Александр Иванович Субетто
Капиталократия и глобальный империализм: антология

От исторической лжи бытия капиталократии – к исторической правде бытия ноосферного человека (вместо введения)

Предлагаемая читателю книга является антологией работ автора по теории капиталократии и глобального империализма с 2000 года по 2009 год. Понятие "капиталократия" было изобретено автором в 1995 году. Затем автор к нему неоднократно возвращался, в частности в работах "Принцип богоизбранности народа как принцип расизма" в "религиозной оболочке" (1997, 23 с.) и "Россия и человечество на "перевале" Истории в преддверии третьего тысячелетия" (1999, 827с.).

Уже в работе "Принцип богоизбранности народа как принцип расизма в "религиозной оболочке" автор показал, как происходит замещение теократии (власти Бога) капиталократией (властью Капитала), в которой "избранность" тех или иных народов или элит предстает как избранность на мировое господство, на эксплуатацию труда и в целом жизни "неизбранных".

Капиталократия выстраивает свое мировое господство, вернее – стремление к мировому господству, поскольку абсолютного мирового господства она достигнуть не может не только потому, что против этого восстает природа Человека, но и потому, что против этого восстала сама Природа в виде уже начавшейся первой фазы Глобальной Экологической Катастрофы, через установку на разделение народов и людей, в том чисел на "избранных" (избранных Капиталом-Богом) и "неизбранных" (эксплуатируемых или обрекаемых решением мировой финансовой капиталократии на вымирание в XXI веке), на "элиту", призванную господствовать, и "быдло"[1], которое должно молча сносить и эксплуатацию, и все издевательства над его человеческим достоинством.

Первый прорыв автора в вопросе теоретического осмысления капиталократии был осуществлен в монографии "Капиталократия" в 2000 году, последнем году ХХ века.

Теория капиталократии, по моей оценке, дополняет теорию капитала в политэкономии. Об отчужденной власти капитала и денег – власти не только над эксплуатируемым Трудом, но и власти над самим Капиталом, писал еще Карл Маркс в своем "Капитале" в середине XIX века. Однако эти высказывания не трансформировались в саму теорию капиталократии. Капитал исследовался как движущая сила капиталистического воспроизводства.

Теория капиталократии расширяет представление о капитале, как отчужденной силе власти, противостоящей не только Труду, но и Человеку, самой Природе, т. е. противостоящей самому Бытию в его глубинной сущности – как Бытию Природы (Космоса, Универсума) и Бытию Человека, как неотъемлемой части бытия Природы, эволюционно из его выделяющегося, – противостоящей самой Логике Эволюции Природы и Человека.

Капитал, как отчужденная сила, как своеобразный Фетиш, выстроивший свое "капиталистическое Бытие" над Бытием Человека и Природы, противопоставивший это свое "капиталистическое Бытие" истинному Бытию – как "капиталистически истинное, капиталорационализированное бытие", – в XXI веке вступил в конфликт с Бытием Природы и Человека, в конфликт с Эволюцией. И этот конфликт уже воплотился в первой фазе Глобальной Экологической Катастрофы.

Здесь проявилась антионтологическая сущность капитализма, которая поставила под сомнение онтологию человека, его право на жизнь и будущее.

И именно в этой своей антионтологической сущности Капитал-Фетиш неожиданно обретает смысл, функцию Капитала-Сатаны.

В "Апокрифе" Л.Н.Гумилева показывается, что Сатана – есть активное небытие. "Зло и ужас – вечная неудовлетворенность без надежды на конец. Это и есть царство сатаны" (п.11 Апокрифа). "Сила зла во лжи. Ложью можно преодолеть ход времени…, доказав, что прошлое было не таким, каким оно воспринималось и каким оно сохранилось в памяти. Ложью легко превратить свободную волю в несвободную, подчиненную иллюзиям…Ложь делает бывшие небывшим, небывшие облекает в призрачное бытие на пагубу всем живым существам" (п. 12 Апокрифа)[2] (выдел. мною, С.А.).

Капитал Фетиш удовлетворяет этим характеристикам по "Апокрифу" Л.Н.Гумилева. Он живет онтологической ложью, если следовать содержанию этого понятия по В.Г.Комарову, раскрытому им в работе "Правды: онтологическое основание социального разума" (2001)[3], и, следовательно, выступает против онтологической правды Истории, "вселенской правды"[4] (здесь В.Г.Комаров заимствует это понятие у В.С.Соловьева, но насыщает его своим содержанием).

Онтологическая или вселенская правда – это правда, соизмеримая с "общечеловеческим мировым разумом" и с "фундаментальным закономерностями движения мироздания"[5], с "социальной калокагатией"[6], т. е. с человеческим разумом, гармонизирующим свои действия с законами движения мироздания, в том числе Солнечной Системы, планеты Земля, Биосферы, – Ноосферным Разумом.

Поэтому в концепции В.Г.Комарова труд предстает не просто трудом, а трудом жизнеобеспечивающим, вне которого жизнь человека невозможна, а поэтому война Капитала-Фетиша и находящейся у него на службе капиталократии против Труда, превращается в войну против человека вообще, в войну против жизни вообще, т. е. в войну против Бытия.

В.Г.Комаров замечает: "Не обладая универсализмом и всеобщностью правды истории, ее антипод – ложь истории – все-таки существует, но только как несамостоятельная, паразитарная форма бытия псевдоправды истории, выдающей себя, разумеется, за правду. В качестве социально-исторической констелляции навязчивых лжей разделенных иерархических обществ онтическая/онтологическая ложь истории конституируется в основном из объективных материальных кажимостей, онтических/онтологических миражей, обладающих громадной энергией суггестии – способностью внушить себя индивидуальному и групповому сознанию, проникая в него независимо от когнитивных намерений и иных форм сознательного волеизъявления отдельных людей и их общностей"[7] (выдел. мною, С.А.).

Онтологическая ложь истории капитализма, капиталократии и стоящая за ней онтологическая ложь Капитала – Сатаны предстала на рубеже ХХ и XXI веков как "несамостоятельная, паразитарная форма бытия псевдоправды истории" Капитала-Фетиша, общественно-миражные покрова с которой сняты были в одночасье первой фазой Глобальной Экологической Катастрофы.

Здесь паразитарная сущность бытия капиталократии предстала обнаженной и беспощадной по отношению к Бытию Человека и Бытию Природы.

Еще раз процитирую из вышеназванной книги В.Г.Камарова. "Псевдоправда (ложь) истории есть не более, чем объективная материальная кажимость, заимствующая чужую сущность – сущность правды истории. Когда правда в очередной раз достигает возобладания над неправдой, когда начинается процесс генерализации правды истории, что происходит обычно в периоды демократических периодов революций, выглядящих катастрофами в глазах господствующих "верхов", тогда ложь истории рассыпается в прах и раскрывается ничтожность ее внутренней определенности. То, что в онтической/онтологической лжи истории было заимствованием у правды в такие моменты подвергается разоблачению в качестве пустой внешней видимости"[8] (выдел. мною, С.А.).

Именно в начале XXI века мы переживаем Эпоху Великого Эволюционного Перелома, которую можно назвать Ноосферно-Социалистической Революцией XXI века, обнажающую онтологическую правду – Правду Истории, состоящую в императиве перехода человечества к Ноосферному Социализму и в окончательном, в экологической форме, Отрицании капитализма, капиталократии, как форме бытия, несущей человечеству экологическую гибель уже к середине XXI века.

Капиталократия империалистична по своей природе.

Это положение является следствием другого теоретического положения о несамодостаточности восходящего (расширенного) воспроизводства капитала в "классических капиталистических экономиках", которое требует ресурсов, в том числе трудовых, из вне, из колоний. Этот факт впервые теоретически был отрефлексирован Р.Люксембург, затем В.И.Лениным в работе "Империализм как высшая стадия капитализма" (1916) и С.Г.Кара-Мурзой в работе "Работа В.И.Ленина "Империализм как высшая стадия капитализма": современное прочтение" (2003)[9].

Из этого факта вытекает, что капитализм, капиталократия всегда проводят империалистическую политику, не могут жить без колоний, без "периферии", из которых выкачиваются природные и людские ресурсы для их восходящего воспроизводства.

Таким образом, теория капиталократии и теория империализма оказываются взаимосвязанными. Эволюция капиталократии, становление мировой финансовой капиталократии включает в свою структуру эволюцию империализма, становление глобального империализма как формы проявления империализма мировой финансовой капиталократии.

В самой империалистической тенденции к колонизации всего мира со стороны мировой финансовой капиталократии проявляется закон онтологии Капитала-Фетиша – закон империалистической колонизации мира Человека – человечества.

В этой империалистической сущности Бытия Капитала-Фетиша проявляется его античеловечность и его антиисторичность, его направленность на отрицание Истории вообще; на отрицание не только Труда, а Человека вообще, отрицание исторической памяти и, следовательно, – Культуры как формы исторического проявления человечности Человека и его исторической Памяти. Капитал-Сатана отрицает Память, он воюет против Памяти человека, и, следовательно, – против Культуры, против разнообразия этносов, против национальных государств. Формой этой войны, проявившейся в конце ХХ века и в начале XXI века, стали пост-модернизм, космополитизм, мондиализм, глобализация как американизация (вестернизация) мира, сведение всего разнообразия культур, политических устройств, взглядов на мир к одной модели бытия – американской, "западнистской", если воспользоваться понятием "западнизма" А.А.Зиновьева.

Если вникнуть в суть вводимого понятия автором в теории капиталократии «капиталорационализация», то смысл этого типа рационализации бытия человека, его культуры, его духовности и нравственности состоит в их «оденьжении», где деньги становятся измерителем ценности человека и всех его проявлений, ценности жизни, но не только измерителем, а и заменителем.

Капиталорационализация охватывает все – науку, культуру, искусство, чувственный мир человека, превращая их в некие рациональные «слепки» Капитала-Фетиша, в которых уже нет памяти. Капиталорационализация уничтожает память. Лишенная памяти культура и есть «пост-модерн». Лишенный памяти человек и есть капиталоробот, индивидуальная капитал-машина, управляемая функционалом прибыли, – плоть-от-плоти Капитал-Мегамашины.

Таким образом, капиталорационализация уничтожает органику бытия, она упрощает бытие. В этом контексте бюрократизация общества, технократизация его предстают как определенные "измерения" капиталорационализации, ее частные лики. Капиталорационализация есть форма распада любой органики, а поэтому, в конечном итоге, есть подмена созидания, творчества, призванных обеспечивать прогрессивную социальную эволюцию, расщеплением органики, ее распадом. Именно Капитал-Мегамашина предстает формой распада общества, распада социальной ткани жизни, на месте которых единственным скрепом остаются денежные (монетарные) потоки.

Эта активиталистская, античеловеческая, антиисторическая и антиэволюционная устремленность Бытия Капитала-Сатаны и проявляется в начале XXI века в первой фазе Глобальной Экологической Катастрофы и стоящих за ней Глобальных Антропологической, Духовной, Культурной и Информационной Катастроф человечества, потому что, по большому счету, жизнь всегда сильнее смерти. Эти Катастрофы есть восстание Жизни в ее глубоком сущностном понимании против небытийного начала Капитала-Сатаны, его антиорганической устремленности.

Сама первая фаза Глобальной Экологической Катастрофы неслучайно совпала с кульминацией капиталистического отчуждения в форме двойного отчуждения – отчуждения финансового капитала от физического капитала и двойного отчуждения финансового капитала от труда, которое в начале XXI века перешло в эпоху мирового экономического кризиса.

По оценки автора, эта эпоха – эпоха краха капитализма – продлится 40–50 лет и является частью Эпохи Великого Эволюционного Перелома, вектор которой направлен в сторону становления Ноосферного, духовного, экологического Социализма.

А.Бузгалин и А.Колганов в монографии "Глобальный капитал" (2004)[10] подчеркивают, что отчуждение – принципиально важное понятие, которое отражает отчуждение "сущностных сил человека как родового существа", которые "стали чуждыми для подавляющего большинства членов общества", "они как бы "присвоены" господствующей социальной системой и лежащими на ее поверхности превращенными формами, имеющими видимость вещи, института (типичный пример – деньги как вещь, подчиняющая себя человека)"[11].

Автором показана, что в конце ХХ века развернулась Синтетическая Цивилизационная революция, которая формирует основания отрицания капитализма в пространстве Внутренней Логики Социального Развития, в том числе через рост системно-технологической, системно-информационной и системно-экологической связанности мира, рост востребованности творчества человека в социально-экономических системах, которые в свою очередь вызывают необходимость человеческой революции (о необходимости человеческой революции писал А.Печчеи еще в 70-х годах ХХ века как главного условия решения глобальных экологических проблем человечеством, связывая ее с императивом всестороннего, гармоничного, творческого развития человека)[12].

А. Бузгалин и А.Колганов пишут о становлении креатосферы как механизма диалектического снятия частной собственности и соответственно капитализма: "антогонизм творческого по содержанию всеобщего труда, с одной стороны, и частнокапиталистического отчуждения этого труда и присвоения его результатов – с другой, становится действительным противоречием, требующим своего разрешения"[13].

Таким образом, внутри Внутренней Логики Социального Развития нарастает противоречие между растущей креатизацией труда человека, вызываемой Синтетической Цивилизационной Революцией, и капиталорационализацией труда, и более того, как показывается в книге, капиталорационализацией численности населения на Земле, требующей сокращения в XXI веке 4/5 численности человечества, объявленных мировой финансовой капиталократией в 1995 году "лишними".

Внутренняя Логика Социального Развития рыночно-капиталистической цивилизации входит в конфликт с Большой Логикой Социоприродной Эволюции, результатом которого и стала первая фаза Глобальной Экологической Катастрофы.

Этот конфликт развивается. Н.А.Бердяев как-то определил "своекорыстие" как "безумие". Слепота своекорыстного человека, особенно своекорыстного человека, воплощенного в финансовых олигархах, пытающихся с помощью больших денег управлять миром, оборачивается Глобальной Интеллектуальной Черной Дырой, отражающей запаздывание реакции ослепленного человеческого разума, а вернее капиталистического Анти-Разума, на развитие глобального экологического кризиса.

Большая Логика Социоприродной Эволюции формирует новое отрицание капитализма, частной собственности и рынка, которое можно назвать ноосферно-экологическим. Это отрицание означает, что вне социализма человечество ждет экологическая смерть уже, по оценке автора, к середине XXI века Данных, которые подтверждают эту грозную оценку, имеется много. Ее подтверждают и "модели" катастрофического развития, построенные Медоузами и А. П. Федотовым.

Такой поворот в логике истории человечества означает, что конец "предыстории" человечества, о которой писал К.Маркс, уже обозначила не только внутренняя логика развития капитализма, приобретшего на рубеже ХХ и XXI веков форму глобального империализма мировой финансовой капиталократии, но и Большая Логика Социоприрдной Эволюции в виде наступивших экологических Пределов основаниям, ценностям и механизмам рыночнокапиталистической цивилизации, своеобразного экологического тупика ее истории.

Человечество может спастись только через великий Отказ от капиталократии, глобального империализма, частной собственности, "строя Денег" и "цивилизации Рынка" по Ж. Аттали – и переход к эпохе Ноосферизма – Ноосферного Социализма, в которой доминирует закон кооперации и реализуется управляемая социоприродная эволюция на базе общественного интеллекта и образовательного общества.

Еще Сергей Николаевич Булгаков в "Философии хозяйства", написанной им в 1912 году, ввел понятие "метафизического коммунизма бытия", выражающее собой такое свойство, благодаря которому возможны «обмен веществ и их круговорот», «единство живого и неживого, универсальность жизни»[14]. Метафизический коммунизм мироздания отражает органичность строения всего Космоса, мироздания, в котором действует закон гармонии – закон любой здоровой целостности. "Только потому, что вся вселенная есть живое тело, возможно возникновение жизни, ее питание и размножение"[15], – замечает знаменитый философ хозяйства. "Космос есть в этом смысле потенциальное тело живого существа, организм in potentia…"[16], – продолжает развивать он эту характеристику.

Эта булгаковская линия Русского Космизма переросла в дальнейшем в учение о ноосфере В.И.Вернадского и становящийся Ноосферизм – новую научно-мировоззренческую систему XXI века, в новый ноосферно-ориентированный синтез наук.

К образу "метафизического коммунизма бытия" примыкает и взгляд Ю.М.Осипова, лидера современной научной школы философии хозяйства в России, на живой мир как "мир существ" и на общество как "Homoорганизацию" и как "общество миров"[17].

Гармония с "метафизическим коммунизмом бытия" требует такого же метафизического коммунизма бытия человека, которое бы подчинялось метафизическому коммунизму бытия мироздания, т. е. требует Ноосферного Коммунизма/Социализма.

В этом состоит позитив диалектического отрицания капиталократии и глобального империализма в XXI веке. Поэтому теория капиталократии и глобального империализма рассматривается автором как часть теоретической системы Ноосферизма, к глубокой разработке которой автор приступил в 2000 году[18].

Ю.М.Осипов в "Опыте философии хозяйства" (1990) писал: "Будущее – за будущим. И если будущее за социализмом, то за будущим социализмом. Не будем гадать, каким может стать в XXI в. социализм…, а лучше отметим, что нужно сделать социализму сейчас, чтобы не упустить своего исторического шанса – воспринять XXI век, а затем и самое ноосферу. Воспринять – это вовсе не принять готовое. Если б это было так! XXI век и ноосферу еще надо создать, а создать их можно только создавая себя. А создать себя для будущего можно, лишь пересоздав себя сегодня"[19].

По вине человека, его разума, ослепленного онтологической ложью, кажимостью бытия капитализма, он, человек, оказался в состоянии падения в пропасть возможной экологической гибели в XXI веке. По воле, способности, по силам и разуму человека выйти ему, человеку, из этой пропасти.

И основания преодоления первой фазы Глобальной Экологической Катастрофы в нем самом – в человеке.

Развитие этих оснований и ведут к правде Истории, к онтологической правде бытия человека как ноосферного человека, принимающего метафизический коммунизм бытия мироздания, как свое бытие, т. е. преодолевающего отчуждение его от самого себя и от Природы.

Возвращение человека к самому себе, к своей человечности и есть ноосферный человек. Это есть человек труда. Жизнеобеспечивающий труд в XXI веке не может не быть ноосферным, т. е. гармонизирующим социобиосферные – ноосферные отношения в процессе хозяйственного природопотребления.

В.Г.Комаров прав, когда он отмечает: "В самодвижении социальной формы материи посредством жизнеобеспечивающего труда заключены природная, культурно-историческая и разумная необходимости генерализации жизнеобеспечивающей деятельности, минимизации и, в конце концов, полного устранения жизнепоглощающей и жизнеотнимающей деятельности"[20].

Время исторической лжи капитализма, строя капиталократии исчерпано. Важно, чтобы эта историческая ложь не стала ложью истории человечества, к чему стремится Капитал-Фетиш и, следовательно, капиталократия, – именно в силу логики отрицания Капиталом-Фетишем жизни Человека и жизни Природы.

Борьба за онтологическую правду предстает как борьба за Ноосферный Социализм, за будущее человечества – и России в его составе – в XXI веке.

Теория капиталократии и теория глобального империализма имеет непосредственное отношение к переживаемой нами национальной катастрофой в России и выстраивании стратегии развития России в XXI веке.

Происшедшая в России капиталистическая контрреволюция под видом рыночных реформ, борьбы против коммунизма (о которой вслух объявил первый президент России, когда он, будучи с визитом в США и облетев вокруг статуи Свободы, дал обещание, что он искоренит коммунизм в России) явилась частью войны глобального империализма, мировой финансовой капиталократии против СССР. И одержанная временная победа связана была с предательством «верхов» Коммунистической партии Советского Союза (КПСС) во главе с М.С.Горбачевым, Б.Н.Ельциным, А.Н.Яковлевым и многими другими «перерожденцами».

Сам по себе факт перерождения представителей из руководящей элиты КПСС и движения диссидентов-шестидесятников в части интеллигенции – явление, требующее глубокого анализа. Подчеркну только одно основание – все, кто предал советский социализм, советскую историю, провозгласил идеалом человеческого счастья западный капитализм, не были созидателями, они, как правило, не прошли школу труда, школу созидательного творчества. Их идеалом стало потребительство, обогащение. Произошла капитализация их душ и интеллекта. Это подтверждается и таки фактом, что в мире науки наибольший удельный вес ученых, сохранивших верность социалистическому идеалу, – среди представителей технической науки и естествознания. В то же время наибольшее количество ученых, кто предал идеал социализма, мы видим среда представителей экономической, юридической, философской наук.

Социализм/коммунизм в России – не есть явление западное, как пытаются расценивать нынешние патриоты – антикоммунисты, а именно – явление цивилизационно-российское, находящееся в исторической логике развития оснований российской цивилизации. Таким образом, восклицание А.А.Зиновьева «Целили в коммунизм, а попали в Россию!» отражает сущностные основания взаимосвязи судеб России и судеб коммунизма/социализма.

Россия – цивилизация, ценностный геном которой в своем ядре есть ценностный или цивилизационный социализм[21]. Именно он определил революцию 1917 года как революцию не только социалистическую, но и антикапиталистическую: в ней проявился антикапиталистический характер России как общинной цивилизации, в том числе и основания «христианского социализма», который является ядром ценностного архетипа Русского православия, на что обратил внимание С.Н.Булгаков, – и частично Н.А.Бердяев в книге «Русский коммунизм».

Поэтому российская капиталократия, как только появилась на свет в 1992–1994 гг., сразу же развернула войну против не только советской власти, сохраняющихся социалистических оснований, но и против России. Российская капиталократия – часть, причем подчиненная, мировой финансовой капиталократии. Будучи космополитичной по идеологии, она осознает, что ее сохранность определяется не сохранностью России, а зависит от того, насколько она будет реализовывать стратегию мировой финансовой капиталократии по колонизации России, превращению ее в сырьевой придаток метрополии глобального империализма.

Именно в этом контексте становится понятным реализуемое разоружение армии под видом «военных реформ», выполняемое под эгидой последних двух президентов В.В.Путина и Д.А.Медведева и Министра обороны А. Сердюкова. Адмирал В.П.Комоедов выступая на «Круглом столе», проведенном фракцией КПРФ в Государственной Думе 21 апреля этого, 2009 года, подчеркнул: «Царь Александр III в свое время метко заметил: «У России нет друзей, а есть только два верных союзника – ее армия и флот». Этих верных друзей нынешнее руководство РФ отбрасывает, развернув разгромную реформу Вооруженных сил под предлогом «обновления их облика». Между тем военные угрозы для России становятся все более ощутимыми. США разработали «Стратегию модернизации армии», где утверждается, что ближайшие 50 лет – это годы постоянных военных конфликтов: человечество будет воевать за природные ресурсы. Главным объектом воздействия янки обозначили Китай, Индию, Бразилию и Россию. Только с океанских направлений на нас готовы обрушиться 2,5 тысяч ракет морского базирования, способные поразить до 80 % территории России и до 65 % ее военно-промышленного потенциала»[22].

Сама установка мировой финансовой капиталократии на установление своего мирового господства с помощью военной силы на ближайшие 50 лет на фоне первой фазы Глобальной Экологической Катастрофы указывает на ее «безумие», порожденное ее отчуждением, диктуемым Капитал-Сатаной.

При этом, на самом деле в ряду врагов мировой финансовой капиталократии Россия стоит на первом месте, потому что вне установления ее господства над российской, северной Евразией, невозможно установить господство над миром. И интеллектуальные «верхи» в США, в целом в англоамериканском мире, сосредоточенные на пирамиде иерархии мировой капиталократии, это хорошо понимают.

Поэтому борьба против глобального империализма и есть борьба за будущее России и всего человечества.

Россия, давшая пример всему человечеству – пример прорыва к новым, социалистическим основам человеческого бытия в ХХ веке, призвана стать Духовным водителем человечества в его стратегии выхода из Экологического Тупика рыночно-капиталистической истории через строительство Ноосферного Социализма, переход к управляемой социоприродной эволюции на базе общественного интеллекта и образовательного общества.

Т.С.Грачева представляет эту борьбу как борьбу светлых сил России в виде Святой Руси против «Невидимой Хазарии»[23], которая на самом деле, если придерживаться последовательно теории капиталократии, олицетворяет собой мировую финансовую капиталократию. Т.С.Грачева делает ставку на мистическое зло, которое несет мировая закулиса и сионизм, не понимая, что за этим мистическим злом стоит его препохабие Капитал, стоит отчужденная сила Капитала-Фетиша, направленная не только против Труда, на эксплуатацию человека человеком, но и против Человека вообще, против Жизни вообще, – сила, приобретающая не только античеловеческий, но и антиприродный, антиэкологический, антиноосферный характер.

Представляемая читателю книга «Капиталократия и глобальный империализм» выходит почти одновременно с другой книгой автора «Битва за Россию: 1991–2008 гг…». Эта книга дополняет книгу «Битва за Россию», дает дополнительные основания выстраивания стратегии ноосферного развития России и человечества в XXI веке.

Автор благодарит всех друзей, коллег, оппонентов, чьи советы, оценки, внимание вдохновляли автора на исследование проблем сущности капиталократии и глобального империализма.

Заслуженный деятель науки

Российской Федерации

Субетто Александр Иванович

23 апреля 2009 года

Часть I
Капиталократия[24]

«Деньги низводят всех богов человека с высоты и обращают их в товар. Деньги – это всеобщая, установившаяся как нечто самостоятельное, стоимость всех вещей. Они поэтому лишили весь мир – как человеческий мир, так и природу их собственной стоимости. Деньги – это отчужденная от человека сущность его труда и его бытия; и эта чуждая сущность повелевает человеком, и человек поклоняется ей»[25].

Карл Маркс

Введение

«Проект» монографии, которую я хотел посвятить капиталократии, созрел у меня давно, лет 7 назад. Особенность «вещей» в мире человека состоит в том, что «живя своей жизнью» в человеческом обществе, реализуя свои функции, они неожиданно обретают как бы свой особый смысл, начинают быть похожими в своем поведении на своих создателей. Карл Маркс ввел понятие товарного фетишизма для объяснения особой формы «обожествления» человеком товаров или формы их своеобразной мифологизации, которая скрывает по отношению к «наблюдателю» истинные закономерности социально-экономических процессов. Н. Д. Кондратьев в своих работах, почти 60 лет спустя, заговорил о более широком фетишизме – вещном фетишизме. «Вещи» становятся своеобразными «псевдосущностями», обладающими в рыночно-потребительском обществе некоей своеобразной самостоятельностью, которая проявляется по отношению к человеку в «диктате вещей». В рыночно-капиталистическом обществе, в котором отчуждение «производимого» человеком от человека приобретает интенсивный характер (при этом это отчуждение сопровождается отчуждением человека от средств производства, производимого продукта и от истории), все приобретает «превращенные», в какой то мере «фантастические» формы бытия. Сам капитализм становится «превращенной формой» бытия человека.

В этом «превращенном мире» особой жизнью живет и капитал. Капитал выполняет не только функцию средства производства (или «фактора производства» в «экономиксовой», маржиналистской версии экономической науки), не только роль механизма экономического воспроизводства, не только роль богатства, накапливаемого отдельными лицами, организациями и государствами, но и функцию власти. Капитал, реализующий функцию власти, превращается в «капиталовласть». При этом, это не только власть людей, владеющих капиталом, потому что капитал «сращивается» с теми, кто владеет и управляет им, но и «незримая» власть самого капитала как «отчужденной сущности и силы» не только над «трудом», но и над владельцами самого капитала. В этой своей отчужденной и «превращенной форме» он приобретает смысл «капитала-фетиша», обладающего властью. Происходит его обожествление. Капитал, сосредотачиваясь в одном месте, по мере того, как он приобретает качество большого количества («горы золота»), становится Капиталом-Богом. И не только в смысле того, что ему поклоняются как древние иудеи «золотому тельцу», что им определяется смысл жизни, служащих ему, но и в смысле того, что он сам, как некая отчужденная социальная, рационально построенная мегамашина, начинает править миром (по крайней мере в своей интенции к этому правлению).

Таким образом, формируется мифологизированная форма существования Капитала-Бога и реальная форма существования капиталократии. Высокий уровень капиталократии в мире – мировая финансовая капиталократия. Она формирует мондиализм – учение о Новом Мировом Порядке, она вынашивает планы об установлении Строя Денег на вечные времена, в котором монетарная власть капиталократии устанавливается над всем человечеством на вечные времена, а оно превращается в «стадо экономических животных – роботов» («глобальный человейник» по А. Зиновьеву) только и только для «делания денег». Кто лишний в этом процессе – того на «погост».

Осмыслению феномена капиталократии и посвящаются философско-экономические очерки автора. По его замыслу в будущем они должны перейти в статус теории. Но для этого нужно реализовать весь «путь» исследования. Пока только первый этап «мозгового штурма» данной проблемы.

Стремление мировой капиталократии в США к мировому господству, само «мечтание» об установлении глобальной капиталократической системы на вечные времена (Ф. Фукуяма, Ж. Аттали, З. Бжезинский и другие) является индикатором начинающейся агонии мирового капитализма. Наряду с «отрицанием» (по Гегелю), формирующемся во Внутренней Логике Социального Развития человечества в лице Цивилизационной Социалистической Революции, которая в XX веке «прошла» только первую «фазу» (волну) своего развития, начав свое «шествие» с России в 1917 году, в конце ХХ века стал формироваться новый тип «отрицания» рыночнокапиталистической организации хозяйствования – экологический, – но уже в Большой Логике Социоприродной Эволюции (эволюции системы «Человечество-Биосфера»). Этот второй тип «отрицания» стучится в «дверь» в форме первой фазы Глобальной Экологической Катастрофы. Наступил «конец» всей рыночно-капиталистической логике бытия человечества и ее отражающей идеологии либерализма. Пробил «час» нового типа социальной эволюции человечества – кооперационной, социалистической, ноосферной, при доминанте идеальной детерминации на базе общественного интеллекта и образовательного общества.

«Монетарный человек» с его культом Денег, «Капитала-Бога» обречен на экологическую смерть. «Сатана там правит бал, сатана там правит бал, люди гибнут за металл!». Наступает эпоха творческого человек, Хомо Креатора, человека Ответственности, для которого характерны духовность, солидарность, чувство социальной справедливости, любовь ко всему живущему, высокая нравственность, глубокие фундаментальные знания, альтруизм! Это время «ноосферного человека», человека Ноосферы (по В. И. Вернадскому).

Теория капиталократии призвана снять «покрова таинства» с механизмов капиталовласти и вооружить уже осуществляющуюся Цивилизационную Социалистическую Революцию этими знаниями. Одновременно указанные очерки могут играть роль дополнительных материалов в образовательных программах по экономике для разных направлений и специальностей.

Вице-президент Петровской академии наук и искусств,

д. э.н., д.ф.н., к.т.н. А. И. Субетто

6 августа 2000 г.

1.1. Категория капиталократии

«…Ну, что же, – задумчиво отозвался тот, – они, люди как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было… Человечество любит деньги, из чего бы те ни были сделаны, из кожи ли, из бумаги ли, из бронзы или золота… обыкновенные люди… в общем, напоминают прежних…"

Воланд – герой романа «Мастер и Маргарита», М. Булгаков (1988, с. 392).

«…деньги по природе своей плодоносны и способны порождать новые деньги. Деньги могут родить деньги, их отпрыски могут породить еще более и так далее…»

Бенджамин Франклин «Советы молодому бизнесмену» [ «Экономическая теория…», 1996, с. 255]

Капитал – одна из центральных категорий экономической теории и экономической политики. Раскрытию роли «капитала» как механизма расширенного воспроизводства в капиталистическом обществе был посвящен основной многотомной научный труд К. Маркса «Капитал».

И, однако, если мы возьмем любые современные и прошлые экономические работы, то мы наткнемся на громадное разнообразие определений капитала.

По А. Смиту и Д. Рикардо капитал есть средство производства. Здесь мы имеем дело с материализованной, технизированной формой капитала.

П. Самуэльсон и У. Нордхауз определяют капитал через категорию «блага». Капитал – это блага длительного пользования, созданные экономикой для производства других товаров.

Д. Бегг, С. Фишер, Р. Дорнбуш используют понятие «физического капитала», как запасов производительных благ, которые служат для производства других благ и услуг.

По Дж. Робинсону «капитальные блага» – это все блага

Экономисты, приверженцы научной школы монетаризма, определяют капитал через категорию денег. По С. Фишеру, Д. Беггу капитал – это деньги и только деньги.

Во второй половине ХХ века появляется многообразие видов капитала. Появляются «капитал-знания» (Дж. Беккер, Ф. Махлуп и др.). Возникла теория человеческого капитала.

С помощью категории капитала экономическая наука раскрывает теорию экономического воспроизводства. Марксизм вскрыл фундаментальное противоречие между трудом и капиталом, показал источники эксплуатации человека человеком при капитализме.

Труд и только труд порождает капитал. Капитал, однажды появившись, начинает противостоять своему «родителю». Свое трудовое происхождение капитал хочет забыть раз и навсегда. Он отчуждается от труда и начинает труд отчуждать от труда, осуществляя политику его изгнания из производства. Это противостояние капитала труду, хотя последний его «питает», обеспечивая его восходящее воспроизводство, связано также с категорией капиталократии.

Ни одна экономическая теория не обратила внимание на важнейшую форму существования капитала – капиталократию.

В дискуссии ученых-экономистов России в 1996 году в МГУ Ю. М. Осипов обратил внимание на феномен власти как феномен хозяйствования. «Без власти нет вообще процессов хозяйствования», – отмечал он. По Ю. М. Осипову «современная экономика – экономика многоуровневой стоимостной власти, реализующейся из хозяйственного центра и распространенной на все клеточки экономического организма». «Не замечать стоимостной власти – обречь себя на полное непонимание современной общественной жизни», – считает Ю. М. Осипов. Ю. М. Осипов вводит понятие «властного капитала». В одной из своих работ («Теория хозяйства», т.1, 1995) он пишет: «…..властный капитал генерирует для себя властное хозяйственное пространство, в рамках которого реализуется контроль, управление и господство».

Категория капиталократии была введена автором в 1997 году ряде работ, в том числе в работе «Принцип богоизбранности народа как принцип расизма в «религиозной оболочке» (1997), где было показано, что иудаизм есть одна из первых, а может быть первая, религиозная система, в которой реализовано единство теократии (власти священнослужителей) и капиталократии (власти капитала). Использование кредита, процента, выдачи денег в долг, т. е. ростовщичество, рассматривались священными книгами иудаизма (например, «Мишна») как инструментарий для реализации господства иудеев как богоизбранного народа над другими народами.

В нашей оценке капиталократия как одна из существенных форм существования капитала появляется вместе с капиталом. И с этих позиций историческая эволюция капитала предстает и как историческая эволюция капиталократии.

Если на протяжении веков капиталократия по отношению к государственной власти все время пыталась оставаться в «тени» и реализовывалась как «тайная власть», то в конце ХХ века капиталократия все больше и больше выходит из «тени», захватывая государство и подчиняя его себе. Иерархия капитала, его стратификация, при которых верхний уровень занял финансовый капитал («финансовая олигархия»), одновременно отражают и иерархию, и стратификацию капиталократии.

Сложилась мировая пирамида капиталократии, верхний уровень которой представляет финансовая капиталократия в США в лице Банковской Корпорации США и других ей подчиненных структур, например, Международного Валютного Фонда (МВФ), Европейского Банка Реконструкции и Развития, Комиссии межнациональных отношений и др.

Что же представляет собой капиталократия?

Капиталократия есть власть капитала с развивающимися механизмами этой власти (банки, кредит, процент, ростовщичество, подкуп, коррупция, включая и захват капиталом систем насилия и др.).

Капитал всегда имеет персонализированный облик. Владельцы капитала (кто им владеет и управляет) предстают как «отчужденные личности», «слитые» с капиталом, которым они владеют и управляют. Это не просто «экономический человек» в интерпретации западной экономической мысли, т. е. человек максимизирующий свою выгоду, а «капиталоробот» или «капиталокиборг», представляющий собой полностью ассимилированного капиталом человека, который перестает быть им, а олицетворенным капиталом. Капитал осуществляет «расчеловечивание человека», одновременно капитализируя его, начиная с «владельцев капитала».

Здесь происходит незримая метаморфоза. Не человек владеет капиталом (хотя ему кажется, что это он владеет), а капитал владеет человеком и, раз уже завладев им, не отпускает его от себя, формирует его по своей внутренней, абстрактно-античеловеческой сути, т. е. по образу и подобию своему. Капиталист предстает как «капиталочеловек» или как «капиталоноситель», как олицетворение нечеловеческой, в определенном смысле ее можно назвать «трансцендентной», «потусторонней», капиталовласти. «Сатана там правит бал, сатана там правит бал, люди гибнут за металл».

Финансовый капитал является «отчужденным» от капитала капиталом. Он есть капитал над капиталом. Он есть финансовая (отчужденная) капиталовласть над всеми другими капиталами.

Капитал стремится повысить скорость своего собственного возрастания. Поэтому он стремится к «безынерционности», т. е. к мгновенной форме «перетекания» из одной точки земного шара в другую, как некоему собственному идеальному состоянию. Монетаризация капитала, превращение его в капиталоденьги, отчужденные от денег, – естественный, закономерный процесс стремления капитала к своей «безынерционности».

Капитал стремится освободиться от собственной материальной оболочки. Он становится финансовым. Деньгами над деньгами. Деньгами денег. Управляющим промышленным капиталом и эксплуатирующим его.

Финансовая капиталократия «надстраивается» над промышленной капиталократией. Она ею управляет. Как управляет? С помощью кредита, процента, инвестиций, финансовых спекуляций, права, обслуживающего ее интересы, механизма насилия. «Рынок ценных бумаг», «фондовые рынки» – это не рынки в полном их понимании. Это приводные ремни финансовой капиталократии.

1.2. «Капитал – Бог». Капиталорационализация и становление мировой финансовой капиталократии

«Развитая капиталистическая система. породила мир спекуляции, создание фиктивных богатств и ценностей, не имеющих ничего общего с реальным производством, и сказочные личные состояния, некоторые из которых превосходят валовой внутренний продукт десятков бедных стран. Излишне добавлять к этому грабеж и растрату природных мировых ресурсов, а также жалкую жизнь миллиардов людей. Эта система ничего не обещает человечеству и не нужна ни для чего, кроме самоуничтожения…"

Фидель Кастро, 2000 г.

В этом капиталорационализирующемся мире, в котором капитал стремится вытеснить человека из сферы его жизни, поглотить его полностью, вытеснить труд из сферы производства, капитал становится «заместителем бога». Для «капиталочеловека» «бог», которому он якобы молится, становится прикрытием истинного Бога – Капитала. «Капитал там правит бал, капитал там правит бал, люди гибнут за Капитал». Вот почему в «обществе Капитала» капиталократии нужен Бог, чтобы за его «спиной» молиться истинному (в представлении «капиталочеловека») Богу – Капиталу.

Капиталократия есть, с одной стороны, власть конкретных людей – «капиталоносителей» (мы их называем «работодателями»), но, с другой стороны, в своем асимптотическом пределе, в своем собственном диалектическом «отрицании», власть «бездушного» Капитала, Капитала над Капиталом, Капитала – Мегамашины, Капитала – Бога, который по отношению к «богам людей», выступает «антибогом» или «рукотворным», социогенным Сатаной.

Понятие «Капитал-Бог» несет в себе смысл, отражающий тенденцию капиталовласти присвоить себе характер «божественной власти», т. е. власти над всем миром. В легендах иудаизма иудеи предстают не только как богоизбранный для господства над другими народами народ, но и народ-богоборец, который «заставляет» Бога избрать иудейский народ для реализации своей миссии на земле. Уже здесь механизм капиталократии предстает одновременно и как механизм теократии.

Реформация христианства, осуществленная Западом в XVI–XVIII веках, направлена на «исправление» христианства, чтобы «освятить» божественным светом «капиталовласть». Внутри реформационной христианской церкви (протестантизм, кальвинизм) привелигированной «кастой» становятся «богатые», «капиталисты», т. е. капиталовласть. Кто богат, тот и свят – вот формула иудаизма и затем, через две тысячи лет, – формула реформационного христианства – протестантизма, кальвинизма, евангелизма и более поздних «отколовшихся» западнохристианских сект – «церкви Муна», «свидетелей Иеговы», «церкви Саентологии» и др.

«Капитал» стремится «обожествить» себя, стать над всем, в том числе и над жизнью.

В этом процессе обожествления Капитала и начинается обратный процесс – «капиталорационализация» человека, превращающая его в «эгоизированную», потребительскую «машину», «плоть от плоти» «Капитала-Мегамашины», ее механистический слепок. Человек как рационализированная «машина» по производству денег. Не деньги для человека, а человек для денег! И. Г. Усачев в известной книге «Джон Фостер Даллес. Политические мифы и реальность» (1990 г.) отмечает вот этот процесс обожествления доллара: «божество – доллары, цель жизни – приобретение денег любыми средствами» (с. 8).

Мировая Капиталократия, являясь «заместителем» Капитала-Бога на «земле», формирует идеологию «пан-капитализации» всего мира, всех людей, всех народов и цивилизаций под лозунгами «свободного рынка», «потребительского общества», «демократии».

Американолиберализация» мира и есть «идеологическая оболочка», прикрывающая стратегии установления мирового господства финансовой капиталократии США, которая реализуется. А. С. Панарин мировую финансовую капиталократию называет «либеральным интернационалом в качестве мировой элиты, претендующим на глобальную власть» (2000 г., с. 184).

Окончание экспансии капитала должно закончиться апофеозом «свободнорыночного капитализма», за фасадом которого реализуется диктатура мировой капиталократии, «мировой столицей» которой выступает США.

Здесь капитал и капиталократия вступает в конфликт со всей Историей человечества, потому что замещение капиталом человека, превращение капитала в Капитала-Бога, в Капитал-Абсолюта, завершает эволюцию Капитала, которому та история человечества, которая его породила, ему больше не нужна, поскольку она уже выполнила свою с позиций «Капитала-Мегамашины» эсхатологическую миссию. Неслучайно философия рационально-капитализированного общества выступила в лице К. Поппера, Хайека и других неопозитивистов и одновременно либералов против историзма (по Попперу – «историцизма»).

Либерализм предстает как форма поклонения капиталовласти со стороны науки, хотя она прикрывается «якобы» ценностью свободы человека. Он «переворачивает», трансформирует «природность», «естественность» человека. «Естественен» только «человек», поклоняющийся Капиталу-Богу. На «западном языке» – «разумный эгоист», стремящийся максимизировать только свою выгоду, т. е. «машина» по производству денег, долларов, капитала и соответственно капиталовласти. В этом мировоззрении, «пестуемом» капиталократией, природный человек, «традиционный человек», человек, который на первое место ставит Любовь и Творчество, который на первое место ставит альтруизм, соборность, коллективизм, общинность, дружбу, взаимопомощь и т. д., объявляется «неестественным», врагом «западной демократии», потому что он мешает капиталократии осуществить свое стремление к мировому господству.

Современная «капиталорационализация» мира объявлена «модерном». Вот как описывает этот процесс «модернизации» А. С. Панарин в книге «Глобальное политическое прогнозирование» (2000 г, с. 22): «Современный Запад рассчитывает стабилизироваться, победоносно завершить экспансию модерна в мире (наше замечание: читай – «экспансию рыночно-капиталистического устройства и мировой капиталократии», С. А.), обратившись напрямую через голову культурных институтов того или иного цивилизационного типа, к эгоистическому индивидуалисту – потребителю, которого стесняют нравственные и культурные нормы…», более того стесняют в принципе вся человечность в человеке. Капиталу-Богу нужен «расчеловченный человек», т. е. «нечеловек», человекоробот «винтик» Капиталомашины.

В этом историческом процессе превращения капитала, концентрируемого в конце ХХ века мировой финансовой капиталократией в форме денежного, «фиктивного», или «спекулятивного» капитала, в Капитала-Бога, происходит одновременно превращение «мира человека» в «мир Капитала» – «бездушный рационально-капитализированный мир», в котором институт религии заменяется институтом «капиталорелигии», неорелигии «Капитала», в котором капиталократия становится теократией. Данный процесс может быть назван становлением «религиозного Модерна», если воспользоваться модным культурологическим понятием «Модерна».

Истинная, «естественная» религия становится ненужной человеку. Он ходит в церковь только для формальности, потому что истинным его «богом» становится Капитал, деньги, доллар, которым он только и только поклоняется.

Начав с реформации христианства западный «капиталочеловек» в своей эволюции приближается к «пределу», когда сама христианская религия становится ему не нужна, он сбрасывает ее как «кокон», и миру является новая религия – религия, укрепляющая капиталовласть, религия поклонения «Капиталу-Богу». Истинные Боги «естественного» человека свергаются. Приходят Боги «капиталочеловека», т. е. Боги в «денежном одеянии» – «Боги-Капиталы», иерархия которых «сканирует» иерархию капиталократии. «Капитал там правит бал, Капитал там правит бал, люди гибнут за Капитал»!

Мировая финансовая капиталократия в своем стремлении к установлению «Нового Мирового Порядка», в котором капиталорационалистическая унификация как «царство Капитала-Бога» наступила бы раз и навсегда, на вечные времена, борется не только против разнообразия культур, этнического разнообразия, но и против религиозного разнообразия.

«Протаскивается» идея установления единой всемирной церкви, которая в сущности и есть единая церковь поклонения «Капиталу-Богу». Происходит дехристианизация Западного мира в сторону установления капиталократической церкви. С этой целью запускается процесс Неореформации церквей под лозунгом создания Организации Объединенных Религий. С инициативой этого процесса выступил известный деятель «мировой закулисы» (понятие используемое в публицистике и фактически отражающее понятие «мировой финансовой капиталократии», развиваемое нами, С. А.), председатель Международного совета иудеев и христиан З. Штернберг. Процесс этот получил название «парламента всемирных религий». Первое его заседание прошло в 1993 году в Чикаго.

В этом же году в Сан-Франциско началась подготовительная работа по созданию Организации Объединенных Религий (ООР). Главными руководителями этой работы стали епископ американской епископальной церкви В. Свинг и бывший президент СССР М. Горбачев. Создан Совет Директоров, в который вошел также руководитель секты «Объединенная церковь Христа» П. Шаффе. Исследования О. А. Платонова показывают неоднородность состава организаций, вошедших в ООР. В списке организаций, участвующих в этом движении своими представителями, – и «церковь Муна», и «церковь Саентологии» Хаббарда, и секта сатанистов, и Национальный совет церквей в США, и Совет парламента Мировых Религий и т. д. Из 186 инициаторов этой организации 128 человек, или 70 %, – граждане США, еще 10 % – это граждане таких стран Западной Европы, как Англия, Франция, Бельгия, Нидерланды, а также Япония (мы воспользовались данными книги «Война по законам подлости», 1999, с. 361–371).

Иисус Христос провозгласил принцип своего учения: путь к Маммоне (к богатству) и путь к Богу несовместимы. Он фактически создал учение христианского коммунизма – «коммунизма для бедных». Богатство было осуждено, потому что оно стояло преградой на пути человека к богу. Этот христианский коммунизм – коммунизм Христа (см. с одноименным названием книгу К. Клуге) сохранился только в Православии, которое будучи верным древним христианским догматам, сохранило свет «истины Христа». В то же время 2-х тысячелетняя эволюция западного христианства как раз была направлена на преодоление этого принципа в угоду Маммоне. Христос фактически 2000 лет назад поднял антикапиталистическое восстание и был за это распят. Последующая история складывалась как история установления власти богатства, власти Капитала. В этой логике Капитал, а следовательно, и мировая капиталократия, и есть Антихрист. Не Капитал вообще, а именно Капитал как Власть, пытающаяся завладеть всем миром, именно как установление мировой власти «капиталоденег», т. е. мировой капиталократии. Поэтому неслучайным является факт расцвета разных антихристианских течений в конце ХХ века: Поэтому неслучайно мировая финансовая капиталократия (устами З. Бжезинского, М. Олбрайт) объявила «крестовый поход» против Православия и против России, русского народа как носителей православия, «христианского коммунизма», не прощая им социалистическую революцию в начале ХХ века. Социализм и есть главная преграда на пути установления абсолютной власти Капитала-Бога и, значит, есть главная преграда в логике капитала и Капиталократии по установлению мирового господства и прекращению Истории.

Интересен факт, что осмысление православного христианства как христианского социализма или коммунизма происходит в настоящее время в «головах» простых людей, тружеников России. Инженер с завода «Красный Октябрь» Кирилл Сологуб публикует статью в газете «Советская Россия» (29 апреля 2000 г.) с очень символическим названием «Пасха в Первомай. Русская идея – это русский православный социализм». В этой статье К. Сологуб отмечает «крестовый поход» Запада против Православия как «православного социализма». «Коммунизм и религия – как соединить их, сделать братскими? И зачем это нужно? – вопрошает он. – Затем, что время поставило их рядом в борьбе с мировой интервенцией (а мы добавим: интервенцией мирового финансового-долларового капитала в лице мировой финансовой капиталократии, С. А.), с мировой заразой. Но каждая из этих двух сил выступает в отдельности, а нужен единый фронт. Ведь обе силы служат одному и тому же – благу народа. Народ у них один и тот же – русский. Это, во-первых. Во-вторых, нет выбора. Россия – Держава и великая духовная цивилизация. Или Россия – или отхожее место Запада. Третьего не дано. Или русский народ – Великий (Я имею в виду народ России). Или русский народ сгинет в капиталистическом рабстве, станет народом третьего сорта, которому отведут роль попрошайки, холопа на службе сытого, наглого Запада» (выдел. мною, С. А.).

История продолжится в XXI–XXII веках как качественно новая история, как социалистическая История, как кооперационная История, в которой на смену господства Конкуренции и Власти Денег приходит господство Кооперации, Любви и истинной власти Человека, Общественного Интеллекта, потому что они берут на себя ответственность за Историю, за динамику социоприродной гармонии – гармонии Человечества и Природы.

Религия истинная, религия естественная (в России – Православие, мусульманство, буддизм) приобретает свое истинное бытие только в борьбе за коммунизм, на данном этапе истории – за социализм, т. е. за человека и против господства Капитала, против мировой капиталократии. Это святое дело всех истинных религий.

Западное христианство приняло прерогативу власти капитала. Папизм на протяжении всей своей истории в своем стремлении к мировой власти «молился» Маммоне. Власть римского Папы есть в значительной степени власть католического капитала. История ордена Иезуитов демонстрирует многочисленные факты захвата капитала у своих адептов. Из «чрева» папизма родилась Реформация, которая сделала еще один шаг в сторону Капитала-Бога. В настоящее время, в эпоху становления мировой финансовой капиталократии этот процесс приобрел глобальный масштаб. «Деньги, капитал» – бог «западного человека». Поэтому христианство на Западе стало «оболочкой», прячущей в себе буржуазный атеизм, а вернее «капиталорелигию» как «псевдорелигию» мондиализма.

В подтверждение изложенного следует подчеркнуть скрытую тенденцию попыток папизма установить союз с иудаизмом почти на протяжении всего ХХ века. В 30-х годах это связано с деятельностью папы Пия XI по «Иудейско-католическому сближению», по поводу которой Собор Русской Зарубежной православной Церкви в Белграде в 1939 г. забил тревогу. На Втором Ватиканском Соборе (1965 г.) принята была Декларация «Nostra Aetate», которая провозгласила, что иудаизм, хотя и не признает Иисуса Христа Мессией, продолжает быть дорогим Господу (это кстати было «отходом» от оценок святого апостола Павла, который поставил условие, что Бог готов принять иудеев под свое крыло при единственном условии – «если не пребудут в неверии» ко Христу). Французский епископат принял специальную Декларацию «Пастырские наставления касательно отношения христиан к иудаизму» (1937 г.), в котором утверждается «неизменное признание еврейского народа», несмотря на его неверие в Иисуса Христа. Декларация заявила, что якобы «нельзя вывести из Нового Завета заключение, что еврейский народ лишился своего избранничества». Папа Иоанн Павел II 6 ноября 1986 г. перед участниками Второго международного иудео-христианского диалога произнес речь на тему о «значении спасения и искупления в иудейской и христианской традициях», в которой обойдя вопрос о Мессии, разделяющей иудаистов и христиан, отметил «взаимное ознакомление соответственного наследия в вере каждого из нас», а также «наши связи. в нашем понимании спасения», «духовную связь. народа Нового Завета с родом Авраама». Затем папа Иоанн Павел II заключил: «Тут мы имеем связь, которая несмотря на наши различия, делает нас братьями» (выдел. нами, С. А.).

В 1991 году во время 4-го посещения своей родины, Польши, папа Иоанн Павел II, встречаясь с польскими раввинатом, пошел дальше, подчеркивая единое (Punique) исповедание веры, которое объединяет сыновей Авраама, исповедующих религию Моисея и пророков, с теми (имеется в виду католики), кто также исповедуют Авраама как своего «отца в вере» (мы здесь воспользовались анализом этого иудейского католического диалога в кн. «Война по законам подлости», 1999, с. 354–359).

Таким образом, мы видим явную попытку возврата католического христианства в лоно иудаизма, стимулируемое одним фактором – фактором синтеза капиталократии и теократии, которое было характерно для иудаизма изначально, против которого «восстал» Иисус Христос, оставив свое кредо христианам – кредо примата духовного над материальным, необходимость «духовного просветления», отказа от культа богатства и капитала, кредо веры, культивирующей любовь к ближнему.

Именно это изгоняется из христианства финансовой капиталократией, Капиталом-Богом, потому что данное кредо является «барьером» на пути самообожествления мировой капиталократии. Идеология и политика папизма в конце ХХ века подчиняется этой цели. Прав приснопамятный Митрополит Московский Филарет, проведший сравнение: папство подобно плоду, чья кора (оболочка) христианской церковности, унаследованной с древности, постепенно распадается, чтобы открыть его антихристианскую сердцевину («Война по законам подлости», 2000, с. 359).

1.3. Демократия как «прикрытие» капиталократии

«Правила разрабатываются властями, но в демократическом обществе власти избираются игроками»

Дж. Сорос, 1999, с. 218.

Капиталократия в своей эволюции подчиняет себя государство. Капиталовласть надстраивается над государственной властью. Государственная власть и право становится одним из важнейших механизмов реализации капиталовласти.

С позиций теории капиталократии демократия предстает как «фиговый листок» для прикрытия «срамных мест» капиталократии. Так называемая представительская или парламентская демократия есть на самом деле форма реализации капиталократии. Вместе с приходом на арену Истории класса буржуазии была «изобретена» демократия только и только для реализации капиталократии.

Вот почему демократия в «обществе Капитала» никогда не была народовластием, а была формой реализации капиталократии. Так называемый «демос» в капиталократическом обществе был изначально замещен «капиталом». «Голосует» на выборах не так называемый «электорат» (любимое слово на устах политологов и работников СМИ), а капитал («денежные мешки»). Выборы в Санкт-Петербурге 6 декабря 1998 года продемонстрировали именно не демократию, а капиталократию: подкупы голосов «денежными подачками» и подачками «натурой». Последующие выборы еще больше показали сдвиг в сторону подкупа голосов.

П. К. Победоносцев с помощью своей гениальной интуиции еще в прошлом веке «схватил» эту капиталократическую сущность западной демократии. Он раскрывает механизмы демократии как формы капиталократии – механизмы подкупа голосов, раздачи прибыльных мест в администрации: «от мелочных подачек деньгами и вещами до раздачи прибыльных мест а акцизе, финансовом управлении и в администрации» (см.: К. П. Победоносцев: pro et contra/ Антология СПб, 1996, с. 97).

М. Н. Глазунов, спустя 130 лет, уже в этом, 2000-м году близок к пониманию тождества:

западная демократия = капиталократия.

Он прямо отмечает: «западная демократия, или господство финансовой олигархии», построенной на «денежном фетишизме, или власти денег в буржуазном обществе» (цит. по кн. «Теоретическая экономия: реальность, виртуальность и мифотворчество», М., 2000, с. 81).

Капитализм на заре своего становления (XVIII век) провозгласил на своих «знаменах» лозунг свободы, равенства и братства. Человек вырывался из сословно-иерархизованной структуры феодального общества на свободу. «Денежное сословие» – новая буржуазия требовала себе места «под солнцем», тесня сословную аристократию. Поэтому она объявила себя представителем интересов угнетенного класса. Но на самом деле речь шла об особом виде привилегий – привилегии капиталовласти, привилегии свободы капиталу.

Именно неслучайно приход на арену истории капиталовласти совпал со становлением буржуазной демократии, т. е. «демократии денег» на базе «вшивого рынка» (по А. С. Пушкину). Потому что это и есть та форма государства, в которой «власть денег» реализуется в наиболее полном виде.

Для полной реализации механизма капиталовласти капиталократия капитализирует труд, все общество, т. е. превращает его в «гражданское общество», в котором каждый человек – ярый эгоцентрист («эгоист»), в котором каждый рвется стать буржуа и с помощью капитала и денег обрести свободу, связанную с капиталовластью, и в котором «оцивилизовывание» такого «человека-зверя» осуществляется с помощью закона. Право подменяет нравственность, мораль. Что не запрещено законом, то разрешается.

Капиталократия отделяет «гражданское общество» от «государства» и тем самым отчуждает государство от общества для того и только для того, чтобы овладеть обоими. И государство, и «гражданское общество» становятся частной собственностью капиталократии, объектом манипуляции с ее стороны только с одной целью – с целью дальнейшего самовозрастания капитала и получения все новых и новых сверхприбылей. Это прекрасно показала «чубайсовская приватизация» в России, механизмы которой дезавуировал Б. Березовский в 1996 году, показав, что она начиналась с приватизации чиновников и с приватизации управления.

Собственно, слово «гражданское общество» выступает заместителем слова «рыночное общество». Понятие «гражданское общество» – эволюционное приобретение капиталократии, строящей общество как совокупность «атомов» – «индивидуалистов» – «эгоистов», в котором действует «закон джунглей»: «человек человеку – волк» или «хищник» (с любым названием). На это обратил внимание еще Гоббс. И «гражданское общество» призвано цивилизовать это «зверочеловеческое общество» с помощью права, закона, т. е. действия по правилом. Это есть «общество Капитала», в котором у каждого «атома»-«эгоиста» есть только один бог, которому он поклоняется

– «Бог-Капитал» или «деньги», в их первичном эквиваленте – «золото». Этот «Капитал-Бог» и «свобода» в представлении «граждан» в «гражданском обществе» сливаются. «Гражданское общество» – это «общество-фетиш», это иллюзорное общество, капиталорационализированное, в котором единство носит формально-правовой характер, «общество-хаос», форму которому придает буржуазное государство. Капиталократии необходим миф о противостоянии «общества» государству.

Этот миф позволяет якобы придать статус независимости и герметичности «частной жизни» на базе «частной собственности». На базе этого мифа «вырастает» второй миф – миф о возможности каждому гражданину стать миллионером, богатым, т. е. капиталократом. «Гражданское общество» и есть тот якобы «свободнорыночный хаос свободных людей-граждан буржуазного общества», который позволяет под «сенью» демократического государства накапливать капитал, в котором «выкристаллизовывается» капиталократия или истинная власть – власть над правом и над государством – капиталовласть или власть денег.

Происходит концентрация «финансовых денег» или «денег-фетишей» в одних руках – в руках банкиров. Банковская структура капитала затем проходит второй цикл эволюции – цикл концентрации банковского капитала, «отчужденного» от промышленности и независимого от промышленного капитала. Так «гражданское общество» рождает финансовую капиталовласть и как ее выражение на «бытовом языке» – финансовую олигархию.

Одновременно фетишизация денег есть и фетишизация труда. В гражданском обществе свобода – это только свобода денег, свобода капиталовласти, свобода Капитала-Бога.

В «рыночном хаосе» гражданского общества вырастает «монстр капитала-фетиша», т. е. Капитала-Бога. Труд превращается в обязанность, которую надо преодолеть, чтобы стать «нетрудом». Человек-«гражданин» стремится стать «рантье», имеющем много излишних денег. Пример – первые годы «ельциновских реформ» в России, когда «культ халявщика» стал одним из мотивов идеологии СМИ, в первую очередь телевидения.

Происходит фетишизация сознания гражданского общества, в котором активное население или неспособно, или не желает чувствовать и понимать связь между процессом производства, производительного труда и обращением товаров и денег. Прав М. Н. Глазунов, который подчеркивает своеобразную психопатологию «гражданского общества» в целом, базирующуюся на морали, рождаемой фетишем денег: «Были бы деньги, а все, что надо – купим». В этом «фетишном суропе» и рождается финансовая капиталократия. Большинство граждан трудится, чтобы стать капиталистом и однажды самим руководить капиталодвижением и трудом других. «В то же время те немногие, кому доход позволяет не трудиться, прекрасно осведомлены в том, что бывают и лишние деньги, но лишние только с точки зрения здравого экономического смысла, хозяйства. Их собирание имеет чисто политический смысл – сохранение власти одной части общества над другой и себя в «верхней» части, т. е. господствующем классе» (М. Н. Глазунов, с. 84). Финансовая капиталократия, однажды возникнув, «захватывает» государство раз и навсегда, с тем, чтобы и с его помощью реализовать свою власть.

Противопоставление государства «гражданскому обществу» приобретает новый смысл. Государство ассимилируется финансовой капиталократией, что и произошло в «демократических странах», особенно в США. Капиталократия поддерживает миф о «независимости» «гражданского общества» от «государства», чтобы и дальше держать этот «брачный союз» «за занавесом».

Три независимые «пирамиды власти» в «классической буржуазной демократии» – законодательная, исполнительная, судебная – оказываются «охвачены» «всепроникающей» финансовой капиталовластью. Коррупция как явление и борьба с коррупцией в таком государстве носят характер «перманентного», отвлекающего общество от истинного механизма власти, маневра, с тем, чтобы сокрыть эту состоявшуюся финансовую капиталократию.

«Гражданское общество» и «демократия» – «фетишные» прикрытия финансовой капиталократии, реализующей подлинную власть и подлинную политику. Как сказал Дж. Сорос, большие деньги делают историю. «Фетишное» массовое сознание такого общества и такого демократического государства только «благодатное поле» для манипуляции этим массовым сознанием и реализации капиталовласти.

В России это видно особенно выпукло. «Чубайсовская приватизация» и банковская реформа имели одну цель в России – сформировать отечественную финансовую капиталократию, играющую подчиненную роль по отношению к мировой финансовой капиталократии и выполняющую роль реализации ее планов по колонизации России, превращении ее в сырьевой придаток. Пример дезавуирования захвата новоиспеченной финансовой капиталократией в России государства демонстрирует «Письмо олигархам» Эдуарда Тополя: «Есть российское правительство – Ельцин, Кириенко, Федоров, Степашин. Но главный кукловод имеет длинную еврейскую фамилию – Березовско-Гусинско-Смоленско-Ходорковский и так далее. То есть впервые за тысячу лет с момента поселения евреев в России мы получили реальную власть в этой стране. Я хочу спросить вас в упор: как вы собираетесь употребить ее? Что вы собираетесь делать с этой страной? (наше замечание: Э. Тополь проницателен. Он понимает: истинная власть в «демократическом государстве» по западной модели принадлежит финансовой капиталовласти и только им, С. А.). Уронить ее в хаос нищеты и войн или поднять из грязи? И чувствуете ли вы свою ответственность перед нашим народом за свои действия? – Знаете. – затруднился с ответом Б. Березовский. – Мы конечно, видим, что финансовая власть оказалась в еврейских руках, но с точки зрения исторической ответственности мы на это никогда не смотрели…» (Цит. По: Э. Тополь. Возлюбите Россию, Борис Абрамович! // Аргументы и факты. 1998. 12 сентября) (выдел. нами, С. А.).

Все СМИ в России ориентированы на то, чтобы скрыть от взора граждан истинные механизмы капиталократии и «истинных хозяев» российского государства, которые в свою очередь ходят в «шестерках» у мировой финансовой капиталократии.

1.4. Капитал-Мегамашина

«Чувство власти принадлежит к наиболее сильным страстям человеческим, а страсть ослепляет»

А. С. Панарин, 2000, с. 61.

«…..заработал некий «дьявольский насос», и пока существует установившийся порядок – это общий неотвратимый процесс, выкачивающий из отсталых стран капиталы, ресурсы, таланты».

Н. Н. Моисеев, 1998, с. 360.

Капитал есть особого типа социальная мегамашина, которая по-своему, по-капиталистически, рационализирует мир человека. Это мир не качества, а количества, числа, своеобразный мир «цифровых ценностей».

Капитал, преобразуя человека по образу подобию своему, «уничтожает» традиционные ценности, не поддающиеся числовому измерению. Они ему мешают. Капитал их унифицирует и одновременно редуцирует до одной только ценности – ценности обогащения, ценности владения деньгами, ценности бесконечного самовозрастания капитала. Капитала никогда не может быть много, его всегда мало. В этом смысле капитал ведет себя наподобие раковых клеток, размножение которых не имеет функциональных границ. Его останавливает только смерть организма, на котором он паразитируют.

Разбухание мирового капитала на земле уподобляется размножению раковых клеток и выполняет функцию клеток на экономическом организме стран мира, «высасывая» живые соки национальных экономических организмов.

Общеизвестно, что куда «приходит» МВФ со своей финансовой помощью, там происходит разрушение экономики и растет внешний долг, растет экономическая кабала, с помощью которой страна, находящаяся в ее сетях, отдает ресурсы, энергию, жизнь людей (через вымирание населения) на тех условиях, которые диктует мировой кредитор, в данном случае МВФ, который является только одним из органов мировой экономической власти мировой финансовой капиталократии.

Именно данный механизм «работал» и «работает» в России на фоне идеологии экономических реформ по установлению «свободного рынка» и «открытой экономики». «Открытой» для чего: для выкачивания капитала и энергетических ресурсов в США и стран Западной Европы. Один триллион 200 млрд. долларов «отдала» Россия – СССР на Запад с начала ельциновских реформ. Именно для этой перекачки своего капитала на Запад она и заполучила валютный долг к 2000-му году около 200 млрд. долларов. «Власть измеряется количеством контролируемых денег – вначале посредством Силы, потом посредством Закона. «Козлом отпущения» при этом является тот, кто оказывается лишенным денег и кто угрожает порядку, оспаривая его способ распределения» – так цинично высказал кредо мировой финансовой капиталократии Жак Аттали, глава Европейского Банка Реконструкции и Развития (ЕБРР), входящего в структуру мировой финансовой власти, один из виднейших идеологов мондиализма, в своей книги «Линии горизонта» (цит. по кн.: А. Медведев, «Похищение Европы», 1999, с. 44, выдел. мною, С. А.).

Социальная Капитал-мегамащина подчиняет себе все виды власти, «ассимилируя», превращая их в «безликие» компоненты капиталократии, которая в свою очередь подчиняется «всепроникающей» финансовой капиталократии. Ж. Аттали только манифестировал ее присутствие: трепещите, приходит эра «власти денег», которой подчиняется и Сила, и Закон.

Капитал универсален. Он не признает государственных границ и национальностей.

Поэтому капитал космополитичен. Дух Капитала создал космополитизм.

«Капиталоносители» всегда по своей идеологии космополиты. Космополитизм и есть идеология Капитала. Капитал космополитизирует все: культуру, ценности, потребности, человека. Ему нужно все сделать одинаковым, похожим на одинаковость денег. При этом, это не означает, что капиталоносители не имеют национальности. Имеют. Только для себя. Капитал имеет ту национальность, которую имеют капиталоносители. В этом смысле «мегамашина Капитала» есть «мегамашина господства» той национальности, которую олицетворяет капитал.

Тождество Бога и Капитала в капиталистическом мире приводит к удивительной метаморфозе: богоизбранен тот народ, кто избранен Капиталом, кто служит Капиталу и только Капиталу.

Пример синтеза теократии и капиталократии показывает не только иудаизм (хотя в системе иудаизма этот синтез произошел исторически раньше всех), но и католицизм (папизм), протестантизм, евангелизм, западнохристианское сектанство – «свидетели Иеговы», «церковь Муна», «церковь Саентологии». Например, новоявленная псевдоцерковь, созданная Р. Хаббардом, – церковь Саентологии есть крупный представитель капиталократии, рвущейся к господству над миром. Внутри самой себя система «церкви Саентологии» есть корпоративный капитал, достаточно крупный, инкорпорированный в систему мировой финансовой капиталовласти. «Мессианство Хаббарда» – де-факто есть мессианство от имени «Капитала-Бога». По Хаббарду, кто владеет капиталом, тот и владеет миром. «Деньги» – главный инструмент к достижению состояния «владения». «Делайте деньги, делайте больше денег, делайте еще больше денег, заставляйте других работать, чтобы и они производили для вас деньги» (А. Дворкин, 1998, с. 113). Поэтому «этисуды» в системе хаббардизма есть своеобразный «кнут», чтобы «подстегивать» членов «организации» и таким образом стимулировать, чтобы они как можно больше приносили денег в «организацию».

Космополитизм предназначен для «неизбранных». Капитал не может смириться с разнообразием культур, национальностей, этносов. Он его уничтожает. Идеология космополитизма – инструмент такого уничтожения, инструмент нивелировки национальных культур.

Глобальный «Человейник» А. А. Зиновьева есть тот космополитический предел совокупности «роботов-атомочеловеков», к которому подводит человечество «мегамашина Капитала». В нашей оценке, «человейник» как метафора отражает предельную нивелировку «человеков» капиталом. «Глобальный «Человейник» – это идеал мировой капиталократии, в котором она реализует полностью тенденцию в эволюции «Капитала-мегамашины» – превратить всех в своих «рабов – роботов», без «души» и «без своего Бога», в «винтиков» Капитала-мегамашины. «Человейник» – это метафора космополитизированного роботизированного, капиталорационализированного и одновременно капиталоатомизированного человечества, отношения внутри которого подчинены одному – процессу самовозрастания Капитала. «Человейник» – это состояние «атомарного» человечества, в котором Капитал становится его абсолютным и единственным Богом, а капиталократия – его «священнослужителями». На самом деле, поскольку вне закона разнообразия как важнейшего закона прогрессивной эволюции, наступает деградация и смерть, постольку «человейник» – состояние «предсмерти» человечества, его «капиталистическая агония», за которой наступает его смерть. Это образ агонии капиталорационализированного человечества.

Финансовый капитал как «капитал свободный» и не знающий границ, стремится к мировому господству. Поэтому финансовая капиталократия стремится стать мировой капиталократией. Но чтобы стать мировой, необходимо капитализировать все «экономики» стран мира по западному, вернее американскому образцу.

США – классическая капиталистическая страна. Она, создавая капитализм с «чистого листа», который не был ограничен традиционными рамками экономической системы, отражающими предшествующую социальноэкономическую эволюцию общества, как это имело место во Франции, в Англии, в Германии и т. д., фактически смогла в наибольшей степени выразить Дух Капитала, реализовать космополитизм и антиисторичность Капитала и его глобальные устремления в наиболее «чистом виде». Здесь в наиболее классическом (для природы Капитала, особенно финансового капитала) виде реализовалась «мегамашина Капитала» и капиталократия. Именно поэтому в США наиболее последовательно проявилась экспансионистская сущность капитала. Американская капиталократия с самого начала заявила свои претензии на мировое господство.

К концу ХХ века американская капиталократия осуществляет собой мировую капиталократию в той части мира, в которой главенствует капитализм и западная демократия. Мировой капиталократии противостоит только социализм, потому что социализм – это такое устроение общества, в котором капитал подчиняется труду, подчиняется обществу и государству через механизм общественной – государственной собственности. Социализм есть форма преодоления противостояния труда и капитала и соответственно «укрощение» империализма транснационального капитала.

Социалистическая цивилизационная революция, которая началась в ХХ веке в 1917 году в России, прошла в ХХ веке только первую фазу своего развития. Она носит антикапиталократический характер, поскольку есть обретение трудом собственной сущности как основы жизни человека. Она противостоит планам мировой капиталократии по достижению мирового господства. Поэтому мировая капиталократия антисоциалистична и мечтает об окончательной победе капитализма во всем мире. Вот почему ее основной идеологией является антикоммунизм.

Ф. Фукуяма, Ж. Аттали выразил эту идеологию Финала истории через окончательную победу капиталократии раз и навсегда, на вечные времена, достаточно ярко.

Ж. Аттали создает концепцию Цивилизации Рынка, или, что тоже самое, Строя Денег (что по, нашей оценке, и есть Строй Капиталократии). «Строй Денег» в системе идеологии Аттали являет собой «идеальный» Финал Истории, является формой совершенного бытия, в котором рыночнотоварные отношения распространяются на человека, завершая, в нашей оценке, исторический цикл «рыночной свободы». Свобода Рынка, свободный Капитал, начав с провозглашения свободы человека во времена Адама Смита, в своем развитии полностью ее поглощают. «Однажды, – пишет Жак Аттали, – человек будет самовоспроизводится подобно товару. Жизнь станет предметом искусственной фабрикации, носительницей стоимости и объектом рентабельности», при этом «человек будет производится, и мыслиться – как предмет, товар», а «магнитная карточка станет подлинным протезом индивидуальности, неким искусственным органом, являющимся одновременно паспортом, чековой книжкой и телефаксом. Она станет настоящим протезом «Я» человека (наш комментарий: а «Я» человека по закону симметрии станет настоящим инвалидом), обеспечивающим ему доступ к универсальному Рынку» («Наш современник», 1995, № 7, с. 125; выдел. нами, С. А.). Здесь, в этом высказывании, отражена экспансионистская сущность Капитала и соответственно Капиталовласти, стремящейся полностью избавить «человека» от «человеческого», превратить его в «элемент», «винтик» Капиталомегамашины, отождествить человека с капиталоденьгами, а жизнь со стоимостью.

Если «жизнь-стоимость» не обеспечивает возрастание стоимости, капитала, то она становится невыгодной, а значит должна исчезнуть. Капиталовласть превращает жизнь людей в стоимость и соответственно в капитал, «машинизируя» ее, т. е. делая ее товаром, а значит, «не жизнью», т. е. смертью.

Капиталократия «омертвляет» жизнь еще при жизни. «Строй Денег» Жака Аттали фактически есть капиталистическая смерть человека. «Человейник» А. А. Зиновьева есть просто другая сторона этого «Строя Денег» – вожделенной мечты мировой Капиталократии, к «верхушке» которой принадлежит и Жак Аттали – директор Европейского Банка Реконструкции и Развития.

1.5. Электронно-монетарная организация мировой финансовой капиталократии. Пирамида мировой финансовой капиталократии

«Таким образом, мертвящий и бесчеловечный дух системы электронных карточек, системы, которая «обращается с людьми как с числами, почти как с консервированными продуктами, которым также присвоены номера» – этот дух создает «Европу – темницу для самих европейцев».

(Из кн.: «Электронные карточки и печать Антихриста», 1999, с. 29).

Модель «Строя Денег» уже стала базовой стратегией мировой капиталократии по установлению Нового Мирового Порядка. Для ее апробации полигоном явилась Европа и все будущие страны, которые войдут в так называемое Шенгенское соглашение. В соответствии с Шенгенским соглашением вводится тотальная информация система регистрации людей на основе электронных паспортов и безналичных («электронных») денег.

Это соглашение было подписано 14 июня 1985 в местечке Шенген (в герцогстве Люксембург) пятью странами: Германией, Францией, Бельгией, Нидерландами и Люксембургом. Его первоначальным замыслом было осуществление первого этапа объединения Европы, чтобы обеспечить такую же легкость передвижения граждан «объединенной Европы», как и товаров, т. е. обеспечить более ускоренную эволюцию европейца в сторону «всемирного гражданства», создания нового типа человека – «неокочевников», человека «перекати поле», человека – товара.

Но за этим замыслом оказалась другая, антидемократическая, тоталитарно-фашистская сторона проекта, замаскированная для обычного обывателя. Вместе со свободой передвижения граждан возникает свобода передвижения «преступных миров», террористов. И тогда возникает проект, включенный в Шенгенское соглашение, – проект гигантской компьютерной сети контроля, именуемой «Системой информации Шенген». На основании статьи 93 Шенгенского соглашения эта система «имеет своим предметом защиту общественного порядка и безопасность». Здесь уже олицетворенный мировой капиталократией Капитал-Бог приобретает еще один лик – лик Капитала-Бога-Контролера, следящего за всей частной жизнью граждан. Кажимость свободы перемещения западных «неокочевников» – «потребителей» – «микрокапиталистов» оборачивается тотальной слежкой, исчезновением тайны внутренней жизни, т. е. несвободой. У мировой капиталократии одна свобода – только для себя и несвобода для подчиненных.

На практике речь идет о создании гигантского банка данных, в котором будет храниться информация о всех гражданах Соглашения, в том числе, и о тех лицах, которые будут рассматриваться как «подозрительные» (принцип презумпции невиновности западными капиталократами отвергнут), т. е. как национальные преступники. «Эта система имеет центральный компьютер в Страсбурге, связанный с национальными филиалами, к которым, в свою очередь, подключаются тысячи «рабочих пунктов». Эти «рабочие пункты» устанавливаются не только в государственные учреждения, но и во все «точки», куда может обратиться человек в самых будничных мелочах своей жизни: магазины, банки, лечебные учреждения, телефонная и телеграфная сеть, учебные заведения, зрелищные предприятия и т. п. Человек сможет пользоваться услугами этих заведений, предъявив электронную карточку, в которую, кроме данных паспорта, занесены и другие, самые потребные сведения» (см. «Электронные карточки и печать Антихриста», с. 21). Фактически мы встречаемся с феноменом «электронного человейника», о котором писал А. Зиновьев. С помощью такого центрального процессора системы в Страсбурге и небольшой группы людей, имеющей «доступ» к информации и стоящих за ней капиталократии, принимающей решение, кого считать «подозрительными», формируется электронно-технотронная тотальная информационная власть, которая является инструментом капиталократии. Эта «власть» может в любой момент иметь подробнейшую информацию о частной жизни любого человека. Происходит построение «единого полицейского супергосударства» («Электронные карточки и печать Антихриста», 1999, с. 21) с мощной системой запретов и контроля с фискальной системой доносов, которые и не «снились» системе гитлеровского фашизма.

Шенгенское соглашение три года хранилось в тайне (т. е. оно «родилось» в контексте «тайных стратегий» мировой финансовой капиталократии и ее «мирового правительства») и только в 1988 году (в ноябре) о нем впервые публично заявил один французский сенатор, а в июне 1990 года страны участницы приступили к его реализации. В начале присоединение происходило за счет стран католической Европы. К Шенгенскому соглашению присоединились: Италия (1990), Испания (1991), Португалия (1991), Австрия (1994), Дания (1994), а также православная Греция в 1992 году. Отказались присоединиться к соглашению Англия и Ирландия, ссылаясь на то, что это «самая значительная регистрация в истории человеческого рода и что эта система антидемократическая».

Присоединение православной Греции к «Шенгену» вызвало целую бурю протестов как со стороны иерархии греческой православной церкви, так и простых людей.

Основная критика опиралась на следующие положения.

1. Узаконивается создание всестороннего электронного досье на каждого гражданина, в которое заносятся даже такие сведения как «расовое и национальное происхождение, политические взгляды, религиозные или философские убеждения», данные о состоянии здоровья, интимной жизни и т. д. Один из политических деятелей Греции – член Европарламента Коста Николау так охарактеризовал эту сторону Шенгенского соглашения: «Посмотрим, что означает, на самом деле, электронная регистрация и каковы будут ее конкретные последствия для каждого из нас. Кроме политических и социальных взглядов каждого и возможных особенностей поведения, вездесущий глаз информационного центра (и тех, кто принимает участие в его обслуживании) в любой момент будет видеть, где мы работали ранее. Каковы наши успехи в образовании, и какие дипломы мы получили. Какими болезнями мы болеем, и какие из них еще действуют на наш организм и, особенно, – наше умственное состояние. Сколько раз и от кого мы принимаем жалобу. Каковы наши связи с банками. Каково, на самом деле, наше имущество. Как часто и куда мы ездим. С какими «высокими» людьми связаны. Каковы наши привычки…» («Электронные карточки и печать Антихриста», 1999, с. 23). Фактически это означает что формируется «компьютерный концлагерь». Подключение к этому «центру» глобальных сетей ИНТЕРНЕТ и других увеличивают возможности «компьютернополицейской» слежки и осуществления разведывательных операций.

Вся эта информация о личности будет храниться не только в центральном компьютере, но и на электронной карточке владельца, на особой магнитной полосе. Как отмечалось в Послании Синода греческой православной церкви от 9.3.93 г., «эту информацию невооруженным глазом нельзя увидеть, и потому о ней не будет знать даже сам владелец, но зато ее смогут прочесть соответствующие устройства, находящиеся в распоряжении органов «власти». Как видим, антиутопия «Строя Денег» – как стратегия мондиализма, озвученная Ж. Аттали, уже реализуется.

2. Система электронной тотальной слежки организуется особым центром власти, невидимом даже для европейских государств, который, в нашей оценке, в контексте логики изложенного, подчиняется структуре органов мировой финансовой капиталократии, ее «тайному мировому правительству».

Протопресвитер Феодор Зисис считает, что «соглашение заменяет Европейское сообщество неизвестным центром, откуда исходят инициативы». По его же словам, вся Европа вынуждена приспосабливаться к бесконтрольной и всесильной Исполнительной Комиссии» («Электронные карточки и печать Антихриста», 1999, с. 24). Архимадрит Эммануил (Колива) приходит к выводу: «Центр», как особое учреждение, становится «государством в государстве», так как он не будет подвергаться контролю, будет независимым и не подлежащим никакой административной инспекции» (там же, с. 24).

3. Шенгенская система создана якобы для обеспечения борьбы с преступностью и обеспечения безопасности на всем пространстве внутри «объединенной Европы» – стран, вошедших в «Шенгенское соглашение». Но что это означает на практике? Тотальный фашизм нового типа, поскольку предполагается, что на основании компьютерной информации будут выявляться список потенциальных преступников, в который может попасть любой добропорядочный гражданин, находящийся в оппозиции сложившемуся строю и несущий потенциальную угрозу существованию вечного мира финансовой капиталократии. Население «объединенной Европы» «раздробляется на невинных, виновных и подозреваемых», «хороших и плохих, невинных и подозрительных, наказуемых и нежелательных» («Электронные карточки и печать Антихриста», 1999, с. 25). Открываются возможности для «интриг, краж, подслушивания, злоупотреблений, обмана» (там же, с. 26).

Отец Феодор Зисис отмечает: «До сего дня в демократических государствах преследовалось деяние, а не мысль, не политические, религиозные или философские воззрения. Каждый мог свободно верить и следовать какой угодно религии, философии, идеологии, достаточно, чтобы он не совершал действий, подлежащих уголовному наказанию. Сегодня ты подозрителен потому, что, хотя ты и не совершил уголовно наказуемого деяния, однако ты имеешь политические, философские, религиозные убеждения, которые не нравятся носителям власти» («Электронные карточки и печать Антихриста», 1999, с. 27, выдел. нами, С. А.). Мы добавим, что как показано выше, демократия есть «прикрытие» капиталократии. Поэтому тяготение капиталовласти к абсолютной, тотальной власти есть ее закон. Она направлена против человека. Власть рассматривает его, как своего «раба», а не служит ему.

Поэтому ее электронно-информационная трансформация превращает ее в «тоталитарную компьютерно-информационную паутину», в центре которой царствует «паук» – финансовая капиталократия, высасывающая «кровь» – в форме капиталоденег из всех, кто «запутался» в этой «паутине», но в первую очередь у «негодных», отправляя их или в тюрьмы, или на «тот свет». Для подтверждения высказанного положения, обопремся еще на одно высказывание – высказывание православного греческого монаха Герасима Веке: «Пусть не торопятся некоторые говорить, что если мы – честные люди, то нам нечего бояться. Кто угодно может быть честным человеком по отношению к закону, но не подчиняться в вопросах совести, идеологии, достоинства и тому подобных, беспокоя тем неких сильных мира сего, не обязательно греков, не обязательно православных. Отплатой будет некая электронная характеристика, электронная репрессия» («Электронные карточки и печать Антихриста», 1999, с. 27, выдел. нами, С. А.).

4. Шенгенская система ставит под угрозу конституционные свободы, которыми до сих пор могли пользоваться граждане стран Европы. «Вся эта система, – отмечает православный греческий священник Саранти Саранду, – упраздняет Конституцию нашей страны (имеется ввиду Греция, С. А.), равно как и Конституцию всех других государств, которые участвуют в этой системе, а также законы (имеющийся у нас свод законов), так как начальники и сотрудники компьютера, который находится в Страсбурге, установят свои законы и по ним будут оценивать, какой гражданин законопослушный, а какой – нет, кто является подозрительным лицом, а кто не создает проблем на всей этой территории супер-Европы» («Электронные карточки и печать Антихриста», 1999, с. 27).

И здесь мы встречаемся с феноменом электронной эволюции капиталократического супергосударства – феноменом превращения его в государство страха. Капитал – Бог, подобного еврейскому Богу Иегове, начинает править с помощью страха, держа всех в режиме лояльности к мировой капиталократии. Воспользуемся еще рядом цитат из цитируемой книги «Электронные карточки и печать Антихриста» (изданной кстати по благословлению отцов Святой Горы Афон).

«Тотальный контроль за личностью, – предупреждает архимандрит Эммануил (Калива), – имеет свое нравственное продолжение. Он превращает творение Божие, одаренное свободой, созданное «по образу и по подобию», в нечто противоположное – в несвободного робота, зависящего от решений и власти «Центра» (наше замечание: обращаем внимание читателя еще раз, Капитал-Бог замещая Бога людей одновременно их уподобляет себе: Антибог превращает и людей в «антилюдей», т. е. в роботов, в монетарное числовые сущности – устройства, предназначенные только для поддержания мировой капиталовласти на Земле). Всесторонняя регистрация создает возможность политического, экономического, религиозного, нравственного, биологического, психосоматического воздействия на личность, ее блокады и, вообще, уничтожения как таковой» (выдел. нами, С. А). Поистине: «сатана там правит бал, сатана там правит бал, люди гибнут за капитал».

И далее: «Внедрение электронной системы информации упраздняет личность, преобразуя человека в число. Человеческий фактор сводится к нулю (наше замечание: «великому нулю Лорена Айзли», о нем впереди, С. А.), поскольку система узнает только числа и данные». «Связи людей между собой будут осуществляться посредством машин. Понятие любви, снисходительности, прощения, человечности, стояния за истину ради Бога полностью заменяются вычислениями, клавишами, экранами, цифрами» (там же, с. 29). Таким образом, перед нами предстает зловещая картина технотронноинформационного супергосударства мировой капиталократии, в котором все «подчиненные» имеют номера, точь-в-точь как в «глобальном человейнике» А. Зиновьева, лишаются «души» и права на частную жизнь, предстают манипулируемыми монетарными роботами, своеобразными «куклами», «приводы» которых находятся в руках «кукловодов» – у «служителей» «Капитала-Бога» – мировой капиталократии. Одновременно это акция мировой капиталократии полностью по своим ритуальным действиям, включая код в регистрационном коде в форме «666» – «числа зверя» по Апокалипсису, совпадает со сценарием Апокалипсиса, только «рукотворимого» капиталократией.

О том, что за Шенгенским соглашением скрывается проект Нового Мирового Порядка, догадались православные духовные мыслители. Страны, подписавшие Шенгенское Соглашение, по своей территории повторили контуры территории империи Габсбургов XVI–XVII веков. Как известно, Габсбурги были вождями католической контрреформации. В книге «Электронные карточки и печать Антихриста» (1999) указывается, что православные греки прекрасно понимают, что за вождями современно римокатолического цезарепанизма стоят еще более могущественные силы. Многие греческие авторы указывают, что Шенгенское соглашение – духовное порождение движения «Нового века», движения, которое «стремится к новому всемирному порядку вещей», с одним мировым правительством и одной мировой религией. «Прежде, чем будет действительно реализована эта «планетарная модель» организации мира, человечество пройдет (так, по крайней мере, планируют архитекторы Нового Порядка) через меньшие образования сверхгосударств». Шенгенская супер-Европа вписывается в этот перспективный план мировой финансовой капиталократии. По оценкам православных греческих мыслителей, движение «Новый Век» «поддерживают ООН, ЮНЕСКО, Всемирный Совет Церквей, масоны, римский клуб, фирма Рокфеллер, фирма Драган, издательство «Tar Center» и тысячи других» (с. 36).

Вместе с электронными карточками включается в действие новый тип денег – электронные безналичные деньги. Мировая компьютерная банковская сеть обеспечивает перевод денег в любую «точку» земного шара по предъявлению электронной карточки владельца, на которой фиксируются кредитно-платежные операции и их результаты. Как и писал Жак Аттали, «жизнь становится предметом искусственной фабрикации, носительницей стоимости и объектом рентабельности». Магнитная карточка становится и паспортом, и чековой книжкой, и телефаксом, и капиталоденьгами.

Фактически «пирамида капиталократии» осуществляет новый, еще более «широкий шаг» к установлению на порядок более мощной своей диктатуры, чем было до этого. И Шенгенская система электронноинформационной регистрации – только часть этого «широкого шага». В православно греческой рефлексии над регистрацией с помощью электронных карточек: «это путь к очень мощной диктатуре, более того, и задумана, и внедряется эта система именно теми силами, которые готовят пришествие антихриста». Эта система «настолько духовно порабощает человека, что лишает его душевных сил, необходимых для противодействия растлевающему влиянию духов злобы» («Электронные карточки и печать Антихриста», 1999, с. 43, выдел. нами, С. А.).

В США имеются фирмы – лидеры по внедрению электронных кредитных карточек – «Мастер Кард», «Америкен Экспресс», «Виза Интернейшил». Система «Виза» в настоящее время обслуживает 200 миллионов пользователей кредитных карточек по всему миру, «Мастер Кард» – 150, «Америкен Экспресс» – 92.

На сегодняшний день стандартная международная карточка представляет собой небольшой четырехугольник из пластика 2мм. толщиной, 4,5 см. длиной и 5,5 см. шириной. На лицевой стороне карточки выдавлено имя ее владельца, номер счета и дата истечения срока ее действия. На лицевой стороне также обеспечиваются фирменные знаки и наименование финансового учреждения и системы, выдававшей карточку. На обратную сторону карточки наносится магнитная лента, шириной приблизительно в один сантиметр, на которой кодируются данные о ее владельце в Банке. Эта магнитная полоска необходима для «чтения» карточки компьютером. Для защиты карточки от «подделки» (которая уже невозможна, так как данные владельца карточки неповторимы, как и сама личность) на ее обратной стороне отводится место для подписи владельца. Появились новации: в форме наносимой цветной голограммы, рисунок которой подделать невозможно; в форме портрета владельца, наносимой на поверхность карточки таким образом, что подделать невозможно. События развиваются в мире таким образом, что мир стоит перед созданием единой всемирной кредитной карточки, которая станет единой электронной валютой (вытеснит доллар) [ «Война по законам подлости», 1999, с. 339, 340].

Таким образом, намечается следующая «пирамида» мировой финансовой капиталократии:

Кроме экономической линии власти формируются правовые и силовые системы ее обеспечения, включая структуры международных организаций, Вооруженных Сил США, НАТО, супергосударств «Объединенной Европы», «США – Канады – Британии др. стран, входящих в англо-американский альянс» и др.

Поступающая информация свидетельствует, что в мировую систему электронного контроля втягиваются и Украина, и Россия. Введены электронные коды налогового контроля. Ряд банков Украины и России вводят электронную кредитно-расчетную систему. Расчетно-сервисный центр кредитной системы «Орткард» был открыт в России в 1993 году. Главными проводниками этой системы в России являются центральные банки «Инкомбанк» – «Виза», «Оптимум», концерн Олби – «Олби – Дипломат» со своей сетью валютных магазинов. Фактически «карточки» получили функцию «внутримагазинных денег». Экспансия «Орткард» в России продолжается. Украинский банк Авель уже вошел в первые две сотни лидеров среди банков мира по числу пластиковых карточек (мы здесь воспользовались данными кн.: «Война по законам подлости», 1999).

Итак, идет оформление электронно-финансовой капиталократии мира. «Капитал – Бог» как мифический Хронос «поглощает» в себя все, использует для своего воспроизводства все виды технических достижений.

Монетарная революция синтезируется с компьютерноинформационной революцией. «Информационное общество» предстает новым видом тоталитарной диктатуры мировой финансовой капиталократии.

Социальная Капитал-Мегамашина, таким образом, приобретает еще электронно-компьютерно-монетарный вид с использованием электронных денег, электронных паспортов с тотальным кодированием людей, современных сетей коммуникации. Эта Капитал-Мегамашина все больше становится похоже на иерархическую «клеточную» централизованную систему, которая может быть описана образом «паутины» с «пауком – финансовым капиталом», сосредоточенным в центре или с образом «спрута», «голову» и «тело» которого составляет финансовый капитал, сосредоточенный в руках мировой финансовой капиталократии (олигархии), а «щупальцы» – транснациональные компании и валютно-бансковская на «периферии» сеть. «Паук» или «голова и тело» «спрута» финансовой капиталократии находятся в США. Пока становление мировой капиталистической системы – это не закончившейся процесс. Ему противостоит мировая социалистическая система, «центр» которой от СССР – России перешел к Китаю. Более того, этой неоколониальной экспансии мировой капиталократии противостоит в целом «Восток», как система «общинных цивилизаций» Востока, в которых доминирует человек коллективистско-общинного поведения, а не эгоцентрично-индивидуалистического. Россия входит в «систему Востока», являясь его своеобразным «представителем», «центром» «равновесия» между Западом и Востоком. Поэтому «наступление» мировой финансовой капиталократии встречает растущее сопротивление Востока и самый большой центр напряжения – в России. Мир стоит перед новой волной трансформаций. Но об этом разговор ниже.

1.6. Капиталократическая эсхатология. Борьба капитала против истории. Монетаризация ценностей и духовного мира человека

«Эта декадентская социальная философия неолибирализма в большой мере предопределила разрушительный, доходящий до некрофилии (в смысле Э. Фромма) характер проекта модернизации народного хозяйства России».

С. Кара-Мурза («Экономическая теория., 1996, с. 169)

«При капитализме даже в самых промышленных развитых странах в действительности правят крупные национальные и транснациональные предприятия. Они решают вопрос инвестиций и развития…»

Фидель Кастро, 2000.

«Рынок» – механизм реализации капиталократии. Концентрация капиталократии сопровождается усиливающимися процессами капиталистической кооперации.

«Свободный рынок» – миф «общества Капитала» и капиталократии. Он нужен в том числе для создания условий и развития капиталократии. Капиталократии нужен «миф свободы» и на его базе «миф свободного рынка» для своего становления и развития. Капитал утверждает свободу только как свою собственную, т. е. как свободу капитала. Капитал стремится к абсолютной свободе, что означает – стремиться к абсолютному господству. Свобода нужна капиталу только для господства. Свобода капитала и есть форма реализации его господства.

В эволюции рынка, как и в любой эволюции, действует «пара законов» – закон конкуренции и закон кооперации. Закон конкуренции имеет своим механизмом «механизм отбора», а закон кооперации – «механизм интеллекта», в обществе – механизм группового и общественного интеллекта. При этом в эволюционной трактовке «интеллект» предстает как функция «управления будущим», «будущетворения», на языке кибернетики – как функция «опережающей» обратной связи или «обратной связи от будущего состояния – цели». Чем больше степень кооперированности системы, и соответственно, чем больше степень ее сложности, организмичности, тем требуется более высокая степень «интеллекта системы», т. е. более высокая степень управляемости саморазвитием. Если эта закономерность по тем или иным причинам не реализуется, то система распадается, «отбрасывается» эволюцией «назад».

На рынке также действуют законы конкуренции и кооперации (А.И. Субетто, 1990). По своей сущности рынок есть форма реализации конкуренции. Поэтому закон кооперации на рынке действует как закон его свертывания, исчезновения. «Свободный рынок» всегда неустойчив. Рыночные «агенты» стремятся к кооперации и соответственно к монополизации рынка. Происходит капиталистическая кооперация и соответственно капиталистическое обобществление капитала. Капитал начинает контролировать рынок и им управлять. Он рвется к монополизму на рынке. Либерализм рынка становится формой «прикрытия» капиталовласти точно так же, как и демократия (этот «политический рынок») служит для прикрытия капиталократии внутри государства.

Формы этой капиталовласти на рынке (этого монополизма на свободном рынке) становятся по мере эволюции капиталократии все более изощренными, все более «рафинированными», и одновременно все более «скрытными» для «глаз» трудящихся, «обычных смертных», которых продолжают кормить мифами о «свободном рынке» и «свободе» как «естественном праве», чтобы лучше ими управлять.

Монетаризация капитала (вместе с появлением банков), начавшаяся еще в XIX веке, в ХХ веке оформилась в мировую финансовую капиталовласть, которая по меткому выражению Ю. М. Осипова имеет «всепроникающую» особенность.

Финансовая капиталократия создала в ХХ веке систему свободного перемещения капитала. Эта система, опираясь на международную валюту в лице доллара, который, выполняя функцию международной валюты, одновременно реализует функцию национальной валюты США. Эмиссию доллара взяла под свой контроль Банковская Корпорация США. Этим самым была закреплена легитимность финансовой капиталократии в США и через функцию доллара как международной валюты она приобрела статус верховной капиталовласти, управляющей потоками финансового капитала во всем мире. По крайней мере, в той части мира, в которой установился рыночнокапиталистическая организация хозяйства на базе частной собственности («открытых акционерных обществ») и свободы перемещения свободного капитала на базе «фондовых рынков» («фондовых бирж») и «рынков ценных бумаг» (позволяющим мгновенно перемещать большие массы «капиталоденег» из одной точки земного шара в другую.).

Принцип «открытого акционирования капитала», ставший доминирующим, позволил финансовому капиталу в течение ХХ века полностью подчинить себе промышленный капитал, сделать его полностью зависимым (в своем благополучии) от конъюнктуры «мирового рынка финансов», контролируемого в первую очередь капиталократией США. Этой глобальной экспансии мировой финансовой капиталократии противостоят те и только те страновые экономические системы, в котором принцип «открытого акционирования капитала» и система свободного перемещения капитала независимо от национальных границ ограничены или совсем отсутствуют (социалистические Китай, Вьетнам, Куба, частично Япония, частично Германия, частично Франция и др.).

В условиях системы свободного перемещения капитала конкуренция на уровне агентов промышленного капитала (и соответственно предприятий, выпускающих товар) стала более жесткой. Но только на этом уровне. На верхнем же уровне срабатывает кооперация финансовой капиталократии, которая руководит перемещениями капитала. Вот как А.П. Паршев описывает эту ситуацию в изменении содержания конкуренции под воздействием монетаризации рынка и капитала (книга А. П. Паршева «Почему Россия не Америка», 2000, с. 16): «Ситуация изменилась, когда появилась возможность относительно свободно и почти анонимно перемещать капиталы из предприятия в предприятие, из отрасли в отрасль, то есть когда появилась фондовая биржа. Более прибыльное предприятие имеет большую инвестиционную привлекательность, а из менее прибыльного владельцы капиталов пытаются их увести, чтобы купить долю в более прибыльном. Это не слишком легко – реализация значительной части акций предприятия снижает их успех. Тем не менее, отток капитала из отстающей фирмы (Наше замечание. Заметим по ходу: «отстающей», но может быть и приносящей прибыль, но маленькую с позиций держателей основных долей капитала, С. А.) неизбежен, и никто из акционеров не хочет остаться последним на тонущем корабле. Поэтому свободное перемещение капиталов способствует усилению «естественного отбора» среди конкурирующих предприятий, конкурирующих отраслей промышленности. Этим современная экономика отличается от экономики даже прошлого века. И легкость перемещения капитала все чудеснее – национальных границ для капиталов почти нет, а современные средства коммуникаций в считанные минуты переправляют миллиардные капиталы к новому месту их применения» (выдел. нами, С. А.).

К сожалению А. П. Паршев ограничился в анализе уровнем бытия промышленного капитала, а наличие мирового финансового рынка воспринял как данность, не задав себе вопроса, а кто принимает решение о переправке миллиардных капиталов к новому месту? А если поставим так вопрос, то в рамках теории капиталократии получим ответ – центр мировой финансовой капиталократии, например, как ее представитель, – Дж. Сорос, который осуществляет крупные спекулятивно-финансовые операции (со скрытыми политическими целями, которые, как правило, прячутся за логикой выгоды и приращения финансового капитала). Дефолт в России 17 августа 1998 года по некоторым данным как результат мощной спекулятивно-финансовой операции мировой финансовой капиталократии был спроектирован за целый год до этого момента. Одним из «проектировщиков» этой операции был Дж. Сорос, а ее исполнители в России – Кириенко, Чубайс и другие. Если вспомним историю, то приблизительно за год до этого, точно также пострадала валюта Малайзии и других «тихоокеанских тигров» (1997 год), что вынудило открыто выступить президента Малайзии против Сороса с обвинением его в финансовой агрессии.

Финансовый капитал отчуждается от промышленного точно также, как последний отчуждается от труда. Тенденция – закономерность в эволюции капитала по постепенному сбрасыванию с себя «материальных гирей», привязывающих его к труду, с тем, чтобы стать «безынерционным», «дематериализованным», «фиктивным», чтобы любые «лаги запаздывания» от вкладов капитала стали «нулевыми» (мгновенное получение прибыли), приобретает в финансово-спекулятивном капитале свое «завершение», свой «предел». Капитал «отрывается» от промышленного капитала, и соответственно дважды «отчуждается» от труда, чтобы приобрести «власть», равную божественной, чтобы эксплуатировать промышленный капитал. Если в США приблизительно в 1973 году было 15–17 % «спекулятивных долларов», то к концу ХХ века их «доля» приблизительно оценивается в 70–80 %. США становится центром концентрации «фиктивного капитала» как инструмента управления рыночно-капиталистической цивилизацией мира, как инструмента мирового господства финансовой капиталовласти («финансовой олигархии» в США). «Либерализм» рождает финансово-капиталократический и одновременно информационно-технотронный «тоталитаризм», который, в определенных случаях сопротивления ему, показывает «волчий оскал» глобального фашизма. Пример тому – война в Югославии в 1998 году, которая по сущности есть новый тип войны Запада, мондиализма против «непокорных» стран с «традиционной культурой», – безжалостной войны новейшей техники, новейшего оружия массового истребления, управляемой финансовым Капиталом-Богом, олицетворенным мировой финансовой капиталократией США.

Фактически финансовый Капитал создает в конце ХХ века сектор «виртуальной экономики», противостоящей промышленной. А. С. Панарин в упоминавшейся книге так пишет об этом (фактически раскрывая один из механизмов действия финансовой капиталократии): «Прежде всего речь идет о различиях и конфликте между виртуальной экономикой биржевых спекуляций и реальной экономикой, связанной с производством товаров и услуг. США вступил в эру «электронных денег» и виртуальной экономики, в центре которой стоит банк, а не предприятие, с твердой решимостью выстроить новую иерархию: гегемония банковского капитала над промышленно развитыми странами, продемонстрировавшими способность успешно конкурировать с американской промышленностью. Новый мир виртуальной банковской экономики, связанной с манипуляциями курсов валют и интернационализацией денег, призван обеспечить несравненное трудовое усердие носителей реальной экономики…» (с. 104).

А. С. Панарин не поднимается до уровня понимания сущности динамики капиталократии, хотя как видно из приведенной цитаты, он близок к такому пониманию. Барьером к такому пониманию у него стоит его антикоммунистическая – антисоциалистическая позиция, которая совпадает с позицией капиталократии, в том числе мировой. Он правильно показывает предел в эволюции «отчужденного капитала» и построенного на его культе либерального материализма Запада, необходимость перехода человечества в иное качество Бытия и своей Истории, которое связано с приматом духовности, ответственности перед Природой, с приматом экологизма. И видит этот путь, когда он апеллирует к «экономике», на путях народного капитализма. Здесь проявляется «оторванность» приверженцев народного капитализма от реалий бытия Капитала. Это утопичный путь, не вооружающий человечество в борьбе против мировой капиталократии. Народный капитализм рождает обыкновенный капитализм, потому что не отрицает примата частной собственности. Марксизм прав в утверждении, что частная собственность рождает капитализм ежеминутно, ежечасно, а вместе с ним и капиталократию, стремящуюся к бесконечной экспансии, пока не «завоюет» весь мир.

Предел в эволюции мировой капиталократии – смерть человечества, а затем и ее носителей. Логика эволюции «Капитала-Бога» беспощадна. В этой логике в будущем нет места для человеческой жизни. Преодоление этого Предела – в социалистической, коммунистической форме хозяйствования, т. е. при примате общественной собственности, при которой капитал становится социалистическим т. е. не совсем капиталом, а деньги – «не совсем деньгами». Он возвращается к своим «корням» – к труду. «Общество Капитала» превращается в «общество Труда», что означает, что на место «свободы Капитала» приходит «свобода Труда» и человек действительно приобретает власть над своим Бытием, становясь «ноосферным», т. е. способным обеспечить управление социоприродной гармонией на основе общественного интеллекта и образовательного общества.

Система свободного перемещения капитала кажется «свободнорыночной» только для «наблюдателя» снизу, для которого не видны «верхние механизмы» управления со стороны верхних эшелонов финансовой капиталократии. На самом деле сама «система свободного перемещения капитала» и есть система управления потоками капитала на верхних эшелонах финансовой капиталовласти, которые представлены управлением банковского капитала США и к нему «пристегнутым» банковским капиталом Англии, Канады, Австралии и других стран, входящих в «англо-американский альянс», а также, в значительной доле, стран Западной Европы, Японии, Саудовской Аравии.

Верхний эшелон финансовой капиталовласти космополитичен и, как правило, на персональном уровне в значительной степени представлен лицами еврейской национальности. США – база его местопребывания. Но не исключено, что с учетом мгновенности операции перемещения масс денежного капитала, благодаря современной глобальной коммуникационной «паутине», которая также контролируется этим же финансовым капиталом, уже созданы «базы» для его перемещения в случае угрозы для жизни США или уже наступающей катастрофы.

Финансовая капиталократия представляет кооперационно-финансовую вертикаль «денежной» (в настоящее время – «долларовой») – «стоимостной» власти, для которой «рынки» – это скрытые инструменты управления. Фондовым рынком или рынком ценных бумаг управляет тот «интеллект» (индивидуальный или групповой), который владеет контрольным пакетом акций (ценных бумаг) на этих рынках и владеет информацией о политике финансовой капиталократии. Только ли «выгода» здесь управляет всем, если следовать мифу «экономического человека» Запада, рациональное поведение которого связано с максимизацией своей выгоды? И да, и нет. Поэтому что, здесь «выгода» и политические (а в значительной степени геополитические) цели «сращиваются», не существуют одна без другой.

Следует «оговориться». Управление со стороны финансовой капиталократии ограничено, ограничено именно стихией конкуренции. Здесь заложено фундаментальное противоречие неокапитализма с оформившейся финансовой капиталократией. Капитализм пытается преодолеть собственное противоречие на «рельсах» капитализма, создав капиталовласть над капиталовластью, власть денег над деньгами. В этом своем движении он пытается дойти до собственного предела – предела Великого Абсурда, в котором Капитал овладевает всем миром, уничтожая полностью труд, и соответственно все человечество.

Предел Абсурда Капитала – экономическая смерть человечества, а вслед за ним и Капитала, высосавшего из человечества все человеческое, всю «кровь» жизни, и сделав его «трупом» еще до начала физической смерти. «Трупный» Предел Абсурда Капитала уже просматривается зримыми контурами в «Человейнике» Александра Александровича Зиновьева и «Строе Денег» Жака Аттали, в строе «электронных денег», в котором «человек» окажется тождественным определенной сумме «электронных денег», т. е. электронно-денежной стоимостью, находящейся в потоках финансов и управляемой мировой финансовой капиталократией.

«Пирамиде» капиталократии соответствует «пирамида» так называемых «рынков». «Рынки» финансового капитала как система его перемещения управляет «рынками» промышленного капитала, которые внутри себя в свою очередь иерархизованы.

Рост концентрации капитала и соответственно капиталократии связан с тенденцией сворачивания рынка. Олигополия – это даже не «рынок», а структура дележа так называемого «рынка» между олигополистами, который, будучи скреплен договором, строго соблюдается.

Так, например, действует олигополия автомобильных производителей в США. Произведенный дележ (с лагом упреждения не менее года) автомобильного рынка строго соблюдается. Теперь олигополия «свернулась» в монополию, чтобы защищать свой «внутренний рынок» от иностранных конкурентов, например от автомобильных концернов Японии и Германии.

Конкуренция между олигополистами приобретает характер «диалога» за «круглым столом», в котором оцениваются достигнутые результаты в «скрытой гонке» по созданию новых моделей автомобилей и формированию инвестиционных возможностей. Когда они уже «оценены», то конкуренция переходит в кооперацию, а олигополия превращается в «договорную» (трестовскую) монополию.

Фактически, чем больше концентрация капитала, тем меньше остается «рынка» в качестве основы для заказов на объемы товарного производства, тем большее значение приобретают плавные механизмы распределения ресурсов и товаров как альтернатива рыночным. Дж. Гэлбрейт считает, что экономика США на 55 % плавная, а на 45 % рыночная. А это означает, что 55 % экономики США представлена монополистами или олигаполистами с концентрацией капитала измеряемого десятками миллиардов долларов. Первые 12 мест по рейтингу производства оборота капитала и устойчивости прибыли в США занимают «фирмы-компании» с концентрацией капитала от 40–50 млрд. долларов до 280 млрд. долларов.

Рейтинговые места этих фирм почти не меняются вот уже на протяжении почти 40 лет.

Данная ситуация означает, что для них фактически рыночной конкуренции не существует. Этот «капитал» осуществляет долгосрочное планирование и структурную политику в США. Финансовый капитал в этих компаниях существует в виде собственных сетей банков, которые в свою очередь (самые крупные из них) входят в систему верхнего эшелона мировой финансовой капиталовласти.

Все крупные компании мира с очень большой концентрацией финансового и промышленного капитала во второй половине ХХ века трансформировались в транснациональные компании (ТНК), «центры» которых (для основного большинства) находятся в США как «столице» мировой финансовой капиталовласти.

Правильно отмечает М. Диченко, что ТНК является национальными по капиталу и международными по месту его приложения. В приведенном выше образе мировой организации капиталократии в виде «спрута» ТНК являются его «щупальцами», охватывающими все мировое хозяйство, так называемое мировое «открытое общество» (идеал мировой капиталократии и ее идеологов – К. Поппера, З. Бжезинского, Дж. Сороса и др.).

Общества национальных государств (локальных цивилизаций) и самих государств для того и должны быть «открытыми», чтобы легче было установить мировую финансовую капиталовласть и с помощью ТНК контролировать рынки национальных государств, обеспечивать управляемость мировыми ценами. Н. Моисеев для подчеркивания особой важности ТНК как инструмента глобализации «мира экономики», разрушения национальных границ вводит понятия «МИРА ТНК».

Количество ТНК в мире оценивается по-разному. По Н. Н. Моисееву за последние десятилетия возникло 37000 ТНК, имеющих около 200000 филиалов (Н. Моисеев, 1998, с. 359).

По данным М. Диченко динамика роста числа ТНК характеризуется следующими цифрами: в 1970 г. их насчитывалось примерно 7 тысяч, а в 1995 году количество ТНК возросло до 39000. В целом они контролировали 30 % промышленных активов мира, но основная хозяйственная деятельность сосредоточена в странах базирования. На них приходится 2/3 (~ 67 %) активов. В списке крупнейших ТНК – по критерию абсолютного размера продаж в 2 млрд. долл. – около 400 компаний, т. е. 1/10 часть всего списка ТНК (М. Диченко, 1999, с. 151).

ТНК осуществляют экспансию мирового капитала, главная доля которого сосредоточена в США, и тем самым реализуют стратегию установления мирового господства финансовой капиталовласти в США. Методы внешне экономической экспансии разнообразны, но в основном связаны с производственной и сбытовой политикой. Это происходит на основе широкой сети заграничных предприятий, принадлежащих ТНК. «У ста крупнейших ТНК 38 % активов расположены за рубежом (наше замечание: а в 62 % – в стране базирования, что является важнейшим фактом, С. А.), а заграничные продажи составляют 48 % общего объема» (М. Диченко, 1999, с. 151). По оценкам Н. Н. Моисеева, «…..совокупность ТНК представляет собой некую единую сеть, единую систему, владеющую третью всех производственных фондов планеты, производящую более 40 % общепланетарного продукта, осуществляющую заметно более половины внешнеторгового оборота, более 80 % торговли высшими технологиями и контролирующую более 90 % вывоза капитала. За последние пару десятилетий объем внешней торговли увеличился на планете не в 2–3 раза, как объем промышленного производства, а в 10 раз!» (Н. Моисеев, 1998, с. 359).

На основе данных оценок Н. Моисеев пишет о некоем новом этапе самоорганизации мировой экономики в форме «МИРА ТНК», ограничиваясь оценкой «МИРА ТНК» как одноуровневой сети ТНК. На самом деле «МИР ТНК», если пользоваться этим образом, иерархизован. Система ТНК имеет внутри себя иерархию («страт ТНК», по концентрации капитала которые распределены по логарифмическому закону – по закону логарифма с основанием 10», а это дает оценку около 4-х уровней иерархии). Указанные 400 ТНК с наибольшей концентрацией капитала, активы которых непосредственно контролирует финансовый капитал США, входящий в активы Банковской Корпорации, представляют собой непосредственный инструмент реализации мировой финансовой капиталократии. Остальные 37÷39 тысяч ТНК находятся под контролем этих 400-от. Сеть ТНК есть иерархизованная сеть, напоминающая «паутину» с «пауком» в центре, о которой мы уже писали выше.

Сеть ТНК образует систему управления мировым рынком и «открытым обществом» со стороны мировой капиталократии. «Мировой рынок» или «вселенский рынок» (последний термин предложен Н. Моисеевым) образуют на самом деле «псевдорынок», «несвободный рынок», с помощью которого происходит изъятие «страновых рент» из стран с неблагополучными климатическими, почвенными, ландшафтно-географическими условиями и вывоз капитал в «столицу финансовой мировой капиталократии» – в США и ее ближайшую периферию – в развитые страны Западной Европы и в Японию. Именно постоянный вывоз богатств из бедных стран в богатые на основе механизма управляемого мирового рынка увеличивает пропасть между бедным населением земного шара и богатым. Воспользуемся данными в книге М. Диченко (1999) для подтверждения этого процесса перераспределения мирового капитала, управляемого мировой финансовой капиталократией, который Н. Моисеев (1998) назвал «насосом» При делении мирового населения на пять групп – квинтилей (по 20 % – ной доле распределения населения), то самый богатейший квинтиль увеличилась с 1965 года по 1990 год на 14 процентных пунктов и достиг 83 % в 1990 г. Это означает, что 83 % всего мирового дохода потребляет богатейший квинтиль – «золотой миллиард» населения земного шара. Если в 1965 г. средний доход на душу населения в богатейшем квинтиле был в 31 раз больше дохода в беднейшем квинтиле населения, то в 1990 г. уже более чем в 60 раз больше. Иными словами, гражданин США и Западной Европы получает дохода столько («вырезая» свою долю от «мирового пирога»), сколько 60 человек наиболее беднейших 20 % «глобального человейника» капитализма. При этом, доля дохода на душу населения в других квинтилях также сократилась, т. е. «дьявольский насос» «мирового открытого рынка», управляемого системой ТНК, «качает» капитал и блага соответственно только в одну сторону – в сторону «золотого миллиарда». А это означает, что эксплуатация со стороны «золотого миллиарда» «не золотых миллиардов» населения в соответствии с Новым Мировым Порядком в глобальном капитализме только усилилась.

Управление в «пирамиде ТНК» со стороны мировой капиталократии носит сложный характер. Оно подразумевает захват во владение основных потоков высоких технологий и энергоресурсов. Важнейшие нефтяные ТНК и ТНК компьютерной техники и компьютерно-сетевых систем принадлежат США и инкорпорированы в «абстрактную империю» финансовой капиталовласти. Это означает, что система ТНК в мире оказывается управляемой через единую систему информационной власти и разведки и систему энергетической власти. Информационные ТНК Японии находятся с этих позиций в зависимости от капиталовласти в США и согласовывают свое «поле экспансии» с нею.

Экономика США в настоящее время потребляет 60 % минерального нетопливного сырья, 58 % нефти и около 50 % природного газа (от общего объема мировой добычи) при доле собственной добычи около 20 % от потребности (М. Диченко, 1999, с. 50). Известно высказывание президента Трумена, сделанное им 11 сентября 1953 года, о том, что американская нефтяная деятельность является в практическом плане инструментом внешней политики США. Это высказывание подтверждает наше положение: мировая финансовая капиталократия захватывает в свои руки энергетическую и информационную власть. Представим это в виде схемы:

Ситуацию на мировом рынке нефти полностью определяет картель, который известен под именем «семи сестер». В него входят пять американских компаний – «Стандарт Оил оф Калифорния», «Стандарт Оил оф Техас», «Галф Оил», «Сокони», две британских – «Бритиш Петролиум» и «Ройял – Дейл Шелл» (Н. Моисеев, 1998, с. 384).

В настоящее время в России именно мировая капиталократия пытается сломать «хребет» топливно-энергетическому комплексу России через схему его приватизации по Чубайсу и поставить его под свой контроль. Реструктуризация Газпрома и единой энергетической системы России, которая объявлена в июле 2000 года, фактически отражает стратегию МВФ на «растаскивание» единого комплекса топливно-энергетическом комплекса России, дробление капитала, чтобы легче было его захватить через подставной капитал с помощью ТНК. Трагедия России продолжается, но это – отдельный разговор.

Нижеприводимое высказывание Н. Моисеева косвенно подтверждает наше положение о «мировом рынке» как инструменте мировой капиталократии (в США): «…утверждение о том, что в настоящее время в МИРЕ ТНК властвует свободный рынок и свободное предпринимательство – чистейший миф. В нем властвует сложнейшее переплетение интересов уже не отдельных ТНК, а возникающих монополий. И они-то чаще всего и правят бал не только в экономике, но и во внешней политике. И такое происходит уже не первое десятилетие» (Н. Моисеев, 1998, с. 384).

Таким образом, «мировой рынок» – инструмент мировой финансовой капиталовласти, находящейся в США. «Правила игры», о которых любит говорить Сорос, утверждаются там. Финансовая капиталократия США как мировой валютопроизводитель и валютодержатель, управляет не только эмиссией доллара, но и мировыми ценами. Мировой рынок, устанавливая мировые цены на ресурсы и товары, унифицирует стоимостной масштаб товарных потоков в мире, на фоне разнообразия климатических, географических условий и жизни и разной ее энергоцены.

США находятся (по энергоцене жизни) в самых благоприятных условиях. Поэтому, осуществляя открытый вывоз капитала, они за счет «страновой ренты» через поддержание так называемых «мировых цен», диспаритет цен на ресурсы и готовую продукцию осуществляют скрытой вывоз капитала, реализуя экономический неоколониализм во всем мире.

С позиций разнообразия ландшафтно-географических, климатических условий жизни, разной ее энергоемкости «однородного мирового рынка» не должно быть. «Мировой рынок» может существовать только как гетерогенный, т. е. как совокупность локальноцивилизационных, региональных, страновых рынков. Экономические системы стран подчиняются собственным, специфическим законам развития, отражающим сущностные экономические взаимозависимости, обусловленные особенностями пространственно-временного фактора, территориально-географического, геополитического, этнического, культурного, демографического факторов и других.

Гетерогенность «энергетической цены» по странам мира определяет необходимость гетерогенности «ценового пространства» и своеобразных механизмов «закрытия» внутренних страновых экономических пространств, формирования своеобразных ценовых механизмов защиты качества жизни, «полузакрытия», относительной герметизации внутренних рынков, потому что в них распределение цен, в том числе цен на ресурсы, а за этим – распределение стоимости (общественно необходимых затрат) подчиняется закону воспроизводства качества жизни населения именно этой страны (региона), обеспечения воспроизводства его репродуктивного потенциала, интегрального здоровья.

В этой логике экономика мира, капитал становятся гетерогенными, разнообразными по своим специфическим, страновым законам воспроизводства.

Это разнообразие «сканирует» локальноцивилизационное разнообразие, разнообразие этносов, разнообразие культур, разнообразие климатических и ландшафтно-географических условий хозяйствования и воспроизводства на его базе жизни, и как их сущностное проявление – разнообразие специфических законов социально-экономического и культурного развития.

Примером проявления такого разнообразия является Россия и ее экономика. Россия, в нашей оценке, – уникальная евразийская общинная цивилизация, самая «холодная» по энергостоимости жизни страна в мире. Это показано и автором в ряде монографий (например: «Россия и человечество на «перевале» Истории», 1999 г., 827с.; «Основы Неклассической социологии», 2000 г., соавтор С. И. Григорьев), и в упоминавшейся книге А. П. Паршева. Для развития экономики и обеспечения восходящего воспроизводства качества населения России необходимо соблюдение специфических российских экономических законов:

«инфраструктурного» закона – закона государственного управления развитием энергетической, транспортной, информационнокоммуникационной инфраструктур, поддержанием «цен» на уровень в 3–4 раза ниже мировых на «внутреннем рынке», чтобы сохранить единство экономического пространства России (пример: если доля энергозатрат в технологической себестоимости самолетов в СССР в 80-х годах была на уровне 7-12 %, то к концу 90-х годов она достигла 70 и более %; та же тенденция наблюдается по отношению ко всему национальному валовому продукту; а это означает, что сформировалась «энергетическая» стоимостная «удавка», душащая экономику России, разделяющая единое экономическое пространство на отдельные «пространства-рынки», которые уже легче «поглощать» иностранными капиталом и их «колонизировать»);

закона государственного управления землепользованием, поддержания стабильности сложившейся национально-этнической структуры землепользования на базе государственной собственности на землю или земельной социальной ренты и арендных отношений;

закона высокой закрытости российской экономики вследствие резкого отличия структуры воспроизводственного механизма и структуры интегральной стоимости национального капитала от западноевропейского и, тем более, от англо-американского, вследствие тяжелых климатических условий хозяйствования (по данным, отобранным А. П. Паршевым, среднегодовая температура в России – «-5,5 С», в Финляндии уже «+1,5 С», а Нью-Йорк и Вашингтон почти субтропики, а Лос-Анджелес – почти тропики; поэтому в России – 7-месячный отопительный сезон, а в Англии и США он почти отсутствует).

Иными словами, если измерять эффекты и затраты (и их соотношение) с позиций «мирового рыка» и «мировой рыночной стоимости», диктуемой мировой финансовой капиталократией, то экономика России после подсоединения к «мировому рынку» становится неэффективной и уже вследствие неблагоприятных условий жизни и больших энергозатрат на ее воспроизводство «обречена» на гибель, что и происходит.

Либерализм, исповедующий идеологию «мирового рынка», и механизмы мировой капиталократии, ее реализующие, – МВФ, ГАТТ и другие становятся идеологией (уже внутри России) и механизмами ее самоуничтожения.

«Мировой рынок», таким образом, становится стратегией мировой капиталократии для установления мирового господства, уничтожения страновых экономических систем как самостоятельных, «привязке» их к «управляющей руке» мировой капиталократии в США.

Концепция «мирового рынка», рожденная американским либерализмом для реализации финансовокапиталистической экспансии и захвата региональных рынков, сопровождается концепцией «мирового государства», которое становится формой институционализации мировой финансовой капиталократии, а «мировой рынок» – инструментом реализации управления миром со стороны финансового «Капитала-Бога», «фиктивного капитала».

Уже из изложенного ясно, что эта «онтология мирового, финансового Капитала» является виртуальной, вне Бытия человека и человечества, противостоит ему. Она уже привела к первой фазе Глобальной Экологической Катастрофы, превратившей всю рыночно-капиталистическую цивилизацию человечества в Большую Утопию, ведущую человечество к гибели. Здесь нет «света в конце туннеля». Будущее предстает как «черная дыра» Капитала-Бога, уводящая человечество в небытие.

И мировая финансовая капиталократия в этом, онтологическом, смысле «слепа». Имея претензии на «управление миром» на базе абсолютизации возможностей финансовой капиталовласти, она по своей сути антионтологична, она обречена на гибель. С позиций учения об общественном интеллекте, разработанного автором, которое базируется на «эволюционном» определении интеллекта как управления будущим и будущетворением, сгармонизированного с прогрессивной космоэволюцией, эволюцией Природы (Биосферы) на Земле, мировая финансовая капиталократия предстает как общественный «антиинтеллект», как рукотворный Антихрист или Сатана.

Для большей аргументации указанного нашего вывода обопремся на высказывания Франсуа Миттерана в марте 1995 года на Всемирном форуме на высшем уровне в интересах социального развития в Копенгагене (тогда еще Президента Франции) и Бригитта Даль, спикера параламента Швеции (мы их цитируем по кн. «Новая парадигма развития России», 1999, с. 10) «Я задаю себе вопрос, говорит Ф. Миттеран, – сумеем ли мы предотвратить превращение мира во всеохватывающий рынок, где господствует закон сильного, где главной целью является получение максимальной прибыли в кратчайшие сроки, где спекуляция за несколько часов сводит на нет плоды труда миллионов людей и подвергает опасности результаты таких переворотов опасности результаты таких переворотов как эти? Я спрашиваю себя – не отдаем ли мы будущие поколения игре этих слепых сил? Сумеем ли мы создать международный порядок, основанный прогресс и прежде всего на социальном прогрессе?» В. Даль продолжает мысли Ф. Миттерана: «Мы хотим ответственного «устойчивого развития, основанного на экономическом росте, который достигается не путем безжалостной эксплуатации человека и природы и не путем жесткой эксплуатации других народов и их природных ресурсов. Мы хотим искоренить бедность, безработицу и слабую развитость многих стран, обеспечить здоровую экономику, работу, социальное благополучие, сохранение окружающей среды и устойчивое развитие. Мы ясно видим, что рыночная экономика с ее безудержной эксплуатацией человека и природы и жесткие санкции, предпринимаемые Международным валютным фондом по отношению к развивающимся странам, сами по себе не могут решить упомянутые проблемы – они не могут дать работу безработным и осуществить переход к экологическим безопасным технологиям, они не могут защитить интересы бедных людей и следующих за нами поколений. Скоро нас будет 10 миллиардов. Нельзя поэтому основывать стратегию выживания человечества на сегодняшних технологиях и неолиберальной рыночной экономике» (выдел. мною, С. А.). Фактически авторы хотя и не аппелируют к категориям социалистической революции и капиталовласти, но в неявном виде их выводы корреспондируются с нашими. Рынок есть инструмент капиталократии, которая реализуется по закону силы денег и подкупа, и которая экологически слепа, антиэкологична. Новый Мировой Порядок мировой финансовой капиталократии на основе «всеобщего рынка» увеличил неустойчивость развития человечества и в, нашей оценке, уже породил первую фазу Глобальной Экологической Катастрофы, которая сопрягается с социальноантропологической катастрофой в мире. Выход – только в Социалистической Цивилизационной Революции, которая Капитал ставит в подчинение Труду и которая «укрощает» слепоту рыночных сил на основе развития планово-управляющих начал, в том числе механизмов общественного интеллекта.

1.7. «Рынок» – механизм реализации капиталократии

«…..труд является единственной субстанцией экономики…»

Р. Т. Зяблюк («Экономическая теория…», 1996, с. 250)

«Раньше человек работал только днем. Ночью спал. Даже при самой грубой эксплуатации… Но человек создал машины. люди должны работать во вторую и третью смены. …Жить… по логике орудий. По логике технологии. По программе. Постмодернизм – это технотронный капитализм».

(В. А. Кутырев, 1999, с. 53)

Капитал «ненавидит» труд. Он стремится к самовозрастанию «безынерционному», т. е. к такому, в котором не было бы затрат времени на циклический акт воспроизводства. Здесь закон экономии времени приобретает «абсурдные черты».

Капитал стремится к бесконечному линейному возрастанию. И в этом стремлении он доходит до Великого Отказа от труда, как источника своего происхождения, который одновременно становится Великим Отказом от времени. Здесь, в этом своем предельном самовыражении, он осуществляет свое эсхатологическое предназначение – стать Богом. Но когда он им становится, это означает окончательно изгнание им «из себя» труда, и вместе с этим «изгнанием» – смерть человечества. Но Капитал – это экономическая субстанция, порождаемая человеком. Она воспроизводится человеческим обществом. Поэтому «Капитал-Бог» погибает вместе со своим носителем – человечеством. В этой своей судьбе он повторяет «цикл раковых клеток», убивающих организм-носитель и соответственно самих себя.

Но это – в Пределе, который и есть экологический Предел капитализма, рыночно-капиталистической организации жизнеустроения человеческого общества.

Финансовая капиталократия порождает «мифы», которые несут в себе смысловой «заряд» антитрудовой этики. Человек приобретает ценность, реализует свое самовыражение не через труд, а через владение капиталом, деньгами. В финансовокапиталократическом обществе с виртуальной экономикой наиболее уважаемыми людьми становятся финансовые капиталократы, дельцы, бизнесмены, «делающие деньги» люди, которые умудряются овладеть как можно большим количеством денег без труда (т. е. «на халяву», за счет спекуляций, воровства и различных сомнительных махинаций и т. п.). «Деньги» не пахнут. Формируется культура «халявы». Капиталократия стимулирует общество к его разрыву с нравственными ограничениями, к расставанию с традиционными ценностями уважения к труду, любви, культа семьи, культа женщины, коллективизма. «Героем» становится человек, добывающий деньги любым путями. Капиталократ, как и Бог, неподсуден (только в логике онтологии Капитала-Бога, а не человека). Но чтобы в общественном мнении этот принцип приобрел поддержку, для этого капиталократии необходимо, чтобы каждый исповедовал только ценность денег и власти денег и не исповедовал больше ничего. «Сатана там правит бал, сатана там правит бал, люди гибнут за металл».

Западная культура, породившая капитализм, первоначально созданный на протестантской этике, в ХХ веке демонстрирует «небрежение» ценностью труда. Труд как «герой», как созидатель, как основа нравственности изгнан из литературы, кино, телевидения, живописи и т. д.

Капиталократии для ее господства необходим человек по образу и подобию, похожий на нее. Поэтому вместо прославления труда происходит прославление потребительства и бандитизма. Капиталократии нужен «человек потребляющий», человек развлекающийся, «человек пустоты», а не человек – творец, человек труда.

В этой антитрудовой духовно-мертвящей экспансии капиталократия уже осуществляет «расчеловечивание» человека, ведет борьбу против национально-этнического, культурного разнообразия. Нивелировка человеческого бытия, осуществляемого «капиталом над капиталом», «капиталоденьгами», носит диктаторский характер. Возможность жить остается тому, кто владеет капиталом и делает деньги, чья жизнь обладает «рыночной стоимостью». Другим «Капитал-Бог» оставляет единственное – «жизнь без жизни», «жизнь без социума», «жизнь после смерти».

При этом «отверженными» становятся целые народы, живущие в невыгодных с точки зрения воспроизводства капитала на основе механизмов «мирового рынка» условиях. Эти территории мировому капиталу нужны только для получения ресурсов, в первую очередь энергетических. Поэтому и населения по количеству остается на этих территориях столько, сколько нужно для обслуживания добычи и обеспечения потоков ресурсов. Россия, как самая «холодная» цивилизация мира, обречена по планам мировой капиталократии на превращение ее в колониальную территорию, обеспечивающую энергоресурсами, необходимыми для жизни «золотого миллиарда». Для обслуживания этой функции по оценкам М. Тэтчер и З. Бжезинского достаточно только 25 миллионов русских (россиян). Остальные должны исчезнуть, т. е. умереть, как «ненужный материал».

«Первородный грех» капитализма начался с безработицы и уничтожения крестьян. Здесь сразу же проявилась пока в «зародыше», в «гене», антитрудовая логика эволюции капитала. Пример – раскрестьянивание в Англии в эпоху первоначального накопления капитала, когда крестьянин был изгнан с земли, превращен в безработного, а затем, соответствии с законодательством, отражающим буржуазное право, в Англии был переправлен на «виселицу», чтобы не нарушал порядок благопристойного буржуазного общества.

Безработица оправдывается идеологией либерализма. Более того, она рассматривается как другое измерение либерально-рыночно-капиталистической организации, при которой труд, не нужный для самовозрастания капитала, изгоняется из сферы его воспроизводства, как неэффективный. «Капитал там правит бал, капитал там правит бал, люди гибнут за капитал!»

Безработица нужна «Капиталу-Богу», капиталократии как основа для реализации «дисциплины голода» и экзистенции (существования) человека в страхе за свое будущее, за свою жизнь. Экзистенциализм, как философия Запада, порожден таким капиталомироустройством. Он тоже – часть философии и психологии страха.

Капиталократия реализуется на онтологических императивах: императиве постоянной поддержки безработицы и императиве удержания «человека труда» в страхе за свое будущее, за «место работы».

Уже здесь проявляются «системогены» капиталократического тоталитаризма-фашизма. «Либерализм капитала» по отношению к труду оборачивается другой, своей «тайной» стороной – тоталитарной жестокостью.

«Труд», «человек труда» планомерно капиталом отчуждается (от продуктов труда) и затем полностью «забывается» (а если он «возникает», предъявляя претензии на свой трудовой вклад в его воспроизводство, то уничтожается или через «голодную смерть», разрушение семьи, или же насилием, через «горячую войну» против труда во времена конфликтов).

К близкой к нашей оценке приближается М. Н. Глазунов, который отмечает: «Мистика капиталистической экономики выражается на одном полюсе в самоотчуждении труда, а на другом – в кажущемся самовозрастании капитала» (с. 107). Поэтому: «Своеобразие современной западной идеологии, которая вот уже добрую сотню лет вынашивает амбиции стать единственной в мире, состоит в том, что публично призывая к идеологическому плюрализму и даже записывая его как основополагающий принцип в конструкции свежеиспеченных «демократических» государств, она сводит этот плюрализм к агрессии против коммунистических идеалов, воспевающих не «человека экономического», т. е. менялу (наше замечание: не случайно Иисус Христос изгнал «менял из Храма», С. А.), а «человека труда» (с. 99). (Цит. по книге: «Теоретическая экономия: реальность, виртуальность и мифотворчество», М.: 2000).

1.8. Капиталократия против труда

«– Что ты, Оаким, человек или машина?

– Я не знаю»

Р. Зелазни (1992, с. 14)

«…– Как ты чувствуешь себя, Оаким? – спрашивает Анубис.

– Я не знаю, – отвечает он, и голос его странный и хриплый.

– Посмотри на себя.

Оаким смотрит на сверкающее яйцо – свою голову, желтые линзы – свои глаза, металлическую бочку – свою грудь.

Люди могут начинать и завершать свой путь по разному, – говорит Анубис. – Некоторые начинают так, как машины, и медленно завоевывают свою человечность. Другие могут кончить машинами, медленно теряя человечность в течение своей жизни…»

Р. Зелазни (1992, с. 13, 14).

Капиталорационализация техноморфна, потому что «Машина Капитала» и техника изоморфны. «Машина Капитала» построена рационально механистично, поэтому она «сходна» с техникой, создаваемой человеком. Это сходство системогенетично, потому что «техническая цивилизация» рождается из «Капитала-мегамашины» и служит затем и основанием, и стимулом развития «Капитала-мегамашины».

Капитал машиноподобен. Промышленный капитал эволюционно вторичен по отношению к торговому, ростовщическому капиталу, который появился за несколько тысячелетий до «машинной эры» эволюции капитала. Известна марксова аксиома: классический капитализм рождается вместе с промышленной эволюцией, с появлением «капитала-техники», т. е. капитала как машинного средства производства.

Капитал рационализирует труд. Труд должен был пройти стадию рационалистической специализации, уподобляющей его машине, чтобы затем стать машинным трудом, вызвав «машинную революцию» труда. «Машина» становится посредником между трудом и капиталом, она начинает ему задавать ритм и организацию «действия», операциональную организацию. «Машина», будучи «овеществленным», накопленным трудом, «овеществленным прошлым трудом», призванная к жизни «капиталом», начинает «возвышаться» над живым трудом. Капитал, фетишизируя все вокруг себя, фетишизирует и машину.

Человек-создатель машины, «демиург» машины по Н. А. Бердяеву оказывается лицом к лицу перед «вызовом» восстания «машин» против человека. «Машины-фетиши» отказываются подчиняться человеку. Они предстают как «уполномоченные» «Капитала-мегамашины» и требуют от имени «Капитала-Бога» подчинения себе, своему ритму. Они формируют императив техноморфизации человека, превращения самого человека в «машину по производству капитала».

Осуществляется синтез Машины и Капитала, в которой Капитал-Мегамашина, встраивает в себя машины, и их «обожествляет» по отношению к человеку, отчуждает их от человека и фетишизирует их. «Подобное» соединяется с «подобным».

С позиций человека, его прогрессивной социальной эволюции, человек-творец создает машину, осуществляет научно-технический прогресс с целью «высвобождения труда» для творчества, для большего раскрытия «человеческого» в человеке. В этой логике техника, машина предстают как «продление» и «усиление» органов человека (его рук, ног, глаз, слуха и т. д.), т. е. повышение мощи человека в преобразовании окружающего мира.

Системогенетическая спираль развития техники отражает «спиральную» эволюцию передачи функций человека технике и их усиления (функций «руки», динамики и функций мышечной энергетики, функций интеллекта и т. п.). Но в логике эволюции «Капитала-Мегамашины» все «переворачивается».

«Капитал» стремится освободиться от труда, «изгнать» его своего «поля деятельности». И в этом противостоянии труда и капитала в капиталистическом мире техника становится частью «инструментария» капитала в борьбе против труда.

Капитал замещает труд машинной, вытесняя рабочих из производства, не для того, чтобы они занялись творчеством, а для усиления скорости самовозрастания, для получения все большей и большей прибыли.

Капиталорационализация ассимилирует механорационализацию производства для изгнания из него «человека труда».

Капитал «все и вся» превращает в машину, в том числе и человека.

Современный этап характеризуется становлением интеллектуальной техники, компьютеризации всех сфер жизни, становлением компьютернокоммуникационного «монстра» с центральным управляющим «процессором» и «прикрепленными» к нему роботизированными системами. «Интернет» – проект – только часть этого глобального процесса интеллектуальной машинизации жизни человека, в которой человек все больше становится маленьким биороботом. Если что-то в «природном человеке» не соответствует «миру искусственного», то капитал готов через технику, и биоинженерию (генную инженерию) и «биопротезные системы» «протезировать» его, превратить в «биороботический придаток» машинной «Капитал-мегамашины».

«Капитал-Бог» имеет «облик» тотального технотрона, превращающее «гражданское общество» в перспективе в компьютеризованный, технотронный «человейник» в страновом и мировом масштабах, что хорошо показано А. А. Зиновьевым в социальном негативном прогнозе – антиутопии «Глобальный Человейник».

Но Капитал и как форма его реализации во властном отношении – Капиталократия сознательно «прячет» эту логику. Человек не замечает этой «роковой» технотронной функции капитала и капиталовласти.

Фетишизируется конфликт между человеком и техникой, который является превращенной формой конфликта Капитала-Бога и человека. Технике придаются демонические черты, которые несут себе «отсвет» «Капитала-Бога» или Антибога. Эта фетишизация характерна для многих мыслителей, занятых этой проблемой: О. Шпенглера, А. А. Бердяева, Н. Н. Моисеева, В. А. Кутырева, Э. Тоффлера, и других.

В. А. Кутырев лет пять назад написал философское эссе «Искусственное и естественное: борьба миров», в котором показал «запредельную» (с позиций здравого смысла), античеловеческую логику развития техники и технической цивилизации человечества, направив весь пафос философской критики против логики «искусственного», против научно-технического прогресса и технического творчества человека. Техника, «искусственное» у Кутырева, как и у Бердяева, предстают «вторичным, злым демиургом», порожденным творчеством человека и «восставшего» против него, осуществляя закабаление и «расчеловечивание» человека. Эссе Кутырева повторяет пафос статьи Н. А. Бердяева, написанной еще в 30-х годах, «Человек и машина». Бердяев заостряет внимание на императиве, как бы формируемым машинами по отношению к человеку: императиве машиноморфизации (техноморфизации) человека. «Машина хочет, чтобы человек принял ее образ и подобие» – восклицает Бердяев. В. А. Кутырев предупреждает человечество, что наступление «искусственного мира» на «естественный мир» человека закончится смертью «естественного человека» и возможной его трансформацией в «человека искусственного», «биоробота» или в киборга (о наступлении «киборговой эры» в развитии системы «человечество – Биосфера предупреждает В. А. Зубаков).

В принципе об этом же предупреждает О. Шпенглер в книге «Закат Европы» в начале 20-х годов уходящего ХХ столетия, когда он сформулировал противоречие между «цивилизацией» и «культурой». В его логике победа «цивилизации» заканчивается гибелью «культуры». При этом само понятие «цивилизации» отражает «машинную или техническую» цивилизацию, которая не оставляет место чувствам, любви, поиску человеком смысла своего Бытия, дружбе, солидарности, т. е. культуре, поскольку она все рационализирует, ставит на место истины пользу или выгоду. Э. Тоффлер пишет в своих футурологических концепциях, раскрывающих приход информационного общества и его будущее в XXI веке, правда с позитивных, «неопозитивистских» позиций, все о том же.

Фактические во всех этих феноменологических построениях происходит фетишизация конфликта человека и техники. Конфликт «фетишных» человека и техники отображает на самом деле конфликт между человеком и Капиталом-Мегамашиной. «Сатана там правит бал, сатана там правит бал, люди гибнут за капитал!»

Научно-технический прогресс объективен. Призывы осуществить детехнизацию бытия (которые в том или ином виде присутствуют в ряде работ, посвященных проблеме конфликта между человеком и техникой), чтобы «спастись», утопичны. Развитие науки и техники не остановить. «Закон удвоения» человека, о котором автор писал в ряде монографий (А. И. Субетто, 1997, 1999, 2000), отражающий «удвоение сущности человека» в процессе его созидательной деятельности, отчуждение каких-то моментов этой «сущности» и их «перенос» на производимые продукты, которые в свою очередь начинают воздействовать на человека и природу, является объективным законом, законом социальной эволюции человека. Нами разработана концепция фундаментальных противоречий человека (А. И. Субетто, 1994, 1997, 1999), в которой раскрываются 5 форм первого фундаментального противоречия человека, связанного с действием «закона удвоения». При анализе этих форм показано, что фундаментальные противоречия человека, в том числе первое фундаментальное противоречие человека, могут играть роль «прогрессивных» и «регрессивных» движителей в социальной эволюции человека.

Особенность «общества Капитала» в том и состоит, что антионтологическая сущность по отношению к человеку (т. е. антиантропная направленность) «онтологии Капитала» (Капитала-Бога), характеризующейся тотальной, «абстрактно-денежной» монетаризацией человеческого бытия и соответственно, на этой основе, – его капиталорационализацией, делает направленность фундаментальных противоречий человека в сторону торжества «левополушарного», «искусственного», «рационального» и уничтожения «иррационального», «правополушарного», всего того, что связано в человеке с его эволюционной памятью (см. А. И. Субетто, «Бессознательное. Архаика. Вера», 1997; «Онтология и феноменология педагогического мастерства», 1999), что делает его «корневым» и действительно человеком, а не роботом. Человек несет в себе, накапливаемую «эволюцией» память о самой себе. Как было показано, Капиталу-Богу, как и его священнослужителю – мировой финансовой капиталократии, такой человек не нужен, он мешает установлению его господства как отчужденного от человека Капитала, капитала-Фетиша. Мировому «открытому обществу» в форме тотального «Строя Денег» по Жаку Аттали нужны новые «кочевники», «перекати-поле», люди, не укорененные в национально-этнических культурах, в «предках», в Истории, т. е. «люди без истории», «без исторической памяти», управляемые «машины» – делатели денег.

Конфликт человека и техники есть «видимость» или «кажимость», за которой прячется сущностное – конфликт человека и капитала, человечества и мировой финансовой капиталократии, стремящейся установить власть ее «больших денег» и ее самой в мире навсегда, на вечные времена.

«Злой демон техники» – производное от «злого демона Капитала» или «Капитала-Бога». «Сатана там правит бал, сатана там правит бал, люди гибнут за металл!»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Когда я завершал эту книгу, по каналу телевидения "СТО" в Санкт-Петербурге разразился скандал, поскольку один из высокопоставленных чиновников в Санкт-Петербурге в окружении губернатора, обладающий сравнительно большим капиталом, назвал жителей города "быдлом". Затем, правда, друзья этого чиновника пытались его "обелить", говоря, что он вреде бы этого слова не произносил и журналист неправильно его понял. Но сам случай показателен. Он отражает это деление на "избранных" и "неизбранных" в строе капиталократии в России.

Вернуться

2

Гумилев Л.Н. Этносфера. История людей и история природы. – М.: Экопрос, 1993. – 544с.; с.480

Вернуться

3

Комаров В.Г. Правда: онтологическое основание социального разума / Под ред. В.Я.Ельмеева. – СПб.: Изд. С.-Петерб. ун-та, 2001. – 556с.

Вернуться

4

Там же, с. 19–21

Вернуться

5

Там же, с.21

Вернуться

6

Там же, с.19

Вернуться

7

Там же, с.144

Вернуться

8

Там же.

Вернуться

9

Ленинская теория империализма и современная глобализация (коллективная монография)/ Под науч. ред. А.И.Субетто. В 2-х книгах. Книга 1. – СПб.: Астерион, 2003. – 756с.; с.101 – 109

Вернуться

10

Бузгалин А., Колганов А. Глобальный капитал. – М.: Едиториал УРСС, 2004. – 512с.

Вернуться

11

Там же, с.45

Вернуться

12

Субетто А.И. Гуманизация российского общества. – М.: Исследоват. центр проблем кач-ва под-ки спец-ов, 1992. – 156с.; Субетто А.И. Творчество, жизнь, здоровье и гармония. Этюды креативной онтологии. – М.: Изд. фирма "Логос", 1992. – 204с.; Субетто А.И. Россия и человечество на "перевале" Истории в преддверии третьего тысячелетия. – СПб.: ПАНИ, Астерион, 1999. – 827с.

Вернуться

13

Бузгалин А., Колганов А. Глобальный капитал. – М.: Едиториал УРСС, 2004. – 512с.; с.129

Вернуться

14

Булгаков С.Н. Философия хозяйства. – М.: "Наука", 1990. – 412с.; с.73

Вернуться

15

Там же

Вернуться

16

Там же, с.67

Вернуться

17

Осипов Ю.М. Опыт философии хозяйства. – М.: МГУ, 1990. – 382с.; с.51, 59, 66

Вернуться

18

Субетто А.И. Ноосферизм. Том первый. Введение в ноосферизм. – СПб.: Астерион, 2001. – 538с.

Вернуться

19

Осипов Ю.М. Опыт философии хозяйства – М.: Изд. Москов. ун-та, 1990, с.335, 356

Вернуться

20

Комаров В. Г. Правда: онтологическое основание социального разума. – СПб.: Изд-во С.-Петербургского ун-та, 2001, с.374, 375

Вернуться

21

Субетто А.И. Современный мир и пути решения проблем России на этапе движения к устойчивому развитию/Декларация Петровской академии наук и искусств. – СПб.: ПАНИ, «Астерион», 2005. – 58с.

Вернуться

22

Смысл реформы – разоружение армии (За «круглым столом» фракции КПРФ в Госдуме – военспецы и депутаты)// «Советская Россия».– 2009. – 23 апреля – № 42(13259), с.2

Вернуться

23

Грачева Т.С. Невидимая Хазария. Алгоритмы геополитики и стратегии тайной мировой закулисы. – Рязань: Зерна, 2009. – 400с.; Грачева Т.С. Святая Русь против Хазарии. Алгоритмы геополитики и стратегии тайных войн мировой закулисы. – Рязань: Зерна, 2009. – 288с.

Вернуться

24

Впервые опубликована в книге: Субетто А.И. Капиталократия (философско-экономические очерки) – СПб.: ПАНИ, КГУ им. Н.А.Некрасова, 2000. – 214с.; с.5 – 163

Вернуться