Последствия
Дмитрий Темионов

© Дмитрий Темионов, 2020

ISBN 978-5-4498-1649-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Все персонажи и события являются вымышленными и любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми, событиями случайно.

Названия мест и организаций были взяты для большего погружения в произведение

Пролог

14 октября 2017 года. Нью-Йорк. Вечер.

Восточный Гарлем стал наполняться огнями спальных районов, хоть немного разбавляя темноту вечерних сумерек. Полицейский Джефри Лиман патрулировал район Хикс-стрит, так как в последнее время по рации часто передавали о нападениях хулиганов. Шлем пускал блики от света уличных фонарей, а черная форма полицейского выглядела ещё более тёмной на фоне белого мотоцикла. Офицер устало управлял им, удерживая скорость не более двадцати пяти миль в час. Третий круг по его обычному маршруту уже подходил к концу, и Джефри взглянул на циферблат наручных часов. Время подходило к окончанию смены. Он остановился возле парка Форт-Грин, и прислушался к рации.

– Ориентировка: Квинс Виллидж, массовая драка.

– Е-23, принял, выдвигаемся.

– Принято. А-13, приём.

– А-13, слушаю – ответил на позывной Джефри.

– Офицер Лиман, поступил вызов из вашего района. Пересечение Миртл-Авеню и Нейви-стрит. Распитие алкогольных напитков, и нарушение порядка.

– Принял, выдвигаюсь – устало ответил офицер и закончил передачу по рации. Джефри выругался про себя, развернул мотоцикл и выехал по адресу преступления. До места назначения полицейский доехал буквально за несколько минут.

Это был шестиэтажный многоквартирный кирпичный дом бурого цвета. Заехав за здание, офицер остановил мотоцикл перед началом парковки, слез с него, и взял в руки фонарь. Белый широкий луч света осветил серый асфальт парковки. В нескольких метрах от средней полосы парковочных мест начал тянуться след из капель крови. Джефри прислушался, но не слышал шума борьбы, или каких либо громких звуков.

– Похоже, свидетель драки сообщил о ней слишком поздно. Они уже разбежались. Но проверить стоит – сообщил по рации офицер, и продолжил идти по следу, тянущемуся к соседнему зданию.

– Приняли.

Джефри перешёл через дорогу, и заметил, что капли крови тянуться к окну цокольного этажа. Он подошёл ближе, и увидел, что оно было разбито. Полицейский осветил цокольное помещение, и увидел, что здесь крови было куда больше, чем на улице. Осмотрев окно, Джефри решил пролезть через него. Он стал протискиваться внутрь, и у него это получилось. Но когда офицер стал опускать ноги, осколком стекла, торчащего в раме, он порезал себе ногу. Небольшой разрез на штанине и не глубокая царапина появилась на правой стороне брюк. Он снова выругался, и стал идти вглубь помещения. Оно было похоже на архив офиса: большие секционные железные шкафы были забиты папками. Возможно, здесь был реестр жильцов этого дома. Джефри шёл дальше, и множественные капли крови переросли в плотный кровавый поток. И дойдя до конца среднего ряда шкафов, он завернул за него и увидел ужасающую картину: в углу стоял труп человека, разорванный пополам до пояса. Его кисти были обвязаны верёвками, что тянулись к двум тяжелым шкафам, которые стояли под углом. Под ними стояли домкраты, опущенные почти до конца. Между разрезанными половинками туловища стоял толстый стальной лист, заточенный с одной стороны. Острой частью он был направлен к жертве. Внутренности были развешаны на верёвках, словно гирлянда на новогодней ёлке. Кровь была разлита небольшой лужей под трупом. Джефри отвернулся от трупа и несколько спазмов рвоты вывернули его ужин на пол. Офицер отдышался, достал платок из кармана, и вытер лицо. Он вынул рацию, и, зажав кнопку вызова, начал передачу:

– А-13, я на 180 Миртл – Авеню. Код 13. Здесь труп, нужна команда криминалистов.

– Принято.

В районе Браунсвилл было тихо. Многие любили скупать здесь недвижимость, так как район отличался отличной атмосферой гостеприимства и доброго соседства. Глава департамента полиции Нью-Йорка, полковник Бенджамин Клавс несколько часов назад вернулся домой, и, приняв горячий душ, уже чувствовал подступающее к нему ощущение покоя и расслабленности. Он вышел из ванной в халате, который немного не застёгивался на тучном животе, и направился в гостиную, лениво потирая короткие седые волосы. Камин в середине правой части гостиной отдавал приятным теплом. На выступе камина стоял графин с бренди и два стакана. Бен налил себе любимый напиток, отхлебнул, и сел в кресло качалку. Усталость навалилась после долгого брифинга с убойным отделом, и хотелось отложить рабочие дела до завтра. С кухни тянулся запах жареной курицы в кляре. Его жена Стелла решила побаловать его своим секретным блюдом. В предвкушении вкусного ужина Бен умиротворенно потягивал бренди, медленно покачиваясь в кресле, слушая блюз по радио. Телевизор он не любил смотреть – вечерние новости всегда показывали ему то, что завтра его будет ждать на работе.

– Бенни, ты сильно голоден? Ужин будет готов через пятнадцать минут.

– Ничего, Стелла, я подожду – после этих слов зазвонил домашний телефон.

– Кто может звонить в такое время? Опять с работы, милый?

– Хоть бы это была твоя подружка Анна – усталым голосом ответил Бенджамин, и, встав с кресла, направился к телефону. Он звонил уже несколько раз, не переставая. Плохой знак. Точно с полиции.

– Добрый вечер, полковник, Детектив Джауд. У нас труп в Бруклине. Я бы вас не беспокоил, но патрульный передал по рации код 13. Похоже, работа Скульптора.

– Твою мать, ещё один труп. Уже третья жертва. Сообщи всем, чтобы оцепили район как можно скорее. Нас репортёры с говном сожрут, если они узнают об этом.

– Вас понял.

– Завтра в девять собери убойный отдел в зале брифинга. Увидимся.

– Доброго вечера сер – сказал детектив Джауд и положил трубку.

Глава 1. «Мы передаём привет»

– Напарники.

15 октября 2017 года. Ист Вилидж, Нью-Йорк. Утро.

Солнечный свет обволакивал своим теплом район Ист Вилидж. Люди привычным потоком следовали по своим делам, монотонно и сонно. Парень в белом халате с короткими русыми волосами вышел из дома с кружкой. Он медленно потягивал свой кофе, и искал взглядом свежую газету. Когда она попалась ему на глаза, парень взял её, и вернулся обратно в дом. Он зашёл в спальню, и посмотрел на девушку, спящую на широкой кровати бежевого цвета. Высокая, стройная фигура. Икры и бедра выглядели немного мускулистыми. Было видно, что девушка увлекалась бегом, и была в отличной форме. Черные длинные волосы расплылись по подушке, и сквозь них виднелось миловидное лицо с симметричными чертами. Прямой нос, аккуратный маленький подбородок, немного пухлые губы. Привлекательная, сексуальная внешность. Лицо парня расплылось в игривой улыбке. Девушка стала медленно просыпаться, и потянулась к смартфону на тумбочке рядом с кроватью. И увидев время, резко подорвалась с кровати, и стала в спешке собираться.

– Чёрт, Карл! Почему ты меня не разбудил?

– Ты обычно к десяти часам утра на работу едешь.

– У нас сегодня брифинг, чёрт. Я даже не услышала будильника.

– Мэри, ты вчера его и не ставила. Тебе вчера было не до этого – с улыбкой ответил Кевин, наблюдая за девушкой, что быстро натягивала тёмно-коричневые брюки. В спешке она застегнула пуговицы рубашки, быстро и небрежно заправила её в брюки. Накинула пиджак, и повернулась к Кевину. Она подошла к нему вплотную и поцеловала. Он смотрел в её красивые голубые глаза, радужку которых украшала небольшая чёрная крапинка.

– Всё, мне пора ехать. Я тебе напишу.

– Буду ждать – ответил Карл, провожая Мэри взглядом. Через окно гостиной он увидел, что она села в машину и завела двигатель. Затем развернулась и поехала в направлении Нижнего Манхеттена. Карл допил своё кофе, и направился в ванную.

Департамент полиции Нью-Йорка.

Обычно по утрам в стрельбище Нью-Йоркского департамента полиции всегда было тихо. Никто не приходил сюда тренироваться с самого начала рабочего дня. Но для Оливии Магидсон, тренера стрельбища, сегодня произошло нечто удивительное. Из последней кабинки были слышны выстрелы из пистолета, характерные для Глока 17. Оливия стала идти к источнику звука. Там стоял мужчина, и, приглянувшись к нему, она сразу приметила его высокий рост и крепкое телосложение. Ей такой типаж мужчин всегда нравились.

Увидев, что к нему идёт офицер полиции, мужчина положил Глок, и посмотрел в отражение защитного стекла. Он поправил свою прическу, пригладив зачёсанные назад короткие волосы. После чего достал платок из кармана черной рубашки. Протёр свою одежду, и поправил рукава, закатанные до локтя. После того, как он привёл себя в порядок, мужчина нажал на желтую кнопку, и мишень подъехала к стойке. Убрал желтые защитные очки, и взял из кармана свои в стальной оправе. Снял мишень и стал осматривать меткость попаданий. Оливия подошла к мужчине.

– В штабе ФБР вам не дают пострелять, агент? – сказала она, увидев раскрытую папку на стенде кабинки. Внутри были листки с мишенями, в шапке каждого из них была написано «Федеральное Бюро Расследований». На корке она увидела надпись: «Результаты тренировки по меткости. Агент Норвуд Блэк»

– Обычно я посещаю стрельбище дважды в неделю. И сегодня как раз вторая тренировка по расписанию. Но так как нас отправили к вам, мне пришлось выпрашивать разрешение на тренировку у вашего шефа. Агент Норвуд Блэк, приятно познакомиться – ответил Норвуд и протянул руку в приветственном жесте.

– Оливия Магидсон, офицер третьего ранга. Мне тоже приятно – ответила она с улыбкой. Во взгляде агента она увидела тотальное спокойствие, даже безразличие или безэмоциональность. Будто бы она ему абсолютно не интересна. Хотя Оливия понимала, как многие мужчины на неё реагируют. Она была красивой девушкой, и многих коллег льстило её внимание. Но Норвуду было всё равно, он был сосредоточен на тренировке, больше его ничего не волновало. Оливия взглянула на свежий листок мишени. Просчитав в уме количество попаданий, и их баллы, она пришла в искреннее удивление.

– Восемьдесят девять балов? Не ты ли случайно выступаешь на соревнованиях по стрельбе от Бюро?

– Нет, у меня есть дела куда важнее. Честно говоря, каждому такому соревнованию можно было даже не придумывать умные названия. Если называть их так, что они собой представляют, их можно было окрестить « Очередная мерка членами» – Оливия оценила шутку, и на её лице появилась улыбка. В противоположней стороне стрельбища приоткрылась дверь, и в проёме двери появилось лицо седого мужчины.

– Блэк, ты уже закончил? Нам пора идти, скоро брифинг начнётся.

– Конечно, уже иду – ответил Норвуд, и, положив листок в папку, обратился к офицеру:

– Ну что же, мне пора. Приятно было познакомиться, Оливия. До свидания.

– Как-нибудь посоревнуемся, агент. Буду ждать.

Норвуд вышел в коридор перед стрельбищем. Там его ждал специальный агент Уолтер Мун, и тот посмотрел на него. Блэк увидел в его глазах некую усталость. Агент Мун взглянул на часы, и жестом поторопил его.

– Норвуд, ты всегда так рьяно следуешь своему расписанию? Мог и пропустить одну тренировку – в твоей следующей переквалификации по стрельбе я не сомневаюсь.

– Извини, но если я пропущу тренировку, то мои показатели начнут идти вниз. А для меня это неприемлемо.

– Дотошный, как всегда.

Агенты шли по коридору второго этажа, и видели уже знакомую им обстановку отделения: белые створки кабинок детективов, внутри которых была обычная обстановка мелких кабинетов. В углу этажа находилось два кабинета: Полковника Клавса, начальника департамента и его заместителя. Мур и Блэк увидели двери зала для брифинга, и направились туда. Открыв их, они увидели, что многие уже на месте. Поприветствовав всех, они прошли внутрь зала, и встали возле двери. Начальник отделения, полковник Клавс, увидев агентов, начал вести брифинг.

– Итак, агенты уже здесь, значит можно начинать – сказал Бен, и, нажав кнопку на пульте, включил проектор. На стенде появилась фотография разрезанного трупа, который нашли вчера вечером.

– Спустя пять дней объявился «Скульптор». Труп обнаружили вчера при патрулировании Восточного Бруклина. Учитывая то, как выглядит место преступления и как совершенно убийство, сомнений нет, что это его работа. Это уже третий случай за месяц. За это время нет ни одной серьёзной зацепки или подозреваемого. И случай начинает перерастать в очередную эпатажную историю про серийного маньяка. Репортёры осаждают отдел, и требуют пресс-конференцию. Пока мы можем ещё немного отметать факт того, что действует серийный убийца, и не поднимать сильной паники. О третьей жертве им пока не известно, и у них… – в этот момент дверь зала открылась и внутрь влетела Мэри, чуть не сбив со стула детектива, сидящего в центре последнего ряда. Её выражение лица было похоже на лицо озадаченного ребёнка, который сейчас получит крупную взбучку. Норвуд заметил, как лица детективов стали наполняться неприязнью, злобой и презрением, когда они увидели вошедшую коллегу.

– О, наконец-то мы дождались вас, детектив Кейн. Может, хотите кружечку кофе? Вам со сливками, корицу может быть добавить? Всё подождут, вы не беспокойтесь.

– Прошу прощения за опоздание, полковник Клавс. Я просто не успела. Из-за про…

– Так же как и с Рамирезом? – гаркнул один из детективов. После этих слов Мэри опустила глаза. Мун и Блэк это приметили.

– Так, хватит, Сколфилд. Эту тему мы уже давно закрыли. А ты, Мэри, выезжай значит раньше. От твоего дома сюда ехать двадцать минут, чёрт возьми. Проспала ты, а не в пробку попала. Так что сядь тихо, чтоб тебя неслышно было. Ладно, слушай теперь внимательно. Так как «Скульптор» у нас проявляет почерк серийного убийцы, этим делом заинтересовалось ФБР. Сам Губернатор штата хочет, чтобы убийцу нашли как можно скорее, пока всё происходящее не переросло в очередную шумиху. Представляю вам агентов, которые теперь будут работать с вами – полковник показал ладонью на агентов:

– Агент Следственного отдела Норвуд Блэк, и специальный агент Уолтер Мун. Кейн, будешь работать с Блэком в паре. А агент Мун будет руководить работой в отделе. Коронер сообщил, что он уже готов начать аутопсию, и ждёт вас в морге. Так что вам пять минут на сборы, и бегом туда. Остальные ищем связи между жертвами. Может нам повезёт, и мы найдём что-нибудь. На этом всё.

Полицейские стали выходить из зала. Блэк окинул Мэри оценочным взглядом. От неё еле ощутимо пахло парфюмом, макияж был наложен немного небрежно, и аккуратность внешнего вида желала оставлять лучшего. Факт того, что она опоздала на брифинг, так же его не радовал. Блэка раздражало условие работы с детективом, который показался небрежным на первый взгляд. Он повернулся к Уолтеру, и тот лишь скептически улыбнулся, когда увидел взгляд Норвуда. Было видно, что агент Мун разделял мнение Блэка о его временном напарнике. Мэри подошла к агентам, и, увидев их выражения лица, молча проглотила факт провального первого впечатления перед сотрудниками ФБР.

– Ладно, Норвуд, вам пора ехать. Я тебе сообщу, если обнаружу что – то интересное.

– Будем на связи – ответил Блэк, поправил очки пальцем и взглянул на Мэри. Он протянул ей руку в жесте рукопожатия. Агент Мун взглянул на Норвуда и Мэри, пожимающих друг другу руки. Холодный педантичный Блэк вряд ли сработается с детективом, который показал ему безалаберность и непрофессионализм. Но Уолтер надеялся, что это было лишь первое, и ошибочное впечатление.

– Надеюсь на плодотворную работу, детектив.

– Я тоже. Вы на колесах?

– Да. Не хотите быть за рулем?

– Могу отдать вам эту привилегию, агент.

– Хорошо. Тогда пора выдвигаться.

1.2 Записка.

Нью-Йорк. День

Выходя из отделения, Норвуд щелкнул кнопку сигнализации, и одна из припаркованных машин просигналила два раза. Мэри стала оглядываться, и увидела его машину: Cadillac CTS тёмно-синего цвета. Они сели внутрь салона, и Блэк завёл двигатель. Плавно начав движение, автомобиль выехал на дорогу, и развернулся в сторону морга. Мэри почувствовала вибрацию в кармане. На экране смартфона отобразилось имя контакта: «Марк». Она подняла трубку:

– Привет, милая. Как ты?

– Привет любимый. Прости, что вчера задержалась допоздна на работе. Снова завал с моим делом, третью жертву вчера вечером нашли, целую ночь просидела.

– Уже вторую неделю почти без выходных. Ты у меня появляешься на несколько часов, или вообще не приезжаешь. Там дело не собираются передать кому-нибудь? Ты же не железная.

– Не переживай, я поспала пару часов дома. Скоро мы найдём зацепки, и посадим этого ублюдка. А потом я возьму несколько дней отгула, и поедем на озеро Стерлинг. Только мы вдвоём.

– Хорошо. Ты сегодня вечером домой приедешь?

– Да, сегодня работы не так много.

– Хорошо, тогда сегодня не буду брать документы по делу домой. До вечера, милая.

– Люблю тебя. До вечера – сказала Мэри, и положила трубку. Краем глаза она заметила скепсис в глазах агента. Её это раздражало.

– Что-то не так, агент Блэк?

– Нет, всё в порядке – ответил Норвуд. Но взгляд детектива говорил о том, что она догадалась о его выводах насчёт её телефонного разговора.

– И что же вызвало у вас такое выражение лица?

– Вы точно хотите знать, детектив?

– Да, хочу. Выкладывайте – уже со злостью сказала Мэри.

– Судя по разговору, вы целую ночь работали. Возможно, в архивах разбирали материал. Возможно, пробивали некоторые зацепки, мне это неизвестно. Да и вы опоздали на брифинг. Похоже на правду. Вот только вы себя прекрасно чувствуете для человека, не спавшего целую ночь. Лицо не выглядит помятым, нет мешков под глазами, да и сами глаза не имеют и намёка на покраснение. Но, даже не учитывая этих маленьких фактов, всё ваше алиби разрушает этот свежий изящный засос чуть ниже пупка. А по разговору было понятно, что вашего любимого не было рядом. Да, и заправьте, пожалуйста, рубашку. Выглядит весьма неряшливо – ответил Блэк, не отрывая взгляда от дороги. Мэри резко опустила глаза, и увидела, как левый край рубашки вышел из-под пояса. И увидела тот самый засос, который заметил Блэк. Она заправила рубашку, привела себя в порядок, и почувствовала приливающие волны стыда. От мысли, что её маленькую интрижку раскрыл её новый напарник за несколько минут наблюдения, ей становилось неловко. Но посмотрев на него, Мэри поняла, что в нём не было и капли каких-либо эмоций. Ему было плевать на её личные дела. Их дальнейшая поездка прошла молча.

Повернув на Ашлэнд Плэйс, Блэк увидел здание Госпитального центра Бруклин. Подъехав к парковке, он остановил автомобиль перед будкой охраны, показал удостоверение, и проехал дальше. Припарковав свой Кадиллак, он и Мэри вышли из машины. Норвуд взглянул на здание центра: массивное, состоящее из четырех секций, разделённых под каждое крыло. Они шли к левой крайней секции центра, где находилась операционная и морг. Войдя внутрь, они прошли до середины коридора, где начиналось ответвление влево, и повернули. В секционном отделе морга на столе лежал разорванный труп жертвы, и доктор проводил подготовительные процедуры для аутопсии. Раскладывал инструменты, регулировал свет лампы над телом. Мэри обратила внимание на доктора. Мужчина среднего роста, короткие черные волосы с небольшими залысинами спереди. Он был немного сжатый в плечах, худого телосложения. Самое интересное было в его пальцах. Они были длинными и тонкими, как у пианиста. Все процедуры он проводил с необычайной аккуратностью. Когда Мэри и Блэк подошли к доктору, он отвлёкся от трупа и обратил на них внимание.

– Добрый день, я вас уже заждался.

– Приносим извинения. Агент Блэк.

– Детектив Мария Кейн. Можно просто Мэри.

– Приятно познакомиться, я Альберт Кроули. Итак, начнём – доктор протянул руки к разрубленной голове трупа, и начал её осматривать.

– Одна небольшая гематома на левой стороне затылка. Скорее всего, удар был нанесён тупым предметом.

– Его было достаточно, чтобы вырубить человека? – спросил Блэк.

– Вполне. Удар нанесли за несколько часов до смерти – доктор продолжил осматривать тело дальше. Пальцами он проскальзывал по краям разорванной плоти туловища. Они были оплывшими, тёмно-вишневого цвета с синеватыми оттенками.

– Большое скопление крови в краях разреза. Характер повреждений туловища и головы говорит о том, что тело было разрублено тупым лезвием под давлением. Похоже на то, что тело продавливали через него. На запястьях следы от верёвки. Итак, внутри у нас… – сказал доктор, и начал осматривать внутренности. Пару минут он обыденно осматривал органы, и не видел ничего не обычного. Пока не наткнулся на что-то. Альберт достал из живота трупа целлофановый пакет, весь в крови. Он вскрыл его, и аккуратно достал листок пинцетом за край. На нём были написано лишь несколько слов:

Мы передаем привет

– Что он имел в виду? Месть? – спросила Кейн

– Вполне возможно, что это могут быть и криминальные разборки – сказал Блэк. Доктор продолжил аутопсию тела, и через несколько минут окончил осмотр, взяв кровь на анализ. Он повернулся к Норвуду и Мэри, и сказал:

– Я передам кровь в лабораторию на анализ. Рапорт о вскрытии я пришлю в департамент.

– Спасибо вам, доктор Кроули.

– Да не за что. Приятного вам дня – сказал Альберт уходящим офицерам. Норвуд и Мэри переглянулись, и агент начал:

– Вы проверили первые жертвы на связь между собой?

– Мы икали зацепки между ними, но пока пусто. С появлением третьей жертвы возможны изменения.

– Я пока не знаю, можно ли строить какие то догадки. Возможно, листок был подброшен нам для того, чтобы сбить нас с толка.

– Или просто привлечь больше внимания к себе. Может быть, он пытается придумать себе свою фишку, как остальные известные серийные убийцы? Хотя вряд ли, в телах первых жертв посланий он не оставлял.

– Хорошо. Давайте вернёмся в отдел, я хочу просмотреть фотографии с места преступления.

– Команда уже должна была прислать нам материалы.

– Отлично – ответил Блэк и набрал номер на смартфоне.

– Мун слушает.

– Уолтер, внимательно пробейте их связи между собой. Есть одна зацепка, хотя может быть липой. Но стоит проверить

– Хорошо, мы только начали, но как только что-то найдём, ты узнаешь первым – ответил Уолтер, и положил трубку. Норвуд и Мэри сели в машину, и выехали из парковки госпитального центра. Погода на улице была прохладной, моросил небольшой дождь. Блэк почувствовал, как в салон стал проникать холодный сквозняк. Мэри приоткрыла окно, и закурила сигарету.

– Слушай, давай уже на ты. Меня немного напрягает вся это твоя галантность.

– Договорились.

– Норвуд Блэк… Где-то я слышала твоё имя. Твоё самое громкое дело?

– Дело огнепоклонников в Ньюпорте.

– Твою мать, точно. О тебе в газете писали, что ты нашёл секту староверов. Говорят, они похищали и убивали людей.

– Лучше бы они их сразу убивали. Девочек подростков и девушек они насиловали. Говорили, что они это делали для того, чтобы боги плодородия одаривали их урожаем. «Только девы с семенем внутри дают должную жертву» – так сектанты утверждали. А мальчикам и мужчинам они дробили пальцы ног и рук, чтобы через «кончики их тел текла вода божья, и питала землю». И когда жертвы были уже на пределе, они сжигали их ещё живьём.

– Психопаты чёртовы.

– Раз такой разговор зашёл, какое у тебя самое громкое дело?

– Дело об убийстве четырёх афроамериканок. Я почти три месяца вела это дело, уже думала, что отдам его оперативной группе. Но в последний момент нашла зацепку. И убийцей оказался их учитель в колледже. Он был давним участником нацистского движения.

– Никогда этого не понимал – нацизма. Может быть, мы внешне и различны. Но вот внутри мы все одинаковы. Никто не выбирает, кем нам родится. И какой внешностью мы будем награждены.

– А ты философ, как я посмотрю. И любишь поболтать, оказывается.

– Ты сама задала вопрос, Кейн. А я лишь поддерживал диалог – резко отрезал Норвуд.

Доехав до департамента полиции, Блэк припарковал свой Кадиллак напротив здания. Солнце уже близилось к горизонту, а значит время шло к окончанию рабочего дня. Норвуд и Мэри вышли из машины, и направились в здание. Поднявшись на второй этаж, они проследовали к кабинетам убойного отдела. Мэри села за свой стол, и стала осматривать папки, что ей принесли. Детектив Кейн нашла папку с фотографиями места преступления, и раскрыла её. Мэри и Норвуд стали внимательно рассматривать их. В этот момент на этаж поднялся парень в курьерской униформе синего цвета с букетом цветов.

– Я могу найти Марию Кейн?

– Это я, здравствуйте. Нужно расписаться? – спросила Мэри, и курьер указал, где нужно поставить подпись. Она взяла букет из рук, и хотела спросить, от кого, но увидела открытку внутри:

Люблю тебя. Я буду ждать тебя дома. М.

Мэри расплылась в радостной улыбке, и поставила цветы в вазу на своём столе. Норвуд заметил, что девушки в отделе задержали взгляд на счастливой коллеге. У некоторых из них даже проступило презрение к Мэри, но это было лишь секундные эмоции. Поправив букет в вазе, Кейн вернулась к просмотру фотографиям с места преступления.

– Его руки привязали к шкафам, которые стояли под углом на домкратах. И железный лист прорезал его, как кусок масла.

– Домкраты.… Если ты вспомнишь, как выглядели потёки на месте разреза, то можно понять, что убийца не сразу опустил шкафы до предела. Он делал это постепенно. Убийца немного опускал домкрат, и новая волна страданий накатывала на жертву. И когда лезвие дошло до мозга, и его игрушка умерла, он опустил домкраты полностью, чтобы закончить композицию убийства. Ты же представляешь, что испытала жертва?

– Он истязал его и мучил. Жертва страдала.

– Если мы возьмём записку, как послание, и то, что он оставил жертву кровавым изуродованным экспонатом, то его жертвы ему серьёзно насолили. Он будто показывает им, что их будут ждать настоящие муки. Если только он не полный психопат. Тогда логики в этом искать не стоит.

– Если он конченый психопат, тогда даже представления не имею, кем он может быть. Это будет как игра в рулетку, результат который удивит – ответила Мэри и удивилась появлению полковника в отделе. По времени, он должен был уже быть дома.

– Кейн, там Мартиноса привезли. Он до самого Вермонта почти доехал, пока его не задержали из-за того, что документов на машину не оказалось. Он в комнате допроса, общается с Джаудом.

– Но это же моё дело, почему он общается с ним?

– Потому что он колит лучше всех в отделе. Я тебе говорю это для того, чтобы ты посмотрела на это действо. Всё-таки твой подозреваемый.

– Мать вашу – со злостью сказала Мэри, встала из-за стола и направилась к комнате допроса. Блэк последовал за ней.

– Что за дело?

– Дело Грегорио Касадо. Парня нашли застреленным в своем собственном доме. Были подозрения на связи с местной бандой. Так же информаторы говорили о том, что он давил на целый квартал в мексиканском районе, угрожал им расправами, и чем похуже. Мы его прижимали, но у нас было недостаточно улик, и его отпустили. Район платил ему дань. Но за неделю до смерти он поднял эту сумму слишком высоко. А парень, которого задержали – живёт в этом районе, с больной матерью и двумя сёстрами. И есть много косвенных улик, которые указывают на него.

Они стояли напротив широкого окна комнаты допроса. Внутри сидел смуглый парень с короткими курчавыми волосами. На нём была спортивная ветровка черного цвета с капюшоном. На рукаве была нашивка городского колледжа Нью-Йорка. Серые штаны карго, белые кроссовки. Форма его головы напоминала грушу. Напротив него в сером костюме стоял детектив Джауд. На лысом лбу его квадратного лица выступали вены. Было похоже на то, что расколоть подозреваемого у детектива не получается.

– Ладно, я ещё могу понять, что вначале они договорились, и не особо реагировали на это. У них свои порядки, я понимаю. Но почему они не обратились к нам, когда условия стали невыносимыми?

– Ты же понимаешь, какие были бы для него последствия после этого?

– Что ты имеешь в виду, Блэк?

– Просто представь – ты латинос в бедном районе Нью – Йорка. С одной стороны – полицейские смотрят на тебя с подозрением, постоянно проверяют твои документы, а порой доходит до личного досмотра и привода в участок. С другой стороны – местные банды, занимающиеся воровством, наркотиками и прочим. И вторые начинают зажимать твой район в тиски. А первые с недоверием относятся к тебе, и проволочки с правилами в системе приведут к тому, что реальная помощь будет оказана твоей семье слишком поздно. И вот тут у него встаёт выбор – дождаться помощи, стать крысой и потом опасаться всю жизнь за то, что все банды будут знать о тебе правду, и закажут твою голову, скинувшись на награду вместе. Либо взять ствол, обезглавить банду, убив главаря, и позволить жадным ублюдкам уничтожить группировку внутренними распрями за власть, что, несомненно, привлечёт особое внимание полиции. Он понимал, какие последствия ждут его в конце. Поэтому он сделал тот выбор, который показался ему менее опасным. Как его зовут?

– Хосе Мартинос – сказала Мэри, и Блэк вошёл в комнату. Детектив наблюдала за происходящим. Джауд с раздражением уставился на Норвуда, вошедшего в комнату. Агент снял очки, протёр их платком, что лежал в кармане, и снова одел.

– Добрый день, детектив Джауд. Агент Норвуд Блэк. Не дадите мне пообщаться с молодым человеком?

– Пожалуйста! – злобно рявкнул детектив и вышел из комнаты, хлопнув дверью.

– Что тебе надо, cabron? – сказал Хосе, и после этих слов Норвуд подошёл к нему ближе, сел на краю стола рядом с ним.

– Хосе, дело обстоит таким образом. Команда сейчас изучает твоё дело и новые улики. В скором времени всё выйдет к тому, что это умышленное убийство, и тебя посадят на десять – пятнадцать лет. Но есть одна возможность тебе помочь. Я понимаю, почему это произошло. Какая-то гнида, что держит весь район и доила с вас деньги, поставила невыносимые условия. И угрожала вам. У тебя две сёстры и мать. А мне хорошо известно, что отмороженные ублюдки делают с девочками-подростками. Я бы поступил так же на твоём месте – сказал Норвуд и подошёл к парню вплотную. Он положил ему руку на плечо, и стал говорить тише, чтобы другие не слышали:

– Убить главаря – хорошая идея. Пока остальные будут грызть друг другу глотки за власть, они сильно нашумят, и у полиции будет больше зацепок и улик. Дадут добро на спецназ, их блошиный дом возьмут штурмом. И всех посадят. Тем самым в твоём районе воцарится спокойствие. Но есть одна проблема – тебя посадят на крупный срок, и некому будет присматривать за твоей семьёй. Но у меня есть одно предложение – ты подписываешь чистосердечное признание, а я помогу тебе написать показания так, чтобы статус твоего преступления изменился. Предумышленное убийство перейдёт на самозащиту. Никто не будет защищать или оправдывать мертвого барыгу. Плюс помощь следствию – и тебе дадут максимум два года условно. И твоя мать с сёстрами не останутся одни. Подписывай, Хосе. Ведь время идёт, и опасность большого тюремного срока всё ближе.

Мэри смотрела на лицо Мартиноса. Спустя пару мгновений он поменялся в лице, после чего взял ручку, и стал писать. Блэк сидел рядом и говорил с ним, когда тот что-то спрашивал у него. К ней подошёл полковник Клавс.

– Мэри, а что там Блэк делает?

– Он только что расколол этого парня. Когда Джауд сел в лужу с допросом Мартиноса.

Блэк вышел из комнаты допроса, и протянул листы с чистосердечным признанием Мартиноса. Мэри пробежала глазами по ним, и увидела, как Хосе описал полностью совершенное им убийство.

– Парень накатал чистосердечное признание, плюс к этому готов помогать следствию. Учтите это – сказал Норвуд.

– Отличная работа, парень – с ухмылкой ответит полковник. Он стал просматривать записи вместе с Мэри. Агент Блэк взглянул на часы, после чего стал искать взглядом агента Муна. Когда они пересеклись, Норвуд показал жестом, что пора идти на обед. Уолтер кивнул, и они вместе направились к выходу из департамента. Мэри решила пообедать в кафе рядом с отделением.

1.3 «Золотые парни».

Гольф Клуб «Челси Пирс». Вечер

Деревянная арка игровой зоны освещала поля для гольфа своими прожекторами. Если смотреть на неё сверху, то она имела форму тупого угла. Несколько заядлых игроков продолжали игру, и посылали белые мячи в полёт над светло-зелёной травой. В баре гольф клуба было куда оживлённее, чем на игровом поле. Четверо мужчин сидели за крайним столом возле витражного окна. Трое пили пиво, а четвертый приканчивал вторую бутылку джина. Двое из них заметно нервничали. У того, кто пил джин, выражение лица было искажено гримасой моральной боли. Последний из них оставался спокоен. К нему повернулся мужчина, что пил джин.

– Оскар, этот психопат вчера убил Демиана. Чёрт возьми, этот ублюдок прикончил моего сына. Питер и его сын так же были убиты.

– Кевин, я понимаю, что тебе сейчас нелегко, но возьми себя в руки. Мартин, Люк – вас это тоже касается. У вас мандраж как у студенток первокурсниц.

– Оскар, он убивает тех, кто связан с нами, и их близких родственников. Кому это может быть выгодно? – спросил Мартин. Он гладил свою лысую голову, пытаясь успокоить себя. Квадратное лицо было похоже на камень, а широкий нос раздувался от глубокого дыхания. Шрам горизонтальной полоской пересекал его верхнюю губу. Серые глаза уставились на кружку с пивом. Мартин пытался унять дрожь, которая шла волнами по его телу. Он потирал свои толстые руки и пивной живот, но это не помогало.

– Полицейские хоть что-то узнали, Оскар? Странно выходит, что убили Фишеров, а потом взялись за сына Кевина. Сначала казалось, что это лишь самосуд за их делишки в церкви. А сейчас всё выглядит слишком подозрительно – сказал Люк. Его овальное лицо было похоже на яйцо. Тонкие губы прижались к стенке кружки, и потягивали пиво. Черные волосы были связаны сзади в конский хвост. Татуировка сидящей вороны на шее немного выпирала из-за пульсации сонной артерии. Смотря на него, казалось, что если ветер усилится, то он унесёт его тощее тело.

– Есть у меня одна догадка. Недавно у русских появился новый шеф мафии. Виктор Мельников, или как вы его лучше знаете, Медведь, отошёл от дел и передал бразды правления своему сыну. А Владимир не хочет вести дела по-тихому, он молодой, хочет войны и крови. Недавно ко мне наведывался, предлагал дружбу. Ну, я ему и пригрозил, что если будет сильно зарываться, то его быстро прикроют. Разозлился, что то на русском прорычал – я так и не понял, – ответил Оскар. Он выглядел старше и крепче всех в компании. Круглое лицо с пухлыми щеками, покрытое морщинами. Каштановые волосы с проблесками седины были зачесаны назад. Они блестели на свету – было видно, что их укладывали гелем. Родимое пятно в форме размытого креста виднелось под левым глазом. С виду казалось, что у него лишний вес, но руки выглядели мускулистыми.

– Ко мне тоже русские приходили – сказал Мартин – хотели обговорить «разные возможности урегулирования вопросов, связанных с торговыми точками». Я их к тебе и отправил как обычно.

– Они вполне могли узнать, что мы давно вместе общаемся, вот и начали нас припугивать. А может это всё лишь большое совпадение. Полиция ищет убийцу вместе с ФБР. Как только они мне сообщат какие-нибудь детали, я вам всё скажу.

– Демиан, мальчик мой – сказал Кевин, и закрыл лицо рукой. Широкие скулы были сжаты, и мужчина тихо заплакал. Лысину обрамлял полукруг из оставшихся рыжих волос средней длины. По бороде начали течь слезы, и капать на стол. Люк положил ему ладонь на спину.

– Самое главное сейчас – не паниковать. Держите себя в руках, я со всем разберусь. Мы же «Золотые парни». Этот город – наш, а вы уже в штаны обгадились от страха – сказал Оскар, и допил своё пиво. Через несколько минут к нему подошёл официант, и спросил:

– Ещё кружечку, мистер Чэпмен?

– Нет, спасибо. Лучше пригоните машину с парковки к входу. Мне уже пора домой.

Клуб «Сиело». Поздняя ночь.

Три молодых девушки выходили из дверей клуба. Они поцеловали друг друга в щечку, и двое из них садились в такси, что стояло рядом с ними. Высокая блондинка набрала номер в смартфоне, и прислонила его экран к уху.

– Роберт, проснись и пой, сучёнок.

– Кейт, ты тупая сука. Ты вообще видела время? Второй час ночи.

– Я недалеко от тебя, возле клуба «Сиело». Выходи из своей конуры и встреть меня. Я в настроении сегодня. Если хорошо попросишь, тебе что-нибудь перепадёт.

– Сейчас оденусь. Иди по Гансевроот стрит, а я пойду навстречу.

– Вот так-то лучше – ответила Кейт. Велосипедист ехал навстречу девушке, и был заворожен её внешностью настолько, что въехал в мусорный бак. Поднявшись, он снова взглянул на неё. Девушка в черном облегающем платье игриво шла по улице под светом фонарей. Кружевная лента опоясывала конец платья, еле закрывающий середину бёдер. Волнистые локоны спадали по плечам, облегая их, словно поток воды. Довольная ухмылка сияла на её лице, подчеркивая идеальные черты. Ровные скулы, тонкий нос, пухлые губы. Стройная фигура, округлая красивая грудь, высокие ноги. Каждая частичка её внешности создавала её сексуальность. Она шла по улице, словно была королевой этого города. Мимо неё проплыла машина, посигналила ей, и завернула за угол. Спустя несколько минут Кейт подходила к перекрестку Гудзон и Гансевроот стрит. И перед ней открылись автоматические ворота черного цвета. С левой стороны несло противным запахом, поэтому стало понятно, что за воротами находится свалка. Она решила пробежать ворота как можно быстрее. И когда она была возле въезда на мусорку, мужчина в черном спортивном костюме с капюшоном схватил её сзади удушающим захватом и утянул на свалку. Она попыталась кричать, но захват душил её так сильно, что она могла только приглушённо хрипеть. Мужчина затянул её за мусорные баки и продолжал душить. У Кейт начало темнеть в глазах, и вскоре она потеряла сознание.

Роберт вышел из подъезда своего дома, и пошёл по Гансевроот стрит в сторону ночного клуба «Сиело». Он был одет в синюю ветровку, серые свободные штаны и белые кроссовки. Русые волосы, короткая стрижка ежиком. Его скулы придавали лицу треугольную форму. По его телосложению можно было сказать, что он занимается в тренажёрном зале. Мускулистые руки, широкая спина. Людей почти не было, поэтому он не боялся пропустить Кейт среди людей. Он посмотрел на экран смартфона – сообщений или звонков от неё нет. И Роберт шёл вперед. Пройдя несколько кварталов, он стал всматриваться вперёд. Ни одной души на улице. Роберт дошёл до поворота на Девятое Авеню, где в нескольких десятках метров находился клуб «Сиело». Он взял смартфон и позвонил Кейт. В трубке прозвучал голос оператора:

– Абонент недоступен, или находиться вне действия сети.

– Вот же сука! – злобно крикнул Роберт, и пнул ногой мусорку рядом с собой. Он хорошо знал Кейт, и она была богата на подобные выходки.

– Пойду спать. Пошла она нахер, тупая сука – подумал про себя парень и отправился домой.

Кейт очнулась. Она стала осматриваться вокруг и поняла, что стоит голая, прислонившись к стене. Её правая ладонь была на груди, а левая прикрывала пах. Кейт попыталась отойти от стены, но поняла, что она была намертво приклеена к ней. Как и её ладони. Губы были заклеены скотчем. Мужчина стоял перед ней. Его лицо скрывал капюшон. В руке у него был шприц. Он оттянул поршень, и емкость заполнилась воздухом. Мужчина подошёл к ней, и воткнул иглу в сонную артерию.

– Не бойся. Скоро твой «папочка» навестит тебя – и нажал на поршень. Воздух вошёл в артерию, и приостановил поток крови. Кейт почувствовала жгучую боль в районе сердца. Его словно сдавили многотонными тисками. Через несколько минут боль утихла, а тело стало обмякать. Когда мужчина понял, что Кейт умерла, он сорвал с её губ скотч, что-то вложил ей в рот. После чего развернулся, и ушёл с территории свалки.

1.4 Афродита

16 октября 2017 г. Утро. Перекресток Гудзон и Гансевроот стрит.

Въезд на свалку химчистки «Кирквуд Вош» была оклеена желтой лентой с надписью: «Не пересекать. Полиция». Машина коронера и агента Муна была припаркована на стоянке. Уолтер и Мэри осматривали место преступления, пока коронер делал снимки тела жертвы. Детектив Кейн хотела прикурить сигарету от зажигалки, но агент поднял руку перед огнём.

– Детектив, я бы просил вас воздержаться от курения на месте преступления – сказал Мун, и посмотрел взглядом, не терпящий отказа.

– Я надеялась, что Блэк будет единственной занозой в моей заднице.

– Боюсь, мне придётся этим утром заменить его на столь важном посту.

– А почему Норвуд не поехал с нами?

– Два месяца назад агент Блэк попал в аварию, преследуя подозреваемого по одному делу. Он получил легкое сотрясение, его врач хотел отправить Норвуда на постельный режим, но этот парень был непреклонен. И хотел выйти на службу уже на следующий день. Доктор попросил его отлежаться две недели, и дважды в месяц проходить сканирование МРТ. Сегодня плановый осмотр.

– Дотошный трудоголик. Повезло мне с напарником – с неприкрытым сарказмом сказала Мэри.

– Ладно, детектив Кейн. Завяжем на время с колкостями. Что думаете об этом? – сказал Уолтер, и указал на тело голой девушки, приклеенной к стене.

– Похоже на работу Скульптора, но есть явные различия. Три первых жертвы были убиты жестоким образом. Но эту девушку он как будто пожалел.

– Я бы не сказал, что она умерла без мучений. У неё был инфаркт от инъекции воздуха в сонную артерию. Жертва испытала боль, будто её сердце сдавили под прессом и жгли горелкой. Умерла три-четыре часа назад – подметил коронер, услышав доводы детектива Кейн.

– А что ещё? – спросил у Мэри агент Мун. По его выражению лица было заметно, что он уже нашёл интересную деталь. И хочет услышать, догадалась ли она. Мэри внимательно осмотрела тело, и через несколько секунд её озарило.

– Это же подобие картины «Рождение Афродиты».

– Неплохо, детектив. Но есть ещё одно. Три первых жертвы были «эксклюзивными» произведениями маньяка. А здесь была скопирована картина Боттичелли.

– И что вы думаете, агент.

– Есть пара теорий насчёт этого. Либо это своеобразное послание самого Скульптора. А возможно это убийство с ним вообще не связано. Слишком большое расхождение этого эстетического убийства со зверскими истязаниями трёх первых жертв.

– В этом есть смысл – заключила Мэри, и взглянула на сигарету в руке. Она вышла за территорию свалки, и закурила. Потом повернула в сторону агента Муна, когда к нему подошёл коронер. Агент махнул ей рукой, и она подошла к нему. Он держал в руках клочок бумаги.

– Он нашёл это во рту жертвы – сказал Мун, и развернул его. На нём было написано: «Ты же купишь мне самый дорогой гроб, мой любимый папочка?»

Больница Медстар Нешнел Реабилитейшен. Вашингтон.

Норвуд шёл по коридору третьего этажа больницы, направляясь к кабинету невролога. Три часа назад он прошёл томографию, и результаты были у его лечащего врача. Агент Блэк подошёл к кабинету, и увидел небольшую очередь. Норвуд сел на свободную скамью и ожидал. Через несколько минут из кабинета вышла женщина среднего возраста, и за ней сам доктор. На бейдже доктора были написаны инициалы имени, и фамилии: «Др. П. Роджерс». Врач оглядел очередь, и спросил:

– Норвуд Блэк подошёл?

– Здравствуйте доктор – отозвался агент.

– Проходите в кабинет – сказал доктор Роджерс, и зашёл обратно в кабинет. Норвуд последовал за ним под негодование очереди. Кабинет был вполне компактным, светлым и приятным по обстановке. Доктор Роджерс разбирал папку, и достал несколько снимков томографии мозга Норвуда. Развесив их на белой доске, что висела на левой стене кабинета, он начал внимательно их рассматривать. Доктор заметил, что как только Норвуд сел за стол перед ним, его выражение лица изменилось.

– Блэк, какого хрена ты опять пришёл? Ты в порядке, я могу тебе выписать заключение о выздоровлении.

– Что-то ты сильно дерзко себя ведёшь, Эрик. Ты что, думаешь, один раз помог мне, а я тебя полностью оставлю чистым после дела с южанами? Твои улики хранятся у меня дома – после этих слов Норвуд приблизился к доктору, резким движением схватил его за воротник, и притянул к себе. Левая рука почти нанесла удар, но в последний момент Блэк остановил её.

– Так что твоя задница в моих руках, док. Так что будь паинькой.

– Что тебе нужно, Блэк?

– Ксанакс. У твоего отца остался просто огромный запас после того, как я дал вам уйти. А ты мне выпишешь рецепт на него. Или мне позвонить остаткам Южного креста в Окленде, и намекнуть, где искать главных крыс, что их сдали? Это так здорово, когда одну гниль может убить другая. Или отправить её за решетку. Я даже не знаю, как поступить?

– Хорошо, я всё сделаю – сказал док, и вытащил из ящика пакет с таблетками Ксанакс. После чего оторвал листок и начал писать рецепт на таблетки. Когда он закончил, Блэк забрал Ксанакс, и вышел из кабинета.

Сидя в машине, Норвуд взял одну таблетку и проглотил её. Он закрыл глаза, и пару минут медленно дышал. После чего на его лице проступила гримаса облегчения. Блэк посмотрел на часы, достал свой смартфон и набрал номер агента Муна.

– Привет Уолтер. Как там дела с новой жертвой?

– Похоже на Скульптора, но есть пара деталей, которые наталкивают меня на несколько версий. Ты уже закончил с обследованием?

– Да, небольшие отклонения, выписали курс таблеток. Днём буду в Нью-Йорке.

– Хорошо, мы пока соберём все данные о жертвах и проработаем несколько версий с Мэри.

– Отлично – сказал Норвуд, и сбросил звонок. Он вошёл в лифт и нажал на кнопку «Р».

Глава 2. Омега

2.1 Скульптуры

Департамент полиции Нью-Йорка. День.

Норвуд поднялся на второй этаж департамента, и направился в отдел убийств. Взглядом он искал Уолтера и Мэри, но её кабинка была пуста. Агент Блэк увидел, как Мун вышел из зала брифинга и махал ему рукой войти внутрь. Норвуд зашёл, и увидел картину плотной работы агента и детектива – на доске были развешены фотографии четырёх жертв «Скульптора» в порядке их смерти. На столе перед интерактивной доской лежали папки с делами убийств. Мэри смотрела на фото последней жертвы. Норвуд увидел последнее фото предполагаемой жертвы Скульптора.

– Итак, что у нас есть по информации о последней жертве? – спросил Норвуд.

– Кейт Уоттс, студентка третьего курса Рокфеллеровского университета. В последний раз её видели в клубе «Сиело», который находится недалеко от места преступления. С записи камер наблюдения химчистки стало ясно, как произошло убийство: жертва прошла небольшое расстояние, после чего убийца настигнул её перед свалкой. Парень в черном спортивном костюме с капюшоном затащил её за мусорный бак, и начал душить. Но она ещё была жива, когда убийца готовил свою композицию. Он ожидал, когда девушка снова придёт в сознание. Убийца вколол воздух в её сонную артерию, и девушка умерла от инфаркта. После чего он сорвал с её губ скотч, и вложил эту записку.

Норвуд прочитал записку.

– Хм, интересно, кто этот папочка? – сказал вслух свои мысли Блэк.

– Кейт, Норвуд, взгляните на первые три жертвы, а потом на последнее фото. И скажите, что думаете об этом – закончил Уолтер.

Норвуд взглянул на фотографию первой жертвы. На левом нижнем краю было написано имя: Кристиан Фишер. Тело молодого человека было насажено на железный забор. Верхушками забора были кованые стрелки, и они торчали из тела окровавленными пиками: от левой ладони до правой кисти прямой линией. Тело жертвы было насажено таким образом, что оно висело в подобии распятия. Голова была опрокинута назад, а на висках были ожоги, характерные для клемм электрошока, используемых для электросудорожной терапии. Но учитывая, что остался ожог, мощность была превышена. На лбу был терновый венок, что впивался иголками в кожу. Дата: 7 октября 2017 года.

На второй фотографии было имя «Питер Фишер». Мужчина средних лет стоял на коленях, облокотив локти на сиденье стула. Оно было пробито стальным прутом, который вертикально проходил сквозь голову жертвы. Её насадили на него сверху, чтобы зафиксировать для композиции. Руки были сомкнуты в замок, и оплетены колючей проволокой. Ладони были горизонтально пробиты стальным прутом. И если смотреть в анфас жертвы, было видно, что пруты образуют своего вида крест. И сомкнутые в молитве руки застыли в его середине. Было видно, что жертву перед смертью пытали: в теле жертвы было множество изрубленных участков. По заключению коронера жертву ещё живой пытали интересным способом: Один конец колючей проволоки протягивали под кожей, ближе к мышцам. После чего, её резко протягивали через эту дыру. И она кромсала всё, чего касалась. Всё это проделывали, как предполагает коронер, с помощью скальпеля и хирургических щипцов. Дата: 10 октября 2017 года

Фото третьей жертвы он помнил. Они разбирали его с Мэри, когда только получили данные с места преступления. Но увидел кое-что новое. Это было имя жертвы: Демиан Тэйт.

– Первые двое погибших – это семья Фишер? Отец и сын были проповедниками в церкви Св. Павла.

– Да, поэтому изначально полиция шла в направлении религиозных фанатиков. С жертвами связано несколько мелких скандалов, вырвавшихся из контроля католической верхушки, поэтому мы считали, что это своеобразная расправа.

– Инцидент с монашками в 2014-м году?

– Да, изнасилования, домогательства, там длинный список. Но как нам сообщили, Фишеры смогли убедить архиепархию в своей невиновности, и она их прикрыла. После этого монахини, что заявили на подозреваемых проповедников, покончили с собой. Или пропали. Интересное совпадение, правда?

– Не то слово.

– Но когда мы нашли третью жертву, в которой отсутствовали религиозные мотивы, мы отбросили версию о том, что «Скульптор» – религиозный фанатик – ответила Мэри.

– Смерть первых трёх жертв была мучительной, кровавой. А четвертую жертву убили эстетически, без зверства. Будто она либо не связана с остальными. Или если здесь идёт мотив мести, то Кейт не была виновата перед ним, как остальные. Возможно, её смерть заставит страдать того, кто был перед ним виновен.

– Неплохая версия, Блэк. Давайте тогда подытожим наши выводы на счёт четвертой жертвы. Первое: это вообще не «Скульптор». Второе: жертва не имеет той же связи между жертвами, или с убийцей, как остальные. Третье: «Скульптор» лишь оставил тем самым послание преследуемой жертве. Как только пройдёт аутопсия трупа, мы получим все данные.

– Если подумать над третьей догадкой, то убийца видел её смерть только в таком виде.

– Что ты имеешь в виду, Блэк? – спросила Мэри.

– Кейт могла умереть только таким образом в понимании убийцы. В его извращенном видении она не заслуживала такой жестокой расправы, как три первых жертвы. Словно она должна была умереть в назидание тому, кто был связан с виновными. Чтобы он ощутил смерть кого-то важного для себя. И поэтому создал новое, изящное творение в своей коллекции. Он веятель, создатель. И на него нашло вдохновение, когда он её увидел. И Кейт в его понимании не могла умереть ни как иначе.

– А в этом есть смысл, Норвуд. Наш подозреваемый всё же творческая личность – сказал Мун, и задумался на несколько минут. Мэри отошла к кофеварке, и налила себе кружечку кофе. Блэк смотрел на фотографии, и думал об убийце.

– Отдел накопал что-то на жертв? Есть хоть какие-нибудь ниточки?

– Проверяли Фишера и Тейта, думали найти связи между ними. Но ребята не знакомы друг с другом. Как и младший Фишер не знал отца ДемианаТейта.

– Чёрт. Здесь не клеится теория о том, что это лишь случайный выбор жертв. Особенно учитывая тот факт, что в теле третьей жертвы было послание. Это может быть просто уловкой, но всё же.

– Агенты, Мэри, мы нашли кое-что – сказал детектив Джауд, зайдя внутрь зала брифинга.

– Питер Фишер, и отец третьей жертвы, Кевин Тейт – учились вместе в бизнес-колледже Чарльза Лундквиста. Так же мы узнали, что они были друзьями.

– А вот и первая ниточка – сказал агент Мун, и его лицо приняло задумчивый вид.

– Норвуд, Мэри – идите к шефу, сообщите ему об этом. Не хотелось потом слушать от него нытьё о том, что мы действуем без его согласия. А потом навестите отца Демиана Тейта.

– Хорошо – ответил Блэк, и вышел вместе с Мэри из зала. Они шли к кабинету шефа Клавса.

2.2 Судья

– И вы думаете, что разговор с Тейтом даст вам какие-нибудь зацепки? – спросил полковник Клавс с подозрительным видом. По его лицу было видно, что его одолевают сомнения насчёт этой идеи. Морщины бороздили его лоб, выдавая недовольство этой идеей.

– Недавняя информация располагает к тому, что возможно Тейт старший что-то знает. И может оказаться следующей жертвой – ответил ему агент Блэк.

– Если вам неизвестно, Кевин Тейт – федеральный судья этого штата. Мне бы не хотелось отчитываться перед губернатором, если вы будете задавать ему лишние вопросы. Он не очень любит, когда кто-то лезет к его людям. Особенно, если это его друзья.

– Думаете, что не стоит? – задала провокационный вопрос Мэри.

– Задайте их так, чтобы вас не выгнали за ордером или разрешением в департамент. Сделайте это аккуратно – сказал полковник Клавс, и взял трубку стационарного телефона. Норвуд и Мэри вышли из кабинета, и направились в её кабинет. Агент Мун уже стоял там, и читал дело Кевина Тейта.

– Хотите стрельнуть у меня адрес нашего общего друга?

– Да, знаете, я теряю самообладание с властными, старыми мужчинами – съязвила Мэри.

– А язык то колкий, как шпага – подметил Блэк. Он увидел, как Уолтер заметил звонок на своём смартфоне, и тот ответил. После нескольких соглашающихся ответов агент Мун повернулся к Блэку и Мэри.

– Так, он сейчас в морге, где работает доктор Кроули. Просит зайти внутрь и увидеть тело жертвы. Это уже интересно. Вам пора пообщаться – заключил Мун, и ушёл в направлении зала брифинга. Мэри взяла свой пиджак и подала чёрное пальто Норвуду. Они спустились вниз, и вышли из департамента. Блэк завёл машину, и когда Мэри села в салон, развернулся и выехал на дорогу.

Госпитальный центр Бруклин. Вечер.

Агент Блэк взглянул на часы, когда они припарковались. На циферблате часов высветилось пять часов вечера. Он вышел из машины, и вместе с Мэри последовал к моргу. Пройдя несколько отделений, и приблизившись к операционной секции, они начали слышать разговор на высоких тонах. Норвуд слышал знакомый голос доктора Кроули, и чей- то ещё.

– Я понимаю, сэр, но у вас нет разрешения.

– Впусти меня, чёрт возьми. Ты понимаешь, какие у тебя будут проблемы, если ты дальше будешь упорствовать? Ты денег хочешь? Я дам.

– Добрый вечер, доктор Кроули, мы немного припозднились.

– А вы ещё кто? – спросил мужчина, что спорил с доктором. На его лысой макушке выступили капельки пота, что уходили под остатки рыжих волос. Мужчина покраснел от разговора на высоких тонах.

– Агент ФБР Норвуд Блэк.

– Детектив второго ранга Мария Кейн, убойный отдел – сказала Мэри, и они показали свои значки.

– А вы не могли бы представиться? – сказал Блэк чисто из поддержания «неожиданной встречи». Судье Тейту не нужно было знать, что им дали наводку на его местонахождение.

– Федеральный судья Кевин Тейт.

– Можно у вас узнать, зачем вы хотите увидеть эту девушку?

– Я её знал. Моя помощница, проходила практику перед дипломной работой. Хорошая девочка, она мне была как дочка – ответил Тейт, и постепенно стал успокаиваться. Его лицо стало наполняться некоторым беспокойством. Норвуд это заметил, и ему пришла идея.

– Доктор Кроули, не могли бы вы впустить мистера Тейта внутрь? Пусть увидит девушку в последний раз. Под мою ответственность.

– Вы уверены, агент Блэк?

– Несомненно – ответил Норвуд и улыбнулся. Доктор открыл двери морга, и пригласил всех войти внутрь. Альберт надел медицинские перчатки, и подошёл к морозильным шкафам. Он повернул ручку и вытащил тело на уровень груди. Доктор Кроули оттянул белую ткань, открыв лицо девушки. Кевин увидел мёртвую Кейт, закрыл лицо ладонью. Его веки сжались, и глаза стали слезиться, после чего он развернулся к трупу спиной, и сделал пару шагов от него. Ему было больно смотреть на девушку. Норвуд хотел подойти к Кевину, но рука Мэри остановила его.

– Лучше это сделаю я – сказала она, и подошла к Тейту.

– Мистер Тейт, вы потеряли своего сына, и теперь погибла ваша помощница. Мы искали информацию, которая могла связывать жертв, и выяснили кое-что. Вы и недавно погибший Питер Фишер учились вместе в колледже. Может, вы можете что-то рассказать об этом? У вас были неприятели во время учёбы там?

– Это допрос? Кажется, меня ещё не уведомляли об этом. Я не видел у вас разрешения – резко отрезал Тейт.

– Убийца также настиг сына Питера перед тем, как убить его самого. Мы думаем, вы тоже можете быть в опасности. Сами подумайте – он убивает сына вашего друга, а потом и его самого. А теперь и Демиан. Так что, думаю, вам стоит с нами поговорить.

– Я могу вам сказать, что мы учились вместе и входили в одно братство. А на дальнейшие вопросы я буду отвечать уже тогда, когда меня вызовут в участок. И причина должна быть куда серьёзнее, чем ваши догадки – ответил Тейт, выдохнул, и пошёл в направлении выхода.

– Есть ещё кое-что, мистер Тейт – сказал Норвуд и подошёл к нему. Он передал ксерокопию записки от убийцы.

– Это нашли у неё во рту. Убийца оставил записку для кого-то. Это вам ни о чём не говорит?

– Только лишь о том, что он больной ублюдок – тяжело сказал Тейт, и вышел из кабинета, оставив на столе ксерокопию.

– М-да, неприятная личность – сказал Альберт, и вытер лицо влажной салфеткой. Он накинул полотно на тело девушки, и, вставив его обратно в шкаф, закрыл дверцу.

– Так, чем я могу вам помочь? Вроде я уже отправил данные об аутопсии в департамент.

– Спасибо доктор, вы нам уже помогли – ответил Норвуд, и сам направился к выходу. Мэри догнала его.

– Что думаешь о том, что сказал Тейт?

– Не понятно, сколько у нас может быть потенциальных жертв. Нужно выяснить, что это за братство, узнать подробнее о странных случаях в том колледже. Может кто-то ищет их за прошлые грехи.

– Хорошо. Подкинешь меня до департамента?

– Без проблем, Мэри – ответил Блэк. Смартфон Марии зазвонил, и она подняла трубку. Увидев имя контакта, её выражение лица приняло раздражённый вид

– Чёрт, Карл, я же говорила тебе не звонить мне, пока я тебе не напишу? Я на работе.

– Я соскучился по твоему голосу.

– Дурачишься ты со скуки, а не соскучился. Мне некогда, давай. Я напишу – сказала Мэри, и сбросила звонок. Они вышли из больницы, и она посмотрела на Блэка. Ему было всё равно на то, что он услышал сейчас. Норвуд и Мэри сели в машину, и выехали со стоянки. После чего направились в сторону департамента.

Департамент полиции Нью-Йорка. Вечер.

– В общем, разговор вышел не особо приятным – сказала Мэри, и увидела, как недовольство шефа Клавса выросло ещё больше.

– Я знаю, мне уже выказал своё недовольство губернатор по телефону. То, что у нас должны быть законные основания расспрашивать федерального судью. И то, что мы не особо-то продвинулись по делу. Скажите мне, пожалуйста – эти десять минут подлизывания к губернатору того стоили?

– Есть зацепка мотива убийцы – Тейт нам сказал, что они учились вместе, и были участниками одного братства. Если мы пробьём информацию по ним в колледже – думаю, мы сможем найти связь жертв между собой. И если повезёт, почему их преследует убийца. Это даст нам возможность определить, кто это.

– Хорошо. Я договорюсь с ректором колледжа, вас там встретят. Кейн, возьмёшь одного из агентов, и вперёд в Орегону. И по возвращению отчитаться мне, ясно?

– Вас поняла, шеф.

– На сегодня вы свободны – сказал Клавс, и стал собираться. Норвуд с Мэри вышли из кабинета, и Кейн подошла к своему маленькому кабинету. Она взяла ключи от машины из ящика стола. Норвуд встретил агента Муна, и они вместе спустились вниз. Мэри последовала за ними, вышла из здания и направилась к своей машине. Она завела мотор, развернула автомобиль в сторону центра города, и выехала на дорогу. Дом её парня находился недалеко от департамента, но пробка на Хайвейтс пророчила полчаса простоя как минимум. Детектив Кейн закурила сигарету, и взглянула на сообщения в смартфоне. Оно было от её парня Марка.

– Ты сегодня едешь ко мне?

– Да, милый. Включи ванну, я сильно устала сегодня.

– Открыть мартини?

– Было бы здорово.

– Хорошо, договорились. Люблю тебя.

– И я тебя, милый – написала сообщение Мэри, отправила его и нажала на кнопку блокировки экрана. В её голове свербели мысли о Карле и Марке. Она не хотела, чтобы они узнали друг о друге. С Карлом она чувствовала страсть, бурю эмоций. Он был идеальным любовником. Но жить с ним вместе невозможно – Карл был редкостным раздолбаем. А вот Марк был полной его противоположностью – успешный адвокат, спокойный надёжный. Он казался ей прекрасным отцом и надёжным мужем. Предсказуем, порядочен и добр. И из-за этого жизнь с ним была спокойной, мирной. И ложкой дёгтя в этом умиротворения было ощущения пресности, скуки, которую компенсировал Карл своей взбалмошной любовью. Она чувствовала, что отношения с Карлом придётся закончить, когда на ней женится Марк. Но пока это не случилось, Мэри хотела продолжать этот треугольник.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.