Валерий Михайлович Роньшин
Эмма Мухина и Тайна танцующей коровы

© Роньшин В. М., 2020

© Лапшина Д. Ю., ил., 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

Глава I
В новой школе

Я сидела на уроке биологии и смотрела в окно. За окном шел мокрый снег. По улице шли прохожие, тоже, естественно, мокрые. А в соседнем со школой киноцентре шел ужастик под названием «Дед Мороз – вампир». Из окна класса мне была видна рекламная растяжка:

НОВОГОДНИЙ ПОДАРОК ДЕТВОРЕ —

ЗАХВАТЫВАЮЩИЙ ТРИЛЛЕР

«ДЕД МОРОЗ – ВАМПИР»!

ПРИХОДИТЕ, РЕБЯТА, – БУДЕТ КРУТО!

Ага, «круто». Фиг попало. Видела я эту чушь в инете. Полный отстой!.. Урок все тянулся, тяну-у-лся, тяну-у-у-лся… Прямо как жевательная резинка. Ну когда же, наконец, звонок-то зазвенит?

Раньше я училась в другой школе, пока в этот район не переехала. И вот первого сентября пришла сюда. Мне здесь сразу же не понравилось. Не успеешь рот раскрыть, как тебе тут же двойку ставят. К примеру, на прошлой неделе историчка меня спрашивает: «Мухина, кто такой Наполеон?» И я, по приколу, разумеется, отвечаю: «Наполеон – это торт с кремом». Прикиньте, она мне сразу пару влепила… В этом году мне вообще дико не везло. Ну буквально напряг на напряге: то шпионы за мной гонялись, то бандиты меня преследовали, то чокнутый профессор Федякин хотел вытащить у меня из головы мозг для своих научных экспериментов[1].

Да-а, жизнь, конечно, не манная каша с клубничным вареньем. Это я давно поняла – еще в детском саду.

Но ничего. Скоро наступит новый год, и все мои заморочки как ветром сдует. Вы спро́сите – почему? А потому что в следующем году мне исполнится четырнадцать. А сейчас мне, как вы сами, наверное, догадались, тринадцать. Да еще и родилась я тринадцатого числа. Да еще и в роддоме под номером тринадцать. Зацени́те, три раза по тринадцать.

Вот поэтому весь год у меня и были напряги.

Зато в следующем году наступит полнейшая расслабуха. Запишусь в кружок по рисованию «Волшебная кисточка» или еще куда-нибудь, типа того… Хотя… хотя это тоже не фонтан. Со скуки помереть можно. А мне со скуки помирать неохота. Ведь приключения – это классно! При условии, конечно, если тебе везет. А мне пока что – тьфу-тьфу-тьфу – везло. Как-то умудрялась сухой из воды выходить. Да и школа в общем-то не такая уж отстойная. Взять хотя бы урок безопасности, на котором я получила сразу три пятерки.

Дело было так.

С этого года ввели новый предмет: «Личная безопасность школьника». И преподает его самый настоящий оперативник. Он приходит из МУРа[2] и подробно объясняет, как себя вести, если террористы захватят тебя в заложники; или что надо делать, если ты едешь в метро, а там бомба рванула; или как следует поступить, если к тебе пристал маньяк… Ну и так далее.

Когда опер пришел в класс первый раз, мы были разочарованы. Ну что это за оперативник – маленький, толстенький, лысенький… Спасибо хоть – с усами.

– Здоро́во, орлы! – сказал он. – Разрешите представиться – майор Гвоздь! Петр Трофимович! Двадцать пять лет безупречной службы в рядах уголовного розыска!

– Здра-а-сте, – протянули мы.

– Не «здра-а-сте», а «здравия желаем, товарищ майор!» – Он открыл классный журнал. – Начнем урок. Кто правильно ответит, что такое «сирень», – тому сразу же поставлю пятерку.

– Можно я! Можно я! – вскочила моя подружка Танька в надежде получить легкий пятак.

– Ну давай. – Майор подкрутил свои усы.

– Сирень – это такой цветочек, который…

– От-ставить! Садись. Неверно. Кто еще скажет?

Тут вскочила моя вторая подружка, Анька.

– Сирень, – затараторила она, – это род кустарника, с такими фиолетовыми цветочками, которые…

– Тоже неверно, – остановил ее майор. – Садись. Есть еще желающие ответить?

– Есть, – встала я. – «Сирень» – это специальный газ. Применяется спецназовцами для борьбы с террористами.

– Молодец! – одобрительно сказал Петр Трофимыч. – Как звать?

– Эмма Мухина.

– Ставлю тебе, Мухина, пятерку. Садись.

Я села.

– Теперь второй вопрос. Кто из вас ходит в кружок или на секцию?

Оказалось – почти что все ходят. Кто в шахматный клуб, кто в кружок танцев… И только одна я из всего класса занималась дзюдо и тхэквондо.

Гвоздь хлопнул меня по плечу.

– Вот, ребята, берите пример с Мухиной. В шахматы играть или там танцевать можно и на пенсии. Если вы, конечно, до нее доживете. А сейчас вам, перво-наперво, надо научиться себя защищать… Давно, Эмма, боевыми искусствами занимаешься?

– С прошлого года. А в этом году еще и на карате записалась.

– Вот это по-нашему! – снова хлопнул меня по плечу майор. – Ставлю тебе еще одну пятерку!..

И он влепил в журнал еще один пятак. Все прямо обалдели от такой фишки. И только наша главная задавака Элька Синичкина с ехидной улыбочкой сказала:

– Подумаешь, карате. Зато у Мухиной по биологии две двойки и одна единица.

Майор Гвоздь строго посмотрел на Синичкину.

– Тебя как зовут, красавица?

– Элеонора Синичкина, – жеманно ответила Элька. – Я круглая отличница.

– Так, так, так… А вот скажи, Элеонора Синичкина: идешь ты, к примеру, в школу, а рядом с тобой началась перестрелка. Что ты будешь делать?

Ехидная улыбка сползла с Элькиных губ.

– Убегу, – пискнула она.

– Нет, Синичкина, не убежишь. Пуля догонит. И останутся от тебя только твои хорошие отметки… – Гвоздь перевел взгляд на меня. – А ты, Мухина, как поступишь в подобной ситуа-ции?

– Лягу на землю или за столб спрячусь.

– Правильно, – одобрительно кивнул майор и, обращаясь уже ко всему классу, продолжил: – Ежели вы очертя голову броситесь наутек, то можете стать хорошей мишенью для случайной пули. Поэтому надо или залечь, или спрятаться за какое-нибудь естественное укрытие. Понятно?

– Поня-а-тно, – ответил класс.

– Эмма Мухина получает третью пятерку. А тебе, Синичкина, – пара!

Элька, конечно, в слезы.

– Ничего, ничего, – похлопал и ее по плечу Петр Трофимыч. – Двойка – это не смертельно. Верно, Мухина? – подмигнул он мне.

– Верно, – подмигнула и я бравому майору.

Глава II
Гости из Караганды

И дома в последнее время все было зашибись. К нам из Караганды приехала мамина подруга с дочкой, и родичам стало некогда пилить меня за плохие отметки. Подругу звали тетя Клара, а ее дочку – Катька. У Катьки были огненно-рыжие волосы, и я дала ей прозвище – Рыжик.

Рыжику только-только исполнилось шесть, но она уже все на свете знала. Прямо не девчонка, а ходячая энциклопедия. Когда мы с ней в первый раз отправились прогуляться, она мне тут же сообщила, что дельфины умеют разговаривать, как люди, но не хотят; что если холодную и горячую воду поместить в холодильник, быстрее замерзнет горячая; что в Австралии ученые скрестили пчелу со светлячком, и теперь бедным австралийским пчелкам приходится пахать и днем и ночью… За один день я узнала от Катьки столько интересного, сколько не узнала за все свои школьные годы.

По дороге мы зашли на мои курсы по карате, и я показала Рыжику парочку приемчиков. И эта малявка сразу же их применила: заехала моему тренеру ногой под дых.

– Хороший удар у девочки, – сказал тренер, когда к нему вернулась способность говорить.

– Моя школа, – похвасталась я.

В общем, мы с Катькой так сдружились, что буквально каждый день гуляли по заснеженной Москве… Однажды вернулись совсем уж поздно.

– Эмма, – всплеснула руками моя маман, – ну как можно часами таскать ребенка по морозу, да еще и голодного?!

– И вовсе я не голодная, – сказала Катька. – Человек, если хотите знать, может сорок дней без еды обходиться, без сна – четыре дня, а без воздуха – четыре минуты.

– А тебя никто не спрашивает, – подала голос тетя Клара.

– Уже одиннадцать, – продолжала разоряться мамочка. – Катеньке давно пора спать. И тебе, кстати, тоже. Не понимаю, где вы так долго болтались?!

– Да мы в бар зашли, – ответила я. – Пропустили там по стаканчику виски.

– Куда вы зашли?.. – ошеломленно переспросила тетя Клара.

– Чего вы пропустили?.. – ошеломленно переспросила мамочка.

– Виски! – сказала Катька. – Называется «Белая лошадь». Это один из лучших сортов виски. Я его просто обожаю.

– Доченька, – растерянно пролепетала тетя Клара, – я думала, ты обожаешь молоко.

– Не-а. Теперь я пью только виски.

Тетя Клара схватилась за сердце. Мамочка схватилась за голову. А в комнате появился мой папочка.

– Ну вы даете, девчонки, – сказал он, обращаясь к маман и тете Кларе. – Неужели вы не понимаете, что дети шутят.

– Хороши шуточки! – с негодованием воскликнула тетя Клара. – Когда я была маленькая, я так с родителями не шутила.

– Да, да! – запальчиво поддержала ее моя мамочка. – Я тоже так с родителями не шутила. Раньше за подобные шуточки можно было и ремня получить!

– Так то́ раньше, – засмеялся папочка. – Раньше вообще лучше было.

– Ага, – согласилась я с ним. – Сахар был слаще.

– И вода мокрее, – с озорством подхватила Катька.

– Вот что, юмористы, – сказал нам папочка, – а ну марш мыть руки, ужинать и спать!

Мы с Рыжиком наперегонки помчались в ванную.

А после ужина мы лежали, укрывшись теплыми одеялами, и Катька рассказывала мне арабские сказки «Тысяча и одна ночь».

За окнами мела метель, а по знойной пустыне на своем верном верблюде Улюме скакал отважный принц Бахтияр, чтобы спасти прекрасную принцессу Гюзель, попавшую в лапы коварного визиря Фаиза… Катька тихонько говорила, а я, закрыв глаза, представляла, как принц въезжает в ворота Аль-Хаббата, едет мимо многочисленных мечетей и минаретов; а на золотом поясе у него висит волшебный меч – подарок могущественного джинна Бедр-аль-дина… Одним словом, кайф!

Но вот прошло несколько дней, и тетя Клара собралась уезжать. Я стала уговаривать ее погостить еще чуток. Хотя бы до тех пор, пока Рыжик не расскажет мне все сказки «Тысяча и одной ночи». Тут-то и выяснилось, что тетя Клара уезжает вовсе не с Катькой, а с моими родителями. И не к себе, в Караганду, а в австрийские Альпы.

Оказывается, моему папочке в турагентстве, где он теперь работал, дали три бесплатные путевки на горный курорт Нойштифт. И родичи с тетей Кларой уже послезавтра свалят туда кататься на лыжах. А мы с Рыжиком остаемся вдвоем!.. Супер!..

Перед отъездом, маман забила нам холодильник под самую завязку. А тетя Клара накупила нам кучу пригласительных билетов на новогодние елки. Ну мне-то эти елки были до лампочки, а Катька прямо-таки запрыгала от восторга, предвкушая, как будет ходить на новогодние представления и получать там подарочки от Деда Мороза.

И вот родители и тетя Клара отчалили, и мы с Рыжиком зажили в свое удовольствие. Весело и свободно. Я водила Катьку на елки, она там играла в разные игры, пела, танцевала, читала стихи, принимала участие в викторинах… А в конце каждой елочки получала подарочек.

Вскоре у Рыжика набралось сто-о-лько этих подарков, что мы стали питаться исключительно сладостями. На завтрак у нас были конфетки с шоколадками; на обед – шоколадки с конфетками; а на ужин – и то, и другое.

– Мухина! – раздался вдруг над моей головой строгий голос биологички. – Опять ты меня не слушаешь?!

Я аж вздрогнула. Уйдя в себя, я совсем забыла, что сижу на уроке биологии.

– Да нет, Зинаида Аркадьевна, я вас слушаю.

– Что-то непохоже. О чем я сейчас рассказывала?

Я глянула на своего приятеля Володьку Воробьева и украдкой ему моргнула – выручай, Воробей. Он сразу въехал и, оскалив зубы, тихонько зарычал.

И я тоже сразу въехала.

– Вы рассказывали о хищниках, Зинаида Аркадьевна.

– Правильно, – смягчился тон у биологички. – А о каком конкретно хищнике я говорила?

Я вновь бросила взгляд на Володьку. Он обеими руками взъерошил свою шевелюру.

– О льве, – выдала я.

– Хм, верно. А мне показалось, что ты не слушала.

– Ну что вы, Зинаида Аркадьевна. Вы всегда так интересно рассказываете, – польстила я ей.

– Хорошо, Эмма, – отстала от меня биологичка и продолжила урок: – Львы, как и все хищники, панически боятся огня…

Опасность миновала, и я снова ушла в себя… В общем, не такая у меня и невезуха, даже наоборот – везуха. Вон уже Новый год на носу, а никаких новых заморочек нет…

Только я успела об этом подумать, как дверь распахнулась и в класс буквально влетел наш дирик – Спартак Сократович Спинозов.

– Где Мухина?! – закричал он. – Мухина где?!

Я обреченно вздохнула. Кажется, начинались новые заморочки.

Глава III
Неожиданное предложение

– Я здесь, Спартак Сократыч, – сказала я.

– Где?! – вертел он головой.

Я встала.

– Да вот я.

– Уф… – облегченно выдохнул директор и, обращаясь к биологичке, сказал: – Зинаида Аркадьевна, я заберу Мухину с урока.

– Пожалуйста, пожалуйста, – защебетала та в ответ и тут же меня заложила: – Хочу довести до вашего сведения, Спартак Сократович, что у Мухиной по биологии две двойки и одна единица.

Но директору было не до моих отметок.

– Потом, потом, – махнул он рукой. – Пошли скорей, Эмма.

И Спинозов выскочил из класса. Я – за ним. Чуть ли не бегом мы направились к директорскому кабинету.

– Войдешь – поздоровайся, – предупредил директор.

Мы вошли.

В кабинете у окна стоял какой-то тип с мобилой.

– Покупаю, – говорил он в трубку. – За сто лямов. Плачу́ баксами…. – Он спрятал мобильник в карман.

– Здрасьте, – сказала я, вспоминая, где же я его видела.

Тип, в свою очередь, начал буквально пожирать меня глазами.

– Так вот ты какая, Эмма Мухина, – сказал он.

– Какая? – спросила я, несколько сбитая с толку.

– Познакомься, Мухина, – суетливо произнес директор. – Илья Ильич Муромцев.

– Можно просто – Илья. Долларовый миллиардер.

– Илья Ильич самый богатый человек в России, – уважительно уточнил Спинозов.

Тут я сразу и вспомнила, где видела Муромцева: и в ящике, и в инете, и в глянце… Интересно, что ему от меня надо?

– Эмма, я слышал, вы блестяще распутываете запутанные преступления, – сказал миллиардер. – Это правда?

– Правда, правда, – подтвердил директор.

– А вы не согласитесь распутать еще одно запутанное преступление?

– А что за преступление? – спросила я.

Миллиардер погрустнел.

– Я просто в отчаянии. Похитили мою единственную дочку Марину.

– Сочувствую, – сказала я, – но ничем помочь не могу.

– Как не можете? – опешил Муромцев.

– А вот так. Я берусь только за крутые дела. А такими мелочами, как похищение детей, не занимаюсь. Обратитесь в полицию.

Миллиардер поспешно меня уверил:

– Вы не думайте, Эмма, я хорошо заплачу. Хотите долларами, хотите евро.

– Ничего мне не надо, – сказала я. – Ни долларов, ни евриков. Деньги меня вообще не интересуют.

– Что значит – не интересуют?! – всполошился Спартак Сократыч. – Ты, Мухина как эгоистка рассуждаешь. Если тебе деньги не нужны, родной школе отдай. Здание давно пора ремонтировать. Крыша протекает. В спортзале батареи не греют. Да и зарплата у учителей крохотная.

– Если Эмма согласится найти мою дочь, я отремонтирую школу, – пообещал Муромцев. – И учителям зарплату увеличу.

– Ты слышала, Мухина, слышала?! – воскликнул директор.

– Да некогда мне, Спартак Сократыч, – с притворным вздохом ответила я. – Вы же знаете, у меня по биологии две двойки и одна единица. А на носу конец четверти. Надо их срочно исправлять.

Директор заулыбался.

– Пустяки, Эмма. Я договорюсь с Зинаидой Аркадьевной. Можешь считать, что по биологии у тебя за четверть тройка.

– Спартак Сократович, – многозначительно произнес миллиардер.

– Четверка, – тут же исправился директор.

– Спартак Сократыч, – тоже многозначительно произнесла я.

– Ну и нахалка же ты, Мухина… Хорошо, будет тебе пятерка.

– Значит, вопрос решен. – Муромцев глянул на часы. – Теперь можно и закусить.

Директор засмущался.

– По нашей бедности могу предложить вам только компот с пирожком.

– Спасибо. Мы лучше в ресторане пообедаем. Вы не возражаете, Эмма?

Я не возражала.

И вот мы уже в шикарном ресторане. Абсолютно пустом.

– Может, сегодня у них выходной? – предположила я.

– Никаких выходных, – ответил миллиардер. – Это мой ресторан. Я приказал его закрыть, чтобы никто не мешал нашему разговору.

Официант притащил кучу всевозможной еды: красную рыбу с черной икрой, язычки колибри в черепаховом соусе, морских свинок в мармеладной подливе… Особенно мне понравилось, как выглядит блюдо под названием «Ле жабю в собственном соку».

– А что это такое? – спросила я у официанта.

– О-о, – причмокнул официант. – Французский деликатес. Делается из особого вида лягушек, разводимых в Бургундии.

От одной мысли, что я могла слопать лягуху, меня чуть не стошнило. Я решительно отодвинула тарелку в сторону.

– Не надо мне этих французских жаб. Заодно и колибри со свинками уберите. Икру можете оставить. И дайте чего-нибудь попроще. Вареники с картошкой, к примеру.

– Но мы не готовим таких простых блюд, – растерялся официант.

– Приготовьте, – распорядился Муромцев.

Официант убежал. Миллиардер закурил.

– Итак, – трагическим голосом начал он, – это случилось неделю назад. Я был тогда в Бангкоке. Мне позвонила жена и, рыдая, сообщила, что наша единственная дочь похищена.

– Ее похитили на улице? – деловито осведомилась я.

– Нет, на новогодней елке. К Мариночке подошли две девочки, ее сверстницы, и о чем-то заговорили. Ни жена, ни телохранители не придали этому значения. А когда хватились, не было ни Мариночки, ни этих девочек.

– Где проходила елка?

– В театре юного зрителя.

– Угу-у… – глубокомысленно протянула я. – Скорее всего, это киднеппинг[3].

Муромцев покачал головой.

– При киднеппинге сразу требуют выкуп. А уже прошла неделя, и никто выкупа не требовал.

– Покажите фотку своей дочки, – сказала я.

Миллиардер замялся.

– Фоток нет. Мариночка не любит фотографироваться.

«Странно», – подумала я.

– Вернее, есть один снимок, – добавил Муромцев, – на котором ей три месяца. Но он вам вряд ли поможет в расследовании.

– А в полицию вы обращались?

– Обращался.

– И – чего?

– Ничего. Вы разве нашу полицию не знаете?

– А в частные сыскные агентства?

– Да, я связался с лучшим детективным агентством. И они сразу же напали на след похитителей.

– И куда привел этот след?

– В Арабские Эмираты. Точнее, в один из эмиратов под названием Уллаухия. К сожалению, там след и потерялся. Но я готов оплатить все расходы, лишь бы вы снова отыскали этот след.

– Сколько… – начала я.

– Сколько скажете, столько и заплачу.

– Нет, я спрашиваю, сколько лет вашей дочке?

– Шесть недавно исполнилось. Такая симпатичная девочка, прямо кудрявый ангелочек… Эмма, вы моя последняя надежда. Прошу вас, найдите мою ненаглядную Ириночку.

– Ириночку?.. – повторила я с удивлением. – Вы же говорили, что вашу дочь зовут Мариночка.

Миллиардер закашлялся.

– Видите ли, когда дочка родилась, жена хотела назвать ее Ириной, а я – Мариной. Мы так и не договорились. Поэтому до сих пор зовем ее то Ириночкой, то Мариночкой.

«Странно», – вновь подумала я.

– А у вашей Марины-Ирины особые приметы имеются?

– Какие особые приметы?

– Шрамы, татушки, родинки…

– Нет у нее никаких татушек. Да и родинок со шрамами тоже нет.

– Ну хоть что-нибудь есть? Яркая деталь во внешности.

– У нее рыжие волосы.

– А еще?

– Пожалуй, все.

– Не густо, – сказала я.

– Но и не пусто, – прибавил Муромцев. – Так вы возьметесь за это дело?.. – смотрел он на меня с надеждой. – Возьметесь?..

– Может, и возьмусь. Но сначала мне надо посоветоваться со своим помощником.

Глава IV
Володька-детектив

Мой друг и одноклассник Володька Воробьев, или попросту Воробей, помогал мне в расследовании всяких таинственных преступлений. А еще он все время чем-нибудь увлекался. То с утра до вечера пиликал на скрипке, то с вечера до утра пялился в телескоп… А сейчас Воробей читал детективы. И в электронном виде, и в бумажном. И в школе, и в метро, и дома…

Когда я пришла к Володьке, дверь мне открыла его мамочка. С расстроенным лицом.

– Читает, – сразу поняла я.

– Читает, – вздохнула она. – Прямо не знаю, что делать. Может, врача вызвать?

Я прошла к Воробью.

Вся его комната была завалена книгами. Они лежали на столе, на подоконнике и даже на полу… А сам Воробей лежал на диване. Уткнувшись в планшет.

– Привет, Эмка, – сказал он, отрываясь от экрана. – Подожди секундочку, уже дочитываю.

Я прочла названия нескольких книг, валявшихся на полу: «Тайна куклы-убийцы», «Тайна оживших мертвецов», «Тайна черного молока»… В общем, сплошные тайны.

Володька отложил планшет.

– Дочитал. Отпадно написано. Но я уже на двадцатой странице понял кто убийца.

– Воробей, – сочувственно спросила я, – а ты не пробовал фильмы смотреть? Ведь куча же детективных фильмов.

– Кино меня не цепляет. Мне надо именно читать. Я как книжку возьму – бумажную или электронную, без разницы, – то пока до конца не прочту, не оторвусь. А как дочитаю, так сразу хочется следующую читать. А без чтения у меня ломка начинается.

– Да ты прямо книжный наркоман. Может, тебе и правда к врачу обратиться? Он пилюли от чтения выпишет.

– «Пилюли выпишет», – передразнил меня Володька. – Ты еще скажи: операцию сделает. Пойми, дурочка, книга – это источник знаний. Я столько полезного из книг узнал. И как машины угонять, и как банки грабить… А еще я теперь могу по внешности определить, чем человек занимается, где бывает…

– Ну определи по моей внешности, где я сейчас была?

Воробей окинул меня внимательным взглядом.

– В ресторане, – уверенно заявил он.

– А как ты узнал?

– У тебя правая щека черной икрой вымазана.

– Ой, – ойкнула я, вытирая щеку. – А вот с кем я там была, можешь сказать?

– С миллиардером Муромцевым, – сказал Володька.

Я округлила глаза.

– Ну ни фига ж себе! А это-то как ты определил?

– Ха! Да вся школа говорит о том, что к Спартаку приезжал Муромцев и кучу всего наобещал, если ты согласишься найти его дочку.

– Ты, Воробей, прямо поднимаешься в моих глазах.

– А ты, Мухина, в моих – опускаешься. Раньше такие крутые дела расследовала. А теперь какую-то малявку будешь искать. Докатилась, Эммочка, поздравляю.

– А что мне оставалось делать? Ты же знаешь нашу биологичку. У нее не заржавеет мне пару за четверть влепить. Слыхал, как она меня сегодня дирику заложила?

– Слыхал.

– Ну вот. А Спартак обещал пятак за четверть, если я малявку найду. Пришлось согласиться. И между прочим, не такое уж это отстойное дело. Хочешь расскажу?..

И я рассказала…

– Ну и ну, – сказал Володька.

– И это все, что ты можешь сказать? А еще дюдики читаешь, – поддела я Воробья.

Володька сразу завелся.

– Подозрительно, конечно, что у Муромцева нет фотки дочери. Да и вся эта история с двойным именем Марина-Ирина очень странная.

– И потом, – подхватила я, – откуда он знает, что я сыщик? Тоже странно.

– Это-то как раз не странно. Тебя же по ящику показывали.

«Ах, да», – вспомнила я. Действительно, моя физиономия несколько раз мелькнула по телику в передачах на криминальную тему. На одной передачке мне даже пистолет ТТ подарили и пачку патронов.

– Найти эту малявку будет несложно, – принялся рассуждать Воробей. – Я читал в одном дюдике, как проводятся такие расследования. Если, конечно, ее какой-нибудь маньяк-людоед не сожрал.

– Исключено. В похищении участвовали две девочки. Зачем людоеду искать себе еду на стороне, когда он может этих девчонок слопать?

– Логично, – согласился Володька.

– О! – воскликнула я. – Надо по инету пошарить: сколько за последнее время пропало маленьких девочек. Вдруг это целая банда орудует.

– Тогда уж не по инету, а по базе уголовного розыска.

– Точно! Сгоняем к Харитону!..

С участковым инспектором полиции Харитоном Забабашкиным мы познакомились, когда раскручивали очередное закрученное дельце. Он нам тогда здо́рово помог. Можно сказать, жизнь спас, вырвав из лап маньяка по кличке Мясник. Кошма-а-а-рная была история[4]… После этого Забабашкин написал диссертацию на тему: «Участие детей среднего школьного возраста в раскрытии особо опасных преступлений». И его пригласили преподавать в юридический институт, на кафедру правоохранительной деятельности.

Вот мы туда и погнали.

В коридоре висело расписание занятий:

1. ОБЫСК. Препод. Топтыжкина В. Д.

2. СЛЕЖКА. Препод. Сыч М. Н.

3. ДОПРОС. Препод. Забабашкин X. Г.

4. ЗАДЕРЖАНИЕ. Препод. Спичка Д. К.

Мы прошли к аудитории, где преподавал Забабашкин. Прозвенел звонок на перемену. Мы вошли.

– Мать честная – курица лесная! – воскликнул Харитон. – Кого я вижу! Ну что, юные сыщики, новое дело распутываете?

– Распутываем, – подтвердили мы.

– И что требуется от меня?

– Информация, – сказала я. – У вас ведь в полиции есть компьютерный банк данных, куда заносятся сведения обо всех преступлениях.

– Или компьютерная полицейская сеть, – добавил Володька.

– Есть и то и другое. Идемте в компьютерный класс.

Глава V
99 Девочек

В компьютерном классе Забабашкин врубил один из компьютеров и уселся перед монитором.

– Итак, что вас интересует?

– Сколько за последнее время исчезло девочек, – сказала я. – В возрасте шести лет.

– Сейчас глянем…

На экране возник список всевозможных преступлений:

ОГРАБЛЕНИЯ

ПОХИЩЕНИЯ

ШАНТАЖ…

– Значит, нам похищения нужны, – сказал Харитон и – клик-клик – клавишу.

Первый список исчез, появился второй:

ПОХИЩЕНИЕ ВЕЩЕЙ

ПОХИЩЕНИЕ ЛЮДЕЙ

ПОХИЩЕНИЕ ИДЕЙ…

Харитон «кликнул» дальше. Второй список тоже исчез, сменившись третьим:

ПОХИЩЕНИЕ МАЛЬЧИКОВ

ПОХИЩЕНИЕ ДЕВОЧЕК…

– Вам похищение девочек по Москве, по России или по всему миру? – спросил Забабашкин.

– По всему миру, – ответила я.

– Мухина, не тупи, – толкнул меня Воробей. – Нам только по Москве. За последние две недели.

Харитон напечатал:

СКОЛЬКО ЗА ПОСЛЕДНИЕ ДВЕ НЕДЕЛИ В МОСКВЕ ПРОПАЛО ШЕСТИЛЕТНИХ ДЕВОЧЕК?

ЖДИТЕ ОТВЕТА, – выдал комп.

Мы стали ждать. Не было ни ответа, ни привета.

– Завис, что ли? – предположила я.

Харитон вновь набрал вопрос. Комп тут же отреагировал:

ВЫ ЧТО, НА ПОЕЗД ОПАЗДЫВАЕТЕ? СКАЗАЛ ЖЕ – ЖДИТЕ!

– Да он у вас наглый, как танк! – воскликнул Володька. – Когда у меня комп начинает выпедриваться, я вот так делаю… – И Воробей хотел было грохнуть по компьютеру кулаком.

ОТВЕЧАЮ! ОТВЕЧАЮ!.. – мгновенно выскочила надпись.

И далее побежали строчки:

В ОТВЕТ НА ВАШ ЗАПРОС СООБЩАЮ, ЧТО В МОСКВЕ ЗА ПОСЛЕДНИЕ ДВЕ НЕДЕЛИ ПРОПАЛО ДЕВЯНОСТО ДЕВЯТЬ ШЕСТИЛЕТНИХ ДЕВОЧЕК. ВСЕ ОНИ ИСЧЕЗЛИ НА НОВОГОДНИХ ЕЛКАХ. НИ ОДНА ИЗ ДЕВОЧЕК ДО СИХ ПОР НЕ НАЙДЕНА. КОНЕЦ СПРАВКИ.

– Мать честная – курица лесная, – сказал Забабашкин. – Девяносто девять девочек. Целый детский сад.

На экране появились фотки девчонок с именами и фамилиями.

Девочки по фамилии – Муромцева – не было.

– А где же Марина-Ирина? – глянул на меня Володька.

– Не знаю, – пожала я плечами.

Харитон вырубил комп.

– Дело вашей Марины-Ирины, скорее всего, еще в разработке. А дела остальных девчат ушли в архив.

– Вы хотите сказать, что их уже не ищут, – спросила я.

– Да, не ищут, – подтвердил Забабашкин. – В угрозыске на раскрытие одного преступления отводится определенный лимит времени. Если расследование в этот лимит не укладывается, дело отправляется в архив нераскрытых преступ-лений.

Мы вышли из института, кипя от возмущения.

– Да они там все офонарели, в своем угрозыске, – кипела я. – Столько девчонок похитили, а полиции ни жарко ни холодно.

– Да я о таких приколах ни в одном дюдике не читал, – тоже кипел Володька.

– Муромцев говорил, – вспомнила я, – что след Марины-Ирины теряется в Арабских Эмиратах. Может, бандиты там девочек в рабство продают.

– Все может быть. Здесь есть о чем подумать.

– Айда ко мне думать. Родичи в Австрию свалили. Мы с Катькой теперь вдвоем. А она вчера на елке шоколадный тортик выиграла.

– Айда, – охотно согласился Воробей. – Я люблю шоколадные тортики.

И мы погнали ко мне.

– Привет, рыжая, – сказал Володька Катьке.

– Я не рыжая, а золотистая.

– Рыжая, рыжая. Не спорь со старшими.

– Ха, старший выискался.

И тут меня осенило… ой!.. то есть озарило.

– Они же все рыжие! – воскликнула я.

– Кто – рыжие? – спросил Воробей.

– Девчонки в компе. У них у всех были рыжие волосы.

– А ведь и правда… – припомнил Володька. И глянул на Катьку. – Выходит, и ее могут похитить.

Я тоже посмотрела на Рыжика.

– У тебя когда следующая елка?

– Через два часа.

– А где?

– В театре юного зрителя.

– А ведь как раз в ТЮЗе и была похищена дочка Муромцева. Да, Мухина?..

– Да, – кивнула я и решительно добавила: – Ни в какой ТЮЗ, Рыжик, ты сегодня не пойдешь!

– Еще чего, – уперлась та. – Мне Дед Мороз там подарочек должен дать.

– Да у тебя этих подарков – пруд пруди.

– Запас карман не тянет, – возразила эта финтифлюшка.

– Да пойми ты, – принялась я ей втолковывать. – В Москве на елках похищают рыжих шестилетних девочек. Значит, и тебя могут похитить.

У Катьке глаза от восторга зажглись.

– Кла-а-асс!

– Ага, класс. Особенно будет класс, когда вернется тетя Клара и узнает, что ее драгоценное чадо украдено. Да она с меня скальп снимет.

– Мухина, а ведь это шанс, – сказал Володька. – Прикинь: мы идем на елку, Катьку начинают похищать. И мы хватаем похитителя.

– А с чего ты взял, что ее сегодня будут похищать?.. Рыжик, ты на скольких елках была?

– На тридцати трех, – с гордостью ответила Катька.

– Слыхал, Воробей? И никто ее там не похитил.

– Это ничего не значит. На тридцати трех не похитили, а на тридцать четвертой похитят.

– Ну хорошо. А если похитителей много окажется? Тогда как?

– Звякнем Харитону. Пусть подмогу дает.

Глава VI
Кукла с зелеными глазами

– Мать честная – курица лесная! – восторженно орал в трубку Забабашкин. – Ай да юные сыщики! Ай да молодцы! Ни один следователь на рыжие волосы внимания не обратил, а вы сразу заметили!..

– Харитон, времени мало.

– Да, да, Эмма. Уже еду!

И вот Забабашкин приехал.

– Ай да юные сыщики! – с порога начал он снова. – Ай да молодцы! Ни один следователь…

– Да может сегодня ничего и не будет, – перебил его Володька.

– Нет, сыщики, чувствую, зацепили мы крупную рыбу. Я уже распорядился насчет ГНР.

– Насчет чего? – переспросила я.

– ГНР – Группа немедленного реагирования. Это элитный полицейский отряд. Так что не подкачают… А вы девочку проинструктировали? Она не подкачает?..

– Не подкачаю, – сказала Катька.

– Ух, какие мы смелые. А вдруг испугаешься?

– Вот еще, – фыркнула Рыжик.

– Давай все же повторим наш урок. Значит, к тебе на елке подходят две девочки и приглашают прогуляться. Что ты им отвечаешь?..

– Я говорю, что жду маму и никуда с ними не пойду.

– Правильно. А если тебя возьмет за руку какая-нибудь тетенька и поведет за собой – тогда как ты поступишь?

– Врежу тетеньке ногой под дых. Как меня Эмка учила.

– Нет, крошка, вот этого не надо. Вообще ничего не надо. Стой на месте и никуда не ходи. Эмма будет неподалеку и подаст нам сигнал.

– А какой сигнал подать? – спросила я.

– Вытрешь носовым платком лоб. И бойцы ГНР блокируют все входы и выходы.

Володька посмотрел на часы.

– Пора идти.

– Один момент… – Харитон достал из сумки два майки. – Примерьте-ка, сыщики.

– О, у меня точно такая же есть, – сказала я.

– Такой у тебя нет. Это бронежилет, замаскированный под майку. Ни пистолет, ни автомат его даже в упор не пробьют.

– А почему мне бронежилета не даете? – спросила Катька.

– Извини, крошка, на складе твоего размерчика не нашлось. Но я думаю, в тебя похитители стрелять не станут. Им же надо тебя похищать, а не убивать.

Короче, мы помчались в ТЮЗ.

Примчались.

Посредине зала стояла здоровенная елка, вся в блестящих игрушках. Гремела музыка, мигали огни, хлопали хлопушки… Детишек было целое море. И все они на головах ходили. В переносном смысле, разумеется.

Катька, увидев, что тут творится, мигом обо всем забыла. Издав боевой клич индейца, она ринулась в самую гущу орущей мелюзги. Вот чучело-мяучило!..

Мы с Воробьем договорились, что я буду контролировать левую половину зала, а он – правую. И разошлись в разные стороны.

А на сцену вышел массовик-затейник.

– Друзья, – сказал он, – хочу сообщить вам радостное известие. К нам на елку прямо с Северного полюса спешит… Как вы думаете – кто?

– Пингвинчик, – пискнула какая-то девчушка.

– Нет, не пингвинчик, а Дедушка Мороз. Но вот беда. Он может заблудиться. Давайте его хором позовем.

– Дед Мороз! Дед Мороз! – завопил зал.

– Кто это меня зовет? – послышался густой бас, и появился Дед Мороз. В оранжевом халате, валенках и прочих дедморозовских прибамбасах.

И заговорил стихами:

С Новым годом! С Новым счастьем!
Поздравляю всех детей!
Поздравляю всех гостей!
Был у вас я год назад.
Новой встрече с вами рад!
Подросли, большими стали,
А меня-то вы узнали?!

– Узна-а-ли! – вразнобой закричали детишки. – Ты Дедушка Мороз!

– Правильно, ребята.

Все такой же я седой,
Но совсем как молодой!
И готов я хоть сейчас
С вами вновь пуститься в пляс!..

Я отыскала глазами Катьку: она съезжала с горки. Потом я нашла – тоже глазами – Володьку: он ел мороженое.

А Дед Мороз тем временем перешел со стихов на прозу.

– Ребята, – спросил он, – а вы не видели мою внучку Снегурочку?

– Не-ет! – ответили все. – Не видели!

– А может, мы ее вместе позовем?

Малышня начала звать:

– Сне-гу-роч-ка-а! Сне-гу-роч-ка-а!..

Тут же нарисовалась Снегурочка.

– Я здесь, – сказала она. – Ты звал меня, дедушка?

– Мы тебя все зовем. Верно, ребята?

– Ве-е-рно!..

– Ой, простите меня, пожалуйста. Я была у своей подружки куклы Барби.

– А что же ты не пригласила Барби на нашу елку? – спросил Дед Мороз.

– Я пригласила. Она уже здесь. В Москве… Девочки, – обратилась Снегурочка в зал, – кто хочет, чтобы у нее погостила кукла Барби?

Девчонки, конечно, все хотели.

– Я! Я! Я!.. – понеслось со всех сторон.

– Ой, как много девочек, – всплеснула руками Снегурочка. – А кукла Барби одна. Как нам поступить, дедушка?

Дед Мороз сделал вид, будто усиленно размышляет.

– Придумал!.. Пускай Барби сама выберет девочку, которая ей понравится.

– Правильно, дедушка!

В руках у Снегурочка появилась кукла Барби.

– Смотри́те, – подняла она куклу над головой, – какие у Барби красивые золотистые волосы. Это значит, что в конкурсе могут участвовать только девочки с золотистыми волосами.

– Идите сюда, рыженькие, идите, – позвал Дед Мороз.

Рыжие девчонки со всех ног кинулись на сцену. Ну и Рыжик, естественно, вместе с ними. Все это уже начинало меня настораживать.

– Ишь сколько рыжеволосых девочек набежало, – продолжал Дед Мороз. – Встаньте, милые, в один ряд.

Малявки встали. Снегурочка пошла вдоль этого ряда, поднося куклу Барби к каждой девочке. Когда она поднесла ее к Катьке, глаза у куклы сверкнули зеленым светом.

– Барби понравилась эта девочка! – воскликнула Снегурочка. – У нее от радости даже глазки загорелись! Вы видели, ребята?

– Да! – захлопали дети в ладоши. – Видели!

– Ваше имя, дорогая принцесса? – обратился Дед Мороз к Катьке.

– Катя, – сказала Катька, вся млея от счастья.

– Держи, Катюша, – протянула Снегурочка ей куклу. – Надеюсь, вы с Барби станете лучшими подружками.

Зал снова зааплодировал. Снегурочка что-то шепнула Деду Морозу и увела Катьку.

А Дед Мороз вновь заговорил стихами:

Очень жарко стало мне.
Не привык я жить в тепле.
Где мои снежинки?
Снежинки-холодинки…

На сцену в белых платьях выпорхнули актрисы-снежинки и закружились, изображая падающий снег.

И тут меня озарило… ой!.. то есть осенило.

Да ведь Катьку-то похитили! Снегурочка похитила!.. Я мигом достала носовой платок и вытерла лоб.

В ту же секунду на сцену ворвалась Группа немедленного реагирования. В касках, масках, с автоматами…

Глава VII
Погоня за Дедом Морозом

Детишки завизжали от восторга, решив, что появление гэнэрэшников входит в программу представления. А Дед Мороз, выхватив из-под своего халата пистолет-пулемет, дал длинную очередь по бойцам ГНР. Бойцы открыли ответный огонь.

Началась паника.

А Деду Морозу только этого и надо было; он – с возгласом: «Ну-ка, елочка, зажгись!» – выпустил в елку зажигательные пули. Елка загорелась и, покачнувшись, начала падать. Упав, она перегородила зал, отрезав Деда Мороза от Группы немедленного реагирования.

В зале творилось что-то невообразимое.

Одна лишь я была спокойна, как мамонт. Мгновенно оценив обстановку, я выхватила свой ТТ и бросилась в погоню за Дедом Морозом.

Дверь на улицу была широко распахнута, но я успела заметить, что оранжевый халат мелькнул в коридоре, ведущем в глубь театра. Я помчалась туда и увидела еще один зал. Пустой. Здесь Деда Мороза поджидала Снегурочка.

– Рвем когти! – закричал он ей.

– Одну минуточку, – вбежала я в зал с пистолетом. – Вы забыли раздать детишкам новогодние подарки.

Они так и замерли на месте.

И тут я лоханулась – подойдя к бандитам слишком близко. У Деда Мороза оказались длинные, как у гориллы, руки, и он отвесил мне та-а-кую плюху, от которой я полетела кувырком.

Снегурочка подскочила ко мне, сжимая нож.

– Хочешь подарочек, детка?! Получай!..

Сталь лязгнула о сталь.

– На ней бронежилет! – сразу врубился Дед Мороз, тоже подскочив ко мне.

А преступница снова ударила меня ножом, целя в лицо. Я резко мотнула головой; нож просвистел мимо уха. Я, отскочив, врезала Деду Морозу ногой в бороду. Борода отлетела. А следом отлетел и Дед Мороз.

Послышались топот и голоса.

– Сюда! – закричала я. – Они здесь!

Снегурочка бросилась к дверям на улицу. Я подставила ей подножку. Снегурочка грохнулась. Я кинулась на нее.

– Говори, где Катька! – приказала я, положив преступницу на обе лопатки.

– Ее уже увезли, – сказала она.

– Кто увез?

– Массовик-затейник.

Моя версия оказалась верной на все сто. Тут орудовала целая банда.

Сзади раздался шорох. Я обернулась. Ко мне подкрадывался безбородый Дед Мороз с оранжевым халатом в руках. Я хотела стремительно откатиться в сторону. Но не успела. Бандит накинул на меня свой дедморозовский халат. И я забарахталась под этим халатом, словно рыба, попавшая в сеть.

– Вот они! – раздались голоса.

Тра-та-та-та-та… – застрочили автоматы.

А я, как рыба, точнее, как дура, продолжала барахтаться под халатом.

– Ага-а! – загремел надо мной голос Забабашкина. – Попался!..

Я наконец-то выбралась из-под этого дурацкого халата.

– Мать честная – курица лесная, – ахнул Харитон. – Эмка! А где же Дед Мороз?..

– Мухина, – подлетел ко мне Воробей, – ты в порядке?!

– В порядке.

Один из бойцов ГНР, козырнув, доложил Забабашкину:

– Очаг пожара ликвидирован! Дети эвакуированы! Жертв нет!

– А преступники?..

– Преступников тоже нет! На улице их ждала машина. Всем постам ГИБДД дана на нее ориентировка.

Харитон рукой махнул.

– Бесполезно. Машина наверняка краденая. Отъехав, они пересядут в другую украденную тачку и – поминай как звали. Вот мать честная – курица лесная, упустили мы девчонку.

– Эх, вы, – сказала я, – а еще Группа немедленного реагирования. Чего ж не среагировали?..

Бойцы ГНР удрученно молчали.

А Володька поднял с пола какую-то штучку на цепочке.

– Корова… – разглядывал он находку.

Я тоже посмотрела.

Это был медальончик с изображением трехрогой коровы с нелепо расставленными ногами. Создавалось впечатление, будто она то ли брыкается, то ли танцует.

– Танцующая корова, – подтвердил мои впечатления Воробей.

– Разреши-ка, Володя, глянуть. – Харитон взял у него медальон. – Вот мать честная – курица лесная. Как вы думаете, сыщики, что это такое?

– Медальон, – сказала я.

– Это не просто медальон. Это магический талисман. Пожалуй, его следует показать в отделе инфернальных преступлений.

– Каких-каких преступлений? – переспросил Володька.

– Инфернальных.

– Никогда о таких не слышал.

– И я не слышала – сказала я.

– А вот вы, сыщики, завтра приходи́те на Петровку, там и услышите. Я позвоню, чтоб вас пропустили.

Глава VIII
Отдел по борьбе с нечистой силой

Всю ночь я глаз не сомкнула. Настроение было хуже некуда. Катька похищена. Бандиты удрали. Родичи с тетей Кларой вот-вот вернутся… Кошма-а-а-р… Представляю, что начнется, когда они узнают об исчезновении Рыжика.

Тетя Клара, разумеется, грохнется в обморок; маман, естественно, последует ее примеру; а папочка станет бегать и размахивать руками.

Короче, будет форменный дурдом.

Что же делать?!

И тут меня осенило… ой!.. то есть озарило. Я поняла, что надо делать.

Подкрепиться!

Прошлепав босиком на кухню, я намазала на большой кусок булки большой кусок масла, сверху положила большой кусок сыра и – ам-ам! – все это слопала.

И сразу же мой мозг заработал на всю катушку.

Итак, Катьку похитили. Но родители с тетей Кларой возвращаются не «вот-вот», а только после Нового года. Значит, в запасе у меня вагон времени. Неплохо!.. Правда, бандитам удалось смыться, но зато на месте преступления осталась зацепочка – медальон с пляшущей коровой. Тоже неплохо.

– Не вешай нос, Эмка, – подбодрила я себя. – А бери ноги в руки и в темпе расследуй это дело.

Наутро мы с Воробьем погнали на Петровку.

Как и обещал Забабашкин, в здание МУРа нас пропустили без проблем.

В длинный-предлинный коридор выходило множество дверей с табличками. Каких только отделов тут не было: отдел по борьбе с организованной преступностью; отдел по борьбе с неорганизованной преступностью; отдел мелких краж; отдел крупных краж; и даже отдел средних краж…

Узнав у дежурного, где находится отдел инфернальных преступлений, мы поднялись на второй этаж.

Я постучала в дверь.

– Войдите, – раздался мужской голос.

Мы вошли. И увидели… майора Гвоздя.

– Петр Трофимыч! – воскликнула я.

– Так точно! – подкрутил бравый майор свои усы. – Чем могу служить?

– А вы разве нас не узнаете? – спросил Володька.

– Постойте, постойте, – вгляделся Гвоздь. – Вот так номер, чтоб я помер. Это ж мои ученики – Эмма Мухина и Владимир Воробьев.

– Так точно! – в шутку ответили мы.

– Забабашкин мне вчера про вас рассказывал. Оказывается, вы геройские ребята. Столько преступлений под орех разделали. Он говорил, что вы даже самого Хромого Макса взяли.

– Было дело[5], – подтвердил Воробей.

Петр Трофимыч достал сигарету и, щелкнув самодельной зажигалкой, закурил.

– Харитон мне рассказал про вчерашнюю елку. Но в двух словах. Поэтому, орлы, выкладывайте подробности.

– Значит, так, – начала я. – Ко мне обратился миллиардер Муромцев с просьбой найти его шестилетнюю дочку. Ее похитили неделю назад. На елке к ней подошли две девочки и…

– Девочки, говоришь… – Гвоздь выпустил струю дыма. – Нет, думаю, это были не девочки.

– А кто же?

– Загримированные лилипутки. Из банды черных лилипутов.

– А что это за банда? – спросил Володька.

– Эмигранты из Африки. Есть там такое племя пигмеев. Вот они к нам в Москву и пожаловали.

– Муромцев не говорил, что девочки были черными, – сказала я.

– Ну тогда это дело рук белых лилипутов. Имеется в Москве и такая банда… Продолжай, Эмма.

Я продолжила:

– Мы пошли к Забабашкину и узнали, что в Москве на новогодних елках пропало девяносто девять рыжих девочек. А у Катьки тоже рыжие волосы…

– Кто такая Катька?

– Дочка тети Клары.

– А кто такая тетя Клара?

– Мамина подруга… А потом мы с Харитоном и гэнэрэшниками устроили засаду на елке. Но бандиты, переодевшись Дедом Морозом и Снегурочкой, похитили Катьку. И потеряли вот эту штучку… – протянула я майору медальон.

– Тогда это, конечно, не лилипуты, – сказал Петр Трофимыч, крутя медальон и так и сяк. – Здесь явно орудовала банда черных колдунов.

– Тоже эмигранты из Африки? – спросил Воробей.

– Нет. Местные проходимцы.

– А почему они черные?

– Они не в том смысле черные. Эти бандиты занимаются черной магией. И у каждого члена банды имеется точно такой медальон с изображением танцующей коровы.

– А рыжие девочки зачем им понадобились?

– А затем, что они, с одной стороны, бандиты, а с другой – колдуны. И должны приносить жертвы дьяволу.

– Ой, – ойкнула я. – А вдруг они и Катьку в жертву принесут?

– Вполне возможно. Хотя главная их цель – не жертвоприношения. В старинных оккультных книгах написано, что в наш мир из Ада хочет явиться Сатана. Но он не может этого сделать, потому что адские ворота запечатаны божественной печатью. Однако существует запасной выход из Ада, который открывается только снаружи. Где он расположен – никто не знает. Вот банда черных колдунов и надеется отыскать этот выход и открыть. Тогда Сатана со своей армией демонов выйдет на поверхность Земли. И если это случится, нам, людям, мало не покажется…

– Вы прямо какой-то мистический триллер рассказываете, – хмыкнул Воробей.

– Это не триллер, Володя, а целая наука. Называется – инфернология. Слыхали о такой, орлы?..

Мы помотали головами.

– Нет, не слыхали.

– Наука об Аде, – разъяснил Петр Трофимыч. – Дело в том, что по данным, полученным из достоверных источников, Ад находится в России.

– Как это – в России? – удивился Володька.

– Вернее, не в самой России, – поправился майор, – а под Россией. Вот тут, прямо под нами. – Он постучал каблуком по полу.

– Белиберда какая-то, – сказала я.

– Белиберда не белиберда, а Министерство внутренних дел распорядилось создать в МУРе отдел инфернальных преступлений или, попросту говоря, отдел по борьбе с нечистой силой. И отдел уже начал работать. Мы установили личности сразу трех преступников из банды черных колдунов. – Гвоздь достал из ящика три фотки. – Вот, пожалуйста, это Аркадий Вампиров, по кличке Вампир. В последнее время заделался экстрасенсом… А это Макар Пенделевский, по кличке Пендель. Сейчас называет себя не иначе как Магистр абсолютной магии… Имеются в банде и свои колдуньи. Одна из них – Аида Вертихвостьева. Она же Шмакова, она же Шлакова, она же Криворукова. Мошенница и аферистка, четырежды судимая…

– Так это же Снегурочка! – воскликнула я, глянув на снимок. – Воробей, скажи?!

– Да! Она!

– А вы не путаете? Точно она?

– Точно!

– Вот так номер, чтоб я помер!.. – Гвоздь ловким щелчком послал окурок в пепельницу. – Значит, в этом деле действительно замешана банда черных колдунов. Кстати, главарем банды является некий Сатана-младший. Он выдает себя за сына Сатаны. Никто не знает его имени, и никто не видел его лицо. На тайных сборищах он всегда появляется в красной маске…

Глава IX
Рыжие волосы Грохольской

– Вот тебе и «малявку искать», – напомнила я Воробью его слова, когда мы уже шли по улице. – Вон сколько этих малявок набралось. И все рыжие, и все исчезли…

– Да уж, – ответил Володька. – Это дело покруче остальных будет. Здесь глобальный подход нужен.

– Как это – глобальный?

– Ну, то есть целенаправленный.

– Как это – целенаправленный?

– Ну, надо рассматривать вопрос в полном объеме.

– Как это – в полном объеме?

– Со всех сторон.

– Как это…

– Мухина, если ты сейчас скажешь: «Как это со всех сторон», – я тебя толкну в сугроб.

– Как это – со всех сторон? – тут же сказала я.

– А вот так!.. – И Воробей хотел толкнуть меня в сугроб. Но я отскочила в сторону, и Володька сам ткнулся носом в снег.

– Ура-а! – завопила я, набросившись на него.

– Мальчик, мальчик! – раздался строгий голос. – Сейчас же прекрати обижать девочку!..

Рядом с сугробом стояла Грохольская. Моя соседка по лестничной площадке.

– Здрасьте, Ольга Васильевна, – поздоровалась я, отряхиваясь от снега.

– Эммочка, солнышко, – узнала она меня и, сурово глянув на Воробья, добавила: – Как не стыдно обижать девочку.

– Ее, пожалуй, обидишь, – проворчал Володька, вылезая из сугроба и тоже отряхиваясь.

– Ой, Володечка, – узнала и его Грохольская. – Ребята, вы мне не поможете сумки до дома донести? А то столько всего накупила, а сил тащить уже нет.

– За деньги мы вам все дотащим, – бойко ответила я.

– Конечно, Эммочка, конечно. – Старушка суетливо полезла за кошельком.

– Да я пошутила, Ольга Васильевна. Давайте ваши сумки.

Мы подхватили сумки и направились к моему дому.

– Вот спасибо, – семенила рядом Грохольская. – Выручили…

– Воробей, – вернулась я к прежней теме, – а вдруг колдуны все-таки девчонок в жертву приносят.

– К чему тогда сложности с похищением? Хватай любую девчонку на улице и приноси в жертву.

– Но им надо именно с рыжими волосами.

– Рыжих на улицах тоже полным-полно.

– А может, им нужны не все рыжие, а определенные.

– Что значит – определенные?

– Вспомни, сколько малявок выбежало на сцену. Чего ж бандиты их всех не забрали? А похитили только Катьку.

– Ну, всех они и не могли забрать. Слишком много.

И тут меня озарило… ой!.. то есть осенило.

– А что, если кукла Барби – вовсе не кукла, а замаскированное под куклу специальное устройство. И оно сработало, когда Вертихвостьева подошла к Катьке. Помнишь, глаза зеленым светом загорелись. Прибор что-то определил в Катькиных волосах.

– Что он мог определить?

– Откуда я знаю?! Какие-нибудь гормоны или хромосомы. Не важно. Главное, все дело в свойствах рыжих волос.

– Ax-ax, – меланхолично вздохнула Грохольская. – Когда-то и у меня были роскошные золотисто-рыжие волосы. Это было так давно, так давно…

– А вас в молодости никто не пытался похитить? – поинтересовалась я.

– Конечно, пытался, – ответила Ольга Васильевна.

– Кто?! – вскричали мы с Воробьем.

– Летчик-испытатель. О-о, какой это был интересный мужчина.

– Да нет, – отмахнулся Володька. – Мы про другое спрашиваем. Вспомните, интересовался кто-нибудь вашими рыжими волосами?

– Интересовался. И не кто-нибудь, а мой собственный муж, Ванечка.

Здесь надо сказать, что Грохольская была вдовой знаменитого академика Ивана Ивановича Дундукова, который совершил множество великих открытий… Кстати, чокнутый профессор Федякин был любимым учеником Дунудкова. Ну, разумеется, до того, как чокнулся…

– Так вот, – продолжала Ольга Васильевна, – однажды Ванечка заинтересовался моими волосами. Каждый день срезал у меня несколько волосков и рассматривал их под микроскопом. А затем, тоже под микроскопом, стал изучать волосы соседской девочки. У нас по соседству жила девочка, которая…

Володька перебил:

– А сколько девочке было лет?

– Лет шесть. Она была рыженькая-рыженькая. Прямо как лисичка. И Ванюша, глядя в микроскоп, частенько восклицал: «Невероятно! Фантастично! Вот так открытие!»

Грохольская замолчала.

– Ну а дальше-то?! – поторопила я.

– А дальше мой Ванечка покинул меня, – грустно ответила Ольга Васильевна.

– А записи?! – воскликнул Воробей. – Записи сохранились?!

– Ваня никогда ничего не записывал. Он все держал в голове.

– Выходит, никто не знает, какое открытие совершил ваш муж, – сделала я вывод.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Обо всех этих приключениях Эммы Мухиной читайте в книгах В. Роньшина.

Вернуться

2

МУР – Московский уголовный розыск.

Вернуться

3

Киднеппинг – похищение людей (преимущественно детей) с целью получения выкупа.

Вернуться

4

Эту кошма-а-а-рную историю читайте в книге В. Роньшина «Эмма Мухина и Тайна кремлевского водопровода».

Вернуться

5

Об этом деле читайте в книге В. Роньшина «Эмма Мухина и Тайна африканского колдуна».

Вернуться