось социальное окружение, готовое предоставить ему определенный статус? – Он должен стать хоть кому-то нужным. Он должен вести себя так, чтобы общество постоянно нуждалось в результатах его усилий, чтобы оно было объективно заинтересовано в нем. Это называется самоактуализацией. Быть актуальным для других людей, востребованным ими всегда, всю жизнь – еще одна потребность человека.

Как это понимать? Насколько это необходимо? – Это жизненно важно! Социальная природа человека означает, что у него принципиально нет возможности выжить в одиночку.

Если весь комплекс технологий поведения, ресурсов, посредством которых человек приспосабливается к среде обитания (выживает), обозначить как адаптационный — приспособительный – потенциал, то можно сказать, что индивид не обладает адаптационным потенциалом, обеспечивающим более-менее сносное существование. Чтобы жить, и жить качественно, каждый из нас обязан постоянно подпитывать свои возможности за счет адаптационного потенциала общества, который формируется усилиями всех – и ныне живущих, и ушедших поколений людей.

Адаптационный потенциал человечества (и образующих его социальных групп) несоизмеримо больше потенциала отдельного человека. Вот почему нам всем необходим как воздух доступ к приспособительным возможностям – ресурсам и технологиям – которыми располагает общество.

«Всевозможными способами и путями природа учит людей согласию. Не довольствуясь выражением взаимного расположения на словах, она сделала так, что содружество стало не просто приятно, но и необходимо. Природа дала всем прочим живым существам оружие и средства для самозащиты… Только человека она оставила слабым и безоружным, способным защищать себя от общей опасности лишь в содружестве с другими людьми. Так необходимость создала города, общество, научила людей товариществу, научила их, сливая воедино слабые силы, давать отпор диким зверям и разбойникам. Поистине, ничто в мире не смогло бы уберечь человеческое дитя, особенно новорожденное, от гибели, если бы семья не выкармливала его и не заботилась о нем в полном согласии… Природа учит людей согласию и миру»[10].

Но обществу нет резона делиться своим потенциалом без отдачи. Да, в самом начале нашей жизни, по факту нашего появления на свет, нам традиционно предоставляется некий ресурсный набор, без которого никому не выжить (пища, тепло, соответствующий уход).

Однако в дальнейшем – буквально с первых наших самостоятельных шагов – общество начинает пристально следить за нами и решать, насколько целесообразно продолжать эти ресурсно-технологические инвестиции в проект, называемый «индивид».

И мы своим поведением, своими достижениями, темпами формирования своего индивидуального приспособительного потенциала и его качеством доказываем окружающим, что мы им нужны, что на нас можно рассчитывать в совместном деле обеспечения выживания человечества.

Мы доказываем, что являемся послушными и прилежными детьми, готовыми перенять опыт наших родителей, способными учениками, на которых есть смысл тратить время и силы учителей, профессионалами, от которых зависят результаты труда всего коллектива…

И только при условии, что мы на каждом этапе нашей жизни объективно докажем свою полезность, актуальность (прошлые заслуги не учитываются, так как люди живут в основном настоящим и будущим), нам будет предоставлен доступ к ресурсам социальной группы (в объеме, соответствующем доказанной актуальности!).

Такова природа вещей. По этим законам живет любое предприятие, любая семья (осознает она это или нет), любая другая социальная группа. Законы управления поведением людей универсальны.

И важнейшее заявление: право на жизнь в обществе получает человек, соблюдающий принцип «расширенного воспроизводства благ». Тот, кто своим трудом производит благ (материальных и нематериальных факторов жизнеспособности) больше, чем потребляет. А тот, кто потребляет благ больше, чем производит, обречен на исключение из общественной жизни. Тем или иным способом. Рано или поздно.

Сказанное относится и ко всем социальным группам. Что индивид! Государства, страны исчезают с лица земли после того, как становятся паразитами на теле человечества. Принцип необходимости расширенного воспроизводства благ объясняет многое и в индивидуальной, и во всемирной истории.

«Невозможно ступить ни шагу по этой земле без того, чтобы не соприкоснуться с ответственностью и долгом, который необходимо исполнить»[11].

Таким образом, не будучи актуальным, человек потеряет связь с обществом, пропадет, погибнет. Самоактуализация – ключевая потребность.

Вдумаемся в значение слова «счастье». Нечего мудрить и растекаться мыслию по древу – его (это значение) уже открыл нам народ-языкотворец. Корень этого слова – «часть». Приставка «с» здесь означает нечто произошедшее, свершившееся.

Счастье, следовательно, это соучастие в общих делах, обретенное полноценное социальное партнерство[12]. Любопытно, что латинский корень part в слове «партнерство» тоже означает «часть».

Являясь по природе своей социальным существом, человек действительно, как провозгласил когда-то русский писатель В.Г. Короленко, рожден для счастья, т. е. для полноценного, выгодного и приятного всем, взаимодействия.

Когда мы чувствуем себя счастливыми? – Когда мы кому-то нужны, кто-то ждет нас, надеется на нас, и мы, в свою очередь, не можем представить себе жизни без этих людей, без наших партнеров по социальному взаимодействию.

Недаром говорят: «Счастье – это когда утром непреодолимо тянет из дома на работу, а вечером – с работы домой». На управленческом языке это означает, что и трудовой коллектив, и семья в равной степени обеспечивают человеку эффективные и комфортные партнерские отношения.

Можно ли быть счастливым, не будучи актуальным? – Теперь мы понимаем, что нет. Разве что в иллюзиях (которые, кстати, воспроизводят в подобных случаях некий суррогат искомого социального партнерства).

«Он думал о благополучии дружеской жизни, о том, как бы хорошо было жить с другом на берегу какой-нибудь реки, потом через эту реку начал строиться у него мост, потом огромнейший дом с таким высоким бельведером, что можно оттуда видеть даже Москву и там пить чай на открытом воздухе и рассуждать о каких-нибудь приятных предметах. Потом, что они вместе с Чичиковым приехали в какое-то общество в хороших каретах, где обворожают всех приятностью обращения, и что будто бы государь, узнавши о такой их дружбе, пожаловал их генералами…»[13].

Но достаточно ли одной самоактуализации для счастья? А как же случаи, когда человек, казалось бы, вполне востребованный, играющий заметную роль в социальных отношениях, тем не менее, не чувствует себя счастливым? Ему трудно жить, он жалуется на отсутствие полноценного развития своей личности, на свою… Что? Как вы сказали? – Верно! Он жалуется на нереализованность.

Самореализация – вот еще одна важнейшая потребность. Она напрямую связана с эффективностью нашего поведения.

Гете блестяще сформулировал принцип, следуя которому можно достичь искомой эффективности (т. е. максимальной результативности при минимуме затрат на существование): «Чтобы добиться чего-то значительного в жизни, нужно заниматься тем, что дается тебе легче всего, но делать это изо всех сил!». То есть тратить энергию не жалко и не сложно, если уверен, что тратишь ее в наиболее результативном направлении из возможных[14].

Люди стремятся делать то, что у них получается, и получается лучше всего, при минимуме нерезультативных затрат. Это и есть самореализация.

Соединим органично самоактуализацию и самореализацию – и вот готовая (рациональная и объективная!) формула счастья.

Счастье – это состояние человека, который востребован обществом именно за те результаты, в которых он наиболее полно и эффективно выражает самого себя (свой потенциал)[15].

Я счастлив, если людям нужно от меня то, что и мне самому доставляет радость и удовольствие… А как же быть с выражением: «У каждого – свое счастье»? – Согласиться с ним, конечно же! Поскольку у каждого из нас свой уникальный жизненный опыт, каждого окружают конкретные люди, по отношению к которым мы проявляем свою актуальность, с кем формируем социальное партнерство.

Характер такого партнерства, его цели и способы их достижения могут также быть самыми разнообразными. Однако, каковы бы ни были индивидуальные особенности жизни счастливых людей – их объединяют реализованные потребности в самоактуализации и, одновременно, в самореализации.

Счастье – это социальное партнерство на условиях востребованности и реализованности. Вопрос «Счастлив ли ты?» по сути означает: «С кем ты соучастлив? Есть ли у тебя общее дело с комфортными и продуктивными товарищами?»

Итак, вот какие нарисовались круги.

Рисунок 3. Три круга потребностей

Но, право, круги ли это? Я решился критиковать Абрахама Маслоу за его «пирамиду», а сам? Увы, приходится признать, что и предложенная уважаемому читателю модель потребностной сферы человека не без изъяна.

Согласно этой модели получается, что выживание индивида возможно при соблюдении ряда необходимых условий биологического и информационно-эмоционального характера («первый круг потребностей»).

Эти условия могут быть созданы индивиду лишь при наличии социального окружения и определенного положения – статуса – в нем («второй круг потребностей»).

Будет или не будет предоставлена индивиду возможность войти в социальную группу и обрести в ней некоторый статус, зависит от степени его актуальности для общества и эффективности его поведения («третий круг потребностей»). Кажется, все верно.

Но разве результативность поведения не зависит, скажем, от объема и качества питания, продолжительности сна? Разве выбор правильного (обеспечивающего высокую поведенческую эффективность) направления самореализации возможен в изоляции от общества?..

Да, в реальности все потребности пребывают во взаимном влиянии, все они взаимообусловлены. Неудовлетворенность хотя бы одной из потребностей резко снижает качество жизни и ставит ее под угрозу.

Это как течь в корпусе корабля – даже если все остальные элементы конструкции в порядке, корабль с пробоиной все равно начинает тонуть.

Существует ли вообще такая геометрическая фигура, которая могла бы во всей полноте выразить отношения между потребностями? Если да, то это, скорее, кристаллическая решетка, где каждый элемент равно обусловливает и поддерживает существование всех остальных элементов.

С этой поправкой сказанное выше вполне объективно, на мой взгляд, рисует реальную картину. И этими представлениями о потребностях человека мы будем руководствоваться в наших дальнейших рассуждениях.

Вопросы и задания на внимание и понимание:

1. Как, по вашему мнению, соотносятся понятия «потребность в самореализации» и «эффективное поведение»? Объясните своими словами смысл понятия «самореализация».

2. С какой из потребностей более всего связано присущее каждому человеку чувство долга?

3. Приведите пример совместного формирования группой «адаптационного потенциала».

Глава 3
Как люди строят свои отношения и какие опасности подстерегают их на этом пути

Отдельный человек слаб, как покинутый Робинзон. Лишь в содружестве с другими людьми он может сделать многое.

Артур Шопенгауэр

Зачем мы так увлеченно обсуждали потребности? Даже счастье смогли объяснить. А к чему? Какое это имеет отношение к конфликту? Терпение, господа.

Мы выяснили нечто принципиально важное. Человек в своем поведении руководствуется стремлением выжить, и его жизнеспособность обеспечивается за счет приспособительного потенциала (ресурсов, технологий) общества, с которым индивид непрерывно взаимодействует.

Получается, чем обширнее и качественнее возможности общества, тем лучше живется его членам – людям. Следовательно, каждый человек кровно заинтересован в развитии адаптационного потенциала общества, так как чем больше он в него вкладывает, работая на социум, тем больше получает из него для удовлетворения своих собственных потребностей.

Удовлетворяя свои потребности все более полноценно, человек развивается, совершенствуется в самореализации, увеличивает самоотдачу и тем самым наращивает общественный потенциал и расширяет свой доступ к нему. И так по восходящей.

Интересное кино! Самое время приступить к более подробному исследованию процесса социального взаимодействия.

Попробуем нарисовать подобие графика развития отношений между людьми (т. е. социальных отношений). На этом графике (см. рисунок 4) вертикальная ось отображает качество жизни (Q), а горизонтальная – продолжительность отношений (время, t).

Качество жизни? Что это такое? – Ну как же, друзья, разве мы с вами не условились понимать «качество жизни» как полноту удовлетворения потребностей? Нет? Так давайте условимся.

Обратите внимание: ни вертикальная, ни горизонтальная оси нашего графика не имеют делений. Это не случайно. Качество жизни трудно отградуировать. И время, в течение которого развиваются события, тоже. Ведь продолжительность одних и тех же стадий процесса социальных отношений в разных группах людей бывает различной.

У кого-то на прохождение стадии уходят месяцы, годы, а у кого-то все пролетает за считанные часы. Поэтому нет смысла в каких-либо делениях. Тем более что график отражает общие принципы (концепцию) развития взаимоотношений в социуме.

Рисунок 4. График развития социальных отношений (фрагмент 1)

Получается, горизонтальная ось – ось времени – отделяет область отрицательного качества жизни (ниже оси) от положительного (выше оси). Пересечение этой оси графиком, идущим снизу вверх (о чем речь пойдет дальше), означает переход качества жизни из негативного в некое позитивное состояние[16].

Вполне корректно называть область на нашем графике, связанную с отрицательным качеством жизни, зоной рискованной жизнеспособности. А область, отражающую положительное качество жизни – состояние удовлетворенности потребностей – зоной устойчивой жизнеспособности.

Обозначение «tо» – момент начала отношений. Обратите внимание, что в этот момент (tо) отметка Qо находится ниже горизонтальной оси, в зоне рискованной жизнеспособности.

Тем самым мы хотим сказать, что люди[17] до вступления во взаимные отношения не были удовлетворены качеством собственной жизни. Им было тяжело жить друг без друга. Иначе никто из них не стал бы тратить свои ресурсы (силы, время, информацию, деньги и т. д.) на поиски партнера.

Так, человек, счастливый в браке, не задумывается о создании новой семьи, а успешный в работе, удовлетворенный своим профессиональным статусом и перспективами его развития – не мечтает о новом поприще[18].

Таким образом, часть вертикальной оси от tо до Qо (жирная линия на рисунке 4) можно назвать «нижним мотивационным отрезком», поскольку этот отрезок отражает[19] степень негативного психологического напряжения, ставшего «первоначальным толчком» к поиску партнеров. Чем длиннее этот отрезок, тем острее желание их обрести.

Приехал, например, человек в чужой город, стал жертвой жуликов и оказался один, без друзей, денег и вещей. Конечно, он обрадуется первому, кто предложит ему кров, пищу и работу. И не станет привередничать. Слишком велико негативное напряжение от потери качества жизни (большой «нижний мотивационный отрезок»).

Совсем другое дело, когда индивид, относительно благоустроенный, чего-то (сам пока не знает – чего именно) недополучает в контактах с окружающими. Он, конечно, будет искать более качественных отношений – потребности не могут оставаться без удовлетворения. Но интенсивность этих поисков будет невелика, а требовательность к новым партнерам, напротив, значительна («нижний мотивационный отрезок» маленький).

Итак, как только люди, нацеленные на партнерство, встретили друг друга, качество жизни каждого из них (и обоих вместе) стало прогрессивно повышаться. График в виде диагонального отрезка, выходящего из точки Qо, направился вверх (рисунок 5).

За счет чего стало повышаться качество жизни? – А за счет объединения потенциалов участников взаимоотношений в адаптационный потенциал созданной ими социальной группы, которым теперь могут пользоваться партнеры в своих интересах, для удовлетворения, в том числе, индивидуальных потребностей[20].

Рисунок 5. График развития социальных отношений (фрагмент 2)

Представьте себе одинокого человека, грустно сидящего за столиком в углу кафе. Ему очень нужно, чтобы кто-нибудь обратил на него внимание, ему не с кем поделиться важными для него мыслями, радостями и печалями. Вдруг некто, столь же одинокий, преодолев робость, подходит и просто садится рядом, на свободный стул… Уже хорошо! Неудовлетворенная прежде информационно-эмоциональная потребность на миг перестает «грызть позвоночник».

Кто ты, незнакомец? Интересен ли я тебе? Чем ты мне можешь быть интересен?… А если они – эти одинокие прежде люди – заговорят, познакомятся, проявят друг к другу внимание, выразят и реализуют желание помочь?

«Тебя заинтересовал модный спектакль? Прекрасно, моя сестра играет в этой пьесе, во втором составе. Может познакомить с режиссером». – «У тебя проблема с трудоустройством? Мой дядя Сигизмунд – владелец фирмы, активно набирающей персонал»… Отношения стартовали, и они будут развиваться, повышая качество жизни. До каких высот? – Посмотрим.

«– Честное слово, – вымолвил Ипполит Матвеевич, чувствуя неожиданную зависимость от разговорчивого молодого человека, ставшего на его дороге к брильянтам, – честное слово, я подданный РСФСР, в конце концов, я могу показать паспорт…

– При современном развитии печатного дела на Западе напечатать советский паспорт – это такой пустяк, что об этом смешно говорить… Один мой знакомый доходил до того, что печатал даже доллары. А вы знаете, как трудно печатать американские доллары? Там бумага с такими, знаете, разноцветными волосками. Нужно большое знание техники. Он удачно сплавлял их на московской черной бирже…

… Тут Ипполит Матвеевич, доведенный до отчаяния историями о знакомых Бендера и видя, что его не собьешь с позиции, покорился.

– Хорошо, – сказал он, – я вам все объясню.

«В конце концов, без помощника трудно, – подумал Ипполит Матвеевич, – а жулик он, кажется, большой. Такой может быть полезен»…

… А уже через час оба сидели за шатким столиком и, упираясь друг в друга головами, читали длинный список драгоценностей, некогда украшавших тещины пальцы, грудь и волосы»[21].

На следующем рисунке (рисунок 6) график стремится вверх и пересекает горизонтальную ось в точке t1.

Рисунок 6. График развития социальных отношений (фрагмент 3)

Это говорит нам о том, что отношения партнеров привели к значительному росту адаптационного потенциала, находящегося в совместном пользовании, что, в свою очередь, обеспечило ощутимое повышение качества жизни.

На этом этапе (отрезок графика от точки t1 и выше) партнеры впервые почувствовали не просто желательность, а необходимость продолжения отношений. Вместе им стало объективно и субъективно легче, чем порознь. Повысился качественный уровень и объем потребностей, удовлетворяемых во взаимодействии. Жить стало лучше, жить стало веселее.

Здесь, господа, мы задержимся для того, чтобы ввести в наш диалог еще одно важное понятие: референтность (от лат. refere – сопоставлять, сравнивать, сообщать).

Референтность в социальной психологии означает привлекательность, значительность, авторитетность. Иными словами, это наличие неких ценностей (в широком смысле), которые важны для продуктивного взаимодействия, с которыми люди соотносят свое поведение.

Обладать референтностью, как качеством, могут как группы, так и индивиды. Например, та или иная социальная группа является референтной для других групп, для своих членов, для людей, не входящих в ее состав, когда она служит для них примером для подражания, вожделенным объектом, к которому ох как хочется примкнуть, арбитром в решении принципиальных споров…

Референтная для меня группа – та, чьи цели я разделяю, на чье мнение я ориентируюсь в своих поступках. То же самое – референтный индивид. Это человек, с которым мне очень важно выстроить и развивать отношения. Одним словом, референтные партнеры – это «свои», в противовес остальным – «чужим», посторонним.

«Эллиот был ревностным католиком. Еще в первые свои парижские годы он повстречал некоего аббата, известного тем, скольких безбожников и еретиков он вернул в лоно истинной церкви. Аббат этот усердно посещал званые обеды и блистал остроумием. Своим духовным руководством он удостаивал только богачей и аристократов… Эллиоту было лестно убедиться, что аббат хорошо о нем осведомлен… Аббат толковал о религии мудро и мягко, проявил терпимость, широту взглядов и современность подхода. В его изображении церковь предстала перед Эллиотом как некий клуб для избранных, в котором воспитанному человеку ради собственного престижа просто необходимо состоять членом. Через полгода он был туда принят. Обращение его в сочетании с щедрыми пожертвованиями на католическую благотворительность открыло перед ним двери нескольких домов, в которые он до того не имел доступа»[22].

При каких условиях группа или индивид становятся референтными для кого-то? – Это происходит, когда потенциал данной группы (или данного индивида) по объективным причинам начинает играть ключевую роль в жизни этих людей.

Так, на определенном этапе жизни молодого человека вуз, о существовании которого он раньше не догадывался, становится для него референтным, и он начинает без устали трудиться, нервничать, готовясь к вступительным экзаменам; став студентом, старается выполнять все требования преподавателей – лишь бы успешно завершить учебу и стать дипломированным специалистом. Когда его, уже как специалиста, пригласят в профессиональную организацию, предоставляющую возможность для дальнейшего развития его личности в избранном направлении, он начнет внимательно прислушиваться к мнению руководителей, ведущих работников этой организации – всех тех, от кого зависит получение доступа к ее ресурсам. Они станут для него референтными на новом этапе жизни[23].

Референтность, таким образом, определяется актуальным значением адаптационного потенциала. «Своими» – референтными – для человека становятся те люди, партнерство с которыми объективно повышает его жизнеспособность.

Переход графика через горизонтальную ось – в точке t1 – и вхождение его в область позитивного качества жизни как раз и означает превращение участников отношений в референтных друг для друга партнеров. Субъективно они при этом, как уже было сказано, переживают и желательность, и необходимость продолжения отношений, дорожат совместными достижениями.

Самое время сформулировать один из базовых законов саморегуляции общества – закон референтных отношений.

Ранее – надеюсь, вы помните об этом – мы обсудили принцип расширенного воспроизводства благ: жизнеспособность, как совокупность приспособительных качеств, как доступ к широким и разнообразным адаптационным возможностям дается не каждому. А лишь тому, кто научился производить социальных благ больше, чем потребляет. Те же, кто систематически преимущественно потребляют блага, мало что производя взамен, жизнеспособности лишаются. Каким образом? – По-разному, но с одним и тем же результатом.

Важнейшую роль в процессе постепенной утраты жизнеспособности из-за потери взаиморазвивающего контакта с обществом играет депрессия. Механика психологической и социальной деградации примерно такова: баланс производительности и потребления заметно сместился в сторону потребления – окружающие стали удаляться от того, кто на них паразитирует – объективно уменьшились адаптационные ресурсы, возросло напряжение невостребованности и нереализованности, возникла тревога – пропало чувство осмысленности жизни, возникла депрессия. И далее порочный круг замыкается: чем тяжелее депрессия, тем меньше производительных сил и мотивов.

Закон референтных отношений тоже относится к стержневым принципам социального взаимодействия. Он соблюдается всегда. О нем можно знать или не знать, но подчиняются ему все люди, без исключения. Вот как он формулируется.

Референтная группа всегда является акцептором (получателем) ресурсов, а нереферентная группа всегда является донором ресурсов.

Рисунок 7. Закон референтных отношений

Иначе говоря, референтные партнеры – «свои» – активно и добровольно привносят в свой общий потенциал все ресурсы, которыми только располагают. А из нереферентных групп – осознанно или инстинктивно – изымается все, что только можно изъять.

Нереферентные группы – те, к которым человек принадлежит по обязанности, вопреки его желанию, истинному стремлению обрести «своих».

Отличить референтную группу от нереферентной легко. Достаточно понаблюдать за человеком: с кем он охотно проводит время, куда бодро направляется (и направляет свои помыслы), а кем, напротив, тяготится, откуда спешно удаляется при любой возможности.

По сути, референтная группа – оазис жизнеспособности. Здесь человек по-настоящему востребован и реализован, здесь ему предоставляются все адекватные возможности для развития, здесь он счастлив. А нереферентная группа – каторга, вытягивающая из человека силы, деморализующая его. Понятно, что общество заинтересовано, чтобы референтных групп становилось все больше, а нереферентных – как можно меньше. В этом смысл закона референтных отношений.

Вернемся к графику социального взаимодействия. Что же происходит дальше?

Рисунок 8. График развития социальных отношений (фрагмент 4)

График (см. рисунок 8) переходит в горизонтальную фазу (точка t2). Качество жизни партнеров перестает расти и «застывает» на каком-то достигнутом уровне. Что случилось? – Попробуем разобраться.

Причина появления на графике горизонтального отрезка (назовем его фаза «плато») в том, что партнеры передали друг другу в пользование все, что имели, чем обладали на данном этапе своей жизни. Раскрыли друг перед другом все свои возможности. Их совместный адаптационный потенциал достиг максимума (мы осознанно рассматриваем ситуацию, когда индивидуальный потенциал партнеров не вырос с момента начала их отношений).

К примеру, до их знакомства она умела жарить яичницу и котлеты, он – сверлить в стенах дырки электродрелью. Раньше он ел всухомятку, радовался и бутерброду, а она вынуждена была раскладывать посуду, книги и фотографии где попало. Создав партнерство, они ничему новому не научились, но, тем не менее, стали весьма сносно питаться и развесили по стенам необходимые полочки, карнизы, дорогие сердцу семейные фото… Им значительно легче, комфортнее быть вместе, чем порознь. На качество жизни они пока не жалуются. Напротив, они весьма довольны тем, что нашли друг друга.

Возникновение в отношениях фазы «плато» – очень коварное явление. С одной стороны, оно, как будто, естественно. Человеку на самом деле не очень-то свойственно заглядывать в будущее, он сосредоточен на настоящем («будет день, будет и пища»). Поэтому достижение комфорта (а мы говорим о достаточно высоком, позитивном качестве жизни) воспринимается многими как хороший результат совместных усилий, и у многих возникает убеждение, что ничего не нужно менять («от добра – добра не ищут», «лучшее – враг хорошего»).

Но фаза «плато» продлится лишь до тех пор, пока у партнеров нет объективных причин менять установившийся образ жизни. Пока социальная среда не предъявит им более суровых требований, не поставит задач более высокого уровня сложности. А она поставит, ибо жизнь имеет объективную динамику.

На графике, ход которого мы, надеюсь, продолжаем вместе внимательно отслеживать, появляется стрелка с надписью «проблема» (рисунок 9), острием упирающаяся в точку t3.

Проблема – это актуальная задача, для решения которой не хватает имеющихся ресурсов. Иначе говоря, это задача, не решить которую нельзя (поскольку она связана с удовлетворением потребностей и качеством жизни), а решить – невозможно из-за нехватки ресурсов и технологий.

Она возникла (от яичницы пошла по телу какая-то сыпь, прорвало кран на кухне) – и повлекла за собой наступление кризиса взаимоотношений[24].

Точка t3, таким образом, объявляется нами критической. Несмотря на пугающее слово «кризис», возникшая проблема вовсе не обязательно является экстраординарной, неожиданной.

В случае семейной пары это может быть рождение ребенка, необходимость покупки новой мебели, строительства жилья, открывшаяся перспектива карьерного роста для одного из супругов (или для обоих сразу), требующая, однако, дополнительных ресурсных вложений (которых, напомню, у партнеров нет) и т. д.

На производстве кризис возникнет, когда новые условия хозяйствования потребуют иного уровня профессиональной подготовки, которого у работников и руководителей нет.

Рисунок 9. График развития социальных отношений (фрагмент 5)

Кризис государственного управления – это, например, когда правительство не знает, как распорядиться колоссальным количеством поступающей в страну валюты, и тем больше нервничает, чем больше богатеет страна…

Кризис – это еще не конфликт, это затруднение в развитии отношений, указывающее на их недостаточную эффективность и низкое качество.

Кризис – это ситуация, когда партнеры по социальным отношениям (все вместе и каждый в отдельности) убеждаются в том, что их возможностей (знаний, технологий, финансов, здоровья, иных приспособительных инструментов) недостаточно для удовлетворения потребностей, а других у них нет. В процессе выстраивания своего партнерства они их не создали[25]. И это привело к кризису.

Рисунок 10. График развития социальных отношений (фрагмент 6).

Кризис – это когда то, что принималось за незыблемую истину, вдруг оказалось ложью.

Кризис настойчиво, в тех или иных формах, дает понять партнерам, что их совместный приспособительный потенциал требует незамедлительного пополнения. Кризис – это тревожный сигнал, звонок в колокольчик: «Подъем! Свистать всех наверх! Все на поиски новых ресурсов! Иначе – жди неприятностей»…

Найдут они (вместе, помогая друг другу) источники пополнения потенциала – честь им и хвала! Супруги подготовятся к рождению ребенка, и это событие станет для них счастливым, менеджмент предприятия изыщет пути повышения квалификации сотрудников, чиновники посоветуются с компетентными консультантами и примут меры для эффективного управления государственными финансами…

Задача перестанет быть проблемной и будет успешно решена. Совместный адаптационный потенциал еще более возрастет, теперь уже за счет решенной задачи и приобретенного нового опыта; эффективность партнерства и, соответственно, качество жизни поднимутся на более высокий уровень (на рисунке 9 этот вариант развития ситуации обозначен пунктирным отрезком графика)[26].

Отметим попутно, что с ростом качества жизни (движением графика вверх), увеличивается и отрезок вертикальной оси, расположенный выше отметки «tо». Назовем его, по аналогии, «верхним мотивационным отрезком». Если «нижний» отрезок обозначал стремление найти, то «верхний» указывает на потребность сохранить обретенного партнера по отношениям. То есть, чем выше качество совместной жизни, тем больше ценится партнер, с которым это качество достигнуто.

Увы, весьма распространена иная форма реакции людей на кризис. Часто мы не можем (не умеем, не понимаем важности этого) найти приемлемый источник пополнения совместного потенциала, и проблемная задача нами не решается или решается медленно, нерезультативно. Кризис нарастает, качество жизни ухудшается (сплошная линия графика между точками t3 и t4 на рисунке 10).

Развитие ситуации по данному – негативному – сценарию, собственно, и есть конфликт. С этого места, как говорится, поподробнее.

Вопросы и задания на внимание и понимание:

1. Что означает «референтное партнерство»? Приведите примеры социальных ситуаций, когда группа людей превращается в референтную для каждого из них.

2. Как соотносятся между собой понятия «проблема» и «кризис»? Как, используя эти понятия, можно интерпретировать известную поговорку: «Пришла беда – отворяй ворота!»

3. Приведите примеры кризисных ситуаций в различных областях человеческих отношений и попробуйте назвать проблемы, с которыми они связаны.

Глава 4
Как люди ведут себя, когда понимают, что их совместная жизнь лишилась смысла, или что такое конфликт?

При согласии незначительные дела вырастают, при несогласии – величайшие гибнут.

Крисп Саллюстий

Альтернатива поиску решения проблемы такова: попав в кризисную ситуацию, партнеры, вместо того, чтобы искать конструктивный выход и энергичными усилиями пополнять общую ресурсную кладовую, начинают бороться за ранее нажитый ими потенциал, который еще остается в их совместном пользовании. Бороться, подчас самозабвенно, в формах, определяемых их темпераментами, интеллектуальными возможностями и усвоенными культурными традициями. Потенциал группы при этом постепенно истощается, борьба за него ожесточается. Развивается конфликт.

Иными словами, нередко в кризисной ситуации возникает борьба между партнерами по социальной группе за накопленный ранее приспособительный потенциал, вместо поиска путей его преумножения.

Давайте вернемся, уважаемые читатели, к самому началу нашего разговора. Помните, я утверждал, что конфликта интересов не существует? Поговорим об этом подробнее, ведь в научной и бытовой психологии распространена иная точка зрения: «В процессе социального взаимодействия постоянно возникают противоречия. Их происхождение объективно: все люди разные, у каждого есть свой индивидуальный интерес – как тут не столкнуться с окружающими в борьбе за тот или иной ресурс, к тому же, как учит экономика, реально ограниченный! Пирожков пять, а едоков – семеро. И все голодны. Все мы, таким образом, запрограммированы на конфликт».

Существуют ли на самом деле эти изначально противоречивые интересы, разделяющие людей, заставляющие их беспрерывно сталкиваться друг с другом? А как же тогда быть с социальной природой человека? Разве наш самый главный интерес не состоит в совместном пополнении адаптационного потенциала общества и использовании его для удовлетворения насущных потребностей всех, т. е. для нашего выживания, повышения качества нашей жизни? Неужели лучше делить несчастные пирожки, чем научиться их выпекать в необходимом количестве?

Обсуждая потребностную сферу человека, мы подробно говорили об этом. Стоит ли повторяться? Лучше спросим себя: мы что, каждый день выходим из дома, чтобы конфликтовать? Разве идем на работу, как на бой с сослуживцами, с начальством, с клиентами? Или, создавая семью, заранее настраиваемся на конфликты с нашими чадами и домочадцами? – Нет, конечно же.

Более того, одним из важнейших критериев психического здоровья человека является уживчивость, способность выстраивать конструктивные, бесконфликтные отношения с окружающими. Разумеется (и с этим глупо спорить!), мы гораздо чаще сотрудничаем, чем конфликтуем. Если бы это было не так – жизнь человечества прекратилась бы вообще.

Но столкновение интересов мы все же переживаем. Время от времени. Что же происходит тогда?

А вот что. Если ограничить анализ отношений между людьми исключительно фазой конфликта, то получится, что партнеры действительно сталкиваются между собой в борьбе за пока еще общий ресурс. И при этом у каждого из них появляется собственный «шкурный» интерес – урвать кусок побольше. Но подобный интерес – печальное производное от самой конфликтной ситуации, а не наоборот[27].

Так что не наличие неких изначально (и неизбежно) противоположных интересов приводит к возникновению конфликта. Напротив, переживание нами противоположности интересов, столкновение наших интересов с интересами партнеров по социальному взаимодействию указывает на то, что мы находимся с ними в конфликте.

Переживание наличия противоположных интересов означает вступление отношений в фазу конфликта. Противоположность интересов не причина, таким образом, а следствие конфликта, одно из его проявлений.

Что же все-таки заставляет людей начать борьбу за ресурсы в кризисной ситуации? Каков главный мотив такого разрушительного поведения? Ответив на этот вопрос, мы по-настоящему проникнем в существо конфликта как социального явления.

Давайте рассуждать логически. Социальная группа создается для того, чтобы, путем объединения индивидуальных потенциалов, повысить жизнеспособность всех. Возникновение проблемы указывает на то, что созданная группа не оправдала своего предназначения, что ее «непотопляемость» была обманчивой. В этой ситуации есть два варианта дальнейших действий: найти причину проблемы и устранить ее, тем самым вернуть группе жизнеспособность сегодня и на перспективу (оздоровление отношений), либо разрушить несостоятельную группу, и на ее руинах создать новые партнерские конфигурации (конфликт).

Конфликт, таким образом, это разрушение социальной группы, по тем или иным причинам не обеспечившей своим участникам необходимой жизнеспособности (распад нежизнеспособной группы). Выбрав конфликт как возможность разрушить прежние, проблемные, и построить новые, счастливые, отношения, партнеры начинают выяснять, кому из них какая часть ресурсов достанется. С каким потенциалом они отправятся на поиски новых партнеров?

Интересно с этой точки зрения проанализировать используемые в психологии подходы к управлению конфликтом.

Стараясь уменьшить потери для людей, вовлеченных в конфликт, и для общества в целом, психологи изучили типичные так называемые «стили» (или, по другой терминологии, «стратегии») поведения в конфликте и обучают всех заинтересованных, как правильно выбрать наилучший из них в конкретной ситуации.

Принято рассматривать пять главных стилей (стратегий), которые, так или иначе, реализуют конфликтующие стороны[28]. Это конкуренция, приспособление, уклонение (избегание), компромисс и сотрудничество. Мы уже упоминали о них в самом начале нашего разговора (надеюсь, вы не забыли, что нас ждет впереди развязка истории с г-ном Поляковым и его деловыми партнерами?), теперь настало время разобрать их подробно.

Стиль конкуренции (или соперничества) предполагает борьбу за право обладания приспособительными ресурсами, ведущуюся с напряжением сил, до победного конца. Девизом этого стиля может служить фраза: «Чтобы я выиграл в этом конфликте, ты должен проиграть!» Психологи рекомендуют его людям активным, напористым, готовым, несмотря ни на что, отстаивать собственную точку зрения, но при этом предупреждают, что реализация везде и всюду этого стиля приведет к росту числа недоброжелателей, усилит ответную агрессию окружающей социальной среды. Конкуренция весьма распространена в обществе. Чего стоит, например, экспрессивная формула: «Хочешь мира – готовься к войне!»

Стиль приспособления (или уступки) – прямая противоположность конкуренции. Он означает отказ от собственных притязаний в пользу другой стороны. Стратегия, согласитесь, не менее популярная, чем предыдущая. Целые народы, бывает, реализуют ее на протяжении веков. И ничего, выживают как будто. Далеко не все люди по своему характеру способны к конкуренции. Многим проще уступить, свыкнуться с зависимым, подчиненным, ведомым социальным положением. А кто-то отказывается от своего «кусочка пирожка» из жалости, из сочувствия жаждущему и страждущему… Психологи не принижают этот стиль, даже, порой, подчеркивают его важность для снятия излишней остроты конфликта. Но объясняют, что постоянные уступки, особенно в принципиально важных вопросах, неизбежно повлекут за собой существенное снижение качества жизни.

Стиль уклонения заключается в попытках избежать (поэтому его называют также избеганием) – как в физическом, так и в психологическом смыслах – конфликтной (или потенциально конфликтной) ситуации. Бегство с поля боя, тягостное молчание поссорившихся супругов, частые задержки на работе из-за нежелания возвращаться в неуютный во всех отношениях дом, установка автоматического определителя номера на телефонный аппарат в качестве защиты от нежелательных собеседников – все это примеры уклонения.

Помните, как персонаж знаменитого романа Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев» Кислярский, направляясь к следователю, предупреждал жену, чтобы она не отдавала денежный долг некому Рубенсу. «Скажи ему, что эти деньги у меня», – наставлял он супругу, уверенный в том, что его задержат и посадят в тюрьму, и возврат долга, таким образом, отложится на неопределенный срок. Встретив же Рубенса на своем пути, Кислярский лицемерно направил его к жене, она, дескать, готова вернуть деньги. Кислярский не без основания рассчитывал, что жена долг не отдаст, следуя полученной от мужа инструкции. В этой ситуации Кислярский не отказывал Рубенсу, но и не рассчитывался с ним. Это тоже вариант уклонения.

Кто сосчитает, сколько раз подобный стиль позволял уменьшить нагрузку на конфликтующие стороны! Эта стратегия окружена мифами и воспета в фольклоре: «дают – бери, бьют – беги!», «принцип хурмы»[29] и т. д. и т. п.

Чиновники, хитро улыбаясь, рассказывают друг другу притчу о существовании «трех гвоздей». На первый гвоздь якобы вешаются все входящие документы, с первого на второй перемещаются те из них, о которых напомнило начальство, со второго на третий попадают только те, неисполнение которых чревато реальными неприятностями. Так что все вопросы, к решению которых взывали бумаги, оставленные на первом и втором гвоздях, остаются без ответа. На них просто не тратят силы, делают вид, что их и не было вовсе. Что это, как не уклонение!

«Авось рассосется как-нибудь само», – девиз этой стратегии. Психологи рекомендуют ее реализацию в случаях, когда поспешные решения, недостаточно продуманные, аффективные действия могут ухудшить и без того сложные отношения. Понятно, однако, что от всех конфликтов не уклонишься, на все проблемы глаза не закроешь.

Излюбленной стратегией психологов-консультантов и вообще многих, кто берется учить людей уму-разуму, является компромисс. Супругов, недовольных друг другом, доброжелатели призывают идти на компромисс, успешных дипломатов и политиков называют мастерами компромиссов…

Компромисс – это частичные уступки конфликтующих сторон. «Я согласен принять часть твоих условий», – как бы говорит каждый из партнеров, – «но взамен ты должен в чем-то уступить и мне».

Типичным примером компромисса (кстати, неудавшегося) явилось предложение компании «Газпром» украинским газовикам, сделанное 31 декабря 2005 года. Украинская сторона отказывалась платить за российский газ рыночную цену, а «Газпром» настаивал на этом, угрожая с 1 января 2006 года вообще прекратить поставку в Украину этого природного сырья. И вот последовало памятное предложение: российская компания готова поставлять газ по прежней – льготной – цене еще в течение квартала, но при этом украинцы должны взять на себя обязательство со второго квартала 2006 года начать платить ту цену за топливо, которую выставляла Россия, без дальнейшего торга. Российская сторона предлагала уступку по времени, требуя уступки и от Украины – согласия с максимально высокой ценой.

В более локальных конфликтах компромиссы достигаются в отношении, скажем, просмотра любимых телепередач. Кто-то любит футбол, а кто-то – мелодраму, и вот люди, живущие под одной крышей, тщательно изучают телепрограмму, решая, от чего они могут отказаться в угоду один другому, а от чего – нет.

Также компромиссом является, например, введение в городах некоего «рубежа времени», предельного часа, после которого жителям запрещено шуметь, устраивать веселые сборища и т. п. Тем самым делается попытка учесть интересы и активных, энергичных, молодых горожан, готовых бодрствовать круглые сутки, и пожилых, больных, нуждающихся в постоянной тишине, покое. Пожилые терпят шум днем, но вправе ограничивать двигательные аппетиты молодых ночью. На самом деле, и тем, и другим не очень-то комфортно. Что делать, и компромисс – не идеальный стиль поведения в конфликтных ситуациях.

Еще одну стратегию – сотрудничество – многие специалисты оценивают зачастую скептически. Некоторые называют ее даже «идеалистической». Дело в том, что сотрудничество подразумевает совместную заинтересованную работу сторон-участников конфликта по поиску и искоренению его причин и последствий.

Сотрудничество – это когда люди, образно говоря, садятся за стол и стараются выяснить, что привело к снижению качества их совместной жизни, и что нужно сделать, чтобы это утерянное качество вернуть и даже преумножить.

Сотрудничество предполагает, что партнеры не воюют с карандашом в руке и с пеной у рта над телепрограммой, как при Бородине, а ищут возможность приобрести еще один телевизор, который решит проблему разницы во вкусах и предпочтениях. Не занимают друг у друга деньги неизвестно на что и потом прячутся, таятся, врут и притворяются, что их нет дома, а изучают наиболее приемлемые варианты совместных инвестиций в перспективное дело… Часто ли так бывает в реальной жизни? – Многим представляется, что нет. Оттого и скепсис.

Так, оперируя названными стратегиями, психологи устремляются на помощь конфликтующим людям. Считается, что выбор оптимальной стратегии – это почти то же, что выбор клюшки для гольфа. Применил нужную клюшку – обеспечил наилучший результат. Важно лишь не ошибиться, оценивая конкретную «игровую» ситуацию.

Получается, все перечисленные выше стратегии поведения в конфликтной ситуации, за исключением сотрудничества, являются неполноценными, суррогатными, поскольку, в конце концов, приводят к гибели отношений. Ведь и конкуренция, и уступка, и уклонение, и даже хваленый компромисс – это формы дележа ресурсов. И только сотрудничество нацеливает партнеров на их преумножение, стало быть, наставляет на единственно верный путь[30].

Проследим по подзабытому уже нами графику (рисунок 11), что происходит, если кризис приводит к конфликту.

Рисунок 11. График развития социальных отношений (полный вариант)

На отрезке между точками t3 и t4 партнеры еще надеются спасти отношения. Назовем этот период конфликта «фазой взаимных претензий». Да, они выражают взаимный протест, обвиняют один другого, требуют друг от друга повышения активности, дополнительных усилий, ссорятся… Но на этой стадии нарастающее желание оставить за собой часть совместно нажитого потенциала еще борется в них с надеждой на конструктивное преодоление кризиса. Ведь качество жизни остается пока позитивным, группа продолжает быть для них референтной. Это двойственное настроение отражается и в актуальных переживаниях, в оценках друг друга.

«В Петербурге… первое лицо, обратившее ее внимание, было лицо мужа. «Ах, Боже мой! Отчего у него стали такие уши?» – подумала она, глядя на его холодную и представительную фигуру и особенно на поразившие ее теперь хрящи ушей, подпиравшие поля круглой шляпы… Какое-то неприятное чувство щемило ей сердце… В особенности поразило ее чувство недовольства собой, которое она испытала при встрече с ним. Чувство то было давнишнее, знакомое чувство, похожее на состояние притворства, которое она испытывала в отношениях к мужу… Он пожал ей руку и поцеловал ее. «Все-таки он хороший человек, правдивый, добрый и замечательный в своей сфере, – говорила себе Анна… как будто защищая его перед кем-то, кто обвинял его и говорил, что его нельзя любить. – Но что это уши у него так странно выдаются! Или он обстригся?»[31]

Если партнеры не найдут возможности применить для управления своими отношениями стратегию сотрудничества, то через некоторое время переместятся в t4 – точку перехода качества жизни в «негативную» область, в зону рискованной жизнеспособности. Поведенческая ситуация, маркируемая этой точкой, характеризуется истощением приспособительного потенциала конфликтующей группы настолько, что его уже не хватает для удовлетворения наиболее актуальных потребностей. Назовем это терминальной фазой конфликта. Партнеры становятся в тягость друг другу. Они все отчетливее понимают, что порознь им выжить будет легче, чем вместе. Их партнерство становится некачественным, и они принимают убийственное для него решение.

«– Я уже просил вас держать себя в свете так, чтоб и злые языки не могли ничего сказать против вас. Было время, когда я говорил о внутренних отношениях, я теперь не говорю про них. Теперь я говорю о внешних отношениях. Вы неприлично держали себя, и я желал бы, чтобы это не повторялось… Может быть, я ошибаюсь, – сказал он. – В таком случае я прошу извинить меня.

– Нет, вы не ошиблись, сказала она медленно, отчаянно взглянув на его холодное лицо. – Вы не ошиблись. Я была и не могу не быть в отчаянии. Я слушаю вас и думаю о нем. Я люблю его, я его любовница, я не могу переносить, я боюсь, я ненавижу вас…

– Так, но я требую соблюдения внешних условий приличия до тех пор, – голос его задрожал, – пока я приму меры, обеспечивающие мою честь, и сообщу их вам»[32].

График переходит в t5 – точку разрыва отношений, когда уровень качества жизни, по сути, возвращается в ситуацию t0[33]. Партнерство перестает существовать[34].

Как будто все понятно. Неясно одно: почему одни партнеры видят смысл поддерживать друг друга в трудную минуту, спасать отношения, а другие – нет? Их что, мама иначе воспитывала? Или главную роль во взаимоотношениях играют чувства: «любит – не любит», «верит – не верит»? Или есть какие-то другие причины отказа от сотрудничества в ситуации кризиса?

Словом, и мы с вами, уважаемые читатели, как и все мыслящее человечество, никуда не уйдем от вопросов: «Кто виноват?» и «Что делать?». Есть ли на них ответы? – Полагаю, что есть.

Вопросы и задания на внимание и понимание:

1. Что представляет собой компромисс, как стиль поведения в конфликте? К какому результату для социальной группы приведет реализация этого стиля?

2. Приведите пример конкуренции в конфликте. Как в этой же ситуации можно было бы применить стратегию избегания? Компромисса?

3 В тексте приведен пример конфликта между молодежью и пожилыми (больными) людьми в большом городе, связанный с их разными уровнями жизненной активности. Можно ли реализовать в подобной ситуации стратегию сотрудничества? Если «да», то каким образом?

Глава 5
Содержащая ответ на извечный вопрос «кто виноват?»

Будь верен себе, и тогда так же верно, как ночь сменяет день, последует за этим верность другим людям.

Вильям Шекспир

На самом деле это вопрос о причине любых конфликтов. Сущность конфликтной ситуации (борьба между партнерами за раздел потенциала нежизнеспособной социальной группы) и механизм ее развития (ожесточение борьбы по мере истощения потенциала и нарастания проблем) обсуждены нами выше. А вот о причинах не сказано ни слова. Давайте поговорим об этом. И разговор снова пойдет о принципах, на которых основано человеческое общество.

Вернемся для начала к понятию «кризис отношений». Напомню, кризис – это когда социальная группа сталкивается с проблемой, т. е. с актуальной задачей, не решить которую нельзя (иначе ухудшится качество жизни, потребности останутся неудовлетворенными), а решить невозможно из-за нехватки необходимых технологий (знаний, навыков, умений) и ресурсов (денег, времени и т. д.)[35]. Кризис, таким образом, является мощным фактором, стимулирующим группу на поиск недостающих ресурсов, на дальнейшее развитие.

А возможно ли развитие без кризисов? – В идеале да. В каждом человеке заложено немало возможностей, при правильном использовании которых он «обречен» на постоянное поступательное развитие.

Кроме того, общество знает способы целенаправленного наращивания ресурсно-технологического потенциала социальных групп, из которых оно состоит. Общество настоятельно требует от всех своих членов постоянной готовности к объективной динамике жизни. Оно создает для этого целую систему социальных институтов, где сосредотачиваются и откуда передаются людям необходимые ресурсы и технологии адаптации. Общество учит нас жить (и тем, кто хорошо этому учится, помогает морально и материально).

Да и сама динамика жизни, порождающая проблемы – разве она всегда непредсказуема? Боже сохрани! Помните, выше было сказано: «Несмотря на пугающее слово «кризис», возникшая проблема вовсе не обязательно является экстраординарной, неожиданной. В случае семейной пары это может быть рождение ребенка, необходимость покупки новой мебели, строительства жилья, открывшаяся перспектива карьерного роста для одного из супругов (или для обоих сразу) …».

К сожалению, критическими, проблемными, чреватыми перерастанием в конфликт, для многих из нас становятся абсолютно банальные ситуации, наступление которых мы просто обязаны были предусмотреть.

Уважаемые читатели, самое время ввести в наш разговор еще пару важнейших понятий. И первое из них – компетенция.

Рассуждая о потребностях человека, мы много говорили о том, что источником ресурсов для их удовлетворения является общество, социум. Общество отдает индивиду свой потенциал, но при условии, что и сам индивид берет на себя ответственность за его преумножение. Таким образом, у каждого человека есть персональная область ответственности перед обществом. Иначе ресурсов, необходимых для счастливой жизни, ему не видать! Вот эта область персональной ответственности и называется компетенцией.

Компетенция динамична и многопланова. Она меняется с возрастом, с приобретением новых знаний, умений. Зависит от структуры и целей социальных групп, членом которых становится индивид… Супруги, ожидающие рождения ребенка, к своим прежним компетенциям («муж», «жена») обязаны прибавить новые: «мать», «отец». И у ребенка, по факту его рождения, образуется своя собственная компетенция, которая с годами развивается: «младенец» – «дошкольник» – «ученик» – «абитуриент»… Есть компетенции внутрисемейные, профессиональные, соседские, дружеские. Все они складываются в единую социальную компетенцию человека.

Каждая компетенция может быть охарактеризована многими признаками, свойствами. Например, условиями, в которых она осуществляется, используемыми средствами, методами и др. Но самое главное из всего, что определяет компетенцию, это ее цель. Другими словами, это результат, на который должны быть направлены усилия индивида, реализующего данную область ответственности.

Можно многое сказать, например, о компетенции «родители». Но достаточно указать ее цель, и все станет ясно. Цель родителей: превратить детей во взрослых – умелых и правильно понимающих жизнь – людей. В этом их ответственность перед обществом. Для этого необходимо: а) произвести детей на свет; б) воспитать и обучить их, постепенно прививая им качества взрослых (т. е. создать условия для освоения детьми технологий взрослого поведения)[36].

Вспомните потребность в социальном статусе – одно из необходимых условий выживания человека. Что значит: иметь «социальный статус»? – Не что иное, как «обрести свою область ответственности, компетенцию». Никто не сможет жить без компетенции – без роли и места в общественном разделении труда! Именно уровень (социальный масштаб, сложность) компетенции определяет степень доступа индивида к ресурсам общества, т. е. чем больше ты делаешь для общества, тем больше возможностей предоставляется тебе для жизни и дальнейшего развития.

Справедливо, не правда ли? А если ситуация складывается как-то иначе, в обход этого принципа, то социум, рано или поздно, добивается устранения допущенных ошибок[37].

Но обрести компетенцию – еще далеко не все. Мало вскочить в седло – надо в нем удержаться! Компетенция определяет цель, но ведь для ее достижения нужно создать необходимые условия, не так ли? Нужно, во‑первых, знать, что это за условия, от которых зависит достижение цели. Во-вторых, обладать знаниями, навыками, умениями (т. е. владеть технологиями), позволяющими эти условия создавать и управлять ими. От этого зависит: будет компетенция реализована или нет.

Вот вам и второе из обещанных понятий: компетентность – способность реализовать компетенцию, достичь цели, которую она определяет.

Компетенция и компетентность – краеугольные камни общественного взаимодействия. Перед человеческим обществом стоит единая цель: обеспечить выживание людей, вида Homo sapiens. Что должен делать лично каждый человек, чтобы способствовать достижению этой цели? – Ответ на этот вопрос связан с понятием «компетенция». Знает ли он, что нужно делать, умеет ли быть реально полезным на отведенном ему участке социальной ответственности? – Это уже вопрос компетентности.

Компетентный член социальной группы (будь то предприятие, семья или, скажем, группа пассажиров автобуса) всегда желанная персона для всех. Он хорошо знает стоящие перед ним цели по повышению качества жизни – своей и своих партнеров. Он умеет их достигать с наибольшей эффективностью. Как функционер предприятия, он прекрасно справляется с возложенными на него производственными обязанностями и при этом реализует в труде лучшие стороны собственной личности. Как семьянин, он энергично и рационально формирует адаптационный потенциал своей семьи, необходимый для полноценного развития всех его родственников, чад и домочадцев. Как пассажир, он всемерно способствует достижению цели, общей для пассажиров и для людей, управляющих транспортным средством – добраться до пункта назначения в срок, с комфортом и без потерь. Он не опаздывает к отправлению, не создает помех движению, умело пользуется различными специальными приспособлениями, не нарушает правил поведения на транспорте и т. д.

Компетентный человек никогда не становится причиной возникновения проблем. Ведь в понятие компетентность входит также и умение прогнозировать развитие событий в реализуемой области социальной ответственности.

Для компетентного специалиста, например, не проблема – переход на новую, прогрессивную технологию. Ведь он был к этому готов заранее, он заблаговременно изучал такую возможность, поскольку она предусматривалась самой логикой развития данной специальности.

Для молодых людей, создавших семью обдуманно, с истинно серьезными намерениями, не проблема – рождение ребенка. Появившийся на свет младенец принесет им только несказанную радость, он никого не устранит из общественной жизни, никому не «подрежет крылья»[38].

Компетентный пассажир никогда не столкнется с проблемой, к примеру, перевозки багажа – ведь он знает об этом все, что нужно. И допустимые размеры перевозимого груза, и условия оплаты, и способы транспортировки грузов нестандартных, хрупких, громоздких… На все есть свои правила, технологии. Знать их, соблюдать, как следует, – и решаемая задача не превратится в проблемную.

Другое дело – человек некомпетентный. Для него не только новые, связанные с объективной жизненной динамикой, но и прежние, казалось бы, освоенные им задачи сплошь и рядом становятся проблемой. Для некомпетентного повара проблема – приготовить обед. Для некомпетентного бухгалтера – осуществить корректную проводку заработанных или потраченных предприятием денежных средств. Для некомпетентного хирурга – выполнить банальную операцию. Для некомпетентного собачника – выгулять своего любимца…

Мы обсуждаем сейчас крайние примеры – полной компетентности или, напротив, полной некомпетентности. В реальности каждый из нас в чем-то является компетентным, а в чем-то – нет. Области социальной ответственности людей сложны и многообразны.

Но в любом случае именно наша некомпетентность (полная или частичная) мешает нам и нашим партнерам решать жизненно важные задачи, приводит к возникновению проблем. И чем важнее для всех нас взаимодействие, чем более выражена наша некомпетентность – тем острее кризис, в который погружаются наши отношения.

Таким образом, причина всех кризисов в жизни социальных групп – некомпетентность их участников.

Если французы, как утверждают, в подобных случаях говорят: «Ищите женщину!», то я призываю всех, кто намерен разобраться в природе кризиса отношений: «Ищите некомпетентных партнеров!»

Итак, на извечный вопрос: «Кто виноват?» ответ как будто найден. В возникновении проблем виноваты некомпетентные партнеры.

Почему же тогда не сказать: «Найден ответ!»? Почему: «Как будто»? – Вероятно, потому, что пока остается неясным: что же приводит к этой самой некомпетентности? Из-за чего люди не достигают должного уровня компетентности, кто и что им мешает (или – не помогает) в этом? И еще. Мы говорим о причине кризиса. Но кризис – пока не конфликт. Значит, некомпетентность приводит к кризису, но что-то должно способствовать превращению кризиса в конфликт. Что же? Будем искать дальше.

До сих пор мы обсуждали объективную сторону человеческих отношений: потребности людей, ресурсно-технологический потенциал, необходимый для их удовлетворения, соотношение компетенции и компетентности. Настало время поговорить об отражении всего этого в нашем индивидуальном сознании. Точнее – о так называемых «психологических установках», т. е. об избираемых и реализуемых людьми убеждениях, взглядах, оценках, подходах, обычаях, привычках… Интересно, какую роль в развитии конфликта играют они?

Социальная группа, попавшая в критическую ситуацию, тем самым обнаруживает уязвимость, причем уязвимость для вполне обычных, рядовых, ожидаемых вызовов, событий, которые для этой группы превращаются в проблемы. Следовательно, группа, допустившая кризис, является некачественной, некомпетентной в целом, не правда ли? У ее членов есть веские причины быть недовольными друг другом.

Как тут не поддаться соблазну обвинить в некомпетентности своего партнера (партнеров)? Как отогнать от себя мысль, что в этой социальной группе уже ничего хорошего тебя не ждет, что пора позаботиться об изъятии своей части ресурсов, чтобы было с чем претендовать на членство в другой – новой, более жизненно устойчивой и успешной (как хочется при этом надеяться) – группе?

Вопрос наиважнейший! От подхода к его решению во многом зависит, перерастет ли кризис в конфликт, или партнеры смогут найти в себе силы для мобилизации и поиска недостающих ресурсов, восполнения своей недостаточной компетентности. Это, если угодно, вопрос не только рациональной оценки ситуации, но и доверия друг к другу.

Легче всего (как кажется) устраниться из некачественных отношений, обвинив во всем партнера, отказав ему в доверии. Собрать, как говорится, чемоданы – и отправиться на поиски нового счастья. Воспитывая своих детей, многие родители настраивают их именно на такой образ поведения: «Ты никому ничего не должен, думай о себе».

В результате мы привыкаем к мысли, что нет резона дорожить проблемными отношениями, что разумнее их прекратить и, пока хотя бы часть потенциала, созданного во взаимодействии с прежними партнерами, находится в нашем распоряжении, найти тех, кому этот потенциал нужен, кто готов образовать с нашим участием новую группу (или принять нас в свою, уже существующую). Да, часто люди именно так и поступают. Супруги расходятся, работники увольняются, политики объявляют о распаде прежних союзов. И все оправдывают свой выбор тем, что они устали от проблем.

Что же плохого в том, что люди не хотят страдать, испытывать разрушительные стрессы и сознательно обрекают некачественные партнерства на гибель? – А то, что лишь при условии успешного преодоления кризиса, когда общими усилиями находятся-таки необходимые для этого ресурсы, партнерам гарантирован рост их компетентности. Только тогда они выходят из кризиса на более высокий уровень развития и отношений, и личности каждого, кто этот кризис сумел преодолеть.

В то время как прекращение партнерства при возникновении проблем означает отказ от приобретения позитивного опыта, отказ от роста компетентности. И как бы ни уверяли расставшиеся партнеры, что уж теперь-то они научены жизнью, на самом деле они и в новые отношения приходят с грузом все той же некомпетентности, которая не даст им и впредь жить без конфликтов. Хождение по мукам продолжится. Вот чем опасна подобная установка на прекращение некачественных отношений[39].

Гораздо более выгодно (да, да, именно выгодно, ведь мы рассматриваем отношения между людьми с управленческих, прагматических позиций) придерживаться установки на сохранение и оздоровление отношений. Сохранять партнерство в его прежнем составе – не значит терпеть, соглашаться с прогрессирующим снижением жизнеспособности (что непременно происходит в некачественных отношениях, мы это хорошо помним). Сохранить партнерство означает сделать его компетентным, избавить от проблем. Вот к чему необходимо стремиться, если хочешь управлять своей судьбой, а не мириться с тем, что судьба всю жизнь будет вертеть тобой, как ей вздумается.

Впрочем, легко сказать: оздоровить некачественные отношения. А как это сделать? Рассмотрим пример (правда, дело происходило в экзотических для нас условиях, но пример, по сути, типичный). Некая молодая российская семья – муж и жена – оказалась перед трудным выбором. Жене предложили переехать в Австралию. Это предложение исходило от ее работодателей – австралийских бизнесменов, ведущих свои дела и в России, и по всему миру. Они оценили ум, образованность и рвение молодой женщины и решили, что в интересах фирмы будет перевести ее на работу в головной офис, находящийся в Сиднее.

Муж – инженер-программист, сравнительно недавно окончивший вуз и едва начавший работать по специальности, ни о чем подобном ранее даже не помышлял. Предложение, сделанное его жене, свалилось на него, как снег на голову. У него в России жили престарелые родители, обремененные хроническими болезнями и кое-как перебивающиеся маленькой пенсией. Решение поддержать жену и сопровождать ее на другой край Земли далось молодому мужу нелегко. Но, тем не менее, он его принял.

В суете, которая часто сопровождает подобные судьбоносные события, супруги даже не подумали толком, а чем же в Австралии займется муж?

Кто-то второпях посоветовал молодой женщине сделать из мужа пилота малой авиации. Дескать, такие специалисты там востребованы, обучение длится недолго, базовое инженерное образование будет как нельзя кстати. Ну, и вообще. Быть женой летчика – обветренного, загорелого мачо, эдакого «Крокодила Данди» – в этом что-то есть…

Словом, как порешили – так и сделали. Перебрались на «зеленый континент». Жена стала работать, разъезжать по командировкам, муж устроился на курсы подготовки пилотов. Фирма предоставила им комфортабельное жилье. Казалось, все складывалось довольно удачно.

Однако по возвращении из очередной командировки жена узнала, что ее молодой супруг не сдал выпускной экзамен и квалификацию пилота малой авиации ему не присвоили. Началась канитель с переэкзаменовками, которая закончилась, увы, ничем. Муж не смог (наверное, и не очень-то хотел) стать пилотом. Он устроился охранником в ночной клуб.

Жена была крайне разочарована. Как в песне: «А ты не летчик! А я была так рада любить героя из летного отряда»… Она день ото дня все больше раздражалась поведением своего мужа, старалась меньше бывать с ним, не знакомила его с сослуживцами – стеснялась рода его занятий. А когда муж еще и загрустил, затосковал по родине, напевая что-то про березку, рябину и куст ракиты над рекой, периодически прикладываясь к стакану, она прямо указала ему на дверь: «Поезжай домой, к маме. Копайся на грядке, дергай сорняки – тебе там самое место». Семейной жизни пришел конец.

Кто-то из вас, уважаемые читатели, обвинит молодую женщину в эгоизме: сама устроилась, использовала мужа, как могла, а перестал «соответствовать» – выбросила из своей жизни. Кто-то, напротив, встанет на ее защиту. Ведь, пока муж плыл по течению, не всегда заставляя себя даже руками грести, она трудилась в поте лица, укрепляла семейное благополучие. Не мудрено, что в какой-то момент ей надоело нести ответственность лишь на собственных хрупких плечах. Так кто же прав?

Чтобы оставаться в рамках объективного исследования, давайте называть тех партнеров, которые лучше адаптированы (приспособлены) к конкретным условиям жизни, «сильными», а менее приспособленных – «слабыми». Иными словами, «сильные» – это наиболее компетентные члены социальной группы. «Слабые» – наоборот, наименее компетентные. И будем пользоваться этими определениями в дальнейшем[40].

В нашем примере «сильный» партнер – это, совершенно очевидно, жена. У нее есть любимая работа, успех, комфортабельное жилище, достойное социальное окружение, перспективы развития. То есть ее потребности в самоактуализации и самореализации удовлетворены. Муж, лишенный всего перечисленного, является «слабым» партнером.

Существует объективный закон, которому подчиняются отношения между людьми: жизнеспособно только паритетное (равное) партнерство. Говоря иначе, люди хорошо уживаются только с ровней. «Сильные» тянутся к «сильным», «слабые» цепляются за «слабых». Если партнер, в прошлом участвующий на равных с остальными в формировании потенциала группы, стал отставать, превращаться в «слабого», то «сильные» начинают выдавливать его из социальной группы. Происходит это иногда явно и осознанно, как в обсуждаемом примере. Иногда – неосознанно, интуитивно. Иногда даже люди вообще не отдают себе отчет, что это происходит в их отношениях.

Так, например, мужчина, муж, ставший опытным, уважаемым профессионалом, с хорошим карьерным потенциалом, постепенно перестает отвечать на вопросы своей жены-домоседки «как твои дела?» по существу, все чаще отделывается формальной фразой, а то и вовсе игнорирует сначала заданный вопрос, а потом и человека, который его задал. Ему есть с кем всерьез обсуждать свои дела помимо некомпетентной в них жены. Он больше времени (и с большей охотой) проводит не в семье, а среди его реальных партнеров, помощников и единомышленников. Что это, если не выдавливание «слабого» из отношений?

Никто и ничто не может заставить «сильных» партнеров терпеть общество «слабых», тянуть за них жизненную лямку. Никто и ничто, кроме… нравственного чувства и\или морального установления.

Вот почему человечество так дорожит своими нравственными устоями, культивирует мораль. В противном случае любое партнерство, обнаружившее в себе «слабое звено», распадалось бы легко, без оглядки на окружающих.

И не в том беда, что при таком отношении к социальному взаимодействию «сильные» быстрее находили бы себе равных, достойных партнеров, а «слабые» скатывались бы все ниже и ниже, на дно общества. В конце концов, так нередко происходит и теперь. А в том беда, что нравственный нигилизм не оставляет места для сотрудничества в ситуации кризиса и конфликта, т. е. для реализации единственно верной стратегии, позволяющей спасти и оздоровить отношения, избавиться от слабости не выдавливанием того, кто отстал от остальных, а за счет превращения «слабого» в «сильного».

Если бы у молодой успешной женщины, возроптавшей на своего мужа-неудачника, было чуть больше совести (нравственного чувства), она бы обуздала свой гнев и свое презрение к еще недавно любимому человеку, и подумала о своей ответственности за его судьбу. Ведь это она притащила его в Австралию.

Да, она сильнее его. Да, ей нет смысла продолжать отношения с ним, пока он слаб – это будет каторга, а не жизнь. Но разве нет способа помочь ему стать сильным? Ну, хорошо, пилотом ему быть не суждено. Так ведь он дипломированный инженер-программист, получивший образование в России – стране, традиционно сильной своими специалистами данного профиля. Что помешало этой активной женщине, уже приобретшей широкие связи в Сиднее, трудоустроить мужа по специальности, ведь в Австралии одна из лучших в мире систем рекрутинга? Да, сам он (муж) этого сделать не может. Почему? – Ну, скажем, расстроился, погрузился в тоску, испугался, не справляется с жизнью на чужбине. Так надо же его научить!

В случае успеха мужа на поприще инженера (а что помешает этому – он хоть и молодой специалист, но достаточно компетентный и любящий эту работу) – это будет их общий успех. Партнерство вновь обретет паритетность – ресурсные вклады в общую «копилку» (подразумевающую не только финансы, но и психологический климат в семье, новые полезные социальные связи и т. д.) каждого его члена будут сопоставимы по ценности. Кризис будет преодолен, конфликтные настроения рассеются, и семья продолжит свою жизнь. Разве не этого следует добиваться?

Таким образом, моральные установки, совесть заставляют человека отказаться от скороспелого вывода о том, что в критической ситуации лучше сменить некомпетентного партнера на «сильного». И это очень важно. Ведь у такого – «легкого» – выбора есть негативные последствия. Наступит момент, когда и того, кто привык менять ослабевших (в социальном смысле) партнеров на более сильных, группа отвергнет по тем же самым причинам. Человек, привыкший «идти по головам», выбрасывать вчерашних друзей «в корзину», как скомканную бумажку, умирает в одиночестве.

Резюмируя, мы можем сформулировать причины кризиса отношений и перерастания его в конфликт. Пора компетентно ответить на вопрос: «Кто виноват?»

К кризису приводит некомпетентность партнеров, к конфликту – возникшее на почве кризиса недоверие друг к другу, и принятое в связи с этим решение о бесперспективности дальнейших отношений.

Вот когда вчерашний товарищ объявляется врагом (конкурентом). Вот когда возникает представление о наличии разнонаправленных интересов. «Ей налево, мне направо. Ну, и до свидания!»

Следует ли из сказанного, что только нравственным чувством должно быть скреплено социальное партнерство? – Нет, не следует. Одной совести, сознания своего долга перед партнером мало. Помните, у Горького: «Уважать человека надо! Не жалеть, не унижать его жалостью – уважать надо»[41]. А уважение нужно заслужить. Не бывает уважаемым некомпетентный человек, «слабый» партнер. Следовательно, «слабого» нужно непременно сделать «сильным». Объективно «сильным», равноправным. А то и совесть, и жалость не помогут. И чувство долга улетучится. Даже у самых высоконравственных.

Кстати, знаете, как человек избавляется от нравственного долга? – Легко. Он просто начинает воспринимать своего некомпетентного партнера как безнравственного, аморального человека («он тупой, ленивый, капризный, эгоистичный…»). А какие же нравственные обязательства могут быть перед ничтожеством, перед негодяем? То-то и оно.

Так что при всей значимости моральных установок на их беспредельную прочность рассчитывать не приходится. Их может ненадолго хватить. Некомпетентность и недоверие имеют свойство взаимно усиливаться. Маховик конфликта раскручивается, и совесть и/или боязнь совершить предательство играет роль колышка, который лишь до поры сдерживает вращение. Для вывода партнерства из кризиса, для его спасения и оздоровления нужно нечто более конкретное и существенное. Что именно? Похоже, уважаемые читатели, мы добрались до ответа на вопрос: «Что делать?».

Вопросы и задания на внимание и понимание:

1. Дайте определение понятиям «компетенция» и «компетентность». Приведите соответствующие примеры.

2. Существует ли взаимосвязь между референтностью отношений и компетентностью партнеров по социальной группе?

3. Приведите примеры того, как некомпетентность в различных областях жизни приводит к возникновению кризиса в отношениях.

4. Раскройте понятие «сильный партнер». Как вы полагаете, кто является «сильным», а кто «слабым» партнером в паре: армейский новобранец с университетским образованием – старослужащий со средним образованием? Почему? Как должны измениться условия их существования, чтобы они поменялись местами в отношении «силы/слабости»?

5. Приведите примеры паритетных партнерств. Докажите их жизнеспособность по сравнению с отношениями очевидно неравных партнеров.

6. Попробуйте оценить, кто «сильный», а кто «слабый» партнер в известных вам социальных группах. Замечаете ли вы признаки кризиса отношений (наличие проблем) в этих группах? Если да, то назовите их.

Глава 6
«Что делать?» в конфликтной ситуации, или универсальная формула успеха

Люди чаще капитулируют, чем терпят крушение.

Генри Форд

Меня не оставляет чувство, что на вопрос «Кто виноват?» мы все же не ответили до конца. К снижению качества отношений причастны, как правило, все их участники. Выживание – дело общее. Мы все в одной лодке. И если кто-то проявляет некомпетентность, то это не только его, это – наша общая слабость. Ведь общество устроено так, что каждый человек обязан способствовать развитию компетентности других людей, в первую очередь тех, с кем образует социальные группы.

Если преподаватель вуза не добьется от своих студентов прочного знания предмета, то в обозримом будущем сам станет жертвой их профессиональной некомпетентности. Продавец, по халатности или от примитивного понимания выгоды продавший покупателю некондиционную колбасу, вскоре может горько пожалеть об этом, очутившись на столе у хирурга, подкрепившегося этим несвежим продуктом. Мир настолько тесен, что дух захватывает![42]

Усилия каждого из нас должны быть направлены на повышение компетентности наших партнеров. Правильно жить – значит жить, помогая друг другу. Эгоистическая установка, тупой и слепой эгоизм формирует неправильный образ жизни, что, как известно, чревато болезнями.

Конфликт – не норма отношений, а реакция на утрату жизнеспособности, по сути, на некую социальную болезнь. И мы с вами вплотную подошли к формуле диагностики и лечения любого конфликта.

•

Столкнувшись с конфликтом, необходимо задать себе три вопроса:

• Кто из участников отношений является наименее компетентным («слабым») партнером?

• В чем причина его слабости, некомпетентности (что конкретно привело к ней)?

• Как использовать потенциал «сильного» партнера, чтобы устранить причину некомпетентности «слабого» и помочь ему преодолеть отставание от «сильного» («сильных»)?

Объективные ответы на эти вопросы и приведут к искомому решению по оздоровлению отношений.

Рассмотрим еще один пример. Сергей – тридцатилетний мужчина, попал, как говорится, в жизненный переплет. «Пришла беда – отворяй ворота!». Еще несколько месяцев назад у него была любимая работа, семейный очаг. Все рухнуло в одночасье, как карточный домик. Артель, в которой Сергей работал, распалась. Он оказался безработным. Мастеровитый, с хорошими умелыми руками, он тяжело переживал эту ситуацию. Пробовал найти что-то по своей – довольно редкой – ремесленной специальности. Но не нашел. Начались размолвки с женой, и вскоре она, не понимая и не принимая его беспомощности, растерянности, разошлась с ним. Пришлось ему съехать с квартиры, принадлежавшей теперь уже бывшей супруге.

Хорошо, что у Сергея было куда податься. В трехкомнатной квартире, доставшейся от рано умерших родителей, жила его сестра Катя с десятилетним сыном. Она тоже была в разводе с мужем и воспитывала сына одна. Она была старше Сергея всего на два года, но, как повелось с детства, играла по отношению к нему роль няньки.

Сергей занял отдельную комнату и стал жить с сестрой и племянником. Вначале он пытался помогать Кате по дому – что-то ремонтировал, готовил еду, делал с племянником уроки… Жить пришлось на деньги, которые зарабатывала Катя. У нее была работа, довольно прочное положение в коллективе, неплохая зарплата, но давалось все это нелегко – рабочий день и нагрузки были, что называется, ненормированными.

Катя пыталась найти Сергею работу. Но то его не устраивали условия, то он сам не устраивал работодателя. В конце концов Сергей отказался от помощи сестры, и даже стал ей довольно резко высказывать недовольство. Дескать, ты толком ничего не понимаешь в моих проблемах, не знаешь моих возможностей и запросов – вот и находишь не то, что мне нужно. Я сам работу себе найду. Между тем, дни шли за днями, а Сергей так и не мог никуда устроиться. Он помрачнел, осунулся, перестал заниматься домашними делами.

Безвольный, в дурном настроении, он целыми днями лежал в своей комнате на диване. При этом, тем не менее, регулярно поднимался к завтраку, к обеду и к ужину, которые готовила сестра. По хозяйству он уже не помогал, племяннику внимания почти не уделял. Катя, чтобы заработать деньги для семьи, трудилась не покладая рук, с раннего утра и до позднего вечера. Но, приходя с работы, она заставала почти всегда одну и ту же картину: грязная посуда, нестиранное белье, неубранная квартира, сын, делающий посреди всего этого домашнее задание, и брат, лежащий на диване с книжкой, открытой на одной и той же странице. Вздохнув, она принималась за мойку, стирку, уборку, приготовление пищи, находя в себе силы еще и помогать сыну в учебе. Вскоре, однако, сил стало ей не хватать.

Катя начала протестовать, и чем дальше – тем громче. Она все чаще и настойчивее высказывала претензии Сергею, укоряла его за леность, просила, требовала, чтобы он хоть в чем-то ей помогал. Взывала к совести, к мужскому самолюбию. Все тщетно. Он только огрызался, предъявляя инфантильные контрпретензии (дескать, позавчера суп был пересолен, а вчера – котлеты подгорели), и все больше замыкался в себе. От попыток сестры найти ему работу Сергей отказывался наотрез и оставался безработным. Ситуация казалась безвыходной и накалялась день ото дня. Наконец, бедной женщине все это надоело, и она обратилась за помощью к психологу.

Представьте, друзья, что мы вместе с вами решаем эту проблему. Что посоветовать Кате и Сергею? Что вообще здесь можно предпринять?

Как мы уже знаем, возможны разные способы поведения в конфликтной ситуации. Если вы предлагаете отравить Сергея мышьяком, как безнадежного тунеядца, выгнать его из дому, лишить права на бесплатное питание, повесив замок на холодильник, заставить работать под страхом ежедневных побоев, то вы призываете к реализации так называемого стиля конкуренции – вспомнили?

Трудно представить, что Катя наделена качествами характера, позволяющими воплотить в жизнь этот жесткий стиль. Ведь она так долго терпела и мирилась со своими проблемами. Но даже если у нее найдутся эти качества, то выжить удастся только одному из участников конфликта. Второй пойдет ко дну. Сергею, лишенному доступа к ресурсам Кати, придет конец, как в социальном, так, в недалеком будущем, и в физическом смысле. Напомню: они самые близкие друг другу люди! Их отношения будут разрушены навсегда.

Можно посоветовать уставшей женщине и дальше терпеть («Бог терпел и нам велел»). Да, трудно, но ведь, положа руку на сердце, не смертельно. Не на сто человек приходится готовить, не роту солдат обстирывать. А там, глядишь, брат одумается, устроится на работу. Сын подрастет, помощником будет. Это, как мы помним, стиль приспособления или, по-другому, уступки. Последует Катя этому совету, и ее отношения с братом продлятся ровно столько, сколько она сумеет выдержать эту обузу. Качество их отношений, определенно, не улучшится.

Кто-то скажет: «Пусть она вообще не приходит домой с работы – все легче, чем дома. Или пусть найдет любовника, и гори оно все огнем!» Это совет в стиле так называемого избегания. Кате жить, вероятно, станет действительно вольготнее. Особенно если получится спать в обнимку не с рабочим столом, а с любимым мужчиной. Но что при этом будет с ее братом? А сын? Куда денутся они? Сумеют ли выжить без нее? В любом случае, взаимоотношения с Сергеем при реализации такой поведенческой модели будут прекращены. Возникший конфликт приведет к разрыву.

Может быть, им стоит поискать компромисс? Сесть за стол переговоров, высказать друг другу все, что наболело. Успокоиться. Договориться. «По четным числам посуду моешь ты, по нечетным – я. Зато первую субботу месяца постирушки за мной, вторую и третью – за тобой». Кате станет немного легче, Сергею – чуть тяжелее, чем прежде. Физически. Но в социальном аспекте это ничего не изменит. Безработный останется безработным, несчастливый – несчастным. Чем же этот стиль лучше, реальнее предыдущих? – Ничем.

Конфликт, как мы уже поняли, это социальная болезнь, и при воплощении в жизнь всех предложенных стратегий (конкуренции, приспособления, избегания и даже компромисса) «больной» – то есть отношения Кати и Сергея – умрет. Единственной надеждой на спасение отношений является сотрудничество брата и сестры в этой кризисной ситуации. Они должны не отдаляться, а помогать друг другу. Это их единственный шанс. Как, впрочем, и всех других людей, живущих в конфликте.

Попробуем применить известную нам (см. выше) формулу разрешения конфликта. Итак, первым делом следует определить наименее компетентного партнера. Кто же в этом семейном партнерстве «слабый»?

Может, Катя, ведь она так много работает, морально страдает? Или ее сынишка – маленький, неопытный человек, беззащитный, беспомощный без взрослых?

Я недаром так ставлю вопросы. В обществе существуют стереотипы оценок людей, их взаимоотношений. К числу таких стереотипов можно отнести и представление о всенепременной слабости женщин и детей. На самом деле, чтобы выяснить, «сильный» человек или «слабый», следует оценивать (как мы неоднократно указывали выше) его социальные возможности, степень его приспособленности к конкретным условиям жизни, его реальную компетентность.

Исходя из этих критериев, «слабый», разумеется, Сергей. Он – безработный (в отличие от сестры), у него не удовлетворены потребности в самореализации и самоактуализации, в социальном окружении, которое смогло бы ему создать условия для счастья. Он растерян и подавлен. Даже его маленький племянник счастливее – он принят и признан сверстниками, учителями, у него любящая заботливая мама. Так что «слабый» в нашем примере – Сергей.

Отметим попутно, что Катя относится к брату именно как «сильный» к «слабому». Она уже начала понемногу выдавливать ослабевшего Сергея из своей жизни. Катя признавалась, что все более определенно и с полным сознанием своей правоты записала Сергея… в конченые негодяи. Она даже припомнила все свои детские обиды, связанные с Сергеем. Родительскую ласку – ему, лучший кусок – ему, прощение за шалости – ему. Все хорошее в первую очередь – ему, а что останется – ей. Вот он и вырос лентяем и иждивенцем. В этом Катя все более себя уверяла. Она, таким образом, внутренне готовилась к расставанию с братом, ставшим для нее обузой. Оставались только препятствия морального свойства. И она уже начала их внутренне преодолевать, объявляя Сергея аморальным, а значит, и находящимся вне действия моральных норм и обязательств.

Чтобы спасти их семью, состоящую всего-то из троих кровных родственников, нужно принять меры по возрождению полноценного сотрудничества между ними. Но, скажем вновь и вновь: не бывает сотрудничества «сильного» со «слабым». Жизнеспособно только равноправное партнерство. Следовательно, надо усиливать социальные позиции Сергея, делать его тоже «сильным».

Настало время ответить на второй вопрос формулы: «В чем конкретная, непосредственная причина слабости Сергея, его некомпетентности?»

А ведь ответ нам известен. Мы же знаем, что у Сергея нет работы, нет необходимого для удовлетворения его потребностей социального окружения. Судя по всему, он плохой коммуникатор (что вовсе не исключает его высокой компетентности как ремесленника). Он робкий, податливый, ведомый. Он не способен по характеру противостоять жизненным невзгодам. Это не причина слабости вообще – человек с такими чертами характера способен прожить достойную, результативную жизнь, если не подвергается чрезмерным для него испытаниям. Это причина некомпетентности Сергея в сложившихся обстоятельствах.

Теперь осталось придумать, как преодолеть эту некомпетентность и вернуть Сергею утраченные социальные возможности.

Кто это должен сделать? – Катя. Да, да, именно Катя, поскольку она намного сильнее своего брата: у нее есть работа, статус и уважение в коллективе, социальные перспективы, которых у Сергея нет.

Но она же пыталась найти ему работу, почему это не помогло? – Значит, находила действительно не то, с чем мог бы справиться Сергей.

Очень важно понять: не бывает людей (среди психически здоровых, по крайней мере), которые добровольно отказываются от социальной ответственности! Ложатся на диван навсегда и чувствуют себя при этом хорошо – так не бывает! Напомню, обретение компетенции (социального статуса, возможностей для самоактуализации и самореализации) – важнейшая потребность, условие выживания человека.

Компетенция должна соответствовать возможностям. Если мне, например, скажут, что для обеспечения качественной жизни моей семьи я должен пробежать стометровку за десять секунд (это я себе очень польстил, и четырнадцати будет довольно) – я приду в отчаяние. И, возможно, тоже встану на грань депрессии. И буду горячо надеяться, что есть еще какой-то способ выжить и сохранить дорогие мне отношения, более для меня реальный.

Катя предлагала Сергею что-то не то. Не то! И в этом, на самом деле, ее собственная некомпетентность. Когда кто-то из супругов, членов одной семьи, ослабевает – физически или социально – в этом есть вина всех. Значит, каждый оказался в чем-то некомпетентным.

Когда Катя поняла это, она стала действовать иначе. В один прекрасный день она объявила Сергею, что к ней придут ее коллеги, друзья, будет вечеринка, и если Сергей хочет, то может к ним присоединиться. Впервые за много месяцев Сергей проявил интерес к жизни. Он поднялся со своего продавленного дивана, привел себя в порядок, и даже (!) спросил у Кати, не нужно ли ей в чем-нибудь помочь.

Вечеринка в их доме состоялась. Катины товарищи по работе неплохо сошлись с Сергеем – в их-то глазах ведь он не был «негодяем». Они пригласили его примкнуть к их компании и в других совместных мероприятиях – съездить на рыбалку, на шашлыки, сходить на футбол… Сергей охотно согласился. Он стал надолго отлучаться из дому. От его лени не осталось и следа. А через неделю он пришел к Кате и гордо заявил ей, что нашел работу.

Знаете, что первое сделал Сергей, когда заработал некоторое количество денег? – Снял себе жилье и перестал мешать сестре своим присутствием. При этом их отношения только упрочились. Это к вопросу о том, что Сергею якобы нравилось сидеть «на шее» у сестры. Нет, не нравилось! И никому не нравиться быть аутсайдером, все жаждут стать компетентными, умелыми, востребованными, реализованными членами общества. И никак иначе.

Несмотря на то, что этот пример напоминает рождественскую сказку, в нем реально все, кроме, разумеется, имен героев.

Признайтесь, когда вы читали эту историю, многих посещала мысль о том, что Сергей недостоин сочувствия. Что его нужно наказать за леность, иждивенчество, за неумение ценить доброе к себе расположение. А ведь он просто не знал, как ему поступить, терял веру в себя и глупо, по-мальчишески, протестовал, обижая самого близкого ему человека – родную сестру. На самом деле, он просил ее о помощи, ведь она – единственный человек, от которого он мог эту помощь получить. И вот Катя нашла, наконец, способ вытащить брата из кризиса, дала ему желанную возможность реализовать себя и вновь стать кому-то нужным. И он тут же вернул ей то, что для нее важнее всего – желанную свободу. И себя, в качестве гораздо более надежной, чем прежде, опоры в жизни.

Как видим, формула сработала. Причина некомпетентности «слабого» партнера была выявлена и найден способ ее преодоления за счет возможностей «сильного». Это и есть сотрудничество людей в конфликте. Точнее, сотрудничество в целях преодоления конфликта. Это единственное, что может спасти отношения, их оздоровить, вывести на новый качественный уровень, устраивающий всех.

По опыту знаю, что наибольшее недоумение (и моральное затруднение) у тех, кто пытается осмыслить предлагаемую формулу, вызывают два обстоятельства: а) почему основной груз ответственности в конфликтной ситуации ложится на «сильного» партнера, ведь он и так вынужден вносить наибольший вклад в ресурсную кладовую социальной группы и б) если «сильный» партнер предоставляет возможность «слабому» преодолеть некомпетентность, а «слабый» отказывается – что делать?

Ответим по порядку. «Сильный» несет основную ответственность за спасение группы от распада по той простой причине, что больше никто с этой ответственностью не справится.

Если «сильный» партнер сочтет отношения бесперспективными, то конфликт неизбежен, как и последующий крах партнерства.

В случае, когда «слабый» партнер не принимает помощи «сильного», протестует против нее активно или пассивно – значит, у него есть на то основания. В приведенном примере вначале ведь было именно так: Катя находила Сергею вакансии в различных компаниях, а он отказывался. Следует понимать, что не каждое подобное предложение учитывает реальные возможности человека, нуждающегося в помощи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В широком смысле этого слова, в значении «производящей» товары, услуги и т. д.

Вернуться

2

Опубликовано в «HL Сити» № 11, август-сентябрь 2007 г., автор материала Анна Натитник.

Вернуться

3

Личность – это человек, рассматриваемый с точки зрения его роли в общественных процессах. Чем более обширными инструментами (технологиями, ресурсами) обладает человек, чем быстрее он наращивает свой потенциал во взаимодействии с другими людьми – тем большее влияние на общество он оказывает, тем сильнее, масштабнее его личность. Кто-то важен для всего мира, а кто-то – для своей семьи, родного коллектива. Есть, однако, и те, кто всем в тягость. О них говорят: «ущербная личность».

Вернуться

4

Это важнейший философский вопрос: «Что должно стать результатом совместных усилий людей: выживание вида Homo sapiens (и ничего больше, и точка!), или мы все вместе, из поколения в поколение, достигаем некой созидательной, преобразовательной «высшей» цели (которая нам пока не ясна), выполняем «особую миссию», связанную с наличием у нас разума?» Если предположить, что эта «высшая цель», «особая миссия» существует, то возникает ряд новых вопросов. В чем она заключается? Что произойдет, когда эта цель будет достигнута? И, наконец, является ли человек тем самым окончательным и совершенным носителем разума, перед которым поставлена эта цель, или он всего-навсего промежуточное звено в процессе формирования какого-то высоко результативного, неуязвимого для болезней и стихий, абсолютно надежного разумного существа будущего? Есть о чем задуматься, не так ли?.. Если же оставаться в убеждении, что никакой особенной цели у человечества нет, что оно – подобно всем прочим живым существам и их сообществам – озабочено исключительно собственным выживанием (и даже полеты в космос, управление термоядерным синтезом и т. д. – не более чем расширение среды обитания, поиск дополнительных источников энергии, обеспечивающих это выживание), то все сразу выглядит… спокойнее, что ли? Живи себе и давай жить другим. Не об этом ли сказано в священных книгах: «Человек, не возомни себя равным Богу»? Не означает ли это: «Люди, не ставьте перед собой целей преобразовать Вселенную, управлять ею! А не то очень скоро выяснится, что вам это не под силу, что необходимо вашими руками создать таких существ, которые гораздо более чем вы способны достигать масштабных и амбициозных целей, поставленных Разумом. И тогда вам придется уступить им – этим более качественным созданиям – ваше место на Земле. Так что живите лучше в свое удовольствие, помогайте друг другу, сохраняйте себя, как вид, заботьтесь о потомстве и не старайтесь прыгнуть выше головы…». Вряд ли нам, уважаемые читатели, удастся сформировать по этому вопросу окончательное мнение – слишком он сложен и важен для всех нас. Однако, как бы то ни было, – есть эта высшая (пока непознанная нами) цель у человечества или нет ее, – выживать нам в любом случае необходимо. И только сообща.

Вернуться

5

Американский ученый, родители которого были выходцами из Киевской губернии.

Вернуться

6

Потребность в безопасности, рассматриваемая обычно отдельно от биологических потребностей, на самом деле не что иное, как необходимость предохранить человека от разрушения (деструкции). Поэтому ее смысл, по моему мнению, поглощается частично биологическими, частично – информационно-эмоциональными потребностями, частично – потребностями в дружественном социальном окружении, имеющими ту же цель.

Вернуться

7

Первостепенное значение для жизни человека биологических и информационно-эмоциональных потребностей выражено в известном требовании древних римлян: «Хлеба и зрелищ!». Уверен, что оно осталось в исторической памяти на века не как курьез (надо же, хлеба им мало – еще и зрелищ подавай!), а именно как афоризм, имеющий глубокий, жизненно важный смысл.

Вернуться

8

Кто-то скажет, что человек способен добывать пищу и получать необходимую информацию не из социальной среды, а из дикой природы (например, очутившись на необитаемом острове). Но, согласитесь, технологии выживания, которые он при этом будет применять, достались ему от общества, стали результатом предшествующего социального взаимодействия. И он при первой возможности постарается расширить арсенал приспособительных технологий, вылавливая из воды сундуки с оружием и припасами, бутылки с запечатанными в них полезными письмами (как это происходит в авантюрных романах). Если же он откажется от взаимодействия – пусть опосредованного – с социумом, начнет приспосабливаться к окружающей среде как зверь, то в его облике скоро не останется ничего человеческого, и образ и качество его жизни приблизятся к таковым у диких животных.

Вернуться

9

Н.В. Гоголь. «Мертвые души».

Вернуться

10

Эразм Роттердамский. «Жалоба мира».

Вернуться

11

Томас Карлайл.

Вернуться

12

Социальное партнерство следует понимать как совместный труд над формированием адаптационного потенциала группы, человечества в целом, а не только как участие в дележе созданных кем-то благ, как полагают некоторые. Обретенное благо ценится нами зачастую не самим фактом наличия, а тем, что его качество и размер указывают на степень социальной востребованности обладателя этого блага, на меру уважения, оказанного ему людьми, и т. п. И горе тому, кто получил это благо незаслуженно – случайно или обманом. Общество рано или поздно отнимет этот приз у того, кто его недостоин (не умеет им управлять в интересах всех остальных). И это тоже объективный закон управления. «Наследовать достоин только тот, кто может к жизни приложить наследство» (Гете, «Фауст»).

Вернуться

13

Это о помещике Манилове. Н.В. Гоголь «Мертвые души».

Вернуться

14

Чем конкретно определяется это «наиболее результативное из возможных» направление развития личности – самореализация – мы обсудим позже.

Вернуться

15

Человек, реализующий себя в деятельности, в поведении в целом, получающий от этого удовольствие, но не востребованный обществом – тоже не счастлив. Он может переживать некие эмоциональные суррогаты счастья, но лишь тогда, когда иллюзорно представит себе общественный интерес к своей жизни, труду, творчеству.

Вернуться

16

Отрицательное качество жизни означает, что не все потребности человека удовлетворены. Положительное – что у человека нет отчетливо неудовлетворенных (фрустрированных) потребностей.

Вернуться

17

Давайте рассмотрим для простоты пример отношений между двумя людьми, допустим, между мужчиной и женщиной, образующими семейную пару. В действительности данная модель развития взаимоотношений вполне корректна и для любых других социальных групп (включая трудовые коллективы, государства). Позже мы сделаем необходимые пояснения.

Вернуться

18

В гармоничных отношениях нет «лишних» ресурсов – все, чем располагает человек, он расходует на своих партнеров. Само появление (переживание наличия) избыточных возможностей говорит о том, что качество жизни в социальной группе снижается, его развитие теряет темп. Над этим стоит поразмышлять, не так ли?

Вернуться

19

Условно, поскольку, напомню, данный график определяет некую обобщенную жизненную ситуацию и не имеет единиц измерения.

Вернуться

20

А может случиться так, что график отношений из точки tо сразу пойдет не вверх, а вниз? – Может. Если это будет встреча, например, с грабителем, который отнимет у человека часть его индивидуального адаптационного потенциала (одежду, бумажник и т. д.).

Вернуться

21

И. Ильф, Е. Петров. «Двенадцать стульев».

Вернуться

22

Сомерсет Моэм. «Острие бритвы».

Вернуться

23

А вуз останется лишь в воспоминаниях, окутанных ностальгической дымкой. И тем преподавателям, в лица которых вчера он вглядывался с тревогой и надеждой, сегодня он лишь приветливо и снисходительно улыбнется при встрече. Прошлые заслуги – мы помним – не учитываются. Чтобы быть референтным, нужно постоянно быть актуальным. Когда вуз станет для нашего героя снова значимым? – А когда ему для развития карьеры, повышения статуса понадобится ученая степень (или когда его дети захотят получить там образование).

Вернуться

24

Пусть вам не покажется примитивным пример с яичницей. Мне пришлось наблюдать неприятную сцену, разыгравшуюся между супругами, в ходе которой разгневанный муж то и дело повторял: «Какое еще пюре!?» При этом он нарочно произносил последний звук в названии блюда не как «э», а как утрированное «е»: «пюре», желая тем самым подчеркнуть свое презрение к этому домашнему кушанью. Причина размолвки оказалась веской. Муж планировал пригласить в гости референтных для него сослуживцев, от которых зависела его дальнейшая карьера, а жена предлагала по этому случаю приготовить картофельное пюре – блюдо, как известно, довольно вкусное, но отнюдь не изысканное. Что поделать – эта юная женщина уверенно умела готовить только пюре! Вдумавшись в эту ситуацию, мы поймем, что протест (о форме которого можно спорить) мужчины в адрес его жены, по сути, означал: «Ты не готова мне помочь в важном для нас обоих деле, от исхода которого, возможно, зависит сегодняшнее и завтрашнее благополучие нашей семьи. Почему? Неужели я прошу о чем-то сложном? Речь идет о банальном званом обеде!» Вот вам и кризис.

Вернуться

25

Выше мы говорили о том, насколько коварной является фаза «плато» в развитии отношений между людьми. Достигнув некоторого – устраивающего нас в данный момент – уровня комфорта, мы не задумываемся о будущем и перестаем наращивать приспособительный потенциал. Это называется «почивать на лаврах». А это уже – предпосылка кризиса. Жизнь будет идти своим чередом, по своему сценарию. И она рано или поздно заставит нас осваивать новые технологии, новые роли. И столкновение с этой необходимостью всегда будет кризисом для тех, кто к ней заранее не подготовился.

Вернуться

26

Существует утверждение, что толчком к развитию в любой области является кризис. Хочется все же думать, что это не жесткая закономерность, а лишь констатация фактов. Действительно, так происходит в подавляющем большинстве случаев («пока гром не грянет, мужик не перекрестится»). Но, по моему убеждению, развитие вполне может осуществляться без кризисов, если заранее готовить себя и членов своей группы к наступлению значимых событий. Ведь, повторюсь, большинство этих событий вполне предсказуемо. Заблаговременно подготовленный потенциал позволит избежать возникновения проблем (а, следовательно, и самого кризиса), и событие станет управляемым, к чему и следует стремиться.

Вернуться

27

Объективное значение этих противоположных интересов, возникающих у партнеров, вступивших в конфликт, мы обсудим позже.

Вернуться

28

По Томасу-Килменну.

Вернуться

29

Представление о том, что попытки ускорить достижение результата ни к чему не приведут, что все в жизни должно складываться само собой, в свое время: «когда хурма созреет, она сама упадет в руки».

Вернуться

30

Сложение и вычитание, умножение и деление – это не только арифметические действия. Это, если хотите, жизненная философия. С этой точки зрения, конкуренция, уступка, избегание и компромисс призывают имеющиеся в распоряжении партнеров ресурсы делить и вычитать. Сотрудничество же – это стратегия сложения и умножения. Оцените принципиальную разницу! Несколько позже мы продолжим разговор о возможности применить стратегию сотрудничества в описанных выше отношениях между дочерью и матерью.

Вернуться

31

Л.Н. Толстой. «Анна Каренина».

Вернуться

32

Л.Н. Толстой. Анна Каренина.

Вернуться

33

Люди, как правило, терпят некачественную совместную жизнь до определенной поры, сравнивая то, что происходит с ними теперь, с тем, что было до вступления в эти отношения, т. е., по нашему графику, со своим состоянием в точке t0. Когда становится субъективно хуже, чем было до начала контактов с данным партнером (партнерами), человек решается на разрыв отношений.

Вернуться

34

Напрашивается вывод: когда отношения между партнерами находятся на отрезке t0-t2, им нужен добрый и мудрый советчик (как сейчас говорят: «коуч»), который расскажет, что и как нужно делать, чтобы не свалиться в «плато»; на отрезке t3-t4 желателен психолог, который разберется в причинах кризиса и подскажет путь к сотрудничеству; на отрезке t4-t5 необходим юрист, знающий, как цивилизованно разделить совместно нажитый адаптационный потенциал. Хотите, воспринимайте это как шутку, хотите – всерьез.

Вернуться

35

Строго говоря, технологии – это тоже ресурсы. Информационные.

Вернуться

36

А какова же цель у компетенции «ребенок»? – Та же. Стать взрослым. Следовательно, нет никаких оснований для пресловутого «конфликта отцов и детей». Напротив, и родители, и дети кровно заинтересованы в одном и том же – в освоении детьми как можно более качественных и разнообразных поведенческих технологий, позволяющих им играть значительную роль в обществе.

Вернуться

37

Полагаю, уважаемые читатели, не все из вас согласились с объективностью этого утверждения. А напрасно! Доступ к общественным ресурсам: финансам, информации, власти и т. д. действительно определяется значением, которое имеет деятельность индивида или социальной группы для общества. Почему, например, правоохранительные органы на определенном этапе развития российского общества утратили свои прежние властные возможности? – Да потому, что законодательство, на страже которого они призваны стоять, существенно отстало от динамики социально-экономических преобразований, от потребностей в модернизации экономики. И в этих условиях ревностно настаивать на применении закона означало ставить палки в колеса реально существующим, набирающим обороты процессам, необходимым (оставим политические споры!) для страны. Поэтому правоохранителей ограничили во власти. Когда же они вновь займут подобающее им место в обществе? – По мере совершенствования правовой базы реформ, вхождения общества в адекватное его состоянию законодательное русло… Нечто подобное можно сказать и о каждом из нас. Если мы считаем, что общество несправедливо обделяет нас своими ресурсами, следует задуматься, а объективно ли мы оцениваем наш вклад в развитие общественного потенциала (сегодняшний, актуальный – ведь прошлые заслуги не учитываются)? А разве тот, кто, купаясь в роскоши, сталкивается с проблемами избыточности благ, которыми он обладает, не рискует потерять свое благосостояние в одночасье и остаться лишь с тем, что реально соответствует его роли и месту в обществе?

Вернуться

38

Я был знаком с семьей студентов-медиков, которые, поженившись, не замедлили с рождением сына. При этом никто из них не брал академического отпуска. Оба продолжали прекрасно учиться в весьма непростом и требовательном вузе, и каждый по окончании института получил диплом «с отличием». Вот это компетентный подход к делу! Судя по всему, они все рассчитали, мобилизовали имеющиеся у них (и у их старших родственников) возможности, и так устроили свой брак и рождение ребенка, что все от этого только выиграли.

Вернуться

39

Любопытно, что подобная установка (не дорожить тем, что не удалось, что не работает, как следует) затрагивает именно отношения между людьми, а не, скажем, отношения людей к предметам. Вряд ли кто-то бросит свой автомобиль на дороге только потому, что он сломался. Да что автомобиль! – Чайник, и тот отнесут в починку. К предметам, по той или иной причине переставшим функционировать, мы относимся по принципу: «не работает – почини, исправь неполадку», а некачественное партнерство почему-то либо терпим, как оно есть, либо обрекаем на разрушение. А ведь человеческие отношения тоже можно исправить. Это, увы, не всем приходит в голову.

Вернуться

40

Еще раз скажем, что «сильные» и «слабые» в данном контексте – характеристики компетентности людей, а не их психологических особенностей или занимаемых ими социальных позиций. С этой точки зрения компетентный слесарь, «мастер – золотые руки», которому нравится его работа, сильнее некомпетентного высокопоставленного чиновника. Социально неустроенный «высоколобый» интеллектуал слабее человека заурядных умственных способностей, имеющего работу и семью. Словом, «сильный» – не тот, кто мужественно и стойко переносит удары судьбы, а тот, кто не дерется с судьбой, а управляет ею.

Вернуться

41

Пьеса М. Горького «На дне».

Вернуться

42

Знатоки утверждают, что все люди на Земле знакомы друг с другом «через двух человек». Я попытался проверить это утверждение на себе, и оказалось, что через двух человек я, например, действительно знаком и с президентом США Джорджем Бушем (а также с другими членами этой уважаемой семьи), и даже… с Владимиром Ильичем Лениным. А с президентом России Владимиром Владимировичем Путиным, основателем самбо Анатолием Харлампиевым, академиком Велиховым и многими другими знаменитыми и даже историческими персонами – вообще, через одного человека. Вот так!

Вернуться