Сказки
Лев Голубев-Качура

© Лев Голубев-Качура, 2020

ISBN 978-5-4498-3945-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЗНАЕМ, ЗНАЕМ, НЕ ОБЪЯСНЯЙТЕ

Сказка ложь, да в ней намёк…

В одном городе…, я не скажу в каком, потому что это большой-большой секрет. Такой большой, что его, секрет этот, пришлось прятать в конверт и семь сургучных печатей накладывать.

Так вот, в этом городе жили муж и жена, и были у них кот и маленькая комнатная собачка. Кот с утра до вечера лежал на прогретом солнечными лучами подоконнике – принимал солнечные ванны, а пёсик, то есть, собачка, не слазил с рук хозяйки. Ленивые они были – ужас! Только, ради бога, не подумайте что я про хозяина и хозяйку, я про кота и собачку конечно.

Зато муж и жена были, как бы это по мягче сказать, всезнайками!

Соседи раньше к ним часто забегали, чтобы поделиться последними городскими новостями, или рассказать о каком-нибудь забавном случае. Но только они успевали произнести несколько слов, как муж с женой, начинали отмахиваться руками и говорить:

– Знаем! Знаем! Не рассказывайте! Слышали уже, недавно читали!

Соседи никак не могли уразуметь, откуда эти двое узнавали новости раньше всех! Вроде бы газет они не выписывают, да и радио, и телевизора у них не было…

Странная пара, начали они поговаривать: всё-то они знают, всё-то они видели и слышали.

Вот соседи подумали-подумали и перестали к ним заходить чтобы новостями городскими обменяться.

Вот, как-то раз пошли муж с женой на речку рыбки половить – жена захотела ушицы похлебать.

Муж, конечно, взял с собой рыбацкие снасти, надел резиновые сапоги, а жена нахлобучила на голову панаму, а на нос нацепила солнцезащитные очки.

Идут они, значит, идут, а вот и речка: вода журчит, солнышко сверху припекает, но не очень, терпимо.

Муж давай удочку разматывать, да червячка на крючок надевать.

А жена посмотрела, посмотрела – скучно ей стало. Она и говорит:

– Муж, ты пока рыбку полови, а я пойду вдоль берега прогуляюсь.

Только она сделала несколько шагов, откуда ни возьмись, рыбак посторонний появился – вот не было его, а вот он есть!

И говорит рыбак им:

– У меня, вот, есть две накидки специальные для рыбаков. Мне их дедушка подарил. Наденешь их, и становишься невидимым для рыб. Они тогда смело наживку хватают.

Округлила женщина глаза от удивления, да и муж очень заинтересовался накидками – очень уж ему хотелось рыбы наловить, да жену ухой накормить.

Вот женщина и «подъехала» к рыбаку постороннему с ласковыми словами:

– Дайте нам на время эти накидки, а как мы наловим рыбы, так и поделимся.

Говорит она это, а сама ещё и улыбается, так, знаете, неопределённо.

Рыбак, а это, оказывается, был волшебник – не злой и не добрый, и говорит:

– Что ж, мне не жалко, возьмите.

Достал из сумки, и подаёт накидки мужу и жене.

А потом, когда они начали разворачивать их и примерять на себя, он и говорит:

– Только снять их можно будет после…

Не успел он сказать, когда и как накидки можно будет снять, как муж с женой закричали:

– Знаем, знаем, не объясняйте!

И, не обращая внимания на волшебника, набросили накидки на плечи!

А накидки-то тоже были волшебные, не простые.

Чтобы снять их надо было произнести особые волшебные слова, те, о которых хотел сказать им волшебник, но они не дослушали – всезнайки!

И оказались они в реке, в образе двух окуней!

Как ни пытались они превратиться обратно в людей, ничего у них не получалось. Не знали они тех, возвращающих в обратное состояние, волшебных слов!

Как-то раз плыли они, хвостами повиливая, вдоль крутого берега, а на берегу сидел рыбак с удочкой.

Увидела женщина червячка в воде, и захотелось ей его скушать.

Муж и говорит:

– Не кушай червячка, на крючок попадёшься!

А она не слушает его, и отвечает:

– Знаю, знаю, не предупреждай. Я сбоку, аккуратненько.

Не послушалась она мужа, схватила червячка, потянула…, и оказалась на крючке!

Рыбак увидел, что поплавок нырнул в воду, и подсёк.

Вытащил он из воды окуня, и бросил в ведро.

Погоревал муж-окунь, погоревал, да делать нечего, вильнул хвостом на прощание и уплыл.

Наверное, до сих пор плавает, если щука не съела, или рыбаки не выловили

ПРОФЕССИОНАЛЫ

Дело было вечером, делать было нечего. Вроде бы все книжки перечитаны до дыр, а с играми полный отстой. И по телевизору смотреть нечего – сплошная политика.

Вот мы с братом и пристали к бабушке с просьбой:

– Расскажи, да расскажи о каком-нибудь забавном случае: о себе, или о знакомых тебе людях.

Она вначале отнекивалась, а потом всё же согласилась. Только предупредила – слушать и не перебивать разными уточняющими вопросами и комментариями.

Мы, естественно, сразу согласились.

Бабушка наша знатная рассказчица, много чего знает.

Рассказывает так, как-будто то, о чём рассказ, с ней самой происходит. Прямо таки вживается в роль.

Ин-те-рес-но рассказывает. Аж дух захватывает от её сказок и рассказов!

Вроде как при рассказе она вживается в роли персонажей.

Конечно, я не смогу передать всю красоту её рассказа, но, как умею всё же попытаюсь.

Поэтому, не судите меня строго, а просто слушайте, или читайте.

Да, ещё она предупредила, что случай этот широко известен среди жителей города. Короче, он у всех на слуху. Его даже малые дети знают.

И ещё она сказала, что наше незнание этого случая её очень удивляет. Но раз мы просим, она расскажет.

Примостившись в мягком кресле у русской печи, и приготовив всё для вязания рукавичек, она взяла в руки спицы.

А уж потом, когда она основательно приготовилась вязать, начала свой рассказ.

Нет, сначала она принялась за рукавички.

То есть, начала вязать.

А когда уже сделала несколько десятков петель, она, не прекращая священнодействовать спицами, приступила к рассказу:

Дело было в Никополе, а может и в другом каком городе, врать не буду.

Жили-были в нём три знаменитых портных – три Ивана.

Мас-те-ра, куда там другим!

Все барышни в городе, да и мужчины тоже, старались к ним попасть, и что-нибудь пошить.

А потом хвастались перед друзьями и соседями своими платьями или костюмами от этих портных.

Даа.., знаменитые были портные!

Слава гремела о них не только в нашем городе, но даже далеко за городом, то есть, совсем в других городах!

Да что там!

Из других городов люди приезжали к ним, и уговаривали, и большие деньжищи сулили, лишь бы они пошили для них одежду.

Вот и загордились портные!

Как же, слава лучшего специалиста по пошиву и дизайну, думаю, кому угодно голову вскружит.

Ведь всем хочется быть лучшим из лучших!

И решили они устроить что-то вроде соревнования.

Вернее, первым до этого додумался Иван Иванович.

Он, когда додумался, то, выбрав свободную минуту, направился к Ивану Петровичу, и сказал ему:

– Так, мол, и так, Иван Петрович, давай посоревнуемся – кто первым костюм сошьёт.

Сядем, значит, в одной комнате, выберем модель костюма, одинаковую, и… кто первым, без брака, закончит шить, тот и будет победителем.

– Ааа.., как же…, если кто смухлюет…, – засомневался Иван Петрович?

– Так на этот случай мы позовём, в качестве судьи, Ивана Сидоровича, – ответил Иван Иванович.

– Ну-к, что же…

Иван Петрович поскрёб пальцем с надетым на него напёрстком за ухом. А затем, как-бы находясь в сомнении, пробормотал:

– Можно и попробовать конечно, если Иван Сидорович согласится. Он тоже портной знатный, хотя и похуже меня будет.

Ну-да, ну-да, – подхватил Иван Иванович, и при этом загадочно ухмыльнулся.

Он, в тайне от соперника, подумал – куда вам обоим со мной тягаться. Я лучше вас шью!

На том и порешили!

Потом оба пошли к Ивану Сидоровичу, и, рассказав суть затеи, попросили стать «Третейским судьёй», то есть независимым и честным, в их споре.

Иван Сидорович с превеликой неохотой согласился. Он считал себя более опытным, и более востребованным специалистом в швейном деле, не то, что эти выскочки.

Итак, трое портных, три Ивана, думали одно и тоже друг про друга. Каждый считал себя более опытным и востребованным, а уж дизайнером и того лучше.

Ну, да ладно.

Вот, значит, собрались они в один из дней у Ивана Сидоровича на квартире, и занялись приготовлениями к соревнованию.

Мелом расчертили, а затем и раскроили ткань – габардин кажется, а может… шевиот? Точно не помню, но что это была ткань для костюмов, это точно, сказала бабушка.

Иван Иванович, прищурив левый глаз, вдел в ушко иголки короткую, ну, не больше метра нитку.

Он сразу решил – короткой ниткой быстрее будет шиться – вдел, значит, нитку в иголку, и знай себе шей, вдел нитку и шей…

И рукой я не буду так сильно размахивать, решил он.

А как только решил, то искоса посмотрел на соперника, на Ивана Петровича, значит.

Посмотрел, чтобы увидеть какую длину нитки выберет его соперник.

А Иван Петрович, увидев какой длины нитку вставил Иван Иванович, тоже хитро прищурив глаз, только правый, решил заправить в иголку длинную-предлинную нитку, ну, метров пять, или чуть подлиннее.

При этом он тайно улыбнулся, и подумал – пока его соперник будет нитки менять, он за это время сделает несколько лишних стежков. Вот и обгонит он соперника!

А чтобы с такой длиной ниткой управиться, он позвал на помощь сына своего соседа, и сказал ему:

– Генка, я один раз заправлю нитку, а ты. ребятёнок, будешь бегать с иголкой и нитку натягивать.

Для чего он так сделал?

А для того, чтобы, значит, обогнать своего соперника, быстрее закончить шитьё.

Да-да, он так и подумал – с такой длиной ниткой увеличится у меня скорость пошива, и выиграю я соревнование у Ивана Ивановича.

Чем не молодец я, похвалил он себя, и тайно улыбнулся!

Ну, приготовили портные материал, нитки в иголки вдели, и стали ждать команды от Ивана Сидоровича, чтобы, значит, начать соревноваться.

А Иван Сидорович, сразу, как увидел что они приготовились, постучал линейкой деревянной по столу, и взмахнул ею. То есть, как-бы объявил о начале соревнования.

А ещё, чтобы до конца поняли соревнующиеся, громко сказал: «Пооошёёл!».

И… заспешили, заторопились Иван Иванович с Иваном Петровичем.

Соревнование началось!

Иван Иванович знай нитки меняет, да стежки делает.

А Иван Петрович воткнёт иголку, вытащит с другой стороны, и мальчонке отдаст. Тот схватит иголку, и давай бежать, нитку натягивать! Натянет нитку, и обратно бежит-торопится…

Иван Петрович, значит, шьёт, а мальчик бегает туда-сюда, туда-сюда с иголкой, да нить натягивает.

Генка от беготни такой уморился весь, даже вспотел, дышать тяжело начал.

А Иван Иванович всё подгоняет его, да подгоняет.

Закончили соревноваться Иван Иванович с Иваном Петровичем – никто не победил, в одно время костюмы пошили!

А Иван Сидорович посмотрел-посмотрел, как его друзья-соперники к соревнованию готовились, да как соревнуются.

И как мальчонка, бегая взад-вперёд, совершенно выбился из сил, и подумал: «Вот дураки, прости меня господи, да разве ж здравомыслящий портной будет такой длины нитками шить? Надо по два метра нитку в иголку заправлять. Я бы так и сделал. Я, как видно, всё же по-опытнее их буду, да и сноровистее. Никого нет меня лучше!

На том и разошлись по домам, так и не выяснив, кто из них лучший портной.

Остались они, каждый при своём мнении.

Люди говорят, они до сих пор спорят – кто лучше.

СЫН
САПОЖНИКА

Сказка ложь, да в ней намёк,

добрым молодцам урок.

(Слова народные)

Правда это, или неправда, судить будете вы. Мне её рассказал….

Лучше начну с самого начала.

Итак:

Когда мы с братом были ещё в отроческом возрасте, отец часто нам рассказывал то ли сказку, то ли быль об Иванушке и его рыбках.

Сегодня я почему-то вспомнил её, и решил рассказать вам.

А рассказ его, как помню, начинался так:

В одном небольшом царстве-государстве, что расположилось на берегу тёплого моря, жили старик со старухой, и у них было два сына.

Старший сын, уже совсем взрослым был: у него даже жена была, а младший… поскрёбыш – был радостью для родителей.

Уж такой озорник и выдумщик-проказник он был, что диву давались родители, но ра-бо-тя-щий… – любое дело, которое ему поручали, сноровисто и ладно исполнял.

Работает бывалоча, а сам то песни поёт, то начнёт со смехом рассказывать какой-нибудь забавный случай, произошедший с соседским мальчишкой.

А то на дерево залезет, и станет язык показывать, вроде как дразнить.

Хороший мальчик рос: весёлый, настоящая отрада для престарелых родителей.

Семья жила не очень богато, но и не совсем чтобы бедно.

Старший сын рыбу в море ловил, а жена его на базаре её продавала.

Отец сапожным ремеслом пробавлялся, хотя какой у него заработок?

Большинство населения царства без обуви обходилось – весь год тепло, снега никто в жизни не видел.

А матушка? Она всё по домашнему хозяйству хлопотала: уют в домишке поддерживала да стряпала, семью кормила «чем бог дал».

А что может бог дать, если основной заработок от моря шёл? Конечно, большинство блюд на столе… были из рыбы.

Да не долго родители забавлялись проделками сыночка любимого: старые уж больно они были – сначала отец помер, а вскорости и матушка за ним последовала.

Поплакали-поплакали братья по родителям, да делать нечего, надо жить дальше.

Ванечка, и брат его старший, сами стали хозяйствовать.

Старший брат с женой за главных в семье стали, а Ванечка… на «побегушках» у них оказался.

Раньше, при живых-то родителях, младшенькому свободнее-то жилось.

Поработает бывалоча, на сколько по малолетству силёнок хватало, родители и скажут: «Отдохни сыночек, погуляй».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.