Пролог

15 июня 1956 года в старинном здании роддома по улице Хакуратэ, славного города Краснодара, родился плотный темноволосый малыш, объявивший миру о своём появлении громким и требовательным криком. Это был я Горбань Пётр, сын Эдуарда потомок четырех славных родов. По отцу – казаки и армяне. Матушка наградила славными генами русских и поляков. Где-то по польской линии, наверняка, промелькнула тень сыновей израилевых. К счастью, она оказалась не слишком явной, поэтому обрезание делать не пришлось.

Ваш покорный слуга рожден был Близнецом в год Обезьяны и час Быка со всеми вытекающими из этого последствиями. И сейчас, когда я достиг весьма преклонного возраста. Сохранив при этом, надеюсь, трезвость ума и ясность мысли, меня накрыло непреодолимое желание написать книгу о своей весьма непростой жизни. Кто-то из древних и мудрых сказал: "…не дай вам Бог жить в эпоху перемен…"

Трудно не согласиться. Ведь именно в эти времена, Жизнь часто пытается скрутить нас в бараний рог, проверяя на прочность и непоколебимость. И лишь иногда, к величайшему сожалению, награждает редкими мгновениями счастья, любви, успеха, радости. И так есть. А как же было? Бывало то по-разному…

Здравствуйте, мой дорогой читатель! Имею честь сообщить Вам, что всё описанное в книги основано на абсолютно реальных событиях из жизни автора. Которая была и так достаточно увлекательна, что не требовало включать воображение. Так как я не вел дневники в течение всей своей жизни, то хронология событий может быть не идеальной.

Прошу простить меня за это. При этом имена и фамилии всех героев вымышленные. Автор не готов нести ответственность за абсолютно случайные совпадения. В тоже время, искренне прошу прощения у всех тех, с кем свела меня судьба. Тех, кого чем-то обидел. И особенно женщин, чьи надежды на супружество не оправдал, вольно или невольно … Простите меня, Все!!!

1. Детство

Всегда втайне завидовал тем, кто помнил свое детство, чуть ли не с первого вздоха или шага. Мне так не повезло, именно поэтому сохранил в своей памяти только наиболее яркие, значительные моменты и события этой прекрасной поры.

Отца моего звали Горбань Эдуард Петрович, матушку Балашова, в девичестве, Дина Федоровна вечная память, да пусть будет пухом им земля. К величайшей моей скорби, они покинули нас слишком рано… Сейчас пишу и вижу перед глазами высокого, красивого и дерзкого парня с густой шевелюрой, почти брюнета, в украинской рубахе расшитой крестиком. Матушка в молодости выглядела изысканно – аристократично.

Даже для Москвы, где училась тогда в текстильном институте. Стройная, красивая, молодая, в роскошном габардиновом весеннем пальто, длинном и с широченными плечами, по моде того времени, она была безупречно великолепна. Поэтому именно эти фотографии моей мамы и отца в юности, так запомнились мне.

Родился я нежданчиком, по причине ошибки родителей в расчётах закономерного чередования фаз Луны. Тремя годами раньше на свет появилась моя старшая сестрёнка Татьянка. К величайшему моему сожалению и огромному горю родителей, с диагнозом ДЦП. Наделенная высоким интеллектом и прекрасной памятью, она была совершенно беспомощной. Всю жизнь родным приходилось водить сестру на горшок и кормить с ложечки.

Несмотря на все принятые меры и способы лечения, включая даже операцию на мозг в Московском институте нейрохирургии, победить недуг, не удалось. До конца своих дней Татьяна оставалась инвалидом. Это наложило отпечаток на жизнь всей нашей семьи… Страшно тяжело, конечно было маме. Всё время нести в себе эту муку и горе. Только поэтому родители не хотели больше рисковать со вторым ребенком. Однако человек предполагает, а господь – располагает.

Вернёмся к истокам. Как уже писал, предками по отцу были казаки и армяне. Казачий род пошел от предводителя древних сарматов – Горбона, что переводится как неотразимый, но великодушный. Армяне тоже были не лыком шиты. Именно они основали Армавир, когда привели на Кубань армянский народ, спасая от резни турок. Баронян и Саркисян, таковы фамилии этих достойных мужей.

Нарекли меня в честь деда, которого я ни разу не видел. В 1944 году он, будучи полковником и командуя мотострелковой дивизий, получил 15 лет сталинских лагерей. Вышел бывший красный командир только в 1954 по Амнистии. Великий Вождь всех народов и Большой друг детей Иосиф, нас покинул.

После освобождения дедушка прожил совсем недолго. Он скоропостижно скончался от инфаркта прямо на роскошном песчаном пляже в Махачкале, куда пошел искупаться по возвращении. Сердце деда не выдержало пьянящего воздуха обретенной Свободы…

А я родился только спустя два года после этого печального события. Именно поэтому, мнение о деде у меня сложилось по воспоминаниям родных и близких. Казак он был, наверняка, добрый. Ещё в 1924 году гонял по Туркестану басмачей, будучи командиром эскадрона Рабочей – Крестьянской Красной Армии.

Там и встретились мой дед и дочь репрессированного буржуя – Баронян Шушаник Саркисовна, сосланная вместе с матерью в Среднюю Азию умирать… На исправление после полного разграбления имущества и лишения большей части, гражданских прав. О человеке лучше всего судить не по словам, а по делам. Мало кто из командиров Красной Армии смог бы в те сложные времена официально взять в жены девушку с такой родословной. Честь и хвала моему предку, он это сделал…

Второго деда по матушке я тоже не помню. Умер он, когда я был совсем малой. Звали его – Балашов Фёдор Иванович и работал он директором консервного комбината города Лабинска. Что удивительно дедушку не помню, а большие брикеты халвы сделанной по спецзаказу с толстыми слоями кремовой и мягкой карамели запомнил. Такова избирательность и непредсказуемость нашей памяти. Простите меня великодушно за это.

Но вернемся, как говорится, к нашим баранам, то есть к автору. При слове детство сразу вспоминается дом возле железнодорожной станции Краснодар 2, утопающий в кронах больших абрикосовых деревьев. Таких роскошных плодов я больше нигде и никогда не встречал. В труднодоступных местах на ветвях они висели подобно маленьким солнцам, падали в итоге на землю, оставляя лишь влажное пятно и косточку. С той поры и по сей день, я уверен, что абрикосы, пахнут пьянящим и теплым ароматом Солнца.

Пацанчиком я рос шустрым непоседой. Иногда, даже несколько шкодливым. Подобно всем нормальным детям того прекрасного и безмятежного времени, мы до одури играли во дворе в войнушку, казаков разбойников, индейцев и прочее. Зимой строили снежные крепости, за которые отважно сражались, постигая азы знаний фортификации. Методы и приемы наступательных, а также оборонительных боев. Уже в детстве отличался дотошностью в изготовлении макетов оружия. Автоматы, пистолеты, арбалеты, луки и томагавки делал не только для себя, но и для своих более безруких приятелей.

Девчонки принимали самое активное участие в наших играх. Санитарки, сестры милосердия, индейские скво и несчастные пленницы злых и безжалостных разбойников, таковы были их роли в наших игрищах. О ролевых играх мы в то девственное время ещё не имели ни малейшего представления. Да и в куклы тогда пацаны играли тоже крайне редко.

Первая любовь пришла ко мне несколько рановато. Уже во втором классе я по уши влюбился в Ларису Кириченко. Самая красивая, на мой конечно взгляд, из пяти третьих классов девочка занималась балетом в городском Доме Пионеров. Уже прошло с той поры более пятидесяти лет, а по-прежнему перед глазами стройная прелестница с голубыми глазами, волосами цвета спелой пшеницы, заплетенными в две плотные косички, украшенные роскошными огромными белыми бантами.

Что удивительно, на всех фотографиях класса, я всегда находился рядом со своей избранницей. Представьте себе, со второго по седьмой класс за спиной очень милой и реально красивой девочки маячил плотный темноволосый пацан с нагловатой усмешкой на луноподобном лице. Следует, наверное, сказать, что с первого по девятый класс я был достаточно упитан. И с честью носил прозвища… кабан, жирный, жиртрест и прочее. Не всегда мне могли сказать это в лицо, но боровок был знатный.

Вернемся к первому прекрасному и светлому чувству. Хотя сейчас я понимаю, что моя первая Любовь была больше похожа на историю про Красавицу и Чудовище. В роли Чудовища уверенно выступал в жёлтой майке лидера я. С красавицей всё тоже было ясно. Несмотря на младость лет, чувство было глубоким и сильным. Если моя избранница не приходила в школу, сильно переживал и буквально не находил себе места.

Уже в третьем классе признался Ларисе о своём чувстве. Произошло это так. В начальной школе раздевалка находилась прямо в классной комнате. И мне не составило большого труда положить записку с признанием в карман пальто своей Джульетты. Искренняя и нежная инициатива не была оценена дамой сердца.

Она пожаловалась классной руководительнице и меня подвергли обструкции на классном собрании. Обвинив в моральном разложении. К счастью в детстве на такие мелочи не сильно обращаешь внимание, да и партбилет на стол выкладывать не приходится по причине его отсутствия.

Детство и, как потом оказалась, вся жизнь пролетают достаточно стремительно. Многое уже позабыто, что-то стало неинтересным и маловажным. Однако в памяти сохранилось первое празднование Нового Года с одноклассниками в седьмом классе. Нас было шесть человек. Три юных кавалера и, соответственно, столько же прелестных барышень. В том числе и, конечно, в первую очередь моя избранница.

Собираться мы начали недели за две. Согласовали меню, определились с «картой вин». Достали музыкальные хиты. Современная музыка тогда писалась только на использованных рентгеновских снимках, которые носили оригинальные названия "ребрышки" или "скелетики". Причем подготовкой банкета занимались, только мы – пацаны. Леди ограничились согласием на участие в новогоднем празднике, при условии возврата их в лоно семьи не позже 22–00 в целости и сохранности.

Сложнее всего мне было определиться с подарком для своей любимой. После долгих раздумий и мучительных порой безуспешных исканий я остановился на статуэтке балерины мягкого зеленоватого фосфоресцирующего цвета. В то время они выпускались только двух модификаций. Одна – балерина, вторая – фигуристка. Отличались девушки только обувью. Как назло в период всеобщего новогоднего ажиотажа по немногочисленным магазинам города, при условии всеобщего дефицита, в наличии оказались только фигуристки. Моему разочарованию не было предела. Но спасла врожденная смекалка. Старательно отпилив надфилем, коньки роскошной фигуристки я получил не прелестную балерину.

Эта вечеринка в седьмом классе стала моим первым кулинарным опытом. Представьте себе, тринадцатилетний мальчуган делает к праздничному столу кролика запеченного в духовке под белым соусом, с большим количеством лука, специй и грибов. Было реально очень вкусно. А мне пришлось неделю доставать маму и бабушку, чтобы они научили меня это готовить. Результат превзошел все ожидания. Я купался в лучах славы, слушая одобрительные отзывы своих друзей.

Вечер удался. Мы выпили бутылку хорошего настоящего шампанского из подвалов Абрау-Дюрсо. Расслабившись, активно танцевали, хохотали по любому поводу и не заметили, как быстро пролетело время. Настала пора провожать наших барышень по домам. Судорожно тиская в кармане пальто подарок, шёл на расстоянии вытянутой руки рядом с Ларисой и думал о том смогу ли поцеловать ее при прощании. Мои упитанные щеки алели багряным румянцем, а от горящих ушей казалось, можно было прикуривать.

Поднявшись на пятый этаж, где жила юная прелестница и собрав в кулак все остатки воли, сунул статуэтку в руки тоже смутившейся от моей неуклюжести девочки. С отчаянием обреченного чмокнул её в щеку где-то в районе уха. Не могу сказать, что до сих пор ощущаю на губах вкус того первого поцелуя. Но помню это событие до сих пор… К сожалению, дальнейшего развития наши отношения не получили.

Вскоре отец получил новую должность, мы переехали в другой район города. И там я пошёл в новую школу. Три года пролетели как мгновение, не оставив в моей памяти ничего захватывающего. Учился, стал заниматься спортом – пошел на борьбу. Радостным событием той поры был первый выход на рыбалку.

Недалеко от нового жилья находилось несколько пресноводных озер. Они сформировались из старого русла реки Кубань. И тянулись почти через половину города. Местами достаточно глубокие, в красивом окаймлении тонких полосок камышей, с росшими по берегам деревьями скверов и парков.

Эти водоемы были прекрасными местами для отдыха. И носили общее название – Карасун(в переводе с адыгейского, это означало – Черная вода). В причину такого обозначения этих озер мы совсем не вдавались. Количество утонувших в пьяном виде было столь незначительно, что не настораживало наших родителей. Поэтому они всегда отпускали туда нас, подростков в компании друзей или одноклассников. Летом мы купались в них, не обращая внимания на таблички "Купаться запрещено", ловили карасей и другую некрупную рыбу.

Зимой озера становились демократичными, популярными катками. Причем, абсолютно бесплатными. Дух стяжательства и жажда наживы в те далекие годы еще не поразили тогда еще все слои общества бескорыстных строителей коммунизма. И, на удивление, практически по-отечески заботливых – Слуг народа. Целомудренно, ничего не ведающих о коррупционной составляющей своих должностей. Да и никогда не слышавших подобных словосочетаний. В какое чистое время наше поколение начинало жизнь…

Прошу прощение, отвлекся. Мы же о рыбалке. У отца в отделе работала женщина, муж которой увлекался рыбной ловлей. Однажды он предложил взять меня с собой на рыбалку. На расположенное неподалеку озеро Карасун. С радостью согласился. Перспектива поездки настолько взбудоражила, что проснулся не под звон будильника в 4–00, а в два часа ночи. И не смог больше заснуть, сгорая от нетерпения. Наспех выпив чая с бутербродами, приготовленными заботливой бабушкой Сусанной. Собрался и вышел во двор.

На улице было еще совсем темно, немудрено-то в 3 часа ночи. Светили уличные фонари, на черном небе еще достаточно ярко горели звезды, обещая хорошую погоду. Предутреннюю тишину нарушал вялый лай собак, сопровождавший редких прохожих. Не зря же известный пролетарский поэт Маяковский дал городу Краснодару оскорбительное прозвище – "Собачкина столица".

Я с нетерпением прислушивался к другим звукам ночного города. Михаил Илларионович, так звали рыбака, должен был приехать на мотоцикле "Урал" с коляской и забрать меня. Время ожидания казалось вечностью, но на удивление пролетело пулей.

Как и договорились, рыболов приехал в 4–00. Быстро загрузился, и мы поехали по безлюдным улицам только начинающего просыпаться городу. Доехали довольно быстро, определились с местом, разгрузились. Под внимательным контролем профессионала и конечно с его помощью мы собрали бамбуковые удочки. Для меня все было ново, захватывающе интересно и безумно увлекательно. Подготовка прикормки, настройка снасти и первые забросы. Регулировка поплавка, выбор наживки…

До сих пор помню медленное скольжение легкого поплавка из гусиного пера в сторону зарослей камыша, судорожная подсечка и, внезапное ощущение живой тяжести на другом конце тонкой лески. После недолгого вываживания, в руке трепещет прохладно округлый слиток серебра…

Рыбка называлась серебристый или королевский карась. После первой, поймал еще около десятка. Сейчас, по давности лет, уже точно не помню. Зато запомнил, что все пойманные рыбы клевали абсолютно одинаково. Две легкие поклевки, медленное скольжение поплавка в сторону камышей и нырок его под воду возле них.

Домой я приехал довольный до невозможности, гордо положил добычу на кухонный стол. За ужином взахлеб рассказывал родным о рыбалке. С радостью видел, что и мама и отец с удовольствием едят красиво пожаренных бабушкой карасей. Заснул как убитый, но всю ночь мне снился поплавок медленно скользящий к стене камыша… С того времени и по сей день это увлечение не отпускает меня.

А когда наш сосед по новому дому, Есипов Евгений Павлович, взял меня на охоту по перепелу, понял – это судьба. С той поры это увлечение захватило меня безальтернативно. Что характерно, повзрослев, отправлялся на рыбалку или охоту не попить водки и насладиться красотой природы. А добыв зверя или рыбу, принести в дом и бросить к ногам любимой Женщины.

До сих пор помню свою первую охоту. Всё было не так уж просто и легко. Выезду предшествовало серьёзное обучение по курсу «Начинающий охотник». Инструктаж по техники безопасности, изучение приемов обращения с оружием и стрельбы по подвижным мишеням. Особое внимание сосед уделял формированию у меня практических навыков по снаряжению патронов, чистке оружия и т.д.

Вечерами мы сидели с ним в беседке под большим деревом роскошной желто-краснощекой черешни. Где я с замиранием сердца слушал захватывающие истории об охоте из жизни Евгения Павловича. На "огонёк" часто заходили охотники – приятели соседа. Дискуссия становилась еще более оживленной и эмоциональной.

Впрочем, мне это совсем не мешало самоотверженно вырубать пыжи из войлока или картона, снаряжать патроны, чистить оружие. Практически идеальное сочетание обширных теоретических знаний, и отработка практических навыков под пристальным "отеческим" взором профессионалов.

Наступил долгожданный день охоты. Рано утром, ещё затемно, приехал водитель. Мы загрузили оружие и снаряжение в машину. Затем я сходил в вольер и привёл охотничью собаку соседа. Курцхаар по кличке Бой с пока непонятным для меня воодушевлением рвался с поводка в автомобиль. С азартом обнюхивал рюкзаки и чехлы, с оружием, лежащие в машине. Глаза кобеля горели, и он никак не успокаивался.

Да что там пёс. Я сам был подобен этому кобелю. Мои глаза так же горели в предвкушении пока неизвестного но захватывающего. Сердце колотилось в повышенном ритме близком к тахикардии. За окном автомобиля уже мелькали пригороды Краснодара. Плавно переходящие в бескрайние поля сельхоз угодий. Разделённые с геометрической точностью лесополосами.

Именно на этих полях, обильно заросших разного вида сорняками, нам предстояло охотиться на перепела. Маленькая птичка, размером меньше ладони, в изобилии водилась в степной зоне Краснодарского края. В конце лета к обитателям местного ареала добавлялись их пернатые коллеги из европейского севера и центральной полосы России. Выдавливаемые из родных мест наступающим похолоданием, эти крохи собирались в стаи и по ночам летели к Югу. На Кубани, готовясь к броску через Чёрное море, они задерживались, наедали жирок. Отдыхали и вновь, долгий полёт…

Тем временем мы уже приехали на место. Переодевшись в охотничью одежду, собрали оружие. Так как было ещё темновато, выпили по чашке чая. Впрочем, в тот момент мне было совсем не до этого напитка. Душа звенела от напряженного ожидания начала действа. Курцхаар Бой рвался с поводка примерно с таким же нетерпением. Наконец взошло Солнце, рассыпав по траве мириады мелких бриллиантов. Легкая дымка тумана в понижениях рельефа добавляла мягкого очарования влекущей неизведанности…

Сигналом к началу послужили не будоражащие душу звуки охотничьих рогов доезжих, как в прекрасном фильме "Война и мир", а не громкая фраза соседа. Мы вытянулись в шеренгу с интервалом около десяти метров между охотниками и неторопливо пошли по полю, стараясь идти боком к легкому ветерку, облегчая работу собаки. Пёс с азартом и воодушевлением носился впереди нас в челноке пытаясь поймать запах притаившейся птицы.

Мои чувства на тот момент, даже сейчас, спустя почти пятьдесят лет, трудно передать словами. Азарт, нетерпение, ожидание взлета, боязнь промаха и восторг что участвую в этом прекрасном действии лишь малая толика в богатейшей гамме моих переживаний.

Внезапно кобель остановился на полном аллюре, поднял морду повыше и активно закрутил обрубком купированного еще по рождению хвоста. Затем медленно пошёл, резко сменив направление движения. Наклонив морду к земле, он стал тщательно принюхиваться, почувствовав свежие наброды перепела. Вскоре началось самое интересное и удивительное. Вновь подняв голову, курцхаар пошёл вперёд, вытягиваясь в струнку. Его движения становились всё медленнее и по-кошачьи грациозны.

Наконец Бой замер в стойке картинно и очень элегантно подняв переднюю лапу. На шкуре собаки даже была заметна легкая дрожь от переполняющего возбуждения. После разрешающей команды ближайшего охотника: "Пиль", пёс сделал несколько коротких шажков вперёд.

Перепел резко взлетел с легким присвистом и трепетанием крыльев. Выстрел прервал этот полёт. Птица комком упала на землю. Кобель, после команды "апорт" бросился вперед, быстро нашёл её в густой траве и с явно довольным выражением на породистой морде принёс счастливчику.

Охота началась. Перепела вылетали всё чаще, как из-под стойки, так и шумовые. То есть, из под ног охотников. Выстрелы следовали один за другим. Как удачные, так и промахи. Я вносил достойную лепту в эту канонаду. Отмечу, с учётом моих горячих предков, был отроком эмоциональным и всего пятнадцати лет от роду. Потому, забыв все советы и наставления наставников, стрелял подобно ковбоям от бедра и пояса. Не всегда хорошо прижимал приклад ружья к плечу. Порою даже стрелял сдвоенным дуплетом. Короче – Лимонадный Джо и Буффало Бил в одном флаконе.

Только в отличие от этих легендарных персонажей в моих трепетных руках был не "старина кольт", уравнявший жителей Северной и Южной Америк в правах. А тяжёлое садочное отечественное ружье ИЖ 54 двенадцатого калибра.

Так, результат достаточно интенсивной стрельбы: рассечение правой ладони поворотным рычагом, сбитые спусковой скобой пальцы, опухшее плечо поначалу приятно розовато-красноватого оттенка и синяк под правой скулой. Мне ещё повезло. На перепела мы снаряжали патроны с половинной нормой пороха и дроби ввиду небольшого размера птицы. При полном заряде результат был бы еще более впечатляющим.

Но всё это не имело, ни малейшего значения. Передо мной открылся новый для меня прекрасный мир охоты. Расстреляв пятьдесят шесть патронов, я добыл единственного перепела… Был до невозможности горд и по-настоящему счастлив. Удивительно, но мне не было жалко эту маленькую птицу.

В шестнадцать лет, на день рождение отец подарил мне охотничье ружьё. Вскоре я стал членом молодежной секции Военного общества охотников. И практически всю свою жизнь весьма активно и, надо сказать, плодотворно занимался охотой. Держал одновременно несколько охотничьих собак разных пород. Это позволяло мне добывать на разных охотах, от перепела и вальдшнепа до дикого кабана и сохатого.

С Вашего позволения, мой возможно будущий читатель, хочу рассказать о своей первой охоте на фазана. Как же давно это было, без малого пятьдесят лет тому назад. Тогда я учился в девятом классе. Родители с сестрёнкой поехали отдыхать на море. Мы же с бабушкой и догом Гердой остались на хозяйстве.

Сентябрь на Кубани воистину изумительная пора, по праву называемая бархатным сезоном. На смену испепеляющему зною июля и августа пришло мягкое тепло завершающего месяца лета. Дарующего жителей богатейшим разнообразием ягод, овощей и фруктов.

Персики и виноград, яблоки и груши, арбузы и дыни, а также ещё многие другие дары наступающей осени поражали не только обильным и ярким разноцветьем. Но и сногсшибательными ароматами созревших фруктов, напоенные солнцем и впитавших всю силу соков земли. Сейчас, проходя мимо овощных ларьков мигрантов из Средней Азии, редко ощутишь какое-то дивное благоухание. За исключением терпкого запаха наживы.

Но вернемся к охоте. Евгений Павлович предложил мне поехать с ним в воскресенье на охоту по перепелу. Конечно же, я с радостью согласился и полностью приготовился уже в субботу. Однако рано утром сосед перезвонил и с грустью сообщил, что ввиду поломки автомобиля охота отменяется. Сказать, что моему разочарованию не было предела, ничего не сказать.

Немного пострадав в унынии и печали, надумал, раз уж собрался, ехать на рейсовом автобусе. Тем более что, место охоты находилось всего в двадцати – тридцати километрах от города. Для того чтобы было не так одиноко решил взять с собой серо-мраморную красавицу Герду. Дог конечно не легавая, но за компанию сойдет, решил я.

Рюкзак на спину, ружьё в чехле на плечо, ягдташ – охотничья сумка на другое, собаку в наморднике на поводок и в путь. Через час, с небольшим, уже доехал до угодий на автобусе. Важный и гордый, я торопясь, дошел до поля. Собрал ружьё, отпустил с поводка Герду.

Внушительная псина, совершенно не разделяя моего энтузиазма, вяло брела позади. Устав, порою утыкалась мордой мне в ноги. Как бы призывая, поскорее закончить непонятный уикенд с этими отвратительно-ужасными колючками. Несмотря на то что «англичанка» датского происхождения пыталась «гадить», мне удалось за четыре часа охоты добыть двенадцать перепелов. Чему был ужасно горд.

Поздний сентябрьский перепел, невзирая на небольшой размер, настолько упитан, что взрослый мужик вряд ли сможет съесть их больше трех штук. Вспомнив об этом, решил немного отдохнуть и перекусить. Тем более что вышли с «напарницей» на берег небольшой реки, где с удобством расположились в прохладной тени. Герда, с видимым наслаждением, бродила по мелководью, с жадностью хлебала воду, а её морда выражала подлинное блаженство.

Перекусив бутербродами с хорошо заваренным кофе из термоса, немного полежал в тени на небольшой полянке возле реки. Собака с радостью плюхнулась рядом, тяжело вздохнув прямо по-человечески. Однако надо было идти охотиться дальше, что совсем не понравилось моей «красотке». Увидев, что я уже пошел, взяв в руки ружье, она не сразу поднялась и нехотя побрела за мной с весьма страдальческим выражением. Мы не спеша форсировали речку по путепроводу. Зашли на новое поле, изрядно заросшее сорняками. Вскоре вылетает перепел, которого я сбиваю, немного замешкавшись, только со второго выстрела. Птица камнем падает в густые заросли амброзии по берегам реки. Перебираюсь туда, благо заметил точку падения. Наклоняюсь поднять замеченную лежащую птицу, и в этот момент вылетает другой перепел. От неожиданности я суматошно стреляю и дважды промахиваюсь. К моей радости, птица переместилась совсем недалеко. Быстро перезарядив ружье, я спешно направился к этому новому месту.

Герда, уставшая с непривычки, понуро ковыляла вслед за мной по густым зарослям, совершенно не понимая моего энтузиазма. Мне надоело, что ее унылая морда постоянно тычется в мои икры, мешая быстрому передвижению. Развернувшись, дал ей лёгкого пинка, указавшего движение в нужном направлении и правильной дорогой.

Оскорбленная столь бесцеремонным образом, собака обиженно потрусила вперед легкой рысью. Сразу, однако, замедляясь до шага. В этот момент из зарослей, по которым вяло пробежала Герда, с грохотом крыльев вылетело несколько фазанов. Птицы взлетели вертикально свечой и на высокой скорости. Ошалев, от неожиданности, чисто на автомате, я всё же смог сделать два прицельных выстрела.

Первым ещё на свече сбил роскошного петуха, упавшего камнем. Вторую, курицу более скромной окраски, достал уже на пределе дальности выстрела при горизонтальном полёте. Фазан петух упал недалеко, но в густом кустарнике. Не надеясь на помощь собаки, сам быстро бросился вперед. К счастью, услышал агонизирующее трепыхание крыльев, и вскоре увидел добычу. Второй фазан упал на более чистом участке поля свободном от высоких зарослей сорняков. Поэтому я нашёл его тоже достаточно быстро.

Переполняемый азартом и ликующий от восторга присел и стал внимательно разглядывать добычу. Кавказский фазан, особенно самец, яркая и красивая птица среднего размера, очень богатой цветовой гаммы оперения. Даже не буду пытаться описать словами эту волшебную красоту. Самочки украшены не так ярко, но тоже симпатичные. Вдоволь налюбовавшись и немного успокоившись, аккуратно уложил птиц в рюкзак и пошел охотиться дальше.

День уже клонился к вечеру, поэтому стал двигаться по полям в сторону ближайшего населенного пункта, откуда планировал добраться домой на рейсовом автобусе. По дороге до поселка сбил только одного перепела. Итак, результат моей первой самостоятельной охоты, два роскошных фазана и четырнадцать довольно упитанных перепелов. Гордость за принятое решение и радость за результат переполняли мою душу.

Придя в поселок, нашел остановку и стал дожидаться автобуса. Чтобы не терять время даром сложил ружье в чехол, уложил рюкзак. Затем очень живописно разобрался с добычей. Фазанов по диагонали повесил с краёв ягдташа, а семь пар перепелов в маленьких удавках между ними очень достойно завершили этот натюрморт.

Тут подошёл пожилой черкес, внимательно посмотрел на меня. Ещё более внимательно оценил добычу. После чего искренне похвалив, посоветовал дичь аккуратненько сложить в рюкзак, так как дневная норма отстрела по перепелу всего десять штук, при моих четырнадцати. А на фазана охота разрешена только по специальным путевкам и в присутствии егеря, что вряд ли имело место быть. По его мнению. Забота незнакомого адыгейца меня порадовала, и я спешно воспользовался его советом.

К скорому приезду рейсового автобуса на остановке сидел законопослушный юноша, со взором горящим, с чем-то наполненным рюкзаком за плечами, ружьем в чехле и безмерно уставшим датским догом на поводке. Видно мы ещё не сильно разобрались в механизмах генной памяти. Как и почему она проявляется в течение нашей жизни. Отец совсем не увлекался ни рыбалкой, ни тем более охотой. Почему же с первой рыбалки и выезда на охоту ваш покорный слуга стал рабом этой всепоглощающей страсти. Объяснение может быть только одно – гены.

Вот так порою очень увлекательно и порою захватывающе без остатка проходило детство. Что удивительно, мало вспоминаются годы учёбы в старших классах новой школы. Новой любви я там не встретил. Друзей на всю оставшуюся жизнь тоже не обрёл. Учился до девятого класса довольно посредственно. Преимущественно на четвёрки. Но пятерки и, к сожалению, тройки тоже имели место быть. Правда, по некоторым предметам являлся признанным лидером в классе.

История и обществоведение, физика и труд, а также литература были моим коньком. Преподаватели по некоторым из этих предметов вызывали меня к доске отвечать только при возникновении каких-то спорных моментов. В качестве третейского судьи или истины в последней инстанции. Подобное уважительное отношение к моему мнению и знаниям конечно льстило.

С первого по восьмой класс я был, мягко говоря, достаточно упитан. Фигура поражала округлостью и стремилась к идеальности «золотого сечения». Когда же ваш покорный слуга перешел в девятый класс, отец решил заняться моим физкультурным совершенствованием. Сам он, мужчина достаточно крупный и реально очень сильный, начал бегать трусцой по утрам. Успешно борясь с немного лишним весом и появившейся гипертонией.

Мы стали бегать вместе до ближайшего стадиона мимо озер Карасун. Поначалу было очень тяжело, но постепенно хоть и не слишком быстро втянулся. Вес стал уходить, а бег приносить удовольствие и долгожданную легкость движения. Весной и летом мы с батей добегали до стадиона и, раздевшись до плавок, переплывали Карасун. Таким образом, гармонично совмещая самые полезные виды физических нагрузок.

Несколько позже, уже в девятом классе, пошел на вольную борьбу. Короче говоря, к окончанию десятого класса превратился в крепкого юношу атлетического сложения весом чуть больше восьмидесяти килограмм при росте метр восемьдесят семь. Одним словом, Красавчик, практически готовый к жизни труду и обороне…

2. Юность Петра

Я долго думал, вспоминая этот период своей жизни, какое время можно считать ее началом. Остановился на экзаменах при поступлении вуз. Выпускные экзамены и последний звонок с балом Выпускников можно считать прощанием с детством. При всей эйфории радости момента, многие девочки рыдали, не сдерживая слёз, утирая кружевными, обязательно белыми платочками вмиг покрасневшие милые носики.

Мы, пацаны, напротив, вели себя показушно самоуверенно, независимо и самодовольно. Подходили к нашему завучу, милейшему " Ване Пете" и чокались с ним бокалами искрящегося шампанского. Приглашали на медленные танцы молоденьких учительниц. Демонстрируя свою взрослость и самцеватость. Но всё это было, на мой взгляд, прощание с Детством. Как подросшие птенцы мы пытались взлететь в новую жизнь, проверяя крепость только что выросших крыльев…

Любой бал, и не только у Золушки, когда-то заканчивается. Наутро, проснувшись и не став пока ещё богатым и знаменитым, я приступил к серьёзным занятиям по подготовке к приемным экзаменам на географический факультет Кубанского Государственного Университета. Безбрежные синие дали Мирового океана, далёкие страны и, что греха таить, чужая жизнь влекли меня. Сказались авантюрный склад характера, и романтичность несколько наивной души интеллигентного юноши.

Как любой большой путь начинается с первого шага. Так и мой, в таинственное далёко посредством специальности океанография, начался с весьма прозаического занятия. Следует отметить, что почерк у меня был ужасный ещё с детства. Именно поэтому по окончанию школы, мне пришлось вновь открыть тетрадь в косую линейку. И старательно выписывать буквы русского алфавита по образцу. Занимался очень старательно, понимая важность момента и значимость действия.

Труды не пропали даром, сочинение про партию, "…которая как опытный ткач ТКЕТ прочное полотно нового общества. Имя, которого – Коммунизм!!!", написал на твёрдую четвёрку.

Тогда впервые проявилась отличительная черта моей натуры. Несмотря, на некоторую вахлаковатость образа, в ответственные моменты жизни мог сконцентрироваться, быстро принять правильное решение и трудиться с полной самоотдачей до достижения результата. К сожалению, порою мог принять и, неправильное.

Вступительные экзамены пролетели очень быстро. В суете подготовки, легком мандраже устных и волнительном ожидании результатов письменных. Мне удалось достойно пройти этот ответственный этап, набрать проходной бал с запасом. И стать на целых пять лет студентом географического факультета.

Теперь, вспоминая прожитую жизнь, я однозначно уверен, что именно эти годы были самыми яркими, сладкими и чудесными! Юность, ответственейшая пора становления личности, дарила незабываемые мгновения первой взрослой любви. Познания окружающего мира людей и радость обладания Женщиной!

Итак, она звалась Татьяной. И это не цитата из произведения известнейшего классика. Мою первую взрослую любовь звали именно так. Увидел я её на первом организационном собрании поступивших студентов. До сих пор помню этот момент в мельчайших подробностях.

Подхожу к аудитории, как всегда не слишком торопясь, и вижу высокую, стройную девушку с курчавыми как у Анжелы Дэвис, только светло русыми волосами. Золотистого цвета блузка в крупный синий горошек нежно облегала впечатляющую грудь. А настоящие американские джинсы известной фирмы удачно подчеркивали длину, стройность ног и мягкую округлость роскошных бедер.

Особую пикантность образу добавляла небольшая родинка над красиво очерченными пухлыми и очень сексуальными губами. Ваш покорный слуга попал. И пропал одновременно… Все последующие пять лет учёбы в университете были освещены мягким сиянием этого прекрасного светлого и, к сожалению, безответного чувства. Да именно так. Все эти годы я безнадёжно любил девушку, не отвечающую мне взаимностью.

Таня приехала в Краснодар из Сочи, где проживала в весьма обеспеченной по советским меркам семье. В Краснодаре она жила в общежитии вместе со своей старшей сестрой. Елена училась на инязе. Так тогда назывался факультет романно – германской филологии.

Следует отметить, именно там овладевали знаниями языков самые красивые, эффектные и раскрепощенные девушки университета. Не хочу обижать студенток других факультетов, красивые девочки встречались везде. Но их плотность на каждом квадратном метре иняза была значительно выше. По всей вероятности, виртуозное владение языками и возможность читать иностранную литературу в первоисточнике, не выхолощенную безжалостными советскими цензорами, обладало притягательной силой, в первую очередь, для этих красоток.

Вообще-то я уже давно обратил вниманием на то, что в последнее время красивых девушек стало намного больше. Хотя, может быть, это реакция постаревшего самца на обилие красивых юных " ланей ", ставших уже практически недосягаемыми. Во времена моей юности на одном курсе было всего две, максимум три красивых девушки. Остальные были обычными, посредственными, или никакими. Но что удивительно, к окончанию института они практически все вышли замуж. Некоторые даже успели вкусить радость материнства, и были реально счастливы.

В настоящее время ситуация абсолютно противоположная. Зайди на любой сайт знакомств, а там как на реке "…Выйди на Волгу, чей стон раздаётся над великою русской рекой…" Огромное количество прекрасных женщин всех возрастных групп тщетно пытаются найти достойного мужчину и не попасть в грязные сети брачных аферистов. Причём, некоторые предусмотрительно начинают эту деятельность уже лет с двадцати. И юмор здесь совсем неуместен. Это ужасно. Дико извиняюсь, отвлекся.

Если школьные годы летят быстро и безвозвратно, то студенческие проносятся вообще с космической скоростью. Новая, интересная и относительно свободная жизнь приняла меня в свои объятия. Первый учебный год, после короткого лекционного периода, начался с трудового семестра. Нам, новоявленным студентам, не пришлось месить грязь, убирая картофель в средней полосе нашей великой отчизны. Согласитесь, собирать виноград, в бархатный сезон, совмещая это занятие с принятием солнечных ванн лучше, чем выбирать из расквашенной осенними дождями земли грязный картофель.

Посёлок, в котором мы жили, располагался на берегу Азовского моря. Поэтому вечерами после работы мы с удовольствием купались, загорали до черноты. А в выходные дни у нас были танцы. После пару стычек с местными парнями, мы подружились. И, практически два месяца прекрасно и безмятежно отдыхали, с азартом совмещая развлечения с необременительным трудом во славу Родины и на благо Альма-матер.

После колхоза началась новая, удивительно интересная студенческая жизнь. Всё было бы прекрасно, если не считать прохладного отношения ко мне Татьяны. На мои робкие попытки подружиться она ответила ледяным равнодушием. И пришлось мне знакомиться со старшекурсницами, постепенно, но неотвратимо осваивая навыки общения с девушками и приёмы петинга, старые как мир.

Дальше поцелуев в губы и нежные шейки, поглаживания приятных округлостей поверх тонкой ткани, дело не шло. Прошу прощения, уже стал забывать. В исключительных случаях, партнерша позволяла расстегнуть трясущимися от волнения руками бюстгальтер. И, о Боже, ласкать эти изумительные волнующие упругие полушария. Признаком особого доверия и перспективности отношений служило позволение девы юной целовать её сосок ласково, прикусывая волшебный ореол.

Девушки, по крайней мере, те с которыми мне приходилось общаться в те далёкие годы, вели себя достаточно целомудренно. Да, они отвечали на поцелуи с разной степенью интенсивности, в зависимости от врождённого темперамента и приобретенного личного опыта. Но этим практически и ограничивались. Ласково поглаживали затылок, нежно теребя модные по тем временам длинные кудри. Прижимались всем телом к партнёру, стыдливо отодвигая попку назад, чувствуя лоном восставший член.

Впрочем, студенческая жизнь состояла не только из этих сладостно напряженных моментов. Большую её часть занимали лекции, семинары, практические занятия, спорт и многое другое. Честно говоря, поначалу автор не отличался примерным усердием в учебно-воспитательном процессе. Пропускал лекции, без должного трепета относился к коллоквиумам. Признаюсь, что к общественным поручениям и общественно-полезному труду тоже относился довольно прохладно.

Первый раз понял, как выгодно быть ярым общественником только в конце семестра. Староста курса поручила нам с приятелем оформить экран посещаемости и успеваемости. Володя, по прозвищу Американец, окончив художественную школу, мастерски владел пером. Ваш покорный слуга неплохо мог собирать нужную информацию, виртуозно её анализировать и делать неожиданные, но очень правильные и полезные выводы. Так подведя итоги, мы с Володей увидели, что практически лидируем на курсе по количеству пропущенных занятий.

Это нас не очень обрадовало, хотя и подтвердило мудрость народных пословиц и поговорок. Вроде – Сапожник без сапог. Получилось у меня 52 прогула, Володя же немного уступал – 48. После непродолжительных раздумий, он неосторожно согласился на предложение сократить десятки в этих славных наших достижениях. Простой результат согласованных действий обрадовался меня в большей степени. В сухом остатке, как и на стенде, осталось 2 и 8 прогулов.

Немного позже пришло понимание, почему некоторые особо продвинутые студенты и студентки так рьяно кидаются в бучу общественной жизни. Молодую и кипучую. Общение с преподавателями и сотрудниками деканата и кафедр обеспечивали им лёгкое послабление на зачётах и экзаменах. Сохранение стипендии, порою даже при получении троек на экзаменах и другие приятные мелочи вплоть до бесплатных талонов на питание в студенческой столовой и льготных путёвок на базу отдыха университета на берегу Чёрного моря. Как видите, было ради чего стараться.

Первую экзаменационную сессию сдал достаточно ровно на четвёрки и одну тройку. Хотя треволнений хватало. Экзамены есть экзамены. Однако постепенно появлялась уверенность в их благополучном завершении. Из знаковых событий можно назвать следующее. Я впервые бросил курить. Сразу и наотмашь. Начал баловаться этим зельем сразу после поступления, в первом колхозе. Причём курил неплохие болгарские сигареты торговой марки БТ. В условиях начинающего дефицита такие сигареты можно было купить только у знакомых киоскерш в табачных ларьках с небольшой переплатой.

И вот готовлюсь к экзамену по какому-то очередному материализму, докуриваю последнюю в пачке сигарету. Ощущение во рту как после десяти кошек. Выбросил окурок и тут включился механизм здравого смысла совместно с логикой разума: «Вот сейчас, вместо усиленной подготовки к грядущему уже завтра экзамену, ты должен будешь всё бросить. Поехать, потратив почти час только на дорогу и купить нужные сигареты. После чего продолжать травить себя, и дышать сигаретным смрадом на очаровательную молодую немочку, по имени Бригитта. Думаю, последний аргумент оказался решающим, и я бросил курить.

Почему-то все знаковые события в моей жизни были связаны с женщинами. Или, может быть, именно эти прекрасные создания становились важными вехами на жизненном пути. Вернёмся к Бригитте. Мы вместе занимались в плавательном бассейне, только в разных группах. Она в сборной университета по плаванию. Мне же нужно было окончить курсы подводного плавания и получить соответствующие документы. Без них не зачисляли на специализацию Океанография.

Девушка училась у нас по обмену и была немного постарше. Года на два три. Среднего роста, хорошая спортивно-женственная фигура вся такая умеренно округлая и очень привлекательная. Мы познакомились и стали приятельствовать. Иногда ходили в кино. Встречались в нашем студенческом кафе, пару раз танцевали на факультетской дискотеке. Причём, немочка явно проявляла ко мне интерес. Только сейчас я задумался, почему я был несколько прохладен с ней. Тогда ваш покорный слуга очень сильно и безответно любил свою однокурсницу Татьяну. Именно поэтому знаки внимания и тёплое отношение милой иностранки не вызывали во мне взрыва эмоций.

Однажды Бригитта пригласила меня на День рождения кого-то из иностранных студентов в общежитие. Застолья, как это принято у нас, с богатой закуской и обильными возлияниями, не обнаружилось. Немногочисленные гости, после поздравления виновника торжества, расходились по комнатам блока и занимались, кто, чем хотел, весьма демократично, но без разнузданности. Так и мы, после обязательной процедуры и выпив по бокалу вина, пошли танцевать медленный танец.

С первых па Бригитта очень нежно и неотвратимо обвила меня своим очень тёплым и сильным телом. Почувствовав эрекцию, не стала стыдливо отодвигается, подобно нашим "скромницам", а прижалась ещё сильнее. Более того её губы коснулись моей шеи. Затем язычок начал замысловатую пляску где-то в области ключицы. Впервые так откровенно симпатичная и приятная девушка ласкала меня. Ощущение восторга сопровождалось моим полным шоком. С пылающим лицом я склонился к Бригитте, мы стали целоваться. Хорошо, что света в комнате практически не было. Что характерно, девушка не уступала мне в активности.

Напротив сама выступала весьма приятным инициатором. Отодвинувшись от меня разомкнув объятия, милая немочка тихо сказала на очень приятном русском языке, что скоро вернётся. И ушла, оставив меня с восторженным, но несколько глуповатым выражением на лице и бугрящимися штанами.

Девушка быстро вернулась, взяла меня за руку, и мы вышли из комнаты. В коридоре вновь стали целоваться. А Бригитта, показав мне ключ, взяла за руку и повела в комнату оказавшуюся свободной. Классно да! Девушка сама, захотев близости, нашла место для любви и вела туда своего избранника. Мне очень повезло. Милая, весьма приятная и, самое главное, более опытная девушка выбрала меня. Причём её поведение было настолько естественным и нежным, что я совершенно не чувствовал ни стеснения, ни робости присущие первой близости.

Войдя в комнату, мы тут же начали стремительно освобождаться от одежды. Удивительно, помогая раздевать её, Бригитта успевала ещё освобождать от лишней одежды и меня. Особенно волнующий момент наступил, когда девушка стаскивала стыдливо оставленные мною плавки. Даже просто близость её лица и губ от моего члена буквально чуть не взорвали меня. Поняв моё состояние, очаровательная фрейлин снизила интенсивность своих нежностей, дав мне возможность немного успокоиться.

Впервые я видел рядом с собой в постели очень симпатичную и весьма приятную, совсем обнажённую юную Женщину с телом стройной Мадонны. Не выдержав больше встал на колени между ног, раскрывшейся подобно прекрасному цветку, девушки и вошёл в неё мягко направляемый горячей и умелой рукой чаровницы с берегов Одера. Волшебное соитие было объяснимо недолгим. После нескольких мощных качков, поощряемых ладошками немецкой "Нимфы", я извергся подобно Везувию. Испугав партнёршу и удивив самого себя громким медвежьих рыком. Так впервые проявился мой тотем – Медведь Шатун.

Немного отдохнув, продолжили путь в эту прекрасную страну под названием Любовь. С широко раскрытыми глазами, горя от возбуждения, полный восхищения и благодарности я гладил прекрасное тело Бригитты. Под моими руками её соски вздыбились упругими бугорками. Дыхание становилось жарче и прерывистей.

Особенно девушке понравилось нежные поглаживания поясницы и внутренних поверхностей бёдер. А затем я очень осторожно стал ласкать клитор, о существовании которого имел до этого момента лишь теоретическое представление. Да и нашёл его только с помощью направляющей руки. Её бёдра и таз устремились навстречу, а мой палец вдруг скользнул внутрь, будто затянутый туда какой-то тёплой влажной и очень ласковой неведомой силой.

Руки моей очаровательной партнёрши, тоже не скучали без дела, как порою тогда бывало со славными представительницами передового отряда советской молодёжи. Интенсивность ласк и многообразие мест нежнейшего воздействия заставляло думать, что мне безумно повезло и имею дело с очаровательной жрицей многорукого индийского божества.

Тёплые ладошки девушки начинали свой божественный путь с затылка и плеч. Легким касанием коготков, подобно кошки, пробегали плечи мягко подцарапывая область поясницы и талии. Не слишком задерживаясь на ягодицах, уже с ощутимым нетерпением и заметным трепетом брали "управление" на себя. Одной рукой юная жрица нежно скользила движениями древними как Мир по "нефритовому стеблю", пальчики другой играли только ей известную мелодию с моей мошонкой. Эх, молодость. Результативность действий радовала нас обоих.

Даже без оральных ласк, о которых пока в то несколько наивное время имел весьма смутное представление, член стоял и почти дымился… С волшебным задором юности мы повторили. Процесс прошёл более осознано и немного дольше. По завершению уже рычал не только я. Бригитта тихо вторила очень охотно и безумно приятно. Правда по-немецки и на диалекте хохдойч.

Домой не шёл, а просто летел окрыленный и очень гордый. Ещё бы, стал настоящим мужиком. А моя первая женщина, волею случая – иностранка, молодая и очень симпатичная. Немного спустя заметил, что испытываю не только эйфорию и восторг. Добавилось какое-то саднящее чувство грусти. И вскоре понял почему. Любил то я Татьяну, причём со всем жаром и искренностью первой взрослой ЛЮБВИ. А моей первой Женщиной стала не она. Поэтому на душе было чуть грустно.

Именно тогда пришло понимание того что Радость и Разочарование – родные сёстры сопровождающие нас по жизни, идут всегда рядом рука об руку. Так и теперь. Только мы сладостно и самоотверженно провели акцию советско-германской "дружбы", неотъемлемую часть международного студенческого движения как, настало нам время прощаться.

По завершению сессии у Бригитты закончился курс обучения, и мы расстались с ней. Хотя до сих пор вспоминаю с нежностью и благодарностью эту очаровательную немецкую девушку, поразившую меня нежной искренностью и удивительной естественностью в проявлении и реализации своих желаний.

Успешно сдав сессию и пройдя практику по физической географии в красивом курортном городке Горячий Ключ, стал собираться в свою первую экспедицию по изучению шельфа Азовского моря и его лиманов. Кто бы мог подумать, что путешествие по далёким и уже только от этого прекрасным морям Мирового океана начнется столь прозаично. Отбор образцов грунтов, ила грязи на берегу и мелководье. Проведение анализов по их механическому, и другим составам. И самое "захватывающее" – рисование карт распространения этих самых грунтов.

За сухими строками этого повествования скрывается взрослая, полная относительной свободы, экспедиционно-студенческая жизнь. Причём не в условиях Сибирского таежного или другого бездорожья, а в "бархатный" сезон "жемчужного" региона тогда ещё СССР, теперь России. Я порою сам себе завидовал… Жили мы в палатках по два человека, готовили тоже по очереди. Целый день все, кроме дежурных, работали в поле. Парни копали шурфы, бурили скважины с помощью ручного бура и специальной треноги. Девушки отбирали пробы грунтов и вели записи в полевых дневниках.

Вечерами, как это принято, уставшие и довольные мы возвращались в лагерь. Отмывали грязь, дегустировали кулинарное творение очередной смены поваров. После чего заслуженно отдавались активному отдыху, согласно собственных предпочтений. Дамы тихо щебетали на пляже после купания в приятно теплом, но чаще неглубоком Азовском море. Каждый день, находя всё новые и новые темы для оживленной дискуссии.

Мы, накупавшись до одури, гоняли мяч на футбольном поле или играли в волейбол. Эстеты старших курсов и преподаватели объединялись в оптимальные контактные группы по интересам, играли в преферанс, не спеша, прихлебывая пиво под видом чая или вино под камуфляжем домашнего компота. Следует отметить, что в экспедиции на период летнего полевого сезона незыблемо устанавливался сухой закон. Однако, как и везде по стране, при условии выполнения графика работ и соблюдения дисциплины, руководство мягко закрывало глаза на наши милые шалости в пределах нормы…

Для удобства и в целях разумной безопасности наши лагеря обычно располагались на территориях баз отдыха, довольно плотно раскинувшихся по побережью. Нам это было очень приемлемо с точки зрения близкого расположения основных благ цивилизации. И самое главное, практически каждый вечер мы наслаждались чарующими звуками модной музыки с танцплощадок. Где ждали своих героев прелестные девчушки со всех уголков тогда ещё Страны Советов.

В течение первых полутора месяцев ничего захватывающего и удивительного именно в этом аспекте не произошло. После Бригитты, общение с нашими обаятельными соотечественницами было как прыжок из атомной эры в каменный век. Титаническая борьба за каждый сантиметр обнажаемой поверхности. Практически железный занавес на основных "очагах наслаждения. Кроме того исступленная самоотверженность девушек, как у героев Брестской крепости, по защите своих " бастионов".

Что было совсем удивительно, соглашались на свидание, охотно танцевали, и азартно целовались. Сохраняя при этом непоколебимую стойкость, доводили до белого каления. Может быть, в этом для девушек был какой-то только им понятный кайф, особо изощрённых мазохисток. Нам эти процедуры судили только опухание гениталий и обильные предутренние поллюции.

Совершая необходимые исследования, наша экспедиция медленно, но неотвратимо передвигалась вдоль побережья Азовского моря, причём "правильной дорогой" и в направлении посёлка Томаровский. Не буду утомлять читателя скучноватыми и набившими оскомину описаниями живописных восходов и прелестных сиреневато-лазоревых закатов. Череды милых и очаровательных в своей одинаковости рефлексов и действий девушек, вышедших на эту тропу вечной войны полов. Ничего нового, захватывающего, знаменательного и запавшего в душу и память, не произошло. См. абзац выше.

Переехав в этот посёлок, расположенный на живописном берегу Бейсугского лимана, мы стали лагерем на территории школы. Вернее её спортзала. Здание школы находилось практически на берегу, в опасной близости от роскошного песчано-ракушечного пляжа. А на ласковых водах лимана тихо покачивались два наших тентованных катера. И мы должны были охранять их по очереди, дабы каждый вечер не снимать с катеров двигатели и не тащить их в здание школы.

Питались мы в колхозной столовой недалеко от "нашей" школы. Меню было без изыска, но объёмы порций и радушие поварих радовали будущих ученых. Трижды в день, если не работали на маршруте, мы посещали этот пункт пищевого довольствия. Именно здесь однажды после ужина произошла встреча с молоденькой кубанской дивчиной по имени Лида, воспоминания о которой до сих пор согревают мне душу.

После ужина мы возвращаемся из столовой, и я вижу впереди милую троицу. Две девушки вели малого ребенка лет трёх, четырёх. Одна мне сразу понравилась ещё со спины. Высокая стройная с тонкой талией и красиво округлой попкой в модных по тем временам штанах – траузерах, она притянула мои взгляды словно магнитом.

Когда, обогнав девушек, я увидел реально роскошную грудь более пятого размера, очень вызывающе – естественно упакованную в вишневою водолазку, приятную милую мордашку в ареоле ассиметричного каре, остановился как вкопанный, будто поражённый ударом молнии или стрелой Амура.

К счастью, не остался там стоять, в виде каменной статуи, а задал вопрос поразивший красотку сразу: «Чем же тебя, деточка, мама кормила???". Девушка внимательно посмотрела на меня, усмехнулась пока ещё в недоумении и спросила с бесенятами в глазах:

–" А вам, зачем это?".

–"Всех своих подруг настоящих и будущих я буду кормить только этим" – храбро сказал я, потому что хочу, чтобы у них тоже выросла такая же Красота! Весёлый смех очень симпатичной и естественной красотки, был достойным вознаграждением за мою смелость. Мы немного прошли вместе, причём я заметил, что девчушка вскользь, вроде невзначай, посматривает в мою сторону. Какая-то робость вдруг охватила меня, и мы расстались, не познакомившись.

Вечером пошли с приятелем смотреть футбол домой к кому то из местных парней. Вообще-то я не слишком азартный болельщик но, как говорится, за компанию и на халяву, даже жид способен удавиться. Когда вернулись в школу, обратил внимание на поведение наших экспедиционных див. Соратницы часто переглядывались и хихикали, подозрительно поглядывая на меня. Это несколько удивляло и настораживало. Мы полтора месяца работали и практически жили вместе. Друг к другу уже привыкли. Амурных отношений между сотрудниками экспедиции не было.

На мои недоуменные вопросы девушки вначале не отвечали, а только как-то ехидненько посмеивались. В конце концов, не выдержав моего напора и допроса с пристрастием, сообщили, что во время нашего похода на трансляцию футбольного матча в школу приходила юная темноволосая аборигенка и спрашивала меня. Причём достаточно безапелляционно потребовала позвать меня – Высокого, темноволосого и в очках… Под эти критерии подходил только я, чему обрадовался неимоверно. А потому долго не мог заснуть, строя планы на завтра один, грандиознее другого.

Как я уже писал, у нас в экспедиции было два тентованных катера, которые мы охраняли по очереди. Именно берег лимана возле них должен был стать местом предполагаемого свидания. А сам катер мы с приятелем превратили в "роскошный альков". Несколько самонадеянно притащив туда пару добротных гимнастических матов из школьного спортзала. Сейчас написал и задумался, насколько надо было быть самоуверенным и даже несколько нагловатым, чтобы уже на первое свидание готовить "ложе любви". Ну да ладно, что было сделано, то сделано.

С объяснимым нетерпением, еле дождался ужина в колхозной столовой, недалеко от которой жила моя новая пассия и где надеялся её встретить. Вы поймёте мою радость, когда подходя к дворцу колхозного общепита, увидел вмиг заблестевшими глазами юную, но уже очень привлекательную и реально роскошную девушку. Она стояла невдалеке с младшим братиком в окружении подруг. Немного смущаясь, я подошёл и, отойдя в сторонку под пристальным взглядами, мы договорились о встрече вечером на берегу.

Я сразу устремился к катерам, хотя до назначенного часа было ещё много времени. Собрал плавник для костра, обеспечивая комфорт грядущей встречи. Верхом изысканности был небольшой, но миленький букет полевых цветов, сорванный мною на ближайшей полянке и после недолгих раздумий поставленный в изголовье "гимнастического алькова". Вспоминаю, пишу и удивляюсь сам себе. Надо же эстет – ловелас первое свидание, а такая подготовка и столько романтизма…

Вечерело. Наступал необычайно красивый южный закат. Зеркальная гладь моря мягко освещалась последними лучами уходящего солнца. Сиренево – пурпурная полоска света разделяла и одновременно объединяла две стихии. Честно говоря, тогда мне было совершенно не до единства и борьбы противоположных стихий и волшебного их слияния. Благостная тишина сумерек очаровывала.

Только я развёл костёр, подобно юному бойскауту с одной спички, как услышал лёгкие шаги. Из мягкой темноты сумерек на свет костра вышла юная казачка. Лида, к моему удивлению, тоже тщательно подготовилась к свиданию. С собою прелестная русалка принесла большой арбуз, бутылку домашнего виноградного вина и вяленую кефаль. Честно говоря, я был в шоке. За хлопотами по оборудованию любовного гнездышка забыл напрочь о хлебе насущном. Хорошо, что девушка оказалась более практичной.

Да и сейчас она стала умело накрывать приспособленный мною столик, мило командуя внезапно несколько оробевшим кавалером. Но именно эта суета нас сразу объединила, ушла скованность и ненужная сейчас робость. Мы уселись за импровизированным столиком.

Отблески огня освещали наши юные лица, и на душе у меня вдруг стало очень комфортно и уютно. Пили понемногу вино, закусывая арбузом. И, конечно же, говорили, говорили и говорили. Лида о своей учёбе в медучилище, куда поступила после восьмого класса. Я о студенческой жизни, экзаменах и прочее. За этой милой болтовней время летело очень быстро.

Но всё чаще мой взгляд задерживался на пухлых и влажных губах девушки. А от реально роскошной груди чернобровой казачки вообще невозможно было отвести глаза. Требовалось очень серьёзное усилие и морально – психологический настрой. Я безуспешно пытался думать о нуждах порабощенных народов Черного континента и жесточайшей эксплуатации коренного населения стран Центральной и, тем более, Латинской Америки. Впрочем, даже это мало помогало…

Неожиданно мягкий и приятный ветерок стал усиливаться. Вскоре с темно серого, практически черного неба стали срываться пока еще редкие капли дождя. Лучшего повода трудно было бы придумать. Как истинный джентльмен, я предложил Лидии укрыться в катере и, получив утвердительный ответ, легко подхватив стройную девушку на руки, по мелководью отнес в катер. Прелестница мягко обняла за шею, доверчиво

отдавая себя мне. Укрывшись от вовремя начавшегося дождя на роскошном ложе из гимнастических матов, мы сразу стали целоваться, причем с взаимной жадностью и азартом.

Сейчас, вспоминая эти прекрасные мгновения, впервые подумал о безрассудстве молодости. Мне восемнадцать с небольшим, а девушке шестнадцать с половиной. Готовая статья о совращении несовершеннолетней с последующим изнасилованием да ещё совершенным с особым цинизмом, как показали дальнейшие события. Но, слава Богу, как-то обошлось!

Вернёмся к разворачивающимся событиям, о Господи, сорокапятилетней давности. Юная девушка, естественная и очень чувственная дочь Венеры, с удивительной страстностью предавалась ласкам, прижимаясь всем телом. А когда я, уже не слишком застенчивый, освободил "петрушу", она с заметным удовольствием стала с ним играться.

Тихонько постанывая, запрокинув голову, с закрытыми от удовольствия глазами. Воодушевлённый таким ласковым отношением, я скинул шорты, футболку и стал раздевать Лидию.

Причем, следует отметить, без её активного сопротивления. Начал с уже знакомой водолазки. Когда воочию увидел роскошные груди девушки, зажатые тесным лифчиком, просто ошалел от такой красоты. После непродолжительной борьбы с застежкой мне всё-таки удалось их освободить. Эта великолепная красота была достойна кисти самых лучших художников… Большие, упругие полушария почти семнадцатилетней девушки, смыкающиеся на её груди, с крупными и на удивление темными сосками просто сводили с ума! С понятным восторгом отдал должное этой красоте.

Нежно массировал, восхищаясь, с восторгом целовал взасос роскошные соски. С жадностью младенца изнывающего от голода и жажды. Тихонько прокручивал их пальцами, смоченными слюной девушки. Все эти манипуляции всё больше вводили мою партнершу в предоргазменное состояние. Её стоны становились всё громче, дыхание прерывистей, а ласки "петруши" более жадными, интенсивными. Поняв, что промедление смерти подобно, как говорил Великий Ленин, я стал снимать с девушки штаны.

И вот здесь меня ждал неприятный сюрприз… Нет не неожиданное сопротивление пришедшей в себя девушки. Застёжка на штанах была продублирована цыганской булавкой. После нескольких безуспешных попыток расстегнуть её, с радостью принял помощь. Эта юная Нимфа, сама уже изнывающая от желания, быстро справилась с булавкой.

После чего я легким движением рук одновременно снял штанишки вместе с трусиками. Это было незабываемое мгновение. Два юных, прекрасных в своей наготе и естественности желаний существа замерли как перед прыжком в бездну или неизвестность.

Последовавшие затем действия и слова девушки поразили меня и запомнились по сегодняшний день. С мягким стоном она прошептала: "… Ну что же ты делаешь родненький, не надо милый…" и ввела "петрушу" двумя руками в нужное русло, сладостно нежное уже влажное и волшебно тёплое, достаточно плотное по младости лет… Я чуть было не ошалел от восторга, признательности и возбуждения.

Как результат, извергся, даже не войдя на полную глубину. Безутешно склонил голову собираясь оконфузиться и тут, о чудо почувствовал что мой "братишка" вновь оживает, наливаясь упругой силой. Только спустя почти пятнадцать лет я понял, что мой младший "партнер" достаточно чуткий инструмент наслаждения и Любви. В отличие от счётчика Гейгера, фиксирующего уровень радиации, он чувствовал желание женщины и реагировал соответственно… Причём чувствовал, находясь за тысячи километров, даже при разговоре по телефону.

Мы же с Лидой продолжили начатое, и чуть было не прерванное волшебство, с упоением и восторгом свойственной только юности. Мой медвежий рык и громкие стоны раскрепощённой казачки, свободной от предрассудков, вскоре раздались над замершим после дождя побережьем. С этого славного дня, почти два месяца, девушка практически каждый вечер приходила ко мне, и мы занимались Любовью. Открывая друг друга и этот несколько новый для нас и безумно приятный мир. Всю Камасутру мы, конечно, освоить не смогли только по причине чрезмерной изощренности некоторых поз и отсутствия должной акробатические подготовки. Но искусство дарить друг другу наслаждение, чувствовать партнёра и его желания научились понемногу постигать.

Закончилась эта прелестная история одновременно с завершением экспедиции. Тепло и нежно расстались с Лидой, устроив напоследок прощальный вечер плавно переходящий в темную южную ночь на берегу Азовского моря возле костра. Что интересно, уже тогда в моей жизни чётко проявился принцип – уходя, уходи… И все последующие годы получалось так, что я никогда не возвращался к прошлым отношениям и не возобновлял Дружбы с девушками минувших лет. Подтверждая мудрость: … Можно в прежние вернуться места, но вернутся назад невозможно…!!! Вновь начались "суровые" будни студенческой Жизни. Второй курс был уже не первым, но ещё и не третьим. Мы активно посещали лекции, но не всех преподавателей, а только тех, кто строго спрашивал за это на экзаменах. В пределах разумного, ходили на практические занятия. И даже иногда занимались подготовкой культурно-массовых мероприятий. Чаще всего это были тематические вечера отдыха плавно переходящие в танцы и дискотеки, ради чего они и организовывались…

По четвергам с приятелями посещали общий класс городской бани, еще задолго до выхода на экраны фильма "Ирония судьбы". Приезжали к открытию и с упоением отдавались банным процедурам до обеда. Каждый раз, строго выдерживая регламент мероприятия. Вначале набивали парную горячим паром, вежливо согласовывая этот процесс, с другими посетителями. Затем закрывали дверь парной, давая отстояться пару.

И только после этих обязательных процедур начиналось само таинство. Первые три раза парную посещали только со скребками, без веника. Мы мужественно садились на самую верхнюю полку в парной, прогревались до малиновой красноты, покрываясь обильным потом. После чего с мазохистским упоением обрабатывали себя скребками, добиваясь новорожденности кожи, активно избавляясь от шлаков и токсинов. В перерывах между этими экзекуциями пили горячий чай с лимоном и домашним вареньем, наслаждаясь ощущениями тепла, чистоты и умиротворения.

И вот теперь наступало время основного действа – парения. Для него мы использовали специально подготовленные дубовые веники, внутри которых размещали две три веточки эвкалипта. Аромат и благоухание были сногсшибательные. Технику парения осваивали не по учебникам, а перенимали у старших и опытных гуру. Прямо здесь в бане под их руководством и практически отеческим контролем, сохраняя и сберегая традиции русского парения.

Напарившись строго технологично, а затем, исхлестав друг друга от души вениками в две руки, ныряли в ледяную воду. С неописуемым блаженством ощущая покалывание кожи, и ни с чем несравнимое чувство первозданной Свежести и Обновления!!!

После бассейна выползали в общий зал предбанника. Приходили в себя, отдыхали, вновь пили чай. Заканчивали процедуру уже на улице, в ближайшем сквере, удобно расположившись на скамейке. Следует отметить, что в те далёкие времена Пепси, по крайней мере, у нас в Краснодаре, была в страшном дефиците.

Но мы всегда хранили неприкосновенный запас этого изумительного напитка. Перед походом в баню максимально охлаждали его, запаковывали в термоизолирующую упаковку. Чтобы затем уже в сквере, выдавив в бутылочку сок половинки лимона, наслаждаться этой "божественной росой"… Эстеты и гурманы!!! Однако…

Помимо института, девушек и других развлечений значительную часть моего свободного времени занимали спорт и охота. Еще с первого курса стал заниматься подводным плаванием в секции ДСААиФ, и все пять лет учебы три раза в неделю с огромным удовольствием посещал бассейн. Пишу и вспоминаю не только тренировки, но и ощущение подлинного блаженства после. Выходишь на улицу, пересекаешь сквер идешь "посуху аки по воде", охваченный приятной истомой во всем натруженном теле.

Вечерами, три раза в неделю вместе с приятелем – однокурсником Володей, по прозвищу Американец, ходили в зал бокса. Больших спортивных результатов не достиг, так как не стремился. Но удар мне тренер поставил не только прямой правой. Появилась уверенность в своих силах.

Что удивительно, за всю свою долгую и весьма разнообразную жизнь, мне всего несколько раз пришлось воспользоваться знаниями и навыками, приобретенными на тренировках и позднее у Большого Мастера по рукопашному бою, Кадочникова А. А. Хорошая реакция и эффективные приемы позволяли иногда гасить конфликты в зародыше и на раз.

Выходные дни, если позволял сезон, посвящались охоте и рыбалке. Ещё раз большое человеческое спасибо наставникам, соседу – Есипову Евгению Павловичу и родному дяде – Балашову Юрию Федоровичу. Именно они стали моими учителями и проводниками в этом прекрасном мире настоящей Русской Охоты. Благодаря Евгению Павловичу мне уже в пятнадцать лет вручили охотничий билет. И я смог на полном законном основании предаваться этой совсем не пагубной страсти и с гордостью приносить домой собственноручно добытую дичь.

Вспоминаю первую охоту с дядей Юрой на вальдшнепа. Этот лесной

кулик коричневато-охристого цвета с длинным тонким клювом и широкой как у гусара грудкой обитает на территории Краснодарского края в пойменных лесах рек и предгорий Кавказских гор. Охотятся на него весной на так называемой тяге и осенью с подружейной собакой. Охота безумно красивая. Великолепие осенней природы Кавказа с богатейшим разнообразием цветов и оттенков уже не раз была описана классиками России, как в стихах, так и в прозе. Не буду даже пытаться с ними тягаться.

Приехал я в город Лабинск, где жили мои родственники по материнской линии, по завершению экспедиции где-то в конце сентября. После обязательных визитов вежливости по родне, в ближайший выходной, мы, наконец, вырвались на охоту. Поехали в пойменный лес реки Лаба недалеко от города. Мы взяли с собой молодого английского сеттера по кличке Акбар характерного бело чёрного окраса, причем очень высоких кровей. Так как был привезён другим дальним родственником из Франции.

В то время по кинотеатрам страны только что прошёл популярный и очень трогательный фильм "Белый Бим – чёрное ухо". И если мы попадали с ним в общественное место, детвора с возгласом: " Бимка-Бимка" устремлялась к собаке. Хорошо, что кобель был доброго нрава, аристократично – интеллигентен и позволял детишкам гладить себя. И трепать его длинные и курчавые уши. Простите за столь долгое лирическое отступление.

Пойменный лес был разделён многочисленными протоками реки Лаба с кристально чистой водой. Заросли тальников и мелколесья сменялись густыми кустарниками тёрна, шиповника, боярышника, кизила. И ещё многих других представителей богатейшей флоры Западного Предкавказья. Воздух благоухал благородно-винными пряными ароматами поспевших и поспевающих ягод и диких фруктов.

Мы медленно шли по этой изумительной красоте, давая собаке возможность тщательно обследовать густые и колючие кустарники. Запах набродов вальдшнепа сильно горячил Акбара. Пёс стремительно носился между нами, хлюпая носом от возбуждения. Порою, по-кошачьи прижимаясь к земле, почувствовав свежий запах близкой птицы.

Внезапно он остановился будто пораженный ударом молнии и замер изогнувшись. Его глаза неотрывно смотрели в одну точку. Надо сказать, что вальдшнеп, в отличие от перепела, не убегает при приближении собаки. А внезапно взлетает с громким хлопаньем крыльев вертикально и очень быстро. При этом поначалу зигзагообразно стараясь прикрыться от охотника ветками и кроной деревьев. Поэтому считается достойным трофеем для охотника не только за высокие гастрономические качества.

Я медленно, стараясь не шуметь, пошёл в направлении замершего как статуя кобеля, которого прямо лихорадило от напряжения. Приблизившись, взял ружьё наизготовку и скомандовал: " Пиль". Акбар сделал лёгкий прыжок сдвоенными лапами вперед. Раздалось резкое и всегда неожиданное хлопанье крыльев. Вальдшнеп взлетел подобно молнии и устремился вверх. Мой выстрел прервал этот стремительный полёт в тот момент, когда он поднялся над деревьями.

Сломавшись в воздухе, птица упала на воду недалеко от берега мелководной протоки. И только единственное пёрышко, медленно по спирали вращаясь в хрустально прозрачном воздухе, подтверждало реальность произошедшего… Это был мой первый вальдшнеп. Сама птица лежала на поверхности воды, на брюшке широко раскинув крылья.

Фоном служила разноцветная листва, устилающая не менее разноцветное дно мелководной протоки. Состоящее из мелкой и средней, чисто промытой и прекрасно отшлифованной гальки. Вспомнились пейзажи Ромадина.

Мы достаточно успешно поохотились, отстреляв по норме добычи. Хотя это было не самое главное. В большей степени запали в память прекрасная работа собаки, осеннее очарование природы, благоухание и прозрачность воздуха и медленное вращение по спирали единственного пёрышка…

Хочу немного рассказать об Акбаре, моей первой охотничьей собаке. Высокородный щенок породы – английский сеттер был привезен дальним родственником из Франции. Ввиду большой занятости дяди на работе, кобель вырос невоспитанным и без прохождения курса предварительной дрессировки для подготовки к охоте. Это стало заметно при первом же выезде. Разгорячённая собака носилась как угорелая по полю, не обращая ни малейшего внимания на нас.

Когда из под его ног вылетали шумовые перепела, пёс огромными прыжками пытался поймать низколетящую птицу. При этом мешая стрелять нам полностью перекрывая сектор обстрела из-за угрозы ранения собаки. Было ясно, охота не ладится. Кобель всё дальше и дальше удалялся от нас, предпочитая, охотится самостоятельно. Если нам удавалось каким-то чудом подстрелить птицу, он полностью игнорировал её поиск в месте падения.

Дядя Юра рассвирепел и уже хотел застрелить собаку. Он вскинул ружьё и прицелился. Мне удалось остановить его в последний момент, сказав: « давай я лучше заберу пса и попытаюсь воспитать». С трудом успокаиваясь, он неохотно согласился. Вот так Акбар оказался у меня и прожил долгую и, я думаю, счастливую по собачьим меркам жизнь. Даже два года сопровождал меня в сибирском турне, великолепно помогая мне в охоте на перепела, рябчиков, тетеревов и прочую дичь.

Хотя первое время нам пришлось с ним много заниматься жесткой дрессурой. Для начала приучал к выдержке, чтобы он не срывал стойку и не бегал за поднявшейся птицей. Делалось это так. Перед голодным кобелём ставилась его миска с кормом. А он пристёгивается на поводок. Дается запрещающая команда «Тубо». И собака выдерживается перед едой достаточно долго, до разрешающей команды «Пиль». Время ожидания постоянно увеличивается. Жалко было смотреть как бедный пёс, истекающий голодной слюной, лежит, отвернувшись от миски с глазами полными слёз.

Второй этап обучения – приучение собаки к аппортировке предметов и поиску упавшей птицы. Сложность заключалась в том, что Акбар обладал очень тонким чутьём, и выразительные ароматы подстреленной дичи ему не очень нравились. Пришлось первое время шить небольшие чехлы из ткани, дабы уменьшить эти «страдания». Смешно было видеть брезгливое выражение морды собаки, когда он аккуратно взяв птицу за кончик крыла или лапку приносил добычу мне.

Со временем, когда Акбар стал высококлассным охотничьим псом, иногда бывало, что он приносил мне перепела упавшего после выстрела, живым. Открывал пасть, и птица неожиданно вылетала оттуда. Так аккуратно – брезгливо он ловил подранка упавшего после выстрела. Правда, такое случалось не слишком часто.

Следующим очень важным элементом натаски было обучение собаки работать в поиске недалеко от охотника, в пределах выстрела. Для того чтобы добиться абсолютного послушания на уровне безусловного рефлекса, купил капроновый шнур и кожаный ремень для штангистов. Длину шнура сделал около десяти метров. Один конец привязал к этому ремню, на втором сделал усиленный узел Линча. Для несведущих поясняю, на крепкой верёвке с этим узлом в Американских Штатах вздёргивали на виселице беглых рабов и прочих преступников.

В моём случае это использовалось следующим образом. Приехав на место натаски или охоты, ремень одевал сам. Печально известный узел мягко затягивал на шее собаки. Затем пускал пса в поиск. Пока сеттер бегал спокойно в пределах длины шнура, всё было нормально. Но как только Акбар бросался за внезапно взлетевшей птицей или в далёкое далёко, следовал резкий рывок доброй руки.

Узел затягивался на шее, значительно ограничивая поступление воздуха в легкие. Становилось уже не очень комфортно. Смышлёный кобель быстро разобрался в причинно-следственных связях событий. И всю долгую оставшуюся жизнь радовал меня абсолютным послушанием и великолепной выучкой.

Однажды я вновь приехал на охоту к дяде с собакой, и Акбар продемонстрировал всё своё мастерство. После завершения расстроенный родственник, с грустью сказал: «Лучше бы я его тогда застрелил. Было бы не так обидно…» Высшей похвалы своей собаке мне больше не приходилось слышать. Вновь отвлёкся. Простите великодушно, кому этот эпизод моей жизни показался неинтересен.

Продолжаю по теме. Когда я учился на третьем курсе, отец купил автомобиль. В те далекие времена, а это был 1976 год, машина была не просто средством передвижения. Это был показатель экономической состоятельности семьи. Мне повезло вдвойне. Водительские права были только у меня. Кроме того в стране начинались легкие перебои с бензином. Часто по ночам мне приходилось стоять в очередях на заправках за драгоценной двадцатилитровой канистрой бензина.

Стыдно признаться. Но вскоре, будучи весьма общительным юношей, я обзавелся знакомыми в топливном бизнесе. И проблему с заправкой решал легко и быстро. Поэтому уже с девятнадцати лет машина находилась практически в полном моем распоряжении, а в ночное время ваш покорный слуга долгими часами « маялся в очередях на заправках…» Алиби железное. Это время я посвящал общению с милыми девушками – студентками.

Хотя по-прежнему любил свою однокурсницу Татьянку. Удивительно, но моё чувство было настолько сильным, что мне порою даже хватало чисто дружеского общения со своей избранницей. Иногда мы просто ходили в кино или кафе. Практически всегда я встречал девушку по приезду из дома после каникул. Татьяна была родом из прекрасного города Сочи.

Отец реально боевой офицер-разведчик, настоящий Герой Советского Союза, получивший это звание в годы войны за проявленный героизм. И уже только потом, директор крупнейшего торгового комплекса «Светлана» и близкий друг еще с военных времён первого секретаря Краснодарского краевого комитета партии Медунова. Мама Татьяны – очаровательная и одновременно решительная волевая женщина с ярко выраженными национальными чертами дочерей Моисеевых тоже была не слишком проста. С неотвратимой мягкостью возглавляла очень популярный, не только в советские годы, но и сейчас, ресторан « Каскад» на Платановой Аллее.

Честно говоря, тогда мне была совершенно безразлична родословная девушки и социальный статус родителей. Ваш покорный слуга влюбился в неё с первого взгляда, не спросив даже имени. К сожалению, любовь моя оказалась безответной. Не смотря на все мои ухаживания и старания, чем сильнее и искренне были проявления моих чувств, тем отчужденнее становилась Татьяна.

Помню на третьем курсе, я подарил своей любимой на день рождения роскошные итальянские туфли-лодочки. Это было тогда достаточно непросто во времена всеобщего дефицита и отвратительного явления – БЛАТ, как раковая клетка уже начавшего проникать во многие сферы нашей жизни. Для того чтобы я смог купить эту красоту, отец договорился с директором базы Крайпотребсоюза. И меня допустили на отдельный склад для сотрудников краевого совпартактива.

Где была настоящая капиталистическая благодать, представленная итальянской и немецкой обувью, японскими лайковыми куртками, роскошными канадскими дублёнками и ещё многими великолепными предметами загнивающей западной цивилизации. Что говорить, даже благородный запах этих итальянских лодочек кардинально отличался от не совсем благоуханных ароматов советской изредка чешской и, избави бог, наиболее выразительной румынской обуви. Разрозненно порою представленных на полках полупустых универмагов.

До сих пор помню свой подарок. Темно синие, цвета дипломат или цвета бандюковых бэх, последующих девяностых. С мягко закругленными квадратными носами, открытые изящные туфли устойчиво стояли на высоком плоском каблучке. Раскрывая и еще более подчеркивая природную красоту роскошных ножек именинницы. Да и стоили они весьма дорого по тем временам – целых семьдесят пять рублей. То есть средняя месячная зарплата начинающего инженера или учителя. На вещевом же рынке они уже тянули на двести, двести пятьдесят рублей.

Для меня, это не имело никакого значения. Две стипендии, таксовка по ночам на автомобили и, сдача части лишних книг из домашней библиотеки в букинистический отдел центрального книжного магазина помогли мне создать необходимый финансовый резерв. Что позволило не только приобрести эту красоту. Но и сводить свою избранницу вместе с сестрой и её молодым человеком в ресторан. Уже не говорю о роскошном букете чайных роз подаренном моей ненаглядной.

Мы прекрасно посидели в хорошем ресторане, отдали должное умению поваров и искусству музыкантов. С шиком на такси доехали по завершении празднества до общежития, где и расстались.

На прощание был вознагражден практически сестринским поцелуем. Моему разочарованию не было предела. Поэтому, натыкаясь, каждый раз на ее прохладное отношение, страдая, знакомился с очередной милашкой. Посадив девушку в машину, лихим полицейским разворачивался под окнами у своей любимой и уносился в мир удовольствия и наслаждения …

Поведение девушек только подтверждало гениальность изречения кого-то из Великих «чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей». С каждой очередной пассией я становился все увереннее, а избранницы, раскрепощеннее, нежнее и ласковее… Можно констатировать, что ваш покорный слуга старательно и успешно преодолел этап бабника и стал начинающим ловеласом.

Когда вдруг стали говорить, что в Советском Союзе секса не было, мне становится очень смешно. Секс был, есть и будет всегда. И даже тогда, в уже далекие годы суровой действительности советской партократии, среди студенческой продвинутой молодежи ходили листки с распечаткой Камасутры и другими аналогичных изданий. Эту «литературу» с одинаковой увлеченностью читали как юноши, так и девушки – скромные подруги отважных строителей Коммунизма.

Ну а так как только практика – критерий познания и усвоения истины, мы с одинаковым упоением занимались любовью. Постигая и осваивая этот прекрасный Мир методом проб, ошибок, восторга, а порою и разочарования… Правда не все и не постоянно. Честно говоря, большая часть передового отряда советской молодёжи строителей коммунизма была более девственна, чем грядущие поколения.

К величайшему сожалению, счастливые и незабываемые годы молодости и студенческой жизни пролетают слишком быстро. Вроде бы только застенчиво самоуверенными птенцами мы пришли в альма-матер. И ты уже старшекурсник, преподаватели начинают здороваться с тобой за руку. С изысканной нагловатостью засматриваешься и легко знакомишься с симпатичными студентками младших курсов, и не только своего факультета.

Не имея согласованного в деканате графика свободного посещения, ходишь только к тем преподавателям, на лекциях которых интересно. Но самое главное, получивший на первом курсе несколько троек, лоботряс и прогульщик, превратился в отличника. Мало того, стал ярым общественником и возглавил Студенческое Научное Общество вначале факультета, а затем и Университета… Метаморфоза просто удивительная! Но так было.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.