Пролог.

Человек шагал по темному городу с объемным рюкзаком за спиной. По коже ночного путника бегали противные мурашки, а внутри ликовала справедливость, – еще мгновенье, и она будет отомщена.

Реальность происходящего пугала и одновременно радовала. Слишком многое оказалось брошено на кон ради этого момента. Пятнадцать лет ожидания, четыре смерти, перевёрнутая с ног на голову жизнь. Но память о ней не оставила иного выхода, и стоила случившихся трагедий.

Высокая фигура незнакомца скользила по узким дворам. Человек считал шаги и размышлял о будущем. Неужели завтра он проснется свободным? Вдруг снова получится радоваться житейским мелочам, искренне улыбаться и дышать ровно от воспоминаний? Ответить на эти вопросы путник пока не мог. Зато наверняка знал одно – она хотела бы такого финала. В памяти всплыли испуганные выразительные глаза после роковой ночи. Тогда ему открылась пугающая истина: прежняя она умерла, навсегда осталась лежать в темной комнате хрущевской квартиры. Он сжал кулаки от нахлынувшего гнева. До сарая с последней жертвой оставалось пару метров. Скинув тяжёлый рюкзак, путник раскрыл боковой отсек. Рука нащупала нож в глубоком кармане, а на лице расползлась кривая улыбка.

"Встречай гостей", – глухо сказал он в тишину двора и сделал широкий шаг.

1.

Сегодня в больнице было многолюдно. Столпотворение – обычное дело для первой половины понедельника. Я спешно накинула на плечи белый халат, натянула медицинский чепчик, скрыв под ним длинные светлые волосы, и пригласила в кабинет первого пациента. Им оказался усатый мужчина средних лет. Он топтался в пороге, не понимая, что делать дальше. Судя по поведению, человек посещал врачей нечасто, от чего пребывал не в своей тарелке. Мне в очередной раз взгрустнулось из—за отсутствия Любочки. Медсестра, прикрепленная к нашему кабинету, резко заболела, и я вынуждена была вести прием одна. В сложившейся ситуации огорчало отнюдь не увеличение обязанностей в виде заполнения кипы бумаг, а моральная поддержка хрупкой миловидной Любы. Медсестра всегда пребывала в отличном настроении, часто шутила и могла найти общий язык с любым человеком. Но место девушки сейчас пустовало, и налаживать контакт пришлось самой.

– Присаживайтесь, – шумно вздохнула я, – и для начала приготовьте вашу карточку.

– Да—да, – кашлянул мужчина. Он устроился на краешке деревянного шаткого стула. К сожалению, в здании нашей городской больницы ветхим было все: начиная от мебели и заканчивая аппаратурой. Главный врач, отдать должное, пробовал сражаться с министерством, требуя от них увеличенный бюджет, но раз за разом попытки оказывались тщетны. Заполнив талон для регистратуры, я снова обратилась к мужчине.

– Какие жалобы?

– Живот болит, – неуверенно вступил он в диалог, – то справа кольнет, то слева тяжесть.

– Давно длятся такие симптомы?

– Да уж пару месяцев точно, – сдвинул брови пациент, – но позавчера совсем плохо стало.

– Проходите на кушетку, – я указала мужчине на коричневую раскладушку в конце кабинета, – поднимите майку и лягте на спину.

Пока пациент готовился к осмотру, я направилась в сторону раковины. Тщательно натерев руки мылом, впервые за утро взглянула на свое отражение. Взгляд уловил худое лицо, которое казалось бледным на фоне больничной стены. Губы слились с цветом кожи, лишь глаза, словно яркое голубое пятно, выделялись и казались живыми.

—Готово, – привел меня в чувство негромкий голос. Я кивнула, отведя взгляд и отправилась на осмотр. После стандартных процедур мы вернулись за стол. Мне удалось успокоить пациента, после чего назначить необходимые анализы и повторный прием. А также я вручила мужчине прямоугольный лист со списком лекарств.

– Пока ждем результатов, начните принимать эти препараты, они снимут острую боль.

– Спасибо, доктор.

– Не приглашайте следующего, – попросила я мужчину, – сама позову.

После того, как пациент покинул кабинет, я торопливо полезла в сумочку за косметичкой. Было просто необходимо привести лицо в порядок. Слегка накрасив ресницы тушью, я коснулась розовой помадой губ, и теперь любовалась своим видом в маленьком зеркале пудреницы. Внешность моя нравилась многим людям. Выразительные глаза, аккуратный, слегка вздернутый нос, пухлые губы на худом лице, – в совокупности выглядели довольно привлекательно. Муж считал меня даже красивой, часто повторяя об этом. Я подмигнула отражению, а после спрятала зеркальце, и снова принялась за прием.

Утро пролетело незаметно. Череда пациентов закончилась ближе к обеду, настало время отдохнуть. Персонала в больнице нашего небольшого городка катастрофически не хватало, и многим врачам приходилось работать на две ставки: вести прием в поликлинике, а также лечить пациентов в стационаре. Я не стала исключением, потому во второй половине дня мне предстояло отправиться в отделение гастроэнтерологии для дежурства среди палатных больных. Возникший перерыв дал возможность посидеть в тишине с кружкой горячего чая. Однако, выполнить задуманное не удалось. Только я включила кнопку электрического прибора, как в кабинет снова постучали.

– Войдите! – обреченно ответил мой голос. Противно скрипнули петли на старой двери, и на пороге возник посетитель. Крепкого телосложения мужчина смотрел на меня с высоты своего роста. Широкие брови делали лицо серьезным, а серые глаза отводили внимание от тяжёлого подбородка. Нежданному гостю было около тридцати, по всей видимости, мы являлись ровесниками.

– Рассказова Юлия Викторовна?

– Верно, – симпатичный посетитель выглядел совершенно здоровым, поэтому я с сомнением уточнила, – вы опоздали на прием?

– Нет, – темноволосый мужчина покачал головой и полез в карман. Через секунду в его руках появилось удостоверение, – Павлов Руслан Сергеевич, оперативный отдел города, необходимо задать вам несколько вопросов.

– В связи с чем простите? – лоб сам собой нахмурился, а настроение упало, видимо, чаепитие придется отложить. Будто в подтверждение мыслей в тишине кабинета щелкнул чайник.

– Вам знакома Наталья Селина?

– Конечно, – уверенно ответила я, – мы работаем вместе. Наталья ведет прием в соседнем кабинете, она терапевт.

– Женщина исчезла трое суток назад, – внимательно взглянул на меня Руслан Сергеевич, – вышла после смены с больничного двора, и с тех пор о ней ничего не известно.

– Как это исчезла? – от слов высокого полицейского заколотилось сердце, – у Натальи семья, дети, куда она могла пропасть?

– Об этом и хотелось поговорить, – мужчина, не церемонясь, прошел вглубь кабинета, шумно присев на стул. Тот подозрительно хрустнул, но выдержал своего сильного гостя. Я тоже поспешила устроиться напротив полицейского, он потер щеку с грубой щетиной и задал очередной вопрос, – когда в последний раз вы видели гражданку Селину?

– В пятницу, – долго думать не пришлось, я хорошо помнила день перед прошедшими выходными, – мы работали в поликлинике во вторую смену, в шесть вечера отпустили последних пациентов. Наталья зашла к нам в кабинет…

– К вам? – перебил Руслан Сергеевич, – вы находились не одна?

– Конечно, – разъяснила я, – обычно врач работает совместно с медсестрой, просто сегодня моя напарница заболела. Так вот, Наталья заглянула буквально на минутку, сообщила, что завтра они с семьей собираются за город, обещала привезти нам варенье. Потом ушла, а мы с медсестрой остались.

Оперативник зачем—то уточнил фамилию Любы и поднялся на ноги.

– Если вдруг что—то узнаете или вспомните, сразу позвоните мне.

Руслан Сергеевич записал корявым почерком на стикере свой номер и вышел из кабинета. Я кинула наклейку в ящик стола и с нехорошим предчувствием отправилась в стационар.

Пожилая нянечка тетя Клава встретила меня на входе, в отделении царил тихий час. Женщина подмигнула и сказала:

– Ступай в ординаторскую, там девчонки чайник поставили, я пирог принесла, с капустой.

– Отличная новость, – в животе призывно заурчало, – с утра ни крошки во рту.

– Еще людям желудки лечишь, – хмыкнула санитарка, – а за своим не следишь!

Я спорить не стала, тем более, доля правды в словах женщины присутствовала.

– Юля, заходи! – приветствовали меня коллеги, – перекусишь, или ты уже?

– Не успела, – пожала я плечами, – полиция приходила. Говорят, Наташка Селина пропала.

– Нас тоже опрашивали, – закивали девочки в ответ, – страшно все это, куда могла исчезнуть взрослая женщина?

– Будем надеяться, что полиция во всем разберется.

– Кстати, – хохотнула молоденькая практикантка, – этот оперативник, Руслан, кажется, ничего такой, симпатичный.

– Кто о чем, а вшивый о бане, – высказалась вошедшая в двери тетя Клава, – давайте лучше пирог есть, пока не остыл.

После тихого часа началось время обхода, я посетила своих пациентов, провела осмотр. Затем настал период документации: несколько часов ушло на заполнение карточек больных. В шесть вечера в ящике рабочего стола завибрировал мобильник. Я, не спеша, ответила мужу:

– Привет, уже приехал?

– Ага, – зевнул в ответ супруг, – жду на выезде.

– Дай пятнадцать минут.

Закрыв последнюю карточку, я переоделась, передала пациентов дежурному врачу и направилась к больничным воротам.

2.

На улице началась метель. Мелкие снежинки кружились в воздухе, стремительно заполняя пространство вокруг. Нахохлившись, я добежала до автомобиля Дмитрия и с радостью запрыгнула на переднее сиденье.

– Тепло у тебя!

– Снова без шапки? – покачал головой муж. Дмитрий был старше и рассудительнее меня, поэтому все время норовил учить жизни. Я всерьез не огорчалась, даже, наоборот, любила прислушиваться к его советам.

– Завтра обязательно надену, – сгладила я обстановку, – как дела на работе?

Муж принялся что—то рассказывать, а я смотрела на него в свете уличных фонарей. Дмитрий выглядел солидно: уложенные русые волосы, отсутствие щетины на мужественном лице, галстук и деловой костюм в полоску. Супруг являлся специалистом по ИТ в одной крупной компании, дочерний офис которой, непостижимым для меня образом, находился в этом небольшом городке. Данное обстоятельство и привело сюда нашу маленькую, но крепкую семью. Мужу предложили повышение, нам пришлось покинуть соседний региональный центр и обустроиться в тихой провинции. Я пошла лечить людей в местную больницу, а супруг продолжил строить карьеру. Руководство очень ценило способности Дмитрия, постоянно поощряя его премиями и всяческими привилегиями. В свою очередь, муж оправдывал доверие начальства, на работе он выкладывался на сто процентов, часто трудился над проектами допоздна, иногда оставался в офисе на ночь.

– Юля, – улыбнулся муж, – ты чего зависла?

– А? – не поняла я вопрос супруга.

– Два раза уже спросил, как твои дела?

– У меня нормально все, – подумав, я решила добавить, – полиция сегодня приходила, пропала Наталья Селина.

– Терапевт, которая? – поднял брови Дмитрий.

– Она. Три дня как дома не появлялась.

– И что говорит полиция? Куда могла исчезнуть твоя коллега?

– Не знают. Думаю, скоро разберутся. Оперативник хоть и молодой, но настроен серьезно.

– Значит, точно отыщет, – подбодрил меня супруг, – не заморачивайся.

– Хорошо, – подмигнула я мужу, – к тому же своих забот хватает.

– Ты о чем? – удивился Дмитрий.

– Нам на ужин есть нечего.

– Это прям великая неприятность, – хохотнул супруг, – заедем по дороге в магазин, купим пельменей.

– Права тетя Клава, – я грустно вздохнула, – хреновый из меня гастроэнтеролог.

Муж засмеялся и притормозил возле первого попавшегося супермаркета.

Утром просыпаться жутко не хотелось. Дима наклонился и потряс меня за плечо:

– Юля, вставай! Опоздаем ведь!

– Зимой нужно отменять работу, – недовольно пробурчала я в подушку, – или хотя бы давать людям дополнительный выходной.

– Скоро Новый год, десять дней праздников, мало тебе, что ли?

– А толку? – пришлось поднять туловище и присесть на кровати, – у меня дежурство за эти дни четыре раза. Где справедливость?

– Ты сама решила работать врачом, – муж удалился в кухню. Из соседней комнаты раздался его грубый голос, – поторопись, а то придется добираться на маршрутке.

Я потянулась, после отправилась в душ. Быстро оделась и принялась собирать сумку. Сегодня по графику выпадало ночное дежурство, это означало, вернуться домой удастся только через сутки.

Дмитрий ждал в коридоре. Он умудрился за считаные минуты привести внешность в идеальный порядок, на его фоне я почувствовала себя рассеянной и даже неопрятной. Кое—как расчесав волосы, я собрала в пучок длинный хвост, решив накраситься в машине.

– Я сварил нам кофе, – протянул муж термокружку.

– Как ты все успеваешь?

– Привычка, – пожал плечами Дмитрий и ласково поцеловал мою щеку.

Несмотря на ранний час, у входа в больницу уже образовалась очередь. Я осторожно огибала недовольных пациентов, и тут услышала свое имя.

– Юля!

Обернувшись, мне удалось разглядеть в толпе мужчину, который секунду назад окликнул меня. Через несколько человек стоял Андрей, супруг исчезнувшей Наталья Селиной. Разговаривать в давке оказалось жутко неудобно, поэтому я махнула рукой, приглашая Андрея войти. Вскоре мы уже сидели в теплом кабинете.

– Прости, что отвлекаю, – задумчиво глядя в сторону, сказал мужчина, – но не знаю, куда податься, места себе не нахожу. Отвел детей в школу, а у самого отгул. Решил зайти, узнать, вдруг вам Наташка чего говорила, может собиралась куда прошлой пятницей?

– Собиралась, – от переживаний Андрея мне самой стало не по себе, – с вами на дачу. Вот в этом кабинете мы распрощались, и она отправилась домой.

– Только не дошла. Ну куда она могла пропасть, а, Юль?

– Не знаю, – горько воскликнула я, – не знаю, Андрей! Вчера полиция приходила, может, они разберутся?

– У меня в приятелях следователь, – грустно ответил собеседник, – он говорит, если за трое суток живой не объявилась, можно не надеяться уже.

– Какой кошмар! Андрей, нужно верить в лучшее, слышишь?

– Конечно, – кивнул мужчина, – только как? Дети спрашивают, где мама, а мне ответить нечего.

Я собиралась снова поддержать мужчину, но дверь кабинета открылась. Недовольная полная женщина уперла руки вбок и заявила:

– Доктор, вы работать сегодня собираетесь? У меня, вообще—то, талон на восемь ноль—ноль.

– Ладно, – суетливо поднялся со стула Андрей, – прости, что отвлекаю, я побегу.

– Ты заходи, – я проводила мужчину, параллельно отправив настойчивую пациентку снова за дверь. В одиночестве мне удалось прийти в себя от неприятной беседы. Грустно вздохнув, я надела шапочку, поправила макияж, нанесенный в машине, и только тогда крикнула нетерпеливой даме, – входите!

Весь день прошел в стандартной рабочей суматохе. Ближе к вечеру я приняла дежурство в отделении гастроэнтерологии, проводив коллег домой. В ординаторскую заглянула тетя Клава, нам выпала участь остаться на ночь вместе.

– Какие новости? Нашлась Наташка—то?

– С утра точно радоваться нечему было, сейчас – не знаю.

– Юлька, – распереживалась старушка, – а вдруг в городе маньяк?

– С чего это? – слова женщины напугали, – еще кто—то пропал?

– Пару лет назад также исчез мой сосед.

– Не думаю, что одно с другим связано, – успокоилась я, – вы просто детективов пересмотрели.

– Чушь какая, – насупилась тетя Клава, – я ваши телевизоры редко включаю, мне читать больше нравится.

– Не обижайтесь, – улыбнулась я женщине и, дабы сгладить ситуацию, спросила, – что приключилось с соседом?

Тетя Клава плюхнулась на диван и, поправив мятую юбку, принялась рассказывать:

—Много лет назад по соседству со мной купил квартиру молодой мужчина. Я переживала поначалу, думала, будет музыку слушать, да друзей водить, но парень оказался из приличных. Александр, так звали паренька, работал полицейским, посторонних в гости не таскал, а вскоре и вовсе обзавелся супругой. Молодые жили мирно, жена Сашке сына родила. А пару лет назад случилось в их семье несчастье. Помню, я генералила квартиру к Новому году, тоже декабрь, кстати, на дворе стоял. Так вот, уборке помешал звонок в дверь. Выяснилось, пришла Сашкина супруга. Девчонка выглядела устало, по лицу сразу было ясно, что—то произошло. Оказалось, исчез мой сосед. Девчонка вечером его со службы не дождалась и принялась в отделение звонить. Тогда коллеги и признались, мол, на работу Сашка с утра не приходил. Ребята его разыскивать не стали, решили, загулял мужик перед праздниками.

– Так может и вправду загулял? – предположила я.

– Ты что! Сашка не из таких был, – подняла тетя Клава вверх палец, – приличный семьянин, с работы сразу домой, без всяких там пьянок.

– И что в итоге? – прервала я воспоминания санитарки.

– Ближе к ночи патрульные нашли машину Сашки. Она неподалеку от участка стояла, а хозяин иномарки как сквозь землю провалился. Родственники и полиция подняли на уши весь город, только без толку: никаких зацепок не нашли. Обнаружили парня к началу весны, и то совершенно случайно. Подросток с собакой гулять вышел, а псина убежала, да прямиком на пустырь за нашей больницей.

– Нашли место для прогулок, – поежилась я, припомнив мрачный пейзаж. Лечебница стояла на пяточке, к которому вело три дороги, задний двор же выходил на заброшенный пустырь. Городские жители рассказывали, в девяностые один бизнесмен планировал возвести на поле жилой комплекс, но, видимо, не хватило денег. Со временем стройка превратилась в свалку, которую облюбовали бомжи.

– Там—то псина наткнулась на труп несчастного Сашки, – прервала размышления уборщица, – следователи списали убийство на дело рук местных наркоманов. Я поверила, кому ж еще помешал обычный полицейский? Но после исчезновения Наташки задумалась, вдруг не просто так люди пропадают, а если это маньяк?

– Вы Руслану Сергеевичу расскажите, который вчера приходил, – посоветовала я женщине, – он пусть и выясняет.

– Дело говоришь! – задумалась старушка, а я отправилась на вечерний обход.

В плане самочувствия у больных оказалось все более—менее стабильно, можно было расслабиться и ненадолго прилечь. Я устроилась на узком диване в ординаторской, подсунув руку под голову, после чего незаметно для себя уснула. После рассказа тети Клавы в полудреме мерещились странные картинки: Наталья шла под руку с мужем по пустырю, а навстречу им шагал неизвестный мне парень в полицейской форме. Дурацкий сон нарушило непонятное ощущение. Мне показалось, в пустой ординаторской присутствует кто—то чужой. Глаза мгновенно распахнулись, и выяснилось, что предчувствие меня не обмануло. Над диваном возвышался оперативник Руслан Сергеевич Павлов. Мужчина внимательно рассматривал мое лицо, приподняв широкую бровь. От неожиданности я пулей вскочила на ноги, взглянув на часы. С момента внепланового отбоя прошло почти тридцать минут, и теперь было неясно, как долго полицейский наблюдал за моей спящей особой.

– А вам можно? – вдруг спросил мужчина.

– Можно что? – непонимающе уточнила я.

– Спать на рабочем месте?

– Нельзя, – развела я руками, – но на то и существуют правила, чтобы их нарушать.

– Вряд ли эта поговорка подходит в данной ситуации, – усмехнулся Руслан Сергеевич. Пока я решала, как сменить тему, он снова заговорил, – ладно, все мы не без греха.

– Мне дежурить всю ночь, и утром вести прием, – будто оправдываясь, отвела я глаза, – вы что—то хотели?

– Говорят, сегодня приходил муж пропавшей Селиной, – оперативник присел на край стола, придвинутого к стене, – также говорят, он навещал именно вас.

– Эта информация стоила вашего визита ночью? – обстановка изрядно напрягала.

– В расследовании важна каждая деталь, – Руслан Сергеевич сложил большие ладони в замок, – так что хотел Андрей Селин?

– Спрашивал о нашей последней встрече с Натальей, еще делился переживаниями, но разговор длился недолго, у меня начался прием, и мужчина ушел.

– Почему супруг Натальи явился именно к вам?

– Андрей стоял с утра на крыльце, – терпеливо объяснила я, – заметил первое знакомое лицо, вот и окликнул именно меня.

– Вы были знакомы?

– Виделись несколько раз, – я нахмурилась, – почему вас так заинтересовал визит Андрея?

– Я ищу мотив, – туманно ответил оперативник, – мы нашли тело Селиной, женщину убили примерно сутки назад.

– И где обнаружили Наталью? – немеющим от страха языком уточнила я.

– На пустыре, среди заброшенной стройки. Как раз возле вашей больницей.

Я присела на стул. От полученных новостей по спине пробежал холодок.

3.

Мы с Русланом Сергеевичем стояли друг напротив друга. Нервы изрядно шалили, вызывая неконтролируемую дрожь. Я убрала ладони в карманы белого халата, дабы скрыть волнение от посторонних глаз.

– Кому помешала Наталья? Она всегда отзывчивой была, доброй.

– Буду выяснять, – пожал плечами Руслан Сергеевич, – завтра жду вас в отделении, нужно провести официальный допрос.

– Конечно, – на глазах выступили слезы, – мне все равно не верится, кажется, это чья—то злая шутка.

Руслан Сергеевич ответил, но слов оказалось не разобрать из—за шума открывающейся двери.

– Юль, – громко сказала вошедшая постовая медсестра, – нам пациента со скорой подняли, с острой болью.

– Извините, – обратилась я к полицейскому, давая понять, что мне нужно уйти. Мужчина быстро кивнул, а я зашагала в смотровую. Пациентом оказался мальчишка. Бледный парень лежал на кушетке, скрючившись от боли.

– Когда начался приступ? – обратилась я к юноше.

– Часа два назад, – парнишка с надеждой посмотрел на меня, – помогите, доктор!

– Поехали на узи, – повернулась я к медсестре. Мы переместили парня на каталку, после чего повезли скрипучую кушетку на колесах по коридору. По дороге мы пытались успокоить испуганного парня, медсестра даже принялась с ним болтать. Из сказанного стало известно, новый пациент учился в местном экономическом колледже, проживал в общежитии и ранее проблем со здоровьем не имел. В кабинете узи ситуация прояснилась, стенки желчного пузыря были расширены, что свидетельствовало о внутреннем воспалении органа. Я сообщила информацию студенту, на что парень удивленно округлил глаза.

– И что с этим делать?

– Лечить, – улыбнулась я, протянув юноше бумажную салфетку, – вытрите живот.

– Почему этот желчный вдруг воспалился?

– Расскажи—ка о своем питании, – парень стал перечислять повседневное меню, а у меня снова появилось ощущение пристального взгляда на себе. В спешке повернув шею, я увидела, что дверь в кабинет осталась приоткрыта. Сквозь небольшую щель удалось разглядеть полутемный коридор, а в нем высокого полицейского. Руслан Сергеевич стоял напротив и откровенно подглядывал за процессом моей работы. На секунду я задержала внимание на мужчине, но одернула себя и вернулась к пациенту. Студент как раз заканчивал рассказ.

– Готовить—то особо некогда, перебиваемся пирожками в буфете, сосисками. Еще лапшу китайскую вечерами едим.

– Вот и ответ на твой вопрос, в первую очередь нужно наладить питание, – я взглянула в карту пациента, – ты из области? Может позвонить родителям, или сообщил уже?

– Лучше утром с ними свяжусь, – парень снова сморщился от боли, – ночью все равно ничем не помогут, только распереживаются.

От заботы юноши стало тепло на душе, вдруг вспомнилась мама, и жутко захотелось с ней встретиться. Внезапная ностальгия оказалась совсем не к месту. Я мысленно чертыхнулась, сделала назначения и передала документы медсестре. Настроение парня после УЗИ значительно улучшилось. Он решительно слез с каталки:

—Нечего меня возить. Сам потихоньку дойду.

– Вперед, герой, – засмеялась медсестра, и они проследовали в процедурную. Я повернулась к аппарату узи, с целью выключить допотопную машину, за спиной раздался голос:

– У парня что—то серьезное?

– Как сказать, – ответила я Руслану Сергеевичу, – опасности для жизни нет, но здоровье значительно подпорчено.

– Когда вы решили, что станете врачом? – вдруг спросил мужчина.

– В юности, – мне, наконец, удалось совладать с аппаратом, я вырубила кнопку, после чего развернулась к собеседнику, – в детстве планировала стать моделью, даже ходила на какие—то курсы, но потом затея показалась несерьезной.

– Жаль, – впервые на лице полицейского появилась улыбка, – у вас есть отличные данные для модельной карьеры.

– Спасибо, – от внезапного комплимента вспыхнули щеки, – я вам еще нужна? Хочу проверить некоторых больных.

– Конечно, идите, – Руслан Сергеевич пропустил меня из кабинета, затем вышел сам, хлопнув дверью.

На обход я потратила двадцать минут, после чего решила выпить кофе. В ординаторской горел свет: за небольшим столом обнаружились тетя Клава и Руслан Сергеевич. Санитарка поила полицейского чаем и что—то взволнованно рассказывала.

– Вот я и думаю, вдруг Сашка тоже неслучайно пропал?

Я хмыкнула, женщина таки решила поделиться своими фантазиями с оперативником. При моем появлении тетя Клава оторвалась от собеседника и поднялась из—за стола.

—Юлечка, ты слышала, какие дела творятся? Наташку—то убитой нашли!

– Знаю. Очень жаль!

– Ладно, – Руслан Сергеевич отставил кружку в сторону, – спасибо за информацию, мне пора ехать.

– Упаси господи, – воскликнула женщина. Заметив наше удивление, санитарка торопливо пояснила, – в такую пургу и пешком идти страшно, куда уж за руль садиться!

Мы с оперативником одновременно развернулись к окну: на улице действительно творился маленький армагеддон. Шквалистый ветер с бешеной скоростью собирал снежинки в воронку и кружил по воздуху. От урагана качались деревья, наклоняя ветки максимально низко к земле. Я мысленно согласилась с опасениями тети Клавы, соревноваться с природой в выносливости сейчас было по меньшей мере глупо. Судя по выражению лица оперативника, отражающемуся в стекле, он думал аналогично.

—Пойду кочегара будить, – объявила тетя Клава, – пусть "автономку" включает, провода порвет с минуты на минуту.

Женщина зашаркала к выходу, а Руслан Сергеевич замер в нерешительности. Я нарушила молчание с целью помочь мужчине:

—Санитарка права, лучше переждать непогоду. Оставайтесь здесь, в ординаторской вас никто не побеспокоит.

– Спасибо, – оперативник расслабился и откинулся на спинку стула.

– Еще чаю?

– Ваша тетя Клава уже напоила, даже угостила пирожками.

– В этом она мастер. Ну а я все же налью кофе.

Мы на время замолчали. Я машинально перелистывала истории болезни, отчего—то жутко смущаясь обществу Руслана Сергеевича. Он, в свою очередь, пялился в телефон. Лишь шум закипающего чайника нарушал тишину. Когда кофе был готов, я устроилась на диване, поджав под себя ноги, и, наконец, сняла медицинскую шапочку.

– Без головного убора вы смотритесь моложе, – констатировал оперативник, – видимо, совсем недавно практикуете?

– Два года, – кивнула я, – ординатуру проходила в другом городе, после устроилась сюда.

– В связи с чем решили переехать?

– Мужа перевели по работе, – я взглянула на полицейского, – вы тоже молодой специалист?

– Не совсем, – усмехнулся Руслан Сергеевич, – после армии пошел в патрульные, параллельно учился на юридическом. Так что, стаж у меня приличный.

– Надеюсь, вы найдете убийцу Натальи. Тетя Клава, к примеру, считает, в городе завелся маньяк.

– Она сообщила свою версию, – Руслан Сергеевич еле заметно улыбнулся, – я помню дело Александра Сомова. Исчезновение полицейского здорово всколыхнуло общественность. Но там, вроде бы другая история, мужчину ограбили: сняли хорошие вещи, украли кошелек с новогодней премией, а потом и вовсе перерезали горло.

– Ужасная смерть, – поморщилась я и тихо добавила, – Наталью тоже убили ножом?

– По предварительным данным – да.

– Жуть какая, – я задумчиво спросила, – интересно, почему люди решаются убивать других людей?

– Частой причиной являются деньги, затем – ревность, еще алкогольные разборки, ну и психические отклонения.

– Расскажите, – вдруг стало любопытно, – в вашей практике были какие—нибудь загадочные истории?

– Детективные расследования в наше время редкость, – хмыкнул мужчина, – в основном собутыльники друг друга режут, да бомжи в подвалах умирают. Хотя, один интересный случай был пару лет назад, я тогда только начинал работать в оперативном отделе.

Руслан Сергеевич продолжил рассказ, и я внимательно слушала полицейского. Он вел повествование очень эмоционально: красивое лицо часто меняло выражение, серые глаза горели огоньком, было видно, насколько человек любил свою профессию. Оперативник активно жестикулировал, а я поймала себя на мысли, что смотреть на мужчину мне нравится, присутствовала в нем некая харизма.

– Вот такой неожиданный финал, – закончил повествование собеседник.

– Фееричный, – улыбнулась я.

– Теперь ваша очередь, – попросил Руслан Сергеевич, – выкладывайте какую—нибудь мистическую историю из врачебной практики.

– Ну нет, – покачала я головой, – ужасов на сегодня хватит, лучше нарушу конфиденциальность и расскажу один курьезный случай.

– Ого, – подмигнул мужчина, – это еще интереснее!

– Только обещайте, никому не передавать, – заговорщески прищурилась я.

– Клянусь, – шутливо скрестил пальцы полицейский.

Мы проболтали больше часа, метель за окном постепенно стихла, и Руслан Сергеевич поднялся со стула.

– Теперь точно можно ехать. Спасибо за компанию, Юлия Викторовна.

– И вам, – улыбнулась я. Мужчина накинул куртку и направился к выходу. Стоя в дверях, он снова заговорил:

– Знаете, что, я отменяю завтрашний допрос, лучше отдохните после дежурства. Перенесем беседу на четверг.

– Отлично! У меня как раз первая смена, смогу попасть к вам после обеда.

– Давайте в пятнадцатый ноль—ноль. Девятый кабинет, отделение на Калинина.

Оперативник скрылся в коридоре, а я еще долго сидела и размышляла о жизни. В итоге мысли снова вернулись к убийству Натальи. Каково было женщине перед смертью? Чувствовала ли она свою близкую кончину? Вздрогнув от событий последнего дня, я поспешила на пост к медсестре, жутко не хотелось оставаться одной.

4

Утром главный врач собрал персонал на внеплановое совещание. В просторной приемной я заняла место рядом с хирургом и осмотрела присутствующих. Люди явно пребывали в волнении, новость о смерти Натальи уже облетела больницу. Коллеги сбились в мини—группы и бурно обсуждали случившееся. Мне беседовать не хотелось, потому я перевела взгляд на главного врача. Валентин Яковлевич сидел в офисном кресле, вертел в руках карандаш, периодически хмурил без того морщинистый лоб. В принципе, нынешний руководитель прекрасно справлялся со своими обязанностями. Этот невысокий мужчина средних лет был в меру строг, но в то же время справедлив, умел договариваться с персоналом и активно реагировал на жалобы пациентов. Однако, при всей идеальности, Валентин Яковлевич имел в работе ощутимый минус, он принижал роль женщины в профессии врача. Именно поэтому все интересные командировки, премии, должности доставались исключительно мужской половине нашего коллектива.

– Коллеги, здравствуйте! – Валентин Яковлевич отложил карандаш и обратился к нам, – я собрал вас сегодня по очень печальному поводу.

– Да знаем мы про Наташку, – выкрикнул с места пожилой офтальмолог. У него были настолько толстые линзы в очках, что я иногда поражалась, видит ли он пациентов, которые приходят к нему лечить зрение. Главный врач неодобрительно взглянул на подчиненного, но смолчал в его сторону и продолжил.

– Сегодня ночью полиция обнаружила труп нашей коллеги, заведующей терапевтическим отделением. Наталья Селина погибла при неизвестных пока обстоятельствах. Я знал эту женщину много лет, и могу сказать, она была отличным человеком, верным другом и хорошей матерью. Поэтому уважаемые, хочу попросить вас в память о Наталье не придумывать сплетен и не обсуждать случившееся между собой, тем более с пациентами, – присутствующие согласно закивали, однако, обещаниям коллег верилось слабо. Главврач сделал паузу, а после продолжил, – ближайшие несколько дней в здании больницы будет работать полиция, прошу отвечать на их вопросы и всячески содействовать следствию. Также вас могут вызвать на допрос, не пугайтесь, это все необходимые процедуры для скорейшего раскрытия преступления. Если вопросов нет, то можете идти работать.

Народ снова зашелестел разговорами, и стал потихоньку расходиться по рабочим местам.

В коридоре уже стояли пациенты, я начала прием, но, спустя два часа, пришлось прерваться. Помимо очередного больного в кабинет вошел парень в полицейской форме вместе с моим непосредственным руководителем. Главный врач явно пребывал не в настроении, он хмуро уставился на пустой Любочкин стул и спросил:

– Где Рязанова?

– На больничный ушла, – развела я руками, – в понедельник утром.

– Серьезно? – поднял бровь полицейский, – а вашей бухгалтерии об этом неизвестно.

– То есть как? – куда клонит мужчина, было непонятно.

– Черт побери, Юля! – грозно гаркнул Валентин Яковлевич, – куда делась твоя медсестра?

– Объяснила же. Люба позвонила с утра в понедельник и сказала, что уходит на больничный. Почему она не сообщила об этом вам или бухгалтеру, мне неизвестно.

– Где может находиться гражданка Рязанова? – обратился ко мне полицейский.

– Дома, наверное. Где еще бывают люди, когда болеют?

– Нет ее дома, – пробурчал главный врач.

– Походу у нас плюс одна пропажа, – потерев переносицу, заметил сотрудник полиции, от слов мужчины заледенело внутри.

Я дождалась окончания приема, а после набрала номер своей медсестры. Любочкин телефон оказался вне зоны доступа, холодный автоматический голос оператора заставил содрогнуться в нехорошем предчувствии. Небрежно собрав карточки пациентов, я накинула пальто и отправилась на выход. В холле скопились люди, протиснувшись сквозь очередь из больных, я вошла в помещение регистратуры. Молодая сотрудница приняла карточки, а после недовольно высказалась:

– Разве можно так работать? Очереди днями, врачей не хватает, теперь еще и полиция дергает. Начальству все по барабану, хоть зашейся в этой больнице!

– Валентину Яковлевичу тоже несладко, – заступилась я за руководителя, – видно же, человек переживает.

– Конечно, – заговорила из—за шкафа пожилая сотрудница Ирина Игоревна, – они с Селиной не просто коллегами были, а дружили даже.

– Правда? – новость удивила, – никогда не замечала, хоть и работали с Натальей в соседних кабинетах.

– Чего ж им перед молодняком отчитываться? – засмеялась Ирина Игоревна.

– То—то Наташку единственную из баб до заведующей повысили, – ядовито заметила девица.

– Не преувеличивай, – одернула коллегу женщина, – Наташка одна из старожилов этой больницы. У нас, сама видишь, текучка какая. Вы, молодежь, пару лет посидите, опыта наберетесь, да в областной центр тикать. А Наташка, да Валентин Яковлевич как пришли двадцать лет назад, так и задержались надолго. Так что, повышение она заслужила. Правда, нужно ли оно на том свете?

– Наш Валентин с низов поднялся? – удивленно моргнула девица, – я думала, по блату на должность попал.

– Эх, молодежь, все вам халяву подавай, – покачала головой взрослая сотрудница регистратуры. Я вмешалась в диалог, дабы попрощаться, и поспешила покинуть здание.

На пороге оказалось скользко. Я маневрировала по крыльцу, костеря дворника, который не соизволил посыпать солью ступени. Каждый шаг давался с трудом, казалось, еще мгновение, и ноги разъедутся по тонкой корочке льда.

– Юлия Викторовна, здравствуйте! – я оторвала сосредоточенный взгляд от ботинок и напротив себя обнаружила Руслана Сергеевича. Он стоял у первой ступеньки. Оперативник успел побриться и, в отличие от меня, выглядел бодро, – давайте помогу спуститься.

Встреча с ночным собеседником почему—то обрадовала. Руслан Сергеевич протянул мне руку, я схватилась за теплую грубую ладонь, и аккуратно преодолела ледяное крыльцо:

– Судя по всему, дворник решил обеспечить травматологию работой.

– Да уж, – улыбнулся мужчина, – как прошло окончание дежурства?

– Спокойно, а сегодня в больнице много ваших сотрудников, допрашивают персонал, снимают отпечатки пальцев.

– Все правильно, – оперативник спрятал руку в карман, – работаем.

– Я хотела спросить. Один из полицейских сказал, будто моя медсестра тоже исчезла. Это правда?

– Любовь Рязанова?

– Именно.

– Нам действительно не удается найти девушку. Телефон отключен, дверь не открывает, а родственников у Рязановой в городе нет. Кстати, вы в курсе, где может находиться ваша медсестра?

– В том—то и дело, что не знаю, – обеспокоенно ответил мой голос, – Люба позвонила в понедельник с утра, сказалась больной. Сегодня выяснилось, что, кроме меня, об этом никому и неизвестно.

– Не переживайте пока, – подбодрил собеседник, – девчонка молодая, может загуляла где.

– Она не из таких вроде, – заметила я и попросила, – если выясните, где Любочка, можете сообщить? Уж очень переживаю.

– Без проблем, – Руслан Сергеевич достал из кармана мобильник, – диктуйте номер.

Он записал цифры, и мы распрощались. Я зашагала к воротам, а возле калитки зачем—то обернулась. Высокий оперативник продолжал стоять на крыльце, глядя мне вслед.

Дома я набрала ванную и долго лежала в горячей воде с целью согреться. Через полчаса меня основательно разморило. Пришлось выбираться из душной комнаты, чтобы не вырубиться прямо в ней. Я лениво прошлепала в спальню, где переоделась и устроилась на широкой кровати. Сквозь подступающую дремоту донесся звук смс. Мне удалось преодолеть сон и одним глазом взглянуть на экран. Мессенджер высветил незнакомый номер, кликнув на окошко, я прочла сообщение:

«Жду вас завтра на допрос.»

Взгляд автоматически устремился на фото абонента. С аватарки смотрела красивая физиономия оперативника. Я долго изучала черты лица мужчины, а после так и уснула с телефоном в руках.

5.

Я проспала до самого утра. Со звуком будильника послышался голос мужа из соседней комнаты:

– Юля, поднимайся!

– Почему вечером не разбудил? – сонно спросила я, отрываясь от подушки, – составила бы тебе компанию на ужин.

– Пришел поздно. Начальство просило задержаться на работе, да и тебе после дежурства был необходим отдых.

– Любочка пропала, – я схватилась за телефон, в надежде увидеть хорошие новости от оперативника, но переписка в мессенджере не пополнилась.

– Медсестра из твоего кабинета?

– Ага, – тут я кое—что вспомнила и взволнованно взглянула на мужа, – ты ж не знаешь ничего, Наталью нашли убитой в заброшенных гаражах.

– В вашей больницы кипят не хилые страсти, – покачал головой Дмитрий, – тебе нужно себя беречь.

– За Любочку боязно, – снова встревожилась я, – как бы ни случилось и с ней беды.

– Она тоже бесследно исчезла?

Я рассказала Дмитрию о звонке медсестры, внезапном больничном и выключенном телефоне.

– Может загуляла девка? – повторил муж версию оперативника.

– Не должна, – пожала я плечами, – а там, кто знает. Ты подбросишь меня? Или не успеваем?

– У тебя есть двадцать минут, – взглянул на часы Дмитрий, – я пока проверю почту.

В больнице за сутки ничего не изменилось. Стояли очереди, сновали люди в форме, и ходил недовольный персонал. Дверь в мой кабинет оказалась открытой, а внутри обнаружилась Оксана, медсестра погибшей Натальи Селиной. Женщина пила кофе, устроившись на Любочкином стуле.

– Привет, – удивленно поздоровалась я с незваной гостьей.

– Утро доброе, – кивнула медсестра, – меня начмед к тебе отправила, пока Любка не объявилась. После трагедии с Натальей я ведь не при делах осталась, а в процедурный идти жутко неохота.

– Оставайся, – новость даже порадовала, – совсем зашиваюсь с бумажной работой.

В дверь аккуратно постучали, затем показалась голова мужчины:

– Прием начался уже? – корректно уточнил он.

– Пять минут, пожалуйста, – попросила я пациента, на ходу снимая пальто.

Мужчина кивнул, прикрыв скрипучую дверь.

– Забодали, – хмыкнула Оксана, не отличавшаяся тактом, – раздеться уже врачу не дают.

– Ладно тебе.

Мы вели прием, стараясь не разговаривать о случившемся с Натальей, но, проводив последнего пациента, Оксана все же подняла волнительную тему.

– Как думаешь, кто Наташку убил?

– Без понятия, – я достала косметичку, перед визитом к оперативнику следовало привести себя в порядок, – стараюсь об этом не думать.

– Она как чувствовала.

– Ты сейчас о чем? – щеточка от туши в руке застыла по пути к ресницам.

– На прошлой неделе Наташка очень переживала, на сны странные жаловалась, – разоткровенничалась Оксана, – кошмары прошлого, кажется, так она выражалась.

– Ты об этом полиции сообщила?

– На кой оно им надо?

– Оксана, важна каждая деталь!

– Ну скажу, долго, что ли? – пожала женщина плечами, а потом повернула разговор в другую сторону, – ладно, расскажи лучше, как у вас с Димкой дела, когда детишками обзаводиться думаете?

– Разберемся, – на интимную тему разговаривать с этой особой совершенно не хотелось, – как рожу, так скажу.

Оксана хмыкнула, собрала карточки в стопку и покинула кабинет.

Добираться в полицейский участок пришлось на автобусе. На улице наступили предновогодние морозы, и к моменту прибытия на допрос, я клацала зубами от холода. Двухэтажное серое здание встретило суетой. Пытаясь сориентироваться в пространстве, я заметила небольшую кабинку с надписью "Дежурный", куда и направилась. Через минуту хмурый мужчина в форме уже оформлял мне пропуск в кабинет номер девять.

Руслан Сергеевич пребывал в одиночестве, он стоял возле окна в футболке и джинсах, постукивая ручкой по пластиковому подоконнику. При виде меня мужчина оживился:

– Здравствуйте!

– Добрый день, – я застыла на пороге, оперативник направился в мою сторону.

– Давайте помогу раздеться, – он остановился за спиной, а я скинула пальто. Во время поворота ладонь случайно дотронулась до горячей руки мужчины. Заледеневшая кожа словно обожглась о пламя, Руслан Сергеевич вздрогнул, – вы совсем замерзли! Сейчас поставлю чайник.

– Не стоит, – робко попросила я.

– Пришла моя очередь угощать. Я даже шоколадки купил, не знал, какие вы любите, взял с орехом, молочный и обычный, горький.

– Спасибо, – наивный вид оперативника заставил улыбнуться, а неожиданное внимание вызвало противоречивые чувства, – на самом деле, горячий чай совершенно к месту.

– Присаживайтесь.

– Что—нибудь известно о Любе?

– Нет, – покачал головой Руслан Сергеевич, – после постановления прокурора мы вскрыли квартиру, но девушку там не обнаружили.

– Как считаете, исчезновение медсестры связано с убийством Наталии?

– Хочется думать, что нет, – оперативник откинулся на спинку стула, – давайте вспомним день, когда вы в последний раз видели Наталью Селину.

– Это была пятница, – снова принялась отвечать я на вопросы. Мы беседовали около часа. Наконец, Руслан Сергеевич сообщил, что допрос окончен и отправился делать чай. Горячий напиток приятно согрел изнутри, к тому же в помещении отлично работали батареи, от этого стало жарко, и щеки залились румянцем. Собеседник заметил мое состояние, потому поспешил открыть окно. На стул оперуполномоченный не вернулся, оперся на подоконник и спросил:

– Ваш муж и Любовь Рязанова были знакомы?

– Конечно, – вопрос насторожил, но я постаралась не накручивать заранее, – после трудового дня мы иногда подвозили Любу домой.

– Не буду ходить вокруг да около, – Руслан Сергеевич сложил руки на груди и взглянул на меня с высоты своего роста, – сегодня пришла детализация звонков Рязановой. За последний месяц она одиннадцать раз выходила на связь с вашим мужем.

– В смысле? – слова оперативника доходили с трудом, – она звонила Дмитрию?

– А он ей, – кивнул мужчина, – предполагаете  зачем?

– Нет, – сердце странно кольнуло, – понятия не имею, о чем мог беседовать супруг и Люба.

– К тому же, – перебил мужчина, – человека, похожего на Дмитрия Рассказова, последние полгода часто замечали соседи Рязановой, по всей видимости, ваш супруг приходил к девушке в гости.

– Невероятно, – прошептала я, – вы думаете, между ними была связь?

– Утверждать не берусь, – поднял бровь Руслан Сергеевич, – говорю только факты.

– Ничего не понимаю. Убийство Натальи, пропажа Любы, теперь странные звонки Дмитрия. Как все это связано между собой?

– Юлия Викторовна, обойдёмся без паники. Я рассказал вам информацию лишь для соблюдения осторожности.

– И что мне делать, с этой вашей информацией?

– Мужу лишнего не говорите, внимательно относитесь к происходящему вокруг. Если заметите странности, сразу звоните 02, или мне.

– Вы предлагаете шпионить за собственным супругом?

– Наблюдать, – широко улыбнулся мужчина, – просто наблюдать, Юлия Викторовна.

– Хорошо, – я пожала плечами и поднялась с места, – спасибо за чай!

– Вы сейчас домой? За окнами уже стемнело, позвольте, я вас отвезу.

– Что вы, – замахала я руками, – не стоит беспокойства, прекрасно доберусь на общественном транспорте.

– Мне действительно пора ехать по делам, мимоходом и вас подброшу.

Руслан Сергеевич подошел к двери, накинул куртку, а после помог мне надеть пальто.

На улице усилился мороз. По дороге к машине я пыталась натянуть воротник, дабы компенсировать отсутствие шапки. Пока руки производили манипуляции, нижняя часть тела потеряла контроль, и нога поехала по тонкому льду. Нелепо пытаясь собраться в кучу, я поняла, падение неизбежно. Однако идущий рядом оперативник ловко повернулся и, словно пушинку, подхватил меня на руки.

– Не бывать вам фигуристкой, – пошутил мужчина. Его лицо оказалось слишком близко, на мгновение я залипла на взгляде серых глаз. Руслан Сергеевич перестал улыбаться и о чем—то задумался. Мне хотелось нарушить паузу, но язык точно онемел во рту. Мой спутник отвернулся и продолжил движение.

– Машина близко, – глухо произнес мужчина в темноту. Через пару шагов спутник достиг черной иномарки, осторожно опустил меня на землю и помог устроиться в салоне. Весь путь к дому мы молчали, меня окутало странное волнение, и я пыталась разобраться с ощущениями, царившими в груди. Руслан Сергеевич сосредоточился на дороге, она и вправду требовала повышенного внимания из—за обкатанного льда. Вскоре показался район, в котором мы проживали с мужем, и наш дом. Оперативник открыл мне дверь, протянул руку.

– Цепляйтесь, доведу к подъезду во избежание новых падений.

– Вы необычайно добры.

– Это случается редко, – серьезно ответил мужчина, – пользуйтесь.

Мы мелкими шагами заскользили к дому, оказавшись возле железной двери.

– Вот и пришли.

– Будьте осторожнее, – Руслан Сергеевич нехотя отпустил мою ладонь, но задержался у кончиков пальцев. Я нервно одернула кисть. Оперативник прошептал одними губами, – спокойной ночи.

– И вам, – на негнущихся ногах я вошла в подъезд.

Дмитрий уже находился дома. Супруг стоял в коридоре, словно поджидая меня.

– Привет, – я скинула ботинки и дотронулась прохладными губами до щеки мужа.

– Привет, – Дмитрий внимательно взглянул на меня, – ты где была? Вроде сегодня работаешь до обеда.

– Забыла сказать, вызывали на допрос.

– А кто провожал тебя к подъезду? – продолжал сыпать вопросами супруг, – я наблюдал за вами в окно.

– Оперативник, – нервно сглотнув, ответила я, – на улице холодно, полицейский проявил человечность и подбросил домой.

– Какие нынче добрые стражи закона!

– Ты давно приехал? – я отвернулась, чтобы не встретиться с Дмитрием взглядом.

– Часа два назад. Спешил освободиться пораньше, хотел побыть с тобой.

– Какие отношения у тебя с моей медсестрой? – несмотря на советы Руслана Сергеевича, мне захотелось прояснить ситуацию.

– Сама знаешь, – Дмитрий непонимающе уставился на меня, – наше общение при тебе происходило.

– Почему тогда в распечатке звонков Любаши так часто фигурирует номер твоего телефона?

– Это кто сказал? Тот опер?

– Дима, – всплеснула я руками, – какая разница? Отвечай на вопрос!

– Я действительно звонил медсестре, – спокойно ответил муж, – не мог решить, что подарить тебе на день рождения.

– При чем здесь она?

– Ты с ней проводишь больше времени, чем со мной. Вот и поинтересовался. Любаша перезванивала несколько раз, выдвигая все новые варианты. Она любитель поболтать, знаешь же.

– Соседи видели тебя в ее подъезде, – упрямилась я.

– Напомню, ты сама отправляла меня помочь переставить Любе шкаф.

– Это было единожды, а видели часто.

– Людям только дай красную тряпку, – Дмитрий нежно взглянул в глаза, а мне вдруг стало стыдно.

– Прости, – от эмоций последних дней подкрались слезы и покатились по щекам.

– Иди сюда, – сжал меня в объятьях Дима, – все будет хорошо, глупышка.

"Не будет, – вспомнив нежные прикосновения оперативника, подумала я, – уже ничего не будет как прежде".

6.

Утром я проснулась по привычке рано, несмотря на вторую смену по четвергам. Дмитрий ушел в офис, настроение мужа казалось обычным, в отличие от моего. Я не переставала думать о случившейся трагедии, переживала за Любочку и с непонятным содроганием вспоминала молодого оперативника. Одиночество жутко напрягало, и мной было решено отправиться в людное место. Потратив достаточно времени на сборы, я покинула дом. Для соития с обществом был выбран единственный в городе торговый центр. В трехэтажном здании оказалось на удивление многолюдно для буднего дня: взрослые, студенты, школьники прятались от морозов в стенах теплого помещения. Я надумала сходить в кинотеатр, последний раз мы с Димой посещали сеанс аж полгода назад.

– Девушка, – у входа в зал раздался мужской голос, – вы пришли смотреть фильм в одиночестве?

– Вам какое дело? – я хмуро взглянула на молодого человека в спортивной кофте.

– Хочу предложить свою компанию, – парень обворожительно, как ему казалось, улыбнулся, – меня Коля зовут.

– Простите, но нет, – я продемонстрировала незнакомцу безымянный палец с кольцом. Молодой человек сразу сник и потерял ко мне интерес. В принципе, ситуация произошла стандартная: представители мужского пола часто уделяли внимание моей особе, к тому же сегодня впервые за много времени удалось спокойно собраться, потому выглядела я весьма прилично: уложила светлые волосы, красиво подвела глаза и надела теплое, но обтягивающее фигуру шерстяное платье.

Романтическая комедия быстро закончилась, в зале вспыхнул свет, и я отправилась на работу. Приехать к зданию больницы вышло заранее, на улице стояла на удивление шикарная погода: светило солнце, под ногами хрустел белый снег, а главное, отсутствовал ветер. Идти в душные стены отделения не хотелось, я свернула на узкую аллею, однако остановилась, наткнувшись взглядом на группу мужчин, которые что—то бурно обсуждали. Среди них находился Руслан Сергеевич. Оперативник выглядел эффектно и выделялся из толпы: темные волосы небрежно торчали в стороны, придавая некую неряшливость образу, белый свитер под расстегнутой курткой подчеркивал широкие плечи. Мужчина затянулся, поднеся сигарету ко рту, а я вновь задержала внимание на его сильной ладони. Руслан Сергеевич заметил мое присутствие, широко улыбнулся и кивнул. Поприветствовав его в ответ, я бодро зашагала по длинной дорожке. Позитивные мысли сразу сменила тревога. В очередных страданиях я обошла по кругу территорию, а после отправилась в отделение.

Тетя Клава старательно терла тряпкой зеркало в фойе. При виде меня санитарка повернулась и приложила руки к груди:

—Такие дела творятся! Как теперь спокойно жить?

– Чего опять? – настроения вести беседы не было.

– А ты не знаешь?

– Тетя Клава, я только в отделение вошла.

– Пришли результаты экспертизы, – старушка подошла максимально близко, нос уловил резкий запах хлорки, исходящий от рук санитарки, – говорят, Наташку пытали несколько дней перед тем, как убить!

– Ужасы какие, – мне стало плохо от услышанного, – преступника не нашли?

– Нет, – женщина снова затараторила, – эх, Юлька, права я была, когда на маньяка грешила. Небось, соседа тот же псих ножом изрешетил! Намучились, бедняжки!

– Не нагнетайте, – попросила я женщину, – лучше скажите, в отделении все спокойно? Экстренных не привезли?

– Бог миловал.

Я кивнула санитарке в ответ, и поспешила в ординаторскую.

Пациенты сегодня радовали самочувствием. Подготовив к выписке сразу трех человек, я принялась за карточки. Рука быстро устала от заполнения бланков, и в очередной раз нахлынула злость: наша больница давно могла перейти на электронную картотеку. К примеру, частная клиника в соседнем районе таким образом избавилась от ненужной кипы бумаг. Кстати, меня уже несколько раз приглашали на свободную ставку семейного доктора в коммерческое учреждение. Может, для разнообразия стоило сменить место работы?

– Юлия Викторовна, здравствуйте! – раздался тихий голос. Дверь в ординаторскую не закрыла ушедшая домой коллега, и сейчас в широком проеме стоял Руслан Сергеевич.

– Добрый день, – от волнения я сжала с силой ручку, – вернее, вечер. За окнами уже совсем темно.

– Декабрь, – улыбнулся оперативник, потом замолчал, но продолжал пристально рассматривать мое лицо. Я не выдержала, отвела взгляд в сторону, а мужчина нерешительно сказал, – вы сегодня необычайно красивы.

– Спасибо, – щеки вмиг вспыхнули, я постаралась поскорее перевести тему, – говорят, экспертиза тела Натальи дала страшные результаты?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.