Альманах Российский колокол Выпуск № 3/1

При перепечатке ссылка на альманах ««Российский колокол» выпуск № 3/1» – обязательна. Мнение редакции не всегда совпадает с мнением авторов.

Учредители

Московская городская организация Союза писателей России, Фонд «Литературный фонд Петра Проскурина»

Адрес редакции

107023, г. Москва, ул. Никитская Большая, 50а, стр. 1

Электронная почта

pressa@inwriter.ru

Электронная версия

ros-kolokol.ru

Слово редактора

Анастасия Лямина

Член Интернационального Союза писателей, журналист, публицист.

Тонкость общения очень важна

Дождались-таки мы с вами осеннего выпуска альманаха «Российский колокол». Каждый раз я говорю о том, что это для меня огромное СОБЫТИЕ. Каждый раз волнение, переживания по поводу того, насколько интересным для читателя будет наше издание, с трепетом жду на почту ваших отзывов о новом выпуске. Ведь моя основная задача как шеф-редактора – не только собрать самобытных и интересных авторов, сделать альманах современным литературным собранием для чтения, но и выявить творческий потенциал у начинающих писателей, дать им возможность представить свои работы на суд (порой очень строгий) общества.

Я очень благодарна всем составителям альманаха за доверие и проявленное терпение в ожидании очередного выпуска. Благодаря их умению творчески выражать свои мысли, рисовать словами образы, одухотворять героев, реалистично описывать события в произведениях у нашего читателя есть возможность не просто наслаждаться чтением, но и рассуждать, сопереживать героям «Российского колокола».

Альманах уже дано стал площадкой для знакомств и общения. Уже не раз ко мне обращались авторы с желанием познакомиться с товарищами по перу, выразить слова восхищения их творчеством, с которыми им довелось быть рядом на нашей творческой литературной площадке под названием «Российский колокол»!

Современная поэзия

Бедная Наталья

Поэт, публицист, член Московской областной организации Союза писателей России, Интернационального Союза писателей и Межрегионального союзов писателей (Луганск), член Южно-Российского творческого объединения «Серебро Слов». Автор шести книг. Проживает в Краснодаре.

Сыну

Джинсовую куртку снимешь на ходу,
Бросишься с улыбкой в мамины объятья…
Взрослый мой сынок, я встречи нашей жду…
Заварю чай крепкий, твой любимый, с мятой…
Как всегда, торопишься, мысленно далёк,
Ты спешишь к жене и дочке Аделине.
В сердце вы со мной и в солнечный денёк,
И в ночи туманной, бесконечно длинной.

Цветы под солнцем

Жёлтые розы… Трепещущий куст
Дерева ствол обвивает изящно,
К жизни стремится сквозь радость и грусть;
Тянется к солнцу он веткою каждой…
Розы для радости нашей земной,
Мир ароматом своим наполняют.
Есть назначение, тайна святая —
В нас пробуждать благородства зерно.

«Волны морские вздымаются в строках…»

Волны морские вздымаются в строках…
От одиночества в мыслях бегу.
Падают рифмы без времени, срока,
Думы сбиваются в тесном кругу.
Чувств наваждение стихнет до завтра,
Но не смогу убежать от себя!
Светлая Муза, как добрый соавтор,
Словом опять утешает, любя.

Волкова Ольга

Родилась и живёт в г. Москве. Закончила ГАСК (Государственная академия славянской культуры), по образованию лингвист. На данный момент работает переводчиком. Есть опубликованные стихи в альманахе «Чувства без границ», альманахе «Спутник», общероссийском сборнике «Звездопад», газете «Красный Уралец», сборниках серии «Библиотека современной поэзии», сборнике «Живая песня. Антология русского шансона и городского романса» (Том 2, составитель: Владимир Стольный). Также есть основная страница на сайте стихи. ру (псевдоним Шерочка).

Ледокол

Лёд тронулся. Я тронулась умом.
Чернеет снег. Сама с тоски дурнею.
Зима ушла. Я, кажется, за нею
Уйду сама, оставив скучный дом.

Я окунусь одна, как сирота,
В тоску дворов, московский холод улиц,
В те адреса, где с счастьем разминулись,
Где одолела сердце суета.

Теперь всё изменилось, стало быть,
А может быть, по-прежнему осталось.
Я ощущаю томную усталость,
Желание всё вспомнить и забыть.

Не рады мне усталые дворы,
Те, что былых имён не вспоминают;
Снега забвенья память заметают
До той бесснежной, до другой поры.

Городская весна

Так неопрятна и грязна,
Что даже неприлично,
Припёрлась царствовать весна.
Зима уходит: белизна
Охаяна публично.

Чернеет неприглядно снег
Просрочкой на прилавке —
Нечистых ручейков забег;
Сам город, кажется, поблек,
Весь мокрый стал и плавкий.

Весна открыла свой базар:
Повсюду гомон птичий,
Продемонстрировал бульвар
Свой залежавшийся товар
С той осени столичной.

Сломался холодильник «ЗИЛ»,
А как чинить – не знает:
Нет у весны ни средств, ни сил;
Поэтому (кто б ни спросил)
Всё так течёт и тает!

Шотландцу

Для меня ты дитя поднебесья,
Нежный пасынок горных верхов;
Ты весенняя грустная песня
Одиноких шотландских ветров;

Стон волынки, бродящий по склонам,
Ледяной разговор ручейков,
Свежесть утра на скате зелёном,
Безмятежная грусть облаков.

Как мне хочется в глаз твоих вереск
Своё сердце зарыть, чтобы ты,
В моей верности не разуверясь,
Сберегал постоянства цветы.

Даст мне крылья любовь – над горами
Твоих прошлых обид воспарю,
Камнем в сердце паду я, ветрами
О тебе свою песню спою…

Душа

Я в полудрёме, полусвете,
Брожу, не ведая себя.
«Кто за прошедшее в ответе?» —
Вопит душа моя, скорбя.

Средь разговоров, недомолвок,
Средь нераскрытого тепла
Уничтожает время-молох
Единственную из числа.

Её истачивают годы,
По капле темя издолбив,
И твёрдость внутренней породы
Изглаживают, как прилив.

Обезображен неумело
Неогранённый бриллиант;
Душа! Зачем ты не посмела
Сберечь себя и свой талант?..

Высшее

Мне верится, что есть над нами высшее,
Что неподвластно тленному концу,
И ни одной нет просьбы неуслышанной,
Направленной Небесному Отцу.

Я преклоню колени с благодарностью,
Зажгу свечу и тихо помолюсь,
И озарит свеча своею яркостью
Тайник души, куда смотреть боюсь.

И темнота грехов и заблуждения
Пред пламенем отступит тяжело;
И я примкну к иконе за спасением,
Родительское ощутив тепло.

Воспарившие

Кавалер галантный нежными руками
Душу мою обнял в зимнем серебре;
Птицами парили мы под облаками,
Радость неземную ощутив в себе.

Золотые искры звёзды нам бросали,
Молнии, как ленты, обвивали нас,
Ангелов небесных пелась голосами
В тучах Песня Песней миллионы раз.

Огради, любимый, от обид и горя,
Обними навеки и не отпускай,
Чтобы я Икаром не упала в море,
Если мне подрежет крылышки тоска.

Сбереги, любимый, в ласковых объятьях,
От былых волнений ты меня спаси
И в бреду горячем злых моих проклятий
Нежным поцелуем губы ороси…

Теперь читаю только о любви

Теперь читаю только о любви,
А раньше было даже не заставить;
Ведь я теперь могу себя поставить
На уровень с желанными людьми.
…Пишу я тоже только о любви.

В моих стихах пробелы между строк
Озарены надежды белым светом,
Но в траур буква каждая одета —
Дань прошлому и памяти урок.

Ступеньки строк – как лестница в Эдем,
И краткость строк как краткие свиданья;
Строф кирпичи невольно строят зданье —
Храм сердца, где уместится тандем

Двух душ, что в прошлой жизни разошлись
И в этой жизни вновь соединились,
И я стихом благодарю за милость
Над нами власть имеющую высь…

Куинджи

Когда тоска тебя всего пронижет,
На выставку сходи и посмотри,
Как на картинах гения Куинджи
Подсвечены берёзы изнутри,

Как лунный фосфор льётся из полотен
И кажется, что движется река;
Сквозь сумрак ночи, что так груб и плотен,
Луна горит подобьем ночника.

Картины свет сияет и струится,
И отступает чинно темнота;
И кажется, людей светлеют лица,
Что глаз не отрывают от холста.

Искусству применение найдётся
За высший смысл, воспетый хором лир:
Пусть свет души сквозь сумрак жизни льётся,
Своим сияньем озаряя мир!

Вечер на реке

Ходит вечер петушиный
По дворам – стихает гам;
Разлился покой кувшинный
По усталым берегам,

И рябится в лунной крошке
Сонно зеркало реки,
Будто на лесной дорожке
Засиделись светляки.

Чернотою вечер мажет,
Не зайдя за лунный край,
А луна бела, как в саже
Испечённый каравай.

Забабашкин Владимир

Родился 19 апреля 1954 г. Закончил МГТУ им. Баумана Член Союза журналистов России. Член Интернационального Союза писателей.

Публикации.

«Волк-одиночка». Роман. ЭКСМО, 1998 г.

«Волк обнажает клыки». Роман. ЭКСМО, 1999 г.

«Месть Барса». Роман. ОНИКС, 2001 г.

«Кровавый след Барса». Роман. ОНИКС, 2001 г.

«Небо в клетку». Роман. ЭКСМО, 2000 г.

«Не брат ты мне». Повести. ГАММА-ПРЕСС, 2000 г.

«Завещание отца из зоны». Роман. ЭКСМО, 2006 г.

«Отдай миллион». Роман. ЭКСМО, 2006 г.

«Чужое лицо». Роман. ЭКСМО, 2006 г.

«Как стать братком». Роман. ЭКСМО, 2006 г.

«Мэр-бандит». Роман. ЭКСМО, 2006 г.

«Агент в парандже». Роман. ЭКСМО, 2016 г.

«Квест реальности». Роман. LULU. Канада, 2017 г.

«Пропавший в джунглях», ЭКСМО, 2019 г.

* * *

Была б яичница с ветчиной —
Я не мечтал бы о жизни иной.

* * *

Какого хрена, мать твою,
Ты лезешь в хрестоматию!

* * *

Пока пытался применить я «Камасутру»,
Уснула ты и наступило утро.

* * *

Импотенцию прощу я дипломату
За его высокую зарплату.

* * *

Корова любила, корова хотела
Упругого сильного бычьего тела.
Ее же за вымя тягали, тягали,
Не понимая коровьей печали.

* * *

Поникли праздничные флаги,
Перегорела страсть в крови.
У нас давно постельный шлягер,
А не симфония любви.

* * *

Теперь лежу в шестой палате я.
Вот где, ребята, демократия!

* * *

То простатит, то геморрой…
А ведь когда-то был герой.

* * *

Богатые ведь тоже плачут,
Когда их сильно от…ат.

* * *

Тараканов и клопов
Я морил на кухне.
Сжег штаны все до трусов,
И нога опухла.

* * *

Джазист играл на саксофоне,
Согнувшись, как басовый ключ,
Луна светила из-за туч,
Летел кирпич в проем оконный.

* * *

Бродил по городу вразнос,
Вина набравшись до предела…
Да и кому какое дело!
Да и кому какой вопрос!

* * *

Прокатал все на такси…
Ах ты гой меня еси!

* * *

Отпели, зарыли,
Поддали, забыли.

* * *

Черные ночи, белые штаны.
Я приехал в Сочи без своей жены.
Деньги все пропил, разорвал штаны,
А домой вернулся – не нашел жены.

* * *

По разномастью площадей
Весь день болтался я под мухой,
Чтобы впитать народность духа
И государственность идей.

* * *

Пока анкету заполнял,
Я в жизни многое понЯл.

* * *

Жизнь как большое казино:
Поставил – и опять в говно.

* * *

Ширинка расстегнута на брюках х/б.
Желаю восторгов вам, майор ФСБ.

* * *

Любил, просил, поклялся, взвесил,
Женился, спился, облысел,
Судился, бил, убил и сел,
А был талантлив, молод, весел…

* * *

В аптекарской пыли под взглядом юной дивы
Томились от любви презервативы.

Ильина Светлана

Ильина Светлана Викторовна, родилась 21 декабря 1965 года в небольшой живописной белорусской деревне под названием Майск.

После окончания средней школы в 1982 году уехала учиться и работать в Могилев. Здесь Светлана познакомилась со своим будущим мужем и отцом четверых ее детей.

Стихи писала с детства, но никогда не думала издаваться, поэтому стихи, написанные в раннем возрасте, утеряны.

Буквально год назад начала выкладывать свои стихи на литературных интернет-порталах. После чего получила предложение поучаствовать в конкурсе от Интернационального Союза писателей.

Вернуть любовь

В одиноком сердце печаль,
Что-то не сложилось, а жаль.
Вот и разошлись все пути,
Вместе нам уже не идти.
Одиноко в сердце моем,
Одиноко ночью и днем,
Видно, виновата сама,
Что иду по жизни одна.
Мне б, как птице, стать на крыло,
Только снегом все замело.
В сердце лишь осколочки льда,
Не вернуть любовь никогда.
Лучик солнца, сердце согрей,
Мне верни любовь поскорей.
В сердце пусть проснется весна,
Я не буду больше одна.

Как мимолетно счастье

Как мимолетно счастье
Приходит лишь на миг,
А за окном ненастье.
Скажи мне напрямик,
Любишь меня или нет,
Дай мне скорее ответ.
Молча ты смотришь в окно,
Видно, тебе все равно,
Счастлива я или нет.
Ты молчишь, ты молчишь,
Ничего не говоришь.
Не могу тебя понять,
Твои мысли прочитать.
За окном ненастье
И уходит счастье.
Я не услышу ответ,
Любишь меня или нет.
За окном ненастье
И уходит счастье.

Ушла любовь

Ушла любовь, и не вернуть ее обратно,
Закрыла все собою точка невозврата,
Сказать мне нечего и в мыслях пустота,
Вернуть мы прошлого не сможем никогда.
А ведь была любовь, а ведь была любовь
И не вернется к нам с тобою она вновь,
Скажи, зачем с тобой мы повстречались,
Нам было вместе хорошо с тобой вначале.
В какие реки счастье утекло?
Вернуть его нам больше не дано.
И в небе звезды лишь сияли нам одним,
И птицы пели только нам, а не другим,
И шар земной вращался лишь для нас,
Нам вместе было хорошо, а что сейчас?
А ведь была любовь, а ведь была любовь,
И не вернется к нам с тобою она вновь.

Копейкина Елена

55 лет, художник-модельер-конструктор, член Российского союза писателей.

Из моря слез нам выползти на сушу

Без устали стучится дождь в окно,
По клавишам души пройдясь несмело,
Вмиг равнодушия смочив сукно
И шелком чувств прошив его несмело.
А чувства, окропленные святой
Прозрачной влагой из колодцев рая,
Теряют тихий, призрачный покой
Со слогом польку-бабочку играя.
И, растворившись в капельке дождя
Прольется мысль, как прежде, на бумагу,
И вдохновенье, к нам с небес сойдя,
Продолжит поэтическую сагу.
И буквы выстроятся у писца
Так точно, словно знают место,
Им отведенное рукой Творца,
Из сдобных чувств взбивающего тесто,
Чтоб накормить духовной теплотой,
Насытить жизнью и движеньем души,
Чтоб, обретя в движении покой,
Из моря слез нам выползти на сушу…

Завещание

Я женщина Дождя, хоть я ему не пара,
Его могущества ничем не оценить,
И я, попавшая под чувственные чары
Дождинка, коей я согласна быть.
В словесном растворяюсь я потоке,
Что мне несет небесный Господин,
В душе моей любви рождая строки,
Что может дать мне только он один…
Лишь он один доверья удостоен,
Его лишь музыка пульс учащает мой,
И мой потенциал лишь с ним утроен,
Лишь в паре с ним довольна я игрой,
Лишь он дарует чувств волшебных лаву.
Его лишь звуки прогоняют сон,
Ему любовь я отдаю по праву,
Ему лишь я воздвигла в сердце трон.
Лишь он всей жизни нашей повелитель,
Ведь без него придет на землю смерть,
Он жизни нашей трепетный хранитель,
Лишь им жива земная круговерть.
Когда-нибудь пройдут, быть может, годы,
Закончится мне отведенный путь,
Хочу просить у Матушки Природы —
Дозволь в объятиях дождя уснуть…

Жизнь – сериал

Жизнь – сериал из тысяч кадров кратких,
И комом все в ней, словно первый блин.
Моментов много горьких, много сладких,
Но дубль у кадра каждого один.
Нельзя исправить жизнь свою повтором
И кадр другим уже не заменить,
Быть надобно талантливым актером
И первым дублем жизни дорожить.
И, каждый кадр любовью разбавляя,
Всей силой чувств наполнить каждый миг,
Все зло и боль за кадром оставляя,
Облегчить жизнь от тяжести интриг.
Жизнь – сериал, и все мы в нем актеры,
Есть бездари – и гениев не счесть,
Есть чистота – и нечистот есть горы,
Есть счастье – и несчастье тоже есть.
Но все ж без дубля не заснять шедевра
И без помарок жизни фильм не снять,
Хоть миллиард вложи на это евро,
Но сей Олимп за дубль один не взять.
Поэтому без «Оскаров» и «Тэффи»
Мы проживаем жизни сериал,
Который мы снимаем в стиле селфи,
И видим в нем судьбы своей оскал.

Струне моей не создали смычка

Мое сердце молчит, как струна,
Та, которой смычок не коснется,
Не поет и не плачет она,
Она просто над жизнью смеется.
Ей смешно, что какой-то смычок
Даже тронуть ее побоится,
Вот она и скрипит, как сверчок,
Дребезжит, и визжит, и бранится.
То смычок ей не тот, то не так
И не с той стороны подступился
И не дай Бог, он скрипнул не в такт —
Сразу всех привилегий лишился.
Вот такая сей жизни струна,
Под себя все смычка не отыщет,
Потому и доселе одна,
В одиночестве по свету свищет.
Так и будет скрипеть лет до ста,
Никому ни тепла, ни покоя,
Ведь струна без смычка – пустота,
Все ж смычок нужен ей для настроя.
Для того, чтобы вновь зазвучать
Всей цветочной рапсодией лета,
Только где ж его, звучного, взять,
Чтоб струна подошла ему эта.
Лишь одна – и другие не в счет,
Лишь под ним бы она зазвучала,
Чтобы жизни безумный отсчет
Каждый день начинался сначала.

Неспешная любовь моя

Не вертит колесо фортуны
Неспешная любовь моя,
На дне Божественной лагуны
Живет, печаль мою храня.
Ее во мне не слышен голос,
Нема она, слепа, глуха,
Тускнеет глаз, седеет волос,
А я в плену ее стиха,
Что, словно гейзер, закипает
И шпарит кипятком мой мозг,
А я, как раб, не разгибаю
Спины под свистом мыслей-розг.
На сердце нет живого места,
Душа залита гноем ран,
С любовью кончилась фиеста,
Лишь слов танцующих канкан
Еще сей жизнью верховодит,
Еще ведет меня вперед,
С ума под гнетом чувств не сводит,
Душе любовных пут не ткет.
Я не люблю, какое счастье!
Расчищен путь к размаху чувств,
Что под моей печатью власти
Владеют редким из искусств,
Душою слышать, сердцем видеть
И донором в сей жизни быть
Себе, не утонув в обиде,
И нелюбовью дорожить.

Моя березовая Русь

Природа спит, посапывая хлипко
Раздевшись донага, как в банный день.
То ль ободрали сверху словно липку,
То ль просто одеваться стало лень.
Ее краса ни капли не померкла,
Ее изящество ни с чем сравнить нельзя,
Она сама с себя оковы платья свергла,
Всю гордость наготы своей неся.
Ее величья, не прикосновения
И целомудрия святого торжества,
И властью сна наполнены мгновенья,
В чьих бликах суть земного божества.
И с этой наготой, родной до боли,
Мы чувствуем родство, и сердца крик
Дарует ощущенье русской воли,
Пропитывая жизни каждый миг.
Торжественность стволов и веток тонких,
Что так изящно в кружево сплелись,
Чуть утепленных блеском льдинок звонких,
Взмывают в неба голубую высь.
И гордостью нам наполняют души,
Я ошибиться в этом не боюсь,
Зачем нам необъятность чьей-то суши,
Нам ближе всем сия нагая Русь
Такая смелая, бесстыжая, босая,
И сила в ней, и состраданье есть,
Живет и любит, всех вокруг спасая,
Все пережившая, не уронивши честь.
Великая, Могучая Громада
Корнями вросшая, и в землю, и в сердца,
Которым никакой другой не надо,
Кто с ней останется до самого конца.
Чтоб слышать, как посапывает хлипко
Природа в безмятежно сладком сне
Под ветра русского божественную скрипку,
Что слышится в движении каждом мне.
Люблю тебя! Тобою восхищаюсь!
Тобой дышу! Тобою я горжусь!
Тобою дорожу! Тебе я каюсь!
Моя единственно-березовая Русь!

Лесников Валентин

«Родился в 1947 году, 30 мая в городе с лирическим названием Анжеро-Судженск Кемеровской области, с восемнадцати лет живу в Санкт-Петербурге (Ленинграде), русский, ныне пенсионер, образование высшее, закончил в 1977 году Ленинградский государственный университет, по специальности геофизик. Большую часть жизни посвятил морю, побывал в около 100 стран мира, был во всех океанах и на всех континентах (кроме Антарктиды).

Стихи пишу с шести лет, в последующем обращался к тому периодически и были небольшие публикации. Со временем выработался свой взгляд в отношении к поэзии, где главным условием будет то, что поэтом может считаться тот, кто со своим словом мог быть впереди народа, а не позади него. То есть нужно писать стихи хорошо: красиво и свежо, оригинально и изысканно, неповторимо и неотразимо, чтобы приковывало внимание любого читателя.

Вместе с тем пишу картины (в основном, портреты), играю на некоторых музыкальных инструментах и долгое время увлекался созданием гравитационного двигателя. Дома имеются домашняя библиотека, насчитывающая около 10 тыс. томов книг, среди которых сотни книг посвящены поэзии, и есть немало всяких коллекций со всего света, что превращает моё жилище как бы в музей в миниатюре.

Кроме того, являюсь членом Русского Географического общества, имеется несколько правительственных наград. Семья: жена и сын были в прошлом».

От автора.

Я Пушкина сумел в себе открыть

Я Пушкина сумел в себе открыть,
В своей душе весьма неугомонной,
Чем мог безумно её обворожить,
Пускаясь в реверанс бесцеремонный.
Порой всплывать намерен образ гения —
И пушкинские памятны места,
Где нас встречают «чудные мгновения»,
Что словно то идёт от Божьего перста.
И ночи белые терзают душу славно,
Зажечь стремятся сказкой небосвод,
Что вечер с утром делят своенравно,
Свой образуя дивный хоровод.
Вовсю порхать снискало ликование,
Спеша внедриться в пламенный полёт,
В его то амплуа – «очей очарование»,
В пылу купаясь осенних позолот.
И кем та осень не раз была воспетой,
Вытворяющей кадрили и канкан —
В сезон быть склонна наряженно одетой —
В багрец и в золото расшитый сарафан.
И Петербург его чарует тоже,
Чей трепетный балет нёс страстный фуэте,
Чем озаряясь, с Наталией сидя в ложе,
Где предавались волшебной суете.
Кто был на публике вечно узнаваем,
Чьи классно бакенбарды его острили нос,
И кучерявостью весьма обуреваем,
И в ком неистово пылает чудо грёз.
Кто зрит прямым потомком Ганнибала,
В Москве рождённому – загадку представлял,
Держась объятий небесного астрала,
Где мог оттачивать свой потенциал.

Анабелъ Ли [англ. Anabelle Leigh)

Английская писательница, которая радует нас своими шедеврами уже более восьми лет. Она получила первую известность как сценарист, чем заслужила высокий рейтинг по построению сюжетных линий, знанию истории Англии и изобретению нестандартных юмористических зарисовок. Некоторые международные проекты были номинированы на кинофестивалях Канады и Австралии. Анабель не только прозаик, но и поэт, некоторые тексты песен служат саундтреками к фильмам. Стоит отметить, что писательница творит не только на английском, но и французском языке. Первые книги на русском языке вышли в продажу в 2018 году. Стиль письма автора и познавательные очерки, что присутствуют во многих произведениях, не оставят вас равнодушными, а тонкий юмор и яркий характер героев увлекут вас в волшебный мир литературы.

Вы можете узнать больше об авторе и ее работах на русском языке на странице автора Вконтакте: https://vk.com/anabelleleigh

Визитная карточка Анабель Ли

Чем усладить твой тонкий вкус, читатель?
Чем удивить подкованный твой взор?
Будь ты размеренных романов почитатель
Или взрывной, стихийной страсти чтишь простор.
Есть для тебя в моём ларце заветном,
Что лёгкой пудрой юмора покрыт,
Про мир магический браслет остросюжетный,
Что из трёх разных циклов состоит.
Один, про дерзкую студентку-озорницу,
Ей к действию зовёт любой запрет.
Да и опасности не усмирят девицу,
На все вопросы у неё готов ответ.
Вторая сказка на браслете этом
Светла, сентиментальна и честна.
Попрятанным по шкафчикам скелетам
По преимуществу она посвящена.
Твой гений требует стремительный событий?
Не трогает уж сказка сердца ход?
Тогда позволь историей увитый
Достать прошитый правдой антипод.
В нем эпохальной пыли все крупицы
Константинополя в шестом веку, а здесь
Коварности английской спят частицы,
Неравноправия и злодеяний смесь.
Не хочешь кашлять пылью мирозданья?
Пускать слезу о прошлом нету сил?
Научного хотелось б изысканья?
Пожалуйста, как для тебя хранил:
Далёкий космос, далью дышит время,
Мир не таков, как был привычен нам.
Здесь все эмоции и чувства – это бремя.
Мы мчимся ко вселенским рубежам.
Здесь время как материи покровы,
С героями мы совершим открытий,
Хоть аксиомы стары, взгляды новы.
Заглянем мы за горизонт событий.
Коль хочется тебе погони жаркой,
Ищейку-гения, напавшего на след.
Как разрешит судьбу интриги яркой
В женской руке дрожащий пистолет?
Читатель мой, я знаю, что найдёшь ты
В моей сокровищнице для себя усладу.
Какой б мой мир себе ни предпочёл ты,
Твоя улыбка – высшая награда.

Мишурова Людмила

«Мишурова Людмила Дмитриевна – родилась и живу в г. Старый Оскол Белгородской области. На пенсии. В прошлом – санитарный врач Оскольского электрометаллургического комбината. Стихи пишу давно – для творческих вечеров и просто для Души. Имею ряд публикаций в сборниках, газетах и журналах, несколько литературных наград. Но самым ценным для себя считаю отклик в сердцах читателей».

От автора.

Памятник женщинам Приосколья

…Вы здесь дорогу строили на Ржаву,
В подолах пол-Земли перенесли…

В. Белов

У виадука стали на пригорке.
Внизу – составы быстрые стучат.
Теперь отлита наша память в бронзе —
В фигурках этих тоненьких девчат[1].

Прожили восемь месяцев «под немцем»,
Оплакивали братьев и отцов,
Но сразу же своим открытым сердцем
Откликнулись на Родины вы зов!
И поняли – строительством дороги
С фашистами ведёте личный бой.
Хоть вовсе не звучало слово «подвиг»
На этой полосе прифронтовой.

Сухие цифры в сводках отразили:
Такого даже в мире больше нет!
На месяц раньше поезда грузили,
Чтобы отправить к Огненной дуге!

У памятника проходя, невольно,
Креститься поднимается рука,
Ведь женщины со всей России словно
Собрались возле этого моста.

Святые наши бабушки и мамы,
А большинство из них уже ушли.
Трудов и славы вашей – половина
В победных достиженьях всей страны!

Пасха

Такая поздняя весна,
Но все же дымкою зеленой
Покрылись дальние леса:
Апрельской акварелью томной.

И храмы приходящих ждут,
Воскликнуть чтоб: «Христос Воскресе!»
В ответ «Воистину…» поют,
Сливаясь с Ангельскою песней.

О, Пасха – как душа светла!
И верится, что Русь – Святая.
Звонят, звонят колокола,
Христово Воскресенье славя!

Подольский Виктор

Родился в семье сельских жителей в 1958 году, работал на стройке простым рабочим. Писать стихи стал в 30 лет попав под влияние немецкого поэта 18 века Ф. Гёльдерлина. Любимые поэты: Гёльдерлин, Эдгар По, Бодлер, Пессоа, В. Иванов, Эллис. Член Российского союза писателей.

Танец

Плачет музыка, и в танце,
Завихрился хоровод,
Звонких мыслей новобранцы
Окружили небосвод.

Рядом мнится, он бескрайний,
Пламенеет как алмаз,
То он тёмный, то сусальный,
То кровавый отблеск глаз.

Как предтеча вакханалий,
Засверкало зла вино,
Горней силою ордалий
Заструилося оно.

И прекрасен мрачный танец,
Незабытый мглой времён,
Жжёт, как огнь-протуберанец,
Неизведанных имён.

Пусть клубится зыбь столетий
Над вселенскою игрой,
Но знаменья, клади эти,
Бдит извечно млечный рой.

Плачет музыка, и в танце,
Завихрился хоровод,
Звонких мыслей новобранцы
Окружили небосвод.

«Я новый день как мотылёк живу…»

Я новый день как мотылёк живу,
в ладье непрочной по судьбе плыву,
а вдалеке манящий зыбкий луч,
как перст Господень, явлен с горних круч,
незримый указуя путь во тьме,
в моей земной и гибельной тюрьме…

Сей путь пройду до самого конца,
любовью напоив людей сердца.

Кумир

Цветок любви и речь,
Их вечная тоска,
Слезой устала течь
В чертоги из песка.

Дождь радугой остыв,
Наполнил сок равнин,
Истратив свой мотив,
Над пиками вершин.

Лишь ивы у реки
Ветвями льют росу,
Звени мой стих, влеки
Звучи листвой в лесу.

Ждут злые города,
Живительный мотив,
Но грянула беда,
Огонь с небес излив.

Уж мёртв певец, и мир
Безмолвием застыл,
То в небесах кумир
Безумие таил.

Видения

Грехи кровавятся в судьбе,
В ней души никнут и таятся,
И сонмы слизней зла роятся
В сокрытой вехами алчбе,

Что жаждет мрака и раздора
В толпе убогой и слепой,
Где смерти властвует разбой
И клики дьявольского хора.

Вкруг пир кровавых упырей
В безумной оргии ярится,
И танцем жутким дьяволица
Зыбит у адовых дверей.

Как корчи тел полуистлевших
В гробах средь капищных могил,
Трясётся пласт, земельный ил
Под грохот молний отлетевших.

На пепелище дней усопших
Летают сны грядущих лет,
Где мгле мерещится рассвет
И ветры гор, во мхе утопших.

Дымит земля от влаги алой,
И василиск от жатвы рдян,
Он светом ада оссиян
И дремлет, от алчбы усталый.

Вот у клоаки смрад струится,
В распухших трупах аль[2] стигмат,
Костей гниющих маскарад,
Сплетеньем аспидов багрится.

Вот увлечён Аид стенаньем,
Упадшим духом покорён,
Среди безумия времён
Паря над грешным мирозданьем.

И знаки дней, веков идущих,
Блестят на веках ликов сущих.

Комната

В полумраке тонкий свет
То нахмурен, то чуть ясен,
Он прозрачен, как рассвет
В бликах комнаты, прекрасен.
Вот колонной замер шкап,
Где таятся книжек грёзы,
И в потёмках, как арап,
Чёрен мой диван и розы,

Что темнеют над столом,
Где спит ваза с виноградом,
На стене угла излом,
Вьётся сумеречным гадом.

Над диваном сонм картин
Смотрит дивною природой,
И окно парчой гардин
Насмехается над модой.

Моя комната, мой мир,
Где под сводом капители
Стиль барокко и ампир
Затаились льном постели.

На полу дрожит мираж
Из лазоревых плетений,
Как фиалковый пейзаж,
Разлился палитрой теней.

В моей комнате, и я,
Весь разбрызган и украден,
Как основа бытия,
Я глубок и многократен.

Моя комната и я…

Римарева Ирина

Родилась в 1976 году в пос. Федотово Вологодской области, Всю сознательную жизнь прожила в городе Краснодаре. Окончила факультет истории, социологии и международных отношений Кубанского Государственного университета и двадцать лет проработала в этом ВУЗе (преподавателем и инженером).

Является членом Российского союза писателей и Интернационального Союза писателей.

Опубликовала и зарегистрировала в библиотечной системе три авторских сборника.

Кащеева смерть

Желудок, как собака злая, гавкал,
Вгрызался в мои слабые бока.
И жалась гордость в угол шавкой жалкой,
Скуля о том, что я жива пока.

Ломалась воля в каменных застенках,
Ограниченья личностных свобод.
Могильный склеп в исчерченных пометках
И в трещинах холодный серый свод.

Очнусь ли я от изморози колкой?
Найду ли выход, коего здесь нет?
Зажму в ладонь кащееву иголку,
Позволю себе роскошь – пожалеть.

И, твари дав в последний насладиться
Своей беззубой властью и скупой
Бесплотной страстью, до костей раздеться,
И треснуть, как тростника под рукой.

Истина чистых слёз

Дыбится острый край
Корками снятых кож.
Будешь кем, выбирай.
Вырос? Или же врос?
Пенистой губки суть.
Давит страданий пот.
Млечных пиявок путь —
Детский беззубый рот.
Нравится или нет,
Каждый приложит труд.
Каждый найдёт ответ —
Щедр он или скуп.
Пьющий любовь из глаз
И материнских рук
Кто стал одним из нас,
Наполовину сух.
Кто стал одним из нас,
Будет испит до дна.
Истина чистых слёз.
Мама у всех одна.

Залитый хлоркой

Я и брат-близнец Егорка
Вновь наделали беды:
Пол залили едкой хлоркой
В миг безудержной игры.

Нам грозит сегодня порка,
Стрёмно щуримся в просвет,
И следит за нами зорко
Бабка Зина в линз дуплет.

Толстых окуляров дольки
Да с очками на очки,
Ей дано увидеть столько,
Что и малость не шали.

Смирно что-то не сидится
И не смотрится кино.
Нам бы незаметно смыться
На площадку за окном.

Мы опять набедокурим,
Даже если не хотим:
Втихаря сигарку скурим,
Выпуская едкий дым.

Мама долго кухню мыла.
Папа мял в руках ремень.
Пальцем бабушка грозила.
Солнце скрылось за плетень.

Кухня вымыта до блеска,
Но по запаху судя,
Нету в доме хуже места,
Между нами говоря.

Мы весь день боялись порки,
Будем знать наверняка,
В обещаньях нету толка:
Верить можно в запах хлорки,
В бэчик в скрюченных руках.

Благочестие или гордыня?

Благочестие женское – признак гордыни.
И за праведность тела заплатит душа.
Непорочность несёт нам святая Мария.
Магдалена доступностью – слабость прощать.

Благочестие женское – слепок посмертный,
Маска из силикона на студне лица.
И натуры испорченной качеством верным,
Он зеркалит насквозь мутным взглядом слепца.

Благочестие женское – башня короны,
Что царапает небо порочностью чар.
Жаль, воспользоваться дважды ей невозможно.
Жрёт невинности мысли греховный пожар.

Невозвратно

Так прекрасно невозвратно
моё юное сознанье.
И наивности пикантность
как подарок к назиданьям.
Миражи колючих будней,
обличающих контузий,
что, как было, уж не будет
страхов кончился подгузник.
Растеклись былые раны
гематомами признаний.
Наказания бараны —
вертикальных дней спирали.
Перочинные потребы
на потеху Мельпомене,
удовольствие на гребне
костяного самомненья.
И высокая причёска,
локоны чернее смоли,
и мантилья на пристёжке,
белой съеденная молью.
Всё прошло: и быль, и небыль.
И фантазий смелых рыбки
на волнах весны уплыли,
как любимых губ улыбки.
Укатились, как привычки,
что от вредности забыты.
Залетели, как синички
на балкон, в жару открытый.
Невосполненностью чувства
цедит ум воспоминанья.
Воплощается в искусстве
нашей чистоты признанье.
Потеряются сонеты
в книжке – свёрнутой закладкой.
Позабудутся советы,
заедаемые сладким.
Чай зовёт нас ароматом,
мягкостью вишнёвых кексов.
Мы любуемся закатом
и в реке внезапным плеском.
Так уходит безвозвратно
моё юное сознанье.
Я теряюсь многократно,
чтоб найти своё призванье.
Просочится из-под века
камнем соляным слезинка,
ведь прошло уже три века,
как я слушаю пластинки.
На шуршащий диск тихонько
опускается иголка,
и выводит звуки тонко
звонкий голосок ребёнка.
Это тонкость созиданья,
по которой время мчится,
и вплетает состраданье
в вечные людские мысли.

Руйе Людмила

Происходит из рода Кошкина Михаила, конструктора танка Т-34, из Переславского района Ярославской области.

«А я с раннего детства всё рвалась кого-то спасать – то бездомного котёнка, то хромого цыплёнка. Хотя помощь чаще всего была нужна мне самой. Однажды зимой провалилась в прорубь, а летом оказалась на дне реки, сорвавшись с перевернувшегося баллона. Отец уверял, что жить я должна с ними, так как вне дома меня подстерегают одни опасности. Даже учиться отпустил с трудом.

Но потом перестройка сломала устоявшийся уклад жизни и я смогла начать самостоятельную жизнь в Москве. Мое стремление помогать ближним достигло своего апогея, когда я работала комендантом общежития строительного треста. Зарплаты задерживались. Одни квалифицированные специалисты становились похожими на бродяг, а другие – на парней из фильма «Бригада». Для тех и других я хотела отыскать достойный выход из тупика. И, как говорил отец, экстремальные ситуации сами находили меня.

Думала, что в Европе смогу просто радоваться жизни. Но и здесь мое внимание привлекают не архитектурные красоты Лувра и Собора Парижской Богоматери, а бездомные нелегальные иммигранты, сидящие около них. Видимо, это удел поэтов – счастье добывать через страдание.

Публиковалась в альманахах «Родники», «Юность», «Очарованный странник», «Спутник». Имею дипломы участника сборников «Иван Бунин» и «Александр Блок», также публиковалась на литературных сайтах Стихи. ру, Общелит. ру стихи. Являюсь членом Ассоциации в поддержку русской культуры в Париже «Глагол». В 1996 году вышел роман «Всё не так», в 2015 году – сборник стихов «Луч звезды».

От автора.

А я, как Байрон, с миром не в ладу…

А я, как Байрон, с миром не в ладу,
Границ не в силах соблюсти реальных,
И мыслями всё в облаках парю,
Не зная ценностей материальных,

Языка общего не нахожу
С теми, кто превозносит регалии,
С персонажами романов дружу
И советуюсь с богиней Талией.

В людях я вижу лишь внутренний мир,
Ускользают внешние атрибуты,
Все слова помню, что мне говорил,
Каждый из них в откровенья минуты.

Весь вечер проведя на торжестве,
Я не сумею описать наряды,
Хвалу воздать изысканной еде
И оценить все почести, награды.

Зато могу я воссоздать в уме
О смысле жизни речи все богемы,
Что вдохновением послужат мне,
Для написания новой поэмы.

Предпочитаю я жизни самой,
Описывать сюжеты на страницах,
И происходит пусть всё не со мной,
Как наяву я сцены вижу в лицах.

Препятствий нет ведь для полёта птиц,
Когда они над нами воспаряют,
Меж вымыслом и фактом нет границ,
Поэты лишь Пегасу доверяют.

Ведь кто для нас важнее – прототип
Или герой придуманной поэмы?
Об этом же никто не говорит,
А значит, ни к чему решать дилеммы.

Ведь стихотворного цель ремесла
Не в описании фактов известных,
А чтоб поэзия нас вознесла
На уровень высший существ бессмертных.

Туманный Альбион

Тик-так, тик-так – тикает Биг Бен,
Пришло время уходить из детства.
Знает только мальчик Питер Пен,
Как детьми нам оставаться, средство.

Если в зеркалах задор исчез,
Грустные глядят оттуда лица.
В зазеркальную Страну Чудес
Отведёт нас девочка Алиса.

Жизни нашей дни мчат всё быстрей.
И о прошлом всяк уже жалеет.
Только капитан Джек Воробей
Время вспять повернуть сумеет.

В Букингемском изящном дворце,
В голубом Туманном Альбионе
Можно нам увидеть на крыльце
Даму благородную в короне.

Раз на свете королева есть,
То и сказки, значит, существуют,
Их персонажи, конечно, здесь
На балах вечерами танцуют.

Вымышленный и реальный мир
Так тесно тут переплетаются,
Что Байрон, Диккенс, Скотт и Шекспир
Среди прохожих нам встречаются.

Одухотворённость в глазах их
Желаем рассмотреть внимательней,
И вот уже на лицах людских
Улыбки сияют мечтателей.

Как называется та страна,
Где обитают герои сказок?
Вам не составит ответ труда
После сих немудрёных подсказок.

Так отвечайте на мой вопрос,
Не бывало проще задания.
Страна наших мечтаний и грёз,
Конечно – Великобритания.

Что стало с Натальей Гончаровой

Что стало с Натальей Гончаровой,
Когда умер Пушкин Александр?
Не осталось красы образцовой,
Испарился куда-то весь шарм.

Ведь нельзя сказать, что постарела,
Ей было только двадцать пять лет.
Больше источника не имела,
Что зажигал в ней внутренний свет.

В ту пору глаза женщин дарили
Вам будто миллионы миров,
А у Пушкиной были такие,
Словно устала она от даров.

Общество поражало свеченье,
Из Пушкина идущее глаз,
К диалогу с Богом приглашенье,
То было, казалось всем не раз.

Рады были с гением общенью,
С нетерпеньем ловя его взгляд.
И обязана преображенью
Натали супругу, говорят.

Каждый день в глаза его смотрела,
Находя источник свежих сил,
И душа её счастьем горела,
Избранный потому что любил.

Оказавшись причастной к таланту,
Озарилась она изнутри,
И царю, и московскому франту
Не заметив её, не пройти,

Перед ней в восторге замирает
Каждый, пораженный красотой,
Светоч звёзд в больших глазах сияет,
Что пришла из сферы неземной

От гения прикосновения
Засияла её красота,
А после его погребения,
Без следа исчезла в никуда.

Существования другого мира
Служит доказательством пример,
Ведь нужна божественная лира,
Чтобы жизнь пиит воспеть сумел.

Устремляются все за поэтом,
Чудесной музыки слыша звук,
И не замечают, как при этом
На передний план выходят вдруг.

Гений как будто им уже служит,
Весь понятный такой и простой.
Только уход его всё разрушит,
В сказке как о рыбке золотой.

Ведь талант и любовь – состоянья,
Когда мир весь желаешь обнять,
Делать в любви всем признанья
И таким, как есть, всё принять.

Так глаза Николь Кидман сияли,
Был когда в неё влюблён Том Круз.
Но они как будто полиняли,
Тотчас, как распался их союз.

Без сиянья в глазах оказалась
Просто женщиной Кидман Николь,
В ней былого шарма не осталось,
Лишь усталость на лице и боль.

И Круз, любимец поколения,
Символа оставил пьедестал.
Больше в женских сердцах волнения
Своей харизмой не вызывал.

Шарм потерял, с любовью расставшись,
И обыкновенным стал, как все.
На влюбленности крыльях поднявшись,
Не удержался на высоте.

Приобщиться каждый хочет к чуду,
Если не найдёт свободных мест,
Зависть превратит его в Иуду
И заставит всех нести свой крест.

Пушкина – за любовь к прекрасному,
Лермонтова – за критичный взгляд,
Есенина – за рифму страстную,
Высоцкого – что пел невпопад.

Влюбляла в мир всех окружающий
Энтузиазмом Эдит Пиаф,
Плеяду звёзд зажгла сверкающих,
Сердца своего огонь раздав.

Пугачёва так же вдохновляет
Тех, кто рядом находится с ней,
И в себя их веру окрыляет,
Пробуждая любовь, как Орфей.

Взгляд таланта исходит от Бога,
Как доказательство, что Он есть.
В глаза их посмотришь немного —
И всю жизнь этот свет будешь несть.

Вносит в душу умиротворенье
Влюбленности сияющий свет,
Над ним не властно и старение,
Но сам уйдёт, любви если нет.

Солдатенкова Дарья

«Я родилась в Москве 13 мая 1961 года. Первые мои впечатления остались от дома моей бабушки на улице Чайковского и от прогулок с отцом в районе Арбата, где разрушали старые дома. Стихи начала писать с детства, лет с восьми. Отец-архитектор рано приучил меня к хорошей литературе, и я читала запоем. А мама-археолог пристрастила меня к экспедициям и путешествиям. После школы я окончила кафедру этнографии Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова. Ездила в этнографические экспедиции по всему Советскому Союзу.

После обучения всю жизнь работала в музее заповеднике «Царицыно» старшим научным сотрудником – хранителем. Писала научные статьи и, конечно, стихи.

Публиковать стихи стала поздно – в двух последних альманахах «Истоки». А в прошлом году вышла моя первая и, надеюсь, не последняя книга стихов «Вещей забытых звукоряд».

От автора.

Зимние стихи

Ноль-ноль, ноль-ноль. Средина ночи.
Так неожиданно, как в сказке —
Зима пришла.
Огромный снегопад упал на землю.
Все переделал на свой лад
И вдаль пошел.
А я стояла у окна. Фонарь качался у дороги.
И в конусе его дрожал и ворожил
Снежинок хоровод беспечный.
Время сквозь пальцы сеял снег.
А я смотрела на него
Без сожаленья —
Как быстротечна жизнь…
Одно мгновенье безвозвратное.
Меня уже ничто не потревожит —
Ни прошлое, ни будущее.
Одной минутою живу —
Протянутой рукой
Снежинки быстрые ловлю.
Ноль-ноль, ноль-ноль…
А над могилою твоей
Покой.
И снег сугробы расстилает.

Зимние стихи

Ноты с неба летят, словно снег,
Все ими замело на белом свете —
Летят они адажио на фоне фонарей,
И утром их с ветвей сметает ветер.

Кружит чуть слышно зимняя соната
Поземкой на пути своем к весне,
К капели и несбыточному завтра,
Куда-то вдаль на ветреном коне.

Там только грусть поет нам о разлуке,
Уходишь ты дорогой белой от меня,
И музыки заснеженные звуки
Еще звучат под вьюгу февраля.

«Шрифты. Шифровки. Подтексты. Пьесы……»

Шрифты. Шифровки. Подтексты. Пьесы…
А где же искренность твоя и песня?
Где тексты веером – хвостом павлиньим?
Наверно в прошлом, в давно забытом.

Лишь для тебя – без игр и простота и сложность,
Открытость для тебя и осторожность —
Не принести вреда, не ранить в спину.
А для других молчанье, сжатое в пружину.

«Я не забуду перекресток года…»

Я не забуду перекресток года,
Тот вымытый и плещущий апрель,
Тот город на холмах – в руках – ручей,
И солнце над собой держал он гордо.

Чуть вспомню о тебе, вся эта ворожба
Природы и весны возникла снова —
Я вся переполнялась светом.
Я Шла, куда глаза глядят, с котомкой,
А сердце пело, и капель гремела
Весенним блюзом, предвещая встречу.

И я всю жизнь храню и буду помнить
Те три далеких дня в Козьмодемьянске.
Крупицы счастья собирая в горсть,
Я думаю, как это было много…

«Когда зима наполнит небо снегом…»

Когда зима наполнит небо снегом,
Ночная тишина опустится на землю
И в свете фонарей заснут деревья в белом —
Тогда в душе мятежной боль утихнет;
Как затихает ветер бурный
В смиренном кружеве заснеженных ветвей.
И снег летучий станет только дымкой,
Сплошной кулисой он укроет
Пьесу жизни…

Декабрь

Сегодня я рассеянна, как дождь,
Как золотистый свет весенний в декабре.
Прозрачный ветер студит мне лицо,
А сердцу горячо.
И сердце солнцем светится в глазах,
И птицы залетают в душу.
По-птичьи вижу я Бульвар, дома, скамейку
И створку акварельного окна,
На запад растворенного к закату…
Сегодня я рассеянна, как дождь,
Как золотистый свет весенний в декабре.
Я словно в первый раз смотрю на мир.

«Загораюсь и гасну, как пепелище…»

Загораюсь и гасну, как пепелище.
Восстаю из пепла, как птица Феникс.
Забываю род свой и свое племя —
Растворяюсь я в солнце, в соснах.
Как былинка рядом, я вырастаю
И сама себя потом собираю
Из сосновой хвои, из сухой полыни.
Вся одежда суконная пахнет ими,
И душа, я думаю, – точно так же…
Все они мне братья, сестры.
Ведь душа у них есть тоже…
Тоже…

«Я стала замечать мгновенья…»

Я стала замечать мгновенья —
И стайку воробьев в кусте,
Щебечущих, как погремушка.
И облака, летящие по небу
Клубящимся воздушным строем к югу,
И дождь, по листьям бьющий
Тихий блюз, блюз набежавших туч,
Опавших на деревья с высоты.
Я стала замечать твои труды тяжелые,
 Дающие свободу мне и пищу,
И благодарностью за все на свете
Отвечать.

Стая

В узорах облаков вечерних —
Птичья стая, как брошенный
По ветру платок из газа,
Резвится и летает.
Переворачивается, видит
Горизонт малиновый.
Вдруг ввысь летит и пропадает —
Тает. И распадается
На сотни маленьких чаинок,
И осыпается на лес дубовый,
Там видит птичьи сны
Про небо и про солнце.

Ушаков Александр

Ушаков Александр Васильевич родился 14 января 1949 года в Кемеровской области. После окончания первого класса два года жил с родителями в Якутии, в посёлке Сангар. Мать с отцом расстались, Александр с матерью оказались на Украине, в Донецкой области. 2 ноября 1964 года стало для него первым рабочим днём. Работал на поверхности слесарем по ремонту шахтных вагонеток. С восемнадцати лет, до призыва в СА в ноябре 1968 года, работал подземным слесарем. В СА был на должности водителя БТР. После возвращения из СА работал там, где непосредственно добывают уголь, – в лаве. Был переезд в Одесскую область, мать с сестрой до сих пор живут там. Через какое-то время Александр уехал в Калининградскую область, где жил до января 2012 года. С января 2012 года живёт в Новгородской области.

Семнадцатого июля был повенчан с Людмилой Ушаковой, а сначала в этот же день расписались в загсе. Проживают вместе по сей день. Инвалид второй группы с 2000 года. Неизлечимая болезнь мозга (энцефалопатия плюс киста и ещё кое-что).

О музе с музой

Прощайте, Муза, ждать – не привыкать
И каждый день готовиться к приходу,
Пером бумагу чтобы снова рвать,
А не ругать шальную непогоду.
Не замечать осенний мерзкий дождь
И хлёсткий ветер, бьющийся о двери,
Но слышать ритм, когда коснётся дрожь,
И понимать – пришла и снова верит,
Что не ошиблась адресом она.
Подарит вдохновение средь ночи.
Ведь тяжело поэту без огня,
Нужна искра, пусть малая, но очень…
И может быть, согреется душа
От радости, что Богом не забыта.
Что уходила и опять пришла,
Что суетой мирскою не убита.
Ну а пока прощаюсь и прошу
Не забывать о помощи визита.
Желанны вы, и я всегда вас жду,
И в час любой для вас душа открыта.
Прошу прийти, и сердце не жалейте,
Сорвите маску бледную с лица,
Бальзам волшебный в душу мою влейте —
Небесный свет от нашего Творца.
Нет высшего на этом свете счастья —
Творить и жить для Бога и людей
И понимать – к трудам твоим причастен
Не злобный дух, коварный чародей.
А Дух Святой сошёл, молитвам внемля,
И вот уже ты на земле творец;
И незаметно протекает время…
А ты душой по-прежнему юнец.
Дни не считаешь; и года напрасно
Причёску красят мягким серебром.
Вновь видишь ты отчётливо, прекрасно,
Как зло живёт, соседствует с добром.
Как власть имущих бесы обольстили,
Как обижают слабых и больных.
По миру многих нищими пустили…
И что же ждёт, не знаю, остальных?
Но знаю точно будет Суд и многим,
Уж не поможет золото в мешках.
В огонь лишь путь зажравшимся в итоге,
При жизни сей не знавшим Божий страх.

Всё о музе моей

Ты не пришла вчера, что же случилось?

А я так ждал! Тетрадь, карандаши…
Неужто, Муза, где-то заблудилась?
На ушко мне тихонечко скажи.
Хотя зачем, какие разговоры?
Ведь ты пришла – услышала мой зов.
К чему обиды, мелкие укоры
И звон пустых, ненужных, едких слов.
Давай с тобой мы, что-нибудь запишем,
Ведь март – весна, все пишут про любовь,
Вдруг постучит, конечно же, услышим;
И о весне напишем что-то вновь.
Весна – пора, когда всё оживает
И тянется к теплу на Божий свет.
Подснежник первым солнышко ласкает;
И вот уж в строчку взял его поэт.
Апрель уже стучится, будь же рядом,
Еще, быть может, что-то сотворим.
Весна прельстит рассветом иль закатом;
И о любви мы вновь поговорим.
Я, муза, рад всегда, когда ты рядом
И правишь строки властною рукой;
И мне, поверь, уж никого не надо,
Да и тебе не нужен уж другой.
Мы ведь давно повенчаны с тобою,
Нас сам Господь с любовью обручил;
И показал, какой идти тропою,
Чтоб до конца хватило наших сил.

P.S.

Я вдохновенье музой называю,
Так проще дар мне Божий раскрывать.
Благодарю я, значит, уповаю,
Что не иссякнет неба благодать.
Вдохну в себя и выплесну строкою
На чистый лист, мгновеньем дорожа,
Что вдруг упало, выведу рукою
Сердечком чёрным от карандаша.
Зовите музу, и она придёт.
Всегда ведь рядышком, у сердца,
На лист строкой горячей упадёт,
Что ярче звёздочек и солнца.
Ей не страшны любые холода,
Будь снегопад иль злая вьюга;
Она всегда прекрасна, молода,
Мне Богом данная подруга.

******** ******** ********

Когда пишу о музе, то хвалю
Отца и Сына и Святого Духа;
От Бога искру, лучик я ловлю,
А в них любовь и вся наука…

Чуть-чуть за семьдесят

Чуть-чуть за семьдесят. И что же в этом
Отрезке времени? Куда пришёл?
На небесах причислен я к поэтам —
Мой Бог стихи и мысли все прочёл.
Что может выше этого признанья?
Здесь на земле сумеют ли понять,
Что ржа всё это – гонорары, званья…
Всего дороже – Божья благодать.
И не оставит без воды и хлеба Творец
Вселенной славящих Его,
Коль в унисон поёт с поэтом небо,
То в Царство дверь отрыта для него.
Я благодарен Господу за это,
Что насквозь видит грешного меня
И что горит во мне искра поэта,
Что подарил крылатого коня.

Бесценным нашим

Откуда вдруг господские замашки —
Прекрасным дамам руки целовать;
И говорить красиво, без бумажки,
Чтоб должное красавицам воздать.
Да как же не любить вас, женщин наших!
Ведь Сам Господь развёл костёр любви.
И мы сгораем все в объятьях ваших,
Когда поют для вас все соловьи.
И будет так всегда, поверьте, братья!
Без женщин МИР не может просто быть.
Исчезнет всё без женского участья!
Да, как же вас, красивых, не любить!
Мы любим вас, бесценные вы наши!
Нет в мире сил, чтоб разлучили нас!
Ведь ничего нет в жизни нашей краше,
Улыбок ваших и зовущих глаз.

А. Русский (Ушаков)

Эльза Дарья

Эльза Дарья (Халилова) – психолог, биоэнерготерапевт.

Поэтесса – автор 15 изданных книг, жанр – стихи.

Член Союза Писателей Азербайджана.

Член Интернационального Союза писателей.

Посол мира при Всесоюзной Федерации Мира.

Представитель Международного института бизнеса и изобретательства.

Представитель Международной академии образования и научного развития.

Является участником конкурса «Роскон-2019» в России.

Лауреат премии «Золотое перо», получила в Азербайджане.

Лауреат премии «Поэт года», получила в Азербайджане.

Лауреат премии «Араз», получила от СМИ, в Азербайджане.

Её стихи публикуются в России:

в сборнике «Russian Bell», издаваемом в Америке,

в альманахе «Современная поэзия»,

в журнале «Автограф», в журнале «Лава»,

в сборнике «Российский колокол»,

в сборнике «Современник»,

в сборнике «Литературная Евразия»

и др. журналах и газетах.

Также во многих азербайджанских газетах и журналах.

Многие ее стихи положены на музыку.

Моя держава – Азербайджан

Моя держава, цветущий край Азербайджан,
Года суровые оставил величаво,
Неповторимостью полей, лугов,
Равнин и городов,
Так манящих простотой просторов.
Труд вложен в нём могучего Гейдара,
Уняв низменных врагов кару,
Жизнь посвятил Азербайджану,
Ему даруя наследника Ильхама.
Людские раны заживил От скорби тяжкой,
В кипящем омуте измен,
В угарном дыме несчитаных подмен.
И навсегда унял застывшую печаль,
От вражеских мечей холодных,
Распутав быль и небыль Азербайджана.
Всю нечисть, подлости разбил,
Как зеркало, в осколки,
И навсегда создал Гейдар
Мою великую державу,
Цветущий край Азербайджан.

Сбылся мой сон прекрасный…

Сбылся мой сон прекрасный,
Воскресла в тишине на утренней заре.
Вновь озарилась светом тьма,
Сошлась параллель судьбы,
Свободой уповаю, подняв якоря.
Сбылся мой сон прекрасный,
Под рифмы строк миров.
Созвездие моё вернула память,
Ушли все боли и печали,
Растаял туман иллюзий,
И шрамы жизни рассосались
В бурлящем роднике счастья.
Сбылся мой сон прекрасный,
Восторг мажора небесный,
Создал святой сонет,
Балладу чувств и искусства,
И понимание сути минувших дней.
Сбылся мой сон прекрасный,
Впитала солнца нежность, доброту.
Мечты с сомнениями не спорят,
Воскресла в тишине на утренней заре,
И сбылся сон мой прекрасный.

Шубникова Галина

«Стихи пишу с юности. Член городского поэтического клуба «Родники Трехречья». Автор сборника стихов «Я о любви не говорила много лет». Публиковалась в местной газете, в сборнике местных авторов, поэтическом альманахе «Слободской меридиан». Финалист конкурса издательства СП для сборника «Восторг души», финалист I Международного поэтического конкурса «Слово талантам».

От автора.

Родительский дом

Всё чаще во сне, где родительский дом
И тропка в берёзах петляет,
свой путь до сих пор не меняет.
И только душа вдруг пошла на излом.

Огромные окна не дышат теплом,
Там чай вечерком разливает
чужой человек, он не знает —
Что память хранит ещё в сердце моём

тепло русской печки и голоса звон.
Звучали когда-то там песни…
И нет вечеров тех чудесней.
Любовью согретый родительский дом.

Маме

Я налью тебе вкусный чай
В твою любимую чашку.
Давай посидим вдвоём —
Поговорим о вчерашнем…
Я спрошу тебя невзначай
О детстве твоём далёком.
Скучаешь ли по нему,
Не плачешь ли ненароком?
Если трудно, не отвечай,
Как быстро время летело.
Исполнилось в жизни всё,
О чём мечтала, хотела?
– Время – в чашке остывший чай, —
Грустно ты мне отвечаешь.
Жизнь пролетела как миг.
Об этом и ты узнаешь…
Я налью маме вкусный чай.
И пусть не спешит с ответом.
Мы сегодня ещё вдвоём,
Я сердцем её согрета.

Современная проза

Бартова Анна

Бартова Анна родилась в России, в городе Тула. Окончила Тульский государственный университет, по профессии дизайнер. Писательской деятельностью занимается с 18 лет.

Бартова Анна – писательница авантюрно-приключенческого жанра. Автор трилогии «Рыжая Мэри» 2012–2014 г., Санкт-Петербург, детективов «Ванесса» 2015 г., Санкт-Петербург. Романы «Дар дракона» и «Переезд, изменивший жизнь» были изданы в Канаде в 2015–2016 г. В 2017 г. вышел роман «Морская звезда», Москва, в 2018 г. роман в жанре фэнтези «Королевство Алегано», Санкт-Петербург. В 2019 г. издан роман «Опасная жизнь Риза и Джил», Москва.

Рассказы издавались в журналах «Среда», «Российская литература», «Литературная столица». Является лауреатом конкурса малой прозы «Белая скрижаль – 2012».

Бартова Анна пишет в приключенческом жанре, а также работает в жанре фэнтези и фантастики.

Способность Жени

– Скажи, Жень, а если бы все же тебе дали выбирать между настоящей любовью и чем-нибудь таким, чего не существует в природе, что бы ты выбрал? – слегка улыбаясь, спросил собеседник, пристально глядя на молодого человека, которому сегодня исполнилось двадцать два года.

– Я не верю в любовь, – отозвался Женя.

– Я так и думал, – еще шире улыбнулся тот. – А что бы тогда ты выбрал?

– Я бы хотел знать, о чем думают люди, читать их мысли, – рассмеялся Женя, подыгрывая собеседнику, с которым разговорился случайно и видел впервые в жизни.

Трое здоровых и сильных парней, по виду больше всего напоминающих людей, с которыми не хочешь встретиться поздно ночью, полностью оправдывали свой внешний вид. Они стояли в условленном месте и ждали свою жертву, которую выслеживали уже неделю. Они услышали шаги и многозначительно переглянулись. Молодой человек зашел в темный проход между домами, оценивающе оглядел троих парней и остановился. Злоумышленники отделились от стены и окружили его. Выбранная жертва представлялась легкой и богатой добычей. Это был высокий, худощавый мужчина, на вид не больше тридцати лет, в дорогом деловом костюме, отутюженной рубашке и с часами, которые одни были целым состоянием.

– Вы что-то хотели? – спокойно спросил мужчина.

Напугать незнакомца не получилось, и главарь низким голосом отозвался:

– Гони деньги.

– Но у меня с собой из денег только мелочь, – усмехнулся Женя.

Бандит молча достал нож и мрачно уставился на того.

– Если вы убьете меня, то снова попадете за решетку, – произнес Женя, посмотрев в глаза главаря. – Неужели вы вновь хотите быть там, откуда вышли только два месяца назад?

– Откуда ты знаешь? – ощетинился тот.

– Я много что знаю. Знаю, что вы следите за мной неделю и что идея эта принадлежит не вам, а ему. – Он кивнул на парня рядом.

Парень, на которого указали, отшатнулся назад. Бандит с ножом шагнул к мужчине, который все так же невозмутимо стоял и смотрел на него.

– Предупреждаю, – произнес Женя, – что вчера в этом месте установили камеру, которая снимает здесь все. Вон она, посмотрите. – Он указал в сторону. – Как думаете, искать вас будут долго? Даю вам последний шанс, уходите.

– Это ты нам шанс даешь? – рассмеялся тот, хотя глаза его заметались.

– Да, я. Уходи, Иван Перцев по кличке Перец, и забери с собой друзей. Или ты опять хочешь сесть и еще раз встретить Слепого, которого боишься? – твердым и властным голосом произнес Женя.

Здоровяк побледнел, нервным движением спрятал нож и, буркнув что-то своим сообщникам, быстро пошел прочь. Те поспешили за ним, вскоре все трое скрылись из виду. Женя улыбнулся, взглядом победителя проводил их и, миновав подворотню, направился к себе домой.

Оказавшись дома и переодевшись, Женя нетерпеливо взглянул на часы, из-за инцидента по пути он опаздывал на очень важную встречу. Вскоре он вновь вышел на улицу, а еще через некоторое время уже сидел в кафе за пустым столиком. На улице уже давно была ночь, и Женя, сам того не желая, стал нервничать, что бывало с ним редко. Предстоящая встреча пугала его. Через полчаса в пустое кафе зашел мужчина средних лет с черными властными глазами и, пройдя к столику Жени, сел напротив. Оба молчали.

– Ты искал встречи со мной? – спросил мужчина и улыбнулся.

От этой улыбки по коже Жени пробежал холод, во рту пересохло. Он встречался с этим человеком второй раз в жизни, первый был на день рождения, когда ему исполнилось двадцать два, и эту встречу он вспоминал ежедневно все следующие годы. Пересилив себя, Женя заговорил:

– Я вижу людей насквозь, слышу их мысли, будто они это говорят, но это не делает меня счастливым. Я хочу полюбить девушку, но не могу. Я не испытываю ничего, в моем сердце пустота. Я хочу избавиться от нее.

– Ты жалуешься мне? – Мужчина презрительно вздернул бровь. – Но ты сам выбрал свою судьбу. Или ты это забыл?

– Помню. И прошу, верни все обратно.

– Просишь? – Собеседник цинично рассмеялся. – Ты же слышишь мысли людей, значит, должен знать и мой ответ.

– Людей, – кивнул Женя, не отрывая глаз от лица незнакомца. – Но я сомневаюсь, что ты относишься к их числу. Так что скажешь?

– Прошлого не вернешь. – С этими словами он поднялся и покинул кафе.

Женя проводил его тусклым взглядом, надежды его рухнули, на сердце лежал камень, хотелось кричать от досады и того, что он не в силах изменить.

На следующее утро, сидя у себя в офисе, Женя пролистывал отчет подчиненного, когда к нему в кабинет зашел приятель, коллега по работе.

– Ты что-то вчера на работе допоздна задержался, – сказал Валера, усаживаясь на стул напротив Жени.

– У меня вечером была встреча, я ждал назначенное время здесь, – глухо отозвался Женя, вспомнив вчерашний эпизод.

– Жень, скажи мне, в чем твой секрет? – полушутя спросил Валера. – Почему ты всегда добиваешься того, что хочешь? Как ты это делаешь? Как ты смог стать начальником отдела всего лишь за два года и уже, говорят, метишь в совет директоров?

– А тебе что, завидно? – иронично обронил Женя, подумав, что получить то, чего он по-настоящему хочет и чего просил в кафе, он не может.

– Ничуть, – смутился Валера, опуская глаза, и тут же перевел тему. – К нам вчера новая сотрудница устроилась. Такая красотка, видал?

– Нет.

– А вон она, смотри. – Валера указал на девушку, через стеклянную дверь кабинета.

Женя перевел взгляд. Девушка как девушка, не такая уж и красивая. Стройная, в деловом костюме, со светлыми волосами, собранными в пучок.

– Странно, – ни с того ни с сего произнес Женя.

– Что странно? – оживился Валера.

– Я не знаю, о чем она думает, – механически ответил он.

– Ага, можно подумать, что про остальных знаешь, – хохотнул тот.

– Конечно знаю, – кивнул Женя.

– Наверное, она вообще не думает, – поддержал остроту Валера. – Тупая куколка с милой мордашкой и все. Ее зовут Ангелина.

На этом разговор был окончен. Через несколько часов Женя и Валера обедали за маленьким столиком, когда, извиняясь за то, что помешала им, за их стол скромно присела Ангелина с подносом. Мест в столовой не было, чему Валера даже был рад. Он сразу начал острить и пытаться произвести впечатление на Ангелину. Ангелина улыбалась, иногда из уважения смеялась, скромно опускала глаза, стесняясь взглядов Валеры, сдержанно отвечала на вопросы.

– Мне кажется ты надоел Ангелине, – впервые с их знакомства заговорил Женя, пристально окинув девушку взглядом.

– А мне кажется, что тебя спросить забыли, – огрызнулся Валера.

– Разве я не прав, а, Ангелина? – улыбнулся ей Женя.

– Может, правы, а может, нет, – рассмеялась та.

Мужчины молча посмотрели друг на друга, после чего взгляды остановились на Ангелине. Девушка обворожительно улыбнулась, молча доела свой обед и ушла. Женя с удивлением размышлял над тем, что эта Ангелина была первой с памятного дня рождения, чьи мысли он не знал. Валера угрюмо сверлил знакомого взглядом.

– Ты испортил мою коронную шутку, – произнес он. – Решил сам произвести на нее впечатление, да? Но она смотрела на меня, а не на тебя!

– А мне показалось, что ты ей действовал на нервы, – поддел его Женя.

– У тебя всегда был злой язык, Женька, – обиделся тот. – Но ты не прав.

– Я всегда прав, – высокомерно и с чувством превосходства взглянул на него Женя.

– Всегда? – обиделся Валера. – Хочешь это проверить? Давай пари. Кто из нас двоих первым пригласит ее на свидание. Если я, то ты извинишься, а если ты, я признаю, что неправ сегодня был я.

– Идет, – цинично улыбнулся Женя, его начинал раздражать Валера.

По сравнению с Женей, Валера был писаным красавцем, высокий, мускулистый, с густыми волосами, он всегда производил на женщин неотразимое впечатление. Женя же был ниже ростом, худощавый, с самым заурядным лицом. Зато его взгляд всегда был острый и властный, а на губах постоянно витала циничная улыбка превосходства.

На следующее утро Женя увидел Ангелину рано утром, она поднималась по лестнице с букетом цветов.

– Это мне Валера подарил, – после нескольких фраз пояснила Ангелина.

– Как банально! – поморщился Женя.

– А что плохого в банальностях? – рассмеялась Ангелина и пошла дальше.

В обед Женя подсел за стол к Ангелине и поставил перед ней кофе, обворожительно улыбнулся.

– О, вы решили опуститься до банальностей, – иронично обронила девушка. – С чего бы это?

– С того, что вам они нравятся.

– С чего вы решили?

– Вы сами так сказали утром, – смутился Женя, что было с ним впервые за долгое время.

– Разе я сказала, что они мне нравятся? – прищурилась та.

Женя усмехнулся и посмотрел на собеседницу более пристально. Они сидели молча и смотрели друг на друга. В этот момент тишину нарушил Валера, шумно опустившись на свободный стул. Ангелина перевела на него глаза и тут же заулыбалась, Женя с досадой подметил, что ему она так не улыбалась. А Валера уже рассказывал какую-то историю, завладев всем вниманием Ангелины. Женя встал и ушел, оставляя их одних. Впервые в жизни он не знал чужих мыслей, не понимал Ангелину, ее поступков и мотивов. Она была загадкой для него, тогда, когда он уже привык видеть всех насквозь.

Через два дня Женя подошел к Ангелине и подарил ей маленькую коробочку конфет. Они только перебросились несколькими фразами, как рядом с ним возник Валера и, нагло хохотнув, заявил:

– Женька, ты зачем подкатываешь к моей девушке?

– У вас уже все так серьезно? – саркастично спросил Женя, который разозлился на коллегу, так бесцеремонно его прервавшего.

– Да, так, – гордо заявил тот.

– Почему-то я тебе не верю.

– Спроси у дамы.

Мужчины одновременно посмотрели на Ангелину, она улыбнулась им обоим и пожала плечами. Этот жест не выражал ровно ничего. Валера же был уверен, что все симпатии на его стороне, он буквально наслаждался ситуацией, тем, что умный Женя наконец-то в чем-то уступает ему. Женя это понял, увидел его мысли и побелел от негодования. Глаза его сузились, он шагнул вперед и заговорил тихо, еле сдерживая злость:

– Ты думаешь, что лучше меня? Уверен, что неотразимый красавец и все вокруг от тебя без ума? Да чтоб ты знал, девушки, с которыми ты встречался, считают тебя туповатым, они смеются над тобой. А твоя секретарша передразнивает тебя при каждом удобном случае, и ее шутки весьма удачны.

В голову Валере бросилась кровь, он схватил Женю за воротник рубашки.

– Осторожнее, – произнес Женя, обхватывая его запястье и не отрывая своих холодных глаз от него. – Или ты хочешь, чтобы дело дошло до суда? А все вокруг будут нашими свидетелями, как ты напал на меня. Думаешь, карьера в этой фирме у тебя пойдет в гору? Тебя выгонят после процесса. Тебя устраивает эта перспектива?

– Плевал я и на суд, и на карьеру, – вспылил Валера, однако отпустил Женю.

– Плевал? – Женя скептически усмехнулся. – Ну так ударь меня и докажи свои слова. Докажи, что ради своей гордости и своих слов о любви к Ангелине готов поставить крест на своей карьере. Нет? Ну, тогда ты слабак и трус. И не готов, как герой фильма, поступиться всем ради любви.

Валера с ненавистью сверлил Женю взглядом, после тяжело выдохнул и зашагал прочь. Женя с чувством превосходства над соперником посмотрел на Ангелину и произнес:

– Он больше не подойдет к тебе. Его гордость уязвлена слишком сильно, чтобы ближайший месяц он вновь попытался завязать с тобой роман.

– С чего ты взял, что я должна быть благодарна? – ровно спросила она.

– Мне так показалось, – беспечно пожал плечами тот.

– Твои слова были очень жестоки. Ты оскорбил Валеру… Зачем?

– А тебе что, его стало вдруг жаль? – с сарказмом спросил Женя, он не верил в жалость Ангелины ни к Валере, ни к себе.

Ангелина не ответила, она посмотрела на Женю холодно, отчужденно и, поджав губы, опустила глаза. Женя пожал плечами и направился к себе.

На следующий день Женю вызвал генеральный директор и, когда тот вошел в кабинет, с удивлением спросил:

– Почему ты решил уйти?

– Куда уйти? – не понял Женя.

– Из фирмы. Ты же лучший сотрудник, ты подаешь большие надежды. Вроде ты должен быть всем доволен. Почему ты хочешь уйти?

– Да не хочу я уходить. С чего вы это взяли?

– Не хочешь? – На этот раз удивился директор. – Но об этом уже негласно известно всем. Тогда откуда эти слухи, если ты не хочешь уходить?

– А я откуда знаю! – раздраженно отозвался тот. – Но это точно не так!

– Хорошо, – успокоился директор. – Я узнал это от секретарши, поговори с ней, может, она что напутала, ты же знаешь, у нее столько дел.

Женя направился к секретарю. Долго выяснять не пришлось, секретарша направила его к своей подруге на первый этаж. Подруга заявила, что узнала это от своего парня. Женя поднялся на третий этаж и переговорил с парнем. Тот заявил, что ничего не знает и понятия не имеет, о чем речь. После длительных расспросов Женя все-таки узнал, что он услышал это от болтливой уборщицы. Уборщица же с энтузиазмом рассказала Жене то, что знала. Женя ожидал услышать имя Валеры, он даже был в этом убежден. Однако вместо этого уборщица назвала Ангелину. Женя был поражен.

Поздно вечером Женя подошел к Ангелине. Кроме них, в большом зале никого не было, комната пустовала.

– Я ждала тебя, – посмотрела на него Ангелина.

– Я догадался, – отозвался он и сел рядом. – Зачем эта сплетня с моим увольнением?

– Не знаю, захотелось, – безразлично пожала она плечами.

– Захотелось? – не поверил он. – Это было подло. Да эту историю обсуждают все! Я выгляжу идиотом!

– Подло? – Она прямо посмотрела на него. – А как спорить на меня с Валерой, а потом выставлять его передо мной идиотом, это не подло?

– Это он тебе рассказал? – поразился Женя.

– Нет. Я сама догадалась. Как еще можно объяснить ваше поведение и внезапный интерес ко мне?

– А как же симпатии, чувства, любовь?

– Не смеши меня, – хмыкнула Ангелина.

– Нельзя же быть таким скептиком, – сам не зная почему, произнес Женя.

– Да? – Она вздернула бровь. – А тебе вот можно.

– Я другое.

– Почему же?

– Потому что я променял свою любовь на нечто такое, что не может ее заменить. Тогда я думал, что это важнее, но сейчас я уверен в обратном.

Женя опустил глаза, он говорил правду, и от этого ему стало неловко, потому что до этого мига правды никто не знал.

– Забавно, – только и ответила Ангелина, и наступила пауза.

Женя скованно попрощался и направился домой. Спал он плохо.

На следующее утро Женя поехал, как всегда, на работу. Зайдя в офис, он встретился с Ангелиной, и внезапно теплая улыбка мелькнула на его лице. Женя смотрел на нее и понимал, что освободился от своего дара, что вновь стал способен любить. Не Ангелину, нет, а вообще. Захваченный новыми эмоциями, он подошел к ней и сказал теплый комплимент. Она холодно улыбнулась ему. В этот момент к ним подошел Валера с нахальной улыбкой, он слышал слова Жени, и его разбирало злорадство, что представился случай рассчитаться.

– Ты говорил ей о чувствах, – произнес Валера презрительно. – Так докажи их. Ты же так говорил мне.

– Как же я их докажу? – поразился Женя.

– Ставка та же, что ты говорил мне, – улыбнулся Валера. – Уволься. Или что, твои слова такие же, как и мои? Ветер.

– И что же я этим докажу? Кому?

– Нам троим известно что и кому, – констатировала Ангелина.

– И ты этого хочешь? – посмотрел на нее Женя.

– Разве кто-то может знать, что на самом деле хочет другой человек? – ответила она и почему-то от этих слов Жене стало не по себе.

Женя перевел глаза на Валеру. Того распирала злая радость. Ангелина выжидающе смотрела на Женю, и он внезапно почувствовал, что ему неприятен ее взгляд. Женя сдержанно улыбнулся и впервые за последние годы решил поступить так, как подсказывало ему сердце, а не разум. Он направился к директору. А через полчаса вернулся к поджидающим его Валере и Ангелине. На губах Жени играла задорная и дерзкая улыбка.

– Я уволился, – произнес он.

– Как? – опешили оба, никто из них этого не ожидал.

– А вот так, – беззаботно и даже радостно рассмеялся тот.

– Ну что, Ангелина, Женя доказал свою любовь к тебе, сделал то, чего бы ни сделал я, – произнес Валера угрюмо. – Я опускаю руки. Он победил.

– Он ли? – высокомерно рассмеялась Ангелина и многозначительно посмотрела на Валеру.

– Не понял, – переспросил Женя.

– Прощай, Женька, – широко улыбнулся Валера. – Наконец-то мы от тебя избавились. Я так долго этого ждал, ты даже не представляешь. И я даже предположить не мог, что все получится столь быстро. Она, – Валера кивнул на Ангелину, – моя девушка. Мы уже три месяца встречаемся.

Женя смотрел на них, быстро осмысливая услышанное. Ангелина встретилась с ним взглядом и заговорила вкрадчиво, и одновременно холодно:

– Ты проиграл по всем пунктам. Ты сам отказался от своего места, ты лишился своего дара, ты потерял меня как девушку. Кому ты такой нужен? Ты теперь никто. Прощай.

– Ты поверила мне, что я мог слышать чужие мысли? – поразился Женя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Памятник скульптора А. А. Шишова посвящен подвигу женщин – строителей железной дороги «Старый Оскол – Ржава». В рекордные сроки – за 32 дня – практически вручную, без техники, они проложили 95 километров железнодорожных путей, обеспечив победу на Курской дуге летом 1943 г.

Вернуться

2

Аль – неологизм, сокращённое от «алый» (красный)

Вернуться