Эта книга о разнообразных проблемах детского поведения: капризах, истериках, агрессии, манипуляциях…

Здесь вы познакомитесь с причинами проблемного поведения ребенка и узнаете, как действовать, чтобы изменить его. В книге даны практические рекомендации о том, как поступать в сложных ситуациях.

Книга будет интересна родителям, которые хотят стать более эффективными, а также всем, кто так или иначе связан с детьми.

Моим родителям посвящается

Прошу читателей не использовать

содержание книги для пытки детей и взрослых

Благодарности

Благодарю своих клиентов – непослушных детей и их родителей, открыто и подробно погружающих меня в семейные проблемы – за возможность воспользоваться опытом, обобщить его и делиться наблюдениями с читателями.

Благодарю Ирину Шляпникову, которая дала идею о написании этой книги.

Благодарю дочь Анастасию, которая случайно стала моим первым читателем. Больших проблем с ее воспитанием не было, но опыт материнства и воспитания своего ребенка позволил мне прочувствовать психологию родительско-детских отношений изнутри.

Благодарю Александру Крутову и Анну Бакину за первые редакторские правки, Светлану Чистякову за подсказки и мою интервизорскую группу за поддержку и толчок к изданию моей первой книги.

Предисловие автора

Идея написать эту книгу возникла неслучайно. Так сложилось, что проблема детских капризов и непослушания стала самой популярной на моих консультациях.

Заведенные в тупик поведением своих детей родители обычно очень эмоционально рассказывают о том, как дети изматывают их.

Проблема в таких случаях скоро становится очевидной. Когда, к примеру, «погостив» несколько минут у «тети-психолога», ребенок вдруг начинает собираться домой, подкрепляя свое намерение стонами или воплями, а родители, испытывая неловкость и растерянность (сеанс только начался), безуспешно уговаривают настойчивого малыша остаться…

В последнее время специалисты, работающие с детьми (педиатры, неврологи, педагоги, психологи) все чаще отмечают, что детей с капризным поведением становится больше.

Причины подобного поведения имеют как физиологические, так и психологические корни. Но даже в тех случаях, когда особое поведение ребенка является симптомом заболевания, необходима психологическая коррекция поведения ребенка и семейной системы.

В этой книге предлагаются к осмыслению причины неэффективности родителей. Также здесь изложены стратегические и тактические ходы, направленные на изменение поведения ребенка.

В книге нет научной новизны и открытий. Напротив, я думаю, что в ней много очевидного и общеизвестного. Но именно за этой информацией приходят на консультации родители, благодарят за результаты, а после рекомендуют другим.

Эта книга – результат двадцатилетнего опыта работы с семьями по коррекции детского поведения. В ней есть эффективные идеи и наработки, способствующие изменению детского поведения и улучшению отношений детей и родителей. Все примеры и случаи взяты из моей практики. Имена клиентов для соблюдения конфиденциальности, естественно, изменены.

Надеюсь, эта книга заинтересует думающих родителей, а также педагогов и психологов, которым, уверена, не раз придется консультировать пап и мам по вопросам воспитания детей.

ГЛАВА I

Разновидности проблемного

поведения детей

Нежелательное поведение рано или поздно возникает у каждого ребенка. Исследование границ, социальные эксперименты, желание найти эффективные способы достижения своего – далеко не полный перечень причин проблемного детского поведения.

Разбираться подробнее в причинах нежелательного поведения ребенка мы будем позже, а пока рассмотрим часто встречающиеся формы проблемного поведения детей.

Каприз

Так принято называть самый распространенный вид проблемного поведения ребенка. В чем его суть?

Каприз – это психологическое состояние, которое предполагает стремление детей добиваться чего-то желаемого, часто запретного, недостижимого или невозможного в данный момент.

К примеру, ребенок хочет спать только в родительской кровати, или только с тем, кого сам назначит, или вообще (случается и такое!) на полу в ванной.

Другой пример каприза: трехлетняя малышка требует пойти на прогулку поздно вечером, когда самое время ложиться спать.

Требование купить или получить что-то немедленно – тоже проявление детского каприза.

Обычно капризы спонтанны и неразумны. Родителям, оправдывающим причудливые детские желания, иногда приходится напрягать фантазию для того, чтобы объяснить окружающим, почему, к примеру, на люстре в детской комнате подвешены ботинки. Или почему ребенок спит в кровати родителей. Или ест соленые огурцы с молоком.

Оригинальности детских желаний можно бесконечно удивляться, но капризы имеют и общие черты. В них, как правило, присутствуют две составляющие: импульсивное желание и исследование границ дозволенного.

Исследования границ дозволенного могут касаться любых сфер человеческой жизни:

– пищевого поведения;

– сна;

– гигиены;

– собственности;

– общения;

– проявления агрессии;

– безопасности;

– личного пространства;

– взаимоотношений;

– правил;

и так далее.

Понятно, что изучают границы не только дети, но и взрослые. Например, когда пробуют опоздать на работу или уйти с нее пораньше. Или когда исследуют, какое количество критики можно позволить себе по отношению к человеку, чтобы не осложнить с ним отношения…

Исследование невидимых границ – неотъемлемая часть социальной жизни человека.

Дети на практике исследуют, что в этой жизни разрешено, а что запрещено. И это нормально! И их эксперименты имеют особенности.

Так, дети дошкольного возраста могут многократно повторять исследования.

К примеру, получив от взрослого информацию о запрете, ребенок несколько раз возвращается к изучаемому предмету, проясняя:

– точно нельзя?

– а через какое-то время?

– а при папе (маме, бабушке)?

– а в публичном месте?

– а вечером (утром, днем, ночью)?

– а когда все добрые?

– а когда взрослые заняты?

– а если потребовать?

И если при каком-то стечении обстоятельств возникнет исключение, ребенок будет продолжать свои эксперименты: на словах запретили, а на деле разрешили. Значит, все не серьезно? Или серьезно, но есть исключения? В чем они состоят?

И юный экспериментатор возвращается и возвращается на «место преступления», проверяя на практике эти и другие вопросы.

Формы детского капризного поведения

В зависимости от темперамента ребенка и степени запущенности проблемы можно наблюдать несколько вариантов проявления детских капризов.

Нытье и «лялька». Ребенок в целом адаптивен и способен в повседневной жизни адекватно взаимодействовать со взрослым. С ним можно договориться, он слышит просьбы, спокоен в общении, многое знает, понимает и умеет.

Но когда ему нужно о чем-то попросить взрослого, он почему-то включает «ляльку»: регрессирует, демонстрируя поведение, характерное для детей младшего возраста. К примеру, его речь становится неразборчивой, а интонации – жалобными. Он не просит, а нараспев ноет. Не договаривается, а клянчит.

Он вызывает жалость. И у взрослых часто бессознательно возникает порыв как можно быстрее удовлетворить его просьбу и решить вопрос.

Почему так происходит? Возможно, в семье или в окружении есть кто-то маленький, кому подражает ребенок. А может быть, роль «ляльки» эффективно работает и помогает добиваться своего давно, с раннего детства? Или взрослые быстрее реагируют, когда он хнычет.

Каприз плюс истерика. У ребенка достаточно часто появляются желания. И из всех возможных вариантов просьбы капризный ребенок предпочитает эмоциональное и настойчивое требование. Его желание должно быть выполнено сиюминутно! Терпеть он не умеет. Уважения к делам и мнению других – нет. Он плохо переносит отказ. При выражении просьбы он постепенно увеличивает интенсивность своего требования до кульминации – истерики-требования, демонстраций, протестов или агрессивных действий.

«Беспредел» (вопли и истерики по любому поводу). Этот ребенок вообще не умеет спокойно просить, разговаривать, создавать договоренности. Он кричит сразу. Бескомпромиссно требует, автоматически включая все средства «тяжелой артиллерии». Причины, а точнее, поводы для скандала он находит регулярно, часто провоцируя развитие проблемной ситуации.

Почему так происходит?

Может быть, он давно не верит в то, что может быть услышанным. Или вообще не знает, как нужно договариваться и спокойно просить. Просто его никто этому никогда не учил. А может, причина связана с нарушениями работы нервной системы.

Так или иначе, в подобных тяжелых и запущенных случаях необходима коррекция поведения с участием не только психолога, но и других специалистов, например, невролога или психотерапевта.

Детская истерика

Истерика – это яркая публичная протестная реакция-требование, которая имеет прямую зависимость от внешних обстоятельств и наличия зрителей.

Детская истерика возникает, как правило, в ответ на запрет или неприятное известие, усиливается при повышенном внимании окружающих, а при получении первичной или вторичной выгоды¹ или при отсутствии внимания прекращается.

Последовательность событий обычно такова: ребенок слышит слова взрослого, которые ему не нравятся (например, ограничение или отказ), и… началось!

Чем ребенок может усилить свое требование во время истерики?

Для усиления эффекта, в зависимости от возраста и степени расторможенности, он может использовать:

– слезы и плач;

– крик и визг;

– гневные взгляды;

– выразительное молчание;

– ругательства, в том числе нецензурную речь;

– падение (на пол, асфальт, траву и прочее);

– демонстрацию беспомощности;

– удары различными частями тела и причинение себе вреда;

– порчу и разбрасывание вещей;

– призывы к окружающим о помощи;

– негативную оценку родительского поведения;

– агрессивные действия в отношении себя, людей или животных;

– драку;

– укусы;

– плевки;

– угрожающие жесты;

– демонстративное мочеиспускание…

Список неполный, его можно продолжать. Впечатляет?

Причем данные средства могут использоваться как самостоятельно, так и творчески комбинироваться. Так, например, ребенок может сначала поплакать, затем перейти к ругательствам, обвинениям родителей, после чего начать разбрасывать вещи, а затем создать ситуацию угрозы для собственного здоровья.

При этом он будет упорно искать и, скорее всего, найдет те действия, которые произведут на конкретного взрослого особое впечатление.

Договариваясь о консультации, мама четырехлетнего Ромы настоятельно приглашает меня домой, так как, с ее слов, ребенок очень боится врачей: начинает кричать и визжать, вырывается, уходит, не давая возможности работать и общаться. Как следствие, мама не посещает с сыном медицинские учреждения, приглашает специалистов домой.

Но это не единственная проблема. Он не может общаться со сверстниками. Прогулки всегда плохо заканчиваются. Поэтому Рома большую часть времени проводит дома.

С мальчиком стыдно показываться в публичных местах. Так, во время корпоративного пикника (папа Ромы – директор крупного предприятия) родителям было неловко перед сотрудниками. Сын бегал, визжал, разбрасывал угощения, дрался с детьми, никак не реагировал на замечания.

Однажды семья приехала к прабабушке в другой город. Там Рома заявил, что та некрасивая и отказался выходить из машины. Уговоры были напрасны. А когда взрослые начали доставать его силой, кричал, визжал и дрался. После чего родители решили вернуться домой. Общение бабушки и правнука так и не состоялось.

Для того чтобы Рома был спокоен, мама регулярно включает мультики и игры на приставке и компьютере. Сын может играть несколько часов подряд. Эмоционально реагирует не на проигрыш или выигрыш, а на прекращение игры. Если родители отрывают его от компьютерной игры, начинает рушить все, что попадается под руку.

Отрываться от любимого занятия ребенок не хочет, даже если пора в туалет. А когда во время игры ему «приспичит», он кричит маме, и она быстро приносит ему баночку, помогая облегчиться.

На мой вопрос: «А если вы не принесете баночку?», был ответ: «Пробовала, он мочится прямо на пол, сама же потом вытираю».

У Ромы хроническое заболевание горла. После очередного курса лечения врач рекомендовал родителям сделать все, чтобы связки мальчика не напрягались, и он не кричал. Обеспокоенная здоровьем ребенка мама очень старалась выполнять предписание доктора.

И Рома быстро понял, что при помощи крика он может многого добиться!

Капризные дети очень хорошо чувствуют «слабые места» и «больные мозоли» своих родителей.

Часто приходится наблюдать, как интеллигентные и ранимые мамы проявляют последовательность до того момента, пока ребенок не заявит им: «Ты плохая!», или «Я не люблю тебя!», или «Уйду от тебя!». В этот момент нервы сдают, и мама разрешает ребенку многое, лишь бы «не быть плохой» в глазах ребенка и окружающих.

Другим сильнодействующим средством для тонко чувствующих мам является жалостливая просьба ребенка: «Обними меня!» или «Пожалей меня!». В этот момент материнское сердце тает, и удовлетворенный ребенок спокойно получает тепло во время бурной истерики.

И истерика становится незаурядным и приятным событием…

Дети умеют творчески подходить к решению житейских ситуаций. Они запоминают наиболее эффективные фразы и действия, умело их комбинируют и применяют придуманное или увиденное на практике.

Трехлетняя девочка Саша однажды захотела пойти гулять поздно вечером. В течение дня уже состоялись две длительные прогулки. Но девочка настаивала: сначала она стучала в дверь и плакала. После того, как это не сработало, начала кричать: «Позвоните в полицию!», «Выпустите меня на улицу!», «Спасите меня!».

Где она «набралась» этих выражений – неизвестно. Осознавала ли она смысл своих слов? Вряд ли. Но это поведение оказало воздействие и сильно впечатлило взрослых!

Анатомия истерики

Детская истерика возникает и развивается по законам эмоций, и при внимательном рассмотрении можно увидеть фазы, когда действуют свои правила.

Рис. 1. Графическое изображение динамики эмоций

во время детской истерики

Фазы истерики

1. Начальная фаза. Здесь ребенок демонстрирует свое намерение, как правило, нытьем или требованием. Получив запрет или ограничение, ребенок может согласиться, отвлечься на что-то другое. Но если переключение не состоялось, следует развитие истерики.

2. Кульминация. Фаза крика, плача и физической активности. Эмоции интенсивны. Ребенок агрессивен. Усиливает требование всевозможными средствами: может драться, ругаться, звать на помощь и портить вещи. Плачет безутешно. Никого не слышит.

3. Завершение. Здесь ребенок немного успокаивается, возможно, появляются слезы. Он уже слышит взрослого и способен принимать поддержку и помощь, искать выход из неприятной ситуации.

Скорее всего, он устал от сильных эмоций, выглядит жалко, и возможно, сам не знает, как завершить конфликт.

Истерика – во многом результат выученного поведения.

Одни дети сами открыли истеричный способ добиваться своего, а другие «срисовали» эффективную модель поведения у ровесников. Но попробовав однажды при помощи криков требовать свое и получив первичную (то, что требовал) или вторичную (дали компенсацию: игрушку, сладость, нежность, развлечение) выгоду от этого метода, непросто отказаться от такого действенного способа достижения своей цели.

В истерике мы можем увидеть, как минимум, две составляющие – это эмоции и опыт.

Эмоции. Запреты и ограничения – неприятное явление для любого человека.

«Мне что-то нельзя? Неужели будет не по-моему? Разве так бывает?» – думает рассерженный ребенок, давно привыкший получать все, что захочет. Далее следует протестное поведение, щедро сдобренное разнообразными аффективными выплесками.

Малыш искренне переживает, что жизнь, оказывается, протекает не по его правилам. Ему очень обидно слышать жесткое «нельзя». И в этот момент единственным доказательством родительской любви для него служит сладость, игрушка, еще что-то, что захотелось.

Возможно, вы наблюдали, как эмоции недовольства и даже гнева в ответ на ограничения возникают и у взрослых людей.

Представим ситуацию, что на дороге, где вы беспрепятственно поворачивали и проезжали в любом направлении, вдруг возникла двойная сплошная линия или поставлен запрещающий знак. И теперь нужно прокладывать путь в другом месте, менять привычки. Как не хочется! Думаю, подобное изменение вызовет мало радости. И вы будете ворчать, жаловаться, ругаться, вздыхать, то есть эмоционально реагировать.

Такая же ситуация у ребенка. Почему он должен радоваться родительским запретам? Как вы себе это представляете?

Вы (трехлетнему ребенку): «Не трогай помаду!».

А он вам: «Хорошо, мамочка, как скажешь!».

Много встречали таких детей?

Умение спокойно принимать отказ формируется постепенно, с возрастом, и как показывает жизнь, далеко не у всех взрослых оно сформировано в полной мере.

Умение принимать связано в том числе с пониманием:

– невозможности получения всего желаемого;

– закона ограниченности ресурсов;

– системы взаимоотношений с миром, своей роли и возможностей, а также с развитием навыков саморегуляции, силы воли и связанных с ними терпением и выдержкой.

Итак, переживания, переполняющие ребенка во время запретов и ограничений, как мы уже договорились, «законны». Слезы здесь уместны, необдуманные вспышки объяснимы. Ребенок реагирует, не связывая себя моральными ограничениями и нормами поведения в обществе. Потому что он ребенок!

Опыт. А теперь представим, что вместе с абсолютно искренним эмоциональным переживанием где-то там, глубоко внутри, в тайной комнате психики живет незримый Внутренний Наблюдатель. Он все видит! И отлично усвоит и запомнит, после каких слов или действий (крика, визга, валяния в грязи и прочего) вдруг все поменялось, и как получилось, что он добился своего!

И в будущем, когда вдруг появится новое ограничение, этот бдительный Внутренний Наблюдатель обязательно подскажет, как было в прошлый раз, что нужно сделать или сказать, каких децибел в голосе нужно добиться для того, чтобы у мамы заболела голова или дрогнуло доброе сердце папы.

Вернемся к примеру о двойной сплошной, которая однажды появилась на дороге.

Допустим, у нас закрепился опыт побед при помощи истерик, и мы ожидаем, что после каких-то особых действий с нашей стороны должны приехать добрые всемогущие дяденьки, стереть сплошную линию и нарисовать прерывистую! Почему? А потому что нам так хочется! Мы привыкли, чтобы все было по-нашему!

Уважаемые родители! Помните: любой успешный опыт ребенок усваивает, запоминает и может воспользоваться им впоследствии. В том числе успешный опыт истерик.

Дети – практики. Они постоянно исследуют ситуацию и настойчиво выясняют: точно нельзя? А если я покричу?

А если громко? А если при бабушке (папе, дедушке, маме…)?

А при скоплении гостей? А в публичном месте?

И в своих практических исследованиях ребенок обязательно найдет необходимое условие для выполнения заветных желаний, особенно если родители проявят непоследовательность, обнаружив свое «слабое место».

Сами того не желая, взрослые могут совершать действия, закрепляющие истерику и капризы. Рассмотрим типичные варианты выгоды, приобретаемой ребенком во время истерики.

1 вариант. Ребенок в ходе истерики получает первичную выгоду – когда ему дают то, о чем он эмоционально просит. И если он получает желаемое не сразу, а только после усиления просьбы, ребенок хорошо запомнит эффективные способы воздействия. Так, дети младшего возраста понимают, что лучше визжать или бить ногами, а старшие могут отказываться от еды, уходить из дома, угрожать и манипулировать.

2 вариант. Во время истерики ребенок получает вторичную выгоду – ему не дают то, что он требовал, но чем-то компенсируют или переключают. К примеру, малышу во время истерики, чтобы он замолчал, дают играть с телефоном, берут на руки, или кормящая мама дает грудь. И тогда ребенок усваивает: во время истерики обязательно происходит что-то приятное!

Переключение на другой объект лучше осуществлять до того, как ребенок развернет истерику. Для этого, используя опыт предыдущих истерик, лучше предвидеть ситуацию и принять профилактические меры.

Возможные варианты вторичной выгоды:

– внимание;

– подробное объяснение;

– эмоциональное участие;

– выраженный интерес;

– интересная альтернатива или компенсация;

– психологическая и физическая помощь в трудных ситуациях;

– наблюдение за тем, как умный и компетентный взрослый справляется с трудностями…

Вторичной выгодой для ребенка могут также стать «театральные действия» взрослых, как бы призванные прервать нежелательное поведение. Но на самом деле демонстративные эмоции, необычные слова и интонации создают веселую и интересную атмосферу игры и куража.

Мне вспоминается одна бабушка, которая во время проказ внука экспрессивно «ругалась»: «Ай-яй-яй! Безобразие!».

При этом ее слова были как бы осуждающими, но мимика и интонации очень забавными.

Любому ребенку захочется еще раз посмотреть на чудную бабушку. А что для этого необходимо делать? Безобразничать!

Итак, исключайте первичную (то, о чем скандалит) и вторичную (компенсация и приятные моменты) выгоды. Практикуйте нейтральное состояние. Но об этом подробнее в следующих главах.

Детская манипуляция

Большинство детей, как только они начинают осознавать свои желания и принимать решения, хотят воздействовать на родителей, быть субъектом, управляющим ситуацией. Для этого они ищут и находят средства, учатся у других и экспериментируют.

Взрослеющий ребенок может добиваться своего не только при помощи истерики, а еще и через уговоры, заявления о страхах, любви, законе, сострадании или совести.

Пришло время поговорить о манипуляциях.

Манипуляция – это стремление повлиять на другого человека для достижения нужного результата, часто при помощи не прямой или скрытой, а осознаваемой или неосознаваемой тактики.

Как взрослый может понять, что им манипулируют?

– когда он испытывает чувства, которые выгодны ребенку, но деструктивны для самого взрослого: вина, стыд, растерянность, неловкость и прочее. Используя эти чувства взрослого, ребенок получает свое;

– когда он делает то, что не собирался делать (разрешает запрещенное, отменяет свое требование, выполняет детские капризы).

Для того чтобы эффективно бороться с манипуляциями, необходимо осознать сам факт этого способа воздействия.

Поэтому важно:

– знать и помнить свои намерения, задачи, интересы и планы;

– осознавать свои чувства;

– владеть приемами контрманипуляций в ответ на типичные уловки ребенка.

Рассмотрим распространенный репертуар манипуляций детей и обсудим возможные способы противодействия и контрманипуляций взрослых в заданных условиях.

«Прикрытие»

Ребенок «прикрывается» авторитетом другого значимого лица.

Педагог показывает дошкольнику, как писать букву. Мальчик упрямо выводит непохожие закорючки. На попытку взрослого изменить ситуацию ребенок твердо отвечает, что именно так его учила писать мама.

Скорее всего, мама учила не так или вообще не учила, но ребенку интересно укрепить свою позицию мнением другого авторитетного лица или «столкнуть лбами» двух взрослых.

Маленькие манипуляторы часто пользуются рассогласованностью позиций родителей, которая, скорее всего, неслучайна, особенно если те в разводе, конфликтуют или в силу своих личностных особенностей и обстоятельств не находят общего мнения по ряду вопросов.

Дети, использующие манипуляцию «прикрытие», могут говорить: «учительница разрешила», «нас так не учили»,

«а папа сказал…». Здесь они либо по-своему трактуют требования или слова значимых людей либо намеренно вводят в заблуждение, предполагая, что взрослые не общаются.

Мальчик одиннадцати лет собирается на прогулку во двор после дождя. Мама просит его снять новую одежду и надеть что-нибудь попроще, на что сын уверенно отвечает, что бабушка, у которой он недавно гостил, отправляла его гулять только в красивой одежде!

Что делать?

Задачи родителей – не переключать внимание на выяснение отношений и, не подрывая авторитет другого взрослого:

– уверенно транслировать свое мнение: «я так считаю», «сейчас ты со мной, поэтому делай так»;

– сообщить, что ситуация, в которой ребенок получал желаемое, была другой;

– практиковать активный обмен информацией со всеми взрослыми, участвующими в воспитании ребенка.

«Взрослым некогда»

Этим способом пользуются дети, начиная с первого года жизни и до подросткового возраста.

Они просят или делают что-то запретное (или полу-запретное), когда видят, что взрослый занят, к примеру, когда пришли гости или он разговаривает по телефону.

Так, маленький ребенок однажды понимает, что мама, разговаривая по телефону, может взять его на ручки, дать грудь или разрешить запретное, чтобы прервать его хныканье.

В более сознательном возрасте ребенок попросит конфеты при большом скоплении гостей. А подросток, скорее всего, спросит про запрещенный компьютер именно в тот момент, когда мама оживленно разговаривает с подругой на кухне.

Что делать?

Чтобы прекратить подобные манипуляции, нужно, во-первых, осознать ситуацию манипуляции, а во-вторых:

– прервать разговор по телефону или отойти на время от гостей, уделить время (успокоить малыша, занять чем-то, удовлетворить его потребности, если он действительно продолжительное время находится без внимания);

– возможен обратный ход – использовать негативную обратную связь, недовольно покачав головой: «Не отвлекай меня!»;

– твердо стоять на ранее обозначенных позициях. Например, отказать в компьютерных играх, если ребенок еще не выполнил свою часть договоренности и проверяет ограничение на прочность (не сделал домашнее задание, как было условлено, и под прикрытием занятости взрослых просит развлечений).

Важно, чтобы ребенок в ситуации, когда «взрослым некогда», не получал выгоду при помощи своей настойчивости и не расширял тем самым границы.

«Я маленький»

Иногда бывает, что ребенок умеет очень хорошо говорить, но свою просьбу выражает неразборчиво, порой капризно: с нытьем, инфантильным коверканьем слов или при помощи истерики. Вместо членораздельной речи говорящий ребенок издает герасимово «му-му» с эмоциональным указанием взрослому на желанный объект.

Скорее всего, здесь имеет место выученное поведение, когда именно такой способ выражения просьбы уже приносил успех («му-му» работает!), и ребенок, взрослея, снова пользуется им.

А может, он «срисовал» подобный стиль общения у какого-нибудь «успешного» малыша?

Изменить ситуацию способен только взрослый, который вдруг перестанет понимать такие просьбы. Следовательно, ребенок осознает, что данная форма обращения неэффективна. И когда у него возникнет вопрос, взрослый может предложить ребенку сказать иначе, по-взрослому.

К примеру, на невнятное мычание ребенка, указывающего на дверь, мама: «Что ты говоришь? Я не понимаю… Скажи так: «Мама, можно мне погулять?». При этом важно продемонстрировать интонацию, с которой уместно выражать свою просьбу. И конечно, после внятной просьбы ребенка или хотя бы попытки одобрить его «взрослую» речь.

Исходя из возрастных особенностей и развития ребенка, взрослый может работать над:

– способом обращения ребенка к взрослому;

– интонациями;

– чистотой речи;

– фразами, которые будут более эффективны и приемлемы в конкретной ситуации общения.

Подобное «непонимание» лепета капризного ребенка нужно продемонстрировать несколько раз, столько, сколько нужно до достижения эффекта, прежде чем ребенок начнет осознавать, как надо общаться.

Бывает, что дети пяти–восьми лет убеждены в том, что окружающих забавляют и умиляют их детские проявления: интонации, коверканье слов, ужимки, манеры. Смех и улыбки других дети могут трактовать как одобрение, становясь «клоунами» в группе сверстников и впадая в раннее детство в серьезных ситуациях.

В этом случае к описанным выше мерам воздействия можно добавить задачу повышения престижа взрослого поведения. Но нужно понимать, что на это потребуется время.

Что делать?

В ситуациях зрелого поведения ребенка подчеркивайте его взрослость, говорите «как папа», «совсем большой», «как взрослый» и тому подобные комментарии как одобрение, похвалу и позитивную обратную связь.

Обращайте внимание на «взрослое» поведение знакомых.

Сдержанно и без особых эмоций отзывайтесь о «лялечном» поведении.

Если ребенок способен объясняться и понимать разговоры о поведении, можно поговорить с ним о том, как он выглядит в глазах окружающих. При этом разговор с ребенком ведите на понятном для него языке, с наглядными примерами и в доброжелательной форме. Иногда для большей убедительности полезно продемонстрировать ребенку взгляд на него со стороны, повторяя его интонации или показав видеозапись с его капризным поведением.

«Ты плохая!»

Данный способ манипуляции может появиться лет с трех, когда малыш начинает понимать, что такое хорошо, а что такое плохо.

Обычно это выглядит так. Не получив то, что ему хочется, и огорчившись, ребенок высказывает что-то обидное взрослому. Осуждающие высказывания, по мнению ребенка, должны непременно ранить взрослого: «Вы меня не любите!», «Ты плохая, потому что не заботишься обо мне!», «Я не люблю тебя!», «Хорошая мать так не поступит!», «Ты злой папка!» и прочее.

Чувствительные и ранимые родители нередко болезненно реагируют на подобные реплики и, чтобы не «быть плохими», разрешают то, что требует ребенок. Это закрепляет успех посланий такого типа в общении ребенка и родителей.

Мой постоянный клиент, семилетний Макар, однажды после жесткого разговора с родителями о поведении в школе и дома направился в близлежащий магазин. Там он подошел к продавщице и трогательно поведал ей о том, как ему непросто живется с родителями, и как те жестоко обижают его. Еще он попросил у сердобольного продавца разрешения некоторое время побыть в магазине, где он чувствует себя куда лучше, чем дома.

Не зная всех обстоятельств, можно было бы поверить рассказам ребенка. Но в разговоре он признался мне, что хотел, чтобы его пожалели, и еще, конечно, было желание досадить своим поступком родителям, которые, по его расчету, должны были прекратить воспитательные воздействия после пережитого позора.

Что делать?

У взрослых с адекватной самооценкой и осознанным пониманием родительства не должно возникнуть проблем с подобной манипуляцией. Поэтому:

– если ребенок высказал подобное впервые, можно не придавать этому особого значения, понимая, что данная манипуляция рассчитана на эмоцию, проявление которой создаст планируемый ребенком эффект;

– если ребенок ввел данную манипуляцию в регулярную практику, можно твердо потребовать прекращения подобных заявлений;

– с взрослым понимающим ребенком можно поговорить о том, что настоящие родители во имя любви и для блага ребенка должны что-то запрещать.

«А Васе разрешают!»

Когда вы вводите какие-либо ограничения – на компьютерные игры, общение, несоответствующую одежду, то можете услышать следующее высказывание: «А Васе (Пете, Рите) разрешают!». Ребенок намеренно приводит опыт других семей, давая тем самым понять, что вы не котируетесь на рынке «хороших родителей».

Что делать?

Важно не поддаваться на подобные провокации.

Какие контраргументы можно привести:

«Я твоя мама, и у меня свой взгляд на эту ситуацию»;

«В разных семьях действуют разные правила»;

«Не будем говорить о других, поговорим о нас»;

«Этот пример не для нас!».

Отсроченное реагирование

Данная манипуляция может наблюдаться уже с двух–трех лет и вплоть до подросткового возраста, когда ребенок не откликается на просьбы и требования взрослых, играя в «глухого» или «глухонемого».

Возможно, случалось так, что ваш малыш резво шагал в сторону проезжей части, не реагируя на запреты. Или воспитатели детского сада предлагали проверить слух у вашего ребенка, потому что он не слышит просьбы и замечания.

Дети школьного возраста на родительские просьбы часто отвечают: «Потом сделаю», – игнорируя тем самым выполнение неприятного дела.

Что делать?

Очень важно обращать внимание на подобное поведение, чтобы оно не вошло в привычку. Для коррекции проблемы отсроченного реагирования требуется систематическая работа, в ходе которой у ребенка заметно ускоряется реакция на просьбы и обращения.

В течение этого периода, поставив соответствующую задачу, всем взрослым необходимо:

– обращать внимание на скорость реакции ребенка;

– сформировать представления ребенка о времени;

– стимулировать ребенка на быстрое выполнение просьб.

С ребенком раннего возраста можно создать постоянную практику выполнения просьбы взрослого, когда родитель говорит, что надо делать, и помогает выполнить собственное предписание. Например, отец говорит ребенку: «Отойди от розетки!» – и тут же сам отводит его или перекрывает путь к розетке (техника «вратарь», подробное описание этой и других техник приводится в четвертой главе данной книги).

После озвученной просьбы начните «подталкивать» ребенка к выполнению своего предписания (техника «грейдер»).

Например, мама, приготовив обед, зовет ребенка. Если реакции в течение 5–10 секунд (не минут!) нет, она приходит в комнату и либо создает эффект присутствия, уже стимулирующего ребенка к действиям, касается ребенка, либо усиливает слова повторами: «пойдем кушать», побуждая тем самым ребенка к движению.

Хорошо работает в таких ситуациях техника «эхо», когда второй взрослый повторяет просьбу первого.

Второй взрослый (помощник, «фея») помогает ребенку организоваться на выполнение просьбы первого, погружая его в реальность, заявленную в просьбе. К примеру, отец сообщает, что нужно собираться. Мама, поняв, что ребенок не реагирует, тут же включается в процесс: «Что наденешь: юбку или джинсы?», «Что с собой возьмешь?» и тому подобное.

Для детей дошкольного возраста, не имеющих пока четкого представления о времени, в ситуациях, где необходимо действовать быстро, для визуализации течения времени можно использовать песочные часы на 2, 3 или 5 минут. Если часов под рукой нет, можно считать до десяти или до ста.

Взрослый может устроить соревнование на скорость: «Успеешь за 5 минут собраться, пока течет песочек – тебя ждет сюрприз!»

Сюрпризом в таком случае может стать наклейка с любимыми героями, что-нибудь вкусное, игра или что-то еще, что вызовет у ребенка положительные эмоции.

Еще один способ «включить ребенка в контакт» – обсудить с взрослеющим ребенком особенности его реагирования на просьбы взрослых. Рассказать о пользе сотрудничества, а после записать «волшебные слова» – подсказки, которые родитель ожидает услышать от ребенка в таких случаях:

– иду;

– уже делаю;

– хорошо;

– ладно;

и так далее.

С детьми школьного возраста при коррекции этой проблемы хорошо работает демонстрация симметричных последствий: взрослый, фиксируя отсутствие отклика на собственные слова, тоже перестает выполнять просьбы ребенка, объясняя свою позицию: «Все по-честному: как ты относишься к моим просьбам, так и я отношусь к твоим».

Псевдосогласие

К псевдосогласию или псевдосотрудничеству прибегают дети школьного возраста, когда послушно соглашаются со всеми требованиями или просьбами взрослых во время разговора, но в итоге не выполняют обещание и не соблюдают договоренности.

С этим видом манипуляции сложнее всего иметь дело, так как фасад ситуации в целом благоприятен: ребенок не спорит, и родитель спокоен, так как получил «правильную» реакцию ребенка. Только просьба почему-то остается не выполненной…

Что делать?

Необходимо погрузить ребенка в требуемую реальность. Для этого можно детализировать предполагаемые действия ребенка, задавая как можно больше вопросов: «Как ты сделаешь это?», «Куда именно ты все уберешь?», «Когда ты планируешь начать?», «Что сделаешь сначала?». Визуализация и погружение подтолкнут ребенка и на действия.

Побуждать к неформальным, эмоциональным, включен-ным, глубоким ответам. Так, если вы слышите извинения, за которыми нет раскаяния, – вызывайте осознанность и искренние эмоции (переживание, понимание, сочувствие).

Зная об этой особенности ребенка, необходимо проследить за выполнением договора. На первых порах этот внешний контроль необходимо осуществлять систематически, до тех пор, пока вы не почувствуете, что у ребенка сформировалась привычка честно выполнять договоренности.

Торг

«А что мне за это будет?» – такой вопрос могут услышать родители, приучившие ребенка к материальному поощрению за выполнение просьбы.

Привилегии, покупки или развлечения весьма эффективно мотивируют ребенка в период формирования новой модели поведения. Но после того как навык сформируется и желаемое поведение войдет у ребенка в привычку, методы стимуляции нужно варьировать и менять, развивая у него, в частности, способность получать моральное удовлетворение и радость от работы, испытывать гордость за результаты.

Как только торговые отношения становятся регулярными, и их инициирует уже сам ребенок, практику вознаграждений стоит прекратить!

Что делать?

Вводите в практику моральные поощрения и стимуляцию. Для этого:

– работайте на позитивный образ «я» (об этом см. ниже) и апеллируйте к нему;

– искренне благодарите за помощь;

– восхищайтесь успехами;

– радуйтесь разумным и благородным поступкам;

– удивляйтесь приятным и неожиданным сюрпризам;

– поддерживайте ребенка в моменты, когда он не уверен и растерян;

– с гордостью рассказывайте о нем другим людям,

– хвалите;

– проявляйте уважение;

и так далее.

Если пришел возраст для «серьезных разговоров», можно поговорить о житейском законе, согласно которому от каждого человека ожидается посильный вклад в семью. Так, родители зарабатывают деньги, оплачивают счета, ведут хозяйство. Дети дошкольного возраста могут отвечать за уборку игрушек, выполнять мелкие поручения. Младшие школьники способны мыть посуду, выносить мусор, ухаживать за растениями и животными. Дети подросткового возраста могут частично заменять родителей в выполнении домашних дел и ведении хозяйства.

При этом окружающие осознанно или бессознательно ожидают от подростка подобного участия. А когда их ожидания не оправдываются, они могут раздражаться. Если же подросток активно включается в семейные дела и несет ответственность, то у родителей устанавливаются с ним приятные и уважительные отношения.

Темами подобных «серьезных разговоров» с взрослым ребенком могут стать:

– необходимость и польза учебной деятельности;

– житейские законы о поддержке и взаимной помощи;

– мужской и женский тип поведения;

– бескорыстная поддержка младших, слабых и пожилых;

и многое другое.

Большинство перечисленных способов манипуляций осознаются взрослыми не сразу. Но даже когда родители осознали, что ребенок ловко управляет ими, им бывает трудно что-то с этим поделать.

Дело в том, что ребенок, как правило, точно находит «слабые места» взрослых и умело воздействует на них, чтобы получить желаемое.

Включенность, осознанность, контроль и желание меняться приносят позитивные изменения в воспитание ребенка. Для этого взрослым:

– необходимо осознать факт манипулирования;

– выстроить систему контрманипуляций;

– методично следовать этой системе, не давая ребенку возможности использовать тактику манипуляции.

ГЛАВА II

Последствия капризного поведения

Почему надо менять ситуацию?

Капризное поведение ребенка и особые отношения в семье, где ребенок способен добиваться своего любыми способами, – явление, которое тянет за собой целый спектр проблем.

Из числа наиболее вероятных последствий хронических капризов – сложности в социальной жизни ребенка.

Известно, что именно в семье формируется личность и закладываются основы взаимоотношений человека в обществе. Здесь ребенок:

– учится любви и заботе о родных людях (это повлияет на его способность выстраивать дружеские и близкие отношения, в том числе в его будущей семье с супругом(ой) и детьми);

– учится сотрудничеству, подчинению и субординации (это повлияет на взаимоотношения с педагогами, начальством, представителями власти);

– учится соблюдению правил (а они повсюду: правила дорожного движения, правила поведения в обществе, уголовный кодекс, гражданское, трудовое, семейное право);

– учится пониманию житейских законов (к примеру,

о балансе между категориями «давать» и «брать»,

о вкладе каждого в общее дело и так далее);

– формирует характер во всем многообразии черт: уверенность в себе, адаптивность, гибкость, порядочность, выдержанность, лидерские качества, доброта и прочее;

– формирует картину мира, от которой будет зависеть его жизнь и судьба…

Усвоенное в семье ребенок с тем или иным успехом обязательно будет пробовать применять в обществе.

Как показывает практика, капризные дети способны выстраивать взаимоотношения с заинтересованными взрослыми (близкими родственниками, нянями, гувернантками). За счет гибкости этих взрослых ребенок может какое-то время быть успешным и поддерживать более-менее адекватное общение.

А вот в общении с обычными детьми и взрослыми часто возникают проблемы. Они не создают особые условия для его комфорта и могут вести себя так, как считают нужным.

Возможно, вы встречали детей, неадаптированных в детском коллективе и имеющих конфликтные отношения со сверстниками, воспитателями или учителями. Одни отказываются ходить в школу, прогуливают ее, другие болеют различными психосоматическими заболеваниями.

Капризного ребенка могут ожидать разочарования и проблемы во взаимоотношениях со сверстниками и взрослыми, если он:

– привык, чтобы его желания исполнялись по первому требованию;

– ждет, когда окружающие его люди сами сделают первый шаг (например, для знакомства или перемирия);

– не умеет договариваться и по-деловому решать вопросы;

– не может быть иногда в тени, без внимания;

– не хочет терпеть и ждать;

– не переносит критику;

– нуждается в особых условиях и особом к себе отношении;

– претендует только на роль главного в любой группе;

– не умеет просить: знает, что криком можно добиться своего;

– не переносит отказ;

– не знает, как можно спокойно играть и поддерживать беседу;

– не умеет достойно проигрывать.

У такого ребенка неминуемы конфликты в детском коллективе, поскольку такие же, как он, дети не обязаны и не умеют создавать особые условия для другого ребенка. Они непосредственны, а порой и жестоки в своих оценках и суждениях.

Ребенка, который для выражения просьбы использует нытье, дети в детском саду могут дразнить нытиком. А того, кто нервно дергается в ответ на запрет, просто засмеют.

Детей трудно заставить играть с тем, кто им не нравится.

Поэтому ребенку важно:

– освоить сотрудничество;

– научиться вести себя адекватно ситуации;

– получить представление о границах;

– понимать и принимать основы человеческого общения.

Другим следствием хронического капризного поведения может стать характер ребенка, в котором вместе с привычными истериками и капризами могут проявляться такие черты, как:

– эгоцентризм;

– завышенная самооценка;

– слабая воля, лень и неспособность к самоконтролю;

– эмоциональная расторможенность и нервозность;

– безответственность;

– категоричность в суждениях и требованиях;

– расчет на преференции и исключительное положение;

– демонстративность и так далее.

Характер, как известно, проявляется во всех сферах жизнедеятельности: в общении и личных отношениях, в учебе, работе и отдыхе. С ним придется иметь дело детям и взрослым, родителям и учителям, родным и чужим.

Поэтому важно понимать, что коррекция характера – продолжительный и трудоемкий процесс, который требует серьезной мотивации к изменениям, способности работать над собой, а иногда и профессионального сопровождения.

Очевидно, что лучше правильно формировать характер с детства, а не заниматься «переделками» в зрелом возрасте.

ГЛАВА III

Причины и условия для развития капризного поведения

Скорее всего, каждый ребенок когда-нибудь пробовал капризничать и добиваться своего при помощи истерики.

Но далеко не у всех детей подобное поведение входит в повседневную практику или становится чертой характера.

Поговорим о причинах, приводящих к закреплению капризного поведения и истерик у детей. При самом простом рассмотрении их можно разделить на две условные группы.

1. Обоснованные истерики возникают не случайно.

К примеру, когда ребенок получил запрет или ограничение: не пустили на прогулку, всем что-то дали, а ему – нет, не купили желанную игрушку, наказали…

Эмоциональный выплеск во время подобных неприятных событий понятен и объясним.

2. Необоснованные истерики не имеют очевидной причины, когда ребенок вдруг начинает скандалить и делает это постоянно, провоцируя трудные ситуации и конфликты.

В первом случае истерика – это реакция, которая при правильном поведении родителей может быстро прекратиться, не войдя в привычку.

Во втором случае мы, скорее всего, имеем дело с поведением, с длинной предысторией, а также с формирующимся характером.

Теперь подробнее о причинах закрепления капризного и истеричного поведения детей.

Физиологические причины

Нередко капризное поведение возникает по соматическим причинам.

Известно, что нервозность ребенка резко возрастает в ситуациях

– болезненного состояния;

– плохого самочувствия;

– при переутомлении;

– при жажде или голоде;

– в некомфортной обстановке (жарко, сыро, тесно и тому подобное).

Очевидно, что, находясь в неудобной одежде, ребенок раннего возраста будет более эмоционален и раздражителен.

Часто родители рассказывают, что в конце дня ребенок вдруг начинает капризничать по любому, даже самому пустяковому поводу. При этом его очень трудно успокоить или переключить на что-либо.

Скорее всего, в подобных случаях ребенок таким образом снимает накопившееся за день напряжение.

Капризность чаще возникает у детей с повышенной чувствительностью и эмоциональной возбудимостью, которая может быть следствием заболеваний, в том числе нервной системы.

Постоянные капризы, беспричинные продолжительные истерики, регулярно возникающее протестное поведение являются основанием для обращения к специалисту (например, неврологу), чтобы исключить или подтвердить соматическую причину подобных симптомов у ребенка и, если нужно, назначить лечение.

Если у ребенка выявлено какое-либо заболевание, коррекционная работа психолога или воспитательные воздействия родителей должны сочетаться с систематическим лечением у невролога, психотерапевта, гомеопата, остеопата и других специалистов.

Как показывает опыт, дети с задержкой речевого развития также прибегают к истерикам.

Отсутствие возможности выразить свое желание или мысль при помощи речи часто приводит к эмоциональным выплескам взрослеющего ребенка. Ведь он просит у родителей как может, точнее, как умеет – при помощи невербальных (несловесных) средств. Плохо говорящий ребенок часто использует паралингвистические (громкость, высота голоса) и экстралингвистические (плач, визг) средства. Жесты, мимика, агрессивные действия также часто практикуются неговорящими детьми для изменения ситуации или достижения своего. И когда ребенка не понимают, то он срывается: плачет, потому что не может рассказать.

В этом случае, помимо коррекции поведения, необходима работа с логопедом.

По мере развития речи ребенок научится:

– изъясняться;

– выражать просьбы;

– договариваться;

– выражать и переживать эмоции при помощи слов, к примеру, через рассказы или жалобы.

Когда ребенок сможет выражать свои мысли, то истерики и агрессивные действия как средства коммуникации будут уже не так актуальны.

Психологические причины и особенности семейной системы

Вряд ли найдутся семьи, где родители мечтают о капризном ребенке и сознательно формируют такового.

Все хотят вырастить спокойного, адекватного и уравновешенного ребенка. Но иногда в силу своих личностных или семейных особенностей они провоцируют и поддерживают нежелательное поведение детей. Своими действиями или бездействием они, часто сами того не осознавая, создают условия для того, чтобы подобное поведение у ребенка запустилось и вошло в повседневную практику.

Поэтому, приступая к коррекции детского поведения, родителям в первую очередь нужно начинать с себя. Именно родители, а точнее, взрослые, участвующие в воспитании, являются соавторами или авторами как адекватного, так и неадекватного поведения детей.

Рассмотрим особенности семейных систем, где есть капризные дети.

Противоречивые позиции взрослых

Разногласия между родителями часто приводят к тому, что ребенок становится неуправляемым.

При коррекции детского поведения нередко приходится углубляться в причины родительского рассогласования. Этими причинами могут стать: разные ценности и представления о режиме дня и питания, манерах и воспитании у супругов, разные требования к безопасности и выбору игрушек, представления о вредном и полезном. Как правило, супругам, борющимся за власть, нетрудно найти повод для перетягивания «одеяла воспитания» на себя.

Семену 3 года. Его родители находятся в затяжном конфликте. Изучая ситуацию в семье, я не могу найти темы, по которым взрослые были бы согласны друг с другом.

Любые требования одного взрослого тут же перебиваются авторитетным бескомпромиссным суждением другого.

Пищевое поведение. Мама за строгий режим принятия пищи. Папа – сторонник «кормления воробышка». На практике выходит так. В промежутках между принятием пищи ребенок крутится около папы, который постоянно перекусывает орехами. Ребенок просит орешки. Отец, естественно, дает. Мать срывается и забирает у сына орехи. Мальчик плачет. Отец его утешает. Родители ругаются.

В другой раз мама просит ребенка съесть, к примеру, творог. Сын по какой-то причине отказывается (может, сыт перекусами или просто творог не любит). Мама настаивает. Отец вступается за сына: «Не заставляй ребенка!». Ребенок плачет. Родители ругаются.

Выбор игрушек. Отец покупает сыну все, что тот захочет. Мама дифференцирует игрушки на вредные и полезные. Однажды отец купил игрушку-монстра. Мать высказала возражение. Недовольными игрушкой оказались и воспитатели детского сада – девочки младшей группы испугались. Мама потихоньку спрятала страшного монстра. Через некоторое время вернувшийся из командировки отец привез точно такого же монстра в подарок сыну.

Гигиена. Мама уговаривает ребенка почистить зубы. Семен отказывается. Мама, напирая и уговаривая, продолжает гнуть свою линию. Ребенок всхлипывает, но подчиняется. Тогда в дело вмешивается противник насильственных методов отец. Ссорится с женой и забирает сына.

Как следствие, практически все предписания и ограничения мамы Семен встречает агрессией и сопротивлением.

На практике скрытые и открытые конфликты супругов очень легко переносятся в зону родительства, где предметом споров и претензий становятся, прежде всего, вопросы воспитания и развития ребенка.

На консультации молодая семья. Ребенку два года и шесть месяцев. Мальчик капризен, нервозен, непослушен.

С ним никто не может справиться.

С первых минут консультации, очевидно, что отношения молодых родителей в кризисе. Они жестко и напористо конфликтуют по любому вопросу, не уступая друг другу.

«Если я уступлю, получится, что она права?!» – отстаивает свои позиции супруг.

«Почему я должна всегда делать так, как ему надо? Мне надоело!» – возмущается супруга.

«Полем битвы» стало и воспитание ребенка. Родителям было сложно достигнуть согласия не только в вопросах режима, развития или питания. Молодые папа и мама могли часами спорить о том, какие колготы надеть ребенку на прогулку…

Иногда рассогласованность позиций взрослых выражена не так явно, и отношения родителей не столь напряженные, однако ребенок очень эмоционален в своих требованиях.

На консультации родители двухлетней девочки, обеспокоенные участившимися истериками. Со слов матери, последний приступ длился около часа: девочка рыдала долго, громко и безутешно.

Чтобы понять суть и причины происходящего, изучаю ситуацию.

После подробного «расследования» выясняются следующие обстоятельства.

Был выходной день. Отец отдыхал на кухне. На столе – традиционные атрибуты «мужского релакса»: пиво, копченая рыба, сухарики, сушеные морепродукты. Понятно, что все эти продукты не подходят для питания ребенка.

Когда мать на время отлучилась в другую комнату, дочь, оставшись без внимания, начала капризничать. Отец, решив, что ей хочется полакомиться чем-то со стола, начал угощать ее запретными «вкусняшками».

При появлении матери девочка продолжала просить у отца освоенные лакомства.

Зная отношение жены к подобным продуктам (у ребенка диатез), папа демонстративно при жене жестко запретил дочери: «Тебе это нельзя!».

Дальше последовала сильная и продолжительная истерика девочки.

Что происходило в душе у этого ребенка? Мы можем только предположить: «Почему только что было можно, а сейчас нельзя?», «Папа – предатель! То дает, то нет…». Обида, досада, непонимание, желание получить то, что так понравилось – далеко не полный перечень возможных мыслей и переживаний ребенка.

Истерика в данном случае обоснована. И родители – ее авторы.

Ребенок – участник коалиций

В такой семье, скорее всего, есть скрытый или открытый конфликт. И взрослый по каким-то соображениям (скорее всего, для усиления своей позиции) объединяется с ребенком.

Признаки образовавшейся коалиции:

– взрослый и ребенок обсуждают второго родителя, выражая недовольство;

– взрослый настраивает ребенка против другого взрослого, участвующего в воспитании;

– взрослый и ребенок замышляют и/или осуществляют планы без согласования с другим взрослым;

– взрослый и ребенок совершают действия, противоречащие интересам второго родителя;

– взрослый и ребенок создают секреты, скрывают информацию от другого взрослого.

Примеры коалиций взрослого и ребенка из моей практики.

Так, папа охотно играет в компьютерные игры со своим шестилетним сыном, но при одном условии: «Маме – ни слова!». Или мать охотно рассказывает своей шестилетней девочке об отце-предателе, который встречается с другой тетей.

На консультации семья: папа, мама и их четырехлетний неуправляемый сын. Его трудно собрать на прогулку, усадить за стол, заставить заниматься или убирать игрушки.

Инициатор консультации – мама. Папа большую часть времени только слушает и скептически комментирует слова психолога. На мой вопрос, с какой целью он пришел на консультацию, отвечает: «Послушать, чему будете учить мою жену».

Далее выясняется, что отец семейства культивирует главенство мужчин, включая сына, в семье.

Приходя домой, он традиционно спрашивает наследника: «Сегодня мама тебя обижала?». И если тот жалуется, мама «отвечает» перед мужчинами за свое поведение.

Неудивительно, что при таком построении отношений мать не могла справиться с ребенком.

Интересно, что и отец не мог сладить с сыном, так как кроме придуманной им традиции «муштровать маму» у него мало идей о воспитании сына.

Родителям сложно влиять на детей, втянутых в коалиции. Причем трудно не только тем, против кого дружат. Взрослые, объединившиеся с ребенком против другого взрослого, как правило, тоже большим авторитетом у ребенка не пользуются.

Почему?

Возможно, потому что ребенок:

– видит, как при его непосредственном участии лишается влияния взрослый человек;

– становится влиятельнее, чем взрослый;

– участвует в решении отнюдь не детских вопросов.

Сложный микроклимат в семье

Известно, что развитие ребенка в большой степени зависит от психологического климата в семье.

Психоэмоциональное возбуждение, напряженность и отсутствие чувства безопасности не лучшим образом сказываются на поведении и характере ребенка.

Так, капризность ребенка может стать следствием следующих событий:

– семья на грани, во время или после развода;

– разлука ребенка с кем-то из родителей;

– скрытый или открытый конфликт в семье;

– ребенок – свидетель или участник агрессии в семье;

– появление нового члена семьи;

– неблагополучная финансовая ситуация в семье;

– ссоры и аффективное поведение взрослых;

– нарушенные коммуникации в семье и общение супругов через ребенка;

– использование ребенка одним из родителей для получения скрытой информации в семье и так далее.

Жизнь показывает, что этот список проявлений дисгармонии в семье далеко не полный.

Неблагоприятный фон семьи подрывает психику ребенка, лишая его ощущения стабильности и безопасности, и ребенок растет в непростой деструктивной обстановке.

Взрослые заинтересованы в особом поведении ребенка

Есть семейные системы, в которых проблемное поведение ребенка приносит выгоду кому-то из взрослых. При ближайшем рассмотрении становится заметно, что, «мучаясь» с проблемным поведением ребенка, кто-то получает выгоду, удовлетворяя некоторые свои интересы. Эта выгода, как правило, не очевидна с первого взгляда и касается очень тонких сторон жизни членов семьи.

Так, среди матерей капризных детей нередко встречаются домохозяйки, невостребованные в профессиональной сфере. Разговаривая с ними, понимаешь, что иногда они не хотят или уже не могут работать. А если в семье или в окружении не принят подобный образ жизни, нужны особые аргументы для того, чтобы «быть дома». Тогда женщина для обоснования своего домашнего образа жизни использует объяснение-прикрытие: «У нас особый (капризный, часто болеющий, инфантильный и так далее) ребенок, ему просто необходимы соответствующие условия, которые может обеспечить только мама».

Сознательная или бессознательная заинтересованность взрослого в особом поведении становится очевидной, когда ребенок уже созрел для изменений, а кто-то из семьи, несмотря на это, активно продолжает сопротивляться личностному росту ребенка, создавая все условия для сохранения проблемы.

Сергею 10 лет. Он не может спать один и постоянно категорически требует, чтобы кто-то находился с ним в постели: мама, отец, бабушка или дед. И взрослые послушно выполняют его желание.

На консультации мы поработали над созданием готовности к самостоятельному сну в своей кровати.

На следующей встрече мама рассказала, что после нашей работы мальчик вечером захотел остаться в кровати один, но дед настойчиво продолжал укладываться в постель с внуком.

Всей семье пришлось приложить немало усилий для того, чтобы уговорить сердобольного деда спать отдельно от внука.

Ребенок – главный

Самый распространенный вариант семейной системы с капризным ребенком – система с нарушением семейной иерархии: ребенок занимает более значимое место, чем взрослые.

При помощи капризов, истерик и манипуляций ребенок получает власть, добиваясь своего, удовлетворяя свое импульсивное желание.

Я не раз слышала, как подросшие дети, регулярно побеждающие в «боях с родителями», с большим удовольствием хвастались перед сверстниками: «меня слушаются родители», «папа покупает все, о чем я попрошу», «мне вообще никто ничего не запрещает».

К слову сказать, желание стать главным и иметь влияние на других – естественно для человеческой природы. И в процессе взросления дети с завидной регулярностью пробуют продвинуться в семейной иерархии вверх, используя для этого разные способы.

Когда моей дочке было пять лет, у нас произошел забавный случай.

В тот день из детского сада ее забирал папа.

О том, что папа с дочкой приближаются к дому, я услышала по громким воплям дочери и из окна увидела, что добирается она из садика практически волоком.

Пока Настасья в одежде валялась на пороге квартиры, супруг поведал, что проблема возникла еще в садике. Дочь не хотела завершать игру, идти домой, потом отказывалась самостоятельно одеваться, по дороге требовала что-то купить, подкрепляя свои требования истерическими воплями, обидными словами и падениями.

Собрав информацию, мы выяснили, что в тот день в детском саду проводилось тематическое занятие, на котором воспитатель знакомила детей с политическим устройством России. Детям популярно рассказывали о правительстве, президенте, губернаторе и главе города.

Занятие так захватило детей, что остаток дня они играли в сюжетно-ролевую игру «Главный в городе». Командовали, приказывали, упивались властью.

Затормозиться после садика моей девочке не удалось, и охмелевшая от ощущения вседозволенности Настасья перенесла социальные эксперименты на поле родительско-детских отношений: сопротивлялась давно понятым правилам, отказывалась слушаться, настаивала на покупках, приказывала и скандалила.

И вот, результат детских экспериментов предстал перед нами лежащим в соплях и слезах на пороге квартиры.

– Настя, раздевайся!

– Я не буду раздеваться!

– Почему?

– Не хочу!

– Надо!

– Не надо!

– Мы с папой тебе говорим: разденься!

– А я вам говорю: не буду! Я не слушаю вас!

– Это еще почему?

– Я главная в городе! Вы меня слушайтесь!

– Ах, вот как!..

После этого пришлось объяснить дочери основы семейной иерархии с практическим подкреплением до окончательного принятия детского места в семье с признанием этого факта ребенком.

В процессе работы с семьей по коррекции поведения ребенка семейному консультанту очень важно понять, кто в семье главный.

Как можно узнать главного:

– за ним остается последнее слово;

– его желания выполняются;

– он может одобрить или отвергнуть любые планы.

Кто может быть главным в семье?

Может, это мужчина? Или тот, кто больше зарабатывает? Или самый старший? Или самый адаптивный? Или самый темпераментный…

Для консультанта часто не так важно, кто в семье главный: муж или жена, лишь бы не ребенок!

Семья во главе с ребенком обречена на психологические проблемы.

«А как же любовь и забота, все лучшее – детям?» – часто спрашивают меня родители.

Да, родительская любовь необходима детям, но давайте не будем путать два разных понятия: создание оптимальных условий для развития и передачу власти.

Как правило, мифы взрослых о том, что ребенок должен быть главным, управлять взрослыми, в реальной жизни не приводят ни к чему хорошему.

Почему ребенок не может быть главным в семье?

Да потому что он ребенок! Его знаний, зрелости, сознательности недостаточно для того, чтобы нести ответственность за себя и других.

– Что он знает о бюджете семьи?

– Он умеет зарабатывать?

– Он знает о вреде и пользе продуктов питания?

– Он знает, какую еду, в каких количествах и каким образом можно употреблять?

– Он знает, какая одежда подходит для текущих погоды и условий?

Что он знает об образовании и развитии?

– Он знаком с законами, правилами и нормами поведения в обществе?

– По силам ли ребенку быть главным и нести ответственность?

– Каково приходится взрослым под командованием несовершеннолетнего?

– Если папа – друг ребенка, то кто в семье реализует роль отца?

– Из каких соображений и принципов ребенок принимает свои решения?

– У него есть осознанные позиции по вопросам режима, питания, развития?

– В чем роль родителей в такой семье? В обслуживании?

Эти и многие другие вопросы ставят родителей, отдавших ребенку лидирующую роль в семье, в тупик.

У детей недостаточно знаний и сил для руководства семьей. Они не готовы к столь ответственной ноше. Как следствие, несовершеннолетние дети, наделенные статусом главного в семье, быстро обрастают всевозможными невротическими симптомами.

Задача психолога, работающего с подобной семьей, состоит в том, чтобы перевести ребенка в «детскую группу» с соответствующими правами и обязанностями, помочь ему занять свое место в семейной системе.

На консультациях с семьями, где ребенок стал главным, я иногда спрашиваю у родителей:

– Как вы думаете, кто у вас главный?

– Наверное, ребенок, – отвечают они мне.

– А умнее никого не нашлось? – задаю жесткий «терапевтический» вопрос.

Как ребенок становится главным?

Рассмотрим разнообразные условия, при которых ребенок может «захватить власть» в семье.

1. Долгожданный ребенок

Его долго ждали. Возможно:

– его будущие родители долго лечились;

– он появился в результате ЭКО или других сложных и затратных манипуляций;

– у мамы до появления этого малыша уже были потери детей;

– врачи сообщили, что у пары больше не будет детей.

Ценность такого ребенка высока, так как его появление является результатом трудоемкой и затратной деятельности или даже приравнивается к чуду. Его ценят и балуют. Он по факту своего рождения получает преференции от родителей и окружения. И становится главным!

2. Больной ребенок

Здесь речь идет о ребенке:

– с врожденным диагнозом, родовой травмой;

– часто болеющим или имеющим хронические заболевания;

– с особым пищевым поведением и так далее.

О его жизни и здоровье так сильно переживают близкие, что это постоянное беспокойство быстро перерастает в привычку охранять и постоянно радовать любимое чадо. Любые переживания слабого ребенка, с точки зрения обеспокоенных родителей, просто недопустимы. Так он становится главным.

3. Ребенок-кормилец

Например, ребенок становится «кормильцем» в неполной семье, куда приходят немалые средства – алименты или содержание.

После смерти мамы мальчик остался жить с бабушкой – мамой мамы. Папа – «владелец заводов, газет, пароходов» устраивал свою личную жизнь, куда, в общем-то, мог вписаться и сын, но бабушка создала все условия для удовлетворения любых потребностей ребенка, за которым было внушительное приданое. Средства, которые перечислял отец, обеспечивали безбедное существование бабушке, дедушке и их многочисленным родственникам.

Желание ребенка для отца значило много. Именно он, согласно договоренности взрослых, должен был решить, с кем будет жить.

Бабушка хорошо понимала потребности внука и выполняла все его желания: не ограничивала игры в компьютер, спокойно относилась к его беззаботному времяпрепровождению, не требовала хорошей учебы в школе. О домашних обязанностях и самообслуживании вообще не было речи.

И на вопрос: «С кем ты хочешь жить?» – мальчик давал однозначный ответ: «Конечно, с бабушкой!».

4. Ребенок-«блестящие перспективы»

Открывшиеся у ребенка способности нередко нарушают порядок в семье. Родители, ожидая блестящей карьеры способного ребенка:

– вкладывают в его развитие немалые финансовые и временные ресурсы;

– создают с ним альянс;

– выполняют его требования;

– создают комфорт;

– охотно обслуживают;

– угождают.

Никите 10 лет. У него хорошие физические способности. С трех лет он стоит на коньках.

В небольшом городе, откуда Никита родом, нет перспектив для его дальнейшего развития. Поэтому, мечтая о карьере хоккеиста, родители перевозят его в большой город, где есть ледовая арена, профессиональные команды и возможности продвижения. Жизнь всей семьи, включая прародителей, перестраивается под расписание мальчика.

Чтобы мотивировать сына на занятия спортом, отец красочно рассказывает о блестящих перспективах большого хоккея.

На мой вопрос: «Что тебе дает хоккей?», ребенок, развалившись в кресле, снисходительно рассказывает о том, как станет миллионером и мировой знаменитостью.

В семье десятилетний Никита контролирует взрослых, устанавливает правила, распоряжается финансами и высказывает свое мнение при обсуждении недетских вопросов. Взрослые ему подчиняются. В близком окружении с ним уже общаются как со звездой хоккея.

Маму смущает только то, что сына невозможно о чем-то попросить. У ребенка нет обязательств по дому, он груб, надменен и неприятен в общении. Он не спит один в кровати. Да и забивать почему-то тоже перестал…

5. Маленький принц

Речь идет об осознанной концепции воспитания дочери или сына, которую нередко практикуют уверенные и серьезные родители, выстраивая особые отношения со своим ребенком.

Родители (чаще папы), как правило, хорошо умеют ограничивать других людей, проявлять последовательность и даже жесткость. Но по отношению к своему ребенку «сильные мира сего» почему-то делают исключение, намеренно создавая для него преференции, балуя и опекая.

На рисунке семьи этот ребенок, скорее всего, нарисует себя первым или большим, часто в особенной одежде или в короне.

Этот ребенок имеет лучшие игрушки, развлечения и одежду. Он убежден, что он – особенный и лучше других.

Ребенка с таким пониманием своей роли в мире очень трудно просить, учить или ограничивать…

6. Ребенок плюс симптом

Под симптомом в данном случае подразумевается некий поведенческий акт: истерика, агрессия, демонстрация беспомощности или другие проявления, усиливающие позицию ребенка настолько, что родители уступают, забывая о принципах и сдавая позиции.

Например, они могут сдаться, когда в знак протеста ребенок начинает кричать. Или, испугавшись того, что он может навредить себе, испортит вещи, разобьет что-нибудь или разнесет квартиру, мать пасует перед ребенком и уступает…

Я видела маму пятилетнего мальчика, которая испуганно пригибалась, когда сын замахивался на нее. А другая, боясь, что дочь уйдет из дома, отменяла свои требования и запреты.

Как дети находят «слабые места» родительской психики? Может, в результате практических экспериментов? Или родители сами неосознанно выдают своим детям все возможности для руководства?

Я убеждена: дети – наши учителя. Они точно показывают нам направления для работы над собой: наши слабости, заблуждения и нестыковки.

Требуя от детей изменений, попробуйте поменять что-то в себе. И вы поймете, что это трудная работа, для которой требуются мотивация, время и терпение.

Родители «зоны риска»

Мы уже говорили о том, что истерики и капризы «задерживаются» далеко не в каждой семье, хотя почти каждый ребенок когда-либо пробовал скандалить, желая получить свое.

Пришло время подробнее поговорить об особенностях родителей, воспитывающих капризных детей.

1. Чуткие, тревожные и деликатные родители

Они очень стараются быть хорошими или даже идеальными родителями:

– думают, читают педагогическую и психологическую литературу;

– ходят на консультации, занятия и тренинги;

– имеют весьма продуманный гуманный подход к воспитанию;

– придают серьезное значение всему, что транслирует ребенок: хранят и подробно анализируют детские рисунки, записывают детские фразы, трепетно расспрашивают ребенка про сны и фантазии;

– беспокоятся о психологическом состоянии ребенка;

– стремятся создать максимально благоприятный микроклимат для гармоничного развития ребенка.

Никто не спорит, они – прекрасные родители! Но часто именно это, как ни странно, и провоцирует капризное поведение.

Он в слезы – мама уделяет максимум внимания. Сказал «я боюсь» – родители начинают расспросы. Так ребенок понимает, что получает тепло, внимание и интерес к себе в неспокойных ситуациях, которые становятся ему выгодными.

2. Безотказные родители (прародители)

Они не могут себе позволить как-то осложнить отношения с ребенком и испытывают серьезные трудности в ситуации детского скандала или истерики.

Они не умеют:

– ограничивать ребенка;

– говорить «нет»;

– переключать его внимание;

– спокойно, без разрушений переносить истерики;

– контролировать его поведение;

– проявлять последовательность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Первичная выгода – это объект требования.

Вторичная выгода – иная выгода (компенсация, позитивное или негативное внимание и т.п.).

Вернуться