Вера Чиркова
Назначаешься принцем. Принцы на войне

Глава 1

Почти машинально поставив над собой и лошадьми заученный наизусть воздушный щит, Танио, глотая слезы, гнал животных вниз. Лошади пугливо перепрыгивали катящиеся по дороге отдельные камушки, но основная лавина сошла именно на то место, где минуту назад раскинула руки над дорогой Каруна.

Танио оглянулся, однако за крутым поворотом того участка уже не было видно. Но он и так знал: когда закончится запас магии, плотная масса застрявших на защитной крыше камней раздавит людей, заменивших ему родителей. И никто не сможет их спасти.

Откуда-то сверху раздался пронзительный вой ужаса, и, увлекая за собой камни, вниз пронеслись три тела. Тех самых гадов, что долго и терпеливо сидели в засаде над опасным участком дороги, выжидая момент, когда внизу пойдут уходящие в Тордизанию северяне. Чтобы столкнуть несколько приготовленных заранее камней, способных вызвать лавину и погрести под ней несчастных беженцев, им вполне хватило сил и подлости.

Спешащих в Ландию верховых негодяи заметили совершенно случайно. Сообразив, что это благосклонная судьба послала им шанс выслужиться, лазутчики терпеливо дождались, покуда под местом схода вызванной ими лавины окажется как можно больше всадников.

Ментальный удар Зака, обнаружившего засаду, мгновенно уложил двоих, согнувшихся в корчах, но на их командире был защитный амулет. Чувствуя в голове странный гул и тяжесть, он последним осознанным движением успел толкнуть стоящий перед ним камень. И повалился рядом с подчиненными, чтобы через пару подзвонков вместе с ними лететь в пропасть, куда их сбросил выпущенный разъярившейся Дорисией смерч.

– Зак! – окрикнул Танио, но маг только махнул рукой, продолжая гнать лошадей.

«Значит, возвращаться бесполезно», – понял Танио, знавший, как сильно друг любил родителей.

И никогда бы не оставил их под теми камнями, если бы был хоть единственный шанс спасти.

Да и самому Тану за эти два с половиной года они стали родными. Он пришел в их дом нищим красавчиком с сомнительным титулом и не очень лестной репутацией бабника. Но ни разу не увидел ни в их глазах, ни в действиях даже намека на недоверие. И ценил это отношение как самое святое после любви Рики. А теперь…

Теперь остается одно: как следует отомстить, и, похоже, Зак собирается сделать то же самое. Недаром обогнал Танио почти на виток. Ну, тогда и он не должен отставать.

Танио смахнул слезы и пришпорил лошадь. Дорога становилась все более пологой, и где-то из-за очередного поворота уже доносились крики людей и лязганье оружия. Сзади послышался топот лошадей Гистона и Ишима. «Видимо, они переждали падение последних камней под магическим щитом», – догадался принц.

Впереди блеснул жаркий отсвет огненного заклинания, и Танио опустил поводья, пуская коня вскачь. Не хватало ему еще и Зака потерять в этой чужой войне.

Про Анюсю на тот момент Тан совершенно забыл.

Поэтому, вылетев из ущелья на пологий холм, был несказанно удивлен, увидев одновременно вылетевшие из-за большого валуна два огненных заклятия разного уровня. Огненный шквал страшной силы, покатившийся вниз по холму, вызывая жуткие вопли врагов и огненный шарик, врезавший точно по шлему торопившего солдат офицера.

– Здорово! – зло восхитился Танио и с ходу разметал воздушной волной солдат, ползком подбирающихся к укрытию Зака с тыла.

Ландские солдаты и ополченцы, заметив, что противника бьют с тыла неизвестные маги, вначале растерялись, не понимая, откуда могла прийти помощь. Затем, вдохновленные растерянностью врагов, и сами бросились в атаку.

А в тыл захватчиков, тихонько шурша жвалами, уже катилась широкая волна крупных противных насекомых – помесь паука и саранчи. Первые крики укушенных обозников, раненых и лекарей, накладывающих им повязки, привлекли внимание вражеских солдат. С опаской поглядывая на живую лавину, они начали смещаться влево.

И туда же немедленно ударил огненным дождем Зак. А Анюся, выглянув из-за валуна с другой стороны, повторила номер с шариком.

Танио, приготовившись ударить, поднял было руку, но услышал приказ Гистона:

– Гони их в реку!

Спрашивать, почему в реку, уже не оставалось времени, смерч рвался с пальцев. Танио слегка развернулся и, рявкнув для верности пару ядреных слов в адрес завоевателей, махнул ладонью, стряхивая заклинание.

Гигантский смерч, вместивший в себя всю его боль за погибших родителей и ненависть к безжалостным агрессорам, набирая обороты, рванул к векридским воинам.

Присвистнул, заслышав вой ветра Зак, изумленно хмыкнул Гистон.

– Что это? – не поняв, откуда взялся перед ними огромный крутящийся столб, испуганно пискнула Анюся.

– Это Танио воюет. Он ведь маг воздуха. Видела голубую мантию? Вот. Цвет воздуха – голубой, – осторожно выглядывая из-за валуна, бормотал Зак все подряд, лишь бы успокоить ученицу.

Векридцы, завидев несущееся на них бедствие, пытались спрятаться за камнями, в ложбинках, за трупами. Бесполезно. Вихрь кружил по холму, собирая в себя все, что встречал. Воинов, камни, оружие, трупы, сумки, кусты, насекомых Гистона и прочий мусор.

Крики и стоны неслись с высоты птичьего полета, где все это вращалось на огромной скорости.

Расширяя круг и продолжая собирать обильный урожай, смерч постепенно смещался к реке.

Воины Векридии, бившиеся с защитниками Таргола, завидев, во что превращаются их тылы, спешно отступали от стен города, бросая оружие и раненых.

Танио оглянулся на Гистона спросить, а зачем к реке-то… и разинул от изумления рот. Маг спешно открывал портал.

«И куда это он собрался?» – возник у принца законный вопрос. Неужели уже навоевался? Да нет, на Гистона вроде не похоже, он боец с опытом, тогда в чем соль? И даже когда Гистон ушел в портал, а Ишим, держа в поводу его лошадь, отъехал в безопасную ложбинку, Тан все равно ничего не понял.

А смерч, словно почуяв потерю интереса со стороны хозяина, теряя скорость, выписал последнюю окружность и угас, вываливая свои трофеи на мелководье.

Под стенами города какой-то ретивый офицер, яро настегивая кнутом своего мощного коня, носился между отступающими воинами, щедро раздавая удары плети и громкие обещания. Наказать тупых трусов так, чтобы навек запомнили.

Пока Танио разгадывал тайну телепорта, Зак хмурил брови, решая, чем бы еще припугнуть врагов: неписаный этикет магов гласил, что бесчеловечно убивать тех, кого можно отпугнуть или взять в плен. Анюся же, продолжая лежать на животе за камнем, некоторое время с мрачным неодобрением наблюдала за рьяным служакой. Затем сложила пальцы так, как наспех научил ее Зак, и ткнула ручкой в сторону офицера.

Яркий лучик сорвался с ее пальцев и врезался в начищенные доспехи злобного векридца. Засветился, раскаляясь, металл, заорал прирезанным поросенком всадник. Лошадь дико заржала и, сбросив визжащего хозяина, бешеным галопом помчалась неизвестно куда.

Анюся страшно испугалась, проворно сбросила лучик с пальцев и тут же уронила голову на холодную землю, ощущая, что не осталось сил даже встать.

– Анна! Ты что такое сделала?

Анной он называл ее лишь в исключительных случаях, когда хотел показать, как недоволен поведением попаданки, вяло вспомнила Анюся, утомленно закрывая глаза. Теперь Зак дня два будет сердиться и холодно молчать, а возможно, больше и вообще не захочет учить ее магии.

Жаль… Ей так понравилось.

– Анюся? – склонился над ученицей Зак, пораженный ее ударом, но она уже потеряла сознание.

«Еще бы. Несколько мгновений выбрасывать чистую энергию. У нее же теперь запас магии на нуле. Да и жизненных сил тоже!» – сердился Зак, держа ладони над Анюсей и изо всех сил пытаясь поддержать жизнь в худеньком теле.

Хорош из него учитель, едва не потерял ученицу в первом же бою! Как бы после такого позора в глаза коллегам смотрел?

И ведь знал же, знал, что натерпится от нее горя, но отлично понимал, что просто не решится подкинуть такую пилюлю кому-нибудь другому. Просто не вынесет его самолюбие, если коллеги решат, что Зак бросил пришелицу, не сумев сделать из нее ни нормальную жену, ни магичку. Вот и придется теперь стиснуть зубы и неизвестно сколько терпеть все ее капризы, сюрпризы и нескончаемые вопросы.

Лишь через десять подзвонков Зак наконец почувствовал, как постепенно выровнялось прерывистое дыхание ученицы, уверенно забилось сердце и потеплела кожа. И только тогда отнял руки. Пока хватит. Нужно поберечь и свои силы. Источник здесь есть, но довольно далеко, а противник быстро отойдет от шока неожиданного нападения, и им придется туго.

Конечно, он заметил краем глаза, как Гистон открыл портал, и очень надеялся, что привязка у мага не слишком далеко от того места…

Зак вспомнил вскинутые руки матери, грохот камней – и скрипнул зубами. Нет, об этом лучше пока не вспоминать. Сейчас нужно думать о врагах, отголоски мыслей которых он слышит из-за дальнего угла стены.

Они с Таном разбили пока только тот отряд, что пытался отвоевать ложбинку, ведущую в ущелье.

Основная армия векридцев расположилась с другой стороны от Таргола. Именно там, на холмах, окружающих с севера осажденный город, расположены и самые отборные части, и роскошные шатры векридских полководцев. И вот они уже получили сведения о вмешавшихся в ход боя магах ковена, помешавших втоптать в грязь маленький пост ландцев, защищавших свою последнюю надежду на спасение. Уже отданы команды, и несколько подразделений готово к выступлению на нового врага.

– Зак! – раздался над головой неуверенный голос Тана. – Ты как?

– Нормально, – буркнул маг, вслушиваясь в приближающиеся мысли врагов и пытаясь навскидку определить, сколько же их там.

– А с ней что? – увидев лежащую без движения Анюсю, встревожился принц.

– Бросила заклинание не по силам. Выкачала себя досуха. И жизненную энергию потратила, – раздраженно отмахнулся Зак, однако крутнул пальцем, и одеяло, притороченное к его лошади, рухнуло Тану в руки. – Замотай ее.

– Д… р…! – выразил Танио свое отношение к таким методам. – Предупредить мог?

Но, заматывая легкое безвольное тельце, с внезапно вспыхнувшей жалостью поинтересовался:

– И что с ней теперь будет?

– Оклемается, – буркнул Зак, не переставая следить за противником. – Но не скоро. Пока я ее немного подлечил. А ты, Тан, по дружбе тебе говорю, бросай это дело.

– Какое? – В глазах красавчика светилось искреннее недоумение.

– Орать свои словечки, когда воюешь.

– Я бы и рад, – потупился принц, – но, когда азарт, само вырывается.

– Заучи заклятие неслышимости. Оно, кстати, ваше, воздушное. Бросил на себя – и ори сколько влезет. А то вокруг женщины, посторонние люди, а ты: «Д… ж… з… г…»!

Танио смутился, представив себе эту картину, и хотел было выяснить насчет заклинания, но Зак приложил к губам палец, прислушиваясь к чему-то невидимому.

Глава 2

– Они разделились, – через несколько подзвонков шепнул маг другу, уставившемуся на него с тревогой.

– Кто?

– Враги. Основные силы векридцев стоят у противоположной стены города, перед главными воротами. Мы разогнали только тех, кто пробивался к ущелью. Теперь векридскому командованию донесли про нас, и сюда идет подкрепление. Хотят напасть с двух флангов.

– Ты слева, я справа! – азартно заблестел глазами принц.

– Силы экономь. Источник далеко, – сурово предупредил Зак.

– Я дотянулся, – беспечно отмахнулся Танио и, сообразив, тревожно оглянулся на друга. – Зак, ты хочешь сказать…

– Уже сказал.

– Так возьми через меня. Как тогда, в чайхане. Ты же знаешь, нам, воздушникам, легче достать до источника.

Зак знал. И воздушным. И земным. И водным – особенно если источник рядом с водой или идет дождь… Только не огненным. Огненная магия – самая мощная, но и энергии она берет больше всего. И издалека дотянуться до источника ей очень трудно.

Поэтому просто взял Танио за руку и прикрыл глаза, нащупывая магический ручеек. И восхитился, увидев внутренним взором, как ловко собраны в единый поток тонкие струйки магии, подпитывающие принца.

Такое умелое обращение с энергией доступно не каждому магу, закончившему академию, тут нужен особый талант. Дар истинного мага.

Зак пару подзвонков тянул этот мощный поток в себя, не переставая прислушиваться к самоуверенным мыслям понемногу окружающих их воинов.

– Пора! – шепнул наконец и, пододвинув поближе к камню спящую ученицу, поднял над валуном руку.

Десятка три стрел и болтов, выпущенных с разных направлений, свистнули в воздухе. И вспыхнули факелами, сгорая в пламени огненной волны, мчавшейся на противника.

Однако предусмотрительные враги запаслись крепкими щитами, которые немедленно выставили перед собой.

– Д… ш…! – рявкнул Танио, выглянув на миг из-за валуна и распознав этот маневр.

Махнул отчаянно рукой и смел щиты ураганным порывом ветра.

Послышались крики и стоны, вскоре заглушенные отрывистыми, злыми командами. Подгоняемые офицерами, солдаты неохотно поднимались и, заслоняясь щитами, отовсюду бежали к валуну.

– Р… з…! – озверел принц и запустил в солдат смерч.

Зак одновременно с ним швырнул мощное ментальное заклинание под названием «Блохи в штанах». Его использовали крайне редко, потому что действовало оно на расстоянии полета стрелы на всех окружающих. Разумеется, кроме тех, на ком стояла защита.

Но сейчас был как раз такой удобный случай. Ландские солдаты, не решившись вступить в контакт с загадочными магами, отошли к городским воротам, унося с собой раненых, а публики и зевак нигде не наблюдалось.

Стоны и шипение, раздавшиеся со всех сторон, насторожили принца, и он осторожно выглянул из-за камня. Векридские солдаты и офицеры, приплясывая, как на горячих углях, поспешно срывали с себя шлемы, доспехи и одежду, не обращая никакого внимания на надвигающийся смерч. И, добравшись до тела, раздраженно запускали ногти в зудящую кожу. Не переставая подпрыгивать от нетерпения.

А у смерча, получившегося на этот раз не очень мощным, все же хватило силы собрать одежду, части доспехов и даже пару небольших щитов. И с грохотом утащить их вдаль.

Отряд векридцев, спешивших на подкрепление, нерешительно замер поодаль, и никакие угрозы и оплеухи, щедро раздаваемые офицерами, не могли заставить их сдвинуться с места.

Превратиться вот в такое, прыгающее нагишом и озабоченно чешущееся животное не желал никто.

Даже под страхом жестокой порки.

Внезапно внимание принцев, пока не наблюдавших вокруг больше никакой угрозы для себя, привлекли злые ругательства, выкрикиваемые подозрительно знакомым голосом. Они дружно оглянулись и увидели Ишима, прыгающего в том же виде, что и солдаты. Но при этом на чем свет стоит громко поносящего магических придурков, швыряющих дурацкие заклинания в друзей.

Танио согнулся от хохота, а Зак, пытаясь сдержать рвущийся смех, небрежно повел пальцем в его сторону, отменяя заклинание.

Ишим немедля прекратил чесаться и бросился к раскиданной одежде, не переставая, однако, вовсю костерить магов.

– Если не замолчишь, не получишь контрибуцию, – громко предупредил Зак.

– Сколько? – мгновенно заинтересовался, оборачиваясь к магу, полуодетый проводник.

– Два золотых и обещание никому не рассказывать о картинке, нарисованной у тебя…

– Согласен! – спешно перебил Ишим, натягивая куртку. И вдруг закричал, показывая в направлении надвигающегося войска: – Там! Смотрите!

Зак стремительно обернулся и увидел вражеских солдат, разворачивающих несколько повозок с катапультами так, чтобы принцы оказались под прицелом. Вначале пренебрежительно хмыкнул, затем поймал несколько чужих торжествующих мыслей и нахмурился.

Полководцы Векридии приготовили для них не совсем обычные снаряды. Истыканные остриями шары, называемые ежами, были обильно политы смесью травяных отваров.

Солдаты не знали, что это за зелье, но их убедили, что магам от него конец.

– Танио, готовь отражающий удар, – предупредил Зак, настороженно следя за врагами.

И начал поднимать ладонь с приготовленным заклятием огненного шквала. И в этот момент за их спинами раздался странный шум и смутно знакомые выкрики. Танио невольно обернулся и радостно охнул.

– Наши!

Зак облегченно выдохнул и устало уронил руку.

Из открывшегося неподалеку от Ишима большого портала споро выскакивали всадники в мантиях магов ковена и мчались к ним.

Векридцы тоже заметили выезжающих из ниоткуда магистров и заторопились. Подгоняемые офицерами, не жалеющими ни указаний, ни плеток, солдаты бросились к катапультам. Офицер рявкнул команду, и на магов полетела стая страшных «ежиков».

Несколько рук поднялось над выехавшими на холм всадниками, и дрожащий напряжением купол накрыл и холм, и портал. Маги шуток не любили.

«Ежики» врезались в невидимую стену, взорвались, сгорая, и сотнями раскаленных игл брызнули во все стороны гигантским фейерверком.

Большинство иголок осыпалось бесцельно, но те, которые попали в чесоточную компанию, сняли с бедолаг заклинание. Очнувшись среди отчаянно чешущихся собратьев, нагишом, с разодранной в кровь кожей, солдаты впадали в такую панику, что бежали от проклятого места сломя голову.

– Блохи? – подъезжая к Заку, с усмешкой поинтересовался Гистон.

– Да, – кивнул тот и в свою очередь коротко спросил: – Привязка?

– Ну да. Я последнюю делал на крепость. А там дорога уже войсками забита, еле прорвался. Зато сейчас портал трое держат, скоро здесь будет тесно. А вам туго пришлось?

– Не очень, – хмыкнул маг и попросил: – Присмотри за Таном, я домой схожу.

– Иди, – понимающе кивнул Гистон, ища глазами принца.

Танио уже ехал к валуну, ведя в поводу трех лошадей.

А векридские солдаты отходили. Бежали, бросив катапульты, щиты и несчастных соплеменников, с которых кто-то из магов мимоходом снял заклинание. Их теперь сгоняли в кучу веселящиеся подопечные Рагдира и снабжали своими запасными штанами.

Маги спокойно продвигались вдоль стен Таргола, снимая меткими ударами магии редких безумцев, пытавшихся сопротивляться неизвестно откуда взявшимся незнакомцам в ярких мантиях.

– Оставь лошадей Ишиму, – кивком указал Тану на проводника Гистон, – и держись около меня.

– А ты куда? – Танио напряженно смотрел на Зака.

– Отнесу Анюсю в крепость. Ей теперь еще не скоро воевать придется. Да ты не волнуйся. Я скоро вернусь.

Танио печально поглядел, как маг привычно открывает портал и исчезает в нем с ученицей на руках. Все правильно, ему они родные мать с отцом, и делить свое горе Зак не собирается ни с кем. А он, Танио, кто? Просто зять. А что с зятя взять? Так говорит старая пословица. Только он, Танио, к себе никогда ее не примерял. Считал себя почти сыном. А они, выходит… Принц еще раз тяжело вздохнул.

Потом подстегнул лошадь и поехал догонять Гистона.

Глава 3

Зак открыл портал в кабинет матери, простодушно предполагая, что сейчас это самое пустынное место во всей крепости.

И, едва шагнув в комнату, сразу понял, как глубоко ошибался. На него пристально смотрели несколько магов, что-то обсуждавших под предводительством Хабера, по-хозяйски рассевшегося за столом Каруны.

– Зак! – обрадованно воскликнул Хабер, едва уяснив, чей телепорт прервал их совещание. – Как там у вас дела?

– Маги пошли в наступление. Гистон проложил путь, – доложил Зак, опуская Анюсю в кресло. – А как… мои? – осторожно спросил, с трудом скрывая волнение.

– Живы и целы. Но выложились. Сейден поменьше, а мать – почти досуха. Они сейчас дома, – сдержанно ответил Хабер, понимая состояние мага.

– Тогда и я туда. Ненадолго, только взгляну! – Так долго сдерживаемое беспокойство все-таки прорвалось в его голосе.

Хоть и старался верить, что самого страшного не случилось, но сомнения были. Он говорил себе: если что, мать нашла бы способ попрощаться. Она не носила амулет от его телепатии, как отец, и ей стоило только погромче крикнуть мысленно… он бы услышал. Он и прислушивался, если совсем честно. Ругал себя за малодушие, но – прислушивался. И когда ничего не уловил, заставил себя поверить, что они спаслись, а не… уже не могли позвать.

Маги деликатно молчали, пока он, отвернувшись, чтобы спрятать предательски заблестевшие глаза, открывал портал, и, только когда наклонился к креслу подхватить Анюсю, Хабер спохватился:

– А с этой что?

– Тоже выложилась досуха.

– Но…

– Я взял ее в ученицы. Мы же решили на Совете? – бросил холодный взгляд Зак и ушел в портал.

– Его право, – твердо ответил на вопросительные взгляды Хабер, спешно припоминая, что там говорила Каруна на Совете про эту девицу. – Он уже три года магистр, а у нее сильные способности именно в магии огня. К тому же она одиночка. После переедет в академию. Как оправится.

Спорить никто не стал, хотя некоторые и слышали что-то про сложные отношения Зака с этой пришелицей. Но, раз он берет ее в ученицы, все определяется само собой. Правила насчет отношений с учениками у них очень строгие, были прецеденты. А Зак вовсе не из тех магов, кто пренебрегает законами. Да и то сказать, магическая династия. Отец Сейдена тоже был магом, не из самых сильных, но и не последний. Погиб лет пятнадцать назад, в Агане, спасая дикую магичку с детьми от озверелых фанатиков. Их в портал забросил, а сам прыгнуть не успел.

Едва выйдя из портальной, Зак столкнулся с заплаканной Суржей.

– Ох, Зак! – увидев его, всхлипнула тетка и внезапно рассмотрела на руках племянника Анюсю.

Слезы мигом высохли на ее глазах.

– А эту сюда… – она даже запнулась от негодования, – зачем?!

– Значит, нужно! – рявкнул Зак, озверев от надоевшего вопроса. – Где Тосина? Пусть срочно приготовит комнату!

И сердито зашагал вверх по лестнице, немного злясь на себя за то, что походя обидел добрую тетушку. Она, разумеется, не виновата, что переживает за него. Только ведь и он уже не мальчик. И собственные ошибки повторять вовсе не собирается, так что никому не позволит одергивать себя на каждом шагу.

Он сгрузил тихо посапывающую Анюсю на диванчик и направился к комнатам родителей. Еще не дойдя до дверей маленькой гостиной, услышал мысли двух человек и привычно их проверил. Так, самые поверхностные, про родителей. На всякий случай. Открывая дверь, уже знал – они спят, хотя мать сопротивлялась напору Рики, приготовившей для них зелье. Но когда Рика захочет, то может быть очень настойчивой, это ему давно известно. Иногда его это даже бесило, но сегодня сестра все сделала правильно.

Она подняла на него взор и слабо улыбнулась, поймав эту нескрытую эмоцию.

– Все хорошо, – ответила, упреждая вопрос о родителях. – Поспят пару звонов, накормим сытным обедом – и будут здоровы. Вот магию придется восстанавливать чуть дольше.

– Они не рассказали?..

– Немного. Ма сказала, на них что-то посыпалось, она и поставила крышу. А пока держала, па поставил вокруг них ледяной купол и открыл путь. А потом схватил мать и прыгнул в портал. На них ни царапины нет. Только у матери магия… насухо.

– Ясно, – облегченно кивнул Зак и вспомнил про Анюсю. – Там, в холле, еще одна валяется. Тоже насухо.

– Кто? – подхватываясь бежать, охнула Рика.

– Моя ученица, – со вздохом признался Зак. – Но ты не спеши. Я ее подлечил, она спит. Вот как проснется… Ну, сама знаешь.

– Тосина! Слышала? – окрикнула Рика помешивающую зелье служанку. – Иди устрой все как следует. А вы-то там как?

Едва заметно дрогнувший голос сестры невольно выдал хорошо скрытую тревогу.

Ведь, говоря «а вы», она, ясное дело, имела в виду не его, Зака, – что про него спрашивать, если стоит тут живой и здоровый, – а своего принца. И в который раз Зак позавидовал другу, выхватившему у любви счастливый билет.

– Нормально, – улыбнулся нарочито легкомысленно. – Там сейчас магов с сотню набежало, вмиг этих векридцев угомонят. А Тан воюет. С размахом, конечно, но источник легко достает, даже со мной поделился.

Сказал и покаялся. Рика-то не дурочка иномирская, сразу суть уловила. Глаза распахнулись, ресницы дрогнули.

– А куда твой запас ушел? – осведомилась подозрительно. – Ну? И без всяких этих твоих штучек!

– Рика… – обнял сестру за плечи Зак. – Когда на мать лавина пошла, отец к ней прыгнул. А мы впереди всех ехали – я, Тан, Анюся и Гистон со слугой. Остальных лавиной отрезало. Они без дороги остались. А впереди бой идет, люди кричат. Нужно туда магов провести – значит, необходимо врагов разогнать, чтобы место очистить. Вот мы и повоевали. А как стало посвободнее, Гистон в портал ушел. Ну и вскоре привел остальных. А я к вам пошел. Вот и все. Ну что ты так смотришь?

– Это как нужно было воевать, чтобы ты без магии остался и ученица насухо? И Танио срочно источник потребовался? – хмыкнула недоверчиво.

– Я ж тебе уже сказал – с размахом. Он как состряпал смерч, над головой загудело, даже я за камушек присел. А смерч все и всех вокруг подмел и в речку сбросил. Было очень весело! – умело увел Рику от расспросов Зак. – Ну все, мне пора, родителям привет передавай, как проснутся.

Ободряюще улыбнулся сестре и шагнул в угол, открыть на свободном местечке портал. Да по привычке мимоходом глянул в окно, окинуть двор хозяйским глазом. И застыл, как от замораживающего удара. Сердце кольнуло неожиданно резкой болью, показная улыбка вмиг стекла с губ. Уж очень похожа была фигурка девушки, любезничающей с парнишкой из прислуги, на… Да нет, показалось. Никак не может ее тут быть. И почти прошел дальше, как вдруг сообразил – так ведь тут и вообще не должно быть никаких девушек! Мать больше двух лет назад всех убрала. Самая молодая из служанок, Тосина, была няней Рики и почти ровесницей матери.

Пристальней взглянул в окно, попробовал проникнуть в мысли болтающей парочки. Разум незнакомки не просматривался, укрепляя Зака в возникшем подозрении. Мыслей Наты он тоже не мог читать. Изначально были прикрыты амулетом, а уж после того, как ее утащил в замок алхимика дикий маг Гасан, и вовсе пропали.

Видимо, тот в каких-то своих целях поставил на девушку сильную защиту, действующую до сих пор. Зато жеребячьи надежды парнишки Зак выявил без труда и презрительно хмыкнул. Все они такие, иномирянки.

Скрипнул зубами и, не оглядываясь, шагнул в портал.

И не успел увидеть ни звонкой затрещины, полученной слишком назойливым ухажером от Наты, ни распахнутых в изумленном озарении глаз своей сестры.

«А я-то, глупая, все думала, с чего это мать так носится с иномирянкой?» – прикусив ноготь, размышляла Рика. Хабер, доставивший родителей домой, тоже сердито ворчал на упрямую магичку. Сама почти сознание теряет от слабости, но требует, чтобы Тала непременно с ними шла, вроде больше некому за ней ухаживать.

И в этот раз Рика была с ним полностью согласна. В доме почти десяток слуг, маг еще и Суржу доставил. Неужто без иномирянки не обошлись бы? Конечно, у Талы есть способности к лечению. Хабер сам признавал. Ну так и у нее, Рики, тоже. Пусть всего пятый уровень, таких в ученики лекарей не берут. Зато она несколько лет травы изучала и зелья теперь варит ничуть не хуже Тана.

Помнится, в тот момент Рика даже слегка обиделась на Каруну за недоверие.

Но только теперь, случайно разгадав материнскую задумку, поняла, как напрасно на нее обижалась. И сразу всем сердцем одобрила секретные планы Каруны, тайно вступив с ней в необъявленный союз.

Тотчас позвонила слугам и послала прибежавшего мальчишку за Натой.

Глава 4

Зак вышел из портала, когда над Тарголом уже угасал короткий осенний день.

Окликнул солдат, развернувших недалеко от дороги лагерь, и попросил коня.

Его собственной лошади, оставленной на сохранение Ишиму, здесь уже давно не было, как и самого проводника.

Кавалеристы, дорожившие своими животными, лошадь магу, конечно, дали – а попробуй не дать! – но в нагрузку к ней выделили сопровождающего, молоденького парнишку на резвом жеребце. Парень должен был привести лошадь обратно и явно мечтал побыстрее вернуться в лагерь, поэтому всю дорогу подгонял и так быстрого коня. А Зак был и не против, сам спешил.

В город их пустили без вопросов – видимо, уже понемногу начали разбираться в тордизанской форме. Отдав лошадь нетерпеливому кавалеристу, маг пешком отправился по указанным сторожами адресам.

Прежде чем идти с докладом к Хаберу, обосновавшемуся во дворце градоначальника, Зак собирался разыскать Танио.

Он чувствовал себя немного виновным за невольный обман напарника, хотя и задержался так надолго не по собственному желанию. Это Хабер, знавший, что Зак – в курсе всех материнских дел, заставил его налаживать порядок в крепости. Конечно, можно было бы передать Тану с кем-нибудь весточку, но комендантские дела захлестнули заместителя мутным потоком.

Нужно ли принцам по-прежнему выходить на дежурства, если ворота все равно открыты, а по ущелью, как по главной улице столицы, свободно гуляют солдаты и маги?

Следует ли и дальше кормить всех, кто вваливается в крепостную столовую, если повара уже падают с ног, а в кладовой кончаются припасы?

Пустят ли принцев повоевать или они тут сидели, как дураки, для отвода глаз?

Почему на войну взяли только Талу и Анюсю, когда другие принцессы тоже хотят ухаживать за ранеными?

Если ворота открыты для всех, то почему не выпускают погулять принцесс?

Почему солдатам не разрешают временно занять пустующие башни?..

И еще сотня подобных вопросов.

Через несколько звонов, после того как Зака осадила толпа просителей, одновременно выкрикивающих свои претензии, он понял, что его мать – необыкновенный человек. Она бы разобралась со всеми этими проблемами за несколько подзвонков. У него времени ушло во много раз больше.

Городской совет выделил магам под ночлег два соседних дома, принадлежащих богатым торговцам, сбежавшим несколько дней назад вместе с семьями в Турейл, маленький рыбачий городок на побережье. Там они надеялись купить или нанять рыбацкую шхуну и на ней добраться до Аганы. А в домах оставили только несколько слуг, охранять имущество. На случай, если произойдет чудо и когда-нибудь можно будет вернуться. Ну а если нет…

Слуг, конечно, жаль, но они же за это деньги получают.

Танио долго искать не пришлось. Едва Зак вошел в холл первого дома, сразу услышал звуки эльфийской свирели – единственного инструмента, на котором умел сносно играть зять, и надрывное пение, выводимое явно нетрезвыми голосами. Свернув на эту какофонию, Зак обнаружил в небольшой, уютной когда-то гостиной тепленькую компанию. Болаф, размахивая кружкой, неплохим басом запевал, а прислонившийся к нему Ишим тоненько подтягивал заунывную балладу. Сидящий напротив них Тан извлекал из подаренного ему эльфом инструмента жалостливую мелодию.

На столе стоял большой кувшин из-под медовухи и деревянная тарелка с полуобглоданными костями.

– Зак! – взревел Болаф, обернувшись на скрип двери с неискоренимой чуткостью раба. – А мы здесь поминаем… госпожу коменданта.

У Зака подкосились ноги. Как?.. Не может быть! А ему почему не сообщили? «Ну, Хабер! Сейчас я тебе за такое морду начищу!»

– Хорошая была женщина, – со слезой в голосе продолжал северянин. – И отец – тоже очень хороший. Выпей с нами. Тебе легче будет.

– Отстань от него! – перестав играть, с неожиданной злобой рявкнул на Болафа Танио. – Не будет он с тобой пить. Нужно ему собственную мать с чужими людьми поминать?

Зак пораженно всмотрелся в полнящиеся смертельной обидой глаза зятя и всерьез засомневался, что Хаберу следует чистить морду.

– И давно вы здесь… поминаете? – осторожно спросил Ишима как самого трезвого.

– Да сразу как въехали в город, примерно через звон после обеда начали. Смотрим, Танио идет с кувшином. Ну мы и пошли с ним сюда. Нехорошо оставлять человека одного в таком горе.

У Зака отлегло от сердца. Именно в то время он вернулся из дома в крепость. Значит, Тан решил, что родители… И, конечно, расстроился, бедняга. Зак и не подозревал, что Дорисия еще не объяснила принцу, что двух магистров, поднаторевших в способах обходить ловушки и опасные ситуации, не так-то просто убить. Но он, Зак, разумеется, тоже очень виноват. Надо было сразу поговорить с другом, поделиться надеждой. Да ведь он даже не подумал, что Танио считает их погибшими! И никто из магов не удосужился успокоить принца.

Так что же теперь делать с этими… поминальщиками?

Зак хмыкнул и провел перед ничего не понимающими товарищами рукой. Упала на стол кружка, покатилась по полу свирель.

Маг поправил сползающего Тана, чтобы не упал, сунул в карман подарок эльфов и вышел из комнаты. Почти сразу отыскал боязливо перешептывающихся слуг, притаившихся на кухне, и объяснил, что от них требуется.

Пару подзвонков наблюдал, как они устраивают на принесенных тюфяках спящую компанию, потом не глядя сыпанул монет и отправился искать Хабера.

А пока шагал по улицам, ловя на себе осторожные взгляды жителей, посматривающих на чужака то с робкой надеждой, то с тревогой, ссориться с Хабером раздумал окончательно. В конце концов, это именно он, Зак, обещал сестре присмотреть за зятем. Он и должен был догадаться, что мог пережить Тан, увидев накрывшую родителей лавину. Хотя с тех пор, как Зак наловчился считывать чужие мысли, никогда не было у него такой необходимости – угадывать чьи-то чувства. Вот и не понял, как сильно страдает друг. А ведь Тан наверняка посчитал, что Зак не захотел делить с ним свою скорбь из высокомерия. Вон как горько сейчас сказал про чужих людей. Это ж он, глупец, думает, что Зак его до сих пор чужим считает!

Нет, всё. Пора просить у Хабера амулет, он как-то предлагал. И читать чужие мысли лишь в самых крайних случаях. И только у врагов. Иначе вообще разучится понимать людей, окончательно постановил для себя Зак, входя в ярко освещенный большой особняк, немного необоснованно носящий гордое звание «дворец».

– Лизандр, вставай! Кастанио, вставай! Вас Хабер зовет, – тщетно взывал ученик мага, служивший у Хабера посыльным.

– Если не отстанешь – убью! – пробормотал любимую угрозу совершенно не свирепым голосом Танио, пытаясь засунуть голову под несуществующую подушку.

Зак приподнялся на тюфяке, который приказал положить для себя в той же комнате, где спали усыпленные им собутыльники, и глянул за окно. То ли это погода такая пасмурная, то ли на самом деле еще очень рано?

– А зачем мы ему понадобились?

– Не знаю! Но сказал – срочно!

– Хорошо. Иди. Мы сейчас будем.

– Но, Хабер…

– Я сказал – иди!

Ученик возмущенно фыркнул, возмущенный наглостью мага, осмелившегося ослушаться приказа главы, и, гордо задрав голову, неспешно вышел из комнаты.

– Тан!

Молчание. Но Зак прекрасно видел, что принц уже не спит. Значит, не хочет разговаривать. А вот это уже в корне неправильно. Если считаешь, что друг не прав, скажи в глаза! Ну а если еще он и сам так считает…

– Тан! Прости меня, пожалуйста. Я очень сожалею, что не объяснил тебе все вчера… Сначала некогда было, а потом… Ну, в общем, прости! А мама с папой – они живы и здоровы, только энергию сожгли… подчистую.

– Что? – Танио резко сел и недоверчиво уставился в виноватое лицо Зака. – Что… ты… Повтори!

– Живы они. И здоровы. Отоспятся, поедят и восстановятся полностью. Но, если что, я бы к тебе первому, ты же мне давно как родной брат! Я всегда мечтал о братишке… С сестрой не поговоришь про мужское… Так ты простишь?

Танио расширившимися глазами глядел на искаженные раскаянием губы мага и начинал понимать, каким же он был дураком. И с чего ему придумалось, что Зак не считает его родным? Ведь всегда и защищал, и помогал. Анюсю эту из-за него себе на шею повесил!

– Тан?

– Да! Конечно да! Извини, Зак, что я про тебя подумал… Но как же им удалось? Я ведь сам видел – накрыло таким слоем… Солдаты, наверное, до сих пор копают.

– Они часто тренировались. Это как игра: ма придумывает разные ловушки, а па – решения. Кто какое заклинание применит и как спасать друг друга будут. Я все детство эти тренировки наблюдал. А с лавиной – очень просто. Пока ма защитную крышу держала, па накрыл обоих ледяным куполом, потом портал в крепость вывел. Вот лошадь погибла… Не втолкнуть ее в такой тесноте в портал. Жаль. Умная была скотинка.

Несколько мгновений помолчали.

– Ну, собираемся? Нас Хабер ждет, – перешел на деловой тон маг.

– Да, – кивнул, поднимаясь, принц.

Собрались быстро – а чего там собираться, если спали одетые? Наскоро умылись, щеткой волосы пригладили, и вперед.

В портал.

Хабер, завидев входящих принцев, спешно засунул в рот последний кусок пирожка и запил взваром. Дожевывая, рукой показал на кресла, садитесь, мол.

Принцы уселись, рассмотрели главу Совета и понимающе переглянулись. Должно было произойти что-то ужасное, чтобы он так выглядел. Явно всю ночь не спал: под глазами круги, лицо осунулось.

А ведь когда Зак уходил отсюда вечером, все складывалось просто замечательно. Хабер был подтянут и оживлен. Прослушав краткий отчет, сразу отпустил мага отдыхать. И сам вроде собирался на покой.

– Случилось непредвиденное, – дожевав пирожок и тяжело вздохнув, объявил Хабер. – Вчера после обеда мы отправили несколько объединенных отрядов магов и солдат проложить пути.

Зак кивнул. Обычная практика. Объединенный отряд добирается до пункта назначения, солдаты встают лагерем. Маги берут привязку и открывают портал в обратную сторону. А уже тогда могут открыть большой портал, в который пройдут все нужные войска. И так до тех пор, пока путь не проложен. Впоследствии маги могут по этим привязкам в любой момент прийти туда, куда нужно.

– Первый отряд шел к столице Ландии, осажденной пару дней назад векридскими войсками. Ну, вы карту видели, считалось, что она почти неприступна. Мы надеялись перебросить туда утром с десяток магов и выбить захватчиков. После этого линия фронта должна была выровняться, а на болота и в Вампирию им лезть вроде было незачем. Да, хороший был план… – Хабер снова тяжко вздохнул. – Но на отряд напали. Недалеко от столицы. Но хуже всего – у врагов были маги. По меньшей мере двое. Сильно пострадала одна магичка первого уровня и послабее – два мага второго. А самая плохая новость – один из диких магов применил неизвестное нам заклинание. Наши лекари магиню едва спасли. Вчетвером корпели.

– Откуда они там? – недоверчиво качнул головой Зак.

– Есть куча предположений, но точнее – сам понимаешь, никто не знает. Однако позже оказалось, что и это не самое ужасное. Наши все-таки пробились к воротам. С ними был Доливер, их сразу впустили. Как выяснилось, в столице свое горе. Векридским шпионам удалось проникнуть во дворец. Подкупили они прислугу или опоили – сейчас разбираются. Только исчезли оба принца. Мальчикам десять и восемь лет. Королева не приходит в себя. Король в бешенстве. Едва не казнил всех слуг без разбора. Советники на коленях просили, чтобы одумался. Мы надеялись, что векридцы запросят выкуп или контрибуцию, на худший конец – сдать столицу. Но звон назад принесли письмо. Его немедленно передали мне. Такое впечатление, что написано оно сумасшедшим. Его сейчас изучают, это послание. Но требования… Для начала всех ландцев объявили вампирскими… – Хабер запнулся и заглянул в бумажку, – прихвостнями. Зак, тебе известно это слово?

– Конечно. Иномирянки так называют тех, кто присоединился к более сильному покровителю из-за денег или из других интересов. Ты думаешь?

– Ничего пока не думаю! Голова трещит. Какое отношение имеют ландцы к вампирам? Еще в приказной форме предложено выдать им всех известных нам вампиров, а также не препятствовать уничтожению этой… – Хабер снова глянул в шпаргалку, – нежити. Если мы все это выполним, принцев вернут. Срок – десять дней!

– Что вы предприняли? – весь подобрался Зак.

– Вызвали всех магов очарования, эмпатов, советников, специалистов в дипломатии.

– Ясно. Когда нам отправляться? – решительно вставая с кресла, деловито осведомился маг.

– Насчет вас особый план, на случай провала основного. Вы сейчас идете домой, в поместье, и захватите Гистона. Поступаете под его руководство. И никому ни слова!

– Понятно. Где Гистон?

– Ищет своего слугу и одного бывшего раба, северянина. Возможно, они вам пригодятся.

– Я знаю, где они, – кивнул Зак, открывая портал.

– Откуда? – устало удивился глава Совета.

– Они ночевали с нами! – Подтолкнув к порталу Танио, не успевшего сказать ни слова, Зак шагнул следом.

Глава 5

– Что они там так долго обсуждают? – спросила Анюся, лениво подтягивая к себе кусок пирога, и задумалась: а влезет он в нее или нет?

– Я не интересуюсь, – пожала плечами Рика, примеряя к крошечному чепчику кружева. – Когда решат, Танио расскажет.

– Всё-всё? – усомнилась Анюся.

– Конечно нет, – с достоинством ответила хозяйка, втягивая в иголку нить. – Про опасности ни за что не скажет. Не захочет меня волновать.

Анюся смотрела на нее, открыв рот от изумления. За один сегодняшний день она узнала столько нового про личную жизнь Танио и Зака, сколько не удалось за все два года.

– Но ты же спросишь? – уставилась на новую подругу с надеждой.

– Зачем? – теперь уже изумленно глядела Рика.

– Чтобы знать, – уверенно выдала Анюся.

– Я и так знаю, – пожала плечами хозяйка.

– Чё, магия? – засветились восторгом глазенки гостьи.

– Нет. Не магия.

– А ты говорила…

– Я говорила, что ощущаю эмоции. Например, человек говорит, что у него хорошее настроение. А я чувствую, как ему тоскливо. Не знаю, отчего, но что тоскливо, чую отчетливо.

– А тогда… как же ты знаешь?

– Я же в магической семье выросла. И точно знаю: совсем безопасных заданий не бывает. Зачем же мне нужно, чтобы муж объяснял возможные опасности своей работы? Я начну переживать, пропадет молоко, пострадает наша доченька. Мне легче, когда я надеюсь на лучшее. И Тану так проще, никто не портит нервы перед заданием, и он там за нас спокоен. А когда человек уходит на задание со спокойной душой, у него больше шансов с этим заданием справиться. И вернуться живым. Разве я не права?

– Слушай, – с восхищением объявила Анюся, – какая ты мудрая! Я бы до такого никогда не додумалась.

– Это потому, что ты даже не пробовала думать! – не выдержала Наташа.

– Ты хочешь сказать, что я дура? – немедля полезла в бочку Анюся.

– Она просто хочет сказать, что ты не пыталась устроить свою жизнь так, чтобы было хорошо и тебе, и любимому человеку, – миролюбиво объяснила Рика. – Поэтому ты и сама страдала, и тот, кто был рядом.

– Главное – любовь! А думать – это вовсе ни при чем.

– Как «ни при чем»? Если хочешь иметь счастливую семью, думать нужно обязательно, – твердо заявила Тала.

– Но ведь когда любовь – никто не думает! – выпалила Анюся свой главный аргумент.

– И что? Долго они счастливы? Те, кто не думает? – усмехнулась Тала.

– Зато красиво, – не сдавалась Анюся, – и романтично. Особенно если цветы, шампанское, яхта…

– Как в Голливуде! Сначала брюлики и вилла у моря, – ехидно хмыкнула ее соотечественница, – а потом мордобой и скандал на весь мир. Или из-за денег на суде на потеху зрителям грязью бывших поливают или детей друг у друга воруют. Красота! Только мы сейчас не про это. А про то, как, полюбив, суметь все не испортить.

– А ты умеешь? – ехидно прищурилась Анюся.

– Я – нет. Потому и учусь у Рики, может, когда-нибудь пригодится, – с неожиданной горечью вздохнула Наташа.

«Обязательно пригодится», – пообещала про себя Рика, но вслух ничего не сказала.

– Мне не пригодится. Я некрасивая, – вдруг разочарованно выдала Анюся и отвернулась.

– Ну и что? – поймав ее эмоции, сочувственно ахнула Рика. – Ты же теперь ученица мага!

– Да какая я ученица! Какую-то ошибку сделала, Зак так прям и рявкнул: «Анна! Ты чё такое сделала?!» – расстроенно передразнила Анюся. – Вот сижу, жду, когда он меня выгонять начнет…

– Похоже, – еле сдерживая смех, признала Рика. – Он и мне раньше так говорил: «Латрика, это что такое?»

Она все же не выдержала и рассмеялась. Улыбнулась и Тала. Анюся тоже было хихикнула, да не то у нее было настроение.

– Никуда он тебя не выгонит, – решила порадовать девушку Рика. – Раз взял в ученицы, значит, выучит, отказываться от учеников не принято. Только тебе теперь придется его во всем слушаться. По закону он тебе теперь и судья, и командир. Имеет право наказывать. А ты ему – вроде воспитанницы.

– Ни фига се! – ошеломленно вытаращилась Анюся. – Вот это я подписалась! Хуже мужа…

– Конечно, хуже. Кстати, романические отношения между учителем и учеником настрого запрещены магическим кодексом. Так как мешают обучению. Учителя положено слушать и уважать. Да тебе все это в академии объяснят – Зак говорил, как поправишься, переедешь туда. А Талу, наверное, мать возьмет в ученицы. У нее способности к магии лечения и защиты.

– Рика, ты не шутишь? Все правда, да? – разволновалась Анюся. – Он точняк меня не выгонит?

– Ну, я же тебе сказала. Я все законы знаю, у меня мать в Совете, а теперь еще и Танио, – авторитетно заявила Рика.

А про себя поразилась неподдельному беспокойству иномирянки: «Ну и Зак, сумел же так запугать девчонку! Хотя, вероятнее всего, с ней только так и нужно».

– Тогда мне на самом деле красота, может, и не понадобится, – вслух задумчиво рассудила Анюся. – Если парень чё вякнет, я как шарахну!

Рика от таких рассуждений чуть со стула не свалилась.

– Забудь и думать! «Шарахну»! – сердито передразнила она Анюсю. – За всякие «шарахи» тебе так влетит, что до старости не очухаешься. Я вовсе не то имела в виду. Когда станешь магиней, сможешь изменить свою внешность. Магам это доступно. И принцам. Думаешь, мой Танио всегда таким красивым был? Ничего подобного. Его таким Хабер сделал. Только это ужасно больно, Тан говорил. А вот я бы хотела его в прежнем виде полюбить, мне душа важнее красоты.

– Чё? – От изумления Анюся даже пирог уронила. – Танио был… не такой? Рика, а ты не гонишь?

– Она хотела сказать: «Не обманываешь?» – машинально перевела ее сленг задумавшаяся над полученной информацией Тала.

Безрадостные выводы, сделанные девушкой в последние дни, потеряли после объяснений Рики всю свою горечь. И в ее жизнь сразу вернулся цвет и смысл. Да и само желание жить.

– Хочешь проверить? Спроси у него сама! – предложила оскорбленная таким предположением хозяйка.

– Оно мне надо? – уперлась ученица. – Я тебе верю. А скажи, Зак тоже… эту пластику делал?

– Не знаю, что такое «пластика», но Зак такой и родился. Не видишь, он на маму похож? А носом – на папу, – тотчас обиделась за брата Рика.

– Это точно, – согласилась Анюся и задумалась.

Раз она может выбрать любую внешность, нужно как следует все просчитать. Чтоб потом не переделывать, раз это так больно. Неужели у них тут такая проблема с обезболивающими или при магии они не помогают? Вот она дура-то, сожрала весь свой пенталгин, когда зуб заболел, целая пачка была. А потом пришел Зак, рукой провел, и все прошло. Даже дырка исчезла.

«Жаль, конечно… Ну, ради такого можно и потерпеть разок. Ух, даже крыша едет от одной только мысли! Неплохо бы это дело обмыть», – привычно подумала Анюся и вдруг почувствовала, как зашевелились в желудке съеденные ею пироги.

– Вот же дебилка! Рика ведь предупреждала! Нельзя даже вспоминать! – вскакивая и опрометью бросаясь к двери, вслух проклинала себя ученица.

– Что это с ней? – забеспокоилась Тала.

– Перевоспитывается, – загадочно хихикнула Рика, но, поймав тревогу иномирянки, все же объяснила: – Пить она решила бросить. Ей Зак сказал, что магия выпивки не любит. А она очень хочет магичкой стать. Вот я ей и помогла. Дала свое зелье. Как только Анюся про выпивку подумает – так и… Зато быстро отучится.

– Жесткое у тебя снадобье, – поежилась Ната. – Хорошо, что я не пью! А откуда ты знаешь, что Каруна хочет меня учить?

– Она говорила, – слегка слукавила Рика.

На самом деле это она сама матери, едва та проснулась, идею подбросила. И очень удачно. Магине понравилось. Ей с этой войной даже подумать некогда было, а то и сама бы догадалась, как Талу при себе удержать. К тому же раз даже Зак ученицу взял, то ей просто положено.

Глава 6

– Нет, нет и НЕТ! – Сорвавшись с кресла, Зак кружил по гостиной Каруны, где они совещались уже третий звон.

– Зря ты споришь, – устало покачал головой Гистон, последив за его пробежкой. – Это лучшая кандидатка, какую можно найти за такое время. Наша магичка одна не справится. Ну а если уговорим твою ученицу, можно и ее взять. Пойми, у них способности пока крошечные, скрыть легче.

– Еще и Анюсю?! – остолбенел от возмущения Зак. – Тогда можешь сразу меня тут повесить, все равно мы с ними далеко не дойдем!

– Ну сколько можно говорить! Ведь уже столько раз обсуждали… Мужики, путешествующие по воюющей стране без особой надобности, самой тупой охране покажутся слишком подозрительной компанией. Задержат, начнут проверять. А вот как охранники красивых девушек – это совсем другое дело.

– Да мы тогда даже вчетвером не отобьемся от воздыхателей! Тем более без магии.

– Отобьетесь. Возможно, к вам добавится еще один помощник, но точно пока не обещаю. Объясняйте, что вас нанял известный аганский делец. И отправил со своим зятем на гастроли. Труппа у вас известная, весной в Агане произвела фурор. А теперь хозяин ради выручки добавил артисток. Никто никакого подвоха не найдет.

– Соглашайся, Зак, – попросил утомленный непонятным упорством друга Танио, – не спорь. Чего зря настроение портить? За один день все равно ничего другого придумать не успеем. Сейчас пообедаем – и в путь. До ночи сколько пройти успеем! Сам знаешь, там на лошадях…

– Лошадей вам Ишим приведет другим путем, – продолжил уговоры Гистон. – Он уже этим занимается. А нам еще нужно время на подготовку амулетов и костюмов. Успеете не только поесть, но и отдохнуть. И даже потренироваться немного.

– А эта магичка ваша хоть что-нибудь умеет? – нашел к чему придраться Зак.

– У нее основное – магия защиты, еще понемногу – очарования и иллюзии. Как раз то, что нужно. Выбирали из двух десятков! – нахваливал уставший от уговоров магистр.

И с чего этот Зак так раскипятился? В прошлый раз показался Гистону таким хладнокровным и рассудительным, он даже подивился, какой уравновешенный сын подрос у взрывной Каруны. Да и вчера действовал отлично – спокойно, рационально. А сейчас как подменили. Видимо, устал, за родителей сильно перенервничал. Вот и капризничает.

– Ладно, – вдруг сдался Зак. – Раз вы все этого хотите, пусть будет по-вашему. Но, если что, я предупреждал.

– Вот и замечательно! – откровенно обрадовался Гистон. – Кто позовет Анюсю?

– Я, – поднялся Танио, давно мечтавший проведать Рику. – И Нату?

– Ее попозже. Да скажи, пусть взвара принесут, у меня во рту пересохло.

Когда Танио сказал Анюсе, что Зак зовет ее в кабинет, у девицы аж поджилки затряслись. И руки опустились, уже почти впихнувшие в рот очередной кусок пирога.

Одно дело слушать объяснения Рики и совсем другое – нотации Зака. А вдруг он все же передумал ее учить? Рика сказала, что такое бывает очень редко. Но если все же случается, больше никто из магов никогда не возьмет в обучение этого ученика.

И значит, для нее, Анюси, это был единственный шанс.

Она подошла к двери кабинета и приостановилась на миг, собраться с духом.

– Не стой за дверью, заходи! – тотчас раздался строгий голос Зака.

– Иду, – обреченно буркнула Анюся и открыла дверь.

Зак в кабинете был не один: у стола сидел худощавый старик с пронзительными черными глазами.

– Здравствуйте, – опасливо оглянувшись на Зака, пробормотала девушка.

– Здравствуй, ученица мага, – кивнул старик. – Садись. Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо.

– Меня зовут Гистон, и я хочу тебе кое-что объяснить.

Анюся только кивнула, боясь ляпнуть что-нибудь не то.

– Когда ты согласилась стать ученицей, ты добровольно вступила в ковен магов. Понятно?

– Да, – хриплым от волнения голосом выдавила Анюся.

– И с этого момента ковен тебе – семья, защитник и учитель. Любой маг теперь должен тебе помогать в случае необходимости. Но и ты должна помогать ковену в меру сил. Это понятно?

– Угу! – хмыкнула пораженная открывающимися возможностями девица.

– Так вот, у ковена появилось для тебя задание.

– Чё? – не поверила своим ушам Анюся.

– Задание.

– Ух ты! Вот клёво! – восхитилась ученица.

– «Хорошо», – пояснил Зак в ответ на вопросительный взгляд Гистона.

– Я так и подумал, – кивнул маг и продолжил: – Ты танцевать умеешь?

– Чё?

– Ты когда-нибудь танцевала?

– На дискотеке? – уточнила Анюся.

– «Танцевальный вечер», – перевёл Зак.

– Да, – кивнул Гистон.

– Еще как! – обрадовалась девица. – А чё, надо?

– НЕТ! – остановил ее Зак. – Не сейчас! Тебе позже покажут, как нужно танцевать.

– Я чё, в артистки… должна? – засомневалась Анюся.

– Нет. Вы под видом труппы танцоров едете в другую страну. Все подробности операции знают только Зак и Танио. Командир группы – Зак. Его слушать беспрекословно. Иначе…

«Как будто она не понимает! Да и попробуй его не послушать, Зака этого… Угу! Себе дороже!» – фыркнула Анюся.

– Кроме тебя в труппе будут еще две танцовщицы, – как бы не заметив ее реакции, спокойно продолжал Гистон. – Советую с ними не ссориться. А теперь – самое главное. Как ты сама понимаешь, внешность у тебя… не очень подходит для танцовщицы.

А вот по больному месту сапогами… Она не потерпит! Взгляд иномирянки сразу стал колючим.

– Поэтому я тебе предлагаю немного ее подправить.

– А почему «немного»? – не выдержала Анюся. – Потому что очень больно? Так я потерплю, не сомневайся! Я очень терпеливая.

– Откуда ты знаешь про боль? – удивился Гистон.

– Танио говорил, – ругая себя за болтливый язык, буркнула Анюся.

– Ах Танио… – прищурился с интересом маг. – Так ведь ему делали на всю жизнь. А девушки, насколько я понимаю, все время хотят чего-то нового. Поэтому мы тебя подправим на пару декад, ну а потом тебе самой решать.

– Идет! – согласилась Анюся, твердо уверенная, что потом решать ей не придется. Она уже решила.

– Зак, отведи ее, – попросил Гистон, довольный, что все уладилось так быстро. – И где там Танио?

– Пойдем, – открывая дверь, позвал девушку Зак и, обернувшись к Гистону, кивнул на шнурок: – Позвони.

– Зак! – еле поспевая за несущимся по коридору учителем, окликнула Анюся. – А чего ты на меня не ругаешься за того офицера?

– За какого еще офицера? – Занятый своими мыслями, маг развернулся так резко, что ученица, не успев остановиться, врезалась ему в живот.

Зак охнул и схватил ее за плечи.

– Ну, за того, которого я поджарила? – поднимая взгляд на лицо мага, промямлила Анюся, даже не пытаясь вырваться из крепких рук.

– Да какое мне дело до этой скотины! – Копившееся возмущение наконец достигло критической точки. И последовал взрыв. – Я за тебя теперь отвечаю! А ты даже не поняла, что чуть не погибла! Зачем ты выпустила в него всю энергию? Досуха! Это хорошо, что я был рядом и немного своей тебе отдал! А если бы меня не было? – разъяренно орал Зак, не замечая ни ошеломленного Танио, при виде этой сцены открывшего от изумления рот, ни напряженно застывшую за его спиной Нату, не сводящую с мага несчастных глаз.

Все-таки правильные она тогда сделала выводы. Когда девушка безразлична, на нее так не орут. И не треплют разъяренно, как собака – чужую кошку, так, что даже голова из стороны в сторону мотается.

– Зак! Я больше так не буду… никогда! Честное слово! – перепуганно лепетала его ученица, уже сто раз пожалевшая, что затеяла этот разговор.

И все ее любопытство проклятое! Убьет ее когда-нибудь Зак за эти расспросы, сам однажды сказал. А у нее только все в жизни складываться начало! И магия, и задание! И красоту хотели сделать… Неужели так и не придется пожить красивой?

Зак наконец выдохся и, поймав прямо-таки кричащие, испуганные Анюсины мысли, враз успокоился. И устыдился. Ну вот с чего он так на нее сорвался из-за какого-то пустяка? Да и вообще какой-то несдержанный стал в последнее время. Наверное, прав Гистон, нужно хорошенько выспаться и взять себя в руки. Сейчас, когда он принял командование группой, от его рассудительности и выдержки будут зависеть жизни людей. И этих, что пойдут с ним, и тех несчастных детей, которых какая-то скотина выкрала у родителей.

– Идем, – строго скомандовал он и, отвернувшись от ученицы, пошел дальше, изо всех сил стараясь шагать размеренно.

Растрепанная Анюся безропотно топала следом, еще не до конца поверив, что буря миновала.

– Нам сюда. – Открыв дверь лаборатории, маг подтолкнул туда внезапно оробевшую Анюсю.

Большая светлая комната сильно изменилась с того времени, как Танио стал учеником. Попрятались по шкафам ступки, реторты и весы. Меньше баночек с ингредиентами осталось на полках. Освободились от пучков трав, корешков, семян и разных котелков и засияли чистотой огромные столы. Теперь на них лежали стопки одежды, связки поясов, шкатулки с застежками, женскими украшениями и заколками для волос, над которыми склонились трое магов, кастующих какие-то заклинания.

Двоих из присутствующих девушка знала очень хорошо. Да и как ей не знать родителей Зака, госпожу комендантшу и Сейдена, здоровенного жизнерадостного мага воды. Третьего, приземистого черноглазого мужчину неопределенного возраста, с усталым лицом и чуть тронутыми сединой волосами, стянутыми на затылке в хвост, видела впервые.

– Вот вам Анюся, – объявил Зак и развернулся, чтобы уйти.

– Подожди, проверь пока вот это… – остановил его Хабер, потом глянул на Анюсю и скомандовал: – А ты иди сюда и садись в это кресло.

– А нельзя сначала посмотреть? – решилась ученица.

– Куда? – не понял Хабер, внимательно изучая невзрачное личико.

– Ну, на этот… на макет? – вспомнила девица умное слово.

– На что? – Глава Совета беспомощно уставился на Зака: «И как он их только понимает?»

– Она имеет в виду, – оторвался от апробации защитных заклинаний Зак, – что ты должен сначала нарисовать то, что собираешься с ней сделать.

– Но я же не художник! – возмутился маг. – Да и зачем тратить время на рисунки, его и так мало!

– А вдруг у тебя получится еще хуже, чем было? – заупрямилась девица.

Хабер изумленно воззрился на нее: «Да что она о себе воображает? Хуже, чем было… точнее, чем уже есть, сделать практически невозможно! Ну, если, конечно, не слепить откровенного урода».

– Кстати, – небрежно бросил, не отрываясь от своего дела Зак, – именно этот маг переделал Танио.

Анюся обреченно вздохнула и опустилась в кресло. Хабер небрежно помахал перед ее носом лоскутком с усыпляющим зельем.

– «Хуже, чем было»! – возмущенно ворчал магистр, начиная поливать бессильно опустившуюся на спинку кресла головку девицы магическим эликсиром. – И как только с тобой Зак справляется?

Глава 7

– Анюся, вернись на место, – укоризненно смотрела на прилипшую к зеркалу девицу Ната.

– Щас, – коротко отозвалась та, продолжая рассматривать свое отражение, почти вплотную притиснув носик к зеркалу.

Нет, когда немного привыкнешь, вроде ничего. А вот сразу… Пусть этот юморист еще спасибо скажет, что у нее магия пока не полностью восстановилась. В прошлый раз молния получилась намного мощнее… Это же додуматься – такое из нее сделать!

– Так нужно для задания! – кричал маг из-под переливающегося розоватыми разводами колпака, который возник над ним, едва Анюся запулила первую молнию. – В труппе должны быть разные девушки, для контраста. В этом вся изюминка!

– Старый извращенец! – разъяренно рычала Анюся, пытаясь вырваться из цепких рук поймавшего ее Зака. – Тебе изюм, а я должна три недели такой ходить!

– Что такое «неделя»? – бессильно хлопнувшись в кресло, озадаченно спросил магистр у ее учителя.

– Семь дней. Они считают свои дни такими периодами, – осторожно отводя Анюсю подальше от зеркала, туманно пояснил Зак.

А как еще это можно объяснить?

– Что за глупость! – фыркнул глава. – Считать десятками намного удобнее.

– Так они и считают десятками – все остальное, – уточнил Зак, осторожно поглаживая ученицу по голове успокаивающими движениями рук, незаметно вплетая небольшое заклинание.

– Ну вот чё ты не дал мне его убить? – несчастно всхлипнула она, понемногу подчиняясь успокаивающей магии.

– Его даже я не могу убить, он очень сильный маг, – мягко пояснил Зак, отпуская Анюсю. – К тому же в ковене строжайше запрещены убийства и вообще нападения друг на друга. Если хочешь стать магом, запомни это хорошенько.

– Ладно, не буду, – вытирая слезы, нехотя согласилась Анюся и внезапно заинтересовалась: – А тебе… хотелось?

– Чего?

– Убить его.

– Было пару раз, – честно повинился Зак.

Каруна хихикнула, Хабер возмущенно фыркнул.

– И чё?

– Во-первых, нельзя. По закону. Во-вторых, по большому счету Хабер – очень неплохой человек. А в-третьих, он – глава Совета магов, и мы все обязаны ему подчиняться.

– У меня тоже так пару раз было, – задумчиво созналась Анюся. – Все говорят: «Хороший человек», – а мне его убить хочется. Чё ты сказал? – встрепенулась она через мгновение. – Чего он голова?

– Совета магов. И не голова, а глава.

– Так чё ж ты мне сразу не сказал! – расстроенно набросилась она на Зака. – Он же меня теперь турнет!

– Что такое «турнет»? – несчастно осведомился со своего места Хабер.

– Выгонит, – кратко перевел Зак.

– Откуда? – удивился Хабер.

– Из магов, – убито пояснила девушка.

– А, – понял глава. – Нет, не выгоню.

– Почему? – задумалась Анюся. – Потому, что надо на задание ехать?

– И это тоже, – кивнул Хабер. – Но в основном потому, что твоя реакция на изменение внешности совершенно стандартна. Все так себя ведут. Вот, например, известный тебе Танио с огромной кочергой на меня бросился.

– Ух ты! – одобрительно хмыкнула ученица. – И чё?

– А ничё, – передразнил ее Хабер. – Когда рассмотрел себя в зеркале, только обрадовался.

– Ну правильно, – вновь расстроилась Анюся. – Он вон какой красавчик получился! А я…

– Ты просто пока не привыкла, – отрезал посерьезневший Хабер. – Все, уводи ученицу, Зак. Работы еще много. И кстати, пускай перво-наперво изучит наши законы. Пока чего-нибудь не натворила. Уровень-то у нее уже на подмастерье тянет!

– Анюся, – голос Наты вернул девушку из задумчивости, – иди уже сюда!

Ученица еще раз окинула взглядом отражающуюся в зеркале шоколадную фигурку, гриву черных, слегка вьющихся волос, точеное личико с глазами лани и направилась к установленному посреди комнаты шесту.

– Это ж додуматься, сделать из белой девушки черномазую! – возмущенно бормотала она себе под нос. – Все негры бы со смеху сдохли. Майкл Джексон наоборот!

– А по-моему, очень красиво, – откликнулась, отбрасывая волосы со вспотевшего лба, рыжеволосая зеленоглазая Дайра, одетая в шортики и короткую тунику.

– Ну да, это же не тебя сделали негрой! – немедля вспылила Анюся. – Пойдем, скажем, пусть нас поменяют!

– Я такая и родилась, – растерялась Дайра, – меня не переделывали.

– А теперь переделают! – с вожделением разглядывала ученица темно-рыжие брови и рыженькие конопушки на белоснежной коже магички. – Рыжего, конечно, многовато, ну да я потерплю!

– Дайра – типичная представительница восточных народов, живущих в Менлисе, – спокойно пояснила Каруна, незаметно вошедшая в комнату, превращенную в танцзал. – Ната вполне сойдет за тордизанку. А тебе дали внешность южной красавицы с Берзийских островов. Эти женщины очень редкие гостьи на нашем континенте, и потому ни у кого не вызовут подозрений твои манеры и вопросы. Твоя новая внешность – лучшая защита для тебя. И потом, это же не навсегда. Неужели тебе не захочется как-нибудь позже, в разговоре, небрежно сказать: «А вот когда я была прекрасной берзийкой…»?

Магиня многозначительно примолкла, давая Анюсе возможность осознать всю важность сказанного, потом с деланым огорчением хлопнула себя по лбу:

– А зачем я к вам шла-то? Вспомнила! Вам пора умыться, переодеться и идти обедать.

«Умеет же Каруна уговаривать, – отметила про себя Ната, провожая взглядом уходящую хозяйку. – Не зря именно ее отправили в Кизард командовать капризными принцессами».

Анюся с новым интересом оглянулась на зеркало, надула яркие губки:

– А я чё, на самом деле такая редкость?

– Еще бы! – с облегчением заверила Дайра. – Берзиек даже на родине никогда не видят без покрывал. Мужики просто с ума сходят от любопытства.

Похоже, принудительный обмен внешностью откладывался.

– Но я же ведь не буду все время ходить в покрывале? – заволновалась Анюся.

– Конечно нет. Только на выступлении, – успокоила Ната. – И то лишь вначале. Для таинственности. А в обычное время ты будешь нашей рекламой. Так сказать, лицом фирмы. Не щиты же нам таскать.

– Какие щиты? – не поняла Дайра.

– Обычные, рекламные, – отмахнулась Ната, наблюдая за движениями Анюси. – Анна, помедленнее и плавно. Это же тебе не брейк. Смотри, вот так…

– А рекламные… они из чего делаются, из металла или из дерева? – попыталась добиться ясности магичка, не сводя глаз со странного танца иномирянок.

– Да хоть из бетона! – дернула шоколадной ногой Анюся. – Главное, чтобы внимание привлекали. Ната, а около шеста ты умеешь?

– Умею, – хмуро буркнула танцовщица. – Только в этом мире это очень опасно. Конечности поотрывают.

– Все равно покажи! Я, конечно, смотрела по видику, но самой не пришлось. Не, вокруг столбика от футбольных ворот мы на физре пробовали, когда училка ушла. Ух, только перепачкались все! А пацаны подсмотрели и нас заложили, нам потом дерек такой прочесон устроил, два часа мозги коптил.

Дайра с широко распахнутыми от ужаса глазами слушала эту жуткую историю, от всей души сопереживая несчастным пришелицам, с которыми в их мире творят такие чудовищные вещи.

Глава 8

– Чё это? – выйдя из портала и памятливо отпрыгнув в сторону, разинула рот Анюся.

– Именно? – вопросом на вопрос ответил Зак, легонько подталкивая ученицу вперед.

– Вон то, – вытянула она палец в сторону ровной зеленой стены, высящейся перед ними.

– Великий лес, – с благоговением выдохнула Дайра.

– Он самый, – подтвердил Танио, невольно касаясь висящего на груди грубого мешочка, скрывшего от посторонних глаз приметный амулет.

Расстаться с дорогим подарком он не пожелал даже на короткое время, как ни уговаривали старшие маги.

Анюся на миг задержала на нем взгляд, вновь приходя в ступор от нового вида принца. Да и Зак с Крисом производили потрясающее впечатление. Нет, лица им на этот раз не меняли, как она ожидала, когда Рика за обедом сказала, что парни на транс… в общем, на переделке.

Зато фигуры у всех стали почти такие, как в том журнале, который девчонки приносили. Правда, Рика объясняла, что это не взаправду, а иллюзия, но Анюся на этот раз ей не поверила. Не такая уж она дурочка, чтобы не отличить иллюзию от настоящего тела. Она специально тихонько Зака по мускулистой руке похлопала, когда о чем-то спрашивала. Иллюзия точно не бывает такой упругой и теплой. Да и рукава рубашки вон как натянулись, чуть не трещат.

– Не останавливайтесь, до ночи нужно еще много пройти, – поторопил свою команду Зак, первым пропуская на вытоптанную тропинку Танио.

– Мы чё, по лесу попремся? – заскучала Анюся.

Ходить по подобным местам, да еще ночью, она просто ненавидела. С тех самых пор, как они всем отрядом заблудились в лесу. Это когда ее мать летом в оздоровительный лагерь пристроила, от дома подальше.

Воспитательница им попалась с топографическим кретинизмом. Всего-то и нужно было пройти по тропке с полкилометра, показать им муравейник-гигант и вернуться назад. Так она решила обратную дорогу для краткости спрямить. Как после оказалось, на свидание спешила. Ну и пошли они напролом. Часа через три, как темнеть начало, младшие девчонки вдруг дружно заревели. Это их пацаны довели своими веселыми россказнями про волков и медведей. И еще про этих… снежных человеков. Ночь они пересидели, забившись под огромную ель. Было колко, холодно, темно и жутко. Зажигалки у пацанов были, конечно, да и у девчонок некоторых. Но воспиталка зажигать костер запретила настрого, боялась она пожаров.

С тех пор Анюся старательно избегала всяких походов в подобные места. А уж когда два с половиной года назад пробродила одна по местному мертвому лесу четверо суток без еды и нормальной обуви, то и вовсе его возненавидела. Особенно после встречи с громадным пауком, едва не сожравшим Танио.

Ученица брела вслед за Заком и раздраженно кривила губы, стараясь не прислушиваться к восторженным оханьям Дайры и Криса, идущих позади нее. Нет, ну чем тут восторгаться? Лес как лес, деревья и кусты, темно и прохладно. Ну, если честно, пока не совсем темно, но значительно темнее, чем в том месте, куда они вышли из портала.

А скоро вообще наступит ночь, и придется идти в полной темноте. Если Зак не сделает светящий шар. Такой, как он показывал ей, когда давал первый урок магии. Зак тогда наскоро научил ученицу нескольким простеньким заклинаниям – чисто на всякий случай. Только в том, что маг сделает им светильник, Анюся сильно сомневалась. Хабер раза три повторил, когда давал им последние напутствия, что магичить нельзя.

В той стране, куда они идут, магов не любят и сразу уничтожают. Да уж, хотела бы она посмотреть, чем таким они сразу уничтожат Зака с Танио. Да и сама Анюся теперь в случае чего без боя не сдастся.

Впереди внезапно посветлело, и раздался какой-то звон. Любопытная Анюся вытягивала шею и вправо и влево, но мощная фигура Зака никак не давала заглянуть вперед.

И вдруг лес расступился, и ученица увидела… их.

Дайра нетерпеливо подтолкнула стоявшую в ступоре Анюсю, но та этого даже не заметила. Широко распахнув изумленные глаза, приоткрыв ротик, она зачарованно смотрела на необычайно хорошеньких хрупких мальчиков, радостно обнимавших присевшего на корточки Танио.

– Это… кто? – Анюсе наконец удалось выдавить волновавший ее вопрос.

– Эльфы, – с благоговением выдохнула Дайра, потеряв всякую надежду обойти застывшую столбом иномирянку и с умильной улыбкой наблюдая за трогательной встречей из-за ее худого плечика.

С другой стороны смотрел вежливый Крис, не решившийся сдвинуть девушек.

А Танио уже выпрямился, и двое малышей куда-то потащили его за руки. Еще двое так же ласково вели Нату.

– А вы чего встали? – буркнул, оглянувшись, чем-то недовольный Зак и отправился следом.

И только теперь Анюся поняла, почему в лесу стало светлее. Когда рассмотрела летевшие над ними маленькие светящиеся шарики.

– Зак, – не в силах терпеть грызущее ее любопытство, взвыла Анюся, – а куда они Танио повели?

– Правило третье: пока мы не в роли лицедеев, ты должна звать меня «учитель», – обернувшись к ученице, сердито сверкнул глазами Зак.

Пожалуй, когда он в таком настроении, лучше вообще ни о чем не спрашивать, сообразила Анюся и опечалилась.

Придется терпеть, пока не остановятся, там можно будет Танио расспросить. Тут Анюся вспомнила Рику, и опять ею восхитилась. Это какую ж нужно силу воли иметь, чтобы досконально не допросить мужа про все мелочи!

А вот интересно, когда он отсюда вернется, расскажет жене про эльфов или нет? Может, она и не знает, что у него такие знакомства имеются? А в том, что они знакомы, Анюся не сомневалась, не такая уж дурочка, чтоб не понять! Вот с ней же они не стали обниматься. Да и с Дайрой тоже…

– Знает она про эльфов, – не оборачиваясь, недовольно пробурчал Зак, сердясь на самого себя за очередной срыв. – Когда мы тут в прошлый раз были, он им одну услугу оказал, они Рике даже подарок передавали. Не показывала?

Нет. Не показывала. Рика вообще старалась особо мужем не хвастаться, хотя и так видно, что все у них замечательно. А вот ей, Анюсе, после того как она поближе познакомилась с Рикой, стало понятно, почему Танио выбрал ее. И дело не в том, что она такая красавица. Этому Анюся теперь не завидует. Досадно другое. Как-то постепенно девушка поняла, что никогда бы не сумела сделать принца таким счастливым. Может, права Ната – когда любишь, нужно думать?

Зак едва не спросил, про что надо думать, но спохватился, что и так снова влез в чужие мысли, несмотря на зарок. Вздохнув, достал из кошеля нужный амулет и надел себе на шею. Так будет честнее.

Шли они долго. Или это Анюсе так показалось от монотонности их движения? Эльфы, встретившие Танио с такой радостью, далеко не пошли, остались стоять у края тропинки, и, проходя мимо них, Анюся опять задохнулась от восторга. Теперь ей больше не хотелось, чтобы эльфы этого мира стали высокими, как люди. Такие, как есть, они ей понравились намного больше. Их хрупкие фигурки выглядели выточенными из драгоценного дерева статуэтками, а волосы струились лучшим шелком. Огромные глаза глядели вслед так лучисто и ласково, что Анюся еще долго оглядывалась, пока стражи не скрылись за поворотом тропинки.

Зато несколько светящихся шариков сопровождали команду до тех пор, пока Анюся не наткнулась на резко остановившегося Зака.

– Пришли, – буркнул маг, раздвигая густые ветви, и перед уставшей Анюсей предстало странное помещение.

Нет, это она только вначале так подумала, будто помещение. Потом поняла: это просто дерево, но необыкновенное. Гибкие ветви широкой кроны невероятно густы и опускаются так низко, что их концы лежат на земле, создавая непроницаемые для ветра и холода стены просторного шатра. Прямо перед вошедшими стоял маленький, сплетенный из прутиков столик, на нем лежала какая-то еда. Рядом виднелись такие же маленькие скамеечки. По обе стороны от этой игрушечной столовой были отгорожены тонкими плетеными циновками проходы к постелям.

Только эльфов не было, ни одного. Анюся успокоилась лишь тогда, когда ей объяснили, что обычно эльфы рано ложатся спать, зато рано и встают.

– Дайра, вы – налево, – скомандовал Зак, ставя магичку этим распоряжением старшей над девичьей половиной команды.

Слева обнаружились четыре низенькие плетеные лежанки, накрытые пышными белоснежными тюфяками. Поверх лежали такие же одеяла. За лежанками циновкой отгорожено место для умывания.

Девушки уже ушли ужинать, а Анюся, забыв про усталость, восторженно рассматривала эльфийское жилище, ахая над каждым предметом, от грубых циновок на полу до светящегося мха в плошке, подвешенной на ветку.

– Анна! Морской закон! – устав ждать, окликнула ее Ната странной для остальных фразой.

– Чё сразу «морской закон»! – обиженно заныла ученица, немедленно выныривая из-под циновки.

Но, заметив, что Крис тоже замешкался и она еще не последняя, ловко шлепнулась на скамеечку.

В этот момент из правой спальни появился умытый Крис и сел на свое место, поправляя ворот свежей рубашки.

– Крис! – Ликующе улыбаясь, уставилась на него черными миндалевидными глазищами Анюся и махнула длинными ресницами. – Морской закон!

Парень непонимающе вскинул глаза на шоколадное личико, пару мгновений его сосредоточенно разглядывал и неожиданно начал густо краснеть.

Дайра и Ната удивленно переглянулись и вдруг захихикали. Сначала тихонько, потом все громче. Они давились смехом, пытались запить его соком, зажимали руками рты – все впустую.

Анюся, не обращая на них внимания, заинтересованно совала шоколадный носик во все мисочки и горшочки, расставленные по столу.

– Лицо фирмы! – вскакивая из-за столика, простонала Дайра и метнулась на свою половину, чтобы упасть на лежанку и хохотать до изнеможения.

– Из бетона! – едва не рыдала от смеха ввалившаяся следом Ната.

– А я предупреждал, – желчно фыркнул Зак, яростно кусая принесенный с собой мясной пирог.

– Чё? – перестав жевать, озадаченно оглянулась вслед сбежавшим напарницам Анюся и вопросительно уставилась на несчастного Криса, пытающегося что-то съесть, низко опустив пылающее лицо.

– Это чё? Это я?!

Крис вскочил и, раздвинув руками ветви, бросился прочь из-под дерева.

– А чё он сбежал? Морской же закон, – забеспокоилась Анюся, вовсе не думая убирать со стола за этим странным магом.

– Иди спать! – сквозь зубы рыкнул Зак, и она, испуганно махнув крыльями ресниц, резво ретировалась за занавеску, прихватив с собой мисочку с засахаренными орешками.

– Вот вернусь – я этому Хаберу… за его изюм!.. – порыкивал Зак, расправляясь с очередным пирогом, как со злейшим врагом.

Танио, увлеченно размышлявший за едой о встрече с эльфами, пропустил начало истории и потому ничего из происшедшего не понял. Но спрашивать разъяренного Зака не захотел и, решив отложить разговор на утро, пошел спать.

– Ну и где его теперь искать? – продолжал злиться Зак, оставшись за столом один. – Ох, великие боги! А ведь это только первый день…

Глава 9

Анюсе приснились хрустальные колокольчики, летавшие вокруг ее головы и вызванивающие странные слова.

Розовый: «Дзинь!» Фиолетовый: «Дзинь!» Золотистый: «Дзинь!» Оранжевый: «Дзинь-дзинь!»

Звон не прекращался, и Анюся поняла, что уже не спит. Сладко потянулась под пушистым одеялом и открыла глаза.

– Проснулась! – звякнул колокольчик.

– Черненькая! – ахнул второй.

Анюся повернула голову и вытаращила глаза. На свободной лежанке стайкой, как птички, расселись давешние мальчики и рассматривали ее во все глаза.

– Оранжевая, – с осуждением глядя на нее, заявил третий.

– Немного сиреневая? – неуверенно вздохнул первый.

– Кто оранжевый? – оглядываясь на торчащие из-под одеяла рыжие локоны Дайры, спросила Анюся.

– Ты, – обвиняюще заявил светловолосый эльф.

– А ты не путаешь? – усомнилась Анюся, поглядев для проверки на свои руки. – Я черная. Но в душе – белая.

– В душе ты больная, – печально покачал головой эльф с деревянной заколкой в густых волосах. – А вокруг – оранжевая.

– Почему? – не поняла девушка.

– Ты маг?

– Нет. Я только ученица.

– Любишь огонь? – подозрительно уставился эльф.

– Ну да. Я буду магом огня.

– Тебе сюда нельзя! – сердито заключил эльф.

– Почему? – вытаращила Анюся черные глазищи.

– Ты сделаешь костер.

– Почему обязательно я? Вон Зак уже магистр огня, – обиделась ученица.

– Он обещал не делать.

– Так и я могу пообещать! – чуть не плакала девушка.

Да что же это такое! Как только ей кто-то по-настоящему понравится, так сразу начинает ее обвинять во всех грехах. И объяснять, какая она глупая и недостойная.

– Пообещать можешь, – грустно сказал первый эльф.

– Потом забудешь, – сердито махнул волосами второй.

– Господа эльфы! – садясь на постели, вежливо позвала Ната, уже давно слушавшая этот разговор.

– Розовая! – бросились к ней оживившиеся эльфы.

– Птица! – прозвенел первый, мечтательно подняв глаза вверх.

– Красиво! – подтвердил второй.

– Я хотела попросить, – вежливо, но твердо перебила Наташа.

– Проси! – счастливо заулыбались эльфы. – Тебе сделаем.

У Анюси от такой дискриминации даже слезы в прекрасных глазах закипели: как ее – так выгоняют, а как Наташе – проси чего желаешь!

– Я за нее, – показала Ната на ученицу, с головой укрывшуюся одеялом. – Ей нужно поверить. И помочь. Она не злая, просто немножко упрямая. Как глупый ежонок: его из воды достают, а он уколоть норовит.

Зак, уже с подзвонок слушавший эльфов из столовой, скривился, как от зубной боли. Интересно, с чего это иномирянка сегодня добренькой решила прикинуться?

– Надо спросить… – неуверенно начал эльф с заколкой.

– …королеву, – закончил другой.

– Вы, пожалуйста, сходите и спросите, а мы пока переоденемся, – вежливо выставила эльфов Наташа и позвала магичку: – Дайра, вставать пора! Анюся, и тебя касается!

– Я злая! – не поднимая одеяла, буркнула ученица.

– Это не страшно, – хмыкнула Ната, заправляя постель. – Хуже будет, если поднимать тебя придет злой Зак.

Зак, уже почти открывший рот, чтобы рявкнуть из столовой на упрямую ученицу, даже задохнулся от возмущения. Она его еще и злым обзывать осмеливается?

– А чё это ты меня глупым ежиком обругала? – откинув одеяло, решила выяснить отношения Анюся.

– Это не ругань, – спокойно пояснила Ната, заплетая волосы.

За те полгода, что она провела в Кизарде, ее прическа из короткой стрижки типа «горшок», какую носило в Тордизании большинство мужчин, превратилась в густые локоны ниже плеч. Однако Хаберу они показались коротковаты для той роли, что предстояло сыграть девушке в Векридии, и он уговорил Нату удлинить волосы. Правда, вначале предлагал еще и сделать их белокурыми, но от этого иномирянка отказалась с такой яростью, что настаивать маг просто не решился.

– А что ж тогда? – воинственно насупилась Анюся.

Уж ругань-то она за километр опознает.

– Психологический прием для лучшего убеждения, – сделав умное лицо, важно объяснила Ната и, хихикнув, протянула Анюсе руку: – Вставай!

– Встаю, – согласилась моментально оттаявшая девица и, ухватившись за предложенную руку, вылетела из постели. – А хорошо тут, правда? Еще лето, цветочки. А у нас в Кизарде… уже снег один раз шел.

– «У нас в Кизарде»! – усмехнулась Ната. – Не забывай, ты туда больше не вернешься. Ну, все готовы? Идем завтракать, а то я уже полчаса слышу, как там кто-то усиленно уничтожает продукты.

Зак от такого заявления едва не подавился очередным куском огромного сочного фрукта, принесенного эльфами на завтрак.

«Да что она себе позволяет! Нет, придется быть с ними построже. Иначе мы и до границы не дойдем».

Циновка поднялась, и девушки весело ворвались в столовую.

– Это не кто-то, – разочарованно протянула Анюся. – Это…

Ната предупреждающе ткнула ее в бок.

– …господин учитель. – Сегодня ученица была на редкость сообразительна.

– Доброе утро! – вежливо прощебетали девицы и заняли свои места.

– Доброе утро, – процедил Зак, вовсе так не считавший.

– Привет, – хмуро буркнул заспанный Танио, с размаху плюхаясь на затрещавшую скамеечку.

Он взмахнул руками, пытаясь удержаться, и как-то странно беззвучно захлопал ртом. Скамеечка все же выдержала, но принц предусмотрительно пересел на другую. От греха подальше.

– Ну и мебель здесь! – подтягивая к себе еду, наконец-то выговорил он.

– Зато заклинание хорошее, – немедля отозвался Зак.

– Угу, – согласился принц, оглядел насторожившихся девушек повеселевшим взглядом и заметил отсутствие одного члена команды.

– А Крис что, спит?

– Уже поел и пошел гулять. Доедайте поскорее, пора выходить! – сухо буркнул Зак и отправился собирать вещи.

– А что вчера такое с Крисом было? – вспомнив вечер, поинтересовался у девушек Танио. – Он что, на кого-то обиделся?

Все трое так дружно замотали головой и сделали такие невинные глаза, что Танио сразу понял, кто обидел вежливого и спокойного мага воды и превращения, единственной слабостью которого была любовь к танцам. За которую Хабер и выбрал Криса для этого задания.

Спустя несколько подзвонков команда уже дружно шагала по тропинке вглубь леса, наслаждаясь свежим воздухом, запахом поздних роз и птичьим пением. Анюся беспрестанно вертела головой и, если замечала в глубине ветвей плетеную лесенку или мостик, приходила в такой восторг, что Заку приходилось ее охлаждать. Одним словом – «Анна», но сказанным так, как умел только он.

Однако до места, намеченного для обеденного привала, дошли вовремя. На небольшой полянке уже были накрыты столики, и суетились не только эльфы, но и эльфийки.

Зак сразу заметил стоящий на пригорке высокий стул и еле заметно поморщился. Королева эльфов была, конечно, замечательной особой, но совершенно не умела ценить время. Да и незачем ей это, при ее-то образе жизни.

Королева появилась, едва они сели обедать, и приветствовала их короткой речью о том, как она рада видеть представителя племени и его друзей.

– Кто такой «представитель племени»? – немедля задала вопрос Анюся, с восхищением прослушав звонкую речь королевы.

– Я, – признался сидевший рядом Танио. – У меня с ними схожая магия, вот они и выбрали.

– Воздуха? – изумилась Анюся.

Помнится, Зак говорил про что-то другое.

– Нет, очарования. – И, посмотрев в черные глаза, ставшие от изумления почти круглыми, объяснил: – У меня способность к трем видам магии: очарования, воздуха и лечения. Сейчас я учусь воздуху, когда вернемся, Хабер обещал повысить меня до мастера.

– А почему у меня только одна способность? – немедленно расстроилась ученица, вспомнив, что даже у Наты их оказалось две.

«Вот уж если не везет, то во всем!»

– Да кто тебе такое сказал? – удивился Танио. – Я сам слышал, как Хабер говорил, что у тебя есть сиреневая полоска. Правда, пока тонкая, но нужно же развивать.

– Что такое «сиреневая полоска»? – с замиранием сердца прошептала Анюся.

– Иллюзия, – спокойно ответила Дайра.

– А ты откуда знаешь?

– У меня у самой треть ауры сиреневая! – фыркнула магичка. – Как же мне не знать, мы же парадные мантии по цвету ауры шьем.

– Через ползвона выходим. Кто не успеет поесть, пусть пеняет на себя, – не глядя на разговаривающих соратников, холодно объявил Зак.

«Что-то уж слишком он крут, – подивился Танио, принимаясь за еду. – Мы же все-таки маги, а не солдаты. Да в нашем государстве и солдат без толку не дергают. Когда человек воюет по убеждению, а не по приказу, от него пользы неизмеримо больше».

Королева, что-то обсуждавшая все это время с несколькими старшими эльфами, подняла руку, требуя внимания.

– Тебя зовут! – прозвенело у Анюси за спиной, и маленькая ладошка требовательно потеребила девушку за плечо.

– А? Куда? – не поняла ученица.

– К королеве, – шепнул Танио.

– Чё?

– Да побыстрее! – Принц уже выталкивал ее из-за стола.

Анюся поднялась и недоверчиво оглянулась. Все на полянке смотрели на нее. От волнения во рту у девушки пересохло, колени слегка дрожали. Сама королева эльфов хочет с ней поговорить!

Не глядя под ноги, девушка осторожно приблизилась к высокому стульчику.

– Садись, – указала королева на маленькую скамеечку, и Анюся покорно села.

Стоявшие возле королевы седые эльфы строго разглядывали девушку, но молчали, даже губы поджали. Королева тоже окинула Анюсю внимательным взглядом и обернулась к старейшинам.

– Дать? – прозвенел вопрос.

– Дать, – помедлив, ответил один.

– Не обидит? – с сомнением протянул второй.

– Не злая, – неуверенно определил третий. Еще немного подумал и сказал: – Дать.

– Не добрая, – с сомнением сказал второй.

– Научится, – твердо постановил четвертый. – Дать.

Королева кивнула, и тотчас из-за кустов принесли ящичек.

– Птица попросила, – сказала королева, ласково глянув в сторону Наты. – Мы поможем. Это тебе. Не понравится – не бери.

Молодой эльф протянул Анюсе ящичек.

– Это чё? Это мне? – недоверчиво уставилась девушка на королеву, пытаясь угадать, не шутят ли над ней.

Но по серьезным лицам очаровательного народца поняла: не шутят. Мигом вскочила со скамеечки и с замирающим сердцем приняла в руки неожиданно легкий подарок.

– Спасибо… – начала было благодарить, но настойчивое подергивание за рукав остановило.

– Посмотри! – с ожиданием взирали на нее прелестные хозяева.

Анюся осторожно открыла крышечку и счастливо охнула. Из ящичка на нее смотрели грустные глаза маленького зверька.

– Какой хорошенький! – Анюся бесстрашно сунула руку в ящик и погладила малыша. – Спасибо! – подняла на королеву светящиеся счастьем глаза. – Мне очень нравится!

Да и не мог он ей не понравиться, даже если бы не был таким хорошеньким. Только за то, что он – ее личный, собственный зверек, его стоило любить.

У Анюси никогда в жизни не было своего зверька. Нет, конечно, и она, как все дети, принесла как-то домой беспризорного котенка. Анюся очень хорошо его помнит, черненького с белым воротничком. «Что это за гадость? – спросила мать. – Нам только блох и глистов не хватает!» Брезгливо взяла котенка салфеткой и понесла. Анюся вначале надеялась – искупает, у подружки кота купали. Но мать подошла к окну, открыла створку и выбросила котенка на улицу вместе с салфеткой. «Не хнычь, ничего с ним не случится! Всего третий этаж. Кошки и с десятого падают и не убиваются. Иди лучше руки хорошенько вымой! С мылом». Больше Анюся таких опытов не устраивала…

Она осторожно прошла на свое место, поставила ящичек перед собой и вдруг тревожно оглянулась на королеву:

– А что он ест?

– Все, – неожиданно светло улыбнулась эльфийка.

Анюся выбрала самый красивый ломтик сочной груши и протянула зверьку.

Он сел на задние лапки и, взяв еду передними, очень похожими на ручки, начал с аппетитом есть. У девушки от умиления даже слезы выступили.

«А я ей всё брошки покупал, – с неожиданной досадой вспомнил Зак, следя за растроганным шоколадным личиком. – А нужно было всего-то щенка! Или котенка…»

Глава 10

Когда команда наконец добралась до места ночевки, было глубоко за полночь.

Чем ближе они подходили к западной границе леса, тем все невзрачнее и ниже становились деревья, да и встречались они все реже. И эльфийские посты попадались им на пути не так часто, как прежде.

А этот вообще был последним. Через лигу закончатся и кусты, начнутся земли Тумастана. Холмистая, безлесная степь, лишь весной покрывающаяся пышным ковром буйно цветущих трав. К середине лета всю траву выедают многочисленные стада, пригоняемые сюда кочевниками, а остатки выжигает безжалостное солнце. Дальше на запад до самого океана тянется бесплодная, серая, как пепел, пустыня.

В этот раз стол для них был накрыт на крошечной полянке среди густых кустов.

– Утром выходим на дорогу. Это нужно сделать затемно, чтоб никто не увидел, откуда мы вышли, – объявил Зак за ужином. – Поэтому подниму очень рано.

Ответом ему было дружное молчание, нарушаемое лишь хрустом орехов да стуком ложек. Поужинав, все молча разбрелись по спальням.

Эльфы приготовили для команды два шалаша, спрятанных в кустах по обе стороны полянки. Парни по традиции устроились в правом. Танио, рухнув на мягкий тюфяк, уже почти заснул, когда Крис, не проронивший за день ни слова, вдруг тихонько спросил:

– Зак, а что такое «морской закон»?

– Глупая игра иномирян, – зевнув, пробормотал Зак. – Кто последний придет к столу, тому и убирать грязную посуду. Нужно только сказать опоздавшему: «Морской закон!»

Но спустя несколько мгновений командир вдруг заинтересовался:

– А ты что подумал?

– Вы смеяться будете! – вздыхая, несчастно прошептал маг.

– Нет.

– У меня дядя – моряк. Он рассказывал: когда на корабль попадает женщина, по морскому правилу она сама выбирает… ну, дружка. – Крис снова тяжело вздохнул.

Зак представил себе, что испытал вчера маг, получив при всех такое смелое, как он считал, предложение… и едва не хихикнул. Вовремя спохватился.

– А что ж ты молчал? – неожиданно подал голос Танио. – Надо было спросить, что она имеет в виду.

– Я растерялся. Не поверил. Потом девушки засмеялись, понял – это шутка. Она такая необыкновенная. Разве она меня выберет? – еще горше вздохнул Крис и завернулся в одеяло.

Танио изумленно присвистнул. А их капризная Анюся, похоже, поднимается в цене! Надо же, как много значит для людей яркая оболочка.

– Ну, Хабер… Похоже, дорого мне обойдется твоя тяга к изюму! – сердито шипел Зак, устраиваясь поудобнее.

Проснулась Ната внезапно, словно волной выброшенная из теплого омута сна на холодный берег. Что-то такое произошло, явно скверное, что помешало ей понежиться несколько лишних минут. Она прислушалась и резко села, откинув одеяло. Рядом кто-то горько плакал. Ната потянула за шнурок, поднимая вверх колпачок со светящейся склянки, наполненной особым мхом, и обернулась на плач. Над раскрытым ящичком со зверьком, которого Анюся назвала очень оригинально, Пушком, сидела его хозяйка и безутешно рыдала.

– Анюся! – бросилась к ней Ната. – Что случилось?

– Пушок… У-у-у! Заболел! У-у-у!

Ната заглянула в ящичек. Зверек лежал на боку на мягкой подстилке из сухой травы, не шевелясь и ни на что не реагируя. Его большие глаза были полузакрыты, крошечный ротик приоткрыт. Похоже, он действительно заболел.

– Анюся! Подожди, не плачь. Может, он так спит?

– Не-эт! Он вчера немножко днем спал, по-другому! У-у-у!

– А может, съел что-то не то?

– Она же сказала – можно все-о-о!

– А что она еще сказала? – на всякий случай уточнила Ната, хотя и сама отлично помнила: ничего особого эльфы больше не говорили.

– Что у вас случилось? – зевая, приплелась Дайра, завернутая в пушистое одеяло.

– Анюсин Пушок заболел. Ты не знаешь, что это за зверек? Как они живут, чем питаются, когда спят? – попыталась выяснить Наташа.

– Нет, не знаю. У нас такие не водятся. – Дайра наклонилась к зверьку. – Но, судя по глазам, он, скорее всего, ночной.

– Что такое «ночной»? – на миг перестала рыдать Анюся.

– Вы в школе разве не учили? – удивилась Ната.

– У нас учителка в декрет ушла. А заменяла русичка. Она нам весь год про Маугли читала, – выдала Анюся и снова зарыдала.

– А может, у эльфов спросить? – предложила Дайра. – Они-то должны знать, как с ним обращаться!

Ната немедленно натянула штаны и курточку и вылетела на полянку.

Эльфы сидели за столом и спокойно завтракали.

– Птица! – обрадовались они, завидев Нату. – Идем кушать!

– Помогите, пожалуйста! – бросилась к ним девушка. – У Анюси Пушок заболел!

Эльфы погрустнели.

– Не добрая! – вздохнул один.

– Не любит, – кивнул другой.

– Себя любит! – осуждающе поджал губы третий.

– Не думает! – поддержал его первый.

– Вы это про что? – растерялась Наташа. – Она его очень любит. Весь вечер только о нем и говорила!

– Не о нем, – покачал головой первый.

– О себе, – сердито подтвердил второй.

– Неужели нельзя ничем помочь? – расстроилась Ната.

– Нет, – еще печальнее вздохнул третий.

– Почему? Может, ему дать лекарство или другую еду? – Девушка умоляюще смотрела на эльфов.

– Ютона – проверка, – попытался объяснить эльф.

– Не живет в ящике! – подхватил второй.

– Любишь – отпусти! – кивнул третий.

– Но почему вы ей не объяснили? – чувствуя, как на глазах закипают злые слезы, выдавила Ната.

– Добрые спрашивают! – категорично отрезал эльф.

– Надо учиться! – поддержал его второй.

– Но пока она научится, зверек умрет! – в отчаянии взмахнула руками девушка.

– Да, – печально подтвердили эльфы.

– Неужели действительно нельзя помочь? – Танио вопросительно посмотрел на друга.

Маг, стоя рядом с ним в кустах, мрачно наблюдал за этой сценой.

– Не знаю, – нехотя буркнул он.

Зак действительно ничего не знал про этих зверей, да и знать не хотел. Пойти сейчас к Анюсе и посмотреть, что с ее игрушкой, было бы самым правильным с точки зрения любого мага. Все же она его ученица, и он должен ей помогать.

Но с другой стороны, это будет выглядеть как одолжение Наташе, а для нее Зак ничего не хотел делать. Кроме того, что обязан по заданию. Она была опасностью, он понял это сразу, едва увидел ее в первый раз, и чем добрее и душевнее были ее поступки, тем опаснее становилась она сама.

Заку всегда нравилось заранее просчитывать все жизненные обстоятельства и делать выбор по своему усмотрению. Он во всех ситуациях старался оставаться хозяином положения. И всегда контролировал свои чувства.

И вдруг в один миг все его привычки и правила затрещали по швам. Стоило ему увидеть на сцене эту гибкую танцовщицу-иномирянку, как в душе что-то перевернулось. А когда маг внезапно понял, что стоит ей махнуть – и он немедля полезет на стол, как самый дикий южанин, то даже растерялся. Но лишь на короткий миг. Сразу же разозлился и взял эмоции под контроль. А вернувшись с задания и по привычке проанализировав все свои действия шаг за шагом, твердо решил на всякий случай держаться от иномирянки подальше. Не нужны ему лишние проблемы. Потому-то так и сопротивлялся решению Хабера включить Нату в группу.

– Зак! – Танио укоризненно смотрел другу в глаза.

– Пойдем, – не выдержав этого взгляда, безнадежно вздохнул тот и шагнул на полянку.

Зять шагнул следом.

– Танио! – кинулась к принцу мимо Зака иномирянка. – Помоги!

Зак дернулся, как от удара. Оглянулся: никто не заметил? Хвала богам, никто! Все на Нату смотрят, как она рыдает в плечо принца. Ну и почему это так его задело? Ведь он сам не хотел, чтобы Ната к нему обращалась. Значит, должен чувствовать гордость за правильно выбранную тактику. А вместо этого…

– Что-нибудь можно сделать? – бережно поддерживая девушку, шагнул к эльфам Тан.

– Нет, – грустно посмотрел первый. – Поздно!

– Пойдем. – Зак решительно шагнул в шатер к девушкам.

Танио, усадив Нату за стол, поспешил за ним.

Анюся, обессилевшая от слез, лежала на одеяле и только тоненько поскуливала, прижав к себе обмякшее тельце.

– Дай его мне, – потребовал маг, забирая зверька.

Положил малыша на постель, накрыл руками, опустил веки, прислушался. Крошечное сердечко билось еле-еле, через долгие промежутки.

– Что с ним, Зак? – осторожно спросил, опускаясь рядом, Танио.

– Нет жизненной энергии, – вздохнул маг и снял с руки простенький перстень, служивший ему в этот раз амулетом, скрывающим ауру.

Если не снять, сгорит за подзвонок. Танио понимающе хмыкнул и расстегнул на волосах заколку.

Положил руки на плечо другу, кивнул.

Зак, закрыв глаза, начал понемногу прокачивать энергию через умирающего зверька. Расправил листочки легких, толкнул сердечко. Погнал по опавшим сосудам кровь. Добавил тепла в мышцы. Тратил энергию не жалея, чувствуя мощный поток, идущий от Тана. И остановился лишь тогда, когда зверек зашевелился, становясь вновь теплым и упругим.

– Зак! – От счастья Анюся не могла говорить, лишь тянула к животному руки.

Маг вздохнул, глядя, как она нежно прижимает к себе зверюшку, и вернул кольцо на палец.

– Идем, – поднимаясь, подал ученице руку. – Поговорим с эльфами.

Анюся попыталась подтянуть к себе ящичек, но Танио настойчиво его придержал:

– Не нужно зверька в ящик.

Девушка вскинула на него удивленный взор огромных черных глаз в мокрых стрелках ресниц, но спорить не стала.

На полянке Зак остановился перед эльфами и, дождавшись, пока к нему присоединятся остальные, спросил:

– Скажите, уважаемые, как называется этот зверек?

– Ютона.

– Где живут такие зверьки?

– На дереве.

– Их можно держать в ящике?

– Нет.

Зак оглянулся на Анюсю и развел руками.

– Продолжим. Если ютону унести из леса, она будет жить?

– Нет! – несчастно признался эльф.

Анюся ахнула.

– Королева дала девушке ютону, чтобы унести из леса?

– Нет!

– Значит, для проверки?

– Да, – совсем смутился эльф.

– В чем заключалась проверка?

– Спросить.

– Прежде чем взять зверька, Анюся должна была спросить, будет ли он жить в неволе?

– Да, – подтвердил эльф.

По лицу девушки потоком потекли слезы.

– А если она его сразу полюбила?

– Любишь – отпусти, – качнул головой эльф.

– А если не может отпустить?

– Любит себя! – сердито отрезал эльф, махнул рукой друзьям, и те исчезли в кустах.

– Вот так, – подытожил Зак в ответ на просящий взгляд Анюси. – Сейчас мы его вылечили, но это ненадолго. А пользоваться магией за пределами леса нам нельзя. Нам, конечно, и здесь было нельзя, но выплеск энергии в великом лесу можно свалить на загадочных эльфов. Я все сказал. Дальше решай сама.

Анюся умоляюще поглядела поочередно на всех спутников. Потом села прямо на вытоптанную тропинку и горько заплакала.

– Анюся, – опустилась рядом с ней Наташа и прижала девушку к себе. – Не плачь! Пушок ведь живой!

– Они злые! – прорыдала ученица.

– Нет, – вступился за эльфов Танио. – Они не злые. Они мудрые! Они тебе дали урок любви и доброты. Сейчас тебе обидно, но позже ты поймешь.

– Отстань от меня! – ожесточенно крикнула девица и зарыдала еще громче.

Зак с досадой фыркнул и отправился складывать дорожную заплечную суму. Аппетит был испорчен окончательно.

Когда через четверть звона, наспех перекусив и забрав вещи, команда собралась на полянке, Анюси там не было.

– Где? – спросил Танио, и все поняли, про кого он.

– Там, – кивком указала в сторону леса Наташа.

– Может, сходить? – шагнул на тропку Крис, но Зак, специально снявший амулет, чтобы проследить за ученицей, придержал мага за руку:

– Сейчас придет.

Анюся появилась на тропе через подзвонок. Опустив голову, шла тяжело, как после болезни. Танио даже показалось, что девушка ничего вокруг не замечает. Однако когда Анюся направилась к шалашу за вещами и Ната тихо сообщила, что уже все взяла, она подняла на миг припухшие глаза, в которых плескалась тоска, и согласно кивнула.

Танио вопросительно глянул на Зака и, получив утвердительный кивок, первым шагнул на тропинку.

Шли в тягостном молчании и, только встретив патруль, немного оживились. Зак скомандовал передышку. Все столпились возле очаровательных малышей, желая попрощаться с прекрасным народом и высказать благодарность за гостеприимство. И лишь Анюся, словно не заметив так полюбившихся ей эльфов, прошла мимо, не поднимая от тропинки взгляда.

Глава 11

Присутствие в степи людей и лошадей Зак почувствовал, еще находясь в лесу, и, остановив отряд, вышел вперед. Осторожно раздвинул колючие ветки, бдительно вгляделся в путников, расположившихся вокруг подернутых сизым пеплом угасающих угольков. Узнал в сидящей на земле огромной беловолосой фигуре Болафа и рядом с ним – Гистона на неизменном стуле.

Затем, обернувшись, махнул Тану. Принц понимающе кивнул и поднял отряд.

Пока они выбирались из кустов, Зак успел поздороваться с магом, похлопать по плечу еще немного смущающегося после «поминок» Болафа и заметить завернутого в плащ человека, мирно спящего на расстеленной попоне.

«Кто это?» – взглядом спросил командир отряда у Гистона, но тот лишь хитро усмехнулся: «Увидишь».

Зак только пожал плечами: «Не хочешь говорить – не надо. Сам узнаю», – и скользнул сознанием в сонные мысли незнакомца. Однако наткнулся на преграду. Мощную такую преграду, и что интересно, очень знакомую. Точно такая стоит у Наты и еще у…

– Камил!

– Ната! – обнял иномирянку тумастанский принц.

«Вот только его мне до полного счастья и не хватало!» – в бессильной ярости скрипнул зубами маг, старательно растягивая губы в приветливой улыбке.

– Танио! – Отпустив девушку, Камил принялся хлопать несостоявшегося рабовладельца по плечам.

– Что здесь делает наследный принц Тумастана? – когда все наконец наобнимались и уселись перекусить перед дорогой, справился Зак, уведя Гистона подальше.

Погулять без свидетелей.

– Ну, что делает, ты и сам понимаешь: будет изображать четвертого танцора. И, кстати, подучит вас, у него опыт в организации этих дел немалый. А насчет «принца» не все так просто. У шейха, пока что правящего Тумастаном, таких сыновей еще пятнадцать человек, от шести законных жен. И не считано – от наложниц. Мы делаем все возможное, чтобы помочь взойти на престол именно Камилу, но это нелегкая задача. Все жены, кроме матери известного тебе Гасана, у которой больше нет сыновей, а только дочери, плетут интриги и заговоры. В ход идут даже запрещенные методы: недавно один из претендентов едва не умер от яда. Но с недавних пор во дворце живет под чужой личиной наш маг, он спас этого принца, и теперь на трех претендентов стало меньше: его мать в благодарность отказалась от борьбы за престол для него и еще для двоих сыновей в пользу Камила. После того покушения мы поселили во дворце вместо Камила своего человека под его личиной. И, разумеется, с хорошей защитой. Он уединился в дальних покоях, чтобы в тишине изучить написанные древними мудрецами труды о богах, а Камил пока свободен.

– А если его узнают?

– Кто?

– Мало ли, каких только случайностей не бывает!

– На этот случай ему дали амулет. Он его снял, чтобы поздороваться с вами.

– Ну, раз так… А что там в Ландии новенького?

– Наши маги ведут переговоры, но противник оказался хитрее, чем можно было предположить по первому посланию. Переговоры ведутся только письменно. Наши послания писец векридцев копирует в домике лесника, куда их может приносить только специально выбранный ими человек. Он держит свиток, а писец в присутствии наблюдающего офицера и кучи солдат переписывает текст, не дотрагиваясь до послания руками. Потом отдает гонцу, тот относит копию в следующий дом, уже на их стороне, и все повторяется. Пока письмо дойдет до советника королевы, его перепишут девять раз. А королеве советник пересказывает послание по памяти. Мы пробовали вешать сторожку, она потерялась после шестой копии.

– Но что им нужно, уже выяснилось?

– Очень приблизительно. Однако маги просчитали варианты и думают, что Векридия желает получить в собственность Вампирию и прилегающие к ней территории. Чтобы посадить там герцогом своего человека. Возможно, последнего фаворита королевы. Но это не окончательное мнение. А с нас они требуют подписания договора о невмешательстве, иначе детям…

– Где они содержатся, установили?

– Где-то в королевском дворце. Мы через аганских купцов подкупили нескольких солдат из охраны, но выяснить точнее не смогли. Ты же знаешь историю!

Да, историю Зак знал: дворец, доставшийся в наследство первому правителю Векридии, был до этого главной резиденцией короля Векриландии. Он строился на скале, лет за триста до раздела страны, как неприступная крепость. И имел несколько разветвленных тайных ходов и уйму ловушек. В течение последующих веков дворец перестраивался множество раз, и каждый раз добавлялись башни, тайные комнаты и подземелья.

Поэтому выяснить, где содержатся дети, без надежного информатора было практически невозможно.

– Что еще у вас нового?

– Король Ландии подписал договор с ковеном. Если нам удастся спасти его детей, в ландском дворце будет придворный маг, а в каждом крупном городе – его помощники. Пока же только отменен закон об уничтожении детей с магическими способностями. Наши маги вылечили его величество от застарелой подагры, и от радости он подписал указ. Ну и еще разное, по мелочи… Кстати, а что такое с твоей ученицей? Она даже не поздоровалась! Да и выглядит как-то болезненно.

– Вот и я о том… Может, тебе ее забрать?

– А что случилось? – Гистон пытливо уставился на Зака.

Зак тяжело вздохнул и начал рассказывать. Когда он договорил, магистр несколько подзвонков молчал и наконец решил:

– Забирать я ее не буду. Здесь, рядом с вами, она быстрее придет в себя. А вы ей в душу пока особо не лезьте. Пусть успокоится. Но и без присмотра не оставляйте. А я постараюсь что-нибудь придумать. Ну, пока все. Тебе и Тану привет от родителей и Рики. Кстати, мать просила тебя присматривать за ее ученицей. Она в суете совсем забыла.

– За кем?! – свирепо глянул Зак. – За какой еще ученицей?

– За Талой. Она ее выбрала в ученицы, ты не знал?

Да если бы он знал, разве взялся бы за это задание? Да он бы костьми лег, но не позволил матери брать эту танцорку в ученицы! И никогда бы не согласился идти с ней на задание! И вообще, заберите ее отсюда, не пойдет он с ней дальше! От возмущения Зак едва не рычал.

– Понятно, – задумчиво рассматривая взбешенного мага, усмехнулся Гистон. – А я гадаю, с чего это Каруна такой забывчивой стала? Вроде никогда не страдала… Но ты успокойся, не горячись, возвращаться никому из вас нельзя, поздно. Те купцы, что солдат подкупили, уже рассказывают в столице о вашей труппе настоящие легенды!

– Ну, спасибо за поддержку! – ядовито буркнул Зак.

– Вещи все в повозке. Там и потайные ящики – на крайний случай, если не удастся открыть портал. Если сможешь открыть, уходи в Ландию. У тебя есть там надежная привязка?

– Та комната, где мы ночевали. А еще возле ущелья, где ты строил портал.

– Идите к ущелью. Там сейчас никого нет. Портал открыли в городе и в столице. В крайнем случае сюда – меньше энергии потребуется. Или возьми привязку недалеко от границы. Только не проводи путь через Великий лес, выкинет неизвестно куда. Все, счастливого возвращения!

Гистон открыл портал и через несколько мгновений растаял в нем.

«Легко тебе говорить «успокойся», – хмыкнул Зак, глядя ему вслед. – Привез иномирянке двоих воздыхателей и исчез! Да еще и мать хороший камушек подложила! Одно дело – иномирянка, на нее и рявкнуть можно, совсем другое – чужая ученица. Тем более родной матери».

Он много раз наблюдал, как Каруна вертит людьми в своих целях. Но до сих пор Заку не доводилось вот так попадаться самому. Не очень-то это приятно: знать, что тобой манипулируют. Мать, конечно, отлично понимала, что сын взбунтуется, потому и притворилась забывчивой. Но эта Тала-Ната, она-то знала, что уже ученица! И ничего ему не сказала…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.