Случайно подслушанный разговор

Отправляясь на рынок за специями для анисовых лепешек, Марика слегка недоумевала: «Как же мало я знаю свой родной город! Еще меньше я знаю о людях, проживающих в нем. И, странное дело, почему-то совсем нет желания заглянуть в их сердца и узреть, что там происходит. Неужто я так занята собственной персоной, что совсем не остается времени подумать о других? Или мне не интересна тема людского рода? Но как я могу быть настолько отдалена от чаяний человечества, если сама принадлежу к земной обители? Что во мне не так?».

В небе кружили птицы, как не озвученный призыв оторвать нос от земли, но Марика их не замечала; подумаешь, что-то там, в вышине, выписывает круги! Ей бы рассмотреть то, что под ногами… А под ногами была высокая трава, в которой терялись маргаритки и колокольчики, да извилистая тропинка, пролегающая по известному маршруту.

Марика чувствовала себя одинокой, подавленной, отделенной от всех и каждого, но не представляла, какими должны быть ее действия, чтобы ситуация изменилась и окрасилась цветом гармонии. Быть может, стоит сосредоточить усилия на усовершенствовании своего мастерства в лепке фигурок богов и богинь, животных и растений? – тогда и пойдет прирост достатка, что послужит значительным поводом для радости. Марика усмехнулась пришедшей в голову идее об увеличении золота в личном пространстве: хотя по факту у нее была нужда в деньгах, она не испытывала в них потребности; душу волновали иные категории.

Все же странно, почему-то именно сегодня горечь особенно разъедала сердце. В чем причина? Скорее всего, загвоздка содержится в атмосфере сна, который привиделся нынче ночью. Во сне Марика была удивительно веселой, беспечной, гармоничной, живой и настоящей. Действительность резко контрастировала со сном: Марика чувствовала себя не юной и полной живительных сил девушкой, а удрученной опытом громоздких переживаний старушкой. Оправдать свое состояние тем, что кругом все такие – угрюмые, холодные, озабоченные, суетливые? Можно, конечно, мыслить в поисках всевозможных оправданий, но что толку? – оправдание не даст радости, оно способно принести лишь слабое утешение разуму по поводу не сбывающихся надежд.

Присматриваясь к кунжуту, мускатному ореху, шафрану, кардамону и прочим ароматным приправам, Марика заметила, как рядом с ней оказался оборванец в лохмотьях, мало напоминающих одежду. Не обращая внимания на продаваемые на рынке товары, оборванец полушепотом обратился к торговцу пряностями: «Я слышал, в вашем городе есть тот, кто торгует секретами богатства…». Торговец расхохотался: «А ты что же, вознамерился их купить?». Оборванец нимало не смутился: «Видимость бывает обманчива: у меня есть кое-какие сбережения…». Торговец не унимался: «Сбережения в виде твоего собственного тела? Что ж, в качестве раба ты можешь сгодиться». Оборванец вплотную приблизился к торговцу и умоляюще выдавил из себя: «Прошу, укажи путь…». По-видимому, торговец не был обделен способностью рассматривать в качестве альтернативы различные варианты выбора: «В нашем городе есть не только тот, кто торгует секретами богатства, но и та, кто продает секреты радости. Если хочешь, я укажу тебе дорогу к ее жилищу». Оборванец широко раскрыл глаза: «А что секреты радости пользуются спросом? Их тоже покупают?». Торговец вновь расхохотался: «Почему-то нет желающих. Ладно уж, все знают, где живет тот, кто торгует секретами богатства…». Скороговоркой проговорив маршрут, торговец отвернулся от любопытствующего оборванца, и тот поплелся в указанном направлении, еле передвигая ноги от немощи, вызванной голодом.

Торговец специями принялся навязывать Марике товар, но она уже забыла цель своего визита на рынок, ее глаза загорелись надеждой: «Мне! Мне, пожалуйста, скажите, где живет та, кто знает секреты радости!». Но вместо желаемого ответа услышала: «Тебе-то, зачем, маков ты цвет! Ты же сама – воплощение радости, сладенькая, как ягодка!». Марика настаивала на своем: «Видимость бывает обманчива. Мне радость неведома! Как найти ту, кто знает ее истоки?». Торговец милостиво улыбнулся: «Молоденьким девушкам вовсе не обязательно исследовать истоки радости… Но, раз ты сама желаешь в них углубиться, я скажу тебе, где живет странная торговка, если ты купишь у меня…». Марика тут же протянула руку с монетами: «Мне, пожалуйста, паприки, кардамона, розмарина… на все…».

Созидание

– Госпожа, простите, не знаю вашего имени…, – Марика выдавила фразу, превозмогая себя. Увидев хозяйку дома, в который постучала, придавив несколько раз массивную бронзовую, с изумрудными (или стеклянными?) вкраплениями ручку к двери, она растерялась и внутренне взбунтовалась одновременно: ожидая, что дверь откроет старушка, не была готова к тому, что перед ее взором предстанет миловидная молодая женщина.

– А ты кто такая? – несмотря на грубоватую форму вопроса, в женщине угадывалась присущая ей доброта, от нее исходил невидимый свет, который воспринимался как видимый.

– Марика. Вы хозяйка этого дома? – в облике незнакомки проступали искорки озорства, неведомая сила, царственное достоинство, основательная прочность, таинственность, поэтому Марика не осмелилась обратиться к ней на «ты». Интуиция подсказала: перед ней та, кто знает, как извлечь радость из окружающего пространства.

– А кто же еще? Уж не решила ли ты, что я прислуга? – хозяйка дома гордо подняла подбородок и мгновенно преобразилась: она стала казаться не обыкновенной смертной, а богиней, которой неведомы препятствия, разочарования, страх и боль перерождения.

– Простите, я случайно о вас услышала, говорят, вы владеете секретами радости. У меня практически нет денежных средств, но, быть может, на один секрет смогу наскрести…, – Марика замялась, прокручивая в голове возможные варианты оплаты и ощущая легкую панику по поводу предстоящего выбора. Вряд ли она наскребет достаточное количество монет в отощавшем на рынке зашарпанном кошельке, но на груди у нее драгоценность, которая всегда служила надежной опорой в трудные времена: золотая цепочка с кулоном, отделанном бриллиантами. И сейчас она готова расстаться с кулоном, подарком отца? Ради какого-то секрета радости?! А ведь и вправду готова… Только бы хозяйка дома согласилась взять в уплату за секрет эту реликвию.

– Уверена, сможешь, – интересно, какие движения души обнаружила владелица секретов во внутренней сущности Марики, что ответила на ее просьбу утвердительно. – Тебе ведь свойственны искренние порывы, присущие юности (жестом Марике было предложено войти в дом), такие как улыбка встречному?

– Вообще-то, я невеселая по натуре. Мне постоянно чего-то не хватает, а я даже не могу понять, чего именно. Как правило, встречным я дарю лишь равнодушие, иногда, в редких случаях, учтивое слово, – Марика сама поразилась своей откровенности и смелости признаться в оплошностях.

– Даришь слово, и только? Плохи дела…, – хозяйка дома сокрушенно покачала головой.

Взгляд Марики заскользил по сторонам, с интересом исследуя помещение: каким же должно быть окружение той, кто с радостью в ладу? Много декоративных цветов, украшающих стены, еще больше живых букетов, мандалы, свечи, кристаллы, что-то блестящее, но явно не золото… картины в посеребренных рамках, деревянный макет ладьи, доверху заполненной драгоценностями; ни тебе пучков трав, ни посоха с красноречивым набалдашником, ни ступок, ни колб с дымящимися жидкостями, ни горшков с пахучими отварами (хозяйка дома обходится без ворожбы?). Метелка в углу, но она наверняка предназначена для уборки, а не для полетов на Луну. Даже черной кошки нет! – верной спутницы таинственного. Где же знаки магического содержания? Где крупицы чудесных предпосылок? Странно, как без волшебства возможно «оживление» секретов радости? Или волшебство все-таки есть, но сокрыто от неопытного взгляда?

– У меня есть кое-какие украшения… Я готова их вам отдать… за секреты… С собой у меня одно, самое ценное. Хотите?

– А ты слыхала, что в нашем городе популярностью пользуется торговец секретами богатства, а не та, что продает секреты радости? Может, ты напрасно потратила время, придя ко мне?

– Ах, нет! Я чувствую, без радости жить невозможно… нет смыла…

– Раз, так, то будем считать, первый секрет оплачен: ты жизнь поставила на кон… И, уверяю тебя, не прогадала. Я не только поведаю тебе первый секрет радости, но и расскажу об одном из секретов богатства.

Секрет богатства заключается в том, что деньги любят круговорот, им чужд застой, поэтому их следует вкладывать в дело, не обязательно твое личное. Ты можешь купить картину у художника и, таким образом, будешь способствовать развитию его ремесла. Это отличное вложение, поскольку прекрасную картину не сложно перепродать.

– И вы вкладываете деньги в картины?

– О, нет! Я их создаю. Пойдем покажу.

Хозяйка дома провела гостью в соседнюю комнату – мастерскую, и взору Марики предстали картины в деревянных и золоченых рамках, разные по величине, в сюжете которых угадывались мудрость, экстраординарность и некая потусторонность создавшего их мастера, словно они были написаны кистью неземного производства. Марике почудилось или картины действительно излучают свечение? Уж не волшебными ли красками пользуется художница?

– Я вкладываю душу в картины. В ответ получаю вознаграждение духовного порядка: приходит вдохновение, воодушевление, самозабвение, откровение и радость.

– Неужели вы всегда довольны результатом? Не бывает никогда ошибок? Хотя, глядя на ваши работы, создается впечатление идеального их выполнения, словно замысел точь-в-точь совпадает с практической реализацией.

– Разумеется, иногда случается так, что одна-единственная черная краска, появившаяся на полотне в самом конце работы, перекрывает жизнь всей остальной палитры красок, и гармония нарушается. Однако важно помнить о возможности выбирать реакцию на происходящее: или гневаться или предпочесть тотальное доверие пространству и ситуации. Всегда бывает так, что второй вариант развития событий приводит к лучшим результатам: если выберешь доверие, Вселенная порадует тебя великолепными новыми перспективами, превосходящими твои самые смелые ожидания. И черная краска станет такой, что оставит светлый след в душе.

Очень часто я в стихах размышляю над задачами, которые ставит жизнь. Как раз недавно написала в поэтической форме историю одной из сумеречных красок, попавших на полотно дня.

Мне захотелось на ошибку разозлиться.

Но, поразмыслив, я осознанность включила.

Чего сумею в негативе я добиться?

Неужто зря роль человека получила?!

Я рассмотрела: есть в пространстве варианты

И из ошибки может выйти перспектива.

Всё неслучившееся – мудрости бриллианты.

Проверить надо: то моя ль альтернатива?

Быть может, дверь свою ещё не открывала.

Возможно, к ценностям чужим я устремилась.

И может статься, цель не та очаровала,

А сердца цель при свете дня не проявилась.

Моя ошибка по-иному засияла:

Она – подсказка, чтобы выправить свой Путь.

Меня не зря идея роста вдохновляла! –

Сумею в благо негатив перевернуть.

Я погружаюсь в искромётность Осознания.

И каждый миг – за красоту – благодарю.

Не оставляю мысли, чувства без внимания.

И жизнь осознанно – в Потоке – со-творю.

Итак, вывод первого секрета: для того, чтобы спроектировать радость, надо вкладываться в созидание. Не стоит перемалывать эмоции и события прошлого – там нет вероятности творческих преобразований, лучше сосредоточить внимание на настоящем – поле безграничных возможностей. И радость спонтанно возникнет сама как результат созидательной перспективы.

– Госпожа, принимаю с невыразимой благодарностью этот секрет радости как бесценное сокровище. Можно ли будет купить второй секрет? У меня есть золотая цепочка, усыпанная бриллиантами…

– Не продолжай. Принеси мне завтра то, что отразит твою способность обучаться мастерству радости, то, что продемонстрирует, как усвоен тобой первый урок. И… можешь называть меня Кейко.

Открытость миру

Марике не пришлось долго размышлять над тем, чем оплатить второй секрет радости. Уже по пути домой ей в голову пришла идея вылепить для Кейко фигурку Сарасвати.

Марика достала подручные средства и приступила к делу. Фигурка богини формировалась как бы сама собой: когда Марику посещало вдохновение, она забывала о себе и становилась чем-то, что пропускает свет, энергию и созидательную мысль Творца. Какое легкое задание! – выполнить то, что рождается спонтанно; следовало только настроиться на чистоту и благородство богини.

Марика быстро вылепила месяц, украшающий голову Сарасвати, не забыла про вину – ее музыкальный инструмент, серьги, браслеты. Чуть труднее дался лебедь – символ совершенства, на котором восседала богиня, но, когда работа была завершена, раскрашена, именно лебедь бросался в глаза безупречной, скромной, оживающей в глине красотой. Марика отстранилась от сотворенного предмета, оглядела его со всех сторон беспристрастно и осталась довольна: четырехрукая богиня выглядела почти настоящей (такой, как в главном Храме Атлантиды), а лебедь!.. тело лебедя, белизна которого соперничала с его грацией, напоминало многолепестковый лотос, цветок жизни, скрывающий в себе основы построения галактики.

И, надо же, радость пробилась сквозь пелену иных по качеству состояний!

Марика не ожидала такой реакции от Кейко: владелица желанных секретов, увидев фигурку Сарасвати, прижала ее к сердцу, как самый значимый дар в своей жизни; лицо озарилось восторгом и счастьем. Она поставила фигурку на полку, находящуюся в южной стороне дома, попутно комментируя свои действия: «Юг – то место, где надлежит располагать символы удовольствия, развлечений, отдыха, роскоши. А поскольку Сарасвати любит танцы и песни, юг ей подходит больше всего». Положительно оценив взглядом местоположение богини в пространстве дома, Кейко перешла ко второму секрету.

– Как часто мы теряем возможность радости в тот момент, когда жизнь перестает соответствовать нашим ожиданиям? Вместо того чтобы чувствовать расслабление и интерес к неожиданному повороту судьбы, мы ощущаем сопротивление, не подозревая о том, что Вселенная приготовила нам подарок, замаскированный под неудачу. Мы охотно ограничиваем себя той ролью, которую обрисовало нам наше прошлое, и изо всех сил стараемся из привычной роли не выходить. Но Вселенная не может усомниться в нашей способности играть, поэтому предлагает человеку испытать себя в разных ипостасях.

Я не сразу осознала, что могу быть любой, если отброшу скорлупу эго.

Пришла на Землю чудо-существом:

Со множеством ролей и состояний,

Не зная, что являюсь Божеством

Возвышенных и действенных желаний.

Мне предстояло суть свою открыть,

Но прежде – в мире фальши затеряться.

Я ощущала: надо воспарить,

А не в трясину боли углубляться.

Я примеряла сумерек кафтан

И в платьишко зари принаряжалась.

Искала образ сердца: океан?

Теряла его где-то и сужалась…

В пространстве смелость, искренность брала;

Печаль и жалость тоже приходили.

Я верила: есть крылышки у зла,

Проблемы мне во благо подарили.

Я становилась нищенкой подчас,

Порою – как принцесса, танцевала.

Стремилась жить в волнующем «сейчас»,

Но часто в позапрошлом застревала.

Я шла вперёд, геройски-дерзновенно.

А иногда, как крот, в норе скрывалась.

Бывало так: жила самозабвенно.

Но иногда от целей удалялась.

Я покоряла разные вершины

И, словно уж, про них подзабывала…

Писала с чувством вечности картины:

Их кропотливо, страстно создавала.

Мне по душе все роли – наслаждаюсь!

Здесь, на Земле, любая роль – от Бога.

Я через роли самовыражаюсь!

И замечаю: ширится дорога…

В каждой «сложности», кажущейся «несообразности» сокрыто зернышко личностного роста. Во Вселенной действует закон целесообразности, в соответствии с которым неудача не является конечным звеном в цепи событий. Вселенной нужна только победа! Есть прямая заинтересованность мироздания в итоговом успехе, ведь Вселенная расширяется, а не сужается, ей нужны новые неизведанные горизонты, а не знакомые, старые.

К примеру, ты внезапно теряешь заработок, твои слепленные из глины фигурки перестают пользоваться спросом. Как ты отреагируешь?

– Зарыдаю. Растеряюсь. Потеряю смысл существования.

– А, может, наоборот, обретешь смысл?

– Не понимаю.

– Как ты жила до того, как утратила свою роль мастерицы глиняных фигурок?

– Припеваючи, пожалуй! Теперь вижу.

– Ты жила в полусне по накатанной колее, следуя автоматическим реакциям. Ты даже не догадывалась, что играешь роль мастерового человека. А, что, если Вселенная предлагает тебе освоить и покорить новую роль? Что, если смысл состоит в поиске себя настоящей? Ведь ты наверняка переняла мастерство лепки фигурок у матери?

– Конечно!

– Но ты вполне уверена, что твоя душа рождена для лепки?

– Н-н-нет. Какая-то часть меня сомневается в этом. Иногда мне кажется, я переросла это занятие так же, как переросла рисование узоров на песке.

– То-то и оно! Ты сама – уже сколько годков! – не решаешься попробовать себя в новом качестве. Вот жизнь и помогает тебе: бросает тебя в неизвестность, чтобы ты научилась искусству «строить замки из воздуха».

– А, если я не способна?

– Все способны, если есть искреннее желание. Путь в тысячу миль начинается с первого шага. Начала идти – одолела полпути… И всё – во благо, если ты примешь такое решение. Научись доверять Вселенной, ситуации, пространству, себе. Посмотри на складывающиеся обстоятельства без предубеждения. Сбрось с себя атрибуты привычной – не наскучила? – роли, выйди за рамки собственной личности и окажись в настоящем, откройся любому новому выбору – и увидишь свою разноликую многогранность, в которой легко найти жемчужинки радости. Мы еще коснемся факторов многогранности, а пока вознамерься стать открытым для взаимодействия с миром существом.

– Благодарю. Выходит, радость – в открытости, а не замкнутости… Чем мне оплатить следующий секрет?

– Попробуй себя в новой ипостаси и приноси с собой рассказ о протаптываемой дорожке.

Квантовое поле

Марике не сразу пришло в голову, чем бы еще таким заняться, помимо лепки. Танцами? Рисованием? Выжиганием? Вышиванием?.. Образ жизни был прост, как глина. Не потому ли из него можно сформировать, что угодно?

Предчувствия надвигающейся бури не пробивались сквозь туман грядущих катаклизмов, и Марика настроилась рассмотреть варианты, скользящие по поверхности элементарных предпочтений атлантов.

Попробовала плетение орнаментов, но узоры получились косыми-кривыми, похожими на невнятное бессмысленное пятно, чуждое эстетике восприятия. Картина, которую решила воплотить на полотне, напомнила рисунок капризного ребенка, едва владеющего умением держать кисть в руке. Для танцев она, пожалуй, слишком великовата: разве ее талия с выпирающим животом сравнится с осиной талией танцовщиц храма, а ее шея, прилипшая к плечам, с их лебединой шеей? Попробовала сесть на шпагат – о, боги, благо, никого не было рядом! – такой бесславной карикатуры мир еще не видывал. А выжигая по дереву небесные светила, она ничуть не вдохновилась деятельностью: Луна-то вышла ничего себе, хотя и получилась не в виде месяца, а, скорее, в виде ладьи, но вот звезды почему-то предстали дырками, срочно нуждающимися в замазке.

На глаза набежали слезы. И удрученная Марика поплелась к озеру. Возле него всегда становилось спокойнее, отраднее на душе. Возможно, потому что в детстве часто сюда прибегала наблюдать за водной гладью, за земным простором, соприкасающимся с небесной высью. В те минуты приходило откуда-то дуновение безусловной любви, Марика словно расширялась до беспредельности и всем существом ощущала, что ценна, значима и незаменима для Вселенной. Вот и сейчас ей захотелось испытать позабытое чувство: каково это – быть любимицей мира. Присев у воды на мокрое от попавшей на него влаги бревно, не побоявшись испачкать светлое, кораллового оттенка, одеяние и не заботясь о благопристойности, обратила взгляд к горизонту. Краски заката порождали гармонию, способную растворить тучу мрачных мыслей. Но в сей час Марика отказывалась следовать за зовущей в божественные сферы гармонией – ее беспокоили серьезные и неразрешимые, на первый взгляд, вопросы.

«Что я за человек такой? Вместо того чтобы быть, как все, стремиться к замужеству и обогащению, я предаюсь неясным побуждениям и порывам в бестелесной, едва ощутимой форме. Иду по кривым, нехоженым, увитым чертополохом тропинкам, избегая прямые, проторенные, освещенные фонарями, дороги… И не нахожу покоя в обыденном существовании. Меня влекут заоблачные выси, а не сбор созревшего и доступного каждому урожая… Какова же моя новая ипостась?».

Горизонт упрямо молчал, небо и земля вторили беззвучию. Эфир не колыхался. Тогда Марика решилась: сняла с груди золотую цепочку и, полюбовавшись напоследок ажурным узором кулона, блестящим и «горячим», закинула его подальше в озеро как жертву богам: «Я прошу в обмен на кулон указать мне новый путь, которым я могла бы следовать, принося пользу людям». Она успела заметить, как перед падением в водную синь, бриллианты сверкнули прощальным, грустным, памятным огнем. Красивый момент! – но он уже соскользнул в вечность…

Сразу реальность преломилась в пространстве: отказавшись от одного, Марика открыла сердце для чего-то другого, самой себе давши молчаливый обет со-творчества. Гармония разрослась-таки по периметру видимого, и внезапно душа озарилась чувством… Что-то незнакомое… Что-то оно напоминает? Неужели… вдохновение? Рука сама потянулась за веточкой – и на влажной, принимающей сорняки и маков цвет, почве появились строки:

«Улыбка – сквозь слезы… Никто не заметит.

Привычно лететь в колеснице: всё тучи.

Любовь на просторах Вселенной не встретит.

Под руку толкает лишь ветер могучий…

Намек на стенания? Что вы, простите!

Снять маску готова – у Света в долгу.

Завет соблюдаю: как боги живите.

Сквозь слезы… невидимо… с честью… могу?!».

Марика ладошкой вытерла слезы. Подумать только! – еще за минуту до того, как обратилась к образам, она была прозаичным существом без намека на поэтическое восприятие. Ипостась изменилась в мгновенье ока. Так тоже случается? Радость залила пространство…

С того момента секреты радости открывались, словно и не были секретами, и Марика вдруг усомнилась, достойна ли она жить свободно, безгранично, радостно, ведь действует вечный закон кармы. Возможно, согласно этому закону радость должна обходить ее стороной. Кому удастся поспорить со всемогущим, неоспоримым, непреложным законом?

Марика поделилась своими сомнениями с Кейко – та рассмеялась в ответ.

– Ты ничего не слышала о квантовом поле? Ну, конечно!.. Могу тебя обрадовать: тот, кто умеет контактировать с этим полем, свободен от необходимости расплачиваться по кармическим долгам. Правда, я знаю лично лишь двух-трех человек, способных вторгаться в квантовое пространство. Считай, тебе повезло: я научу тебя новому вселенскому закону – квантовому.

– А, если я не заслуживаю новых знаний?

– Брось! Все заслуживают, да не все знают… Секрет в том, что в квантовое поле ты попадаешь только в том случае, когда становишься никем.

– Как?! Принять обезличенную форму?.. Но мне дорога моя идентичность!

– Вот именно! Да ты сразу уловила суть! Далеко пойдешь… Все люди держатся за свое «эго», боясь выпустить его из поля зрения. Поэтому-то им никогда не освободиться от преследования кармы. Ты должна сделать выбор и тем самым «оплатить» раскрытие нового секрета радости: ты предпочитаешь свою соединенность с «эго» или с Богом, Всевышним Разумом, Безграничностью, Всем Сущим? Ты намерена цепляться за прошлое или готова снять с себя привычную одежду в виде знакомых мыслеобразов и чувств?

– Хм… Думаю, раз я здесь, значит, готова расстаться с косностью, – Марика улыбнулась, – хотя и не предполагала, что являюсь любительницей экспериментов.

– Молодец! Итак, ты отбрасываешь пережитое, словно его и не было. Сосредоточиваешь внимание на настоящем моменте. Только в нем – истина, и оно дает свободу от прошлого. Ты – это не твой опыт, не твои мысли, не твои переживания. Ты – нечто большее. Ты – частичка сознания Всевышнего, обладающая его характеристиками. Когда ты пребываешь в настоящем, ты находишься в поле бесконечных возможностей – в квантовом поле энергии, в котором существуют все вероятности. Выбери одну из возможностей, желаемую, наблюдай за ней и ощущай всем телом ее реальность – тогда она проявит себя в реальном, физическом, материальном мире. Квантовое поле само преподнесет тебе на блюдечке проявленную возможность, если ты не станешь заботиться о том, каким образом и когда произойдет желаемое.

– Мне кажется, сию минуту я получаю больше, чем кошелек с золотыми.

– Еще бы! При изучении секретов богатства я не нашла ссылки на квантовое поле. Но, исследуя природу радости, поле безграничных потенциальных возможностей было мною обнаружено, и, надо сказать, благодаря ему я нашла не только сокровища вещественного порядка, но и драгоценности, украшающие бессмертную душу.

– Но как мне понять, что квантовое поле меня слышит?

– Попроси подать тебе знак. Он точно будет таким, что ты не спутаешь: тебе посылает его поле всех возможностей. Этот знак будет непредсказуемым, гениально радостным. Ты сразу поймешь, что установила связь с Высшим Разумом. И после приходи за следующим секретом.

– Что принести в качестве оплаты?

– Твоя жертва – богам – в виде брошенной в озеро цепочки уже все окупила, заранее и во веки. Плата оказалась достаточной, ведь она символизировала гораздо больше, чем кулон с бриллиантами. Мне понравился твой рассказ про колесницу, поэтому приходи ни с чем. Я поделюсь с тобой тем, чем владею, даром.

– Даром?! О, это самая великая награда, какая только может быть в среде атлантов! Я буду стараться быть ее достойной. В жизни не забуду ваш жест доброты, слава богам!

– Дело не только в добром жесте, за ним кое-что сокрыто, узнаешь позже. Вероятно, ты и станешь поэтом… Откуда-то твое сердце уже ведает, что твой долг это не только долг перед самой собой, перед семьей – он высшего порядка. Тебе Душа пропела: «У Света – в долгу», сей факт не может быть брошен в корзину с мусором.

Отдача

Марика прибежала к Кейко, собрав по пути букетик полевых цветов для нее; ромашки, васильки, клевер, колокольчики, аистник, лютики, фиалки являли собой необъятное, изумрудно-зеленое с красочными вкраплениями, созвучие. В голове крутились какие-то мысли, но все они были бабочками, свободно и беззаботно порхающими, перелетающими с одного на другое беспрепятственно, безоглядно и безбоязненно.

Кейко с улыбкой приняла букетик, мгновенно определила направление, где ему самое место, – восток (сторона, благоприятная для знаков гармонизации социальных и дружеских связей, в соответствии с ее личным энергетическим числом). И букетик водрузился в глиняную, без затейливых узоров, плошку на полочку восточной стороны дома, знаменуя предстоящий расцвет дружеских отношений и, вероятность значительна, социальных тоже.

Кейко поймала недоумевающий взгляд Марики – почему цветы помещены не в вазу, а в плошку?

– Не надо нарушать равновесие. Да, не спорю: ваза из кружевного фарфора, ах, как хороша! Легкая, изящная, почти невесомая, с кричащими узорами, сложного исполнения. Но полевые цветы ей не соответствуют, точнее, ваза им не подходит: они земные, несут энергии прочности, основательности, соединенности с ветром, очаровательной простоты. Жест будет неловким, если я соединю несоединимое, хотя никто и не может запретить мне это.

– Вот бы мне научиться так чувствовать явления, предметы!

– Все впереди, было бы желание! Тренируй не привычный взгляд на вещи, а другой…

– Буду пробовать.

– Ты получила знак от квантового поля? – в тоне Кейко прозвучал неподдельный интерес, располагающий к откровенности.

– О, да! Более того, я стала получать знаки каждый день! Стоит только задать вопрос – как сразу приходит ответ в неожиданной форме – такой, что не остается сомнений: происходит мое взаимодействие с безграничным полем возможностей, – Марику переполняла благодарность до такой степени, что выражать ее вслух было почти бессмысленно: на лице читалось переживаемое сердцем.

– Ты все еще веришь в карму? – Кейко действительно было любопытно, хотя она уже знала, какой ответ услышит.

– Теперь я верю в ее отсутствие! – Марика рассмеялась. – Я научилась становиться никем и ожидать чего угодно. Оказывается, это просто. Настолько просто, что я готова воспринять следующий секрет радости.

– Отлично! Секрет состоит в отдаче. Отдавай другим то, что хочешь для себя. Не бойся при этом что-то упустить или потерять, – Кейко почувствовала удовольствие, поскольку увидела себя сию минуту в роли вдохновляющего, а не только информационного, оратора.

– А как же в таком случае сколотить капитал?

– Из чего же ты хочешь его сколотить?

– Из золотых и серебряных монет, разумеется.

– Тогда тебе удастся разбогатеть лишь к старости, поскольку капитал создается из идей.

– Но они же неосязаемы!

– Ошибаешься. Все материальное создано благодаря идеям. Вот и делись ими, на их место придут новые, еще более качественные и значимые.

– А как соотносятся идеи и радость?

– Пропорция прямая: чем больший вклад ты внесешь в развитие мира, тем больше радости тебе мир подарит. И по пути примечай, как будут расти сокровища твоей души, порожденные добрыми, перспективными идеями. Бескорыстная отдача гарантирует бессмертие. Вселенная позаботится о тебе, если ты посадишь зернышки благородства в поле человеческого бытия… Попробуй ощутить, как может ощущаться благородство. На что оно похоже? – наверняка ты обнаружишь потребность в отдаче, независимую от каких-либо оценок; откроешь в сердце способность к безусловной всеобъемлющей любви…

В ту ночь Марике не удалось уснуть – такой сумбур поднялся в ее голове. Ни на чем не смогла сосредоточиться: планы на будущее перекрывали благодарность за подаренные знания, мысленная репетиция предстоящих побед Духа сменялась вдохновляющими идеями. Состояние было взбудораженным, мысли рвались в заоблачные выси, тело жаждало преображения, чувства, казалось, играли на всех существующих музыкальных инструментах.

Марика еще не научилась ощущать гармонию вселенского порядка, которая пронизывает все сущее вне зависимости от деструктивных энергий, в той или иной мере присущих человеку. Счастливица, ей еще только предстояло узнать, чем же она является в Действительности… Однако в ту ночь Марика была далека от безмятежности божественной осознанности. Ей хотелось отдать команду всем аспектам своей личности: «Стоп, мне нужна передышка!». Но пресловутые аспекты отказывались повиноваться приказам хозяйки. Марика лежала в постели, пребывая в дымке спутанных надежд и нежелающих растворяться заблуждений; дискомфорт прорывался наружу. И – уж не в сердце ли? – пульсировал вопрос: «Что предпочтительнее: комфорт или развитие? комфорт или служение людям? комфорт или эволюционные преобразования? комфорт или зарево возрождения Атлантиды?

В этой погруженности в хаос не было отрешенности от мира, скорее, прослеживалась сосредоточенность на нем. Марике хотелось ухватить узелки разных реальностей и испытать их прочность. Как поймать привидевшуюся возможность и уговорить ее раскрыться во всей полноте причин и следствий? – нет, не надо вселенского озарения, достаточно такой картины, какая будет воспринята ограниченным условностями разумом. Вдруг настроение сумятицы неожиданно сменилось волевым окрасом: почему, собственно, нельзя претендовать на вселенский масштаб? Не вправе ли атлант рассчитывать на нечто большее, чем непересыхающее болотце условностей?..

Рискованность

Глядя на Кейко, Марика с удивлением отметила: та сегодня, как, впрочем, всегда, светится радостью. Марика же ощущала надоедливое, неотступное раздражение: утром ее вывела из себя ворчливая соседка по дому, которой с легкостью удалось пробить ауру той, которая стремилась сохранить ровный душевный настрой и освоить возвышенный полет мыслей.

«Почему я опять позволила вторгнуться в мое личное пространство жабоподобной личности? Почему не смогла дать отпор и отстоять право идти своим уникальным путем? Почему снова испытываю чувство вины в то время, как ни в чем не виновата?». Марика знала, что сейчас ей не найти ответа на эти болезненные вопросы. Она слабая беззащитная девушка, поэтому все, кому ни лень, могут ею помыкать, запуская щупальца властного подавления в ее неукрепленную ауру. Настроение, прямо скажем, было удручающим. Но мир состоит не только из жаб и крабов, в нем есть лучики вселенской красоты: улыбающаяся Кейко – тому весомое подтверждение. В голове (или в сердце) мгновенно родились строки.

Что за натура человека: грустить по поводу и – без.

Ведь существует же на свете средневековый мудрый лес.

Ведь есть же звезды, птицы, травы, дожди и песни, наконец.

Ведь с ними можно ежедневно идти вприпрыжку под венец.

Ведь в жизни мы не одиноки: добро летит со всех сторон.

Ведь можно заново родиться и выйти к людям на поклон.

Ведь можно посмотреть на воду, привстать над праздной суетой.

Ведь мир наполнен необъятной, земной, великой красотой.

Теперь и Марика улыбнулась: мир заслуживает того, чтобы мрачное настроение заменить на приподнятое. Правда, не совсем ясно, удалось ли ей преобразовать отрицательные вихри энергии в гармоничные пространственные волны, но от сердца отлегло, тяжесть утра, вызванная неприятной встречей с соседкой, рассеялась; в воздухе едва осязаемо заискрилось нечто прекрасное. Вдохновение?.. Марике показалось, что она различает его, определяющий суть, цвет: ярко сиреневый с фиолетовыми, рубиновыми и серебряными блестками неравнозначной насыщенности, попеременно мерцающими.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.