Селена. Немного о жизни молодого анимага
Елена Герасимова

© Елена Герасимова, 2021

ISBN 978-5-4498-4292-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Селена
Книга 1

Пролог

Юный лорд Афлар со злой усмешкой, портящей его симпатичное лицо, смотрел на младшую восьмилетнюю сестру, которая со слезами на глазах умоляла его отпустить маленького забавного щенка с мягкой белой шерсткой в мелких завитках. Юноша не хотел сделать ничего дурного этой зверушке, удерживаемой им на тонкой веревке, привязанной к кожаному ремешку на шее, просто ему нравилось видеть всеобщую любимицу в таком состоянии, нравилось унижать девчонку, потому как считал, слишком много внимания уделяется этой выскочке. Афлар полагал, что именно он, как старший сын в семье рода Гриллас достоин всеобщего внимания.

– Ну, и что же ты сделаешь, Сейлина? – усмехаясь, поинтересовался он и слегка встряхнул щенка, от чего тот жалобно заверещал, приплясывая на коротких лапках. – На что ты готова ради своего любимца?

– Афлар, пожалуйста, отпусти моего щенка, – рыдая, умоляла его Сейлина, размазывая горькие слезы по прелестным щечкам. – Что я тебе сделала?

– Что ты сделала?

Юноша зло прищурился и подался вперед, разглядывая испуганное личико младшей сестры.

– Просто я никак не могу понять, за что тебя все так любят? Я и только я в этой семье достоин всеобщего восхищения, потому что являюсь самым старшим отпрыском.

Сейлина озадачено замолкла, хлопая мокрыми ресницами. Девочка не могла понять, что значат слова ее старшего брата. Неужели он так ревнует родителей к младшей сестре? Но в чем она виновата?

– Афлар, пожалуйста, отпусти Найло, – вновь попросила она, осторожно приближаясь к дереву, под которым стоял брат.

– А ты лучше проси.

Неприятная гримаса исказила лицо юного лорда, и он вновь встряхнул щенка, который не устоял на лапках и неудачно завалился набок.

– Я хочу, чтобы ты умоляла.

Это стало последней каплей, терпение Сейлины лопнуло, какая-то сила наполнила вдруг ее тело, и в глазах зажегся опасный огонек, не предвещающий ничего хорошего.

– Отпусти моего щенка! – потребовала она, гневно сжав кулаки.

Обида, нанесенная старшим братом, на этот раз перешла все границы. Девочка давно устала от издевок, причем об этом никто не знал, кроме еще троих ее братьев: близнецов, которые были старше ее на полтора года и не считали нужным защищать младшую сестру; а так же Араону, он был не так равнодушен к сестре, но тоже не вмешивался. Сейлина же не считала нужным посвящать в это родителей. Им и так приходилось нелегко. Герцог и герцогиня Гриллас являлись близкими родственниками правящей семьи и были заняты работой при дворе, тем более, не так давно на трон взошел молодой король, и ему требовалась помощь верных короне соратников. Пропадая целыми днями в королевском дворце, их родители были вынуждены спихнуть заботу о пятерых детях на нянек и приглашенных в дом специально для подрастающих сыновей учителей и наставников.

– Эй, ты чего?

Шестнадцатилетний лорд Афлар попятился назад, заметив недобрый прищур, с которым смотрела на него Сейлина.

– Ничего твоему гадкому псу не сделается. На! Забирай.

Сказав это, юноша отшвырнул песика в сторону. Бедное животное перекувыркнулось в воздухе и, сильно ударившись головой о землю, неподвижно замерло в нескольких шагах от девочки. Скорее всего, песик был мертв. Какая-то неведомая доселе нить в душе Сейлины, натянутая до предела, вдруг лопнула.

– Ты убил его!!! Ты убийца! – закричала девочка, резко вскинув руки, и с ее ладоней в сторону брата понесся большой огненный шар.

К счастью, он не попал в напуганного юношу, а распластался по стволу дерева, оставив на коре большое выжженное пятно. Сейлина первой пришла в себя и завизжала от страха. Брат вторил ей, глядя то на сестру, то на обожженное дерево, но вдруг Афлар закрыл рот и прищурился. Вот он, его шанс!

– Ты едва МЕНЯ не убила! – закричал юноша, топая ногами. – Совсем сдурела?!

– Афлар, прости, я не хотела. Оно… оно само… я не виновата, – залепетала девочка, с ужасом глядя на злое лицо брата. – Но ты убил Найло!

– Вот ты и попалась! – вдруг, как ненормальный, захохотал юноша. – Вот ты и попалась, Сейлина! Теперь посмотрим, кого из нас родители будут любить больше всех! И кому нужен твой бестолковый пес? Как и ты!

Девочка замотала головой, от чего ее кудри запрыгали вокруг красивого личика.

– Ты не расскажешь им. Не посмеешь, жалкий трус.

– Нет, расскажу! – ядовито процедил прямо ей в лицо старший брат и толкнул в сторону, проходя мимо. – Ты доигралась, гадкая девчонка!

– Афлар! – крикнула девочка в спину удаляющемуся брату.

– Тебя ждет изгнание, потому что ты ведьма! – обронил он, не оборачиваясь, и поспешно скрылся за деревьями, поскольку был трусоват по натуре и боялся, как бы сестра не бросила ему в спину еще какую-нибудь жутко опасную штуковину.

Это была его победа. Наконец-то, их семья избавится от этой никчемной, избалованной девчонки. Не нужна ему сестра, не нужна. Лучше он будет любимцем у отца, чем эта глупая Сейлина. Афлар, как и всегда, думал только о себе, и его это ничуть не смущало.

Сейлина проводила задумчивым взглядом брата, а потом бросилась к неподвижно лежащему на траве щенку.

– Найло, Найло! – позвала она, поднимая собачку с земли и прижимая его тельце к груди.

Голова щенка безжизненно склонилась на бок, из приоткрытой пасти потекла кровь.

– Ненавижу его! Ненавижу! – глотая горькие слезы, прошептала девочка и вытерла подолом красивого платья испачканную мордочку мертвого любимца. Этот щенок был подарен ей на день рождения.

Сейлину душили рыдания, но девочка понимала, брат непременно нажалуется на нее родителям, как только они вернутся из дворца. И никакая родительская любовь не спасет ее от изгнания. Афлар прав, она ведьма, а таким в старинном влиятельном роду не место. Таков уж был закон в их стране, затерянной на самой западной оконечности мира – среди титулованных особ не может быть магов, ведьм и колдунов. Любой, в ком просыпались подобные «дурные» (как считалось при дворе) наклонности, подлежал изгнанию, независимо от того, насколько привилегированной считалась его семья. Магами могли быть только люди, принадлежащие к более низким сословиям. Сейлина это знала и очень боялась оказаться где-то вне своего дома.

– Нужно что-то делать, – вслух подумала девочка.

Оглянувшись по сторонам и продолжая прижимать к себе маленький щенячий трупик, Сейлина бросилась прочь из сада. Только одно место было ей знакомо, где можно спрятаться, можно не бояться злых учителей и слуг, потому что никто не решался указывать или перечить придворному магу Валендору. Только он смог бы понять девочку и объяснить, что с ней произошло.

– Скорее, скорее! – подгоняла она сама себя, даже не заметив, как пробежала мимо другого брата.

– Сейлина! – крикнул ей вслед Араон, второй по старшинству из четырех сыновей лорда Гриллас.

Но девочка даже не обернулась, казалось, в любой момент она может выпустить из себя что-нибудь опасное и покалечить единственного из всех братьев, того, кто проявлял к ней чуточку больше терпения, кто никогда не издевался. Наоборот, Араон сильно переживал за сестру, будучи старше ее всего лишь на несколько лет, хотя девочка об этом и не догадывалась.

Сейлина пробралась в дальнюю часть парка, куда мало кто из придворных забредал, а если и забредал, то случайно. Здесь, вдали от кипучей дворцовой жизни, уединившись в отдельно стоящей башне, жил придворный маг Валендор. Девочка опрометью бросилась к тяжелой высокой двери и едва не завизжала, когда сзади ее кто-то схватил.

– Тише, Сейлина, это я, – прижав девочку к себе, прошептал Араон. – Что ты здесь забыла?

Развернув сестру к себе лицом и увидев влажные от слез щеки, юноша нахмурился.

– Афлар опять тебя обижал? Это так? – поинтересовался он и хотел, было, погладить щенка Сейлины по голове, но отдернул руку, потому что маленький песик был мертв.

– Что случилось? – набросился он на сестру, предчувствуя неладное. – Не молчи, Сейлина!

– Я… он… убил Найло.

Девочка подняла на брата глаза, полные непролитых слез, и, уткнувшись лицом в собачье тельце, громко расплакалась.

– Ну, что ты? Тише, сестренка, не плач. Афлар ответит за Найло, будь уверена. Он свое еще получит.

Юноша прижал рыдающую девочку к себе и гладил ее по темноволосой голове, пытаясь успокоить. В душе четырнадцатилетнего мальчишки поднялась огромная волна ненависти к старшему брату. Он уже не раз предупреждал Афлара, чтобы тот прекратил изводить младшую сестру, но брат никак не мог успокоиться. Он, словно маленький ребенок, ревновал окружающих к Сейлине и не давал бедной девчонке прохода, всячески над ней измываясь. Араон терпел, надеялся, что старший брат образумится, но, похоже, этого никогда не случится.

– Не плач, сестренка, отец накажет Афлара за все обиды, нанесенные тебе, и за убитого Найло, – на что-то решившись, проговорил Араон и отстранил плачущую девочку, чтобы заглянуть в ее распухшие от слез зеленые глаза. – Пойдем домой, Сейлина, вечером я поговорю с отцом. Пора поставить Афлара на место.

– Нет, – прерывисто вздохнув, покачала головой девочка. – Я… я не могу вернуться домой. Мне нельзя.

– Что за глупость? Это из-за него, да? – гневно сжав кулаки, спросил девочку брат.

– Нет.

Сейлина вновь покачала головой и, вытянув руку вперед, покатала на ладони небольшой огненный шарик.

– Из-за этого. Я чуть не убила этим Афлара. Я ведьма.

– О, Боги! – воскликнул мальчик, прижав ладони к стремительно побледневшим щекам. – Сейлина…

– Ты тоже наябедничаешь на меня родителям? – глянув исподлобья на брата, буркнула Сейлина и спрятала руку с огненным шаром, который сам по себе впитался в ее ладонь.

Юный лорд отчаянно замотал головой.

– Я? Нет! Нет, Сейлина! Я не выдам тебя. Мы никому об этом не скажем.

– Зато расскажет Афлар, – грустно улыбнулась девочка. – Наверное, уже сейчас он рассказал об этом братьям, своему наставнику и даже слугам.

– Временами я начиню его ненавидеть, – признался сестре Араон и спохватился: – Но что же нам делать?

– За этим я и пришла к Валендору, – вздохнула Сейлина и первой взялась за кованную дверную ручку. – Ой!

На миг вокруг ее руки вспыхнуло неяркое сияние и погасло, после чего тяжелая дверь сама отварилась. Араон, наблюдавший за этим со стороны, только головой покачал и поспешил за сестрой, которая уже поднималась по закручивающейся спиралью лестнице наверх.

Через месяц с того дня Сейлина стояла у кормы большого торгового судна и смотрела на удаляющийся берег. Ее все же изгнали из рода, несмотря на то, что бабушка активно защищала внучку. Но закону должны подчиняться все. После долгих споров, истерик с угрозами и взаимными обвинениями, родители все же приняли решение – либо Сейлина добровольно отказывается от своего дара и продолжает жить дома, как будто ничего не случилось (хотя девочка понимала, вряд ли кто-то забудет об этом вопиющем случае), либо останется магом. В этом случае она будет навсегда изгнана из дома. Поскольку взрослые практически не сомневались в выборе, спросить саму девочку, чего она хочет, никто не подумал. Зато об этом задумалась сама Сейлина.

Она частенько пряталась в башне мага во время скандалов, происходящих из-за нее в родительском доме, и имела возможность беседовать с Валендором. Он считал, что девочка ни в коем случае не должна отказываться от магического дара, но давить не хотел, чтобы потом не стать виноватым в ее страданиях.

– Пойми, Сейлина, – говорил ей маг, – я не могу влиять на тебя. Это не в моих правилах. Просто хочу, чтобы ты знала, когда маг отказывается от дара и добровольно соглашается его заблокировать, он теряет часть души. Физически это не приносит никаких страданий, но «лишенцы», так их называют в мире магов, становятся несчастными людьми.

– Но что же мне делать? – испугалась Сейлина.

Ей, восьмилетней девочке, совершенно не хотелось провести всю жизнь в страданиях.

– Это тебе решать, – пожав плечами, сказал придворный маг. – Что бы ты ни решила, в любом случае будешь несчастна. Только с одной потерей ты со временем смиришься, а вот с другой вряд ли. И лишь тебе, деточка, дано право решать, что для тебя лучше – магия или семья.

Сейлина надолго задумалась. Сказать честно, девочка боялась возвращаться в родной дом, где провела всю свою еще довольно недолгую жизнь. Ее страшили неприязненные взгляды не только родных людей, которые она частенько ловила на себе, но также на нее смотрели и соседи, так как вскоре всему королевскому двору стало известно о необычном даре Сейлины Гриллас (Афлар постарался опорочить сестру), и прислуга в доме. В окружении девочки осталось только три человека, которые продолжали относиться к ней так же, как и всегда. В первую очередь, это был маг Валендор, к слову, нисколько не удивившийся пробудившемуся в ней дару, потом шел брат Араон, а также старая нянюшка, ухаживающая за девочкой с самого ее рождения. Даже родители, особенно отец, до этого безумно любившие младшую дочь, теперь смотрели на Сейлину, как на чужую неведомую зверушку, гадая, насколько она опасна для окружающих.

Что уж говорить о братьях, особенно об Афларе, который был строго наказан за убийство щенка, а так же за то, что долгое время издевался над сестрой и, можно сказать, едва ли не сам пробудил ее магический дар, бросивший тень на все семейство.

– Это надо же такому случиться, в семье Гриллас растет маг! – восклицал старый дядюшка каждый раз, как встречал Сейлину в одной из комнат огромного дома.

Афлар еще сильнее возненавидел сестру. Будучи лишенным, всевозможных увеселений, юный лорд проводил все свободное от занятий время в стенах дома и просто сгорал от желания отомстить противной девчонке. Сейлина это чувствовала и не выходила из своей комнаты, даже еду старая няня приносила ей прямо в спальню.

А вскоре все семейство срочно перебралось в загородное поместье, чтобы на время избежать пересудов, возникших в высшем свете. Но и здесь девочке не было покоя. И никто, никто не желал ей помочь. Даже родители словно позабыли о ней на какое-то время.

«Они боятся меня и ненавидят, – с горечью думала Сейлина, – будто я больна какой-то очень заразной и опасной болезнью».

– Я не могу выйти к столу, – говорила девочка, когда нянюшка уговаривала ее спуститься в столовую, где трапезничала вся семья.

– Но почему? – удивлялась та.

– Потому что ты не видела, как они смотрят на меня, – отвечала Сейлина, вяло ковыряясь в тарелке.

И старая женщина понимала, что ничем не может помочь девочке. Няне было больно смотреть на страдания малышки, и она баловала ее разными вкусностями.

– Ты не должна этого делать, Элия, – качая головой, говорила Сейлина, каждый раз обнаруживая на своем столе вкуснейшие пирожные или конфеты, принесенные из столовой.

Старая няня всплескивала руками и восклицала:

– А как еще я могу тебя порадовать? У меня такое чувство, что вскоре мы расстанемся и уже навсегда.

Сейлина смотрела на няню и понимала, та не так уж и не права. Да, девочка решила, отныне ей не место в родительском доме, не место в столице, где, казалось, каждый смотрит на нее с осуждением, не место в этом королевстве, где нельзя быть тем, кем ты являешься на самом деле…

– Что ты решила, Сейлина? – спросил ее отец, пригласив однажды дочь в свой кабинет для серьезного разговора.

Девочка глянула на отца, потом на мать, смотревшую на нее с некоторым отчуждением, на бабушку и поняла, они сами от нее уже отказались. Сейлина больше им не родная. И как бы ни было обидно и больно осознавать это восьмилетнему ребенку, девочка уверилась в правильности своего выбора, о чем поспешила сообщить семье.

– Ах! – вскрикнула ее мать и обмякла в своем кресле, потеряв сознание.

– Значит, так ты решила? – протянул герцог Гриллас, окинув дочь (или уже не дочь?) холодным взглядом. – Значит, ты согласна на изгнание?

– Да, так.

Она кивнула, невзирая на рыдания, которые рвались из груди старой герцогини, ее бабушки.

– Это окончательное решение? – спросил герцог, по-новому глядя на стоящую перед ним девочку.

Он даже не думал отговаривать Сейлину, может быть, потому что в глубине души давно догадывался – ее решение будет именно таким. С одной стороны, герцогу было жаль терять любимую дочку, но с другой, он понимал, что это ее жизнь, и только ей отныне нести ответственность за себя и свои поступки. И, невзирая на закон и всеобщее порицание, герцог гордился дочерью, хотя ей не суждено было узнать об этом.

«Жаль, что Сейлине так рано пришлось повзрослеть, – думал он. – В отличие от нее, Афлар навсегда останется капризным и беспомощным ребенком».

– Да, лорд.

Сейлина утвердительно кивнула, глядя строго перед собой, чтобы не видеть расстроенного лица матери, потихоньку пришедшей в себя, и заплаканное лицо бабушки.

Она не хотела видеть их, потому что никто из родителей не подумал вступиться за дочь, отстоять ее право быть магом, невзирая на титул, даже не подумали попросить о помощи короля (тем более, в обществе поговаривали, что молодой монарх более лояльно относится к магам, нежели прежний король). Нет. Взрослым проще было переложить ответственность на детские плечи и сделать вид, будто опечалены ее решением. Но разве Сейлина была виновата в том, что родилась магом? Ей хотелось задать этот вопрос, но девочка знала, взрослым проще будет солгать или вообще проигнорировать ее вопрос, чем ответить честно, чем переложить груз ответственности за своего ребенка на свои же плечи. Зачем утруждаться лишний раз? Ну, была у них дочь, а теперь ее нет. Не велика утрата. Для своей семьи Сейлина перестала существовать.

– Ты предала нас, Сейлина! – закричала на нее мать, хотя ранее такого себе никогда не позволяла. – Бездушная девчонка, ты даже не подумала о том, что будет с нашей семьей.

– Камилла, – упрекнула ее свекровь, – разве девочка в этом виновата?

– Хотите сказать, это моя вина?! – взвилась герцогиня, порывисто вскочив на ноги и едва не опрокинув кресло. – Что теперь с нами будет? Какой позор!

– Это наша общая проблема, и вина тоже общая, – отозвалась бабушка Сейлины, глядя снизу вверх на взбешенную невестку. – И нет ничего постыдного в том, что у девочки открылся магический дар. Вполне вероятно, в вашем или нашем роду маги уже были, поэтому кровь проявила себя. И с этим уже ничего не поделаешь.

– Но она не хочет отказаться от дара!

– А должна? – поинтересовалась старшая герцогиня.

– Вы не понимаете…

Сейлина посмотрела на двух спорящих женщин, хотя раньше они жили в ладу, поглядела на отца, который сидел за своим рабочим столом, обхватив голову руками, и решила, что пора это заканчивать.

«Они скоро передерутся. Это все из-за меня, – подумала девочка. – Мне пора».

С этой мыслью Сейлина вышла на середину кабинета и громко произнесла:

– Лорд и леди Гриллас, разрешите с вами проститься. Я вынуждена покинуть вашу семью и ваш дом. Прошу простить меня за доставленные неудобства!

Спор тут же оборвался, достигнув, казалось, небывалых масштабов. Взрослые, как по команде, уставились на Сейлину, не в силах произнести хотя бы слово. Девочка присела в глубоком реверансе, а потом развернулась и с гордо поднятой головой вышла из погруженного в мертвую тишину кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь. И только оказавшись в безлюдном пространстве коридора, девочка сорвалась на бег. Нет, она не плакала, просто торопилась поскорее покинуть этот ставший чужим и холодным дом.

Ворвавшись в свою комнату и ничего не объясняя встревоженной няне, Сейлина распахнула дверцы шкафа и стала складывать на кровать самые простые и практичные вещи из своего девичьего гардероба. Облачившись с помощью нянюшки в специальный костюм, в котором выезжала временами на охоту вместе со взрослыми, и собрав нехитрые пожитки в специальную сумку, Сейлина простилась с рыдающей няней и спустилась в холл.

Из бокового коридора появился Араон и удивленно уставился на сестру.

– Сейлина, ты куда?

– Я ухожу.

– Нет! – ужаснулся мальчик.

– Прощай, Араон, – прошептала Сейлина и, бегом преодолев просторный холл, выскочила на улицу.

Араону понадобилась минута, чтобы принять для себя очень важное и судьбоносное решение. Он бросился в свою комнату только с одной целью – собрать вещи, потому что решил уйти вместе с Сейлиной.

«Я не могу оставить ее одну, – думал мальчик, закрывая сумку. – Сейлина пропадет там, совсем одна, ведь никому в этом доме нет до нее дела».

Никто не пришел их проводить. Никто из рода Гриллас не счел нужным присутствовать на пристани, кроме старой няни, которая долго махала вслед удаляющемуся кораблю и даже не пыталась сдерживать рвущиеся из ее груди рыдания.

«Столько лет я посвятила этой семье, и даже не подозревала, как они жестоки», – огорченно думала женщина, прикладывая к морщинистым щекам давно промокший от слез платок.

– Не переживай, Сейлина, все будет хорошо, – обнимая сестру за плечи, промолвил Араон так же, как и она, глядя на удаляющийся берег, на несчастную нянюшку Элию, все еще машущую им рукой.

– Это так, дети, – подтвердил слова Араона бывший придворный маг (он решил оставить свой пост, никому не объяснив, по какой причине на это решился) и устремил свой взгляд не на удаляющийся берег, а на раскинувшийся перед ними океан.

– Теперь нас ждет новая жизнь.

Глава 1

– Динь-динь-донн! Динь-динь-донн! Динь-дон!

Звон огромного колокола, который трезвонил в этот момент только с одной целью – оповестить адептов и преподавателей Академии боевой магии о том, что пришло время обеда, громом ворвался в мои несчастные уши. Я похлопала ресницами и с трудом оторвалась от созерцания парка, разбитого во внутреннем дворе замка. Да, похоже, с обедом мне сегодня не повезло.

– Селена! Селена, ты опять меня не слушаешь!

Учитель Валендор всплеснул руками и недовольно поджал губы, стоило мне повернуть в его сторону голову. Я виновато пожала плечами.

«Да, Селена, – подумала про себя, – практика на носу, а мысли все не о том».

Селена. Хм! Я давно привыкла к этому имени. Прошло почти десять лет, а за такое время привыкнешь к чему угодно. Когда-то Валендор сам настоял на смене имени.

– Я не предлагаю поменять его на другое, потому что вместе с именем изменится и судьба, и никто не даст гарантии, что с новым именем ты станешь счастливее, – сказал маг. – Однако Сейлины больше не существует, есть другая девочка. Девочка, наделенная магическим даром, с огромным потенциалом, и пусть у этой девочки не будет прошлого, зато у нее есть настоящее и будущее. А еще долгая жизнь.

– И что же мне придумать? – спросила я.

– Я подумал немного, и кое-что придумал, – ответил за мага мой брат. – Возможно, тебе понравится имя Селена?

– Селена… – эхом отозвалась я, перекатывая на языке свое новое имя. – Селена. Я согласна…

– Селена!

Учитель подошел ко мне ближе и положил руку на плечо.

– О чем я говорю уже битых полчаса?

– О практике, учитель, о практике, – вздохнула я, освобождая голову от случайно всколыхнувшихся воспоминаний.

– О практике! – возмутился учитель. – А о том, что тебе предстоит путешествие к границам Малевара? О разломе, который предстоит закрыть?

– И о гиврах тоже.

Я покивала головой и усмехнулась, поймав недовольный взгляд мага.

– Кстати, вы так и не сказали, как мне преодолеть их владения.

– Ну, мы ведь не отправляем тебя в неизвестность и не заставляем все делать в одиночку, – сказал Валендор и развел руки в стороны. – На границе Катарии есть небольшое селение, где живет маг по имени Арнеус, он является Хранителем уже много лет, и ему требуется помощь, чтобы закрыть разлом. Насколько нам известно, особой опасности он не представляет, так, лезет из него мелочь всякая, но с ней маг справляется сам. Однако они растревожили гивров, которые в связи с этим стали выползать за пределы леса и нападать на людей.

– Учитель, а почему именно меня вы отправляете разбираться с разломом? Я бы предпочла разобраться с мавками, чтобы они перестали шалить и топить всех, кто им не по нраву, чем бегать по лесам в поисках этого разлома.

– Я не сомневаюсь, с мавками ты справишься за один день и уговоришь их на что угодно, но мне хочется, чтобы разломом занялась именно ты, – пряча улыбку в бороде, отозвался учитель.

– Но почему? – удивилась я. – За что мне такое испытание? И не удивлюсь, если оно окажется самым сложным из всех.

– Поэтому ты отправишься не одна, я разрешаю тебе, взять с собой троих сокурсников в помощь, – серьезным тоном заявил учитель. – Ты умеешь находить нестандартные решения, Селена. И у тебя имеется одно, но очень важное преимущество – ты анимаг, девочка моя.

– И поэтому должна отдуваться за всех?! – возмутилась я, уставившись на учителя взглядом, полным негодования. – Вы же знаете…

– Я знаю, Селена, знаю, что вам всем досталось побывать на войне с отступниками. С этим никто не спорит, только мало кто из всего вашего курса помогал тогда магам закрывать разлом.

Не тогда, а пять лет назад приспичило магам отступникам, поклоняющимся темным силам, в очередной раз пойти на наш мир войной и поработить его. Видимо, не могут они иначе, вот и открыли проход в один из нижних миров, и пустили к нам различных опасных тварей, чтобы с их помощью смести с лица земли все живое. Хм! Что удивительно, тогда очень не повезло светлым эльфам, поскольку разлом между мирами открылся непосредственно у границ Светлого леса или Лимфора, как они его называют, куда и бросилась основная масса чудовищ. Остроухие, конечно, народ гордый, но не такой многочисленный, чтобы собственными силами справиться с выходцами из нижних миров. Вот и кинули клич, опустились до того, что попросили людей о помощи. Эльфам повезло, люди не такие высокомерные и охотно пришли им на подмогу.

Зрелище это было жуткое. Война и так не представляет собой ничего хорошего, но магическая война в разы страшнее. Если разрушенные после пожаров и катапульт селения еще можно восстановить, то после применения опасных боевых заклинаний, в которые вкладываются объединенные усилия нескольких магов, оставляющих после себя катастрофические разрушения, что-либо чинить или перестраивать просто не имеет смысла. Не знаю, что делали эльфы все пять лет после войны, чтобы восстановить свой пострадавший лес (хотя маги старались увести тварей подальше, на более открытую местность), но, надо отдать им должное, Лимфор смог вернуть себе былое величие.

И все бы ничего, но когда отступники почувствовали, что объединенная армия магов довольно быстро справилась с возникшей проблемой, они пробили еще несколько проходов, пытаясь таким образом рассредоточить силы магов, ослабить их. Наверное, если бы не рискованное решение архимага, наш мир в том виде, к которому мы привыкли, перестал существовать еще тогда. Но нет, он предложил задействовать в сражении всех адептов магических школ и академий, обучающихся на факультете боевой магии. Мальчишки и девчонки с пятого по десятый выпускной курс неожиданно были сорваны с лекций и в срочном порядке переброшены к местам боевых действий. Мне было четырнадцать, и то, что я увидела, привело меня в неописуемый ужас.

Первое, что мы увидели – это смерть. Смерть жуткая, и от нее не могли спастись ни простые люди, которым просто не повезло оказаться под ударом врагов; ни маги, грудью встречавшие опасность, порой они ценой собственной жизни останавливали хлынувшую в наш мир волну навьих созданий и даже умертвий; ни простые солдаты, которых также отправили воевать с тварями. Даже эльфы гибли в этой войне, поскольку им пришлось усмирить свою гордыню и присоединиться к людям в борьбе за мир. Удивительно, но эльфы (хотя им не очень хотелось) предоставили свои круги Жизни для возвращения к этой самой жизни павших человеческих магов. Правда, далеко не всем повезло умереть, так сказать, в нужное время и в нужном месте.

Араон, мой брат и единственный родной человек, тоже оказался в этой смертельной круговерти, но ему повезло выжить и даже получить намного больше, чем он ожидал, когда вступил добровольцем в ряды ламейской армии. Второй разлом открылся как раз у границ Ламеи, богатого и обширного королевства, расположенного довольно далеко от Светлого леса. Магам пришлось разделиться, и весь наш курс отправился именно в Ламею, где я повстречалась с братом и, хоть была еще девчонкой, всячески старалась защитить его.

Мы были детьми, пусть уже имеющими определенные знания и умения, но детьми, поэтому нас не отправляли на передовую, берегли. Однако наших сил вполне хватало на то, чтобы помогать взрослым магам, когда они использовали очень мощные заклинания, а впоследствии нас привлекли, когда потребовалось наложить на закрытый разлом особую магическую печать. К тому моменту я уже знала, что являюсь анимагом и могу не только в любой момент обернуться животным, но и в неограниченном количестве черпать силы прямо из окружающего пространства, это давало определенные преимущества – мне не нужно было каждый раз искать природный источник силы, чтобы пополнить свой магический резерв. При этом Валендор, который остался в Академии и стал учителем, взяв под свое начало именно ту группу адептов, куда меня зачислили при поступлении, старался сделать все возможное, чтобы никто не догадался о моей истинной природе.

– Здесь слишком много магов, собранных под одним знаменем со всех концов мира, и сейчас они все вместе борются за наш мир, но как только война закончится, разойдутся каждый своей дорогой. И я не могу сказать, что все они обладают чистой душой и светлыми помыслами, – сказал учитель, одевая мне на шею амулет, искажающий не только ауру, но и существенно снижающий уровень моего дара.

– О чем это вы, учитель?

– Ты анимаг, деточка, а вас не так много, зато вы очень сильны, чем привлекаете к себе излишнее внимание, поэтому я не могу исключить тот факт, что кто-нибудь из магов, случайно узнав о твоих способностях, не захочет обзавестись живым накопителем, – ответил маг.

Мне не хотелось оказаться в рабстве, ведь иначе это не назовешь. Нам преподавали историю, и я внимательно слушала на всех уроках то, что рассказывал об анимагах старый учитель Норис. Когда-то анимагов было много, но из-за нашей способности нас почти истребили такие же маги, только вынужденные прибегать к помощи специальных накопителей, чтобы ни вычерпывать до дна свой не слишком мощный резерв и не бегать потом по окрестностям в поисках источника силы. Зависть. Все дело было в банальной зависти. Я согласилась с решением учителя Валендора и затаилась, не высовываясь лишний раз и делая вид, будто так же, как и все, черпаю силы из источника.

Меж тем, каким-то невероятным усилием магам удалось закрыть разлом и запечатать его, прибегнув к помощи юных адептов и, таким образом, загнать обратно пришедших оттуда тварей. Король Ламеи, надо отдать ему должное, несмотря на понесенные из-за развернувшихся на его землях военных действий убытки, оказался мудрым и в некотором роде щедрым правителем, а, скорее всего, просто хитрым. Он наградил многих солдат из своей армии, присвоив им не только титул барона, но и даровал им довольно обширные земельные наделы. Правда, тут я усомнилась в его щедрости, поскольку король раздавал пострадавшие в ходе сражений земли. Многие отказались, но не Араон, нет. Мой дальновидный брат с радостью принял титул и землю в придачу, став одним из первых вольным бароном. Сам король объявил это. Он сказал, поскольку эти земли пострадали и вряд ли в скором времени принесут своим владельцам хоть какую-то прибыль, то своим королевским указом освобождает новоиспеченных баронов от уплаты налогов в казну и объявляет их свободными или вольными. Конечно, король не упустил выгоды и взамен потребовал (а куда без этого?), чтобы они оберегали границы Ламеи, присовокупив к этому почетное звание Хранителя ламейских границ от вражеских вторжений (такое же звание получали и маги, живущие в примыкающих к запечатанным разломам местах).

В итоге мой брат получил то, на что даже не мог рассчитывать в свой двадцать один год. Араон стал молодым вольным бароном и смог, приложив немалые усилия, привести свои владения в порядок. Мне тоже работа досталась. Не могла же я не помочь, когда Араон ради меня отказался от всего, что у него было? Конечно, нет.

Я же, как и множество адептов, получила неплохой опыт. И теперь мне предстояло прибегнуть к почерпнутым тогда знаниям. Я задумчиво почесала кончик носа.

– Значит, я могу выбрать в помощники, кого мне захочется? Так, учитель?

Я испытывающее посмотрела на седеющего мага и по его взгляду поняла, это далеко не так. Он покачал головой, отчего его седая борода начала раскачиваться из стороны в сторону.

– Не совсем. Я не могу отправить с тобой сильных адептов, которым под силу справиться со своими заданиями самостоятельно…

– Хотите сказать, – невежливо перебила учителя, – что отправите со мной отстающих. Да какой от них толк, учитель? Мне придется постоянно отвлекаться и следить, чтобы с ними чего-нибудь не случилось!

– Селена, это не входит в твои обязанности, – отрезал маг.

– А что входит в мои обязанности? – прищурившись, поинтересовалась я. – Пройти практику за них?

– Вообще-то, я думал, ты не откажешься от компании своих приятелей, – протянул учитель, с насмешкой глядя на мое недовольно сморщенное лицо. – Нортона и Кристана, например.

– Вы говорили о троих сокурсниках, и кто же третий?

Я скрестила руки на груди.

– Эм, ну да. Возможно, ты возьмешь в вашу компанию и Лину?

– И это называется «выберешь сама»! – проворчала в ответ, понимая, что это была лишь уловка, поскольку все давно уже решено.

– Селена, я бы мог отправить их по отдельности или с кем-то еще, но эти бездельники слушают только тебя, поэтому есть хоть какой-то шанс, что они не просидят всю практику где-нибудь в трактире, а будут заняты делом.

– И все-таки это несправедливо.

Я надулась, хоть и понимала, что учитель в какой-то мере прав.

Нортон и Кристан были выходцами из аристократических семей и поначалу относились к остальным адептам с некоторым презрением, глядя на всех свысока. А меня они слушать начали только после произошедшей между нами стычки еще в самом начале обучения. Им казалось, что безродная девчонка не имеет права обучаться в Академии боевой магии (хотя Валендор дал нам с братом свое имя и, так сказать, принял в свой далеко не знатный род, объявив нас своими родственниками) и всячески меня задирали. Я недолго терпела и задала обоим мальчишкам знатную трепку. Поскольку они ничему не обучались до поступления в Академию, то быстро мне проиграли, ведь со мной Валендор начал заниматься практически сразу же, как проявился мой дар. Правда, одного урока им показалось мало, и примерно через год, поднакопив немного знаний, они решили мне отомстить. Честно говоря, я не была готова и сильно испугалась, когда эти чудики спустили на меня тайком призванного элементаля огня. И все же я им благодарна, поскольку чувство сильного страха вынудило меня обернуться тогда еще не очень крупной черной кошкой. В итоге больше всего испугались именно они, так как элементаль, почувствовав, что юные маги не способны им управлять, благополучно сбежал, а я, разозлившись на этих идиотов, набросилась на них и долго гоняла по пустым коридорам Академии, пока нам навстречу не выскочил встревоженный громкими воплями учитель.

– Ага! – воскликнул он, разглядывая застывших в стазисе учеников и черную кошку. – Доигрались!

Нортон и Кристан получили строгий выговор и были отправлены на исправительные работы в библиотеку. А вот со мной учитель проговорил тогда весь вечер, рассказывая то, что сам знал об анимагах.

– Селена! – окликнул меня высокий светловолосый парень, когда я, наконец, появилась в столовой.

– Кристан!

Я хищно прищурилась и вместо того, чтобы направиться к раздаче, повернула в его сторону.

– Э-э-э! Что-то не так? – поинтересовался маг, слегка удивленный моей реакцией. По-моему, он уже пожалел, что меня окликнул.

– Ну, что ты? – промурлыкала я, присаживаясь за стол напротив парня. – Все просто замечательно.

– Мы ни в чем не виноваты, – тут же раскололся Кристан. – Это все ректор и лэр Валендор.

– Как будто я не знаю! – насмешливо фыркнула я. – Просто предупредить хочу, что не стану за вами бегать и уговаривать помочь. У нас будет куратор, который напишет в Академию отчет о том, кто и как выполнял данное нам задание.

– Ты думаешь, мы с Нортоном такие идиоты? – взвился парень, уставившись на меня гневным взглядом.

Я улыбнулась, поскольку нисколечко не боялась сокурсника.

– Нет. Но все считают вас шалопаями и ненадежными партнерами. Кстати, с нами поедет и Лина, кто-то должен будет защищать эту красотку.

– Лина? – еще сильнее удивился Кристан.

– Надеюсь, вы не передеретесь из-за нее? – невинно хлопая глазками, поинтересовалась я.

– Вот еще! – фыркнул парень, но глаза его говорили о другом.

Ну вот! Еще драк нам не хватало. Эх, мальчики!..

Я смерила сокурсника изучающим взглядом, подавив улыбку, встала и отправилась к раздаче, потому что кушать хотелось все сильнее, даже желудок негодующе урчал на свою хозяйку, требуя пищи.

«Хм! Ни для кого не секрет, что эти двое сражаются за внимание красотки Лины», – думала я, отправляя на поднос тарелки.

Да, несмотря на, казалось бы, довольно крепкую дружбу, между двумя парнями существовала жесткая конкуренция в плане красивых девушек. А Лина с самого первого курса отличалась ото всех и так немногочисленных девчонок какой-то нереальной красотой, чем заслужила всеобщую любовь у мальчишек не только с нашего курса, но и тех, кто был постарше. Многие поговаривали, будто ее роду когда-то засветились эльфы, поэтому потомки отличались необычайной красотой. Мне от этого, в отличие от остальных девчонок, обидно нисколько не было. Ну, красивая, и что? Разве боевого мага украшает именно внешность, а не его навыки?

Вернувшись с подносом, на котором дымились тарелки с едой, с удивлением обнаружила за столом успевшего когда-то появиться Нортона.

– Привет, – поздоровался он, отбрасывая с лица длинную темную челку. – Как дела?

– Нормально, – отозвалась я, водрузив поднос на стол.

– И как в тебя помещается такое количество еды? – притворно ужаснулся Кристан, подмигнув другу, и продолжил: – И ведь нисколько не поправляешься от этого!

Я огладила себя по стройным бокам и взялась за ложку, даже не думая обижаться на замечание парней. Мне нужна была энергия для второй ипостаси, поэтому никогда не ограничивала себя в еде, да мне просто не суждено растолстеть, ну, если только буду целыми днями просто лежать и ничего не делать. Хотя… боевому магу вряд ли светит продолжительный отдых.

– Кушай, кушай, девочка!

Нортон обнаглел и погладил меня по голове, за что тут же получил ложкой по лбу.

– Ай! – вскрикнул он, прижимая стакан с холодным компотом к пострадавшему месту. – За что?

– А за то, – изрекла, отбирая у него стакан и любуясь наливающимся синяком, – что я не «девочка» и не одна из ваших подружек.

– Селена! Ну, мы же не хотим ничего дурного! – вступился за друга Кристан и отшатнулся, когда я медленно потянулась за ложкой.

– Попробовали бы вы еще что-нибудь дурное пожелать, давно бы без желалок остались, – усмехнулась, подмечая, как поднос сам по себе отъезжает подальше, а потом и вовсе сорвавшись со стола, исчезает в подсобном помещении столовой, откуда тут же послышался удивленный возглас одной из домових.

– А теперь мы можем поговорить серьезно?

– Говорите, чего уж там, – смилостивилась я, откинувшись на спинку стула и с интересом разглядывая посерьезневшие лица парней.

– Кристан сказал, ты не в восторге от нашей компании, и я понимаю, почему. Хм, наверное, ты не поверишь, но мы не собираемся прятаться за твоей спиной и ждать, что все обойдется без нашего участия, – заговорил Нортон, прожигая меня цепким немигающим взглядом серых глаз.

– Мальчики, вы не поверите, но именно это я и хотела от вас услышать, – сложив руки на груди, медленно произнесла я. – Но есть еще одна проблема – это Лина.

– Лина? – так же сильно удивился Нортон, как недавно удивлялся его блондинистый друг. – Зачем она нужна в нашей группе?

Я пожала плечами.

– Не знаю, наверное, для красоты. Надеюсь, вы не станете делить ее во время практики?

– По поводу Лины между нами давно уже все решено, – натянуто отозвался Кристан, не глядя на скривившегося друга.

– Да.

Я едва не рассмеялась, но не стала, дабы не обидеть приятелей.

– И я должна в это поверить? Нет, мальчики, я не хочу и не буду вмешиваться в вашу личную жизнь, только умоляю об одном – давайте обойдемся без драк и дуэлей хотя бы на время практики. Ладно?

– Не проблема, ведь у нас есть еще и ты, – придвинувшись ко мне поближе и понизив голос, заискивающе произнес Нортон.

Я намотала на палец длинную прядь темно-каштановых волос, выбившуюся из прически парня, и сильно дернула, сказав при этом:

– А вот со мной вопрос, действительно, давно решен. Извините, мальчики, но ни один из вас не является пределом моих девичьих мечтаний.

– Какая жалость! О Боги, за что эта красавица так жестока к нам? – воздев руки к потолку, воскликнул Кристан и захохотал, когда Нортон рванулся в его сторону и зашипел, поскольку я все еще держала его за волосы.

– Селена! – воскликнул парень, поспешно высвобождая прядь волос. – Кому я буду нужен, если стану лысым?

– Действительно, кому? – с притворным сочувствием глядя на парня, который поспешно поправлял свой длинный хвост, приглаживая торчащие из него пряди, протянула я.

Вся Академия была в курсе, как трепетно Нортон относится к своей роскошной шевелюре. Надо сказать, многие парни да и мальчишки помладше предпочитали отращивать волосы ниже лопаток. С чем это было связано, никто не знал. Хотя некоторые предполагали, будто все дело в эльфах, для них обрезать волосы страшный грех, это все равно, что лишиться чести. Как бы там ни было, все мужское население Академии имело длинные шевелюры и расставаться с ними не собиралось.

– Нет, определено, его нужно остричь налысо, – задумчиво протянул Кристан и тряхнул своими почти белыми волосами, которые чуть-чуть не доставали до плеч.

Никто в Академии, кроме меня и Нортона (ну, возможно, ректора) не знал, что такой цвет волос Кристану достался неспроста. Все дело в том, что его прадед был истинным вампиром, и приятель рассказывал нам красивую легенду, как еле живой вампир попал к людям и не погиб только благодаря стараниям одной девушки волшебницы, которая впоследствии стала его женой, и, естественно, бабушкой Кристана. Я бы не поверила, если б не видела сама, как в приступе сильного гнева его голубые зрачки меняют свой цвет на красный. Благо, парень не унаследовал от деда его потребность – раз в определенный промежуток времени пить кровь. Брр!

– Ладно, со своими прическами вы разберетесь как-нибудь без меня.

Я встала со стула.

– А я пойду собираться. Не забудьте – отправляемся завтра утром.

– Да уж не забудем, – печально вздохнув, отозвался за обоих Нортон и шлепнул друга по руке, так как тот уже примерялся к его роскошной шевелюре, выудив из подпространства большущие ножницы.

Я только посмеялась и сбежала поскорее в свою комнату, потому что в столовой началась битва титанов, а точнее, двух неугомонных адептов. Закрыв за собой дверь, прислонилась к ней спиной и долго стояла, прислушиваясь к нарастающему гомону голосов возвращающихся с лекций адептов и адепток.

– Надо собираться, – пробормотала под нос и, сбросив с себя ученическую форму, состоявшую одинаково для всех студентов из брюк, жилета с несколькими карманами и камзола, облачилась в длинную тунику, заменяющую мне домашнее платье.

– Так, так, так, – задумалась я, распахнув шкаф и уставившись не на висящие в нем вещи, а на свое озадаченное лицо, отразившееся в спрятанном на внутренней стороне дверцы зеркале.

Араон всегда говорил, что у него замечательная и очень красивая сестра. Я никогда не верила ему, считая себя самой обыкновенной. Конечно, по большей части на мою внешность влияла принадлежность к знатному роду (то есть раньше я принадлежала к нему). Я была чуть выше среднего роста, стройная с длинными черными волосами, этот цвет отражал и цвет шерсти моей кошки, с зелеными изумрудными глазами и черными длинными ресницами. Симпатичная, да, но не роковая красотка, не из тех девушек, перед которыми мужчины готовы падать ниц.

Уже поздно вечером, когда вещи были собраны, и я собиралась лечь спать, в дверь моей комнаты кто-то тихонько постучал.

«И кого принесло на ночь глядя?» – подумала я, шлепая босыми ногами к двери.

Открыв дверь, замерла в немом удивлении, поскольку в слабоосвещенном коридоре смущенно переминалась с ноги на ногу первая красавица Академии – Лина. Она виновато потупилась, скорее всего, чтобы не разглядывать мою пижаму.

– Извини, что потревожила, просто мне нужно с тобой поговорить.

– Заходи.

Я отступила внутрь комнаты и набросила на плечи длинный халат, а потом уселась на кровать в ожидании, пока моя нежданная гостья закроет дверь и присядет в кресло у письменного стола.

– И что же привело тебя ко мне в столь поздний час? – полюбопытствовала я, когда молчание слишком затянулось, ведь планировала лечь пораньше.

– Понимаешь, мастер Валендор сказал, что отправляет меня на практику в составе группы, где будешь ты, Нортон и Кристан, – чуть помявшись, заговорила девушка, а я невольно залюбовалась ее красивым лицом с огромными карими глазами, красивым прямым носом и четко очерченными пухлыми губами.

– И что тебя смущает? Может, я?

Девушка покачала головой, и ее шикарные волосы цвета меда рассыпались по плечам.

– Нет, что ты! Дело в мальчиках.

– То есть?

Я прищурилась, только теперь заметив, что моя гостья тоже в пижаме и легких домашних туфлях.

– Уже давно Нортон и Кристан поочередно пытаются добиться моего внимания, и если честно, оба мне по-своему нравятся, но я никак не могу определиться с выбором. Мне трудно отдать предпочтение кому-то одному, потому как знаю, в таком случае их давней дружбе придет конец, а я не хочу стать причиной раздора, боюсь, что отвергнутый парень может натворить глупостей. Они только делают вид, будто от меня ничего не ждут, на самом же деле все наоборот.

– Вряд ли я смогу помочь тебе с выбором.

Я отрицательно покачала головой, не горя желанием вмешиваться в любовный треугольник.

– Нет, просто я боюсь, что во время практики, вдали от учителей, молодые люди начнут активно за мной ухаживать и…

– И что? Думаешь, заставят тебя силой сделать наконец свой выбор и перестать над ними издеваться?

Я прищурилась, разглядывая постепенно вытягивающееся лицо девушки. Возможно, была к ней излишне жестока, но со стороны все выглядело именно так.

– Хочешь сказать, я должна отказать обоим? – медленно протянула она и обхватила себя руками.

– Я не хочу вмешиваться, но изводить обоих парней одновременно несправедливо. Согласись.

Я поерзала на мягком матрасе и мельком глянула на погрузившуюся в свои мысли Лину.

– Пусть они знатные разгильдяи, но страдать из-за неразделенных чувств не должен никто.

– Тебе легко говорить, перед тобой не стоит подобный выбор! – вспыхнула моя гостья.

– Потому что я никогда не морочила головы одновременно нескольким парням! – рявкнула в ответ. – И если честно, не понимаю, чего ты от меня хочешь? Что я должна сделать?

– Может, я хочу, чтобы ты встала на мою защиту, – немного успокоившись, проговорилась Лина и испуганно уставилась на мое лицо.

– Я? Чтобы я защищала тебя от двух влюбленных мужчин?! – спросила, упав на подушку и прижавшись к ней лицом, дабы девушка не услышала мой саркастический смех.

– А что в этом такого? – удивилась она и подошла к кровати, чтобы, взяв меня за плечи, развернуть к себе лицом.

– Хм! Лина, ты вообще представляешь, о чем меня просишь? – полюбопытствовала я, освобождаясь от ее цепких пальцев с идеальным маникюром. – Я же не наемник какой-нибудь, дабы защищать тебя от посягательств сокурсников. Может, ты сама объяснишь им, что не готова любить ни одного, ни другого, и вообще, возможно, дома тебя ждет жених.

– Жених?

Лина встряхнула меня, как тряпичную куклу.

– Как же я сама об этом не подумала?! Спасибо, Селена, за замечательную идею!

Я и опомниться не успела, как была расцелована в обе щеки и отпущена на волю, то есть Лина меня, наконец-то, отпустила и закружилась по комнате с мечтательной улыбкой на лице.

– Так я права, у тебя есть жених? – осторожно поинтересовалась я, когда эта бабочка перестала кружиться у меня перед носом.

– Нет, конечно! – весело фыркнула девушка, тряхнув распущенными волосами. – Но об этом никто не знает.

– Солжешь?

– Придется, – вздохнула она, пожав плечами, и с насмешкой посмотрела на мое угрюмое лицо. – Не будь занудой, Селена! Ты сама подала мне такую идею.

– Пользуйся на здоровье, – молвила я, удивляясь резкой смене ее настроения. Хотя дело не мое, пусть делает что хочет.

– Вот и замечательно! – по слогам проворковала она, выставив перед собой руку с изящными пальчиками и разглядывая их. – Интересно, каким должно быть обручальное кольцо?

– Эм. Ты знаешь, мне не хотелось бы показаться грубой и невежливой, но, может, об этом ты подумаешь в своей комнате? – осторожно начала я, сползая с кровати и приближаясь к Лине. – Спать хочется, а завтра рано вставать и все такое…

– Могу, конечно, – окинув меня изучающим взглядом, обронила красотка и, чмокну в щеку, выпорхнула из моей комнаты, осторожно прикрыв дверь.

Я без сил упала в свое любимое кресло, подаренное братом несколько лет назад, и откинулась на спинку. После визита Лины в моей голове все перемешалось.

– Что это было? – подумала вслух но, видимо, понять это мне было не дано.

Глава 2

Телепорт, которым поделенные на группы или поодиночке адепты выпускного курса отправлялись к местам прохождения промежуточной практики, выбросил нас на вершине высокого холма. С одной стороны от него отделенные нешироким пролеском простирались далеко на юг бескрайние зеленые степи, с другой – почти вплотную подступал старый, поросший мхом лес. Мох был везде, даже на ветках деревьев, развеваясь сероватыми прядями на ветру. Я поерзала в казенном седле, придирчивым взглядом осматривая окрестности, и оглянулась на столпившихся за спиной товарищей по несчастью, то есть напарников по практике. Всем нам выдали одинаковых гнедых лошадок, которых специально содержали в конюшнях при Академии, поскольку немногие адепты могли позволить себе содержать собственных скакунов, да и необходимости такой не было, если честно.

– Ну что, вы готовы к приключениям? – поинтересовалась я, скинув с головы капюшон.

Погода на границе Катарии и Малеварских степей разительно отличалась от погоды в Терене – там стояла глубокая промозглая осень, а тут еще царствовало лето. В высоком синем небе плыли редкие облачка, временами скрывая за собой все еще жаркое солнце, и теплый ветер лениво шевелил высокое разнотравье.

– А тут красиво! – восхитилась Лина и начала стягивать с себя теплую куртку.

– Позволь, я помогу, – кинулся к ней Кристан.

– Нет, я, – втиснулся между ними Нортон.

– Я сама, – сказала девушка и постаралась сделать так, чтобы оба парня одновременно увидели на ее безымянном пальчике красивое золотое колечко с гранатом.

Нортон и Кристан переглянулись и, как по команде, отступились от девушки, а потом и вовсе отвернулись в разные стороны. Я промолчала, искоса наблюдая за развернувшейся сценой и не желая вмешиваться.

«Что ж, это не мое дело», – подумала еще раз и пустила свою кобылку по неширокой дорожке, что спускалась с холма и убегала в лес.

Нужно было отыскать селение, где живет наш будущий куратор, и встать под его руководство, а заодно подробнее расспросить Хранителя о том, что происходит.

– Селена, подожди!

Через пару минут меня нагнал Кристан, и его конь зашагал рядом с моей смирной кобылкой. Тут же с другой стороны к нам пристроился хмурый, как непогожий день, Нортон. Их обоих можно было понять. Нда! Каждый получил, то что хотел.

– А я? Подождите меня! – раздался за нашими спинами недовольный голос Лины, но никто из ребят к ней не обернулся. Вот так!

– Догоняй, – бросила я, переводя лошадь на легкую рысь. – Нам желательно до темноты добраться до поселения, потому что в этих лесах водятся гивры.

– Неужели? – фыркнула Лина, но все же нагнала нас и пристроилась позади, поскольку никто из парней не уступил ей место.

Вскоре мы спустились с холма и вступили под сень старых деревьев, которые слегка поскрипывали на ветру. Дорога сузилась до тропки, вынудив нас выстроиться в ряд. Кристан обогнал меня и возглавил наш отряд, а замыкала его притихшая Лина. Наверное, не такой реакции она ожидала от парней, но что есть, то есть.

Я достала из седельной сумки карту и сверилась с местностью. Судя по всему, до селения, где жил маг по имени Арнеус, было несколько лиг, и проделать их нужно сквозь лес, который становился все гуще, а тропка под копытами лошадей становилась зыбкой, часто теряясь в толстом слое мха. Благо кто-то заботливый развесил на стволах деревьев метки, чтобы незадачливые путешественники, вроде прибывших на практику адептов, не потерялись в лесу, полном всяческих животный и магических существ.

– Осторожно, местность становится болотистой. Держитесь строго этих меток, – предупредил Кристан, резко уводя своего коня в сторону, поскольку копыта того вдруг стали тонуть.

В оставленных отпечатках тут же начала набираться вода. Мы все повторили маневр Кристана и притихли, поскольку где-то в глубине леса тревожно раскричалась птица.

– Может, звери? – предположил Нортон, оглядываясь по сторонам.

– Или гивры, – пошутила я и зря, так как и без того напуганная Лина пустила свою лошадь в обход, чтобы затесаться между нами.

– Ты что творишь?! – закричал на девушку Кристан, когда его конь, уходя от столкновения, сначала ухнул в мох и провалился почти по колено, а потом рванулся обратно с такой силой, из-за чего едва не выбросил из седла своего наездника.

Лина дернулась, как от хлесткой пощечины, испугавшись гневного окрика, и едва не расплакалась, бросая в мою сторону обиженные взгляды. Так. А я в чем виновата?

– Успокойтесь! – крикнула, и все уставились на меня. – Нам всем неспокойно в этом жутком месте, но нужно думать не только о себе.

– Простите, – пискнула разобиженная девушка и спрятала лицо в ладонях, ее плечи подрагивали от тихих рыданий.

– Вы обещали мне, – прорычала я, по очереди глядя на озадаченных неожиданным поворотом событий парней.

– Хорошо, – понурив плечи, одновременно отозвались они и переглянулись.

Нортон тяжело вздохнул, соскочил с коня и подошел к лошади Лины, взяв под уздцы.

– Прости нас, мы не хотели тебя обидеть, – тихо произнес он, когда девушка отняла от лица руки и удивленно уставилась на него.

– Это вы простите меня за то, что не сказала вам сразу, – прерывисто вздыхая, отозвалась она.

Однако я заметила промелькнувшую на ее лице самодовольную улыбку победителя. Нда, спектакль был разыгран, как по нотам, и мы ничего не заподозрили. Я с нескрываемым разочарованием посмотрела на девушку и отвернулась, чтобы не видеть ее светящееся лицо. Пусть упивается своей победой, но когда-нибудь этому придет конец, и тогда уже точно не вступлюсь за нее. Ни за что.

Когда страсти немного улеглись, и мы продолжили путь, Кристан неожиданно придержал коня и обернулся ко мне.

– Ты слышишь? – очень тихо спросил он.

Я прислушалась и незаметно кивнула головой. Откуда-то из-за пышных зарослей осоки, перемежающейся со мхом, послышался легкий всплеск и еле слышное шуршание, будто кто-то полз по траве. Прикрыв глаза и настроившись на внутренний взор, попыталась увидеть то, что происходит вокруг нас. Хм! Плохи были наши дела, поскольку, скрываясь в высокой траве и за стволами подгнивших и упавших деревьев, медленно скользило огромное покрытое мелкой зеленовато-бежевой чешуей склизкое тело, которое оканчивалось (или начиналось?) большой драконьей головой с рогами и бородкой.

Я резко открыла глаза, и Кристан пристально наблюдавший за мной, отшатнулся.

– Зачем так пугать? – сдерживая вдруг занервничавшего коня, спросил он.

– Сейчас будет еще страшнее, – пуская свою лошадь вперед, сказала я, – потому что к нам приближается гивр.

– Нортон, Лина, скачите вперед. Быстро! – скомандовал Кристан, не оборачиваясь, и пришпорил коня.

Уговаривать дважды никого не пришлось. Не успели мы удалиться на несколько десятков локтей, как на то место, где пару минут назад стояла лошадь Лины, вылетел гивр, моментально скручивая тело спиралью, и заревел, поняв, что упустил свою добычу.

Лина завизжала, и ее лошадь, испугавшись, понесла. Нортон рванул следом, чтобы остановить перепуганную кобылу, которая неслась мимо тропы и рисковала провалиться.

– Селена, скорее! – торопил меня Кристан, понукая своего жеребца, и без того скакавшего на пределе возможностей, потому что почва под копытами была топкой и пыталась засосать их, к тому же все чаще путь нам преграждали упавшие деревья, которые не всегда лошади могли перепрыгнуть.

Когда моя кобыла споткнулась о торчавшую из земли корягу и едва не упала, я чудом удержалась в седле и оглянулась назад. Гивр упрямо преследовал нас, он не мог летать или бегать, поскольку не имел конечностей, но его сильное, похожее на змеиное тело хорошо скользило по влажной земле, что позволяло драконоподобному существу достаточно быстро передвигаться. Нам повезло только в одном, гивры не умеют извергать огонь, иначе от нас уже ничего бы не осталось.

– Он не отстанет.

Кристан придержал коня, дожидаясь меня.

– Если нам повезет, мы успеем добраться до селения, но вряд ли нам обрадуются, если гивр продолжит нас преследовать, – невесело усмехнулась я, ловя на себе прищуренный взгляд приближающегося гивра.

– Попробуем его остановить? – спросил меня Кристан, что-то прикидывая в уме.

– Ну, давай. Что нам еще остается? – согласилась, заметив, что Нортону все же удалось догнать кобылу Лины и вывести ее на тропу. – Скажи им, пусть уходят.

Кристан кивнул, и его конь быстро поскакал в сторону замершего Нортона, с опаской смотревшего мне за спину. Я не смотрела на гивра, потому что знала, он уже совсем близко. Моя лошадь нервничала и была готова в любой момент сорваться в галоп, но слушалась узды и только переступала с ноги на ногу.

Выждав, когда Нортон и Лина скроются за деревьями, дала своей кобыле шпор и, оттолкнувшись от седла, вылетела в сторону, пропустив под собой метнувшееся в атаке тело гивра. Моей лошади повезло, она увернулась и дала стрекача, высоко вздымая ноги и выбрасывая из-под копыт летящие во все стороны комья содранного мха. Перекувыркнувшись через голову, я удачно приземлилась на все четыре конечности прямо в осоку, тут же замочив штаны до самых колен. Гивр отвлекся на Кристана, который также отпустил своего коня и медленно отступал назад, скинув с себя куртку и расстегивая рубашку.

– Кристан, не надо! – запоздало крикнула я, наблюдая за тем, как из-за его спины вырываются два больших нетопыриных крыла сероватого цвета.

Гивр бросился вперед, но промахнулся. Потомок вампира взмыл над ним, одновременно метнув мощное атакующее заклинание. Я удивилась, наблюдая эту картину. Какими бы разгильдяем не был этот парень, а дело свое знал.

Победить гивра Кристан и не пытался, нам просто нужно было его отвлечь. Честно говоря, я стояла под деревом и просто наблюдала, как сокурсник издевается над гивром, взлетая каждый раз прямо у того из-под носа.

«Зачем мне вмешиваться?» – здраво рассудила и стала огибать небольшой участок леса, который из-за мощных бросков гивра превратился в месиво из содранного мха и вытоптанной травы, с несколькими разбитыми в щепки деревьями.

Хм! Все бы хорошо, да только Кристан не учел одного – он всего лишь человек с какой-то долей сильноразбавленной вампирской крови, а гивр – существо почти магическое и являющееся дальним родственником драконов, что давало ему не только силу, но и выносливость. Когда Кристан стал уставать и все чаще приседать на нижние ветки деревьев, потому что с непривычки долго летать ему было тяжеловато, гивр это почувствовал и стал не просто прыгать, но еще и метко плеваться ядовитой слюной. Мне удалось несколько раз вовремя выставить перед запыхавшимся парнем щит, что уберегло его от изрядной порции яда, хватившей на то, чтобы отравить все население Терена и живущих в Академии учителей и адептов.

– Кристан, осторожнее! – взвизгнула я, когда в очередной раз ему не удалось увернуться.

Уставшие крылья его запутались в длинных космах свисающего с веток мха, и парень завис прямо перед хищной мордой доведенного до бешенства гивра.

– Я не могу освободиться! – закричал Кристан, дергаясь и извиваясь, как угодившая в паутину муха.

При этом «паук» готовился к решающему броску. Пришлось брать спасение одной уж слишком самоуверенной личности в свои руки. Я выбежала на открытое пространство, развела руки в стороны, вбирая в себя как можно больше силы, а потом отправила в морду гивра, который, казалось, меня не замечал, огненный шар размером с голову человека. Он с треском пронесся в воздухе и влепился в оскалившуюся рогатую голову, вынудив гивра припасть к земле. С его стороны послышался негодующий рев. Ну, конечно, кому понравиться жидкое пламя, расползающееся по мелкой чешуе?

– Ну, ты даешь! – восхитился Кристан и захлопнул рот, когда в его сторону полетело заклинание из разряда воздушных.

Вжик-вжик, и удерживающие нетопыриные крылья моховые пряди будто ножом срезало. Потеряв опору, Кристан едва не рухнул вниз, где на земле извивалось и корчилось тело гивра, в попытке справиться с объявшим его морду и часть шеи огнем. Мой приятель в последний момент вцепился в ствол дерева и догадался сложить крылья, а потом, оттолкнувшись от созданной им воздушной подушки, перемахнул через гивра и упал на колени рядом со мной.

– Уходим, пока он занят собой, – прохрипел он, встав на ноги только со второго раза и то с моей помощью.

– Пойдем.

Я развернулась и легко побежала вперед, потому что гивр вновь заревел.

Подстегиваемые яростным шипением, мы мчались наперегонки, и Кристан, несмотря на усталость, нисколько от меня не отставал, только глаза его сделались алыми, как у вампира. Если честно, я боялась, что он набросится на меня, чтобы испить свежей кровушки. К счастью, это всего лишь мое воображение разыгралось.

Нортон и Лина дожидались нас на большой и сухой поляне, окруженной старыми облезлыми елями вперемешку с осинами. Такой своеобразный защитный круг, отпугивающий нежелательных гостей в виде нежити и нечисти, но не спасающий от таких хищных тварей, как гивры. Правда, таковых вблизи не наблюдалось, и молодые люди, расположившись у небольшого костерка, о чем-то тихо беседовали. Тут же бродили отпущенные лошади, пощипывая травку. Нас, неслышно приблизившихся к поляне, они не замечали и продолжали болтать на отвлеченные темы. Кстати, о нас они ни разу не вспомнили. Я покосилась на Кристана и отшатнулась, до того жутким мне показался взгляд его красных глаз.

– Думаешь, это того стоит? – справившись с собой, тихо прошептала ему прямо в ухо.

Приятель отшатнулся и зажмурился, а когда открыл глаза, его зрачки вновь стали голубыми. Кристан некоторое время смотрел на меня, а потом развернулся и хотел уйти, но я успела поймать его за руку и покачала головой, когда он дернулся в попытке освободиться.

– У нас практика, не забыл?

– Селена! – зарычал он, но я не испугалась и продолжила держать его.

– Кристан! Во-первых, Нортон твой друг, а во-вторых, у Лины, насколько я поняла, есть жених. Может, хватит делить между собой ту, которая вам точно уже не достанется?

– Да, ты права.

Парень согласно кивнул и, ломая ветки, вышел на поляну.

– Кристан! – обрадовался его появлению Нортон и даже обнял, когда тот приблизился к костру. – А где Селена? Только не говори, что ее съел гивр.

– И не мечтай! – громко фыркнула я, выходя из-за елок и направляясь к своей кобыле, чтобы проверить, не пострадала ли она, поскольку другого транспорта у меня не было, как, впрочем, и у остальных.

Лошадь моему появлению обрадовалась и заинтересованно вытянула свою хитрую морду, тут же обнюхав мое лицо, руки и карманы, в ожидании угощения.

– Вымогательница! – усмехнулась, доставая из кармана сухарь и протягивая его на раскрытой ладони.

Кобыла осторожно бархатными губами приняла угощение и смачно захрустела, прикрыв свои хитрющие глазищи, обрамленные длинными трепещущими ресницами. Сама тем временем быстро осмотрела и прощупала ее сильные ноги и осталась довольна, несмотря ни на что, моя лошадка была цела и здорова. Остальные лошади тоже подступили ко мне и с любопытством рассматривали мое удивленное лицо. Я рассмеялась и полезла в подпространство, выуживая оттуда солидный полотняный мешочек с сухарями. Надо ли говорить, какое нетерпеливое ржание раздалось со всех сторон, когда лошади сообразили, что именно находится в мешочке. В общем, никто без угощения не остался.

– Пора отправляться, – напомнила я своим спутникам и напарникам по практике, которые успели затушить костер.

Кристан и Нортон молча развернулись и поспешили к своим скакунам, а Лина осталась стоять одна посреди поляны. Мда! Неужели она ожидала, что они бросятся к ней с намерением усадить на лошадь. Я вскочила в седло и удивленно вздернула бровь, глядя сверху вниз на замершую в немом удивлении красавицу.

– Лина, долго тебя ждать?

Девушка яростно сверкнула глазами, как будто я была виновата в том, что поклонники потеряли к ней всяческий интерес, и ни на кого не глядя, прошествовала к своей кобыле, а потом без особого труда забралась в седло. Мы вновь выстроились рядком, в голове его ехал Кристан, а замыкал его на этот раз Нортон, и всю дорогу мне пришлось терпеть неприязненный взгляд, которым сверлила мою спину Лина. Я старалась не подавать вида, что мне это доставляет какие-то неудобства, и сосредоточилась на разглядывании окружающего нас старого больного леса, медленно угасающего из-за подступающей к нему все ближе береговой линии довольно обширного озера.

На заросший травой берег мы выбрались где-то через час и продолжили движение вдоль озера, так и манившего своей прозрачной водой все бросить и окунуться в его спасительную прохладу. Я воду, конечно, любила, но понимала, купаться в этом озере не совсем хорошая идея, поскольку гивры могут и не потерпеть незваного гостя, а взять и съесть. Зря мы, что ли, от одного отбивались, чтобы потом выманить на себя из глубоких озерных вод целую стаю?

– Эх, искупаться бы! – раздался за моей спиной мечтательный голос Лины.

– Хочешь накормить гивров? – спросил ее Нортон.

– Неужели они здесь повсюду? – с легкими истеричными нотками воскликнула девушка и прошипела мне в спину, когда ее лошадь протаранила мою: – Это все ты виновата.

– В чем? – спокойно спросила я, оборачиваясь к надутой, как жаба, девушке. – В том, что гивры избрали эти места для проживания?

Лина промолчала, лишь недовольно поджала губы и была вынуждена выровнять свою ничего не понимающую кобылу. Я окинула ее насмешливым взглядом и догнала остановившегося далеко впереди Кристана.

– Что-то случилось? – поинтересовался он, глядя поверх моей головы на догоняющих нас Нортона и Лину, все еще сохранявшую недовольный вид.

Я пожала плечами.

– Да так, кое у кого просто день не задался.

Кристан прищурился, разглядывая мое лицо, но говорить ничего не стал. Хм! Возможно, не только я начала догадываться, что Лина не такая уж невинная и безобидная, какой хочет казаться. Я бы сказала, что эта красотка та еще стерва, и не удивлюсь, если так и окажется.

Когда солнце скрылось за лесом, уступив место быстро сгущающимся сумеркам, вдали замерцали огни, разожженные на сторожевых башнях крепости, что окружала довольно обширное поселение. Лес резко закончился, будто обходя крепость стороной, образуя вокруг него неплотное кольцо из довольно молодых деревьев. В основном это были сосны, елки да редкие осинки. За ними начиналось распаханное поле, вплотную подступающее к высоким и мощным бревенчатым стенам. Чуть в стороне от того места, где мы выехали из леса, сквозь поле тянулась широкая хорошо укатанная дорога, вот на нее мы и свернули, не торопливо приближаясь к массивным воротам.

Кристан спешился и громко постучал в специальное смотровое окошко, закрытое дверцей и забранное снаружи решеткой.

– Ну, кого еще на ночь глядя принесло? – поинтересовались с той стороны ворот, но окошко все же открылось, явив нам круглое бородатое лицо стража.

– Добрый вечер! – поздоровался с ним Кристан. – Мы прибыли к вам на практику.

– На практику они прибыли, ишь ты!

Страж захохотал и хотел захлопнуть дверцу, но с удивлением обнаружил, что она его не слушается.

– Вам же сказали, что мы прибыли на практику, – соскочив с лошади и приближаясь к окошку, сказала я, а потом достала свиток, выданный мне лично ректором Академии с его печатью, и помахала им перед носом озадаченного мужчины, который не терял надежды совладать с непослушной дверцей.

– Идите отсюда! Ходят тут всякие! – разозлившись, рявкнул он. – И не маши, девка, этой бумажкой у меня перед носом. У нас закон – после заката в крепость никого не пускать!

– Ах, закон! Если сейчас же не откроете, мы снесем вашу крепость к чертовой матери.

Я хищно прищурилась, и ворота, поддавшись моей мысленной команде, начали вибрировать.

– Вас быстрее нашпигуют стрелами! – развеселился дядька и замолк, потому что ни одна пущенная в нас на пробу с ближайшей башни стрела не достигла цели, просто сгорев еще на подлете.

Это Нортон постарался. Молодец!

– Глянь-ка, и вправду маги, – протянул бородатый страж. – Ладно, сделаю для вас исключение. Проходите.

Через несколько минут ворота дрогнули и стали медленно отворяться. Из увеличивающейся щели выскочила огромная черная псина и рванула к нам, обнажив в зверском оскале нехилые клыки. Ха, нашли кого собаками пугать! Что ж, наверное, замершие на стене у ворот и в сторожевой башне воины ожидали чего угодно, только не такого. Не добежав до нас несколько шагов, лохматая собака ростом с хорошего теленка остановилась и радостно замахала хвостом, а потом медленно приблизилась и потерлась широким лбом о мою без страха подставленную руку. Я почесала пса за висячим ухом, там, где его длинная и мягкая шерсть мелко кучерявилась. Пес вывалил от удовольствия розовый язык и сел у моих ног, доверчиво глядя в глаза своими умными шоколадными глазами.

– Умница ты мой! – ласково проворковала я, целуя его в мокрый черный нос.

– Сущая ведьма, – обронил страж, выходя с зажженным факелом за ворота и с опаской глядя то на меня, то на моих спутников. – Проходите, чего уж там.

– С этого и нужно было начинать, а не пытаться нас убить, – поддел его, проходя мимо, Кристан.

– А что я то? – удивился дядька, почесывая косматую голову. – То закон.

– Закон ли?

В свою очередь прищурился Нортон, ведя в поводу не только своего коня, но и кобылу Лины, которая продолжала сидеть в седле с таким видом, будто это она отворила для нас ворота.

Страж хотел возмутиться, но тут к нему подошла я, продолжая поглаживать идущего рядом со мной пса. При этом моя кобылка по кличке Мира неотступно следовала за нами, нисколько не смущаясь общества большой собаки.

– Уважаемый, лучше скажите нам, где живет ваш маг по имени Арнеус? – поинтересовалась, отодвигая в сторону любопытную лошадиную морду, решившую проверить чем-то оттопыренный карман стража.

– Я… это… в общем… – окончательно растерялся он, поводив перед собой руками, будто пытался отпугнуть злых духов.

Я смотрела на него с легкой полуулыбкой на лице и думала – сказать ему или не стоит, что этот прием вообще ни от чего не помогает?

– Дюк, ну, что ты магов никогда не видел? – смеясь, из сторожки вышел еще один мужчина, на вид помоложе первого стража, и направился к нам.

– Здравствуйте! – поздоровался он, внимательно осматривая каждого из нас, и только усмехнулся в усы, когда его взгляд остановился на мне и огромном псе, который готов был упасть от удовольствия в обморок, потому что мои пальцы продолжали перебирать шерсть у него за ушами.

– Гарт, дружок, совсем совесть потерял?

Незнакомец искоса глянул на млеющего пса и повернулся к Кристану, видимо, приняв его за старшего в нашем отряде.

– Вы, должно быть, студенты из магической Академии?

– Да, мы прибыли на практику в помощь вашему магу, – кивнул приятель, оглядываясь на меня.

Я покачала головой, давая понять, что нисколько не против того, если переговоры будет вести он. В конце концов, кто из нас мужчина? Этот жест не укрылся от цепкого взгляда незнакомца, но он промолчал, лишь бросил на меня мимолетный любопытствующий взгляд.

– Вы проводите нас, а то уже ночь, и мы не знаем, где живет местный Хранитель? – спросил его Нортон.

– Да, конечно.

Он кивнул и повел нас на противоположный конец засыпающего поселения, которое, кстати, называлось Приозерье.

– Эй, а собака? – окликнул меня бородатый страж. – Собаку верните, госпожа магичка.

Я обернулась назад, посмотрела на мужчину, потом на пса по кличке Гарт и кивнула в сторону огромной будки, что виднелась у сторожки.

– Иди домой, малыш, – сказала я, похлопав его на прощание по широкой спине. – Еще увидимся.

Гарт покосился на стража, печально вздохнул, выразив этим самым непередаваемую собачью тоску по простой человеческой ласке, и медленно побрел к своей будке. Я дождалась, пока пес скроется в своей огромной конуре, и поспешила за напарниками, прихватив прикорнувшую кобылу.

Второй страж, оказавшийся на самом деле командующим небольшого расквартированного в Приозерье гарнизона, вынужденного куковать в этих богами забытых местах, чтобы охранять границы Катарии от вторжений орочьих племен, кочующих по малеварским степям, представился нам Витором и всю дорогу расспрашивал нас о том, какие события происходят в мире. Кстати, он не забыл извиниться за то, что под стенами крепости нас едва не расстреляли. Я в разговоре не участвовала, пристроившись позади всех и откровенно зевала, поскольку сильно хотела спасть.

Пройдя сквозь освещенное магическими огнями селение, мы остановились у довольно большого двухэтажного дома, наполовину сложенного из камней, а наполовину из огромных отесанных бревен. На первом этаже светилось только одно окошко, выходящее в примыкающий к дому сад. Витор первым взошел на высокое крыльцо и осторожно постучал в дверь, украшенную незатейливой резьбой. Вскоре она отварилась, явив нам еще довольно молодую женщину, закутанную в черную с серебряной вышивкой шаль. Она с удивлением посмотрела на нашего провожатого, а потом выглянула за его широкую спину и хотела захлопнуть дверь, но начальник гарнизона успел подставить ногу.

– Витор, ты же знаешь, я не пускаю на постой, – сощурившись, проговорила женщина.

– Извини, Валия, за поздний визит, но эти ребята прибыли на помощь твоему мужу.

Витор отошел в сторону, дав женщине возможность лучше нас рассмотреть.

– Тебе придется их впустить.

– Витор, ты же знаешь…

Она, метнула на мужчину предупреждающий взгляд, но дверь закрывать не спешила.

– Знаю, но их помощь нам, действительно, нужна. Прошу, не гони ребят, они ни в чем не виноваты, – вступился за нас начальник гарнизона.

– Извините за то, что вмешиваюсь, но если хозяйка дома по каким-то причинам не может нас пустить на ночлег, возможно, у вас найдется другое место, где мы сможем отдохнуть.

Я взбежала на крыльцо и легко коснулась рукава мужчины, который продолжал смотреть на хозяйку дома.

– Мы бы не хотели доставлять вам неудобства.

– Да нет, никаких неудобств вы не доставите, дом у нас большой, – сказала женщина и внимательно посмотрела на меня. – Ладно уж, проходите.

– А ваших лошадей я заберу на конюшню при гарнизоне, здесь им все равно ютиться негде, – обрадовал нас Витор и, простившись с хозяйкой дома, спустился с крыльца, взял наших послушных лошадок под уздцы и повел за собой.

– Ну, что стоите? – прикрикнула на нас женщина, отходя вглубь темных сеней. – Проходите в дом. Поговорим.

Я шагнула вслед за женщиной, остальные шли за мной. Из сеней мы попали в довольно просторную комнату, часть которой занимала большая печь, выложенная небольшими плиточками, покрытыми растительным рисунком и глазурью, от чего в свете свечей она играла бликами. Сбоку от печи стоял большой стол с широкими лавками, а в углу за печью приютилась небольшая кухонька со всевозможной утварью для приготовления пищи.

– Простите, что мы без предупреждения.

Мы столпились у двери, не решаясь присесть за стол, накрытый белоснежной скатертью с богатой вышивкой по краю, выполненной красной и синей нитями.

– Ох, дети, не стойте столбом! Что поделаешь, если вас на практику сюда отправили. Присаживайтесь за стол. Голодные, небось?

Женщина всплеснула руками, скинув с себя шаль и оглядываясь на нас.

– Есть немного.

Ребята скромно потупились и первыми, поплескавшись у рукомойника, размещенного недалеко от двери, уселись за стол. Я скромно дождалась, когда Лина совершит ритуал под названием «омовение рук» и присядет рядом с Кристаном, одарив парня лучезарной улыбкой. Нортон тут же прищурился, но промолчал, потому что мне пришлось сесть рядом с ним, а от меня он удостоился только насмешливого подмигивания. В мои планы не входило строить мальчикам глазки, для этого в нашей группе имелась другая кандидатура, которая в этот момент придирчиво осматривала выставленные перед нами простые глиняные кружки с горячим отваром и блюдо с пирожками, накрытое белой салфеткой.

– Чем богаты…

Хозяйка скромно улыбнулась, присаживаясь за стол вместе с нами.

– Кстати, зовите меня просто Валией.

– Мы и за это угощение вам безмерно благодарны. А я Нортон.

Наш темноволосый приятель улыбнулся, откусив от пирожка едва ли не половину за раз, и прошамкал:

– Вкушнотищща.

Хозяйка дома вновь улыбнулась, но взгляд ее оставался печальным. Я прожевала пирожок и спросила, когда нам можно будет увидеться с ее мужем.

– Это одним Богам известно, – произнесла она упавшим голосом и отвернулась к окну, чтобы никто не увидел ее наполнившихся слезами глаз.

Так, а это уже интересно!

– Извините, но как давно пропал ваш муж? – все равно спросила я. – Без него нам практику не пройти. Хотя… может, нам удастся его найти.

– Но как? – удивилась она. – Ах, да… вы же маги. Чему я удивляюсь?

– Так сколько прошло дней? – повторила я свой вопрос, не желая выдавать свои секреты ни хозяйке дома, ни сокурсникам, но была уверена, что Кристан почувствовал то же самое, когда вошел в дом.

– Уже пять дней прошло, – отозвалась женщина, бросив на меня настороженный взгляд. – Мой муж не мог просто так пропасть, ведь он прекрасно знает эти места. Не иначе что-то дурное приключилось. Боюсь, как бы не сгинул он в этих проклятых лесах, пытаясь самостоятельно справиться с разломом. Да и солдаты наши прочесали всю округу, но так и не нашли его ни живого, ни мертвого.

– Не торопитесь, хоронить вашего мужа, ведь Хранителя не так просто убить, тем более его искали простые люди, но не маги. И пусть мы еще студенты, поверьте, кое-что умеем.

Кристан обернулся к женщине и ободряюще ей улыбнулся.

– Да что маги смогут сделать?

Она махнула рукой и подперла ею щеку, уставившись задумчивым взглядом на черный квадрат незанавешенного окна, где на подоконнике стояла зажженная свеча.

– И все же, – вмешался Нортон, – позвольте нам помочь. Нам все равно нужно пройти практику.

– Я не могу вам запретить, поскольку не имею к вам никакого отношения. Разве что, наш сын сможет провести вас к разлому, хоть его бы закрыть, а то гивры совсем уж распоясались.

Валия посмотрела на нас долгим изучающим взглядом.

– А что до моего мужа… Если сможете найти его, неважно какого – живого ли мертвого, до конца жизни своей буду вам благодарна.

– Ну, будем надеяться, что он скорее жив, чем наоборот. Думаю, не будь Хранителя в живых, местная нечисть давно бы активизировалась и напала на Приозерье. Говорят, в здешних затопленных лесах водится много разных тварей, а не только гивры.

Я посмотрела на женщину, подмечая, что она довольно привлекательна для своего возраста. Ее светло-русые волосы были зачесаны назад и собраны в пышный пучок на затылке, обнажив при этом длинную красивую шею, прямо расправленные плечи, несмотря на то, что их хозяйка безумно переживала за пропавшего мужа. Да и талия у нашей новой знакомой была почти что девичья, это не скрывала даже просторная блузка. Нда! Не зря говорят – в Катарии живут одни из самых красивых человеческих женщин. Я перевела взгляд на лицо Валии и про себя улыбнулась, на фоне этой взрослой красивой женщины наша Лина выглядела, как маленькая надутая девочка. Видимо, она не была в восторге от того, что нам придется рыскать по лесу в поисках нашего куратора по практике. А может, ее бесил тот факт, что парни переключили свое внимание с нее – неписаной красавицы на хозяйку, предложив ей помощь по дому, чтобы хоть как-то отплатить за оказанное радушие.

– Спасибо, ребята, – усмехнулась Валия, глядя на то, как Нортон и Кристан собрали посуду со стола и отправили ее в специальный таз, набросив при этом очищающее заклинание.

Кристан пожал плечами.

– Должны же мы хоть как-то вас отблагодарить.

– В таком случае вы заслужили нормальный отдых.

Женщина встала из-за стола и поманила нас за собой.

Мы переглянулись и отправились за хозяйкой дома, которая обогнув печь, по узкой лестнице стала подниматься на второй этаж.

– У нас много родственников, поэтому и дом большой, чтобы можно было всех разместить, когда они приезжают к нам на праздники и просто погостить, – сказала Валия, открыв дверь, ведущую в комнату направо от лестницы. – Здесь пусть размещаются молодые люди.

– Спасибо, – поблагодарили они и тут же скрылись в выделенном им помещении, поделив между собой две неширокие кровати, стоящие под противоположными стенами.

– Ну а вас, девочки, – оглядываясь на нас, сказала женщина, – я поселю в комнате напротив. Проходите.

Она пересекла неширокий коридор и распахнула перед нами дверь. Лина первой вошла в комнату, отпихнув меня плечом, и тут же забралась с ногами на кровать, что стояла ближе к окну. Я пожала плечами и заняла кровать у двери. Еще в комнате имелся вместительный шкаф, комод, стоявший в изножье доставшейся мне кровати и небольшой туалетный столик с зеркалом над ним (по алчному взгляду своей соседки я поняла, что он уже занят). Почти все свободное пространство между кроватями занимал круглый стол с расставленными вокруг него стульями. Я повесила на ближайший ко мне стул куртку и небольшую сумку, выуженную из подпространства, и обернулась к хозяйке дома, которая доставала из комода чистое белье и полотенца. Она протянула один комплект мне, а другой Лине.

– Вот, располагайтесь.

– Спасибо.

Я приняла из ее рук белье и тут же принялась застилать постель, намереваясь лечь спать.

– Не за что, – улыбнулась Валия и, уже выходя из комнаты, обронила: – Уборная и ванная в конце коридора.

Я кивнула и подумала, что было бы неплохо освежиться, перед тем как лечь в застеленную чистым бельем кровать. Скинув с себя сапоги и обнаружив под кроватью мягкие тапочки, которые были мне слегка велики, обулась, подхватила полотенце и тихо выскользнула из комнаты, оставив крутящую в руках пододеяльник Лину наедине с ее постелью.

Когда я вернулась, обнаружила девушку сидящей перед зеркалом и разглядывающей свое лицо. Над ней витал неяркий магический светлячок. Однако не успела я улечься в постель и отвернуться к стене, как матрас подо мной еще больше прогнулся, и мне на лицо упали волосы Лины.

– Это все из-за тебя, – прошипела она, навалившись сверху.

Я смогла оттолкнуть девушку и перевернуться на спину, схватив при этом за руку.

– В чем я виновата? – усмехнулась в ответ, сунув ей окольцованный палец прямо под нос. – Ты сама надела на палец фальшивое обручальное кольцо, а не я тебя заставила это сделать. Так что, дорогая, перестань изображать из себя обиженную девочку и обвинять меня в том, что сама творишь. Ты бы еще брачные браслеты напялила, чтоб уж наверняка отвадить от себя всех парней.

Лина отскочила от меня и едва не сшибла стоящий у нее на пути стул с моими вещами.

– Ты…

– Если не успокоишься, я поведаю твоим поклонникам, что ты специально их обманула, поскольку тебе не люб ни один, ни другой, – пригрозила, садясь в постели и сверля Лину злым взглядом. – Я тебя предупредила.

– Да забирай себе этих напыщенных идиотов, а я посмотрю, как ты с ними будешь справляться! – в сердцах воскликнула девушка и тут же об этом пожалела, так как дверь в нашу комнату резко открылась, и на пороге показался Нортон.

– Что у вас происходит? – спросил он, обводя нас взглядом.

– Это тебя не касается, – набросилась на него Лина и выскочила в коридор. – Всех вас ненавижу.

И сбежала в ванную комнату, громко хлопнув дверью. Я перевела взгляд на стоящего столбом Нортона и встретилась с его обалдевшим взглядом.

– Это правда? – спросил он, продолжая стоять на одном месте.

– Это ты у нее спроси, а я в этом участвовать не хочу, посему желаю вам спокойной ночи.

С этими словами я улеглась и щелкнула пальцами, после чего дверь медленно захлопнулась, мягко щелкнув замком.

Ранним утром, когда все еще спали, я потихоньку оделась, убрала постель и выскользнула из комнаты. Умывшись и причесавшись, потихоньку спустилась вниз. На первом этаже в большой комнате у печи хлопотала хозяйка дома. Я поздоровалась с ней и поинтересовалась, не нужна ли ей помощь по хозяйству.

– Не нужно, милая. Кстати, как зовут то тебя?

Женщина улыбнулась мне, засаживая в печь горшок с будущей кашей.

– Селена, – отозвалась я, наблюдая за ее действиями. – Мою соседку Лина, а парней Нортон и Кристан.

– Что же ты, Селена, поднялась так рано? – полюбопытствовала Валия, ставя на стол большую миску с тестом.

– Привычка.

Я пожала плечами и присела у стола.

– Не подскажете, как найти конюшню, куда вчера сотник увел наших лошадей? Хочу их проведать.

– От чего ж не подсказать, подскажу, конечно, – улыбнувшись, сказала она, рассыпая по гладко отшлифованной столешнице муку и выкладывая на нее пышное тесто.

Пока Валия возилась с тестом, она подробно рассказала мне, как найти конюшни, и стоило мне отправиться вон из дома, попросила вернуться к завтраку.

– Сын мой должен вернуться, он замещает отца, – с легкой ноткой грусти сказала женщина, – пока его нет.

– Хорошо, постараюсь не опоздать.

Я кивнула, не желая продолжать разговор о пропавшем маге, чтобы лишний раз не тревожить женское сердце, и выскочила на крыльцо.

– Ой! – послышался из-за приоткрытой двери мужской голос.

Я выскользнула на крыльцо и, прикрыв дверь, встретилась с молодым человеком, удивленно потирающим пострадавший от столкновения с деревянной поверхностью лоб, который на вид казался чуть старше нас.

– Утро доброе, – пискнула и хотела спуститься вниз, но незнакомец преградил мне путь.

– Доброе, – сказал он, отнимая от лица руку и разглядывая меня, как неведомую зверушку. – Девушка, а что вы здесь делаете?

– На практику приехала, – отозвалась я, гадая, как бы поскорее отвязаться от незнакомца. – А что?

– Ничего, – усмехнулся он. – И откуда же к нам такие практикантки приезжают, если не секрет?

Я отогнула ворот легкой куртки и показала парню приколотый изнутри значок академии, за что тут же была награждена восхищенным взглядом. Подобная реакция показалась мне довольно странной, и я стала потихоньку отступать обратно к двери. Мало ли какие люди живут в этом Приозерье? Почему-то даже не подумала, что парень может быть сыном мага, который вернулся домой.

– Ну вот, боевой маг, а трусиха какая!

Парень расхохотался вдруг и отошел в сторону, это дало мне возможность лучше его рассмотреть.

Ну, что сказать? Высокий юноша, широкоплечий, со светлыми стянутыми сзади в хвост кожаным ремешком волосами, серыми внимательными глазами. Да и силой от него веяло такой, что невольно испугаешься. Таких магов нечасто встретишь.

– Я не трусиха, просто не надо смотреть на меня, как смотрит голодный на богато накрытый стол.

Я поежилась, что не укрылось от незнакомца. И тут в голове моей что-то щелкнуло, и все стало понятно.

Парень окинул меня насмешливым взглядом и протянул руку.

– Хм! Может, начнем все с начала? Давай знакомиться, – сказал он. – Я, Берт, сын здешнего Хранителя. А тебя как зовут?

Я улыбнулась и осторожно пожала его сильную руку.

– Селена. Практикантка из теренской Академии боевой магии.

– Ты извини, что я невольно тебя напугал, просто всегда мечтал попасть туда, но, видимо, не судьба.

Берт отпустил мою руку и печально улыбнулся.

– Моим учителем стал отец.

– Кстати, о нем, – задумчиво протянула я, глядя на волевое лицо парня, – мы предложили твоей матери помочь с его поисками, а она обещала свести нас с тобой.

– Нас? – удивился он.

– Да, нас, – кивнула я, спускаясь с крыльца, – со мной еще трое магов.

– Что ж, это меняет дело.

В глазах Берта зажегся огонек надежды.

Я махнула рукой.

– Ладно, поговорим за завтраком, когда все проснуться. Хочу прогуляться до конюшен.

– Подожди, я с тобой схожу, только предупрежу матушку, что уже вернулся, – попросил меня Берт и поспешно скрылся в доме.

Я пожала плечами. Ну, хочет пойти, пусть идет, проводник мне не помешает, зато оградит от пристального внимания местного населения. Тем более, за время ожидания, пока Берт общался с матерью, мне и так достался с десяток любопытствующих взглядов от соседей Хранителя, а также от простых прохожих, торопившихся по своим делам. Я делала вид, будто не замечаю их пристальных взглядов и, присев на нижнюю ступеньку крыльца, вертела в руках метательный нож, который всегда прятала в сапоге.

Вскоре за моей спиной прогрохотали торопливые шаги, и передо мной встал Берт. Я подняла голову и заметила, что парень успел переодеться в свежую темно-серую рубаху, а еще он с нескрываемым интересом смотрел на нож в моих руках.

– Ты собираешься кого-то убить? – ужаснулся он, пряча улыбку, но его выдавал смеющийся взгляд.

– Там видно будет.

Я хищно оскалилась, повернув голову в сторону калитки как раз в тот момент, когда на нее навалился какой-то мужик с веревкой в руках, на другом конце которой обреталась рыжая корова с кривыми рогами.

– Да и свежее мясо на завтрак самое то для молодого мага.

Я потянулась, и нож сверкнул в моих руках. Мужика с коровой как ветром сдуло, причем улепетывали они с одинаковой скоростью. Я с усмешкой посмотрела им вслед и обернулась к Берту, который, прижавшись к перилам, беззвучно хохотал.

– У вас в Академии все такие кровожадные? – отсмеявшись, спросил он.

– Нет, просто терпеть не могу слишком уж любопытных.

Я застенчиво похлопала ресницами и перебросила косу через плечо, вызвав у парня очередной приступ смеха.

– Теперь, не сомневайся, для жителей Приозерья ты будешь жутко злобной ведьмой, тем более внешность у тебя подходящая, – изрек он, все еще веселясь.

– Знаешь, злобной ведьмой я стану намного раньше, если не успею почистить лошадей до завтрака и останусь голодной, – фыркнула и, обогнув парня, вышла на улицу.

– В таком случае я просто обязан тебя сопровождать, чтобы в нужный момент спасти местное население от жутко голодной ведьмы.

Берт догнал меня и пристроился рядом.

– Главное, чтобы не наоборот.

Надо признать, все дома (по крайней мере, те, что я успела разглядеть по дороге к конюшне) радовали глаз свежими красками, прочными стенами и дверями, надежными черепичными крышами. И не скажешь, что люди живут на самой окраине, в богами забытых местах. В каждом дворе имелась скотина и огромные собаки, которые лениво провожали нас взглядами, не позволяя себе брехать впустую. Может быть, так они реагировали на меня, а может, на хорошо знакомого им сына местного Хранителя. Только люди: и мужчины, и женщины, смотрели на меня с опаской и тут же начинали судачить у нас за спинами, даже не подозревая, что я отлично слышу все, о чем они говорят.

«Ладно, – решила я, – наверняка, новостей у них тут и так немного, кроме разлома и гивров, обсудить нечего».

Не успели мы свернуть на центральную улицу, как меня со всех сторон облепила стайка разновозрастных детишек, с любопытством разглядывая.

– Тетя, тетя! А вы, правда, ведьма?

– Временами, – усмехнулась я, – каждая женщина становится ведьмой.

– Это как? – тут же заинтересовались дети, особенно девочки.

– Вырастете, поймете.

Я широко улыбнулась, подмигивая детям, и незаметно пустила над их головами иллюзорных светящихся разными цветами бабочек и маленьких фей, разряженных в невесомые платьица, которые окружили детей со всех сторон.

– Ух ты! – восхитились они, боясь даже пошевелиться, разглядывая порхающее перед ними чудо.

– Эта тетя не ведьма, она волшебница, – выдохнул кто-то из детей.

Но мы с Бертом уже торопливо шагали прочь.

– Здорово у тебя получается иллюзии создавать! Я такого не умею.

– Если хочешь, научу, – не подумав, брякнула я и едва не споткнулась, заметив, каким взглядом при этом смотрел на меня Берт.

– Хочу, конечно, – покивал он.

Я вздохнула и всю оставшуюся до конюшен дорогу объясняла любопытному парню азы магии, которым нас в Академии обучают уже на втором-третьем курсе. Иллюзия – это самое простое, чему обучаются юные адепты, все остальное не идет ни в какое сравнение с этим искусством. Хотя некоторые преподаватели считают, что боевому магу неприлично опускаться до создания каких-то там иллюзий. Просто они не знают, как порой это выручает.

Когда мы остановились перед распахнутыми настежь большими дверями конюшни – длинного бревенчатого здания с огороженными загонами в стороне от него, где уже гуляли самые разнообразные лошадки, Берт научился создавать простенькие иллюзии. Надо признать, он оказался довольно смышленым учеником и до всего доходил своим умом, не дожидаясь от меня подсказок.

– Ладно, потренируйся пока, а я наших лошадок проведаю, – бросила я парню, который внимательно следил за иллюзорной птичкой, что кружила над его ладонью.

– Угу.

Я только головой покачала и вошла в светлое пахнущее сеном, опилками и конским навозом помещение. Денники в этой части конюшни пустовали, поскольку их законные обитатели изволили гулять в загоне на улице, зато ближе к другому ее концу я заметила столпившихся в широком проходе наших гнедых лошадей. Мира первой заметила мое приближение и, вытянув в мою сторону голову, обиженно заржала. Я стремительно приблизилась к ней и погладила подставленный лоб.

– Что у вас тут происходит? – поинтересовалась, заметив слева от себя какое-то движение. – Есть тут кто?

– Есть, есть, – отозвались мне, и над деревянной перегородкой возникло улыбающееся лицо молодого конюха, который сбросив с себя рубаху, чистил денник.

– Могу я полюбопытствовать, почему наши лошади стоят в проходе?

Я протиснулась между теплыми лошадиными боками и подошла ближе.

– Начальник гарнизона лично обещал устроить их на конюшне.

– А-а-а, так вы из прибывших вчера магов! – протянул конюх и, прищурившись, посмотрел на лошадей за моей спиной. – Не слушаются они. Хотел выгнать их на улицу, не идут.

Я оглянулась на лошадей, бросающих на меня обиженные взгляды, а Мира щипала край моей куртки, будто хотела отодвинуть подальше от конюха.

– И не подумай, что я их обижал, даже не прикрикнул ни разу, а они все равно упрямятся, – бросил мужчина, вновь берясь за лопату.

– Просто, перед тем как выпустить их гулять, наш конюх всегда лошадок угощает сухарями, и они потом смирные и послушные, – усмехнулась я и достала уже знакомый лошадям мешочек.

Ко мне тут же потянулись четыре любопытные морды, стараясь ухватить то за рукав, то за край мешочка, чтобы получить свое угощение. Тихо посмеиваясь, я угостила лошадей и спрятала мешочек, поскольку эти проказники готовы были слопать все без остатка. Даже конюх бросил свою работу и с интересом наблюдал за нами.

– И что, теперь станут послушными? – полюбопытствовал он.

– А вы сами попробуйте, – предложила я и ссыпала ему в ладонь специально оставленные сухари.

Конюх недоверчиво прищурился, но все же вышел в проход и по очереди протянул каждой лошади по сухарю. Никто от угощения не отказался, а Мира первой уткнулась в его волосатую грудь головой, позволив погладить себя по гладкой лоснящейся шее, и тихо пофыркивала от удовольствия, искоса поглядывая на меня своим хитрющим глазом. Мужчина бросил на меня испытывающий взгляд и осторожно двинулся по проходу в сторону настежь распахнутых дверей. Лошади словно на веревочке потянулись за ним и послушно вышли на улицу, позволив завести себя в просторный загон.

– Так-то лучше, – сказал молодой конюх, закрывая за последней лошадью ворота и похлопав ее по крупу.

– Хорошо, что ты пришла, а то я и не знал, что с ними делать. У нашего старого конюха дочь сегодня замуж выходит, а я пообещал его подменить, только вот с вашими лошадьми сладить и не смог, – глянув на меня, улыбнулся конюх. Или не конюх?

– Я собиралась их почистить, если честно, – задумчиво отозвалась я, наблюдая за гуляющими в загоне лошадьми.

Мужчина улыбнулся.

– Не стоит, теперь я с ними справлюсь. Завтра Кайл сам будет здесь, а его все лошади слушаются, как родного, даже те, у которых крутой норов.

– Что ж, не буду вам мешать, у меня тоже дела.

Я посмотрела на мужчину и, кивнув ему, отправилась к Берту.

– Удачи тебе, – прилетело мне в спину.

Я обернулась и махнула рукой, а потом, быстро пробежав сквозь пустую конюшню, выскочила на улицу с другой стороны. Правда, тут же притормозила, потому что рядом с Бертом стоял начальник гарнизона или, как он сам себя назвал, сотник Витор и о чем-то с ним разговаривал. Лица обоих мужчин были донельзя серьезными. Я решила немного подождать, чтобы не вмешиваться в их беседу, и пристроилась на одной из жердин, огораживающих загон с лошадьми. Но меня уже заметили, сотник сам махнул рукой, предлагая подойти. Я вздохнула, поднялась на ноги и медленно приблизилась к пристально наблюдающим за мной мужчинам.

– Здравствуйте, – поздоровалась я и искоса глянула на Берта. – Что-то случилось?

– Случилось, – ответил за него Витор. – Нам нужна помощь целителя, и пока Арнеуса нет, кроме вас помочь не кому.

– Я бы с радостью помогла, но лучше всех в нашей группе это делает Лина. Возможно, она не откажется помочь, – чуть подумав, сказала я.

И это была чистая правда. Как боевой маг Лина, если честно, мало что из себя представляла, и с самого начала обучения была среди отстающих адептов. Не знаю, по каким причинам преподаватели до сих пор ее не отчисли и позволили доучиться до конца, но факт налицо. Зато Лина была самой лучшей в целительстве, наверное, вся причина в том, что род ее был как-то связан с эльфами, а они в этом деле спецы отменные. Я знала, что ректор и Валендор не раз предлагали ей перейти на факультет целителей, который имелся при Академии, но девушка, следуя каким-то своим принципам, упрямо держалась за факультет боевой магии и о переводе ничего слышать не желала. Хотя все преподаватели твердили, что Лина не боевой маг.

– Значит, твою подругу зовут Лина? – переспросил начальник гарнизона.

– Она мне не подруга, но целитель хороший, – поморщившись, кивнула я, что не укрылось от мужчин, которые удивленно на меня воззрились, но продолжения не дождались, поскольку мне не хотелось ничего объяснять.

– Чем-то она мне вчера на дочь нашего князя показалась похожей, – задумчиво протянул он.

– Дочь князя?

Теперь настал мой черед удивляться. И я бы не стала отрицать подобную возможность, уж слишком Лина отличалась от детей из простых семей, хотя старалась это не показывать.

Мужчина кивнул, задумчиво покручивая ус.

– Да. Несколько лет назад я был в княжеском доме и видел там большой портрет, где запечатлена вся семья. Думаю, ни для кого не секрет, что их род как-то с эльфами связан, и все потомки отличаются красотой и цветом волос. Так вот, ваша Лина очень уж на юную княжну Линнару похожа.

– Вы думаете, это она?

– Все может быть, – пожал плечами начальник гарнизона. – Правда, ходили слухи, что княжна была приглашена ко двору, принцесса пожелала видеть девочку среди своих фрейлин, да только Линнара до столицы так и не доехала, пропала. Долго ее по всему королевству искали, даже к оркам отправляли небольшое войско, но так и не нашли. Хотя через какое-то время князь успокоился, вроде как, нашлась беглянка.

Я промолчала из-за возникших подозрений – а вдруг Лина на самом деле дочь местного князя? Было как-то на первом курсе, после зимних каникул все ученики нашей группы вернулись, а Лины не было еще несколько декад. Никто не знал об истинной причине, по которой девчонка не приехала в Академию вовремя, нам просто сказали, что она болеет. Правда, когда она вернулась, я случайно столкнулась с Линой и ее отцом в кабинете учителя Валендора. Еще тогда я поняла, ее отец не простой человек, хоть и был одет в дорожный костюм, но какой это был костюм, несмотря на то, что выглядел довольно скромно, наверняка, был пошит на заказ, так как сидел точно по фигуре, и обошелся не в одну сотню золотых. А так же я обратила внимание на то, как в нем держался незнакомый высокий мужчина с волной свободно спадающих на плечи рыжеватых волос. Взгляд, осанку, манеры, отшлифованные годами общения с людьми из явно дворянского сословия, не так просто скрыть. Конечно, мне было только девять, но старая жизнь на тот момент еще не забылась, и я увидела в этом мужчине дворянина, как бы он не старался это скрыть. Тогда я не придала этому никакого значения, потому что юных магов из знатных семей в Академии было довольно много, но, к счастью, на обучение адептов титулы родителей никак не влияли. Будь ты хоть наследным принцем, наделенным магическим даром, все равно должен учиться и сдавать зачеты с экзаменами на общих условиях. Все студенты, попадая в стены Академии, считались равными, разделяло нас разве только одно – уровень дара и умение им управлять. Все.

Задумавшись, не сразу поняла, что мужчины давно обсуждают какие-то местные проблемы, а так как в этом ничего не понимала, потихоньку отошла в сторону и прислонилась спиной к нагретому солнцем дощатому навесу, под которым временно хранилось сено. Наверху что-то зашуршало, и вскоре мне на плечо спрыгнул пушистый рыжий кот, потершись об ухо, он громко заурчал и плавно перетек на подставленные руки. Я потискала нисколько не сопротивляющегося кота и вдруг услышала доносящийся со стороны хохот.

– Я гляжу, ты со всеми животными находишь общий язык! – засмеялся сотник, хлопнув при этом ничего непонимающего Берта по плечу. – Вчера она и Гарта усмирила.

– Не может быть! – не поверил тот. – Даже я его порой побаиваюсь. По-моему, у этого пса какие-то свои соображения насчет людей, и он не каждого жалует.

Я лишь плечами пожала, не намереваясь что-либо доказывать. Кот тем временем спрыгнул на землю, потерся о мои ноги и с важным видом удалился.

– Ладно, кошки и собаки подождут, – махнул рукой посерьезневший сотник. – Думаешь, подруга твоя не откажет в помощи?

– Не должна, – поморщившись, отозвалась я. – Можете зайти и у нее спросить.

– Хорошо, зайду чуть позже.

Витор кивнул нам и заторопился по своим делам.

– Если честно, я ее еще не видел, – сказал Берт и посмотрел на меня. – Может, пойдем домой, позавтракаем, а заодно ты познакомишь меня со своими друзьями?

– Пойдем.

– И что вы предлагаете? – спросил нас Берт, когда мы оказались за стенами деревянной крепости и немного углубились в просыпающийся лес.

Я переглянулась с Кристаном, и он хищно улыбнулся.

– Для начала мы предлагаем найти твоего отца, поскольку никто, кроме него, не знает, где находится разлом, – начала я.

– Но для этого нам потребуется твоя кровь, – закончил за меня приятель, – если ты не против, конечно.

Берт беспомощно оглянулся на Нортона, но тот только плечами пожал.

– Если они говорят, что нужна кровь, значит, так надо. Поверь, у магов много способов, чтобы что-то отыскать, но по большей части все они помогают с неодушевленными предметами, а вот живое существо проще найти, если имеется хоть какая-то личная вещь, к примеру, волосы, или, что еще лучше – кровь.

По лицу Берта было видно, что он практически ничего не понял из туманных объяснений Нортона. Приятель просто не мог сказать, что мы с Кристаном задумали использовать способности, доставшиеся ему от дедули вампира, который, кстати, до сих пор жив и здоров и обучил внука кое-каким премудростям. Например, как найти человека, используя его кровь. Я бы тоже так смогла, потому что являюсь анимагом, а вот Нортон нет, поскольку он человек без всяких секретов.

– А моя кровь точно подойдет? – усомнился сын Хранителя.

– Не волнуйся, подойдет, – кивнул ему Кристан, извлек из-за пояса тонкий ритуальный нож и принялся чертить на ровном участке земли магическую схему.

Я отошла в сторонку, чтобы не мешать. Моему же примеру последовали и Нортон с Бертом. Надо сказать, в лес мы попали только на следующий день после знакомства с сыном мага Арнеуса, потому что Берт вернулся тогда из леса, где пытался самостоятельно найти разлом (я удивилась, почему отец не открыл ему местоположение разлома, может, боялся, что сын натворит глупостей). Однако пробродив всю ночь по тайным отцовским тропкам, парень так ничего и не нашел, поэтому вернулся ранним утром домой, а тут такой нежданный сюрприз – явившиеся к его отцу на практику адепты из Академии боевой магии. Перезнакомившись с нами и наметив примерный план, Берт отправился отсыпаться. Возможно, это и к лучшему, поскольку в тот же день после обеда в дом Хранителя пришел Витор и попросил у Лины помощи. Ха! Надо было видеть ее лицо, когда девушка поняла, что загнана в угол, и ей не отказаться. Но помощь, действительно, требовалась пострадавшим от каких-то мелких тварей двоим солдатам, которые ночью обходили дозором крепость с наружной стороны и подверглись неожиданному нападению. К счастью, их крики услышали на одной из сторожевых башен и разогнали тварей горящими стрелами, а пострадавших срочно доставили в селение, где попытались самостоятельно помочь, просто постеснялись будить прибывших магов и просить их о помощи.

Я была рада тому, что нам так незатейливо удалось избавиться от общества Лины, заодно и парни могли работать с трезвой головой, а не делить между собой эту особу, поскольку даже Берт при первой встрече не мог отвести от нашей красавицы взгляд. Благо, при матери он стеснялся оказывать девушке более смелые знаки внимания, тем более, насколько мы смогли понять, у парня имелась невеста. Что же касается Нортона и Кристана, тут все было немного сложнее, но я не собиралась вникать в их отношения, к тому же Лина на следующее утро сама призналась ребятам про фальшивое кольцо, и вообще, она никому из них предпочтение отдавать не собирается, ровно как и объяснять свое решение. Но разве это их остановило? Поэтому на следующий день, как только Лина отправилась спасать пострадавших солдат, мы собрались в лес, получив в напутствие строгий наказ от Валии – вернуться в селение дотемна.

– В здешних лесах всегда тревожно было, но сейчас стало куда хуже из-за расползающихся от озера гивров, – сказала нам женщина, вручая сыну большую сумку с припасами. – Берегите друг друга, дети.

Мы не стали возмущаться тем, что нас назвали детьми, а быстренько простились и сбежали в лес, тем более с нами был, пусть еще не совсем опытный, но все же неплохо знающий леса проводник.

– Итак, схема готова.

Кристан поднялся с колен и отряхнул прилипшие к штанам травники.

– Осталось дело за малым.

Он повернулся к Берту и протянул ему руку.

– Кровь, нам нужна твоя кровь, – противным голосом произнес он, создав на своем лице иллюзию острых вампирских клыков.

– Я тоже так умею! – усмехнулся парень и изобразил нечто невообразимое, от чего у Кристана резко побелело лицо.

– Не показывай больше такое, – попросил он и осторожно провел лезвием ножа по смело подставленной ладони Берта.

Потом Кристан перехватил руку парня за запястье и вытянул ее над рисунком таким образом, чтобы кровь из раны капала аккурат в его центр. Когда, по его мнению, крови оказалось достаточно, Кристан руку отпустил и, вынув из кармана обычный камушек с маленькой дырочкой, положил его туда же. Тогда за дело взялся Нортон. Он положил ладони на крайние линии магического рисунка и прочел поисковое заклинание. Я не стала смотреть, что происходило дальше, ведь сама несколько раз использовала этот способ, и так называемая магия крови всегда работала безотказно.

– Карту! – потребовал Нортон и, подвесив камень на тонкий ремешок, вытянул руку над поспешно расстеленной Бертом картой.

– Маятник? – удивился сын Хранителя и, не дыша, уставился на замерший камень.

– Что-то вроде того, – тихо отозвался Кристан, подходя к Нортону со спины.

Несколько минут ничего не происходило, и мне даже показалось, что Берт разочаровался в наших навыках. Но вскоре камушек дрогнул и начал медленно раскачиваться. Нортон стал перемещать руку над картой, пока над одним местом, помеченным какими-то непонятными знаками, сделанными рукой самого Хранителя, камушек не замер, словно кто-то невидимый схватил его рукой.

– Стало быть, здесь находится твой отец, – пошевелив бровями, изрек Кристан.

– Кстати, а что там находится? – спросил нахмурившегося Берта Нортон, заглядывая ему в лицо.

– Отец говорил, что когда-то там было логово отступников, – нехотя отозвался парень и сжал кулаки.

Я похлопала его по широкому плечу и сказала:

– Не переживай, не думаю, что отступники вновь появились в здешних местах, все же во время последней войны им сильно досталось.

– Это точно, – поддержали меня приятели, и Нортон резко поднялся на ноги.

– Только стоит поторопиться, потому что путь не близкий, а бродить в ночи по вашим лесам я бы не хотел, – сказал он, подбирая с земли карту и наматывая шнурок с камнем на запястье Кристана. – Ты что-нибудь чувствуешь?

Кристан усмехнулся, поднес руку к лицу и облизал камень. Потом он надолго закрыл глаза и даже начал раскачиваться из стороны в сторону. Берт смотрел на парня, как на больного, но молчал, а мы с Нортоном только усмехнулись. Вот вам и способности Кристана, доставшиеся ему от вампиров, в действии.

– Хранитель жив, но сильно изранен. Ты прав, Нортон, нам стоит ускориться.

Кристан распахнул глаза и посмотрел на Берта.

– Мы сможем проехать туда на лошадях?

– Думаю, да.

– Отлично! – обрадовался Кристан и повернулся ко мне. – Селена, тебе придется вернуться в крепость и привести наших лошадей.

– Нет, я сам схожу. Так будет быстрее, – перебил его Берт и зашагал прочь, даже не подумав выслушать наше мнение.

Через полчаса, это время мы коротали, устроившись под старой елкой и болтая о всякой ерунде, вернулся Берт, ведя в поводу наших лошадок. Сам он восседал на сером жеребце, который был выше наших гнедых скакунов.

– Спасибо, – бросила я, заскакивая на Миру, успевшую проверить мои карманы и получить припасенное там яблоко.

Берт только рукой махнул и направил своего коня на север, в самую глубь леса. Следом за ним пристроился Кристан, держа камушек в вытянутой руке, за ним ехала я на весело вышагивающей Мире, а замыкал нашу процессию задумавшийся над чем-то Нортон.

До бывшего убежища отступников добрались мы только к вечеру, когда косые лучи заходящего солнца рыжими бликами легли на самые макушки старых деревьев и разукрасили редкие облачка, видимые сквозь листву, в розово-золотые цвета. А вот в глубине леса стал медленно расползаться туман, поднимающийся над болтом, подступающим почти вплотную к высокому земляному валу, поросшему деревьями, искривленными темной, все еще ощущаемой в пространстве силой. Мы столпились у его склона и в недоумении осмотрелись.

Надо сказать, добирались мы так долго только потому, что Берт сильно преувеличил проходимость тропы, по которой мы вынуждены были двигаться. Несколько раз нам пришлось огибать завалы из поваленных бурей деревьев, а также прибегать к помощи магии, поскольку лошади нервничали и не хотели идти по подтопленной черной водой тропе. Пешком нам тоже пришлось прогуляться, когда неожиданно на нашем пути встал густой ельник, где елки стояли настолько близко друг к другу, что их спутанные меж собой колючие ветки образовывали непреодолимые стены. Приходилось с помощью магии раздвигать ветки и едва ли не силой тянуть в образовавшийся тоннель упрямившихся лошадей. К счастью, вовремя выуженные из заветного мешочка сухари решили проблему.

Один раз нам повезло вовремя унести ноги от огромного медведя, который при виде чужаков встал на задние лапы и громко заревел. Нда, бурый мишка это не собака или кошка, и приручить дикого зверя труднее, хотя по взглядам парней я поняла, именно этого они от меня и ожидали.

– Вы с ума сошли?! – фыркнула я и просто отвела медведю глаза, соблазнив его возникшим из ниоткуда густым малинником.

Пока зверь сообразил, что перед ним только морок, мы успели затеряться меж деревьев и пустили лошадей галопом, благо тропа в этом месте позволяла ускориться. Когда впереди показался высокий земляной вал, я прокляла все на свете, уже предчувствуя – лошадей туда придется втаскивать едва ли не на себе. Но неожиданно Кристан остановил своего коня и спрыгнул на землю.

– Это здесь, – спешившись следом за ним, сказал Берт и огляделся по сторонам. – Только отец никогда не показывал мне, где находится вход.

– Это не проблема! – усмехнулся Кристан, вытягивая руку перед собой.

Камень, висевший все это время неподвижно, вдруг начал раскачиваться. Наш приятель закрыл глаза и замер. Пока Кристан определял, где находится вход в логово, я спешилась и прошлась немного вперед, где у склона рос пышный кустарник. Мне показалось, будто на земле рядом с ним что-то лежит. И оказалась права, когда подняла небольшую холщовую сумку на длинной лямке.

– Смотрите, что я нашла! – крикнула столпившимся вокруг Кристана парням.

– Это сумка отца.

Берт тут же опознал вещь и подошел ко мне.

– Кровь.

Нортон присел рядом с кустами и сорвал несколько длинных узких листьев, на которых имелись подсохшие бурые пятна.

– Скорее, я нашел вход!

Кристан стремительно обошел кусты и скрылся где-то за ними. Не сговариваясь, мы нырнули вслед за приятелем в узкий, скрытый травой и кустами лаз. Вопреки ожиданиям, он был достаточно широк и высок, что позволяло беспрепятственно и быстро по нему продвигаться.

– Не спешите!

Я придержала парней, схватив их за подолы курток.

– Отступники могли напичкать ход ловушками.

– Нет никаких ловушек, отец давно их обезвредил, – покачав головой, сказал Берт и зажег над головой небольшой светлячок.

– Тогда я пойду вперед.

Кристан обогнул парня и зашагал по проходу вперед. Берт и Нортон пристроились за его спиной, оставив, таким образом, меня в самом конце цепочки. Сначала я хотела возмутиться, но, подумав, не стала. В конце концов, учитель хотел, чтобы эти молодые маги принимали активное участие при выполнении доставшегося нам задания. И глядя на то, как серьезно и даже профессионально действуют друзья, я решила не геройствовать, а просто плыть по течению. Вмешаюсь тогда, когда потребуется моя помощь. Поэтому я неслышно ступала за парнями и временами рассматривала открывающиеся в стенах подземного хода провалы.

Скудного света вполне хватало, дабы избегать столкновения с торчащими из потолка корнями деревьев и не использовать магический светлячок. Под ногами что-то похрустывало, и я с удивлением заметила на плотно утоптанном земляном полу множество маленьких скелетов, то ли мышиных, то ли птичьих. Останавливаться и разглядывать их более подробно мне не хотелось, да и парни торопились найти в подземелье раненого Хранителя.

Вскоре мы остановились у развилки. Подземный ход в этом месте делился на три рукава, разбегающихся лучами в разные стороны.

– Придется разделиться, – подумав, сказала я.

– Да, придется, потому что камень не показывает, где точно находится маг, – согласился со мной Кристан. – Но для начала предлагаю обследовать боковые проходы, и если там Хранителя не окажется, тогда встретимся здесь и все вместе осмотрим то, что находится в среднем.

– Хорошо.

Берт и Кристан скрылись в левом, пустив вперед яркий светлячок, мы же ступили в свой, который через какое-то время расширился и вывел нас в небольшой круглый зал, обставленный по кругу мощными деревянными скамьями, а в центре стоял большой круглый стол. Все было покрыто толстым слоем пыли и земляными комьями, скорее всего, время от времени они падали с потолка, обнажая торчавшие оттуда, как корявые пальцы какого-нибудь чудовища, корни деревьев.

– Жутковато здесь, – поежился Нортон, когда я метнула со своих пальцев несколько искорок, и на вбитых в стены металлических светильниках заплясали робкие языки живого огня.

– Да, неприятно, – согласилась я и, обогнув стол, направилась к противоположной стене, где имелся еще один вход, некогда скрытый занавеской из темного бархата, которая давно истлела и сиротливой тряпкой валялась у входа.

Заглянув в неширокий проем, я усмехнулась, поскольку в открывшемся моему взору помещении был размещен чей-то рабочий кабинет, обставленный множеством шкафов, на полках которых кроме паутины, заметила остатки давно развалившихся рукописей и свитков. Какая-то их часть валялась на полу, сброшенная в одну большую груду, и сквозь покрывающую их грязь можно было различить следы, оставленные огнем. Наверняка отступники перед тем как оставить свой штаб, пытались избавиться от важных документов, но не успели.

– Селена, смотри, тут даже артефакты остались, – окликнул меня Нортон, открыв спрятанный за высокой спинкой кресла потайной шкафчик.

Я приблизилась, чтобы лучше рассмотреть темно-синий кристалл, по форме напоминающий вытянутое яйцо, помещенное на подставку из серебра, выполненную в виде когтистой лапы с вставками из неизвестного черного металла. Я протянула к артефакту руку и тут же отдернула.

– На твоем месте я бы тут ничего не трогала, – покачала я головой, глядя на Нортона, который тоже хотел прикоснуться к артефакту. – Черная магия – это не детская забава.

– Ты думаешь, магия еще действует? – поинтересовался приятель и, смахнув с бархатной, местами уже основательно подпорченной грызунами обивки кресла пыль, с важным видом в него уселся.

Кресло не выдержало такого издевательства над собой, его задняя резная ножка подломилась, и оно резко накренилось в сторону. Нортон, чтобы не упасть на пол, успел схватиться за столешницу, сдвинув ее с места. За нашими спинами с легким шелестом исчезла часть стены, которую я на первый взгляд посчитала такой же земляной, как и все вокруг. В образовавшемся проходе, убегающем куда-то во тьму, стали один за другим вспыхивать развешанные по стенам факелы, освещая крутую лестницу, ведущую вниз.

– Тайный ход? – удивился Нортон и первым сунулся в проход.

– Не думаю, что это хорошая идея, – сказала я и постаралась схватить его за подол куртки, чтобы вытянуть обратно, но Нортон заупрямился.

– Давай хоть одним глазком глянем, что там и вернемся обратно, – бросил на ходу парень, уже начав спуск по неровным ступеням, которые так и норовили обвалиться под нашими ногами.

– Нортон! – зарычала я, догоняя приятеля на узкой площадке, где лестница делала резкий поворот.

– Неужели тебе самой не интересно?

– Интересно, но мы сюда не за этим пришли! – огрызнулась я, прыгая со ступеньки на ступеньку и пытаясь не собрать на голову паутину, свисающую с потолка.

– Смотри, – прошептал Нортон и резко остановился.

Я не успела вовремя затормозить и толкнула приятеля в спину, от чего он вынужден был соскочить с последней ступеньки на покрытый черными плитами пол. Нортон недовольно заворчал и попятился назад.

– Да, глупая была идея явиться сюда, – сказал он, пытаясь отодвинуть меня в сторону. – Пойдем отсюда.

– Подожди.

Теперь я заупрямилась и выдвинулась немного вперед, рассматривая просторный зал с зеркальными стенами и высоким потолком, теряющимся во мраке. В центре зала, где пол покрывали непонятные магические знаки, нанесенные белой и красной красками между выдолбленными в камне бороздками, образующими восьмиконечную звезду, лежал, скрутившись кольцами, огромный змей. Его массивную голову украшал венец из роговых наростов, а глаза были закрыты плотными веками. Тело василиска покрывала крупная чешуя черного и красного цвета, которая слегка топорщилась в разные стороны своими неровными заостренными краями, делая змея похожим на ежа.

– Кто это? – не дыша, спросил меня Нортон. – Таких тварей я еще не видел.

– Василиск, – отозвалась я, отходя чуть дальше от лестницы. – Мы встречались с ними на последней войне с отступниками.

– С ума сошла, а если он проснется?

Нортон попытался схватить меня за руку, но для этого ему пришлось вновь спуститься в зал.

– Селена, иди сюда.

– Не бойся, Нортон, этот василиск уже не страшен, – усмехнулась я и смело приблизилась к застывшему в вечном сне василиску. – Этот змей мертв.

– Мертвый василиск? Откуда такая уверенность? – не поверил мне Нортон и даже вздрогнул, когда я погладила морду змея.

– Нортон, – развеселилась я, – оглянись по сторонам. Что ты видишь?

– Зеркала, – ответил он, разглядывая в одном из них свое отражение. – Но какое они имеют отношение к этому василиску?

– Чем вы слушали, когда в Академии нам рассказывали о василисках? – усмехнулась я и тут же пояснила:

– Нам же рассказывали о том, что они убивают взглядом, обращая все живое в камень, но при этом и сами погибают от своего взгляда, если перед ним выставить зеркало. Можно сказать, оно единственное действенное оружие против василиска. Но не переживай, эти змеи давно не водятся в нашем мире.

Нортон промолчал на мое замечание и, подойдя к василиску, осторожно коснулся рукой его головы.

– Холодный, – удивленно выдохнул приятель и постучал по острому клыку, торчащему из пасти василиска.

– Потому что внутри он каменный, – наблюдая за ним с легкой полуулыбкой, сказала я. – Только осторожно с зубами, все же василиски очень ядовиты.

– Думаешь, отступники его призвали специально? – полюбопытствовал парень, но руки спрятал за спину.

– Возможно.

Я пожала плечами и резко развернулась в сторону, уловив еле слышный шорох, и прижала палец к губам Нортона. Его глаза удивленно вытаращились на меня, но я только головой покачала, намекая, чтобы он помолчал. Шорох повторился вновь, а потом послышался стон. Мы переглянулись и осторожно двинулись на звук. Нортон достал из наспинных ножен меч, я тоже вооружилась, зажав в ладони приготовленное атакующее заклинание.

Мы дошли до конца зала и только тут заметили, что между стеной и зеркалами, выставленными по кругу, имеется узкий проход, из которого торчала чья-то нога в добротном кожаном сапоге. И этот кто-то был еще жив. Уж мне, как анимагу, достаточно было одного взгляда на ауру незнакомца.

– Посмотри, кажется, это и есть местный Хранитель, – бросила Нортону и запустила в проход несколько светлячков, они осветили лежащего на спине рослого широкоплечего мужчину – он смотрел на нас с некоторой опаской.

– Вы Арнеус? – обратилась к нему, подмечая, что его вторая нога вывернута в сторону, и штанина пропитана кровью.

Маг только кивнул и застонал, когда попытался сесть. Я обернулась к Нортону.

– Иди за подмогой. Вдвоем мы не сможем вытащить Хранителя, потому что у него сломана нога. Я останусь здесь, посмотрю, чем можно помочь.

Нортон окинул меня испытывающим взглядом и неуверенно потоптался на месте, глядя то на меня, то на мага.

– Ты уверена? – тихо спросил он.

Я кивнула и махнула рукой, чтобы приятель поторопился, а сама приблизилась к Хранителю.

– Вы позволите осмотреть вашу рану? – спросила мужчину, продолжавшего хранить молчание.

– Кто ты, девочка? – прохрипел он, кивком разрешая мне приступить к осмотру. – И как вы здесь оказались?

– Мы студенты из теренской Академии, прибыли два дня назад к вам на практику и от вашей жены узнали, что вы пропали, – отозвалась я, распарывая ножом штанину и раздвигая ткань в сторону.

– Плохо дело? – поинтересовался маг, заметив мое лицо.

– Неважное.

Я сморщила нос, осматривая потемневшую кожу вокруг рваной раны, из которой торчала кость. Нда. Ткани припухли и загноились от попавшей в рану грязи. Да и запах разложения говорил сам за себя.

– Вам нужна срочная помощь, иначе вы рискуете остаться без ноги, но в этом месте я мало чем могу вам помочь, потому что лечить рану магией уже поздно. Придется удалить омертвевшие ткани, вот только для этого нужно вернуться в Приозерье.

Я глянула на хмурое лицо Хранителя и протянула ему флягу с водой и сухарь.

– Вам нужно хоть немного перекусить, но это все, что у меня есть.

– Спасибо, – глухо отозвался Арнеус и жадно присосался к моей фляге.

– Как вы здесь оказались? – поинтересовалась, накладывая на ногу Хранителя обезболивающее заклинание.

– В тот день я отправился к разлому, хотел кое-что проверить, но оттуда выскочила какая-то жуткая тварь и бросилась на меня, – с трудом проговорил мужчина и вновь сделал большой глоток воды. – Я попробовал одолеть ее магией, но не преуспел. Пришлось спасаться бегством, да только то чудовище намного быстрее и смогло нагнать меня там, снаружи. Я забрался на верхушку вала и, когда тварь почти меня настигла, вдруг провалился под землю. Летел долго, упав, неудачно подвернул ногу, в итоге получил перелом. Но тогда я об этом не думал, старался выбраться наружу. Да куда там? Высота большая, а мне с такой ногой только по стенам лазить. Пришлось искать другой выход. Я бывал здесь несколько раз, был уверен, что смогу выбраться и не смог. Честно, сказать, я уже с жизнью простился, поскольку и не надеялся на спасение. А тут вы.

– Отец! – позади меня раздался обеспокоенный голос Берта, который ворвался в зазеркальный проход, едва не сбив их. – Хвала Богам, ты жив!

– Сынок!

Маг облегченно выдохнул и улыбнулся.

– Как вы меня нашли?

– Это все они. Без их помощи я бы не смог тебя найти, вот что значит, настоящие маги.

Парень махнул в нашу сторону и помог своему отцу сесть.

– Спасибо вам, ребята, – поблагодарил нас Арнеус и поморщился, когда в освобожденный проход вошли мои приятели и помогли Берту вытащить мага наружу.

– Рано нас благодарить, – усмехнувшись, отозвался Кристан. – Нам еще предстоит вернуться в крепость, а на улице ночь давно.

– Ничего, доберемся, – уверенно отозвался Берт и, подхватив отца под руку, на пару с Нортоном повел его в сторону лестницы.

– Зачем такие сложности?

Я встала на пути у покрасневших от натуги ребят, потому что Хранитель мужчиной был крупным, и тащить его было нелегко.

– А что ты предлагаешь? – прохрипел Нортон, сдувая с лица челку.

– Дайте мне руки, – попросила я, вытянув свои раскрытые ладони в направлении приятелей.

– Объединение? – уточнил Кристан и первым сжал мою ладонь.

Нортон последовал его примеру. Мы дружно прикрыли глаза, настраиваясь друг на друга и отправляя в призванное мной заклинание нашу общую силу, которая мощными кольцами обвилась вокруг тела мага и приподняла его над полом.

Открыв глаза, я едва не рассмеялась, заметив, как на нас смотрит Берт.

– Вот это настоящая магия, сын, – похлопал его по плечу отец.

Парень только головой кивнул и промолчал. А я удивилась про себя – почему такой сильный маг не прошел обучение в магической школе? Почему отец, будучи магом, не отправил сына учиться? Для меня это было немного странно, но расспрашивать отца и сына не рискнула, каждый имеет право на свои тайны и секреты.

Глава 3

Было раннее утро, когда мы столпились недалеко от того места, где десять дней назад нашли раненого Хранителя. Этого срока вполне хватило, чтобы залечить не только загноившуюся на его ноге рану, но и сломанную кость. Привлекать к лечению мага Лину мы не стали, поскольку было бы несправедливо спихивать на ее хрупкие плечи заботу о Хранителе, так как ей хватало хлопот с раненными солдатами, и благодаря ее стараниям они быстро шли на поправку. Мне на подмогу были призваны Нортон, Кристан и Берт, которым хоть и выпало исполнять роль мальчиков на побегушках. К счастью, они спорить не стали и старательно выполняли не только мои поручения, но и просьбы Валии, жены нашего куратора по практике. И их помощь оказалась очень даже кстати, потому что справляться двум хрупким женщинам с довольно крупным мужчиной было тяжеловато, да и возмущаться парни не стали, понимали – мага нужно спасать. Кстати, Валия оказалась замечательной травницей, и вместе с ней нам удалось справиться с вставшей перед нами задачей. Составленные и приготовленные ею зелья, приправленные моей целебной магией, дали поразительный результат – отмершие ткани, которые нам пришлось удалить, чтобы очистить рану, практически полностью восстановились, и на ноге Арнеуса остался только небольшой шрам, напоминающий о полученной им травме.

И вот мы уже выбрались с ним в лес, чтобы осмотреть то место, где образовался разрыв в пространстве между мирами. Птицы просыпались и чирикали где-то в кронах старых деревьев, только у земляного вала они не селились, чувствовали остаточную черную магию и всячески ее избегали. Даже трава, растущая на крутых склонах холма, была блеклая, чего в первый свой визит сюда я не заметила.

– Далеко отсюда разлом? – полюбопытствовал у мага Нортон.

– Нет, вон там.

Арнеус махнул рукой вперед, где росли невысокие покореженные неизвестной силой деревца.

– Та тварь недалеко меня загнала.

– Что ж, будем надеяться, в этот раз на нас никто не набросится, – сказала я.

Кристан кивнул.

– Это точно. Нам нужно постараться закрыть его как можно скорее, потому как время наше подходит к концу, и через несколько дней мы должны будем вернуться в Академию.

Хранитель понятливо кивнул и первым двинулся в сторону разлома, попросив нас, быть как можно осторожнее. Берта, хоть он и сопротивлялся, мы задвинули себе за спины, чтобы в случае опасности парень не оказался под прицелом наших боевых заклятий. Как бы силен и умен ни был его отец, в полной мере обучить сына магическим премудростям он не смог.

Один раз я осмелилась и спросила Берта:

– Почему ты не обучался в магической школе?

– Не довелось, – нехотя отозвался он, искоса поглядывая на свою мать, которая в это время возилась у печи. – Да и поздно уже.

– Чушь какая! – фыркнула я. – В Академии частенько появляются взрослые маги, они в качестве вольных слушателей посещают лекции вместе с адептами. Конечно, дипломов об окончании им никто не выдает, зато это замечательная возможность повысить уровень своих знаний.

– Селена!

Хозяйка дома, прислушивающаяся к нашей беседе, вдруг со стуком поставила на стол большой горшок и смерила меня предупреждающим взглядом.

– Я безмерно благодарна вам за спасение моего мужа, но прошу, не смущай моего сына напрасными надеждами. Нечего ему делать среди адептов Академии. И это мое последнее слово.

Тогда я удивилась резкой реакции женщины на мои слова, но в тот же день, меняя повязку на ноге Хранителя узнала, отчего Валия так категорична в своем решении. Арнеус, находившийся в соседней комнате и слышавший наш разговор, поведал мне о том, что некогда Валия была невестой ректора Академии и даже собиралась за него замуж. Правда, между ними произошло нечто такое (в подробности Арнеус не вдавался), что вынудило девушку отказаться от его предложения. С тех пор между двумя влюбленными пролегла пропасть, и Валия стала недолюбливать магов. Хотя это не помешало ей через несколько лет выйти замуж за мага из Приозерья, который на тот момент Хранителем еще не был и грезил о странствиях. Однако когда у молодой пары родился сын, они вернулись в пограничное селение, где Валия поставила мужу условие – их сын никогда не поедет обучаться магическим искусствам. Пришлось ему согласиться, поскольку в тайне он надеялся, что с годами нелюбовь его жены к магам сойдет на «нет». Он ошибся. И когда в их сыне пробудился дар, был вынужден самостоятельно обучать его всем премудростям, что не принесло ожидаемых результатов. Берт, конечно, все схватывал на лету, но Арнеус не был учителем, о чем не раз говорил жене.

Случилось чудо, Валия вняла словам мужа и согласилась отправить сына на обучение, но не в теренскую Академию боевой магии, а в обычную школу магов, каковая имелась в столице Катарии.

– Ты, знаешь, – сказал маг, – если бы я знал, что там нашего сына втянут в заварушку, и в итоге пострадают невинные люди, ни за что его туда не отпустил. Ведь Берт и года не отучился, когда его новые приятели толкнули на дурной поступок.

Рассказывать магу было неприятно, и я сама предложила ему не описывать подробностей той темной истории. Пусть это будет их тайной.

Хранитель улыбнулся.

– Но насчет вольных слушателей ты права. Как только Берт станет совершеннолетним и освободиться от нашей опеки, я сам предложу ему этот вариант. Мне нужен достойный приемник, а для этого нужны хорошие познания в магии.

На этом мы и разошлись. Но с Бертом я больше на данную тему не разговаривала. Зачем соваться в чужую семью и своими речами настраивать их друг против друга?

Внешне разлом в пространстве никак не проявлялся, пока я не взглянула на него внутренним взором. Ткань или, как еще ее называют, материя мира, почернев и истончившись, свисала хлопьями по краям разрыва (что больше напоминало старую рваную тряпку), и сквозь него в наш мир переливалась темная энергия из нижнего мира, от которого нас отделяла клубящаяся в разрыве дымка. Растительность вокруг была мертва и усеяна мелкими трупами невиданных нами до этого существ, более походящих на помесь пауков и еще кого-то рогато-хвостатого. Маги, побывавшие в нижних мирах, в один голос твердят, там можно встретить таких существ, что увидев их, рассудок просто отказывается принимать подобные формы жизни, и начинает казаться, будто мир сошел с ума. В какой-то мере так и есть.

Нижние миры всегда считались экспериментальными. Там правят свои боги, зачастую изгнанные за какие-то проступки из более развитых миров. Туда же уходят чокнутые маги (в основном практикующие темную магию или некромантию), которым нравится ставить опыты на разумной жизни, существующей повсюду, даже в нижних мирах. Возможно, поэтому искореженные чужой волей существа столь агрессивны и опасны не только по отношению к другим, но и к себе подобным. Нам постоянно твердили – существа из нижних миров практически не уязвимы, их нельзя одолеть никаким оружием, да и магия против них не всегда помогает. Этих существ создают с одной целью – убивать и порабощать развитые и богатые миры. И никто не в силах объяснить – зачем отступникам это нужно.

Здесь не пели птицы, стояла какая-то мертвая тишина. Вроде, позади нас жизнь леса текла своим чередом, но здесь, будто отделенная невидимой гранью, она просто исчезла, оставив после себя только отмирающую ткань мира и разрушающиеся сами по себе деревья, которые от одного неосторожного прикосновения осыпались пылью.

– Я выставил щит, чтобы замедлить расползание этой мерзости, но моих усилий оказалось недостаточно, – объяснил нам происходящее Хранитель.

– Тогда поставим новый щит, так и работать будет проще, – отозвалась я.

Мы окружили место разрыва и, схватив друг друга за руки, начали читать заклинание, призывающее не просто щит, а выстраивающее мощный купол с прочными стенками, которые врастая в мертвую землю, вздымали вверх облачка серой пыли. Мы остались за пределами купола и немного отступили в стороны, поскольку он немного увеличился, охватив весь пораженный участок, и неподвижно замер. Только невооруженным взглядом было видно, как по стенкам пробегают неяркие всполохи силы и угасают, достигнув округлой вершины купола. Это нужно было только для того, чтобы во время приготовлений из разлома на нас никто не набросился.

Не тратя время на пустую болтовню, мы сначала очистили землю вокруг купола и начертили треугольник, на вершинах его появились руны, обозначающие объединение, исцеление и замок. Весь рисунок был заключен в круг и замкнут на символе замка, ведь нам нужно было не только срастить разорванную материю мира, но и закрыть разрыв, навесив на него специальную печать. Закрывать разрывы не так сложно, как кажется, просто это требует огромных сил, поэтому зачастую к такой работе привлекают целые группы магов, которым приходится объединять свои силы.

Когда все приготовления были закончены, мы заняли заранее обговоренные позиции и вытянули руки в стороны. Берту, как и Лине (хотя радости от посещения леса на ее лице не было), тоже пришлось встать в круг. Трое стояли на пересечениях треугольника с кругом, трое в промежутках, как бы образуя еще один невидимый треугольник, вырисовывая при этом шестиконечную звезду. С помощью этого знака можно как пробить проход, так и закрыть его. Такая двоякая у него функция.

Мы сняли защиту, и из наших рук потекла магия, белыми и синими нитями сплетаясь в мощный поток, который постепенно стал заполнять линии рисунка, от чего земля у нас под ногами слегка подрагивала. В центре круга, прямиком под местом разрыва, набирало силу свечение. По мере наполнения магией оно становилось все ярче и выше, пока в небо не ударил огромный столп света, заслонив от нас все происходящее в его сердцевине. Мы закрыли глаза, но так даже лучше было видно, как постепенно под воздействием исцеляющего света разрыв начал затягиваться. Рваные края притягивались друг к другу, будто сшиваемые между собой невидимой иглой, сравнялись и посветлели.

Неожиданно, когда разрыв почти закрылся, из узкой щелки выскочило большое существо (и как оно умудрилось протиснуться?), телом похожее на паука с длинным хвостом, оканчивающимся острым жалом, и мордой то ли собаки, то ли крысы, во рту которой вместо клыков были видны паучьи жвала, и почему-то бросилось именно на меня. Я не растерялась и встретила его мощной огненной волной, вмиг испепелившей редкие серые ворсинки, покрывавшие до этого уродливую голову неизвестного существа. Оно взревело, размахивая хвостом, и стало наступать на меня всеми своими восемью ногами. Его маленькие глазки смотрели только на меня, и ни на кого больше.

«Чем я так не угодила это твари?!»

Додумать я не успела, потому что это паукообразное существо оттолкнулось и прыгнуло на меня. Не знаю, как удалось отпрыгнуть в сторону и упасть на живот, попустив над собой огромное тело. Просто повезло, наверное. Паук (как я все же решила) пролетел мимо, вцепился своими лапами в деревья и, медленно перебирая ими, развернулся ко мне. Его нос (невообразимо!) шумно втягивал воздух, а ядовитые, судя по всему, жвала вылезли изо рта, обезобразив и без того страшную морду. С них сочилась слюна и капала на живую траву, которая тут же увядала.

– Боги, что это? – удивленно выдохнул за моей спиной Берт, подхватив меня за подмышки, вздернул вверх и поставил на ноги.

Ох! Зря он это сделал, поскольку паук тут же меня заметил и совершил длинный скачок в нашу сторону. Я не закричала только потому, что читала одно из самых своих излюбленных заклинаний, отбегая назад и швыряя в морду ледяные копья, которые, к сожалению, не нанесли твари ожидаемого ущерба. С другой стороны, где стоял Хранитель, в паука полетело мощное атакующее заклинание, впившись в округлое тело мощным электрическим разрядом. Тварь взвыла так, что лично у меня по телу побежали мурашки. Пока она крутилась на месте, шустро переставляя свои паучьи лапы, я толкнула Берта, заставив его отступить назад под укрытие деревьев. Тот же маневр повторили все, кто находился рядом с нами. Я оглянулась на белую, как полотно, Лину, и покачала головой, когда Нортон выхватил из ножен меч. Нет, такую тварь вряд ли можно одолеть оружием. Приятель с сожалением вогнал меч обратно в ножны и потянул замершую столбом Лину за собой в чащу леса. Девушка передвигалась, как сомнамбула, огромными глазами глядя на приближающегося к нам паука. Толстые стволы деревьев служили ему хорошим подспорьем, позволив забраться повыше и шустро перебираться по ним. Тварь наступала, обламывая ветки и издавая какое-то непонятное пыхтение. Ее хвост загибался вниз, и в пробивающихся сквозь листву солнечных лучах поблескивало острое жало.

– Бегите! – закричал Арнеус, когда паук оттолкнулся всеми лапами и упал рядом с нами, выпустив в нашу сторону две тонкие струи яда.

К счастью, ни на кого не попало. Мы бросились бежать, закрывая лица руками от хлещущих по ним упругих веток. Паук бросился за нами, яростно вереща. Топот его лап действовал на нервы, потому что этот гад продолжал бежать и почему-то именно за мной. И, кажется, я поняла, в чем дело. Если пауку досталась собачья голова, его интерес мог означать только одно – он чувствовал во мне кошку и просто не мог справиться с инстинктами, потому и гнался за мной, как это делают некоторые нормальные собаки.

Поняв это, я струхнула, поскольку понимала – долго бегать от этой твари не смогу, а заклинания его не берут.

– Селена, берегись! – закричал Кристан, огибая мчавшегося за мной паука по дуге.

Я вовремя пригнулась, и рядом со мной на дерево попала очередная струя ядовитой слюны, от которой кора на дереве почернела и скукожилась, обнажив поврежденную древесину. Боги, откуда у этой твари столько яда? И что будет, если яд попадет на мою кожу? Страх подхлестнул меня посильнее, чем лошадь вожжи.

Деревья замелькали с удвоенной силой. Я неслась через лес, не чувствуя под собой ног. За моей спиной трещали деревья, и падали вниз обломанные паучьим телом ветки. Перепуганные неожиданным вторжением птицы с громким криком разлетались в разные стороны. В лесу стоял гвалт из птичьих криков и рева преследующей меня твари. Ребята давно отстали, оставшись где-то позади.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.