С. Байер, Р. Фирт
Индийские мифы для детей

© Цатрян В., перевод, 2019

© ООО «Издательство АСТ», 2019

* * *

Проклятье
Индры

Жил-был человек по имени Тинта. Думал он, что нет никого счастливее его из всех живущих на Земле. Ведь он был женат на Калавати, необыкновенно красивой полубогине, апсаре.

Однажды радостная Калавати подошла к мужу и сказала:

– Сегодня вечером я отправлюсь на Девалоку. Там будет большое торжество, и все апсары приглашены, чтобы петь.

Тинта навострил уши. Девалокой называют небесное царство, которым повелевает Индра, бог богов.

– Рамбха будет танцевать, – продолжала Калавати. – Ты знаешь о ней, это царица апсар. Она так прекрасна! Как бы мне хотелось, чтобы ты увидел её танец. Нет никого грациознее, чем она…

– Мне бы тоже хотелось взглянуть, как она танцует, – сказал Тинта. – Почему бы мне не отправиться с тобой? Я бы надел свою новую шёлковую…

– О нет! – перебила его жена в ужасе. – Ты не можешь пойти со мной!

– Пожалуйста! – умолял Тинта. – Мне всегда было любопытно, какое оно, царство небесное. И я обещаю никому не мешать.

– Но ни один смертный не может попасть на Девалоку!

– Неужели ты не можешь провести меня туда тайком? – удивился муж.

– Нет, нет, мне очень жаль, любимый, – покачала Калавати головой. – Я попаду в ужасную беду, если Индра узнает. Только богам известно, какое наказание он придумает мне за такую проделку.

– Но если он не узнает? – настаивал Тинта.

Так продолжалось весь день, Тинта продолжал расспрашивать, уговаривать, умолять жену взять его с собой. В конце концов Калавати уступила. Она уменьшила мужа до размера гусеницы и спрятала его в цветке лотоса, которым украсила свои волосы, а затем полетела на Девалоку.

Торжество превзошло все ожидания Тинты. Замок Индры был потрясающим, пение апсар утончённым, а танец Рамбхи, словно чудесный сон, очаровывал. Вскоре шут в огромном колпаке вышел на середину зала и стал кривляться, выплясывая.

Каково было удивление Тинты, когда шут обернулся козлом и продолжил танцевать. Ничего смешнее танцующего козла Тинта в жизни не видал. Поэтому ему приходилось сдерживаться изо всех сил, чтобы не рассмеяться. Приглядевшись к козлу повнимательнее, Тинта подумал: «Странно. Кого-то он мне напоминает».

И вот праздник подошёл к концу. Вернувшись домой, Калавати, довольная, что их обман не обнаружили, расколдовала мужа.

На следующий день Тинта был на рынке, где заметил козла, который был очень похож на того самого танцующего козла. Подбежав к нему ближе, Тинта крикнул: «Танцуй!»

Все изумлённо покосились на него, будто он не в себе. А козёл лишь проблеял и продолжил жевать старый башмак.

– Ну давай же, хоть чуть-чуть, – кричал Тинта.

Козёл по-прежнему не обращал на него внимания.

– Оставь животное в покое! – выкрикнул один из прохожих.

– В самом деле, что с тобой не так? – стал глумиться другой прохожий. – Козлы не пляшут.

Несколько покупателей уже показывали на него пальцами и высмеивали дурака, который упрашивал козла станцевать.

Смущённый Тинта поспешил домой.

Вскоре все уже говорили о сумасшедшем, который уговаривал козла пуститься в пляс. Дошли эти слухи и до Индры. Узнав об обмане Калавати, он разгневался не на шутку и вызвал обманщицу на Девалоку.

– Как ты посмела привести сюда своего мужа? – взревел бог богов. – Возвращайся домой и попрощайся с ним. Сегодня я превращу тебя в каменный столб, и ты будешь стоять в храме до тех пор, пока тот не развалится.

Калавати залилась слезами. Но ни рыдания, ни сожаления Тинты не способны были изменить решения Индры. Когда на следующее утро Тинта проснулся, в доме не было ни души, Калавати исчезла.

Он помчался в храм и там нашёл свою любимую, застывшую на месте каменного столба. Всхлипывая, он уронил голову на руки. Что он мог сделать? Даже если кто-то поверит его рассказу, разве будут сносить это красивое здание, чтобы освободить Калавати? Тинта совсем поник, когда внезапно ему в голову пришла идея.

Тем же вечером он собрал все ожерелья и браслеты жены и разложил их в четыре горшка. С наступлением темноты он отправился в город и закопал все горшки в разных местах. На следующий день под видом блаженного Тинта стал бродить по городу, не переставая нашёптывать что-то. Весть о том, что в город прибыл святой, быстро распространилась по округе. Даже царь услыхал об этом и явился на городскую площадь, чтобы взглянуть на прибывшего.

Когда царь приблизился, мимо пролетел ворон и громко закаркал.

Тинта взглянул вверх и протянул руки к птице.

– Спасибо тебе, щедрый ворон. Спасибо! – воскликнул он.

Государь заинтересовался.

– Ты понимаешь язык животных и птиц? – полюбопытствовал он.

Тинта кивнул в ответ.

– И что же сказал ворон? – спросил царь.

– Ваше величество, он говорит, что прямо тут, неподалёку от лавки со специями, спрятано сокровище.

– Правда?.. – удивился царь и кивнул одному из стражников, чтобы тот начал копать в указанном месте.

Подумать только, тот действительно, отыскал горшок с драгоценностями. Государь был потрясён. Тинта скромно улыбнулся и продолжил шествие по городу, но теперь в сопровождении царя.

Вскоре он остановился, услыхав вой шакала.

– Что это значит? – спросил царь.

– Шакал говорит, что здесь, – отвечал Тинта, указывая на землю у себя под ногами, – именно здесь скрыто другое сокровище.

Снова царь приказал стражникам копать в указанном месте, и снова был найден горшок с драгоценностями. Царь ещё больше изумился и помчался следом за святым, который отправился дальше в путь.

Довольно скоро Тинта указал на третий клад, потом на четвёртый. И вот они подошли к храму. Когда Тинта приблизился к тому месту, где стояла бедная Калавати, слёзы покатились по её каменному лицу.

– Что случилось? – спросил потрясённый царь.

Тинта, готовый тоже вот-вот заплакать, повернулся к царю и сказал:

– Она плачет, потому что вы скоро умрёте.

Царь испугался не на шутку.

– Но беды не случится. – Тинта замолчал. – Беды не произойдёт, если вы разрушите храм. Вы построили этот храм на несчастливом месте, но если снесёте его, то будете жить.

– Тогда храм должен быть разрушен. Немедленно! – объявил царь.

К заходу солнца храм превратился в груду обломков. И из этой груды явилась одинокая фигура – Калавати.

Тинта был вне себя от радости. Его затея удалась!

Индра, услыхав о случившемся, разразился смехом. Если обман Калавати и Тинты требовал наказания, то подобная смекалка нуждалась в награде. И щедрый Индра призвал супругов на небеса, где они стали жить как бог и богиня.

Голубой шакал

На окраине города шакал охотился на светлячков. Он подумал, что охота вот-вот закончится, когда на стену рядом с ним сел довольно крупный жук.

– Сейчас я тебя поймаю, – хвастливо прошептал он.

Шакал прижал к голове уши, присел к самой земле, сжался, как пружина…

И прыгнул.

Он буквально взлетел. Но и светлячок тоже. Быстрее кометы он промчался мимо протянутых, готовых схватить его шакальих лап. А шакал продолжил свой полёт. Он перемахнул через стену, промчалсяпо двору дома, в котором жил красильщик одежды, и, тявкнув, плюхнулся прямо в бочку с голубой краской.

– Уф, что это? – пробормотал он, почувствовав на шкуре холодную мокрую краску.

Он попытался выбраться наружу, но края бочки были высокими и скользкими, а он – слишком мал.

– Помогите! – закричал он, но никто не отозвался.

Когда на следующий день красильщик обнаружил шакала, спящего в бочке с драгоценной краской, то был неприятно удивлён. Перегнувшись через края бочки, он схватил зверя за загривок, выудил и со словами: «Кыш отсюда!» – перекинул через стену обратно.

Шакал так перепугался, что припустил к лесу и бежал не останавливаясь, пока не оказался на берегу небольшой речки. Он остановился ненадолго, чтобы перевести дух, но вдруг взвизгнул от удивления. Из речки на него смотрел шакал с самым красивым мехом, какой ему когда-либо доводилось видеть.

– Голубой, – проговорил шакал, не сводя глаз с отражения. – Я голубой. Восхитительный, прекрасный, ярко-голубой. Никогда я не встречал настолько красивой шкуры. Все звери умрут от зависти, когда увидят меня.

И шакал гордо пошёл через лес, красуясь новым окрасом. Вскоре он повстречал обезьяну, которая поклонилась ему и с восторгом спросила:

– Что ты за чудный зверь?

– Конечно же, волшебный, – усмехнулся шакал и продолжил путь.

Вскоре он набрёл на тигра. Тигр подозрительно посмотрел на шакала и поклонился ему точно так же, как обезьяна.

«Такое обращение мне по душе», – подумал шакал.

По дороге домой он повстречал ещё одну обезьяну, пару попугаев и слона. И все они поклонились ему. Голубой шакал почувствовал себя очень важным зверем.

Но остальных шакалов оказалось не так просто впечатлить. Они окружили его и стали обнюхивать, щипать и толкать лапами так, будто он был не из их племени.

– Как такое случилось? – спросил один из шакалов.

– Ты выглядишь нелепо, – тявкнул другой.

– Нелепо? – зарычал голубой шакал. Разве они не видят, как он прекрасен?! Так не пойдёт. Нет, так совсем не годится.

Подумав секунду-другую, он спросил:

– Разве вы осмелитесь называть лесного духа нелепым?

– Разумеется, нет, – ответил старейший шакал, хотя, по правде, он не мог припомнить, чтобы когда-либо видел лесного духа или хотя бы слышал о нём.

– Что ж, этой ночью лесной дух вселился в меня, – произнёс голубой шакал, гордо подняв голову. – Я был выбран, чтобы стать царём леса, и шерсть моя приняла голубой цвет в знак моей царственности. Лесной дух сказал, что с этого дня все звери в лесу должны слушаться меня. Так скажите, вы по-прежнему считаете, что я выгляжу нелепо?

Шакалы отошли на пару шагов, не зная, как поступить. Наконец старший шакал поклонился, и вся стая последовала его примеру.

– Нет, Ваше Величество, – пролаяли они в унисон, и голубой шакал самодовольно улыбнулся.

Весть о голубом шакале быстро разлетелась по лесу, и вскоре все здешние обитатели пришли посмотреть на нового царя.

– Я слышала, что он разговаривает с лесом, и лес выполняет все его приказы, – ухнул совёнок, глядя на голубого шакала из своего дупла. – Ни разу в жизни я не встречал никого, кто был бы похож на него.

– Говорят, что даже медведи с запада знают о нём и боятся его, – пропищала летучая мышь, которая висела на нижней ветке.

– Смотрите, как слоны и тигры кланяются ему, – прошипела змея, извивавшаяся среди корней. – Если даже такие великие животные падают перед ним ниц, значит, все эти истории – правда.

А животные всё продолжали и продолжали приходить к шакалу. И чем больше подданных появлялось у него, тем более самодовольным он становился.

«Я величайший из царей, каких только знал лес», – размышлял он, сидя на спине слона.

Он с улыбкой смотрел на тигров, обезьян и всех животных, подвластных ему. Затем взглянул на стаю шакалов, таких мелких и грязных, недостойных могучего царя, – и нахмурился.

– Вы не нужны нам больше, – провозгласил он со своего возвышения. – Никто из вас не достоин меня.

Шакалы были потрясены. С ними ли он говорит?

– И? Чего же вы ждёте? – ухмыльнулся голубой шакал. – У меня есть слуги получше вас. Ступайте. Оставьте моё царство и никогда не возвращайтесь.

Один из шакалов хотел было ответить что-то, но тигр обернулся к нему, угрожающе зарычал и щёлкнул зубами. И шакалы помчались прочь из леса. Выбежав на поляну, они остановились, рассерженные тем, как нагло голубой шакал обманул их.

Старейший шакал решил, что необходимо что-то предпринять.

– Слушайте, – обратился он к собратьям. – Лесные животные прислуживают голубому шакалу, потому что считают его особенным. Но на самом деле он не отличается от любого из нас. Нам необходимо доказать это. И я знаю как…

Когда солнце опустилось за горизонт, а луна заняла своё место, они собрались на опушке леса.

– Готовы? – спросил старейший шакал. – Давайте!

И, подняв носы к небу, они дружно завыли. Их вой полетел по лесу, между деревьев, над реками и ручьями. Голубой шакал прислушался. Он узнал этот звук. Не задумавшись ни на миг, он поднял голову к яркой луне, висящей высоко в небе, и завыл.

А когда замолчал, то огляделся и увидел, что подданные смотрят на него с недоумением.

– Что? – смущённо проговорил он. – Никогда раньше не видели, как воет царь?

– Никогда, – подумав, ответил слон. – Но я видывал, как воют шакалы.

– Так и есть, – засмеялась мартышка. – Он никакой не царь. Он обычный старый шакал.

Звери зажмурились, затем открыли глаза, чтобы заново посмотреть на своего царя. Мартышка сказала правду. Это был всего-навсего шакал.

– Нас одурачили! – зарычали тигры.

– Держи его! – протрубили слоны.

Хор рассерженных рыков, шипения и воплей погнал голубого шакала вон из леса, далеко-далеко. И с тех пор в лесу никогда больше не появлялось существ с голубой шерстью.

Три брата

– Пора вставать! – позвал Рама братьев в темноте.

– Как? Уже? – пробурчал средний брат Кришна.

– Пожалуйста… ещё пять минут, – зевнул младший Мохан.

– Мне точно так же не нравятся эти ранние подъёмы, – вздохнул Рама. – Но как же нам иначе зарабатывать на жизнь? Как бы ни было ужасно на ферме, работа там – единственная возможность выжить.

Ферма, на которой они работали, была ужасна. В этот день, как и в любой другой, три брата проснулись и оделись ещё до рассвета, обулись в свои поношенные сандалии и отправились из хижины на ферму. Впереди их ждал долгий путь. Братья шли вдоль пыльной дороги, тянувшейся от деревни к подножию гор.

Когда они наконец дошли, солнце только вставало, а у братьев уже не было сил.

– Наконец-то! – сказал старик-фермер. – Рама, я хочу, чтобы ты сегодня собирал пшеницу. Кришна, ты можешь начинать кормить скотину. А ты, – сказал он Мохану, – иди и вычисти коровники.

Весь день они работали под палящим солнцем, пока их ладони не покрылись мозолями, а сами они не свалились с ног от усталости. И вот солнце опустилось за горизонт, день стал угасать.

– На сегодня хватит, ребята, – сказал фермер. – Вот, держи, – добавил он, протягивая Раме единственную монету на троих. – Смотрите, не тратьте всё сразу!

И братья поплелись обратно в свою деревню.

– Это безнадёжно, – стал жаловаться Кришна на обратном пути. – Мы навеки застрянем на этой ферме, работая, как рабы, до конца дней своих.

– Боюсь, что ты прав, – ответил Рама угрюмо. – Но зато мы есть друг у друга. Не представляю, как бы я справлялся без вас двоих.

– Мы должны что-то придумать, – сказал Мохан. – Мы не должны прожить наши жизни вот так.

– Всё, что мы можем сделать, это продолжать молиться, – ответил Рама, вздохнув.

– Так давайте же, – сказал Мохан, стараясь подбодрить братьев, – давайте прямо сейчас помолимся богам и попросим их сделать нас богатыми.

– Во всяком случае мы ничего не потеряем, – пробормотал Кришна.

Трое юношей остановились посреди дороги и, освещённые лунным светом, встали на колени. Сложив руки вместе, братья стали молиться: «О боги, пожалуйста, скажите, как нам разбогатеть».

Каково же было их удивление, когда в ответ на их молитву раздался тихий, но отчётливый шёпот:

– Отправляйтесь в храм и наберите там из фонтана святой воды. Отнесите её высоко в горы, где Великий Водопад низвергается в заводь. Налейте туда три капли святой воды, и вся вода вокруг превратится в золото. Сделайте так, и будете богаты.

Ошеломлённые, братья так и продолжали стоять на коленях.

– Но учтите, – снова послышался шёпот, – каждый из вас может набрать воду из фонтана только один раз. И если набранная вода окажется неосвящённой, то вы окаменеете.

Всю ночь братья обсуждали услышанное.

– Я старший, – заявил Рама. – Мне следует идти первым.

На следующее утро он пошёл в храм, наполнил большой сосуд водой из фонтана и отправился в горы. Солнце обжигало ему плечи, и вскоре захотелось пить, тогда Рама сделал глоток из сосуда. В этот момент юноша услыхал тихий лай и увидел тощего пса на тропе.

– Мне ужасно хочется пить, – еле выговорил пёс. – Пожалуйста, можно я попью немного из твоего кувшина?

– Я сожалею, – ответил Рама. – Но мне предстоит долгий путь, и наверняка мне самому понадобится вода.

И Рама поспешил дальше.

Вскоре он сделал ещё глоток. Только Рама убрал кувшин от лица, как увидел на тропинке старика, одетого в лохмотья.

– Уже несколько дней я ничего не пил, – сказал старик. – Меня так мучает жажда, что я едва могу идти. Пожалуйста, юноша, могу ли я испить твоей воды?

– Я сожалею, но мне необходима эта вода для важного дела, – ответил Рама, проходя мимо.

Всё дальше и дальше поднимался Рама, не сворачивая с тропы, извивавшейся среди гор и холмов. И вот, наконец, он увидел впереди Великий Водопад, низвергающий свои воды в реку.

– Как же хочется пить! – сказал Рама, остановившись под деревом. Затем сделал ещё глоток из кувшина, в котором уже почти не осталось воды.

Рама собирался было продолжить свой путь, когда услышал плач ребёнка. Юноша обошёл дерево кругом, и каково же было его удивление, когда он увидел на земле соломенную корзину! В корзине лежала маленькая девочка.

«Хм… наверное, она хочет пить, – подумал Рама. – Но если я отдам ей свою воду, у меня ничего не останется для водопада, и я подведу своих братьев».

С виноватым видом Рама развернулся и оставил ребёнка.

В конце концов он добрался до Великого Водопада, где белая пенящаяся вода обрушивалась в реку.

– У меня получилось! – закричал Рама, встряхивая сосуд, в котором плескалась оставшаяся вода. Он встал на колени, вылил в водопад три капли и…

…мгновенно стал камнем.

Весь вечер младшие братья Рамы не находили себе места от волнения.

– Рама уже должен был вернуться к этому времени, – сказал Кришна.

– Надеюсь, с ним всё в порядке, – добавил Мохан, волнуясь за старшего брата.

– Завтра я наберу святой воды для водопада, – заявил Кришна. – И обязательно найду Раму.

На следующее утро Кришна отправился в путь так же, как и Рама накануне. Он тоже встретил собаку, старика и младенца, когда шёл к водопаду, и тоже, как Рама, не поделился с ними водой. Когда он добрался до водопада, то увидел там брата, обернувшегося камнем.

– Ах ты, глупый! – закричал Кришна. – Ты, наверное, принёс не ту воду! Я всё исправлю! Позже сможешь меня поблагодарить, – добавил он, выливая три капли воды в водопад.

В мгновение ока он превратился в камень, как и его брат.

Мохан не знал, что и думать. Всю ночь он прождал братьев и не мог уснуть от волнения.

На рассвете он принял решение:

– Я сам должен отправиться к водопаду.

Мохан пошёл прямиком в храм, наполнил большой сосуд водой из фонтана, покинул деревню и направился к горам.

Солнце поднималось всё выше и выше, становилось всё жарче и жарче, а по лицу Мохана, уставшего от тяжёлой ноши, градом катился пот, и ему нестерпимо хотелось пить. Он сделал глоток из сосуда и увидел пса, лежащего посреди дороги.

– Ав… гав, – залаял пёс осипшим, слабым голосом. – Пожалуйста, можно мне немного воды?

– Что ж, у меня есть только один полный кувшин, но возьми, – сказал Мохан и заботливо напоил пса.

– Благодарю тебя, ты добрый человек, – молвил пёс.

Юноша продолжил свой путь, всё дальше и дальше уходя в горы. Когда в следующий раз Мохан решил сделать глоток воды, он увидел старика.

– Пожалуйста, можно мне выпить немного воды? – попросил старик так тихо, что Мохан едва расслышал его просьбу. – Я не пил уже много дней и, наверное, недолго ещё продержусь.

Мохан встряхнул кувшин с водой. Воды осталось совсем мало, но он решил поделиться со стариком тем, что было.

– Спасибо тебе, добрый юноша, – поблагодарил старец, беззубо улыбнувшись.

Мохан пошёл дальше по дороге. Пот капал со лба, ноги ныли от ходьбы по скалам. И вот наконец Мохан увидел впереди Великий Водопад.

«Я сделаю только один глоток, чтобы хватило сил дойти до водопада», – подумал юноша, останавливаясь у дерева, чтобы снова отпить из кувшина.

Как только он утолил жажду, послышался плач ребёнка. Мохан обошёл дерево кругом и увидел девочку-младенца. Она лежала в соломенной корзине совсем одна.

– Кто мог бросить младенца, – ужаснулся Мохан. – Ещё и в такую жару… Наверняка она хочет пить.

Он встряхнул кувшин и услышал, как последние капли воды плещутся на дне.

– У меня совсем не останется воды, чтобы вылить в водопад, но я не могу не помочь этому ребёнку.

Он наклонился и аккуратно напоил дитя последними драгоценными каплями. Ребёнок весело засмеялся и мирно уснул.

– Не бойся, маленькая девочка. Я защищу тебя от всех невзгод, – прошептал Мохан.

Затем уложил младенца в корзину и долго смотрел в сторону водопада. Он совсем не жалел о том, что сделал, но ему было очень досадно от того, что он не смог выполнить задание. Вдруг он увидел то, что причинило ему нестерпимую боль. Там, на самом краю, у водопада, стояли его братья, окаменевшие, неподвижные.

Подбежав к ним, Мохан опустился на колени возле реки. И увидел своё отражение в воде: его нижняя губа тряслась от гнева, скорби и отчаяния.

– Ты всё испортил, Мохан, – сказал он самому себе. – Ты теперь никогда не будешь богатым, и, что хуже, гораздо хуже, ты потерял своих братьев.

Мохан закрыл глаза и заплакал. Одна, две, три слезы покатились по его лицу и упали в воду. Кап, кап, кап.

Вдруг Мохан понял, что больше не слышит шума воды.

Водопад застыл и горел на солнце таким ярким светом, что смотреть было больно.

– Золото! – закричал изумлённый юноша, не в состоянии оторвать взгляд от сияющего золота, заполнившего русло реки и скалу, где недавно ниспадала вода. – Но… но я же истратил всю святую воду…

– Ты очень добрый человек, Мохан, – раздался эхом голос. – Ты показал своим братьям, в чём они были неправы. В этом твоя победа.

Мохан вскочил и оглянулся вокруг, но никого не увидел, и даже спящий младенец исчез вместе с корзиной.

И тут же за его спиной раздались два знакомых голоса.

– Мохан, Мохан, ты нас спас! – кричали они радостно. – Разве сможем мы когда-нибудь отблагодарить тебя?

– Рама! Кришна! Вы живы! – воскликнул Мохан.

Братья обнялись и на миг застыли в объятиях друг друга, счастливые, что они снова вместе.

– Ну а теперь, – сказал Мохан, – что мы будем делать со всем этим золотом?

Рама и Кришна посмотрели друг на друга и подумали о том, как долго они мечтали разбогатеть. А потом вспомнили, какой урок они получили.

– Мохан, ты показал своим примером, как важно быть бескорыстным. Поэтому давай возьмём это золото и разделим между всеми жителями деревни.

Решение было принято, братья наполнили карманы, набрали в руки столько золота, сколько могли, и стали спускаться с горы вниз, домой.

Савитри и Сатьяван

Давным-давно жили король и королева, у которых не было детей. Целых восемнадцать лет молился король о том, чтобы боги даровали им ребёнка. И вот однажды в языках пламени на алтаре явилась ему прекрасная женщина.

– Я Савитри, – сказала она, улыбнувшись. – Дочь Солнца. Я услышала ваши молитвы. У вас появится дочь.

Радости короля не было предела. Через год его жена родила красивую девочку, которую назвали Савитри в честь богини.

Юная Савитри выросла умной, доброй и такой очаровательной, что казалось иногда, будто она светится. Некоторые люди верили даже, что в девочке воплотилась сама богиня. Но, несмотря на её красоту, а может быть, из-за её красоты, ни один мужчина не осмеливался просить её руки. А в те времена все девушки выходили замуж, достигнув определённого возраста.

– Мужчины слишком трусливы, – сказал однажды любящий её отец, пытаясь утешить девушку. – Их отпугивает твоя красота. Если ты хочешь выйти замуж, тебе придётся покинуть дворец и найти мужа самой. Только выбери того, кто будет достаточно силён и хорош для тебя.

Савитри согласилась. Она хотела выйти замуж, и ей понравилась мысль самой выбрать себе мужа (ведь большинство девушек выходили за тех, кого выбирали им родители). И вот она отправилась в путь, а вместе с ней отправились в путь слуги, советники и отряд воинов для охраны.

Они путешествовали много недель, переходя из одного города в другой, пока не пришли в монастырь – небольшое поселение, где люди посвящали себя молитвам и служению богам.

Савитри представилась, поприветствовала настоятеля и вдруг увидела юношу, который вёл под руку слепого старика. Глаза юноши блестели так ярко и в то же время взгляд его был так мягок, что Савитри поспешила спросить у настоятеля, кто он, этот юноша.

– О, это принц Сатьяван, – с улыбкой ответил настоятель монастыря. – Сын того старого короля, которого он ведёт под руку. Отец потерял своё королевство, но сын никогда не оставляет, поддерживает и защищает его.

– Сатьяван, – прошептала Савитри, как бы пробуя его имя. – Как необычно его зовут.

– Его имя означает «Сын правды», принцесса, – ответил настоятель. – И оно как нельзя лучше подходит ему. Если есть на свете более добродетельный юноша, чем принц Сатьяван, то я ещё не встречал его.

Савитри улыбнулась себе, а Сатьяван, проходивший как раз мимо, тоже улыбнулся, глаза его заблестели ещё ярче, чем прежде.

Савитри почувствовала, как сильно бьётся её сердце.

– Вот человек, за которого я выйду замуж, – прошептала она себе.

От радости не чувствуя под собой земли, Савитри вернулась во дворец отца. Когда она вошла в тронную залу, король разговаривал со старцем Нерадой, своим советником.

Радуясь возвращению дочери и желая поскорее узнать, почему она светится от счастья, он подошёл и обнял её.

– Ты нашла себе мужа? – спросил он.

– Да, отец, нашла, – ответила Савитри. – Его зовут Сатьяван. Он принц, и он очень красив, а ещё он добр и великодушен.

Король хотел было поздравить дочь, но советник Нерада вмешался в их разговор.

– О нет, принцесса, – произнёс он, испуганно глядя на Савитри. – Вы не можете выйти за него.

Савитри покраснела и на мгновение потеряла дар речи.

– Но почему? – спросила наконец она. – Он идеален.

– О, принцесса, – сказал Нерада. – Он вправду очень достойный человек. Действительно, сложно найти того, кто бы подошёл вам лучше, чем Сатьяван, но вы не можете выйти за него. Через год он умрёт.

Наступила гробовая тишина. Нерада был не просто святой старец – он был известен способностью видеть будущее. Если он предсказал смерть Сатьявана, нет сомнения, что она случится.

– Тебе придётся найти себе другого мужа, моя милая, – грустно проговорил отец и пожал ладони Савитри.

Губы его дочери дрожали, но вот взгляд… этот решительный взгляд, который был прекрасно известен королю… Она высвободила руки.

– Нет, отец, – твёрдо ответила Савитри. – Я выйду за него. Я выбрала его и хочу разделить с ним жизнь, какой бы долгой или короткой она ни была.

Король согласился. Ему всегда сложно было отказать дочери, особенно если она просила о какой-нибудь малости. А Сатьяван, услышав о желании Савитри выйти за него, очень обрадовался. Слепой король, его отец, тоже был рад, но, когда Савитри вернулась в монастырь, спросил её с тревогой:

– Сможешь ли ты жить здесь, как мы живём, принцесса? У нас нет ни изысканной еды, ни красивых одежд. Сможешь ли ты носить простую грубую одежду и питаться одними фруктами да травами?

– О да! – воскликнула Савитри. – Неважно, какие трудности ждут меня, неважно, буду я жить здесь или во дворце, – до тех пор, пока рядом со мной будет Сатьяван, всё это неважно.

На следующий день принц и принцесса поженились. Почти целый год прожили они в счастье.

Но чем ближе год подходил к концу, тем больше Савитри беспокоилась о предсказании Нерады и судьбе своего мужа. За три дня до срока, означенного Нерадой, она пришла в большой храм и начала молиться. Все три дня она молилась и днём, и ночью, без сна, без еды – лишь молилась, молилась отчаянно, чтобы Сатьяван выжил.

Перед рассветом четвёртого дня муж положил руку на её плечо.

– Савитри, пост и молитвы – это хорошо. Но к чему так истязать себя? Пойдём. Поешь и отдохни.

Савитри не могла сказать ему, о чём она просит богов.

– Я побуду здесь ещё немного, моя любовь, – только и ответила она.

Когда Савитри вышла из храма, всходило солнце. Она увидела, как её муж направляется в лес.

– Что ты делаешь, Сатьяван? – окликнула она его, нахмурившись. Ей вдруг стало страшно.

– Схожу в лес за дровами, – ответил он.

От страха она вся дрожала.

– Позволь мне пойти с тобой, – взмолилась она.

– Нет, – покачал головой Сатьяван. – Ты должна отдохнуть, моя милая.

Но Савитри было не переубедить.

– Нет. Я пойду с тобой. Так велит мне сердце.

И она улыбнулась. Перед этой улыбкой он не мог устоять.

– Хорошо, – улыбнулся муж в ответ.

И они отправились в лес вместе. Вскоре Сатьяван нашёл поваленное сухое дерево. Он приступил к работе, срубил веток на одну вязанку, не больше, – и вдруг замер, пошатнулся.

У Савитри кровь застыла в жилах.

– Что случилось?

– Голова вдруг заболела, – прошептал Сатьяван, опускаясь на землю. – И какая-то слабость…

Стараясь сохранять самообладание, Савитри уговорила его лечь и положить голову себе на колени.

– Я как будто горю, – пробормотал принц. И закрыл глаза. Он дышал всё реже и слабее.

Подняв голову, Савитри увидела, что к ним кто-то приближается. Кожа незнакомца была тёмно-синей, как ночь, и сияла. На нём был кроваво-красный плащ. Когда незнакомец подошёл ближе, Савитри с ужасом обнаружила, что глаза у него тоже красные. Незнакомец остановился у дерева, под которым сидели они с мужем.

– Кто… кто ты? – прошептала она.

– Принцесса, я Яма, бог смерти. Ты видишь меня только потому, что так упрямо молилась. Твоему мужу пришло время умереть. Я должен забрать его.

Сказав это, он склонился к груди Сатьявана. Его рука прошла через кожу, мышцы и кости принца так легко, будто это была вода. Он вытащил маленькую фигурку, точь-в-точь похожую на Сатьявана. Сатьяван перестал дышать. Яма спрятал фигурку в плащ и мягко улыбнулся Савитри.

– Не грусти, моя дорогая. Твоего мужа ждёт счастье в моём царстве. Он был хорошим человеком и будет вознаграждён, – сказал Яма, повернулся спиной к Савитри и пошёл обратно.

Но принцесса, опомнившись, вскочила и побежала за ним.

– Но… но, повелитель мой, долг жены велит мне оставаться с мужем. Я понимаю, ты должен забрать его, но я обязана, я обязана остаться с ним и… и…

– Ты освобождаешься от своих обязанностей, принцесса. Твой муж умер, – мягко ответил Яма. – Но я восхищён твоей верностью. Обещаю исполнить любое твоё желание – кроме желания воскресить Сатьявана.

Савитри задумалась.

– Благодарю тебя, Яма. В таком случае верни королевство моему свёкру. И зрение… пусть он снова сможет видеть.

Яма кивнул.

– Твоё желание будет выполнено. А теперь я должен забрать твоего мужа в своё королевство. Ты не можешь следовать за мной.

И бог смерти двинулся в путь, может быть, чуть быстрее, чем прежде. Но Савитри опять побежала за ним.

Яма достиг берега реки, поросшего колючками и густыми кустарниками. Он прошёл сквозь них. Савитри спешила следом. Шипы до крови царапали её и рвали её платье.

– Ты не можешь идти дальше, Савитри, – нахмурившись, произнёс бог смерти. – В моём царстве пока нет места для тебя.

– Но я должна. Я должна остаться с мужем, – настаивала она. – Я знаю: он найдёт счастье в твоём царстве, но ты забираешь счастье у меня. Я люблю его!

– Даже любовь не способна победить смерть, – ответил Яма. – Но твоя любовь и преданность восхищают. Я исполню ещё одно твоё желание – но не верну мужа к жизни.

– Тогда, тогда… – подумала Савитри. – Пусть у моего отца родятся ещё дети.

– Так тому и быть, – кивнул Яма.

Он снова пустился в путь, и снова Савитри последовала за ним. Яма поднялся на отвесную скалу – так легко, как будто скользил по гладкому льду. Савитри принялась карабкаться за ним. Добравшись до вершины, она тяжело и прерывисто дышала. Яма посмотрел на неё и вздохнул.

– Савитри, я приказываю тебе идти назад. Ты не можешь пойти туда, куда мы идём. Я больше не стану предупреждать тебя. Но твоя храбрость и настойчивость вдохновляют. Я исполню твоё последнее желание – но не стану воскрешать твоего мужа.

Савитри глубоко вздохнула.

– В таком случае я прошу: пусть у меня будут свои дети. – Яма кивнул, но оказалось, что принцесса не договорила.

– И пусть все они будут от Сатьявана, – продолжила она.

Яма широко открыл глаза – и громко рассмеялся.

– Ты очень умна, принцесса, – наконец проговорил он. – Я обещал исполнить твоё желание, но не могу сделать этого, если твой муж не будет жив. Что ж, так тому и быть.

Он достал фигурку из плаща и отпустил её.

– Ступай, Савитри. Ты отвоевала своего мужа.

Солнце почти село, когда Савитри вновь положила голову мужа на свои колени. Его грудь стала медленно подниматься и опускаться. Глаза открылись.

– О боги, – зевнул он. – Неужели я проспал весь день?

Он улыбнулся ей, но в тот же миг нахмурился.

– Что случилось, Савитри? Почему ты плачешь и улыбаешься одновременно?

– Всё хорошо, моя любовь, – ответила она. – Пойдём домой.

Яма сдержал свои обещания. Отец Сатьявана прозрел и вернул себе королевство, а у отца Савитри родилось ещё много детей. У самих Сатьявана и Савитри тоже появились дети, а через много лет принц и принцесса сами стали королём и королевой. Они жили долго и счастливо, и, когда Яма пришёл, чтобы забрать их в своё царство, они не стали с ним спорить.

Истории об Акбаре и Бирбале

1
Охота

Джунгли уже наполнись сумеречными тенями в час, когда Акбар Великий, император Индии, пустил своего могучего скакуна галопом.

– Не отставать! – кричал он через плечо медлительным придворным. Было слышно, как они падают, кричат, хнычут, неспособные или не желающие поспевать за ним. Но вместо того, чтобы замедлиться и подождать их, он продолжал мчать во весь опор.

Он мчался всё быстрее и быстрее, смеясь на ходу. Он нырял под ветками, объезжал деревья, сносил кучи палой листвы, и мыши с ящерицами спасались бегством от копыт его коня. Ничто не заставляло сердце Акбара биться так часто, ничто так не веселило его, как скачка. Но прежде всего ему нужна была цель.

Пролетев наконец все джунгли насквозь, он нашёл её. На поле вдалеке пасся дикий заяц.

Заяц принюхался, дёрнул ухом. И побежал – понёсся со всех ног. Мгновение – и Акбар уже мчался за ним по пятам, радостно улыбаясь. Пошла охота!

Погоня вела его по полям, поросшим высокой травой, через стремительные потоки и привела в другие джунгли. Когда заяц выскочил на полянку, Акбар решил, что вот он, его шанс. Он натянул тетиву, прицелился и…

– Мой повелитель?

Шух. Стрела угодила в траву, пройдя на волосок от цели.

Акбар оглянулся, желая узнать, кто посмел помешать ему.

Четверо несчастных, измученных придворных испуганно прижались к шеям своих лошадей. Один из них был с головы до ног обрызган грязью, у другого в волосах запутались сучки и листья, ещё двое были сильно исцарапаны, и все они никак не могли отдышаться.

– Прошу прощения, мой господин, – прохрипел тот, что был в грязи. – Но мы заехали очень далеко, начинает смеркаться. Остальные придворные уже повернули обратно. Полагаю, будет правильным и нам вернуться во дворец. Ночью здесь полным-полно опасных тварей, которые только и ждут случая, чтобы напасть.

Акбар, увидев, что заяц бесследно исчез в зарослях, кивнул.

– Да, ты прав, – сказал он.

Похлопав по спине своего усталого коня, он оглядел придворных.

– Ведите нас во дворец.

Придворные опять заметно разволновались, ещё сильнее прежнего (если вообще возможно было волноваться сильнее). Они переглянулись и пробормотали что-то, глядя на своего грязного товарища.

– О светлейший повелитель, – с дрожью в голосе наконец произнёс он, – мы не знаем обратной дороги.

Они отступили на несколько шагов, опасаясь, как бы император им чего не сделал. Но Акбар лишь усмехнулся.

– Конечно, не знаете, – сказал он. – Откуда вам знать? Я повёл вас на охоту, и будет честным, если я найду обратную дорогу. Ступайте за мной, я приведу нас домой.

Он слегка кивнул подданным, и они расступились.

Охотники провели несколько часов в поисках обратного пути, но, сколько они ни скакали, дворец всё не появлялся. В конце концов они вышли на дорогу и решили было, что спасены, но вскоре дошли до перекрёстка, у которого не было никаких указателей.

– Думаю, нам сюда, – сказал Акбар, решив, что им нужно пойти направо. Придворные с опаской переглянулись.

– Мой повелитель, – сказал самый грязный и самый смелый из них. – Вы уверены, что нам идти именно этой дорогой? Помните, вы сказали, что дорога во дворец лежит через мутную речку, но, перейдя её, мокрые и продрогшие, мы оказались там, где были в начале?

– Помню, – ответил Акбар, грустно улыбнувшись. – Но сейчас я уверен, что нужно ехать туда. Или вы не верите мне?

На этот раз заговорил самый молодой из спутников императора:

– Конечно же, верим. Но почему бы нам для верности не спросить того мальчика, что идёт по дороге впереди?

– Блестящая идея! – воскликнул Акбар. Он спустился с коня, размял одеревеневшие от долгой езды ноги и не спеша направился к мальчику.

– Эй, парень! – крикнул он. – Какая из этих дорог идёт во дворец?

Мальчик улыбнулся.

– Никакая не идёт, – ответил он.

Акбар услышал, как дружно за его спиной застонали его спутники.

– Ты уверен? – спросил он, почесав подбородок. – Я думаю, что одна из этих дорог обязательно должна идти ко дворцу.

– Уверен, – ухмыльнулся мальчик. – Всем известно, что дороги не движутся. А раз так, то как может дорога идти во дворец? Ходят люди, а не дороги.

Придворные вздохнули. Понимает ли этот малый, с кем он разговаривает? Никому не позволено так говорить с императором.

Никому.

– Как ты смеешь… – начал было грязный придворный, но не успел договорить, потому что Акбар разразился оглушительным гоготом.

– Ха! – ревел он. – Ты меня на секунду озадачил, мальчик. Но ты прав: дороги никуда не ходят. Скажи мне, как тебя зовут?

– Махеш Дас, – ответил мальчик. – А тебя?

– Меня? Я император Индии, – ответил Акбар и, сняв с руки один из перстней, положил его на ладонь мальчика. – Мне нужен при дворе такой умный и бесстрашный человек, как ты. Однажды, когда ты вырастешь, приходи и найди меня. Покажи этот перстень, и я узнаю тебя.

Махеш смотрел на кольцо и не мог сказать ни слова. Эти путники промокли насквозь, они были покрыты грязью и листьями. Откуда ему было знать, что он разговаривает с императором Индии?

– Что ж, – нарушил молчание Акбар. – Каким путём я должен поехать, чтобы добраться до дворца?

Махеш указал на левую из дорог:

– По той дороге вы придёте во дворец, повелитель.

– Великолепно, – сказал Акбар, взбираясь на коня. – Так я и предполагал.

И, сорвавшись с места, помчался домой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.