«Они явились из космоса. Дарили разноцветные бусы, несли знания, говорили о вере и исцеляли от недугов. А потом они начали убивать». Не помню, кому принадлежат эти строки, но именно так борцам за свободный космос виделась наша миссия на планету Астра. В космопорт нас провожали митингом с гневными лозунгами: «Вы погубите все, до чего дотянутся руки!», «Корпоративной гнили не место на Астре! Остановитесь!». Бред. Мы исследователи, а не убийцы. К тому же на Астре нет разумной жизни, планета только-только задышала полной грудью, и станет новым домом для человека. В корпорации считают, что уже через полгода исследований сюда можно будет направить первых поселенцев и возвести город.

‒ Эй, Котов! ‒ окликнул меня Кирби. ‒ Долго будешь пялиться на переборки?

Высокий смуглый безопасник кивнул на шлюз, мол, давай, шевели конечностями.

‒ И своего урода не забудь! ‒ рыкнул он, перед тем как скрыться в ангаре.

Я подхватил набитую под завязку дорожную сумку, перекинул шлейку через плечо, и бережно взял переноску. В пластиковом вместилище послышалась возня, через решетку на меня уставились два желтых глаза. Я просунул палец между прутьев, чтобы коснуться зверя, но тот отпрянул.

‒ Спокойно, хвостатый. Мы почти на месте.

Романтиком никогда себя не считал, но спускаясь по трапу шаттла, чувствовал, как сердце колотится в предвкушении новых впечатлений. Шаг, другой… Еще немного и я ступлю на неизученную землю, вдохну насыщенный дивными ароматами воздух, почувствую кожей тепло далекого солнца. Первый человек в новом мире. Я глянул на переноску и усмехнулся. Первый человек и первый кот!

Конечно же, мы не были первыми. Я прибыл во второй группе, к этому времени коллеги успели подыскать место для лагеря. Наша команда: ученые, инженеры, силовики, механики и врачи ‒ стали новыми жителями Астры. Признаться, попав на посадочную площадку, я немного растерялся. За спиной гудел шаттл, готовясь вернуться на орбиту в брюхо исследовательского корабля «Идальго», а впереди раскинулась окаймленная черными скалами долина. Река вилась блестящей змейкой и терялась на горизонте, сливаясь с изумрудным небом.

‒ Валера! Давай к нам!

Я обернулся. Генка Пришвин высунулся из кабины вездехода и помахал рукой. На фоне дикой природы машина казалась чужой. Я окинул взглядом площадку, где шаттл оставил выжженную землю. Ха! Повезло, что активисты не видят, а то завопили бы о губительном прогрессе и дерьме, которое привык разбрасывать человек.

Кинув сумку в багажник, я уселся на заднее сиденье и поставил рядом переноску, потеснив тем самым Гену и Сару.

‒ Зачем приволок его в салон? ‒ нахмурился Гена. ‒ Положил бы в багажник.

‒ Он напуган. Хищники тоже боятся, если ты не знал. Рыжику нужна забота.

‒ А людям не нужна? ‒ удивился Гена.

Сара хмыкнула.

‒ Валерий Николаевич у нас людей не замечает. Его только зверье интересует.

Сару я как раз-таки замечал. И не я один. Доктор Сара Остин ‒ стройная брюнетка, которой едва исполнилось тридцать, завораживала взглядом карих глаз. А стоило ей улыбнуться, показав ямочки на щеках, как мужики и вовсе превращались в безмозглых насекомых, которые безотчетно слетались в ловушку сладкой росянки. Но мисс Остин ухажеры не интересовали, она обручена с наукой.

Вездеход рванул с места, устремившись вниз по склону. Десятки машин мяли траву, вычерчивая колесами шрамы в багровой почве, и неслись к поляне, где виднелся скелет будущего лагеря. Так началась экспансия.

***

Крысы успели подрасти. Пятеро серо-белых крысят резво носились в боксе, наполненном бурой землей Астры. Копошились, грызли ветку, которую я сорвал с местного «дерева», походившего на гриб, и пили речную воду. В инкубатор я поместил тридцать эмбрионов, все сформировались в здоровые особи и окрепли, но выжили только эти. Ничего, приспособятся к местной среде. Через несколько поколений мутация закрепится.

– Не занят?

От неожиданности я вздрогнул и чуть не опрокинул микроскоп.

Сара стояла у входа в модуль, зажав в руке свой терминал, и улыбалась. Одета в серый комбинезон и короткую куртку с эмблемой корпорации. Скучную форму носили все, и никого серость не делала краше, но доктору Остин форма шла.

– Не особо, – ответил я. – Пытаюсь разобраться с механизмами адаптации. Если все правильно сделать, то вскоре смогу вырастить козу с необходимым генетическим набором. Будет молоко и мясо.

– От мяса я бы не отказалась. Уже тошнит от сублимата и консервов. Ты проверял новые образцы?

– Да. К сожалению, местные флора и фауна не годятся в пищу человеку. Токсины вызовут необратимые повреждения организма. Язва и слепота – только начало списка. Мы должны либо изменить эту планету, либо измениться самим.

Сара наклонилась к боксу, разглядывая задорных крысят.

– Валера, – хитро прищурилась она. – Открою секрет: человек – идеальный хищник, и клыки с когтями здесь ни при чем. Дело в нашей тяге к познанию, в изворотливости и упорстве. Мы найдем способ подчинить Астру, незачем меняться. И времени на это нет. Земля погибает, поэтому нужно действовать радикально.

– А если нас лишить технологий и оружия? Сколько тогда протянем на Астре?

– Фу, как банально, – нахмурилась Сара. – Кстати о хищниках. А где Рыжик?

Непроизвольно покосившись на переноску, где обычно спал кот, я пожал плечами.

– Уже смеркается, скорее всего, на обходе. У него обширная территория, нужно периодически обновлять метки. Но без присмотра его не оставляю, в ошейник встроен маяк, – вытащив из кармана куртки терминал, я вывел изображение. – Видишь? Эта зеленая клякса наш лагерь. Красная точка – Рыжик.

– Далеко забрался, – удивилась Сара, ткнув пальцем рядом с точкой. – Здесь вроде бы плато начинается. Надеюсь, он вернется.

– Конечно вернется!

Уверенность в голосе была напускной. Я волновался. За две недели мы так и не встретили крупных представителей фауны и местных хищников, но это не значит, что их нет. Всегда есть хищник, иначе не будет эволюции. А что мой кот? Сможет ли он противостоять инопланетной твари? От этих мыслей делалось не по себе.

– Сара, у меня есть отличный кофе. Натуральный. Будешь?

Мы сидели в раскладных креслах, пили горячий кофе из термоса и говорили обо всем на свете. Отголоски заката разлетались алыми лентами в неумолимо темнеющем изумрудном небе. Две бледные луны казались огромными, ненастоящими. Даже невооруженным глазом можно разглядеть кратеры и трещины спутников Астры. На западе уже вспыхнули первые звезды. Долгое время они пугали: поднимаешь голову, смотришь в небо, пытаешься отыскать Большую Медведицу, а там… Россыпь, имя которой Неизвестность. Но я привык. Все привыкли.

Ветер играл волосами Сары, и она поправляла выбившиеся из прически пряди. Прохладный воздух наполнил запах озона и приторной сирени.

– За что люблю вечера на Астре так это за ароматы, – сказала Сара. – У нас в саду росло много сирени. В детстве мы с сестрой ломали ветки и дарили друг другу, а потом искали цветок с пятью лепестками. Говорят, он приносит удачу.

– Пятилистник – это мутация, а сиренью здесь пахнет…

– Из-за бета-оксименов, которые выбрасывают вместе со спорами деревья-грибы, – улыбнулась Сара и поставила опустевший пластиковый стаканчик на подлокотник.

На свидание наша встреча не тянула, но мне безумно хотелось поцеловать мисс Остин. Ответит ли она взаимностью? Или с воплем: «Котов! Что ты делаешь?!» сбежит к себе в палатку и больше никогда не станет говорить со мной вот так, по-дружески? Что ж, если не попробую, то не узнаю ответа.

Я накрыл узкую ладонь Сары своей. Девушка отвела взгляд и аккуратно высвободила руку.

– Валера, я…

– Что вы здесь забыли? – грубый голос Кирби резанул слух. Через несколько секунд безопасник уже стоял рядом. На смуглом лице с квадратным подбородком предельная серьезность человека, который знает больше остальных, который владеет ситуацией и даже миром. Вернее, маленьким мирком, под названием «Исследовательский лагерь».

– С «Идальго» сообщили, что надвигается непогода: ливень и сильный ветер. Я объявил комендантский час. Мисс Остин, – белозубо улыбнулся Кирби. – Разрешите проводить к модулю?

Сара торопливо поднялась с кресла, поблагодарила за кофе и под руку с Кирби скрылась в сумраке. Я сжал кулаки. Пластиковый стаканчик хрустнул, остатки кофе выплеснулись на брюки. К счастью, напиток давно остыл. Хоть в чем-то повезло.

Вернувшись в модуль, я снова проверил данные анализатора. Аппарат выдал химическую раскладку простейших, найденных в почве, образцы которой привезли с плато. Но работа не шла на ум.

Вдруг послышался шелест полиэтиленовой мембраны. Рыжик вернулся? Я глянул на лазейку для пушистого товарища, но кота не оказалось. Всего лишь ветер. Решив, что не брошу кота на улице в непогоду, я надел куртку и взял фонарь. Только потянулся за терминалом, чтобы проверить маяк, как под ноги скользнула юркая тень.

– Где тебя носило, дружище? – с улыбкой спросил я, присев на корточки.

Рыжий смотрел на меня желтыми глазищами. Шерсть измазана грязью, зрачки сузились от яркого света, в зубах – добыча. Я опешил. Невероятно! Коту удалось поймать летуна! Этих тварей видели всего дважды, но скорость, с которой они порхали над землей, не позволила заполучить образец. Я взял щипцами полупрозрачное студенистое тело летуна, чьи перепончатые крылья украшали дыры от клыков, и поместил в анализатор. Кот довольно потерся о ноги, рисуя восьмерку, однако в движениях что-то было не так.

– А ну-ка иди сюда.

Я взял Рыжика на руки и осмотрел. На бедре выдран клок шерсти, кожа в этом месте покрылась сизыми волдырями – похоже на химический ожог. Обработав рану и убедившись, что кот в порядке, я потушил свет и улегся на кушетку. Пушистый устроился под боком, свернувшись клубком. Он был моим другом там, на Земле. Он остался моим другом здесь, на Астре. Рыжий кот – все, что у меня есть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.