Татьяна Форш
Заговор Хранителей. Путь королей

© Форш Т., 2013

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013

* * *

Как говорили ушедшие: «Если будущее не узнано – оно может измениться. Если названо – только стать настоящим». А если для тебя будущего нет? А если тебе предстоит умереть в самый первый день твоей жизни? Позволить судьбе исполнить приговор или попытаться узнать, кто ты такой? Выбор за тобой – твой путь ждет тебя.

Пролог

– Ты не посмеешь!

– А ты проверь?

– Уходи. Этот мир – мой, и я не позволю забрать его у моего рода, рода Теней.

– У твоего рода Теней? Как быстро ты забыл свое истинное происхождение! Запомни! Этот мир, так же как мир Грани, не принадлежит никому из нас! А все потому, что наглецы, подобные тебе, решили, что могут поспорить с богами!

…Мертвенные сполохи молний вспарывали ночь, высвечивая два громадных, крылатых, не принадлежавших миру смертных силуэта, что сошлись в противоборстве на крошечной каменной площадке. Один – словно создан из языков пламени, и мощь беснующегося ветра только делала его свечение яростнее, второй – порождение самой тьмы.

– Ты не прав, последний принц Стихий. Именно такие слабаки, как ты, и подтвердили в последней битве, что вашему древнему роду не место под солнцем Адирана. Поэтому я здесь! Чтобы вернуть мир. Он наш по праву! И лучше тебе не стоять у меня на пути, братец! Иначе мне придется тебя уничтожить и наконец-то отправить род Огненного Ветра в небытие. Как думаешь? Когда тебя не станет, Стихии примут мое правление?

– Это все слова! Ты готов сразиться за обладание этими мирами? – Огненный силуэт ослепительно вспыхнул, но вместо ответа огромные черные крылья распахнулись, и громадная тень бесшумно исчезла в ночной бездне.

Пылающие глаза оставшегося проводили беглеца.

Послышался тяжелый вздох.

– Значит, это твой ответ, младший брат… Ничего… я умею ждать. Однажды ты примешь мой вызов, а когда это случится, победителю достанется все…

Глава 1

Айна

Привычный кошмар начался внезапно, сжав горло удушающим запахом гари.

Прекрасный, словно созданный из лунного света замок был объят огнем. Багровые языки взлетали вверх, стремясь опалить ночное небо, безучастно глядевшее на разыгравшуюся трагедию.

В сторожевой башне раздались крики. На площадку выбежала невысокая темноволосая женщина, прижимая к груди небольшой, завернутый в ткань сверток, из которого доносился тоненький плач. Следом за ней, сшибаясь мечами так, что летели искры, на площадке показались двое высоких, как две капли воды похожих друг на друга мужчин. Блеск пожара отражался в глазах, горящих яростью, и на лезвиях клинков, окрашивая их в цвет свежепролитой крови.

Казалось, смертельному поединку не будет конца, никто из воинов не уступал другому в силе, но вдруг в руке одного из них блеснул короткий нож. Предательский удар! И противник упал на колени. Но не ведающий жалости убийца вскинул меч, и обезглавленное тело рухнуло на серебристые плиты башни.

Вернув оружие в ножны, победитель нашел взглядом женщину и направился к ней…

В этом сне я всегда была в самом пекле. Я чувствовала запах крови на мече оставшегося в живых воина, ощущала боль потери и видела отчаянное решение в глазах черноволосой женщины, такой знакомой, словно я сама была ею, и такой чужой.

Глядя на приближающегося мужчину, она принялась отступать, и отступала до тех пор, пока не прижалась к каменной ограде, отделяющей ее от ждущей внизу пропасти.

– Пойдем со мной! Ты станешь моей королевой. – Мужчина остановился в паре шагов от нее, стянул с головы шлем, и по плечам, затянутым в черную кожу доспехов, рассыпались волосы цвета спелой пшеницы.

– Нет. – Женщина решительно качнула головой. – Я не смогу принадлежать братоубийце!

– Дина. Прошу. Отдай мне ребенка и подойди ко мне. – Светловолосый великан протянул к ней руку и шагнул ближе. – Я дам вам все!

– Мне ничего не нужно от безумца! Ты одержим Тенью! – бесстрашно выпалила женщина ему в лицо.

Ее звонкий голос, вновь и вновь произносящий уже привычные слова, сегодня прозвучал совсем рядом. Более того, мне показалось, будто эти слова произнесла я сама.

– Пойми ты, ничего не изменилось! – В голосе мужчины прозвучала неподдельная боль. – Я остался прежним и… всего лишь наказал предателя!

– Нет. Я не смогу доверять сумеречной твари! Ты – больше не он! – Женщина вдруг вспрыгнула на каменную ограду и, покрепче прижав к себе ребенка, не раздумывая, спрыгнула в темную пропасть.

Я задохнулась от безумного ветра, ударившего мне в лицо, понимая, что сегодня в пропасть кошмара падаю я.

А это что-то новенькое! Сон заканчивался всегда, едва женщина вспрыгивала на ограду.

Мои руки невольно стиснули такое реальное, теплое тельце ребенка, инстинктивно стремясь уберечь его от неизбежной гибели. Но испугаться я не успела: с балкона, находящегося под башней, выстрелили языки пламени, сложились в крылья, и секундой позже нас подхватили когти самого настоящего дракона, пылающего, будто факел. Падение прекратилось, и над моей головой успокаивающе прозвучал его гулкий голос:

– Не бойтесь, королева Дина, я отнесу вас туда, где вы и наследник будете в безопасности…

Я очнулась от собственного крика, села на постели и долго смотрела на ровное пламя свечи. В горле стоял удушливый запах едкого дыма.

За что?

Почему этот сон преследует меня всю мою сознательную жизнь?

Кто эти мужчины и женщина?

Никогда в жизни я не видела стен величественного, прекрасного замка, мерцающих лунным серебром. Впрочем… я вообще никогда не видела иных стен, кроме высокой, возведенной из серого камня стены обители, в которой жила вот уже почти десять лет.

«Благодать Хранителей»!

Наверняка тот, кто дал название этой «тюрьме», знал толк в шутках!

Обитель, где получали воспитание дети подданных короля Сайруса и его приближенных, больше походила на крепость, где такие же, как я, ненужные отпрыски своих родителей должны были год за годом проводить в мечтах о жизни, которой они когда-нибудь будут достойны.

Я поморщилась, все еще ощущая запах гари.

Что за тайну хранит мой сон?

Сестра Линара, настоятельница обители, всегда говорила, что сны – это подсказки. Нужно только уметь их понимать.

Бросив взгляд в темное узкое оконце, я откинула тонкое одеяло и опустила ноги с кровати.

Брр… как же холодно!

До утра еще час… Не уснуть.

Взяв со спинки стула длинную серую юбку и белоснежную блузку, я принялась одеваться.

– Куда собралась?

Голос подруги и соседки по комнате заставил меня на мгновение замереть и оглянуться.

– Ния? А… ты почему не спишь? – как можно равнодушнее спросила я у приподнявшейся на своей кровати девушки.

– Этот вопрос я могу задать и тебе. – Не отводя от меня пристального взгляда, она принялась переплетать длинную косу. Стройная невысокая блондинка. Так же, как я, – дочь одного из советников короля Сайруса. – До всеобщего пробуждения еще часа полтора!

– А… мне… – Я не осмеливалась посмотреть ей в глаза. Она прекрасно знала о моей беде. – Не хочу спать. Лучше подготовлю доклад по лекарственным травам.

– Тебе что, больше всех надо? Признайся, снова кошмар приснился? – Она поднялась, оправила длинную цветастую ночную рубаху и подошла ко мне. – Мы вчера на уроке пророчеств обсуждали навязчивые сновидения. Есть мнение, что твой повторяющийся кошмар – это твои подсознательные страхи. Воспоминания. Ты когда-нибудь видела пожар?

Я взглянула на Нию и отвела глаза.

…Это случилось, когда мне исполнилось восемь лет. Тогда я еще жила в имении отца. Сын одного из друзей отца, гостивших в тот день в нашем доме, довел меня издевками до бешенства, и я, едва сдерживаясь, чтобы не броситься на него с кулаками, выбежала во двор. Порыв холодного ветра тут же высушил слезы злости, заставив озадаченно взглянуть на небо, которое, словно по чьему-то желанию, затягивалось темными тучами.

Молния расчертила темноту и, повинуясь моему взгляду, выстрелила в сеновал. Еще одна молния попала на крышу находившейся рядом конюшни. Хлынул дождь, но даже ливень не мог потушить мгновенно занявшуюся солому. Услышав ржание лошадей и крики дворовых, я словно очнулась и бросилась к горящей постройке. Последнее, что я запомнила: огонь, подчинившийся мне, ласкающийся, будто котенок, и… мрачные глаза отца. А через два дня я уже собирала вещи. Меня ждали здесь, в закрытой обители.

Я снова взглянула на терпеливо дожидающуюся ответа подругу и с улыбкой покачала головой.

– Нет. Не помню. Я вообще мало что помню из детства.

– Что ж, возможно, этот сон не твое прошлое, а твое будущее? Или он снится тебе из-за какой-то обиды? Может быть, на отца?

– Не знаю. – Я упрямо мотнула головой. Как можно обижаться на человека, которого ты не знаешь и боишься больше, чем любишь или уважаешь?

– Послушай, толкователей, способных хорошо объяснять сны, можно найти только в По́лыни. Но… мне кажется, я знаю того, кто сможет тебе помочь недорого и близко.

Ния многозначительно замолчала.

– Ну и? – Что за привычка тянуть дракона за… – Рассказывай!

– Два дня назад девчонки из соседней комнаты по просьбе настоятельницы ездили в Дубки. По дороге назад они заночевали в одном поселении… Так вот, хозяйка рассказала, что в их деревеньке живет кузнец. Говорят, будто когда-то он владел силой… Ну… ты меня понимаешь? Но свихнулся и теперь только и может что ковать житейскую утварь и клинки проезжающим путникам. А еще он может предсказывать и объяснять сны. Селянка хвалила его очень… Рассказывала, будто он пришел к ней сам и сказал, что видел во сне ее корову всю в огне. А на следующую ночь загорелся ее дом. Женщина была предупреждена, точнее, взволнована его словами и не спала. В общем, пожар потушили вовремя, а она ему даже теленка подарила. Рыжего. Который как раз в ту ночь родился. В плату за помощь.

– А вдруг он ей про теленка предсказать хотел? А селянка не поняла, – хмыкнула я.

– Кто его знает. Да дело не в том! Вдруг он сможет объяснить твой сон и подскажет, как от него избавиться? Ты попробуй сама к нему сходить?

– Уйти из обители? – Замирая от ужаса и восторга, я даже прикусила губу, заставляя себя оставаться бесстрастной.

Это безумие!

Да!

Но… вдруг я наконец-то избавлюсь от кошмара и получу ответы на мучающие меня вопросы.

Это риск! Опасность!

Да. Но… кто не рискует, тот не побеждает! Выбор прост – или пойти сейчас и освободиться от страха, или снова с ужасом ожидать предстоящей ночи и как можно дольше оттягивать приближение сна.

К тому же обитель находится в пустынных землях, на территории Объединенного королевства рядом с Пограничьем. Из недружественных государств, возмущенных политикой Сайруса, самое ближайшее к нам Подгорное царство, или, как все называют его – Подгорье, но гномы не очень-то любят появляться на поверхности. К тому же сделать так, чтобы во время пути меня никто не заметил – проще простого! А если вдобавок воспользоваться силой, смогу обернуться до вечерней молитвы.

Так чего я боюсь?

Отца!

Настоятельница тут же сообщит ему о моем бегстве!

– Если узнает.

Я даже вздрогнула и замолчала. Совершенно забыла о Ние и принялась спорить вслух сама с собой.

Что ж… в конце концов, подруга тоже заинтересована в моем походе. Спокойный сон – это единственное удовольствие для всех послушниц обители.

– И что ты предлагаешь?

– Вряд ли она хватится тебя до вечернего колокола. Сама посуди – уроков у нас сегодня нет, и сестра Магда поведет всех собирать горицветы, а потом на поиски малахитовых глазков, а это значит, что в обитель мы вернемся с вечерним колоколом. Дальше ужин, вечерняя молитва и сон. Даже если ты не успеешь вернуться к вечерней молитве, я могу сказать, что ты была здесь, но куда-то отлучилась. Не думаю, что настоятельница станет тебя искать. Да и девчонки поддержат… в обмен на обстоятельный рассказ о твоей отлучке. – Ния подмигнула и вдруг нахмурилась. – Знаешь, мне иногда кажется, что она тебя боится. Настоятельница…

– А далеко идти до того села? – Я сделала вид, что не услышала ее последних слов. Иногда и я замечала на себе странные наблюдающие взгляды сестры Линары.

– Думаю, к полуночи вернешься, с твоими-то способностями…

– Ния!

– Держись Пограничья. – Подруга словно не заметила моих выразительных взглядов. – Деревня у излучины реки. Мимо не пролетишь.

– Ния!!! Это не тема для беседы!

Да! Моя вина, что Ния стала свидетельницей тайного проявления моей силы. Как-то раз, прячась ночью от приснившегося кошмара в библиотеке, я поленилась воспользоваться лестницей, чтобы достать интересующий меня свиток, и разрешила этой живущей во мне силе поднять меня. Не знаю, что подруга делала в библиотеке в столь поздний час, но… она увидела меня парящей под самым куполом, и… Оправдываться было глупо, но… я снова попыталась.

Владеющие магией должны были получить разрешение у короля Сайруса и только потом использовать силу. В противном случае мага ждало жестокое наказание.

– А что? – Подруга подбоченилась. – Меня всегда настораживало, что ты умеешь летать, но я не понимаю, зачем стесняться своего дара? Я тебе даже завидую! Сила…

– Замолчи! – рявкнула я. – С ума сошла? Какая сила? При чем здесь сила? Нет у меня никакой силы!

Ния обиженно поджала губы.

– Ну, если ты так настаиваешь… – Она развернулась и подошла к узкому окну, за которым уже начинал светлеть небосвод. – Мм, погода обещает быть чудесной! На небе ни облачка! Скажи, ты ведь сможешь призвать небольшую тучку?

– Ния, прошу! – Я вздохнула и обреченно уселась на аккуратно застланную постель. – Видят боги, все те кошмарные десять лет, что провела здесь, я старалась, чтобы никто не узнал о моем даре. О моем проклятье.

– Не бойся! – Она взглянула на меня. – Твои секреты останутся только твоими. Я никому ничего не скажу.

– Забудь. – Я устало отмахнулась. – И вообще, уйти хоть на день из обители – безумство!

– Что ж, тогда и дальше мучайся кошмарами. – Она передернула плечами и направилась к своей кровати. – А я попрошу настоятельницу отселить меня к Петре. Кажется, не сегодня завтра родители заберут ее соседку домой.

Я вскочила, шагнула к подруге и схватила ее за руку.

– Пожалуйста! Ты должна меня понять!

Ния смерила меня холодным взглядом.

– Иди, работай над докладом, а я спокойно вздремну в оставшийся до подъема час. Ведь ночью ты опять будешь стонать и что-то вскрикивать…

– Ладно. Ты права. С каждым разом этот сон становится все реальнее… Я… пойду к этому кузнецу.

– Сегодня? – Ния недоверчиво прищурилась.

– Сегодня. Но сначала схожу на кухню. День пути – это тебе не шутка.

Я подхватила ночник и вышла за дверь. Коридор встретил густым полумраком, но за редкими узкими окнами уже прорвали сумрак ночи первые золотисто-розовые нити рассвета, обозначив изломы гор.

Подгорье…

Государство самой таинственной расы подгорников, или, как их называют в просторечье – гномов. Да и как им не быть таинственными? На свет божий они показываются редко. К тому же не очень любят чужаков, и о гномах ходит довольно много мрачных историй.

Ночной страж тихо спал на лавке, с головой укрывшись пледом. Не опасаясь разбудить его, я прошла мимо, бесшумно ступая по каменным плитам. Наверное, мои шаги смогли бы сейчас различить только перевертыши с их острым, звериным слухом.

Тревога снова царапнула сердце.

Нет, все же улизнуть из обители – это безумная идея! Нет никакой гарантии, что подсказанный Нией кузнец-предсказатель сумеет мне помочь, к тому же в пути мне могут повстречаться те, кто захочет моей смерти только потому, что я – человек.

Говорят, до правления короля Сайруса все было по-другому. В книгах летописи Адирана говорится, что Объединенное королевство – это содружество всех рас нашего мира, объединенное защитой Хранителей Равновесия. Когда-то в Объединенном королевстве жили люди, эльфиры, гномы и перевертыши. Еще был водяной народ. Ундины. Но они не претендовали на сушу и власть, поэтому никто не считал их особой расой. Говорят, когда-то в этом мире жили еще и драконы, но они ушли, оставив нам в наследство свои неразгаданные загадки и тайны.

Я вздохнула. Вернуть бы те времена.

Правление Сайруса ввергло этот мир в войну. Пусть негласную, но жестокость, насилие, нападения, убийства, поджоги – стали нормой жизни. Расы больше не доверяли друг другу. Сайруса боялись все. Его войско, рожденное какой-то древней магией, было неисчислимым и непобедимым.

И мой отец был его правой рукой, творя с позволения правителя все беззакония!

Главный советник… Главный палач.

Отец… Даже представить себе не могу, что будет, если он узнает о моей самовольной отлучке из обители.

Перед глазами встало холодное, словно высеченное из камня лицо: высокий лоб, массивный нос, колючие маленькие глазки, плотно сжатые губы.

Я была совершенно не похожа на него.

Моя старая нянька говорила, что я – вылитая мать. Не знаю. Может, мама действительно была высокой, светловолосой, и у нее были такие же голубые глаза, как мои, – возможно. Я не помнила ее. Как-то отец обмолвился, что она погибла, когда мне не было и года. Больше мы на эту тему не говорили. Впрочем, моменты, когда мы беседовали с отцом, можно пересчитать по пальцам.

В раздумьях я не заметила, как спустилась на первый этаж, в зал, где располагались столовая и кухня обители. Здесь царствовала повариха Тамира, но я не боялась быть пойманной. Она и три ее сына всегда были добры к послушницам, и утащить ночью что-нибудь съестное – вполне обычное дело.

Вот только на кухне никого не оказалось, зато на печи, в огромном блюде лежала горка аппетитно пахнущей сдобы.

Если возьму пару булочек, никто и не заметит!

Прихватив добычу, я бесшумно выскользнула за дверь и со всех ног припустила обратно.

Вот и второй этаж.

Сторож продолжал похрапывать, вкушая сны, но рассвет уже принялся раскрашивать небо яркими красками.

Боги, помогите мне уйти до утреннего гонга!

Остановившись у комнаты, я уже взялась за ручку двери, как вдруг раздавшийся визг ужаса и боли заставил меня прирасти к полу. Ния?

Проснулся сторож. Сзади раздался поспешный топот, но я не стала ждать подмоги, распахнула дверь и в ужасе уставилась в мерцающие злыми огоньками глаза огромной черной пантеры. Она, с окровавленной мордой, стояла над скорчившейся на полу подругой.

Ния была еще жива. Ее глаза нашли меня, и с губ подруги сорвался едва различимый хрип:

– Беги…

И тут я очнулась от страшного, гипнотизирующего взгляда зверя. Швырнула под ноги светильник. Привычные слова заклинания не пришлось даже вспоминать. Показалось, будто кто-то произнес их вместо меня. Масло вспыхнуло сильно и страшно, заполоняя дверной проем огненным вихрем.

Я бросилась к лестнице.

Сзади испуганно вскрикнул стражник, в ответ зло рявкнул зверь. Кажется, огонь не остановил его…

Где же эта шеркхова лестница!?

Хриплое дыхание пантеры за спиной прибавило сил.

Быстрее!

Только бы не упасть… Иначе – смерть! Жестокая. Бессмысленная!

Так быстро я не бегала никогда в жизни! Казалось, что я не бегу – лечу!

Вот и лестница.

Слыша совсем близко догоняющий меня бег мягких лап, я из последних сил устремилась наверх.

Между вторым и третьим этажом, на улицу выходил балкон. Я так и не поняла, был он закрыт или нет. С разбегу врезалась в стеклянную дверь, вырываясь под рассветное небо, и, не раздумывая, бросилась вниз. Уж лучше каменные плиты, чем стать обедом сбесившегося перевертыша! Острые когти зверя лишь напоследок успели царапнуть лодыжку.

Словно сама судьба указывает мне путь!

Серые плиты, устилавшие двор, вдруг перестали стремительно нестись мне навстречу. Я привычно почувствовала, как невидимые огромные лапы бережно сомкнулись вокруг моей талии. Как бесшумно расправились над головой сильные крылья. Взмах, другой, и просыпающаяся обитель вместе с беснующейся на балконе пантерой остались где-то внизу, а после и вовсе пропали из виду.

Плевать, увидит меня кто-нибудь или нет!

Плевать!

Главное – я жива!

Встречный ветер ударил в грудь холодным потоком, подхватил и, словно давний друг, бережно и в то же время стремительно понес меня к чему-то неизведанному, непонятному и оттого тревожащему.

Сандр

– Сандр, сынок, принесли еще один заказ. Надо выковать меч к следующей неделе.

Припечатав молотом широкое лезвие будущего меча, я привычно буркнул заклинание. Багровая полоска металла послушно воспарила, гордо проплыла по воздуху и со злобным шипением затонула в стоявшей неподалеку бочке с водой.

– Справимся, отец. – Я с облегчением отвернулся от наковальни и взглянул на отца.

Тот стоял на пороге кузни и, скрестив на груди руки, подпирал косяк. Белая навыпуск рубаха и легкие свободные штаны… Завидую! Он уже года три как не подходит к наковальне. Зато он ищет заказы…

– Ты бы полегче с магией. Не забывай, где мы живем. Вдруг какой-нибудь выпивоха увидит летающие мечи! – Лишь незаметное движение седых бровей и взгляд прищуренных в усмешке глаз… Отец никогда не выказывал гнева, ни даже тени недовольства, но почему-то я всегда осознавал свои ошибки.

Сегодня извиняться не хотелось.

– Ну и что? Спишем на жару, – отмахнулся я и перевел тему: – Так что насчет клинка? Есть какие-то пожелания у заказчика?

– Да не особо. – Отец покривил губы в усмешке. – Помассивнее, говорит. Поярче. Самоцветов, говорит, на рукоять побольше…

– Самоцветов? Неужто гном заказал?

– Угадал. Герд ли Дубкан. Правая рука нынешнего правителя Подгорья. Говорит, у сына именины. Полвека. Вот и хочет подарить мальчишке что-нибудь особенное.

– Особенное? – Слизнув с губы пот, я отставил кувалду, отер тряпкой лицо и подошел к отцу. – Мне кажется, этот гном – жадюга, каких поискать. На юбилей сыну мог бы заказать клинок в своем Подгорье или в По́лыни. Столичные оружейники славятся мастерством. Или, в конце концов, купить где-нибудь на торгах в Пограничье.

Не принадлежащие ни одному из ныне правящих владык Адирана земли Пограничья славились своими торгами, проходившими с начала весны до поздней осени. На них можно было купить все. Даже раритетные магические клинки давно почивших оружейников Эльфириана, а с ними, как известно, в оружейном деле могли соперничать только мастера Подгорья.

Но отец возразил:

– Ты не прав, Сандр. Оружейники По́лыни уже давно разучились создавать шедевры, а в Пограничье торги едва начались, и сейчас на них можно купить только какую-нибудь жалкую поделку по баснословной цене. Герд ли Дубкан – не дурак, что пришел за клинком к тебе. Ты переплюнул в мастерстве даже меня, слава о тебе разлетелась далеко за пределы наших земель. Или ты думаешь, что я каждый месяц езжу в Дубки с твоими клинками, чтобы раздавать их нищим? Я их продаю. И по довольно неплохой цене. – Отец пригладил растрепавшиеся порывом сухого ветра седые волосы и улыбнулся. Морщинки-лучики разбежались по его загорелому до черноты лицу, делая озорными зеленые, будто у кота, глаза.

– Цену могут дать и за бойкий язык торговца, – усмехнулся я и, чувствуя, как щеки заливает огонь, вышел на улицу, подставляя утреннему ветру разгоряченное лицо.

Услышать похвалу из уст отца всегда приятно, к тому же делал он это крайне редко.

– Так, мальчик, поправь меня, если ошибаюсь: ты только что назвал своего старика болтуном? – Отец вышел следом и, шутя, хлопнул меня чуть пониже спины. – Ты слишком невысокого мнения о своих талантах. А зря!

И прошел мимо меня.

– Может, и зря. – Я проводил его взглядом. – Да только лучше всегда быть недовольным своими трудами и постоянно учиться, стремясь стать мастером, чем зазнаться и считать себя мастером, при этом навсегда оставаясь подмастерьем.

Отец довольно хмыкнул, принимая мою правоту, и подошел к стоявшей под навесом бадье, наполненной доверху ледяной колодезной водой. Взял ковш и поманил меня.

– Иди. Полью.

Я подошел. Закатал штаны, наклонился к бочке и даже застонал от наслаждения, когда холодные струйки побежали по разгоряченной спине. Ежедневный жар кузни был бы не так беспощаден, если бы не пе́кло, стоявшее на улице уже несколько дней кряду.

Слишком жаркая погода для этих весенних дней.

Слишком.

– На сегодня для тебя работа закончена. Можешь идти на рыбалку, как хотел. – Отец протянул мне полотенце.

– Еще вечерком поработаю. – Я наскоро обтерся и повесил полотенце на стоявший у бочки кол. – После заката.

– Нет. – Он нахмурил седые брови. – Сегодня я бы хотел тебе кое-что рассказать и показать.

– Звучит угрожающе. – Я криво ухмыльнулся. Тут же вспомнился эпизод, произошедший со мной года два назад.

Мне тогда едва минуло шестнадцать лет, но никто не давал меньше восемнадцати. Я как-то быстро вытянулся, ростом обогнав всех сверстников, к тому же ежедневные «упражнения» с кувалдой сделали свое дело. В общем, в боях «на кулачках» со мной считались даже двадцатилетки.

И вот однажды отец, бросив точно такую же фразу, увел меня к реке, где мне пришлось выслушать подробное объяснение всем моим странным способностям, которыми с лихвой меня наградили боги. Оказалось, что мой талант призывать огонь, замораживать воду и левитировать железные заготовки к бочке с водой – это «всего лишь магическая, к тому же запрещенная сила, которую ни в коем случае никому не стоит демонстрировать, если не хочу закончить жизнь на плахе».

Тогда же он обучил меня моему первому осмысленному заклинанию «Удар ветра», взяв слово не применять его. Пока! Но в первом же бою я не смог удержаться: ураганный порыв ветра раскидал невидимыми кулаками противников, подарив мне победу и ни с чем не сравнимые ужас и восхищение в глазах зрителей.

К счастью, отец оказался поблизости… Несколько непонятных слов, и свидетели моей выходки напрочь забыли все, что видели. Тогда-то, придя домой под утро, он и обмолвился: «Живя в хлеву, будь как все, или первым попадешь на скотобойню».

С тех пор прошло два года, но то чувство вины я запомнил на всю жизнь, и больше никогда не применял магию, если имелись свидетели из деревенских. А если случались трудности, приходилось решать их по старинке. Кулаками.

Я не сдержал вздоха.

Воспоминания воскресили мою давнюю мечту.

Всю свою недолгую жизнь я очень хотел уйти из этого «хлева». Для начала в Дубки – ближайший большой, а по мне, так просто огромный город Объединенного королевства. А потом в Сильвиорс. Портовый город. Наняться на судно эльфиров. Повидать мир… Но как бросить отца? Он ни за что не соглашался променять свою размеренную жизнь на сомнительную романтику странствий.

Интересно, что же за разговор нам сегодня предстоит? О чем? А главное – зачем?

Отец молча смотрел на меня. Серьезно, внимательно, как будто знал все мои мысли. Наконец, заговорил и словно поставил точку в моих сомнениях:

– Как бы странно это ни звучало, нам не избежать того, что случится сегодня, сын. Время пришло. – Он развернулся и пошел к дому, бросив: – Пойдем, пообедаем. Я принес молока и хлеба.

Того, что случится? Еще лучше! Наверное, это он специально сказал. Теперь я не то что пойду – побегу!

Я проводил его взглядом, вздохнул и направился следом.

Отец…

Невысокий, ниже меня на две головы, жилистый и белый как лунь, он не был воином, не казался мне воплощением силы, но иногда вызывал чувство странной робости. Впрочем, наверное, так и должно быть между отцом и сыном?

Отец вырастил меня один. Мать умерла сразу после родов, и только поросший цветами холмик за домом да глыба гранита в изголовье с вырезанным на нем именем «ДИНАРА» напоминали мне о том, что она была.

Пригнувшись, я шагнул в дом. Прохладный полумрак сеней встретил меня запахом свежеиспеченного хлеба и парного молока.

Отца в деревне уважали и достойно оплачивали работу кузнеца. Мы никогда не терпели нужды. Почти пятнадцать лет он не отходил от наковальни, создавая молотом и огнем настоящие творения искусства. В последние три года он отдалился от работы в кузнице и продолжателем его дела стал я. Но, как бы он ни хвалил меня, что бы ни говорил, я понимал – достигнуть уровня его мастерства мне будет непросто.

– Садись. – Отец кивнул на табурет и придвинул ко мне хлеб. Я охотно уселся и, с жадностью ломая еще теплую булку, спросил:

– Скажи, а ты научишь меня делать рукояти? С каменьями? И заговоренные лезвия?

Отец улыбнулся и, взяв кувшин, доверху налил в глиняную кружку молока.

– Конечно, научу. Какие мои годы…

Глава 2

Сандр

Река медленно, будто нехотя, струилась среди камышей и плавучих кувшинок. Казалось, иссушающая жара утомила даже ее нескончаемый бег. Поплавок, сделанный из куска коры, лениво качался на мелкой ряби. Горячий ветер стегал мои обнаженные плечи и спину. Кулон – подарок отца расплавленной каплей серебристого металла обжигал грудь.

Бабка-знахарка, живущая у реки, всегда говорила, что ветер – к перемене погоды. Интересно, принесет ли этот обжигающий ветер дождь?

Вдруг поплавок забился.

Я очнулся от полудремы.

Ветра не было. Вода блестела под жгучими лучами, словно ртутное зеркало, а вот поплавок действительно сходил с ума. Я рывком поднялся, обеими руками сжал удочку. Дернул, подсекая, и потянул.

Не знаю, какая рыбина сидела на крючке, но мне показалось, что я попытался поднять со дна телегу. Не переставая тянуть, вошел в воду, и тут добыча рванулась так, что от неожиданности я выпустил удочку, мгновение смотрел, как сначала она встала на дыбы, потом завертелась и исчезла в водовороте. Не раздумывая, я нырнул следом.

Не пытаясь рассмотреть что-то в зеленоватой воде, я постарался, как меня учил отец, почувствовать поток. Стать водной стихией и, подчиняясь течению, позволить втянуть себя в воронку водоворота. Вынырнув на другом конце водного перехода, я увидел рядом с собой громадного сома, стащившего удочку. Рыбина уже изломала древко, пытаясь избавиться от мучающего ее крючка.

Хорошая! В полтора моих роста!

Подплыв сзади, я вцепился в нее чуть пониже головы и обхватил ногами. Сом на мгновение замер, явно не ожидая встретить на дне омута наездника, и взбрыкнул, как норовистый жеребец. А дальше началась скачка. Сначала, пытаясь меня скинуть, он просто кувыркался, затем протащил по валунам, извиваясь не хуже горного аспида. Глаза тут же забил густой ил. Единение с водой исчезло, и я почувствовал боль, разрывающую легкие.

Воздух! Хотя бы глоток воздуха!

Из последних сил я оттолкнулся от скользкого тела. Вверх! Туда, где сквозь тучи ила манило желтое пятно солнца.

Далеко.

Слишком далеко.

Не успеть!

В глазах помутилось, и я, не в силах больше терпеть, с жадностью сделал вдох…

– До чего эти деревенские глупы! Лезут в омут, словно могут жить под водой!

– Не очень-то он похож на деревенского. Внешность слишком уж породистая…

– Подумаешь! Внешность еще не показатель, а вот, судя по всему, ума – столько же. Смотри, какая забавная вещица! Зачем она этому громиле? Лунное серебро. Может, стоит преподнести этот кулон в дар Матери?

– Не думаю, что это хорошая затея. Парень знаком с магией Стихий. Видела, как ловко он попытался приручить воду?

– Видела. А еще видела, как ловко он пошел ко дну. Неуч! – Холодные пальцы на мгновение коснулись моей шеи. – Вот. Держи.

Девичьи голоса настойчиво щебетали над ухом, сначала вызвав удивление, потом досаду – не дадут поспать! А уж после пришло понимание – я же утонул! Или не утонул?

Распахнув глаза, я тут же зажмурился. Нет, наверное, я все-таки умер и попал к богам, иначе, откуда рядом со мной на берегу реки взяться двум обнаженным девицам?

– Эй, красавчик, не притворяйся утопленником!

– Отдавай должок! – По моей груди заскользили холодные пальцы.

Должок?

Я взглянул из-под опущенных ресниц. Одна девушка сидела совсем близко, и ее полные зеленоватые груди колыхались в опасной близости от моего лица, вторая устроилась чуть поодаль. Вдруг она чиркнула чем-то острым по моим холщовым штанам, оцарапав бедро. Ткань разошлась, и я почувствовал холод пальцев, скользнувших внутрь прорехи. От неожиданности я рывком сел и постарался отползти подальше.

– Э-э! А-а… я… ну-у-у…

Девицы переглянулись.

– Немой попался-а-а… – с сожалением протянула сидевшая рядом.

– Тем лучше, никому ничего не расскажет… – Вторая, странно извиваясь всем телом, поползла ко мне, и тут я окончательно потерял дар речи. Вместо ее предполагаемых ног по влажному песку вился длинный змеиный чешуйчатый хвост.

Вдруг песок возле нее вспыхнул.

– Огненный колдун! – Девица с шипением отшатнулась и испуганно скользнула к зарослям камыша. Послышался плеск.

– Пошли прочь! – Отец! Его голос я бы узнал из тысячи.

– Он обязан нам спасением и должен отдать чуточку тепла. Чуточку своей жизни! – Другая девица оказалась смелее, не сбежала, а, приподнявшись на свившемся в кольца хвосте, смело смотрела на приближающегося отца. – Или ты, колдун, нарушишь древнее соглашение между нашими народами?

– Он вам ничего не должен, похотливые твари! Вы сами заманили его в омут! А сейчас, если не хочешь быть поджаренной, лучше проваливай.

– Уйду. Но однажды Матерь придет за ним. Мы не забываем долги… – Зеленоватое тело стрелой мелькнуло в воздухе и бесшумно исчезло в прибрежной воде.

– Кто… – Мой голос сорвался в хрип. Я прокашлялся и уже более ровно поинтересовался: – Кто это был?

– Ундины. Водный народ. Насколько я знаю, все они – женщины, ну и сам понимаешь – как женщины, они не могут устоять перед случайно забредшим в их царство мужчиной.

– А о каком долге они говорили?

– Они спасли тебя. Когда ундины спасают чью-то жизнь, то требуют взамен плотской любви. Якобы для рождения новой ундины.

Я невольно коснулся внушительной прорехи на штанах.

– Не волнуйся! – Отец усмехнулся, разглядывая мое озадаченное лицо, и, взяв меня за руку, рывком поднял на ноги. – Все разговоры о долге можешь забыть. Если уж им так приспичило, они найдут какого-нибудь незадачливого рыбака и не вспомнят о тебе.

Он внимательно оглядел меня, на миг сжал в объятиях, и я вновь почувствовал себя свободным.

– Скажи на милость, зачем тебя понесло в реку?

Я пожал плечами.

– Сома хотел поймать.

– Так хотел, что бросился за ним в воду? – Отец даже покачал головой, видимо не ожидая такой искренности.

– Ну да. – Я пожал плечами. Чего он так переполошился? А то впервой мне приходить с рыбалки мокрым, как мышь, если дело касалось хорошей добычи. – Я же не знал, что он окажется таким здоровенным! Жалко было упустить… Заодно и попробовал применить заклинание на подчинение воды, что ты мне вчера показал…

– Судя по всему, не очень-то получилось. – Глаза отца ехидно прищурились. Я с азартом возразил:

– Получилось превосходно! Ундины докажут! Вот только оно внезапно перестало действовать…

– Ясно. – Отец поводил руками, проверяя меня на ранения. Я почувствовал привычное покалывание. – Идти сможешь?

– Смотря куда. – Я усмехнулся, пытаясь превратить все случившееся в шутку.

– Недалеко. – А вот он, наоборот, стал слишком серьезным, придирчиво оглядел синий купол неба с редкими барашками пасущихся на нем облаков, буркнул «пойдем» и направился к возвышающимся вдалеке горам.

Возле берега послышался плеск и тихий шорох. Мне показалось, что я вижу в камышах зеленоватые тела ундин, и, больше не медля, бросился за уходившим родителем.

– Отец! Отец, подожди!

Он чуть замедлил шаг. Я догнал его и пошел рядом.

– Я помню то, что ты мне говорил. О моей жизни, которую выкупила у богов своей смертью моя мама. Прости. Я не думал ни о чем, кроме того здоровенного сома! Ты злишься?

Отец остановился. Взглянул мне в глаза и тяжело вздохнул:

– Я не злюсь. Я очень сильно за тебя испугался, сынок. Ведь ты – действительно все, что у меня есть. Все, что есть у этого мира. И я, не раздумывая, отдам свою жизнь, только бы жил ты. Так было и, если понадобится – так будет. А теперь идем. У нас очень мало времени. – Он снова зашагал вперед.

Я растерянно проводил его взглядом и кинулся догонять.

Есть от чего растеряться! Услышать такое признание от довольно скупого на чувства отца дорогого стоит!

И тут же в груди зашевелилась беспричинная тревога. Словно что-то должно произойти…

В спину толкнулся порыв ветра, тут же заставив забыть обо всем.

Наверное, будет гроза…

Хорошо-то как!

Уже долгое время дожди обходили стороной наши поля. Говорят, что раньше на землях Объединенного королевства цвели роскошные сады, наливались золотыми колосьями богатые пашни и зеленели травами сочные нивы. Говорят…

За все мои неполные восемнадцать лет я помнил только эти выжженные земли. Пашни давали очень мало всходов. Деревенские промышляли на жизнь торговлей и тем, что даст река. Королю Сайрусу не было дела до умирающих поселений. Налоги росли, земли скуднели, крестьяне не видели ничего, кроме поборов.

Затем отчего-то вспомнились скользкие, холодные тела речных красавиц. Я нахмурился, покосился на шагающего чуть впереди отца и не выдержал:

– Па, скажи, а почему до сегодняшнего дня я не видел ундин? Ведь почти каждый день пропадаю на реке!

– Думаю потому, что раньше им от тебя было бы мало толку. – Отец неожиданно развернулся, заставив меня остановиться. – Именно поэтому сегодня я и привел тебя сюда. Через несколько дней тебе исполнится восемнадцать. Я должен провести обряд.

– Обряд? – Я нервно огляделся, разглядывая меняющуюся реальность. Пустынное поле, поросшее желтой щеткой травы, окружили возникшие из воздуха невысокие холмы, создав идеально ровный, огромный круг. – Что за обряд? Что это за место? Почему я никогда его не видел?

– Это Алтарь ушедших. Или, как называют такие места посвященные – Драконьи круги. Их могут увидеть только избранные Хранителями или владеющие магией Стихий и магией Тени. – Отец обнял меня за плечи. – Хочу рассказать тебе одну легенду. Много веков прошло с тех пор, как драконы покинули этот мир. Старейшины говорят, что перворожденных изгнали из нашего мира боги за то, что те возжелали занять их место. И не куда-нибудь, а совсем близко. За Грань. В мир духов, чтобы они смотрели на любимый ими мир и страдали, оттого что не в силах вернуться. Точнее, вернуться они могли, но лишь укротив гордыню и поступив в услужение к тем, кого сами когда-то считали слугами.

– В услужение к людям? – Я отстранился и посмотрел ему в глаза. Что-то такое я читал в хранившихся на чердаке полуистлевших свитках.

Отец чуть прищурился и покачал головой:

– Раса тут ни при чем. В услужение к тем, кто владеет силой и древней мудростью. К тем, кто владеет магией.

– Но ведь магия запрещена!

– Королем Сайрусом. А знаешь почему? Потому что он боится, что однажды вернется тот, кто заставит его сполна заплатить за все злодеяния.

– И с какого боку тут я? – Я продолжал смотреть ему в глаза. Не люблю такие долгие предыстории!

Отец первым отвел взгляд.

– Я хочу тебя кое с кем познакомить. Просто стой и смотри!

Стараясь не выдать волнения, я кивнул. Отец что-то забормотал, затем бормотание перешло в шепот, который и вовсе смолк. Мгновение ничего не происходило, затем он начал меняться. Его седые волосы порыжели, глаза налились пурпурным огнем, а за спиной выросла багровая тень, шевелящаяся так, словно отец был объят пламенем.

– Я, сколько себя помню, всегда был магом. Огненным магом. Когда-то я был жрецом в крепости Шарукх. Крепости ушедших. Пока не перешел в услужение к королю, стал придворным магом. – Отец усмехнулся, глядя, с каким вниманием я ловлю каждое его слово. – Когда-нибудь я расскажу тебе об этом, но не сейчас. Сегодня я хочу призвать того, кто впоследствии спасет тебе не только жизнь.

– Ты служил Сайрусу?! – Из всего сказанного им я услышал только это. – Но почему тогда ты живешь здесь, а не в По́лыни? Ты никогда мне об этом не говорил! И почему ты не хочешь вернуться в столицу?

– Помолчи! – Голос отца и странное шипение смешались воедино. Я замер, боясь пошевелиться, боясь отвести взгляд от чужака, которого привык считать отцом. – Да. Когда-то я служил королю, но не самозванцу. Я обучал тебя магии не для того, чтобы отдать на казнь! Ты должен избегать столицы до тех пор, пока пролитая кровь не позовет тебя вернуться, иначе погибнешь! Пока же, мой мальчик, я хочу призвать к тебе защитника из мира ушедших.

В голове стало тесно от роившихся вопросов. Я открыл рот, чтобы выпустить этот рой на волю, но подумал и снова закрыл. Не время. Да и не место…

Отец заметил мой порыв. Едва заметно улыбнулся.

– Ты получишь ответы на все вопросы, но позже. Некоторые откровения ты просто не готов сейчас услышать. Сегодня главное для нас – обряд!

Я судорожно сглотнул.

– А что мне нужно делать?

– Просто стой и смотри. За Зу уже предупредил об открытии Врат. Надо лишь ждать, когда кто-нибудь из Хранителей оценит тебя по достоинству.

– За Зу?

– Мой дракон. А теперь – молчи.

Я глубоко вдохнул и с силой выдохнул, пытаясь унять начавшуюся дрожь.

Дракон?

Ощущение нереальности накрыло меня с головой.

Дракон?! Но… как? Зачем?! Я прекрасно себя ощущал и в роли ученика кузнеца. Зачем мне дракон?!

– Защитники мира живых… – Отец тихонько запел, но в его голосе слышался приказ, которому невозможно было не подчиниться. – Хранители мира мертвых… Примите кровь ушедших, возьмите плоть неотомщенных… Взываю к вашей силе и к власти изначальной: вы часть моей жизни примите… Вы боль его жизни отдайте…

Земля под ногами тревожно вздрогнула, отзываясь на призыв. Налетел порыв ветра, встревожил выжженную засухой траву – словно прошептал согласие.

Я хотел пошевелиться, но тело застыло камнем. Хотел вздохнуть и понял, что мне это не нужно. Воздух проходил сквозь меня, не находя преграды.

– Врата пусть откроются! Неба! Воды! Земли и Пламени! Ушедшие навсегда от нас – вернитесь и останьтесь! – Мощь в голосе отца усилилась, и я вдруг осознал, что меня больше нет.

Я ветром взметнул седые волосы отца, каплей слезы скользнул с его щеки на землю, почувствовал в себе монолит скал и весело вспыхнул огнем, вырисовывая вокруг него большой четкий круг.

Затем вдруг возникла совершенно бредовая мысль: а может, меня никогда и не было? Было лишь пристанище Стихий, куда они сейчас и вернулись?

Холмы, окружавшие нас, вдруг стали меняться, и вскоре на их месте засияли четыре огромные арки: огненная, синяя, зеленая и черная.

Какое-то время ничего не происходило. На лице отца мелькнуло удивление, затем растерянность. Он поочередно оглядел арки, наклонил голову и замер, словно к чему-то прислушиваясь.

Напряжение, сковывающее тело, ушло, и я понял, что могу шевелиться. Могу дышать! Могу говорить…

– Отец?

Его ярко-красные без зрачков глаза нашли меня. Мне показалось, что он хотел что-то сказать, но не успел. Арка, символизирующая небо, начала меняться. Ее затянули клубы не то дыма, не то серого тумана, из которого вырвалась иссиня-черная голова самого настоящего дракона. Его наполненные шевелящейся тьмой глазницы уставились на меня, но, видимо, не посчитав достойным внимания, тварь перевела взгляд на отца:

– Последний из рода… Восемнадцать лет я пытался тебя отыскать… Я сделал свой выбор! И я принимаю вызов.

– Что ж… я долго этого ждал!

Я замер, зачарованно глядя, как тот, кого еще час назад я считал человеком, пусть не совсем обычным, но человеком – вдруг начал меняться. Издав утробный рев, черное чудовище ринулось к нему, разметав арку хвостом на клочки тумана, и уже мгновение спустя два дракона: черный и сотканный из ревущего пламени, сшиблись в едином порыве в стремлении уничтожить противника.

Столбняк прошел.

Я бросился бежать.

Домой! За оружием! Если уж мне суждено сегодня погибнуть, так хоть не ощущать себя перепелом на вертеле!

Отец уже несколько лет учил меня чувствовать клинки, которые я создавал. Чтобы ни один из них, окажись он в руках врага, не начал пляску смерти против своего создателя. Отец учил меня быть воином, и сейчас пришло время узнать, чего я стою!

Была ли открыта дверь дома или я выбил ее плечом – я даже не понял. У печи на лавке всегда лежало готовое оружие. Я лишь на мгновение остановился возле клинков и метнулся дальше.

К комнате отца.

Мне строго-настрого запрещалось туда заходить, но я знал, что там он хранит оружие, сделанное им самим. Оружие, способное убивать не только сталью.

Именно оно мне сейчас было нужно.

Но дверь, едва я толкнулся в нее, вспыхнула пламенем.

Я отшатнулся.

Охранное заклинание… Так просто не войдешь!

Огляделся. На лавке, поверх кинжалов и мечей, лежал топор, моя последняя работа для кого-то из расы коротышек. Ухватив его двумя руками, я вновь подскочил к зачарованной двери и принялся рубить пылающие доски.

С пятым ударом я понял, что не смогу. Я не открою эту дверь. Только потеряю время. Лезвие топора проваливалось сквозь доски, будто я рубил огонь, но в то же время преграда никуда не исчезла.

Ладно… Оружие – всего лишь средство.

Не выпуская из рук топора, я бросился на улицу.

Только бы успеть!

Вскоре позади остались деревня, мосток через реку, да и сама река.

Я остановился.

Впереди расстилалось поле, чуть дальше темнел кромкой деревьев лес, за которым возвышались скалистые горы далекого Подгорья…

И никаких холмов.

Никакого Алтаря.

Никакого Круга дракона.

Лишь в небе, над тем местом, где должен был состояться обряд, во все стороны расползлась иссиня-черная туча, стремительно занавешивая все небо.

Налетели яростные порывы ветра и, едва не сбивая с ног, погнали меня прочь. И начался долгожданный дождь. Яростный ливень принялся хлестать обескровленную засухой землю. Потоки воды заставляли меня скользить по размякшей глинистой дороге, тугие струи дождя заливали глаза; с упорством палача лупили по обнаженной спине и плечам.

Как я добрался домой – не помню. Перешагнув через порог, я не разглядел попавшийся под ноги чурбачок и грохнулся в мгновенно набежавшую с меня лужу.

Ругательство скользнуло с губ.

Заставив себя приподняться, я подполз к стене, тут же, у открытой двери, оперся голой спиной о шершавые бревна и закрыл глаза. Как было бы хорошо, чтобы этот день оказался всего лишь сном.

Проснуться! Хочу проснуться! Как раньше, не знать ни о каких Хранителях и драконах! Жить обычной жизнью деревенского кузнеца…

Сердце стиснула боль.

Отец! Где же он теперь? Я даже не смог ему ничем помочь! Единственное, что мне осталось, – ждать! И верить. Хотелось бы в лучшее, но… Что-то подсказывало – беда пришла не одна, и эта свора уже взяла мой след.

От мучительных мыслей меня отвлек осторожный стук в открытую дверь, и девичий голосок вежливо поинтересовался:

– Позволите войти?

Я с трудом открыл глаза и с удивлением взглянул на гостью. Не местная. Да к тому же красавица! Высокий лоб, прямые темные брови, под которыми чуть вызывающе и без боязни на меня смотрели светлые, оттенка ясного неба глаза. Аккуратный носик, чуть припухлые, хранящие улыбку губы.

Мой взгляд скользнул ниже.

Изгиб изящной шеи. Две толстые льняные косы свисали на высокую грудь. Промокшие до нитки белая блузка и странная, чересчур строгого покроя, длинная серая юбка откровенно облепили идеальную, высокую фигуру девушки, единственным недостатком которой была болезненная худоба. В глаза почему-то бросились ее измазанные грязью кожаные не то туфли, не то тапочки, надетые прямо на босые ноги.

Кто она? Что ей здесь понадобилось?

Айна

Полет позволил мне успокоиться. Шок, вызванный гибелью Нии и бегством из обители, сменился апатией.

Сами боги повелели найти ответы на мучающие меня вопросы!

Но почему таким жестоким способом?

Ладно, поговорю с кузнецом, а после вернусь домой и все объясню отцу. Не думаю, что он не простит моей вынужденной отлучки. Я согласна даже принять затворничество в нашем имении, только бы не возвращаться в обитель!

Кто был тот перевертыш?

То, что зверь был именно из лесного народа, я даже не сомневалась.

И почему он убил Нию?

Я могла бы предположить, что кто-то нанял убийцу, чтобы поквитаться с ее родом. Возможно, это была даже кровная месть, но… при чем тут я? Почему он бросился за мной? Или решил, что мяса много не бывает?

В конце концов, устав забивать голову вопросами, на которые у меня не было ответа, я принялась разглядывать проплывающие внизу разрисованные краской засухи унылые пейзажи.

Жара… Серые холмы, желтые поля и выгоревшее белесое небо. Видимо, боги за что-то рассердились на живущих в этом мире, если уже в конце весны стоит такая сушь!

Наконец, вдалеке я увидела зеленоватую ленту реки, и невидимые крылья моего неведомого помощника покорно понесли меня к ней.

Неведомый помощник… Хорошо звучит, знать бы еще – что это? Магическая сила или… кто бы объяснил!

Жаль, что настоящая магия теперь в опале. Сайрус отдал ее во власть шарлатанам и слабосильным лекарям, но еще помнили старейшины и книги, запертые в тайных подвалах, ее истинную власть. И пусть меня никто и никогда не учил ни искусству призыва, ни истинности слова – эти знания, эта сила были во мне всегда. Они родились вместе со мной, и, когда мои сверстники играли друг с другом, я пыталась играть с чем-то, живущим во мне, с тем, что навсегда стало моим вторым «я». Даже научилась слышать это, вот только не всегда могла понять.

Вновь вспомнив пережитый ужас погони, я передернулась. Шеркхова пантера!

Пытаясь хоть как-то отвлечься, я сосредоточилась на изучении проплывающих подо мной небольших поселений. Главное – не пропустить изгиб реки. Не пропустить деревню!

Скоро вечер, да и голод уже давал о себе знать. Похищенные из трапезной булочки остались лежать где-то в коридоре обители.

Довольно большое скопище домов в петле реки я разглядела, когда солнце уже начало сползать к закату. Приглядев безлюдное место неподалеку от пыльной ленты дороги, я пожелала оказаться внизу, но мой неведомый помощник неожиданно воспротивился этому. Впервые в жизни! Странное чувство внутренней борьбы длилось мгновение. Невидимые крылья вновь подчинились и, поймав поток воздуха, словно с горки скатили меня прямо в дорожную пыль. Тревога уступила место нетерпению, и я направилась к деревне.

Какое-то время я торопливо шагала по наезженной дороге, с опаской поглядывая на светило, стремительно катящееся к вершинам далеких гор. Остаться одной, ночью, без денег и еды в совершенно незнакомом месте! Ужас! Надо срочно найти кузнеца и напроситься переночевать! Утром все у него узнаю, а там будет видно, что делать дальше!

Мысль о том, что тот, к кому я иду, тоже не сможет мне помочь, я старательно гнала. Ведь иногда даже простой совет может все изменить в лучшую сторону.

Королева Дина… Интересно, кто она и почему мне снятся те двое мужчин, как две капли воды похожих друг на друга?

В раздумьях я прошагала большую часть пути и не сразу заметила странную тучку, вдруг появившуюся чуть в стороне на совершенно безоблачном небе. Она быстро начала расти, закрывая сизым брюхом все небо. Начало стремительно темнеть. Поднялся ураганный ветер, а то, что я увидела в эпицентре грозы, и вовсе повергло в трепет. Молнии сплетались в клубок, изогнутыми гигантскими лезвиями пронзали небо и уходили в землю. Несколько раз при свете призрачных вспышек мне казалось, что я вижу за тучами какое-то сияющее существо, сражающееся с самой растекшейся по всему небу чернотой. И тут, будто отголоском своих мыслей, я услышала предупреждение. Как будто кто-то очень тихо произнес слово «опасность».

Я уже находилась у крепкого, бревенчатого мостка через реку, как вдруг начался дождь. Стремительно и хлестко он принялся стегать меня так, что я в мгновение промокла до нитки. Поскальзываясь, я перебралась через мосток и в нерешительности остановилась. Деревня исчезла за пеленой дождя, словно ее и не было.

Почти вслепую я побрела вперед. Вдруг мимо меня прочавкали торопливые шаги. Наверное, какой-нибудь незадачливый селянин не успел вернуться в свое жилище до ливня. Воодушевленная мыслью о том, что не одинока в этой непогоде, я бросилась за мелькнувшей тенью.

Вскоре передо мной вырос невысокий, кое-где поваленный забор, а за ним я увидела дом. Не думая ни о чем, только бы укрыться от грозы, я бросилась под навес, поднялась на крыльцо и остановилась у распахнутой двери, удивляясь открывшемуся мне беспорядку. Сначала даже показалось, что я набрела на заброшенный дом: у дальней стены закопченная печь с лежаком, рядом лавка с разложенными на ней клинками, с другой стороны печи – табурет, на полу осколки посуды, еще один перевернутый табурет, раскиданные по полу поленья. Внезапно взгляд наткнулся и на самого хозяина дома, сидящего на мокром полу у стены. Казалось, он спал, хотя как можно спать, сидя в луже? Довольно симпатичное открытое лицо в обрамлении спутанных, соломой падающих на плечи волос, перемазано не то грязью, не то копотью. Такую же копоть я заметила кое-где и на крепких руках, и на широких, до черноты загорелых плечах, и на груди юноши. Из одежды – только светлые холщовые штаны с большой прорехой на бедре. Рядом с безвольной рукой на полу серебрился сталью топор с вязью червленых знаков.

«Кузнец».

Внезапная мысль заставила меня очнуться от разглядывания незнакомца и начать действовать. А вдруг я на самом деле случайно набрела на того, к кому стремилась? Хотя Ния говорила что кузнец – старик, а этот парень, может, и тянул телосложением на кузнеца, но явно не подходил под ее описание возрастом.

Стукнув пару раз в распахнутую дверь, с облегчением увидела, что глаза парня открылись, и на всякий случай заготовила вежливую улыбку:

– Позволите войти?

Он смерил меня взглядом, в котором смешалось раздражение и любопытство, сгреб в широченную ладонь рукоять лежавшего рядом топора и легко поднялся.

– Эй, ты чего? – Я нахмурилась, разглядывая приближавшегося ко мне детину, с тоской оглянулась на непрекращающийся дождь, и попятилась. – Вообще-то я только хотела спросить: где мне найти дом кузнеца?

– Это его дом и есть. Если нужен, заходи и жди! – не слишком приветливо буркнул парень. Крутанув топор, он глубоко и метко всадил его в темнеющую на бревенчатой стене трещину, прошел мимо меня и вышел под дождь.

Я проводила его взглядом и шагнула в дом.

Странный селянин.

Высокий. Выше меня как минимум головы на две. Крепкое телосложение говорило, что он знаком с молотом и наковальней… Значит, кузнец? А может, сын старика? Значит, я и впрямь добралась куда нужно? Вот только благородная внешность парня отчего-то странно тревожила. Как будто я видела его не впервые.

А ведь я даже не спросила его имени!

Проведя всю жизнь за стенами обители, я могла общаться только с подругами, по той или иной причине оказавшимися в стороне от жизни. И уж тем более там не было места для таких, как он…

Отец меня убьет, если узнает, что я общалась с простолюдином!

Если узнает… Хм…

Хорошее словосочетание!

Вскоре мой случайный знакомый вернулся, прижимая к себе несколько разрубленных на четвертинки поленцев. Скользнув по мне взглядом, он прошел к печке и, высыпав дрова на пол, уселся рядом с ней на корточки.

Я потупилась. Не привыкла я к мужскому обществу.

– Спасибо, что позволил остаться.

Парень промолчал, самозабвенно копошась у печки.

– Как тебя зовут? – осмелев, поинтересовалась я, украдкой разглядывая его. – Меня – Айна.

А в ответ – тишина!

Весьма любезно!

– Эй? Меня, если честно, не очень интересует твое имя, но… я же должна тебя как-то называть?

Парень поднялся, а я почувствовала сладкий дымок, идущий из печки. Интересно, как он ее разжег? Я ведь даже не видела, чтобы он воспользовался огнивом или кресалом, тем более что поленья явно были мокрыми!

– Как ты разжег дрова?

По-прежнему изображая немого, он захлопнул чугунную дверцу печи, взял ковш и подошел к столу, рядом с которым стоял не замеченный мной бочонок. Сдвинув крышку, он зачерпнул ковшом воду, подобрал с пола чайник, наполнил его и поставил на печь. После этого он вновь бросил на меня взгляд и кивнул на одиноко стоявший у стола табурет.

– Издалека? Садись. Голодная?

Звук его низкого, мягкого голоса так меня обрадовал, что я тут же воспользовалась приглашением. В два шага преодолела комнату и уселась на табурет.

– Голодная! Очень! – Если честно, я думала, что он вообще никогда со мной не заговорит!

Парень без тени улыбки посмотрел мне в глаза, развернулся к печи, отодвинул заслонку и, вынув из духовки небольшой котелок, поставил передо мной.

– Ешь.

Я поискала взглядом ложку. Она нашлась в небольшом кувшинчике на столе. Хозяин взял ее, критично оглядел и протянул мне. Поблагодарив его улыбкой, я убрала крышку и заглянула в котелок.

Пшеничная каша! Масло! Ммм, в обители это назвали бы праздничной едой!

Обитель…

Мысли о случившемся тут же вытеснили хорошее настроение.

Я нахмурилась. Парень, видимо, объяснил это по-своему.

– Ну, извини, ничего другого нет, – резко буркнул он, развернулся и снова вышел под дождь.

Я проводила его взглядом. Пододвинула котелок и жадно набросилась на еду. Мм, еще теплая!

Хозяин вернулся, когда я уже выскребала кашу со дна. Услышав шаги, я подняла на него взгляд и, готова поклясться, увидела, как его хмурое лицо на миг озарила улыбка.

– Вкусно?

Я заглянула в опустевший котелок и смутилась.

– Ну… да. Спасибо. Я, наверное, съела твой ужин? Но вообще-то там было не так уж много…

Промокший до нитки, но уже без следов копоти на теле, он только отмахнулся, прошел за печь и, забравшись на лежанку, почти сразу же спрыгнул обратно, держа в руках темные рубашку и брюки, а еще короткие остроносые сапоги! Я с завистью на них посмотрела. Вот от чего я бы точно не отказалась! Моя обувка уже почти развалилась, не устояв перед непогодой.

– Тебе, наверное, нужно переодеться? Я сейчас выйду! – Я поднялась, но он меня остановил:

– Не надо. Это для тебя. Переоденься сама. – Он сунул мне в руки сшитые из плотной ткани вещи и, заметив мой ищущий взгляд, указал на дальний угол, отчего-то занавешенный цветастой тканью. – Там, за шторой, тебе места хватит, только не прикасайся к двери.

– Спасибо. – Неловко прижав к себе предложенную одежду, я взяла сапоги и направилась в указанный угол. За шторой действительно оказался крошечный закуток, скрывающий еще одну дверь, украшенную несколькими глубокими щелями, словно ее рубили топором. А еще я почувствовала жар, идущий от досок.

Странная дверь.

Я протянула к ней руку и тут же отдернула, испуганная прозвучавшими во мне словами:

«Ключ – вода».

Таившееся во мне нечто снова проснулось. Сегодня это происходит чаще, чем за весь последний год! Интересно, и что означают эти слова? В этом доме используют магию? Так запросто? Для того чтобы запирать двери? Или это какая-то особенная дверь? А может, парень совсем не так прост?

Вещи выпали из рук, но я этого даже не заметила, коснулась гладких досок уже двумя руками и удивленно замерла, глядя, как дверь вспыхнула пламенем. Отдернула руки, и огонь мгновенно исчез, оставив на ладонях следы копоти, точно такой же, какую я видела на руках и плечах хозяина.

Ключ – вода? Хм…

Сила, живущая во мне, иногда давала интересные советы, жаль только, не объясняла, как ими воспользоваться.

Что ж, попробуем.

Вода…

Я представила, как моя кровь становится водой, как все мое тело, все мои клеточки становятся капельками холодной родниковой воды, и стихия откликнулась на мой призыв.

Ключ – вода…

Ключ… Противовес?

Теперь я видела истинную дверь. Она была создана пламенем, она и была – пламя, и в самом ее центре темнел тоненький желобок, изображающий странную изломанную фигуру.

Ключ.

Я позволила водной стихии выплеснуться из моих вен на этот знак, позволила стать этим знаком и с какой-то отстраненной гордостью замерла, глядя, как пламя вспыхнуло, словно пытаясь выжечь чуждую силу, а затем покорно исчезло.

– Ты – маг? Ты пришла за мной?

Я поспешно обернулась и растерянно вжалась в уже безопасную дверь. У меня за спиной, отдернув занавесь, стоял хозяин дома. Пока я сражалась с замко́м, парень переоделся и теперь выглядел весьма благородно. Белоснежная рубаха свободного покроя из тончайшего батиста была заправлена в черные брюки. На ногах – сапоги из мраморной кожи с вкраплениями серебра, какие можно купить только на торгах в Пограничье, а в руке зажат трехгранный стилет, чье острие сейчас оказалось опасно направленным на меня.

– Я не знаю, о чем ты говоришь! Я – дочь лорда Кэрна, главного советника короля Сайруса, но я никогда не владела магией. Иногда во мне просыпается нечто, и… я не ведаю, что творю! То, что ты сейчас увидел, это и есть мое… нечто. – Я сделала попытку улыбнуться, но парень продолжал смотреть на меня холодно и отстраненно, и от этого взгляда внутри меня все сжалось в тугой комок. – Я понимаю, это звучит безумно, но объяснить по-другому все равно не смогу.

– Переодевайся. А после я все же хочу получить ответы на кое-какие вопросы. – Занавеска прошуршала, скрывая его от меня. Какое-то время я растерянно смотрела на колышущуюся ткань, затем подняла лежавшие на полу вещи.

Интересно, что за этой дверью?

Я чуть помедлила, коснулась еще теплых досок и решила не рисковать. Не мое это дело. Да и перед парнишкой потом не оправдаться. Достаточно уже того, что он увидел, как я открыла магический замок…

Интересно, когда вернется его отец? Хотелось бы поскорее узнать о моих кошмарах и… Уйти? Куда? В обитель я не вернусь. К отцу…

Я усмехнулась.

Даже не знаю, чего я боюсь больше: встречи с пантерой или встречи с отцом?

К тому же мне очень не хотелось так быстро расстаться с этим странным парнем. Он явно знает о магии куда больше меня и смог бы ответить на некоторые интересующие меня вопросы. Например: почему в деревенской избушке использовалась защита огнем? Для чего? И что означает его фраза «Ты пришла за мной»?

Слыша за занавеской тяжелые шаги, я скинула мокрую одежду и принялась торопливо натягивать предложенные вещи. Вскоре я почувствовала себя почти счастливой. Рубашка и брюки, явно сшитые на кого-то поменьше ростом, сидели на мне идеально, а еще они пахли скошенной травой. Сапоги оказались чуть великоваты, но как же было приятно скинуть промокшие чувяки!

Пока я переодевалась, шаги смолкли. Я отвела занавеску и осторожно выглянула. Парень стоял у открытой двери, прислонившись плечом к косяку, и смотрел на затихающий дождь.

Словно кого-то поджидал.

Помедлив, я бесшумно шагнула в комнату, подошла и остановилась у него за спиной.

Самое глупое, что я до сих пор не знала его имени!

«Сандр», – тут же прозвучало у меня в голове.

– Сандр?

Парень обернулся.

– Вот это и будет моим первым вопросом. Откуда ты знаешь мое имя?

Я посмотрела в его глаза, цвета свинцовых туч, опустила взгляд на ножны, где длинные пальцы словно невзначай оплели черную рукоять стилета, и отступила на шаг.

– Я не знаю. Мм… Не знала. Только сейчас узнала.

– Откуда? – Он продолжал буравить меня взглядом.

– Не знаю. – Я улыбнулась и пожала плечами. Хорошо, если он решит, что я блаженная! С таких и взятки гладки. – Мне будто кто-то подсказывает.

– Ладно. Мы еще вернемся к этому вопросу. – Сандр еще больше нахмурился. – Если ты дочь главного советника, как ты оказалась в такой глуши одна? Без охраны?

– Я сбежала. Я жила в обители в дне пути отсюда, но сегодня на рассвете в моей комнате на меня напала пантера. Моя подруга убита, а я… сбежала. – Интересно, зачем я все это ему рассказываю? – Я пришла за помощью!

Нда… вправду звучит как горячечный бред!

– А почему ты решила, что тебе здесь помогут? – Сандр отлепился от стены, прошел мимо меня к печи и снял с раскрасневшейся плиты чайник. Плеснув в две глиняные кружки кипяток, он опустил в них по щепотке какой-то травы, придвинул табурет и уселся за стол.

Я бросила взгляд на серое небо и подошла к нему.

– Мне посоветовали обратиться к твоему отцу. Почти всю жизнь, каждую ночь, мне снится один и тот же сон. Знаешь, я так устала умирать…

– Тебе снится сон о собственной смерти? – Парень взглянул на меня и задумчиво покатал в ладонях кружку.

Привлеченная душистым ароматом, я робко села на свободный табурет и, притянув к себе питье, сделала глоток. По телу тут же прокатилась горячая волна, снимая напряжение и опутывая дремой.

– Нет. О смерти других, незнакомых мне людей. Мужчины и женщины. А еще ребенка. Только я каждый раз переживаю это так, словно я и есть та женщина, которая прыгает с огромной башни вниз. А еще мне снится дракон.

– Дракон? – Сандр перестал катать в руках кружку.

– Ну… я понимаю, что драконы ушли, но… это же сон! – Я вновь глотнула травяного чая и только сейчас в полной мере ощутила усталость. – Мне снится огненный дракон, который падает за женщиной в пропасть.

– И что потом? – Парень тоже сделал несколько глотков и отставил кружку.

Я пожала плечами.

– Ничего. Я просыпаюсь.

Сандр отвел взгляд.

– Я бы хотел тебе помочь, но сны читать не умею. Тебе действительно нужен мой отец, вот только… – парень замялся, – он задерживается. Возможно, до утра.

– А если дольше? – Я пытливо взглянула на него. Что-то он недоговаривает.

Тот пожал плечами.

– Может, и дольше… Дела.

– Понимаю. – Я покусала губы, пытаясь справиться с вдруг поселившейся в моем сердце обидой на весь этот мир. Значит, весь этот путь я проделала зря? И что теперь? – У меня нет времени столько ждать. Мне нужно вернуться к отцу до того, как он начнет мои поиски.

– В любом случае сегодня я тебя никуда не отпущу! – Сандр нахмурился. – На дворе ночь и непогода.

Я покосилась на проем двери, за которой воцарилась тишина, лишь редкие капли, падающие с навеса, напоминали о сумасшедшем ливне, прокатившемся над деревенькой, и уткнулась в кружку, пряча невольную улыбку. Так неожиданно услышать из уст этого нелюдимого парня слова заботы. Как я не хотела уходить, так и он не желал меня отпускать…

– Будь моя воля, я бы осталась здесь, в этой деревеньке, навсегда, но… – Я помолчала, глядя ему прямо в пытливо прищуренные глаза. – Если отец узнает, что я сбежала из обители, он перевернет с ног на уши все Объединенное королевство, но найдет меня. Вот только, после того как он меня найдет, я буду вспоминать годы затворничества как самые лучшие годы в моей жизни.

– И он сможет быть таким суровым с единственной наследницей? – Кажется, я сумела удивить парня.

– Страх порождает ненависть. – Я первой отвела взгляд. Какого странного серого оттенка у него глаза… Глубокие. Как воды озера перед дождем. Как бы не утонуть… – Мне кажется, отец меня боится. После… одного случая, он отправил меня в обитель и ни разу не приехал навестить, а до того дня он попросту меня не замечал. Я росла, как сорняк, среди босоногой детворы прислуги.

– А мать? – Голос Сандра стал бархатным. Мягким.

Не в силах больше бороться с усталостью, я зевнула, устроилась щекой на гладкой столешнице и, закрыв глаза, пробормотала:

– Я ее никогда не видела, а все расспросы о ней были строго-настрого запрещены. Только раз моя старая нянька обмолвилась, будто я на нее похожа, а отец как-то сказал, что она умерла от какой-то странной болезни… Сандр, прости, но я так устала…

– Айна, если хочешь спать – спи. И ничего не бойся. Сегодня тебе не приснится кошмар… Обещаю.

В ответ я только улыбнулась и, уже проваливаясь в сон, почувствовала, как он поднял меня на руки и куда-то понес.

Глава 3

Сандр

Девушка спала, подложив под щеку ладонь, и чему-то улыбалась во сне. Я опустил ее на теплую лежанку на печи, закрыл дверь на щеколду и, запрыгнув, уселся у нее в ногах. Конечно, можно было меня обвинить, что я воспользовался ее доверчивостью и напоил горячим чаем с баюн-травой, но… Мне нужно было подумать, а она и сама бы вскоре уснула: дальний путь, да еще потратила силы на магический замок.

Перед глазами встала картина: девушка, будто созданная из воды, и стена огня перед нею. Интересно, почему я никогда раньше не видел этого странного изломанного узора в самом центре двери?

Я вновь взглянул на гостью.

Красивая. Той красотой, которая не надоедает, на которую хочется смотреть и смотреть. Волосы цвета спелой пшеницы заплетены в косы, на высокий лоб падают непослушные кудряшки, открывая моему взгляду точеное лицо. Я поймал себя на мысли, что пытаюсь представить ее на каком-нибудь балу в роскошном платье с золотистыми локонами, ласкающими обнаженные плечи.

Кто ты? Откуда?

Может быть, следует поверить, что в гости ко мне действительно забрела единственная дочь лорда Кэрна, самого безжалостного из всех восьми советников короля Сайруса? Тогда непонятно, что она здесь делает. Одна. Уж слишком неправдоподобно прозвучала рассказанная ею история о повторяющемся кошмаре и нападении пантеры… В обители!!!

Девушка могла говорить правду? Могла. Вопрос в том – чью правду она говорила? А вдруг это ловушка, и на самом деле она пришла за нашими головами? Ведь сегодня отец обмолвился, что в По́лыни меня поджидает смерть.

Ладно, сейчас все равно не разобраться. Скорей бы вернулся отец. Уж он-то заметит, если она что-то недоговаривает.

Я осторожно достал в изголовье лежанки еще одну набитую травой подушку, положил себе под спину… и тихо ругнулся, снимая ножны. Ну зачем я вырядился в единственную выходную одежду? Еще и кинжал повесил. Клиентский!

Вновь взглянув на девушку, я сунул ножны под подушку, повозился, устраиваясь поудобнее, и наконец-то закрыл глаза. С наслаждением! Как же я устал!

Тихий стук в дверь прогнал зыбкий сон. Я распахнул глаза и прислушался. В комнате царил густой полумрак. Видимо, фитили светильников утонули в растопленном воске и погасли.

Вновь раздалось легкое постукивание. Я бесшумно спрыгнул вниз, прокрался к двери и, выхватив торчавший из стены топор, чуть слышно выдохнул:

– Кто там?

– Это я, Сандр. Впусти меня.

Голос отца я бы узнал из тысячи. И меня не насторожило, что иногда, возвращаясь ночью домой, он мог проникнуть в дом, игнорируя замки, а сейчас просит его впустить.

Одним движением я отодвинул засов и распахнул дверь.

– Отец? Я… Что произошло? Я пытался…

– Сандр, помолчи. У меня мало времени, а я должен многое тебе объяснить. – Он шагнул в дом. Я отстранился, пропуская его, но не слишком быстро: плечо и правый бок обожгло, как будто меня коснулся жар горнила.

Поспешно захлопнув дверь, я обернулся, глядя, как растворяется темнота в багровом отсвете, идущем от него.

– Отец?

Он огляделся, словно не узнавая дом. Чуть задержал взгляд на сладко посапывающей гостье и вдруг широко улыбнулся.

– Отлично. Она все-таки жива! Теперь я могу со спокойным сердцем возвращаться за Грань.

– Возвращаться? Что значит возвращаться? Ты ведь жив!

– Нет, Сандр. Я не погиб в сражении с Тенью. Эта тварь выбрала не самый лучший момент для схватки и бежала, едва на зов моего Хранителя к нам пришли четыре Стихии, Высшие Судьи крепости Шарукх. Да вот только они не смогли мне помочь. Я попал в западню, Сандр. Драконы не захотели становиться Хранителями для того, кто обречен на смерть.

– Речь обо мне?

– Да. Вся твоя жизнь – сделка с богами, которая вот-вот будет расторгнута. Поэтому обряд не завершился успехом. Такое случалось, но редко. Я не ожидал, что это произойдет с тобой. – Отец отвел взгляд. – В уплату за открытие врат Стихии захотели взять твою жизнь, но я выменял ее на свою. Как бы ни сложился твой путь, Сандр, я обещал твоей матери, что буду защищать тебя всегда. Даже ценой собственной жизни. И еще. Ты должен кое о ком позаботиться. Услуга за услугу.

Я молчал, не в силах произнести ни слова. Комок, стоявший в горле, душил. Впрочем, отец и не ждал моего ответа.

Протянув ко мне ладони, он выдохнул только два слова:

– Заерг Зубаи.

Вначале ничего не происходило, затем свечение, окружавшее отца, вдруг стало ярким, плотным, постепенно перетекая, сгущаясь над ладонями в огненно-рыжий сгусток пламени. Я зачарованно смотрел, как вдруг у этого сгустка появились глаза, острая мордочка, развернулись крылья. Мгновением позже слепящий свет угас. На ладонях отца сидел уменьшенный в сотни раз самый настоящий дракон!

– Это мой За Зу. – Отец нежно провел ладонью по рыжим крылышкам. – Я получил его на свое восемнадцатилетние, рубеж, когда каждый владеющий силой может обрести Хранителя. Сегодня я пожелал, чтобы и у тебя был свой Хранитель, и мое желание исполнится. Я оставляю тебе За Зу. Возможно, с ним время твоей жизни продлится дольше. Намного дольше!

Дракончик взглянул на отца, затем вновь посмотрел на меня и, словно подчиняясь приказу, взлетел. Взмах тонких крыльев и острые коготки угольками обожгли мое плечо. Я отвернулся, спасая лицо от опалившего жара.

– И что теперь? – Боль от осознания утраты стала тише, померкнув перед неожиданным знакомством. – Как я должен о нем заботиться?

До меня донесся тихий смех отца:

– Думаю, что теперь он будет заботиться о тебе. Единственное условие. Для того чтобы его слышать и понимать, ты должен довериться ему и ничего не бояться…

– Я не боюсь!

– Этого мало! Ты должен согласиться пройти через обряд Слияния.

– Согласен. А что это? И когда его проходить? Сейчас?

– Всему свое время, Сандр. А сейчас слушай и запоминай! В моей комнате, в тайнике, ты найдешь клинки «Тха-картх». В переводе с языка Ушедших – «Убийцы». Эти кинжалы способны справиться с любым драконом-Хранителем, как с Тенью, так и со Стихией. Долгое время они хранились во дворце По́лыни, но после убийства короля Бьярда мне пришлось выкрасть их и бежать. – Отец подошел ко мне и едва слышно закончил: – Запомни, Сандр, ни при каких обстоятельствах они не должны попасть к королю Сайрусу, иначе у этого мира не останется шанса.

– Запомнил. – Я не заметил, как жар, идущий от моего нежданного питомца, перестал опалять щеку. Дракончик (как там его – За Зу?) исчез. – Я спрячу их.

– Нет, не оставляй их у себя. За этими клинками охотятся все воины Тени. Лучше отнести их к тому, кто их создал. Идите в Беркет. Помнишь город в Подгорье? Мы с тобой там были, и не раз… Найдешь оружейника Берша ли Тукена. Скажешь, что ты – сын истинного Сберегающего Равновесие. Он поймет и сам решит, что поведать тебе, а что похоронить вместе со мной.

Я ухватился за голову.

– Что-то я ничего не понял!

Но отец не стал объяснять, только заторопил:

– Быстрее! Забирай кинжалы и уходите! Ищейки скоро будут здесь!

– Кто? – Голова стала тугой и гулкой. Все замедлилось, будто во сне.

– Ищейки Сайруса. Быстрей!

Я хотел броситься к комнате отца, но, не сделав и шагу, вдруг оказался в ней. Огляделся, даже не удивляясь тому, что темноту по-прежнему разгоняет странный багровый свет, идущий теперь отовсюду.

Кровать.

У кровати стопки книг, свитков и какой-то футляр.

Где же искать клинки?

Но подсказка не понадобилась.

Футляр вдруг начал светиться. Я бросился к нему. Подхватил и, невольно удивившись его тяжести, сунул за пазуху.

Время внезапно ускорилось. Выбежав из комнаты, я направился к отцу. Он по-прежнему стоял ко мне спиной, больше всего теперь напоминая статую.

– Клинки в футляре?

Но он не ответил.

– Клинки «Тха-картха» в простом футляре? – Подойдя, я взял его за плечо. Точнее, попытался, но пальцы сжали пустоту.

– Отец?

Вместо ответа он рассыпался искорками, из которых стремительно занялось пламя. Меня затрясло, забило, словно в приступе падучей.

– Сандр? Сандр! – Девичий голос, а точнее, крепкая оплеуха, заставили распахнуть глаза. Я что – спал? Рядом сидела гостья и изо всех сил трясла меня за плечи. – Фух, хвала богам, ты – живой!

Я сел и, глотнув сладковатого дыма, закашлялся.

Что я делаю на полу?

Девушка вскочила и, ухватив меня за руку, заторопила, заставляя подняться.

– Вставай! Дом горит! Надо уходить!

Дом горит?

Я растерянно огляделся. Тлеющие стены уже кое-где раскрасили темноту огненными кляксами. Уже занялся пол и балки потолка. И тут я окончательно проснулся.

– Вода! – оттолкнув девчонку, я ухватил стоявшее под столом ведро и бросился к бочке, но Айна решительно преградила путь.

– Нет! Уходим!

– Останови пламя! Ты же можешь!

– Оно мне не подчиняется!

Что ж, самое время проверить то, чему я научился за эти годы у отца.

На одном дыхании выдохнув слова призыва Воды, я замер, ожидая ответа стихии. И я его получил, правда, не такой, на который рассчитывал. Передо мной неожиданно вылепился чуть мерцающий силуэт, и в голове снова зазвучал голос отца:

– Уходи, Сандр, и береги «Убийц»!

Рука невольно дернулась к рубахе, и пальцы стиснули спрятанный за пазухой футляр.

Так, значит, это был не сон?

– И не сон, и не явь. Это граница между мирами, и только здесь ты сможешь меня слышать. Мне позволено остаться с тобой до твоего восемнадцатилетия.

В следующее мгновение призрак развеялся дымом, а передо мной снова появилась Айна.

– Опять уснул? Или дыма надышался? – Ухватив за руку, она, как маленького, потащила меня к двери. Мы едва успели выскочить в ночь, как позади что-то рухнуло, и огненная завеса скрыла дом.

– Живой? – Она бросила на меня сочувствующий взгляд. – Куда теперь?

Отец погиб… Из-за меня!

Зачем?

Не этот ли пожар должен был забрать мою жизнь? И забрал бы, если бы не Айна. Откуда она взялась? Кто она?

Рука вновь коснулась прижатого к груди футляра.

Клинки «Тха-картха». «Убийцы». Если это так важно для отца, я отнесу их к Бершу ли Тукену.

– Пойдем! – Я развернулся и, ничего не объясняя девушке, зашагал к реке.

Айна

Я так и не поняла, проснулась ли я от запаха дыма или от вопля, раздававшегося в моей голове:

«Опасность! Пожар!»

Открыв глаза, я даже вначале не поняла, где нахожусь. Резко села и едва не свалилась с довольно высокой печи. Должно быть, когда я уснула, паренек уступил мне свою теплую лежанку.

Кстати, где он?

Я огляделась, привычно удивляясь тому, что темноту раскрасили необычные сиреневые сумерки, так было всегда, когда моя сила возвращалась, чтобы предупредить об опасности, и спрыгнула на пол. Сандр лежал, раскинув руки, и, не мигая, смотрел в потолок, где уже багровыми пятнами тлели бревна.

Первым делом я решила, что он надышался дыма. Затем в голову полезли мысли пострашнее.

А если умер? Что тогда мне делать?

Для начала остановить пожар.

Я представила воду, много воды и уже почувствовала, что она готова выплеснуться в огненные язвы, как вдруг в мыслях вновь зазвучало:

«Опасность! Уходи!»

Значит, ничего уже не сделать? Бежать?

Я взглянула на Сандра.

А как же он? Вдруг он жив?

Не придумав ничего умнее, я улеглась ему ухом на грудь и, услышав стук сердца, принялась тормошить:

– Вставай! Дом горит! Надо уходить!

Какое-то время парень никак не реагировал на мои старания. Наконец, когда я, отчаявшись, влепила ему оплеуху, он сморгнул, растерянно огляделся и, вскочив, бросился к бочке.

– Вода!

Но я оказалась быстрее.

– Нет! Уходим! – Неужели он и в самом деле решил, что может так просто справиться с огнем?

– Останови пламя! Ты же можешь! – Парень в отчаянии уставился на меня.

– Это пламя мне не подчиняется! – Заводить разговор о предупреждающем голосе мне не хотелось. Я в растерянности оглянулась на распахнутую дверь, вновь посмотрела на него и едва не зарычала от бессилия. Этот чудик опять замер, разглядывая вырвавшийся прямо перед ним клуб дыма. Точно, не в себе! Если его сейчас не вывести, он даже не заметит, как сгорит. Я решительно подошла к нему и ухватила за руку. – Опять уснул? Или дыма надышался?

Вцепившись мертвой хваткой, я потащила его к призывно распахнутой двери. Ночная свежесть встретила нас, спасая от безжалостного жара. За спиной что-то рухнуло. Вовремя мы…

– Живой? – Я покосилась на Сандра. Жалко бедолагу. Вон, стоит, потерянным взглядом смотрит на горящий дом. – Куда теперь?

Он даже не взглянул на меня. Постоял, словно к чему-то прислушиваясь, развернулся и направился к реке.

– Пойдем.

– Куда? – Я догнала его и пошла рядом.

– В Подгорье.

– Куда?! – Я остановилась, но он словно не заметил этого, продолжая уверенно шагать к мосткам. Пришлось догонять. – Зачем? Я туда не пойду!

– Туда пойду я, – бросил, не оборачиваясь, Сандр. – У дороги к Подгорью стоит какой-то монастырь, оставлю тебя там…

– Ха! А меня ты спросил? – Я даже забежала вперед, чтобы посмотреть ему в глаза. – Я потеряла подругу, рисковала всем не для того, чтобы снова попасть в тюрьму! Нет уж! Спасибо! Пока мы идем вместе, а там будет видно.

Сандр взглянул на меня и, не проронив ни слова, продолжил путь.

Странный тип!

Какое-то время мы шли молча. Миновали скользкие бревна мостка и зашагали в ночную степь по узкой заросшей тропинке. Наконец мне надоело прислушиваться к шороху травы под нашими ногами и далеко раздающемуся в ночной тишине треску пожара.

– Сандр… а как же твой отец? Представляешь, что он подумает, когда придет домой и найдет вместо дома обгоревшие руины? Может, стоило предупредить соседей о том, куда ты идешь?

Парень мотнул головой:

– Он не придет.

– Почему? Ты же сказал, что он должен вернуться?

– Он возвращался и… это он поджег дом! – выдохнул Сандр и прибавил шагу.

Все ясно. Надышался дыма.

Между нами вновь повисло молчание. Погруженная в невеселые мысли, я и не заметила, как мы ушли уже довольно далеко. Зарево пожара больше не пугало и теперь светилось во тьме одиноким огоньком. Впереди замаячили стоявшие кругом невысокие сопки.

Вдруг сердце сдавило холодными тисками. В уши вплелся предупреждающий шепот.

«Драконьи круги. Смерть!»

– Сандр! – Я замерла не в силах заставить себя сдвинуться с места. Парень остановился.

– Что еще?

– Нам туда нельзя!

– Что за глупости? Куда – нельзя?

– Туда. – Я указала вперед. – Где холмы. Нельзя!

Он слепо огляделся.

– Какие холмы? Впереди ровное поле! Или ты говоришь о тех горах? – Он указал на возвышающиеся вдали кручи. – Так нам до них еще шагать и шагать.

– Я, конечно, не знаю, как именно выгляжу в твоих глазах, но очень надеюсь, что не давала тебе повода считать меня дурой! – вспылила я. – Если я говорю «холмы», я и подразумеваю холмы, а не скалы!

– И где ты видишь холмы?

– Прямо перед тобой. До них шагов двадцать!

Парень снова честно огляделся и посмотрел на меня так, что я действительно ощутила себя… несколько странно. И тут до меня дошло.

– Ты их не видишь!

Сандр хотел что-то ответить, но передумал и, помедлив, вдруг подошел ко мне.

– Они невысокие, ровные и образуют идеальный круг?

Взглянув в его блестящие в темноте глаза, я обрадованно кивнула.

– Я так и знала, что ты меня разыгрываешь. В общем, не спрашивай меня, почему – не объясню, но нам туда идти нельзя.

– Это Драконьи круги.

– Точно! Круги. А… откуда ты знаешь?

Парень больно вцепился мне в плечо и придвинулся так близко, что я почувствовала жар, идущий от его тела.

– Поставим вопрос иначе? Откуда о них знаешь ты?

«Воздух! Там они вас не найдут!»

– Что? – Я вздрогнула, услышав в голове приказ, и начала вырываться, пытаясь избавиться от железных тисков парня. – Отпусти!

– Ну уж нет! – Он вцепился в другое плечо и угрожающе навис надо мной. – Или ты сейчас же мне все рассказываешь, или…

– Мы погибнем! – Я почувствовала, как невидимые лапы бережно сжали меня, а над головой развернулись сильные крылья, готовые вот-вот взмыть в воздух. Ладно, будем спасать принудительно. Я прижалась к Сандру и, крепко обняв, сцепила руки в замок. – Держись!

Он подозрительно оглядел меня.

– Не понял…

Сейчас поймешь!

Я прикрыла глаза, позволяя воздуху привычно наполнить меня мощью, и почувствовала, как взмахнули невидимые крылья, отрывая нас от земли.

Парень тут же стиснул меня в объятиях так, что я едва не задохнулась, и опасливо посмотрел вниз, на растворяющуюся в темноте степь.

– Кто ты?

Я усмехнулась, но промолчала, наслаждаясь идущим от него жаром. Жаль, что первые объятия, которые мне довелось испытать в жизни, стали следствием страха, а не страсти.

Неожиданно темнота внизу раскрасилась. Холмы засветились разноцветными бликами, вырисовывая идеальный круг. Мы с Сандром зачарованно смотрели, как из сияющих арок вырываются черные всадники и уносятся вдаль, исчезая в темноте. Наконец, выплюнув последних воинов, арки начали блекнуть и вскоре вновь растворились в окружающем мраке.

– Кто это был? – выдохнул парень.

– Не знаю. – Я мысленно попросила моего неведомого помощника отнести нас подальше от опасного места и вскоре почувствовала, как он начал снижаться. Едва наши ноги коснулись травы, я без сил обмякла в объятиях все еще сжимающего меня парня. Слабость – вот плата за возможность использовать чужое могущество. – Я – не маг, Сандр. И я тебе уже об этом говорила.

– Тогда кто ты? – Он, как пушинку, подхватил меня на руки.

Я усмехнулась:

– Сама не знаю. – И указала ему за спину. – Смотри!

Где-то далеко, рядом с едва заметным огоньком пожара, темноту прожгла еще одна пылающая точка и, стремительно растекаясь, стала превращаться в кляксу.

Сандр развернулся и долго смотрел на огненное пятно. Наконец, не сдержав вздоха, покрепче прижал меня к себе и направился туда, где на фоне светлеющего неба высились изгибы гор.

Не отрывая взгляда от горящей деревни, я обняла Сандра за шею и прижалась щекой к его плечу. Слабость все еще владела телом, но она скоро пройдет. Она всегда исчезает внезапно и быстро, так же, как мой невидимый спаситель.

Глава 4

Сандр

Чувства будто умерли. Мое прошлое в одночасье стало пеплом.

Каким богам я перешел дорогу? Почему в один день они лишили меня всего? Отец, дом, деревня, где я вырос… Куда теперь идти? Зачем?

Девушка сонно вздохнула, коснувшись теплым дыханием моей шеи.

Я осторожно скосил на нее глаза.

Спит. Счастливица.

И покрепче прижал к себе.

Легкая, как пушинка!

Сегодня она спасла мне жизнь. Дважды… Случайно или нарочно – не знаю, но было бы нечестно по отношению к ней по-прежнему подозревать ее в злом умысле.

Перед глазами снова возникло отрешенное, бесстрастное лицо Айны и черные всадники, муравьями высыпающиеся из разноцветных арок и исчезающие в темноте. А еще я почувствовал над нами взмахи огромных невидимых крыл…

Я не буду думать о том, как и с чьей помощью она летает… Лучше подумаю о тех, кто вырвался из круга. Кто они? Предсказанные отцом ищейки Сайруса, пришедшие за мной? Зачем они подожгли деревню? А может, они искали вовсе не меня, а отца или… кинжалы?

Какая разница! Той размеренной жизни, что была у меня, уже не будет.

Мокрая трава омыла мне сапоги от пепла, зарево рассвета незаметно укрыло розовой мантией вершины гор, а я все шел и шел на восток, прижимая к себе девчонку.

Айна. Интересное имя.

Почему, все забрав, боги дали мне тебя? Знаю, что в скором времени наши пути разойдутся, но все же? А может быть, твоя миссия – спасти мне жизнь? Но… зачем? Жизнь отца была куда важнее.

Впереди желто-зеленый ковер омытой дождем степи разлиновала белая полоса тракта. Сразу за ним начинались земли Пограничья. Если дойти до перевала и пройти через пещеру, можно попасть в Подгорье. Если пойти по дороге прямо, начнется лес – владение перевертышей, ну а земли Объединенного королевства я уже почти миновал. Интересно, а зачем и куда со мной идет моя спасительница?

Не удержавшись, я вновь взглянул на ее безмятежное лицо, и даже задержал дыхание, уставившись в пронзительно синие, наблюдающие за мной глаза. Интересно, как давно она проснулась?

– Отдохнула?

Мило покраснев, она отвела взгляд первой.

– Да. Спасибо. Если можно, поставь меня на землю.

– Отчего же нельзя? Можно, но тогда ты промочишь ноги. – Очарованный ее смущением, я скрыл улыбку и, как ни в чем не бывало, продолжил шагать дальше. Немного затекли руки, но мне совсем не хотелось ее отпускать.

– Ну и что? – упрямо возразила она. – Не страшно.

– Донесу до дороги, – отрезал я, прекращая глупый спор, и поинтересовался: – А где находится имение твоего отца?

Айна, ехидно фыркнув, скорчила такую презрительную гримасу, что я тут же поставил ее в траву.

– Ну что еще?

– Если ты хотел отнести меня домой, то для начала мог бы спросить, где он находится. Вообще-то я ждала, что ты доставишь меня в монастырь, как грозился. – Девчонка снисходительно улыбнулась, прекрасно понимая, что нигде оставлять я ее не собирался. – Не обижайся, но к твоей силе еще бы сообразительность – цены бы тебе не было!

Чувствуя, как в душе поднимается гнев, я невозмутимо потянулся, разминая затекшие руки, и выжидательно сложил их на груди. Это что же получается? Меня только что назвали тупым амбалом?

– Не бери в голову, – отмахнулась она, словно прочитав мои мысли. Приставила ладонь козырьком ко лбу и, посмотрев в небо, с тоской вздохнула: – Я все равно безнадежно опоздала, и на мои поиски наверняка уже подняли всех королевских слуг.

– Значит, хотела опоздать! – холодно отрезал я. Ну конечно! Сначала обзывается, а потом жалей ее…

– Да. Хотела! – Она вдруг зло прищурилась. – И сейчас хочу! Мой отец – чудовище, наслаждающееся страданиями других! Мой единственный шанс сбежать из родного дома – замужество, но отец богат. И если он пожелает наказать меня, посадив под замок, то вся моя жизнь пройдет в заточении. Он просто забудет о моем существовании! Хотя… тебе этого не понять! Наверное, тебя всегда любили и берегли как зеницу ока! Что ты молчишь?

– А что сказать? – Я пожал плечами. Да. Отец был строг и требователен, часто надолго исчезал из дома, но я ни в чем не нуждался и уж тем более не страдал от недостатка родительской любви. – Могу только искренне тебя пожалеть.

– Нет! – Она отшатнулась. – Жалость унижает!

– Возможно. Зато сочувствие помогает разделить боль. – Я шагнул к ней.

– Кому как! Со своей болью я справлюсь сама. – В ее глаза закралась обреченная решимость. – Мне нужно вернуться домой, и как можно быстрее. Если я сама приду к отцу и расскажу о нападении на обитель, возможно, тогда он меня не накажет.

– Попробовать, конечно, можно… – Прищурившись, я тоже взглянул на небо. Солнышко бодро карабкалось к зениту. – Но… мы довольно далеко от По́лыни. Если пешком – дня два-три, а мне очень нужно в Подгорье.

– Я попытаюсь призвать силу. – Айна сосредоточенно зажмурилась и даже сжала кулачки.

Понаблюдав за ее тщетными усилиями, я решил вмешаться:

– Отец как-то раз показал мне одно простенькое заклинание, как добраться с ярмарки домой всего за пару мгновений. Хочешь? Могу помочь.

Она с любопытством посмотрела на меня.

– И?

– Зеркало перехода. Почти то же самое, что магический свиток. Я открываю – ты шагаешь.

Девчонка задумчиво нахмурилась и кивнула:

– Давай.

– Только этот переход открывается на определенное место. Представь себе то, куда хочешь попасть, а я прочитаю заклинание. – Какой шеркх дернул меня за язык? С одной стороны, хотелось помочь, но с другой…

Впервые в жизни мне захотелось, чтобы заклинание не сработало.

Но главное, ни вздохом, ни взглядом не показать, как мне не хочется ее отпускать! Снова остаться одному? Куда-то идти? Кого-то искать? Зачем?

– Читай. – Она уставилась широко раскрытыми глазами прямо перед собой.

Видно же, что не хочет, и все равно добровольно согласна вернуться к тому, кого так боится!

Я выдохнул и сосредоточился на заклинании.

Это ее жизнь. Ее выбор, и кто я такой, чтобы вмешиваться?

Слова привычно сплелись в волшебную вязь, и вскоре перед нами заколыхалась огромная зеркальная гладь перехода. Ее центр начал светлеть, открывая взгляду каменные стены. Невысокий каменный дом с башенками. Площадь. Одетые в черное воины Сайруса и испуганно жавшийся в тени дома дворовый люд.

– Поместье отца! Наши слуги! Отец! – Айна бросилась к переходу и вдруг остановилась, настороженно разглядывая что-то в серой мути. – Король Сайрус?!

Мне показалось, что один из стоявших на площади мужчин вдруг обернулся и посмотрел прямо на нас, словно видя сквозь магическое зеркало! Низ его лица был скрыт забралом, а вот глаза… Глаза притягивали, звали, заставляли подчиниться. Я даже потряс головой, чтобы избавиться от наваждения. В следующее мгновение густой, темный дым скрыл многочисленное войско, и на его месте появились огромные, лоснящиеся чернотой драконы.

Я отшатнулся и смял заклятие.

– Это был король?

– Да! И он видел нас! – Айна выглядела испуганной. Да что там испуганной – она была в панике! Схватив меня за руку, она бросилась к уходящим в небо горам.

– Ты же хотела вернуться!

– Ты видел его глаза? – Она бросила на меня полный ужаса взгляд. – Я до последнего не верила, что отец расскажет королю обо мне! О моей силе! Неужели ты не знаешь, как Сайрус обходится с самозваными колдунами и волшебницами?

– Казнь? – уточнил я. – Неужели твой отец сможет отдать тебя на казнь?

– Если будет стоять вопрос о его безопасности – то да! Уже отдал! Сразу после того, как я сбежала из обители! Иначе, зачем в нашем имении такие высокие гости?! – выпалила она, не замедляя бега, и махнула, указывая на возносящиеся ввысь горы, скрытые щеткой густого леса. – Укроемся в ельнике?

Я не смог сдержать короткого смешка. Какая наивность!

– После того что я видел, могу с легкостью утверждать – ельник драконам не помеха! Давай к мосту!

– Куда?

Я только кивнул на две сросшиеся вершинами горы. Неужели и вправду не знает?

Да во всех окрестностях Пограничья каждый ребенок с легкостью если не расскажет, то укажет, где находится главный вход на проходной мост в Подгорье.

Словно играя, память вдруг подсунула мне картинку.

Как-то раз, когда мне было девять лет, отец привез меня сюда на торги. Пока я восторженно разглядывал клинки, он о чем-то разговаривал с темноволосым мужчиной. Перед тем как уйти, незнакомец долго, очень долго смотрел на меня. Затем передал какой-то сверток отцу и, ласково потрепав меня по волосам, скрылся в толпе. После мы вернулись домой, и я уже начал забывать о той встрече. И вот на мое десятилетие отец достал из переданного незнакомцем свертка шкатулку, в которой лежал крохотный изящный кулон, и надел его мне на шею.

С тех пор я его не снимал… до вчерашнего дня.

Перед глазами встала зеленоватая вода, сом и охочие до удовольствия водяные девушки.

Задыхаясь от бега, я стиснул зубы и зло помотал головой, пытаясь избавиться от нахлынувшего воспоминания. Сожаление затопило все мое существо. Я любил этот подарок. Не знаю, почему – любил! Как любят радугу, счастливые сны или улыбку красивой женщины. Потому что нельзя не любить!

Рядом охнула Айна и, не замедляя бега, затеребила меня за руку, указывая назад.

– Сандр, скажи, что я ошибаюсь и те три черные точки на горизонте – птицы? А может, они мне вообще привиделись?

Я оглянулся и тихо выругался. Темные точки на горизонте мало того, что девчонке не привиделись, так еще и стремительно нас нагоняли. Интересно, какую магию для ускорения применяют эти мифические, но вполне реальные существа? И сколько у нас в запасе времени?

– Ага – вороны. Устроит такое объяснение?

– Мне не до шуток! – А вот девчонка, кажется, обиделась.

– Неужели? То, что это драконы, – увидит даже слепой! И уже очень скоро они будут здесь!

– А может, снова откроешь Зеркало перехода? – Айна с надеждой взглянула на меня.

Я хохотнул:

– Для этого нужны две неисполнимые вещи: не бежать и сосредоточиться.

Девчонка вдруг выдернула руку и остановилась, тяжело дыша.

– Оставь меня!

А что такого я сказал?

– Вообще-то я просто хотел объяснить, что не всегда можно использовать магические навыки. Теперь без обид? Побежали!

Айна, словно не услышала, снова оглянулась и торопливо выпалила:

– Сайрусу нужна я, и я постараюсь его отвлечь, а у тебя будет время сбежать!

Какое самопожертвование!

– Только вместе с тобой! – отчеканил я, подскочил к девушке и, подхватив на руки, бросился к манившему ельнику.

Не привыкать!

Айна

Безмерный ужас сменило безразличие.

Если среди тех чудовищ, что сейчас приближались к нам, сам король Сайрус – мне не убежать. Уверена, отец давно все рассказал ему о моем даре, вот только, пока я была защищена от мира стенами обители, я не представляла для него опасности, а теперь… Все, что я могу сейчас сделать, это спасти моего попутчика. Он ведь не виноват, что встретился на моем пути!

– Оставь меня! – Я резко остановилась. Сандр от неожиданности выпустил мою руку, что-то забормотал, но я его не слушала. – Сайрусу нужна я, и я постараюсь его отвлечь, а у тебя будет время сбежать!

– Только вместе с тобой. – Он решительно подхватил меня на руки и бросился к ельнику. Чувствуя себя в его руках крошечным котенком, я прижалась к нему и, обняв за шею, оглянулась, не в силах отвести взгляд от стремительно приближающихся драконов.

Неужели среди них мой отец?

Нет, не так.

Неужели мой отец – маг?

Странно осознавать это сейчас.

Мой отец – маг?!

А если он маг, то почему испугался моих способностей? Тогда. Почти десять лет назад? Зачем избавился от меня? Зачем упрятал в обитель?

Ответ один…

Чтобы я никогда не научилась управлять своей силой. Не смогла бы ее понимать и не бояться!

Но почему?

– Верно у вас с папочкой нежные отношения? То-то он так живо бросился на твои поиски! – вдруг хрипло выдохнул Сандр. – Все крылья сбил!

Я усмехнулась, но тут же помрачнела.

– Это не признак любви. В моем случае я бы даже назвала такое внимание подозрительным! Я не видела его десять лет, с тех пор, как он сослал меня в обитель! Мне кажется, если бы я умерла, он и то бы не удосужился посетить мои похороны, а вот стоило мне убежать… И на поиски собрались все маги Объединенного королевства во главе с королем! – Сердце снова царапнула обида. – Тебе это не кажется странным?

Не буду говорить, что можно пересчитать по пальцам, сколько раз за всю мою жизнь я видела отца. Моим воспитанием занимались няньки, слуги, дворовые, жившие в нашем имении, а он… Он был правой рукой короля Сайруса и занимался государственными делами. В По́лыни.

– Оставь меня, Сандр, и беги.

– Встречное предложение: взлетай! Ты ведь можешь донести нас до леса в считаные секунды? – прохрипел он, бросив на меня быстрый взгляд.

Я помедлила и решилась:

– Не могу! Моя сила… не подчиняется мне! Точнее, не всегда подчиняется… Сейчас она почему-то ушла…

Парень в ответ прорычал что-то нелестное в адрес моих способностей и из последних сил бросился к лесу. Широкая тень закрыла собой солнце. Рев, упавший с небес, заставил меня испуганно зажмуриться и уткнуться в плечо Сандра.

А если я зря убегаю? Если отец просто беспокоится и именно поэтому попросил помощи у короля Сайруса? Пусть он даже в ярости из-за того, что ему пришлось меня искать, и, скорее всего, дома меня ждет наказание, но… ведь это – мой отец! Он не причинит мне вреда. Разве что… упрячет в обители до конца моих дней.

Я отлепилась от рубахи парня, еще вчера белоснежно-белой, а сегодня серой, с темными проплешинами гари, и удивленно огляделась.

Поле осталось позади!

Вокруг замелькали пушистые ели, длинноногие сосны, скрывая нас от крылатых тварей.

Сандр замедлил бег, а вскоре и вовсе перешел на шаг. Поставив меня на ноги, он указал на зев пещеры, темнеющий впереди маленькой ровной аркой.

– Шагов сто осталось. В Подгорье спрячемся, пока суматоха не пройдет, а там видно будет! – Стиснув мне руку, он потащил меня за собой.

– Сандр, подожди! – Едва поспевая за ним, я взглянула наверх, пытаясь разглядеть сквозь густую крону деревьев наших преследователей. – Стой! Да стой же ты!

Выдернув руку, я остановилась. Сандр в нетерпении развернулся.

– Может, побеседуем у переходного моста? А то мне не по себе, когда над головой летают такие птички.

– Нет. Я решила! Глупо убегать от отца. И то, что я тебе рассказала… Мой отец не такой уж плохой и уж точно он не причинит вреда своей дочери!

Я хотела сказать что-то еще, но тут лучик солнца, запутавшийся в русых волосах Сандра, погас. Мы, не сговариваясь, запрокинули головы, разглядывая скользнувшего над нами лоснящегося чернотой дракона. Вдруг в шаге от меня быстро и яростно занялось огнем дерево, словно его облили жидким пламенем. А рядом еще одно. И еще.

Чувствуя себя в ловушке, я растерянно замерла.

– Хм, а твой отец и вправду не причинит тебе вреда. Только зажарит живьем. Или это король Сайрус показывает тебе свое благоволение? – Сандр подхватил меня на плечо и в последнее мгновение, когда казалось, от невыносимого жара вот-вот начнет тлеть одежда, выкрикнул непонятные слова. Огненные струи послушно расступились, выпуская нас из западни. Ловко прыгая по камням, он бросился между пылающими деревьями. Чувствуя хлещущий в спину жар и слыша преследующий нас треск горящих деревьев, я зажмурилась и принялась читать молитву.

Боги, помогите! Объясните! Почему? За что все это происходит со мной? С нами? Если бы не Сандр, я бы, наверное, никогда не смогла выбраться из огненной метели!

Я не заметила, когда мы оказались окруженными прохладным сумраком пещеры, а вслед нам раздался леденящий душу вой.

– Надеюсь, больше тебя не мучают сомнения? – Сандр поставил меня на гладкие каменные плиты. – Бежать сможешь?

– Наверное, среди этих драконов не было моего отца… – Я оглянулась на занавешенную огнем арку пещеры. – Это какая-то ошибка…

– Зато среди них был король Сайрус… И вряд ли бы он попытался сжечь ту, чья жизнь ценна! – Сандр посмотрел на меня в упор. – Так каков твой выбор? Навестить Подгорье или стать ужином?

Выбор за меня сделала ворвавшаяся в арку пещеры узкомордая голова дракона. Он на мгновение застыл, разглядывая меня черными, маслянистыми глазами. В следующее мгновение мы уже бежали по уходившему в темноту каменному коридору, а нам в спину ударила жаром огненная волна, освещая путь. Эхо на все лады принялось повторять каменный треск и саднящий уши разъяренный рев, но чем дальше мы убегали в темноту по уходившему вниз коридору, тем все тише становились страшные звуки, зато я стала различать странные равномерные удары и азартные выкрики в приближающемся гуле голосов.

– Ты слышишь? – Я остановилась, пытаясь отдышаться.

Сандр кивнул.

– Это переходной мост, – буркнул он, тяжело дыша. – Стража Главных ворот Подгорья развлекается.

– Стража?

– Конечно. Или ты думала, что коротышки так запросто пускают в свою страну всех без разбору?

– Нет, но… – Я развела руками. – Мне нечем заплатить въездную пошлину. Все мои вещи остались в обители.

– Гномы народ сговорчивый. Если мы им понравимся, они нас пропустят и так. – Сандр беспечно махнул рукой и направился вперед. Я нервно оглянулась и бросилась следом. Погони не было, но что-то мне подсказывало, что это лишь затишье перед бурей. Видимо, Сандр был того же мнения. – Главное, чтобы твой папаша не заявился сюда раньше, чем мы минуем мост. Иначе с таким родством нас не пропустят в Подгорье и за миллион изумрудов. Зачем им ссориться с королем Сайрусом и его советниками?

Я не ответила. Только крепче стиснула зубы.

Ощущение того, что я попала в смертельную западню, усилилось, но уже ничего не исправить! Мою скучную, предсказуемую жизнь, без погони, смертей и черных, плюющихся пламенем тварей, уже не вернуть!

Ния – мертва! За мной охотятся три мага в образе драконов! Моя сила снова исчезла на неопределенный срок именно тогда, когда она мне больше всего нужна!!!

А мой защитник – простой деревенский кузнец…

Нужно принять все как должное и попытаться найти выход.

Вдруг вспомнилось, как ловко Сандр справился с падающим с небес огнем.

Я украдкой взглянула на шагающего рядом парня и снова отметила его благородные черты и открытый взгляд уверенного в себе, идущего до конца воина.

Не все так просто с этим кузнецом…

Вскоре каменный туннель свернул, и мы вышли в огромную, освещенную редкими факелами пещеру. Чуть поодаль толпился, выл, орал, ревел возбужденный народ.

Гномы.

Я с любопытством уставилась на коренастых, плечистых, одетых в потертые кожаные доспехи, совершенно лысых недомерков с пышными, заплетенными в косички, окладистыми и коротко подстриженными бородами. Впрочем, в учебниках по расоведению говорилось, что среди подгорных жителей встречались парни и с роскошной шевелюрой, которых почему-то почти всегда выбирали на высокие должности и считали чуть ли не избранниками богов.

Мне вдруг стало не по себе. Почему Сандр так в них уверен? С чего это гномам нам помогать? Мы – ненавистная для них раса. Верзилы!

Я невольно прижалась к Сандру.

– Что они делают?

– Это игра, – мягко прозвучал над ухом его низкий бархатный голос. – Называется байдяга. Двум парням дают здоровенные деревянные молоты, и они должны ими друг друга уложить. Правил нет. Кто останется на ногах – побеждает. Мы с деревенскими парнями раньше частенько в нее играли…

– Интересно. – Я огляделась. – А как бы нам, не нарушая этой увлекательной игры, проскочить в город?

– Никак! – Сандр указал на странное, вертикально уходившее в клубившийся над нами сумрак, сбитое из крепких толстых бревен, высоченное широкое полотно, у основания которого крепилось громадное резное колесо, немного похожее на штурвал, который использовали на кораблях эльфиры. – Когда чужак доходит до пропасти, ему волей-неволей приходится искать того, кто сможет опустить этот мост.

– Это – мост?! – Я даже запрокинула голову, пытаясь разглядеть скрытое в густой тени строение. Вся дальняя сторона пещеры вместе с мостом и пропастью скрывалась в сумраке. Неудивительно, что я не обратила на него внимание. Факелы, что должны были равномерно освещать всю площадь, горели лишь у входа в пещеру, зато в большом количестве пылали на стене, у которой проходила байдяга. – На вид не очень-то надежный…

– Не бойся. – Сандр усмехнулся. – В детстве я не раз проходил по нему туда и обратно и могу заявить, что бояться нечего. Говорят, бездна под ним настолько глубокая, что даже опытные маги не смогли измерить ее глубину…

– Последнее замечание, очень облегчило мне жизнь! – После его слов перед глазами тут же предстала картина, как я лично пытаюсь измерить глубину пещеры, падая вниз головой! – Ладно, тогда идем искать того, кто опустит нам мост. Но чувствую, что это будет нелегко сделать…

Я покосилась на толпу, как раз в этот момент взорвавшуюся радостными воплями.

– Могу тебя успокоить: они все – стражи Переходного моста.

– Все? – Я снова оглядела в упор не замечающих нас гномов. – Зачем так много? Кого им опасаться? Кто добровольно пойдет в их Подгорье?

– Например, мы, а опасаться им надо тех, кто за нами охотится. – Сандр снисходительно улыбнулся мне и неторопливо направился к страже. Остановившись в паре шагов от азартно горланящих игроков, он набрал полную грудь воздуха и крикнул: – Здорово, братья!

Куда там! Подгорники вопили так, что докричаться до них не стоило и мечтать, но Сандра это не остановило. Он отодвинул одного, отпихнул другого и принялся уверенно пробираться, словно нож сквозь масло, через возбужденную толпу к круглой пластине, висевшей на перекрещенных бревнах. Подойдя вплотную, он так врезал по ней кулаком, что прокатившийся по пещере густой звон тут же погасил все крики.

Подгорники разом обернулись.

– Чего тебе, каланча?! – неприветливо рявкнул обнаженный до пояса краснобородый гном, выныривая из расступившейся толпы. Широченные плечи и торс блестели капельками пота, а в руке он, словно пушинку, нес громадный деревянный молот.

– Да вот… Собрались с невестой друга навестить. – Сандр отступил от гонга, нашел меня взглядом и поманил. Все, как по команде, тут же обернулись ко мне. Ни на кого не глядя, я, заставляя себя оставаться невозмутимой, прошла к Сандру и поспешно юркнула ему за спину, всколыхнув настороженную толпу редкими смешками. – Хотим перейти на ту сторону.

Гном прищурился, почуяв наживу:

– И как ты нас отблагодаришь, если мы для вас опустим мост?

– Скажу «спасибо», – в голосе Сандра скользнула улыбка.

– Ха! За «спасибо» мы тебя на ту сторону и так перебросим. Если умеешь летать, долетишь, – хохотнул рыжебородый, чем вызвал бурное одобрение зубоскалящих товарищей.

Сандр даже не повысил голоса, пытаясь перекричать смешки. Едва он заговорил, как они смолкли сами:

– Ну… если бы я умел летать, вряд ли стал бы отрывать вас от великолепного боя. – Он чуть склонил голову в коротком поклоне, выказав таким образом свое уважение.

– Играешь в байдягу?

– Немного.

– И куда вы направляетесь? – сменил тон краснобородый.

– В Беркет.

Под руку ведущего допрос сородича подлез еще один, совершенно лысый, обнаженный по пояс колоритный коротышка, с заплетенной в косы бородой и, покачав зажатым в руке молотом, хитро прищурился:

– А к кому?

– Не думаю, что вам нужно знать имя этого уважаемого гнома, – вежливо, но твердо отчеканил Сандр, ответив ему прямым взглядом, однако любопытного подгорника этим было не смутить.

– И все-таки? Не очень-то в нашей стране жалуют верзил! А вдруг вы шпионы Черного колдуна?

– Отвечай! – вдруг рявкнул краснобородый, подняв справедливый ропот среди окружившей нас толпы.

– Я – не шпион короля Сайруса. – Сандр обвел взглядом стражей. – Сюда я пришел к Бершу ли Тукену. Как друг.

Стражи вполголоса о чем-то заспорили, наконец, краснобородый громогласно кашлянул, возвращая настороженную тишину.

– Думаю, ты зря тратишь свое время, человек. Старый Берш ли Тукен уже давно не живет в Беркете.

– Он умер? – Сандр нахмурился.

– Мы не знаем. – Любопытствующий гном закинул деревянный молот на плечо и важно пояснил: – Когда подгорники хотят умереть, они уходят в старые шахты… Мы не знаем, куда ушел Берш. Он покинул нас уже очень давно.

– У кого я могу о нем хоть что-нибудь узнать?

Краснобородый отставил молот к гонгу, задумчиво подергал себя за бороду и открыл рот, чтобы ответить, но тут же захлопнул и настороженно вскинул руку, призывая к молчанию. На фоне воцарившейся тишины я услышала шаги множества ног: легкие, но уверенные и поэтому пугающие. Так могли ходить наемники или…

Взгляд Сандра стал сосредоточенным и жестким.

Гномы, словно по приказу, тут же ощетинились всевозможными топорами и широкими ножами. В наш адрес раздались обвинительные выкрики:

– Шпионы Сайруса!

– Кого вы за собой привели?!

– Сколько их?

– Все к тоннелю! – зычно скомандовал рыжебородый и вновь взглянул на нас. – А ты со своей девчонкой пока придумывайте, что расскажете моим парням в свое оправдание, после того как те пошинкуют в капусту ваших дружков!

– Мне не в чем оправдываться! – отчеканил Сандр. – Да! За нами гонятся маги Сайруса, но лишь для того, чтобы убить. С сегодняшней ночи я и… – Сандр выудил меня из-за спины и, обняв за плечи, закончил: – Мы вне закона, и мы просим у вас защиты и помощи.

– С какой радости нам рисковать ради вас жизнью? – Гном пытливо прищурился, но в его взгляде уже не было прежнего недоверия.

– У меня нет золота, но за вашу помощь и нашу свободу я заплачу тем, что умею. – Сандр выхватил из ножен клинок.

– Ты наемник?

– Да. И кузнец.

– Хорошо, я почти поверил. А теперь докажи мне, что все твои слова – не искусная ложь. Сайрус уже давно хочет заполучить Подгорье и Пограничье к себе в вечное рабство!

Шаги незваных гостей, усиленные эхом каменного коридора, звучали уже совсем близко. Сандр бросил быстрый взгляд на выстроившихся у входа в тоннель стражников и торопливо заговорил:

– Вчера один человек поручил мне найти сотника Берша ли Тукена, чтобы передать ему вот это. – Он выудил из-за пазухи футляр и, не замечая изумленного взгляда краснобородого, каким тот одарил его ношу, продолжил: – Здесь магические клинки. Тха-картх. А еще мне было велено передать ему, что я – сын Хранившего Равновесие… И пусть меня сожрет дракон, если я хоть что-нибудь в этой каше понимаю!

– «Убийцы» у тебя?! И… ты сын короля Бьярда?! Но разве он не умер бездетным? – На лице гнома отразилось неподдельное изумление. – И если все так, как ты говоришь, то пусть и меня с тобой за компанию жрет дракон! Уж больно неправдоподобно все это! Впрочем, ложь часто надевает маску правды… Допустим, что в твоем случае правда надела маску лжи.

– Это значит, вы нам поможете? – Сандр вновь спрятал футляр за пазухой.

Рыжебородый ничего не ответил, только оттолкнул нас за границу освещенного факелами круга и обернулся, разглядывая вынырнувших из-за поворота, запаянных в черную броню воинов, как две капли воды похожих на тех, что я мельком увидела в Зеркале перехода. Чеканя шаг, воинство уверенно наступало на выстроившихся в шеренгу стражей.

– Стоять! – Им навстречу решительно вышли трое.

– Вы ступили на земли Подгорья.

– Изложите вашу цель.

Черное войско неожиданно послушно остановилось.

Все до одного.

– Нам стало известно, что в землях вашего царства скрывается девушка. Высокая, светловолосая. – Вперед вышел предводитель. Лицо наполовину закрыто нависающим забралом, но голос мне показался знакомым. Я поспешно юркнула за спину Сандра и осторожно выглянула. За десять лет голос отца стерся из памяти, но все же… Неужели он был одним из тех, кто преследовал нас сегодня? И он позволил сжечь меня?! – Ее имя – Айнет или Айна. Она пропавшая дочь главного советника короны лорда Кэрна.

– Не о твоей ли спутнице речь, парень? – не оборачиваясь, тихо поинтересовался рыжебородый.

– О ней, – так же тихо ответил ему Сандр и уже совсем едва слышно выдохнул: – Но я ее не отдам!

Гном медлил секунду, затем шагнул в освещенный круг и зычно крикнул:

– На территорию Подгорья ни сегодня, ни вчера не проходила указанная леди!

Взгляд черного воина обратился к нам.

Я даже втянула голову в плечи и зажмурилась. Ведь понимала, что в густой тени, за широкой спиной Сандра меня вряд ли заметят, но ничего не могла с собой поделать.

– А нам известно, что совсем недавно к вам приходили двое. Парень и девушка. Мост не опущен, значит, они еще где-то здесь! Покажите их нам, и мы уйдем.

К троице подгорников, преграждающей путь черной армии, шагнули стоявшие в отдалении стражи. Гулкая тишина пещеры заполнилась их негодующими голосами:

– Вам сказали, что той, кого вы ищете, здесь нет!

– И чего вы ждете?

– Проваливайте! И побыстрей!

– Мы не обязаны помогать ни вам, ни вашему королю!

Черные воины взялись за рукояти. Послышался лязг вынимаемых из ножен мечей.

– А нам и не нужна ваша помощь. – Стоявший во главе воинства одним движением выхватил из-за плеч два клинка. – Нам нужно ваше подчинение. Я знаю – девчонка здесь, и мы без нее не уйдем!

– Да стойте хоть до морковкиного заговенья! Девчонки здесь нет! А даже если бы она здесь была, вы бы ее не получили. Мы не подчиняемся приказам вашего короля! – рявкнул краснобородый.

Его тут же поддержали воплями сородичи:

– Да!

– Шагайте отсюда!

– Или забыли о Каменном воине?

В следующий миг черные ударили.

Гномы ответили сплоченно и ладно.

Сандр стиснул рукоять кинжала, готовый вот-вот броситься на помощь храбрым коротышкам. Я видела, как под грязной рубахой напряглись его мышцы.

– Чего удумал? – К нам подскочил рыжебородый. – Быстрей к мосту!

– Я могу помочь! – Сандр судорожно сглотнул, не отводя взгляда от побоища. – Я умею держать в руках оружие. Знаю кое-какие заклинания…

– Лучше помоги себе, дурень, да девице своей! Если это воины Тени, их остановит только одно. Быстрей! – подталкивая нас, рыжебородый бросился к полотну моста. Ухватив огромное колесо за выпирающие деревянные лопасти, он стал быстро его раскручивать. Зазвенели цепи. Деревянная громадина медленно и плавно начала опускаться вниз. Через несколько томительных мгновений мост прочно лег на каменные плиты по другую сторону пропасти. – Значит, так. В городе Беркете найдешь сотника Рикаса ли Тукена. Если кто-то что-то и знает о старом Берше, так это его младший брат. Бегите и не оглядывайтесь! Сейчас здесь будет жарко!

Будто в подтверждение его слов, позади нас раздался душераздирающий вой.

Это стало для меня последней каплей. Не дожидаясь Сандра, я шагнула на мост и бросилась вперед, но, не сделав и с десяток шагов, остановилась. Толстые бревна внушали надежность и покой, но плещущаяся по обе стороны темнота заставляла ноги делаться непослушными и ватными. Хоть бы перила придумали!

– Чего замерла? Испугалась? – сильные руки Сандра коснулись моих плеч. Притянув к себе, он уверенно повел меня вперед. – Или захотела меня подождать?

– А если я просто захотела перевести дух? – Я посмотрела в его блестящие в полумраке глаза и неловко улыбнулась. Как странно он на меня действует! Позади крики, стоны, лязг и вой; мы над бездной в густом полумраке, а мой страх рассеялся, едва его горячие ладони коснулись меня. – Только не говори, что ты почувствовал мой страх!

– Ага, почувствовал. Мост вдруг начал трястись так, что я решил (от греха подальше) перевести тебя на ту сторону лично. Что-то у меня нет желания сегодня измерять глубину этой пропасти!

Я передернула плечами и втайне порадовалась, что он не убрал руку.

– Признайся, что ты сам очень испугался и решил перейти на ту сторону, держась за меня, потому что я могу летать!

– Время от времени? – Он покрепче прижал меня к себе. – Признаюсь!

Я улыбнулась.

Все будет хорошо!

Наши преследователи не прорвутся!

Мост скоро останется позади!

Небольшая, тускло освещенная догорающим факелом каменная площадка по ту сторону пропасти, приближалась с каждым шагом.

Главное – не смотреть вниз. В темноту.

И не прислушиваться к тому, что творилось позади.

Неожиданный грозный рокот заставил меня вздрогнуть. Сомнительная твердь под нашими ногами сделалась и вовсе иллюзорной. Мост противно задрожал. Где-то внизу послышалась дробь камней.

Крики ярости и боли заглушили гулкие удары, а в ответ им донесся полный бессильного бешенства вой. Забыв о предупреждении гнома, я оглянулась и замерла, не в силах отвести взгляд от увиденного: на площади вместо черного воинства металась крылатая тварь, а ее топтало и рубило каменным топором огромное, будто созданное из гигантских, пылающих валунов, существо. Кряжистой, широкоплечей фигурой оно напомнило мне краснобородого гнома.

Сандр вцепился мне в руку и торопливо потащил вперед.

И тут наступила тишина, такая, словно я оглохла.

Бесконечный мост внезапно закончился.

Почувствовав под ногами монолит камня, мы с Сандром, не сговариваясь, обернулись. Черной твари не было, пылающего великана тоже. По площади, волоча ногу, ходил рыжебородый гном и тыкал факелом в какие-то тюки. Они мгновенно вспыхивали, и с каждым новым тюком на той стороне пропасти становилось все светлее.

– Что он делает? – Я тронула за руку будто окаменевшего парня.

Сандр даже не взглянул на меня.

– Сжигает мертвых. Знаешь, как-то раз отец обмолвился, что драконы не ушли. Они якобы живут рядом с нами в царстве духов и, чтобы вновь почувствовать жизнь, иногда становятся Хранителями и слугами смертных, наделяя их неведомой магией и знаниями ушедшей расы. Мне кажется, одна из таких тварей вселилась в твоего отца и…

– Сжигает мертвых? – Я пропустила мимо ушей почти все, что он мне говорил, во все глаза разглядывая, как рядом с краснобородым на площадке открывается серое Зеркало перехода. В следующее мгновение оно разорвалось, выпуская еще одного черного дракона. – Значит, все стражники мертвы?! Их убила эта тварь?

– Может, и не все… – Он перевел на меня взгляд и передернул плечами. – Эта или другая…

– Но зачем все эти жертвы, если им нужна только я? Почему маги не догоняют нас?

– Смотри. – Сандр указал на краснобородого.

Неожиданно гном отбросил факел и стал стремительно расти. Его тело объял огонь, и вскоре я поняла, что снова вижу каменного гиганта. Дракон издал мерзкий визг и, раскрыв крылья, смешно прыгнул к нему, но вместо того, чтобы принять бой, пылающий великан устремился к мосту и стал рвать удерживающие его цепи.

Мы с Сандром развернулись и бросились к арке темнеющей у нас за спиной пещеры.

Глава 5

Сандр

Вот интересно, во что мы вляпались?

Я бросил на девчонку быстрый взгляд.

Мост остался далеко позади. Миновав арку пещеры, мы до изнеможения бежали по таившимся за ней узким коридорам, освещенным редкими факелами, сворачивая на перекрестках, сами не зная, куда. Преследующие нас жуткие рычаще-стучаще-воющие звуки уже давно смолкли, и нас подгоняли только наши шаги.

Наконец коридор круто пошел вниз.

– Больше не могу! – Айна остановилась и, тяжело дыша, опустилась на каменный пол. – И мне плевать, преследует нас кто-нибудь или мы убегаем от собственных страхов.

Она прислонилась спиной к стене и закрыла глаза. Скудный свет чадящего чуть поодаль факела только сгустил тени усталости, появившиеся на красивом лице моей спутницы. Я невольно помедлил, с жадностью разглядывая ее, и решительно произнес:

– Как бы тебе ни хотелось, но нам не стоит тут оставаться. Неизвестно, кто победил: каменный страж или черные твари… – Никакой реакции. Боги, как бы ее расшевелить? – Айна? А ничего, что я так, без почестей, называю твоего отца или может даже короля Сайруса? В облике драконов они все на одну морду… Гм… даже если погоня на время прекращена, я бы хотел поскорее добраться до Беркета и пообщаться с милейшим Рикасом ли Тукеном. Может быть, он расскажет мне что-нибудь о моем темном прошлом. Не знаю, как тебя, а меня терзает любопытство. Возможно, он и тебе поможет?

Ресницы девушки дрогнули. Не ответив, она только подняла на меня измученный взгляд. Чувствуя себя по меньшей мере изувером, я со вздохом опустился рядом.

Ладно. Несколько минут отдыха погоды не сделают…

Помедлив, я обнял ее худенькие плечи и притянул к себе. Она не возражала. Наоборот, доверчиво уткнулась мне в грудь. В сердце кольнуло нечто доселе неизведанное: острая жалость, желание уберечь ее от всего и… мечта быть нужным?

«Кто ты, случайно пришедшая ко мне в дом девушка-маг с таинственной силой? Зачем ты меня спасла? Зачем перевернула всю мою жизнь?»

– Я не знаю, Сандр! – словно отвечая на мои мысли, пробормотала она. Я услышал, как тяжелый вздох рвет ее легкие. – Я вообще ничего не знаю! Весь мой мир разрушен! Тот, кого я считала отцом, чуть не убил меня сегодня. Зачем? Ведь я – его единственная наследница! Я нужна ему! Живой!!!

– А если нет? – Я взял ее за подбородок, дождался, когда она посмотрит мне в глаза, и сказал. Заставил себя сказать: – Если ты ему НЕ нужна?

– Тогда зачем он меня ищет? – Айна отвела мою руку. Ее голосок стал звонче, уверенно отскакивая от каменных стен. – Зачем он обратился за помощью к королю и, не боясь отпора, пришел на земли враждебной расы, рискуя жизнями стольких людей?

– Людей? Ты о черном войске? Э-э… – Я помолчал, подбирая слова. – Рискну предположить, что не все они – люди. Думаю, это какая-то магия Хранителей.

– Хранителей? – Не переставая буравить меня взглядом, она недоуменно нахмурилась. – Что еще за Хранители?

– Ты разве не слышала, что я тебе говорил? – Я вздохнул. О чем я спрашивал? Конечно, не слышала. – Ладно, объясню еще раз. Вчера мой отец провел обряд, чтобы вызвать из мира духов дракона-Хранителя. Для меня. Но вместо этого к нам явилось подобное чудище. Черное. И затеяло драку с отцом. А потом началась гроза.

– Драку? – Девчонка задумчиво погладила камень под сапогом, помедлила, словно что-то вспоминая, и вдруг спросила: – Твой отец тоже стал драконом? Только огненным?

– Да. – Я удивленно вытаращился на Айну. – Откуда ты знаешь?

– Я видела их бой в небе. Сквозь тучи. Если честно, я даже подумала, что у меня разыгралось воображение… – Она коротко усмехнулась, чуть качнула головой и снова уставилась мне в глаза. – Но… ведь драконов нет? Они были изгнаны из нашего мира тысячи лет назад!

– Угу. В чем ты только что и убедилась.

Стараясь не встречаться с ней взглядом, я поднялся. Возможно, дракон, пришедший на вызов отца, был одним из тех, кто преследовал нас сегодня? Что ж, отца не вернешь… или все-таки можно попробовать? Узнать бы у кого-нибудь.

– Пойдем? – Я протянул девушке руку. Она робко сжала ее и послушно поднялась. – Ты, главное, не бойся. Выкрутимся.

– Надеюсь. – Она робко мне улыбнулась.

Я тут же заулыбался в ответ.

Как мальчишка!

Какие же светлые у нее глаза…

И какие должно быть мягкие губы…

Сглотнув, я нехотя отвел взгляд и пошел вперед, с необъяснимой нежностью слыша за собой ее мягкие шаги.

Вскоре коридор начал расширяться. Чаще стали попадаться ярко освещающие наш путь факелы, а серый камень пола сменили мраморные плиты.

– Скоро город. – Не замедляя шага, я посмотрел на спутницу. – Только не знаю, какой. На перекрестках попадались испещренные острыми рунами указатели, но я так и не научился понимать гномьи каракули.

– Ты так много знаешь о Подгорье. – Она заинтересованно взглянула на меня. – Откуда?

Я пожал плечами:

– В детстве меня сюда приводил отец, а потом… Потом перестал. Это произошло после одного случая.

– Какого? – Айна смотрела на меня, ожидая ответа, а я вдруг смутился и путано принялся объяснять:

– Мне кажется, ему приказали, чтобы я здесь не появлялся. Однажды. Высокий бородач. Он подарил мне одну странную безделушку.

– Какую? Магический артефакт? – Девчонка вдруг оживилась. Наверное, рассчитывала услышать какую-нибудь тайну.

Сожаление снова сдавило сердце. Я нахмурился.

– Не знаю. Да уже и не важно это… Все равно его подарок забрали ундины.

– Ты встречался с ундинами? И остался жив? – Девчонка навострила ушки. Я едва не выругался. Нет, ну что за дурацкая привычка слышать только то, что интересно ей?!

– А с чего я должен был умереть?

Она пожала плечами, смущенно потупилась и, сбиваясь, забормотала:

– Ну… говорят, они утаскивают на дно всех тех, с кем… кого… гм… ну всех, кроме женщин. Ну… всех мужчин. Так у нас в обители девчонки рассказывали.

– Верь больше своим девчонкам! – насмешливо хмыкнул я. – Меня они, наоборот, из омута на берег вытащили!

– А потом? – Айна пытливо прищурилась, и краснеть пришлось уже мне.

– А потом… меня спас отец.

– Вот видишь! – победно заявила она. – Значит, девчонки правы. Тебе просто повезло!

– Это как посмотреть! – не удержался я и прибавил шагу. Только глупых споров нам сейчас и не хватало!

Ответом мне стало презрительное фырканье.

Как дикая кошка, ей-богу! Нет… котенок дикой кошки.

Не сдержав улыбку, я миновал поворот и замедлил шаг. Путь преградили высокие двери поста, у которых что-то сосредоточенно потягивал из темной бутыли гном. Лысый череп был прикрыт сбитым набок кожаным шлемом, короткая русая бородка выглядела так, будто ее долго использовали вместо швабры, а кожаная куртка, видимо, заменяющая доспех, надета словно впопыхах, на светло-бежевую расстегнутую до пупа рубаху, заправленную в такие же штаны. Правда, на поясе висел боевой топор, но криво и ничуть не страшно.

Дежурил он, видимо, уже давно и довольно весело, поэтому, то ли от выпитого, то ли от усталости, мы были замечены им только тогда, когда Айна, обогнав меня, решила продемонстрировать свое благородное воспитание:

– Наше почтение, господин страж.

Гном икнул, с усилием сфокусировал на ней черные бусины глаз, потом посмотрел на меня и вяло удивился:

– Верзилы? Нашли время, когда прийти. Город закрыт! Ночь уже на дворе.

– Но двери открыты! – возразил я.

– Эт я вышел подышать свежим пещерным воздухом перед сном, – осклабился коротышка.

– Естественное желание… – Айна выразительно помахала перед носом, пытаясь развеять стойкий запах перегара, и решила подкупить его лестью: – А может, благородный страж, вы все же пропустите усталых путников в ваш милый город? Я наслышана, что он чрезвычайно красив, а… подгорники ведь гостеприимный народ?

Гном озадаченно стянул кожаный шлем и с наслаждением почесал лысый затылок.

– Честно? Чтой-то я не пойму, ты меня сейчас оскорбила или попыталась обмануть?

Девушка удивленно распахнула глаза:

– Что вы! И в мыслях… Я абсолютно искренна… Так меня воспитали.

– Угу. Из благородных, что ль? А чего в нашу глушь? Салим – город маленький. Особых достоинств, кроме тюрем и каторжных рудников, нет. Шли бы вы… в Дарин или Беркет.

– Дурень! Как им пройти в Дарин или в Беркет, не минуя Салим, если они пришли к нам по Салимскому тракту? – внезапно прозвучавший низкий густой голос заставил нас обернуться. Из ворот вышел еще один гном, с седой роскошной шевелюрой и такой же бородой, на удивление опрятно одетый в мышиного цвета костюм и блестящие сапоги. Видимо, он какое-то время незаметно стоял, вникая в наш содержательный разговор. А еще в отличие от первого подгорник на удивление был трезв.

– А… ну вообще-то да. – Горе-стражник натянул шлем задом наперед и отмахнулся. – Короче, Рикаш, сам решай. Вот тебе верзилы, а я пошел. И так за тебя тут целых четыре часа отстоял.

– Ты эти четыре часа эль пил! – уточнил тот, кого назвали Рикашем, стянул с пьянчуги шлем и кожаную куртку, заменяющую доспех. – И даже не заметил, что я куда-то отлучался.

Не ответив, тот запрокинул голову, одним глотком опустошил бутыль, затем так же молча снял с пояса топор, сунул его в руки сородича и, покачиваясь, исчез в воротах.

– Друг! – отвечая на наш немой вопрос, Рикаш проводил его взглядом и неспешно принялся натягивать доспех, затем на макушке устроился шлем, прижав раскошные кудри. Последним занял законное место топор. – У меня сегодня свадьба дочери, а выпало дежурство. Вот и попросил его за меня пару часиков постоять.

Он криво улыбнулся и смерил нас цепким взглядом.

– А вы кто и зачем явились в Салем?

– Мы с невестой, – я выступил вперед, – идем в Беркет. К сотнику Рикасу ли Тукену.

– Ли Тукены – достойный род. – В глазах стража тут же растаяли льдинки. – Все они были мастерами своего дела. Оружейники, кузнецы – они создавали волшебство, а не клинки. Жаль только, из их семьи почти никого не осталось… Хорошо. Проходите. Пройдете через Северные ворота и по Северному тракту дойдете прямиком до Беркета. Вот только к тому времени, как вы доберетесь до Северных ворот, они уже будут закрыты. Вам есть у кого остановиться?

Мы с Айной, не сговариваясь, покачали головой.

– Снимем комнату на постоялом дворе. – Я развернулся к воротам, показывая, что разговор окончен. Главное – попасть в город, а там что-нибудь придумаю! Но гном не отставал:

– Ха. Кто ж в городе каторжан будет строить постоялые дворы? Так, парочка трактиров с койко-местами.

– Значит, найдем, где переночевать.

– Вы можете переночевать в моем сарае. Дом найдете легко. Как войдете в город, по главной улице вниз, никуда не сворачивая. Он самый крайний будет у перекрестка. Сарай не закрыт. Бревнышко выпирает – увидите, поди. Удобства, конечно, не ахти, но стог сена имеется. – Он вдруг масляно мне подмигнул. Хвала богам, что нас окружал полумрак! Только бы Айна не заметила моих вспыхнувших щек. – А утром я приду, накормлю вас и выведу на тракт, ведущий в Беркет.

– Спасибо. – Я кивнул ухмыляющемуся стражу и, стараясь не смотреть на девчонку, первым шагнул в открытые ворота.

Айна

Никогда не была в городах Подгорья. И уж тем более не думала, что они так отличаются от людских городов. Нет, не домами. Дома в Подгорье не блистали новизной стиля – каменные, монументальные постройки в один-два этажа. Меня удивило освещение. Что-то с ним было не так… Над городом витала розоватая дымка, какую можно увидеть в закатный час. А может, это какой-то побочный эффект искусственного освещения? Яркие посверкивающие магические шары, которые были разрешены повсеместно и пользовались огромным спросом у состоятельных горожан, в Салеме тоже были задействованы. Их скопление находилось где-то над центром, убегая в самые отдаленные уголки города, разгоняя густой подгорный мрак тоненькими ниточками, рисующими невероятные узоры. Здесь, у ворот, находясь на возвышении, нам особенно стала видна мрачная красота Салема, города каторжан.

– Идите прямо и никуда не сворачивайте! – Густой бас гостеприимного стражника заставил нас очнуться.

Прямо?

Сандр нерешительно зашагал вперед, к сиявшему нежным желтоватым светом, порхающему в отдалении магическому светильнику. От него вдаль убегала вереница таких же светящихся в темноте бусинок.

Откуда-то доносились отзвуки залихватской песни и слышались оживленные голоса. Почему-то меня это успокоило.

Пройдя по широкой, но довольно короткой улице (домов десять), мы дошли до перекрестка и остановились.

– Интересно куда теперь? – Я огляделась.

– Если дом должен находиться у перекрестка, то, думаю, нам сюда. – Сандр кивнул на стоявший особняком довольно большой, по местным меркам, дом, окруженный высоким бревенчатым забором.

Мы подошли и даже немного помолчали, разглядывая возвышающуюся над нами махину.

– Видимо, стражник зажиточный горожанин, – наконец прервал Сандр затянувшееся молчание. – Древесина в Подгорье – роскошь и стоит не намного дешевле самоцветов.

– Интересно, а где тут вход? – Я коснулась гладкого, чуть теплого дерева. Толстенные бревна в два моих роста были пригнаны одно к другому так, что казались монолитом. – Как нам попасть в обещанный сарай? Может, постучать?

– Бесполезно. Будешь стучать до утра – никто не услышит. А если… – Сандр вдруг хитро прищурился и на мгновение закрыл глаза. Мне показалось, что возле его рук чуть сгустился, мерцая, воздух, а потом он легонько стукнул. Бревно загудело колоколом.

– Неплохо! – оценила я, когда через пару мгновений дерево перестало вибрировать и затихло. – Только эффекта – ноль.

– Ну, не может же быть, чтобы в таких хоромах никого не было? – Сандр озадаченно оглядел забор и часть возвышающегося над ним дома.

– Почему? Запросто! – утешила я. – Забыл? Хозяин говорил о свадьбе дочери. Наверняка все домочадцы пляшут где-то там.

Я махнула рукой в сторону ярко освещенного центра города, откуда доносились веселые звуки праздника.

– Только одного не пойму, почему свадьбу празднуют не здесь?

Сандр хмыкнул.

– Насколько я помню, подгорники всегда справляют свадьбы в доме, где будут жить молодые. Пойдем, погуляем вокруг усадьбы? Вдруг найдем черный ход? Помнишь, хозяин что-то говорил о бревнышке? – Он направился вдоль забора и, дойдя до угла, свернул.

За домом оказалась крошечная тропинка. Освещенная еще одним неярким магическим светильником, она уходила куда-то в темноту.

– Сандр, смотри. – Внезапно я заметила в заборе чуть выступающее бревно и вопросительно взглянула на парня. Он молча подошел и вдруг надавил на бревно так, что на руках вздулись вены. Что-то хрустнуло, и потайная дверь плавно отворилась, открыв нам пахну́вшую свежим сеном темноту.

– Молодец, что заметила. – Сандр первым шагнул в обещанный сеновал.

Я постояла на пороге, слушая, как под ногами попутчика шуршит сено.

Ндаа… будет весело, если мы вскрыли чужой сарай! И спросить не у кого… Хоть бы мой неведомый помощник что-нибудь в ухо прошептал… Почему именно сейчас, когда нужна любая помощь – моя таинственная сила так предательски покинула меня?

Войдя в постройку, я огляделась.

Постепенно глаза привыкли к полумраку, разбавленному светом магического фонаря, льющегося сквозь незаметные снаружи, но довольно частые щели.

Не знаю, попали ли мы по назначению, но сено, стены, потолок и запирающаяся дверь в наше неспокойное время – главные удобства.

Сандр зря время не терял; заперев дверь, он решил поближе познакомиться с нашим пристанищем и был вознагражден. Оказывается, здесь имелась самая настоящая уборная и бочка, полная чистой, чуть пропахшей железом воды. Не иначе как стражник зарабатывает деньги, предлагая проходимцам вроде нас дешевый ночлег.

– Сеновал со всеми удобствами! В каком трактире у нас был бы ночлег лучше? – умиротворенно вздохнул Сандр, наконец устроившись на мягком сене.

– Может, и ни в каком, но в трактире мы были бы сытыми. – С ним, конечно, не поспоришь, не в каждом трактире найдешь воду в таком количестве, чтобы смыть с себя дорожную пыль, и тем более в Подгорье, но и от моей правоты никуда не денешься. Есть хотелось зверски, даже больше, чем спать. Сколько времени мы уже на ногах?

Я вздохнула, прислушиваясь к завывающему желудку, и принялась сооружать себе постель.

– Да. В этом с тобой легко согласиться. – Он рывком поднялся, вытащил из-за пазухи небольшой сверток и подошел ко мне. Развернув чистую тряпицу, он сунул мне в руки что-то мягкое. – Вот. Совсем забыл. Хлеб. Прихватил из дома.

– О! Спасибо! – Ухватив предложенный ломоть, я плюхнулась на сено и с наслаждением принялась жевать. – Мм! Да это самый вкусный хлеб на свете!

Сандр тихо усмехнулся и опустился рядом.

На некоторое время мы сосредоточились на ужине, но хлеб быстро закончился, даря ни с чем не сравнимое ощущение сытости. Глаза начали сонно слипаться.

– Айна… – вкрадчивый голос Сандра вырвал меня из уютной дремоты. – А все-таки, откуда в тебе эта «странная сила»? Как она появилась? Когда? Как вы общаетесь?

Глаза распахнулись сами собой.

Сердце тревожно забилось.

К чему эти вопросы?

Я помолчала.

Сандр тоже молчал, но даже в сумраке я чувствовала его цепкий взгляд.

В конце концов, я решилась.

Почему бы не рассказать о своей страшной тайне, не поведать о своих тревогах и страхах человеку, о существовании которого я до вчерашнего вечера даже не догадывалась! Ведь завтра, возможно, мы расстанемся навсегда…

– Мне кажется, я слышала этот голос с детства… Он помогал, объяснял, наставлял. Узнать о моей силе мне довелось гораздо позже, когда я, сама не ведая как, вобрала в себя огонь пожара и призвала дождь… – Перед глазами вновь встала пылающая конюшня, бьющиеся в панике животные и колючий, наблюдающий взгляд отца. Невольный вздох сорвался с губ, но я заставила себя улыбнуться и беззаботно закончить: – С тех пор я и оказалась запертой в обители.

Только мне не удалось одурачить Сандра наигранной беспечностью.

– В тот день твою силу заметил отец?

– Да. – Чтобы спастись от его взгляда, я взяла в пальцы сухую травинку и сосредоточенно стерла ее в пыль. – На следующий день он увез меня из дома. Его условия были просты: я должна жить в обители до тех пор, пока не понадоблюсь ему. – Еще одна травинка стала пылью. – И это волнует меня больше всего, Сандр! Зачем я ему понадобилась?

– Возможно, действительно, всему виной твоя сила. Если бы ты была обычным ребенком, твоя жизнь пошла бы совсем по другому руслу. Скажи… – Сандр набрал побольше воздуха и нерешительно произнес: – А ты хоть раз видела того… кто дает тебе силу, полеты и говорит с тобой?

Я нахмурилась.

Зачем он спрашивает? Что он знает?

Да, изредка я видела тень. Даже не тень – ветер, чуть сгустившийся воздух в виде странной небольшой крылатой фигурки. А когда, подчинившись совету этого «нечто», я разрешила поднимать себя в небо, то чувствовала шершавые жесткие пластины, на которых сидела, либо лапы, бережно обхватывающие мою талию.

Но как объяснить Сандру – что такое мой неведомый помощник?

Неожиданно пришедшая на ум мысль обожгла: а вдруг и у Сандра есть нечто подобное?

Я взглянула в его блестящие в темноте глаза, и… решительно мотнула головой:

– Нет. Не видела. – Я даже не услышала – догадалась, как он едва заметно вздохнул, и принялась торопливо оправдываться: – Мне кажется, я этот голос просто придумала! Чтобы легче объяснить самой себе происходящие со мной странности. Разве сила может быть «кем-то»? Разве она не дается нам с рождения? – И осеклась. – А что?

– Ничего. Просто кое о чем подумал. Так… глупости! – тоже чересчур поспешно отмахнулся он и сменил тему: – А твоя мать? Что с ней случилось?

Я помолчала, радуясь, что разговор о таинственной силе закончен.

– Не знаю. – Так уютно сидеть, прижавшись к нему плечом. – Моя кормилица говорила, что я очень на нее похожа. Когда мне было пять лет, я задала кормилице вопрос о том, что случилось с мамой. Она ответила, что та умерла, подарив мне жизнь, а после нянька всю ночь плакала. Я слышала ее всхлипы даже через стену… А отец как-то обмолвился, что мама умерла от болезни. Поэтому – скажу честно: я не знаю, что на самом деле с ней случилось. Кстати! Раз уж мы заговорили о родителях, не подскажешь, что могут означать слова того краснобородого гнома? Что за король Бьярд? Ведь до Сайруса правил его отец – король Джад.

– Шеркх его знает! – оживился Сандр. – Сам над этим голову ломаю, но вариант в голову приходит только один. Мой отец всю мою сознательную жизнь избегал По́лыни как огня. Возможно, он и есть тот самый король Бьярд? Возможно, в год моего рождения что-то произошло? Сайрус все это время считал его мертвым, а он скрывался в деревне?

От такого признания я даже уселась так, чтобы мне были видны его блестящие в полумраке глаза.

– Подожди! Если ты сын короля, который правил до Сайруса, значит, Сайрус – самозванец! Ты вправе вернуть себе корону!

– Ха! Отлично! – Он сунул в рот травину и несколько мгновений сосредоточенно ее жевал. После выплюнул и тихо рассмеялся. – И как ты себе это представляешь? Пойти войной на колдуна, держащего в страхе весь Адиран? Одному?

– Ну почему же сразу одному?

– Ох, прости! Забыл о тебе. – Сандр вдруг поднялся и принялся ходить, зло разбрасывая ногами сено. – Да! Вдвоем мы запросто укокошим и Сайруса, и всех его советников-драконов. Простой кузнец и магичка без силы! Они действительно умрут. От смеха! Когда увидят, кто пришел, чтобы отобрать корону. О чем ты говоришь? К тому же еще надо доказать, что я – сын короля!

– Ну… думаю, что свидетели найдутся и подтвердят твою принадлежность к королевскому роду. А пока они не нашлись, нужно самим расспросить про этого Бьярда. Если честно, я о нем даже не слышала. Хотя… Однажды в обители на уроках «истории Объединенного королевства» упоминалось о смутных днях, царивших до коронации Сайруса. Кажется, там говорилось, что последнего лжеправителя вместе с женой убили во время мятежа. Только имен не было. Не знаю, о нем ли речь.

– Вот видишь? Уже что-то не вяжется… – Сандр остановился в паре шагов от меня и буркнул: – Чтобы не сойти с ума от твоих догадок, предлагаю лечь спать.

Он зашуршал сеном, устраиваясь на ночлег, и вскоре все стихло.

Я обиженно хмыкнула. Подумаешь! Да он просто боится и поэтому не хочет замечать очевидное.

– Ты просто боишься того, что с тобой сейчас происходит! Боишься будущего! – Я посмотрела на него в ожидании возражения, спора, доказательств обратного… да чего угодно, только не тишины, снова делающей нас чужими…

Но Сандр промолчал.

Ну и ладно!

…Утро наступило внезапно.

– Шеркхово отродье эти люди! А ну, подъем! – Густой рык заставил меня испуганно распахнуть глаза и сесть, очумело жмурясь от яркого света, бьющего в глаза. Мгновение спустя я поняла, что смотрю на факел, зажатый в руке нашего вчерашнего благодетеля-стражника – жаль, не запомнила его имя. – Ну? Куда закопались? Все сено поистоптали! Как я им теперь буду моих коровок кормить?

– Сам на ночлег пустил, а теперь возмущается! – Рядом со мной из сена вынырнула взлохмаченная голова Сандра. – К тому же еще неизвестно, кто из нас «шеркхово отродье»! Мы уснули всего час назад, а ты нас уже будишь!

– Ну, во-первых, никто вам не виноват! Спать надо было, а не… А во-вторых, мы расстались около полусуток назад. Уже за полдень. Просто в Подгорье, да еще в сарае – время не разберешь.

– За полдень? – Сандр поднялся и принялся сосредоточенно обтряхивать от соломы одежду. – А чего сразу, как пришел, не разбудил?

– Вот. Бужу. – Гном стянул кожаный шлем и пригладил седые волосы. – Ежели куда опоздали – извиняй, да только поубавлю вам прыти. Не нужно вам выходить в город до ночи. Особенно твоей… невесте.

Он подмигнул мне.

Я от души зевнула, поднялась и встала рядом с Сандром, тоже пытаясь привести себя в порядок.

– А при чем тут я?

– А вот при чем! – Гном вытащил из кармана штанов тряпицу и бережно протянул ее мне, но Сандр успел первым. Выхватив холстину, он развернул ее, и я во все глаза уставилась на свой портрет. – Сегодня утром пришел отряд верзил и вежливо приказал мне развесить это по всему нашему городу. Тебя, красавица, я сразу признал, поэтому развешу завтра. Когда вы уйдете. Только в других городах вам нужно будет поостеречься! Мне-то на этих черномазых тьфу и растереть, но даже среди подгорников могут найтись подонки, готовые отдать даже первый найденный ими алмаз всего за тридцать тысяч проклятых золотых Сайруса.

– Тридцать тысяч?! – вырвалось одновременно у нас.

– Да за такие деньги нам обоим многие с огромным удовольствием отрежут головы! – От меня не укрылось, как Сандр, словно невзначай, охватил пальцами рукоять кинжала.

Не укрылось это и от нашего радушного хозяина.

– Ты, парень, не кипишись! Если бы я хотел вас сдать, то давно бы это сделал, а не ждал, пока выспитесь. Деньги, конечно, хорошие, но никогда не брал я подачек Сайруса и не буду! К тому же твоя девушка не должна попасть в По́лынь. Мастера пыток там творят чудеса и не с такими…

– С чего такая милость? – Сандр по-прежнему не отводил от него настороженного взгляда. Впрочем, руку убрал.

– О вас успел сообщить охранник Пропускного моста. Парнишкам удалось отбить натиск, но моста больше нет. Как, впрочем, и многих его защитников. Сообщение путаное, по эхо-почте… но кто знает, тот поймет.

Мы с Сандром переглянулись.

– Он сообщил о нас?

– А что именно?

– У нас нет времени для пустой болтовни! – Рык гнома заставил нас умолкнуть. Он смерил нас мрачным взглядом и холодно добавил: – Я поверю тебе, потому что тебе поверили мои земляки и отдали за эту веру жизнь. Потому что нашему миру нужен новый Хранитель Равновесия! Ты! Я помогу вам добраться до Беркета и научу, как найти Рикаса ли Тукена.

– Но я… – Сандр помедлил и вдруг вскинул подбородок. – Ладно. Помоги.

Гном прищурился.

– Зачем черным нужна девчонка? Только не надо петь, что она твоя невеста!

– Она – дочь главного советника короля Сайруса.

– Вот как? А чего в бегах? Или вправду женихаетесь?

– Да. – Мне надоел этот допрос. – Отцу не понравился мой выбор. Вот я и сбежала с ним.

Сандр вскинул на меня заинтересованный взгляд.

Я улыбнулась. Видимо, не ожидал от меня такой разговорчивости.

– А ты знаешь, почему ищут только тебя? – Угрюмое лицо гнома тоже на мгновение озарила улыбка. Темные бусины глаз с ехидцей уставились на меня. – Не надо, не отвечай! Я сам тебе скажу – почему! Дело в том, что о сыне короля Бьярда еще никто ничего не знает. Даже черный король! Вот об этом и подумал страж моста, прежде чем решился помочь вам и вызвать Каменного воина.

– А что такое этот Каменный воин? – не утерпела я.

– Защитник Подгорья. – Лицо стража вновь помрачнело. – Говорят, он – бог, создавший нас и защищающий свое царство и свой народ. Он может выбрать для своего воплощения любого, приходит в самый трудный час и дает победу, но в обмен забирает много жизней. Ладно, пойдемте в дом. Помните, как меня зовут-то?

– Рикаш, – кивнул Сандр.

Хозяин дома одобрительно прицокнул, подошел к дальней стене, легонько открыл в ней незаметную дверь и вышел в яркое, золотистое свечение, с легкостью разогнавшее полумрак сеновала.

Я подслеповато поморгала.

Интересно, что это за свет? Магический фонарь?

– Сандр, а…

– Ничего не спрашивай! – довольно резко оборвал он меня и вышел вслед за гномом. До меня донеслось: – Сам ни шеркха не понимаю.

Глава 6

Сандр

Сеновал, полный волнующих снов и будоражащих кровь признаний, остался позади, а нас встретил самый настоящий солнечный свет. Я сталкивался с этим чудом и раньше, когда наведывался в Подгорье с отцом, но, если честно, до сих пор не понимаю: откуда шло свечение? Над нами, так же как над всем городом, по-прежнему темнел каменный купол.

Дверь бесшумно закрылась за нами, едва мы вышли.

– Чавку-то закрой! – насмешливо фыркнул гном, истолковав по-своему мой ошеломленный взгляд. – Не больно-то богатое у меня имение. Дочери в приданое почти всю животину отдал.

Мы с Айной украдкой переглянулись и направились вслед за хозяином. Оказалось, сразу за сеновалом располагался скотный двор, где скучали пять маленьких длинношерстных коров, а чуть дальше примостился птичник. Нежась на золотистом песке, там наслаждались солнечными лучами десятки серых бескрылых кур. Заметив чужаков, эти «милые» птички подняли такой гвалт, что я невольно зажал уши.

– Впору переименовать этих кур в сторожевых! – Айна поморщилась, поглядывая на суетливых и абсолютно безмозглых созданий. Вопя, они носились по птичнику, натыкались друг на друга и орали, орали, орали до хрипоты.

– А почему нет? – Я улыбнулся. – Говорят, в Эльфириане есть беговые куры, так почему бы в Подгорье не водиться сторожевым? Эти птицы своими воплями запугают до смерти любого. Осталось только научить их подкрадываться к жертве, клеваться и ходить на поводке.

Посмеиваясь, мы прибавили шагу и вышли к беседке, созданной из четырех карликовых деревьев, увитых душистым плющом так густо, что я с трудом заметил внутри ее скамью и маленький стол.

– Как красиво! – оценила Айна, заглядывая в изумрудный полумрак. – Я даже представить не могла, что под землей может быть так красиво и… так светло!

– О! У нас здесь целая система подачи отраженного света, – обернулся Рикаш. – Над городами на вершинах гор стоят зеркальные полусферы, которые подают отраженный свет на зеркала, установленные в специальных расщелинах, а те, в свою очередь, посылают лучи внутрь горы на комплекс скрытых там полусфер… ну и так далее. Удивлена? Могу поспорить что ты, так же как многие верзилы, считала, что гномы копошатся где-то под землей, точно слепые кроты?

– Да нет, но… – Айна смутилась и поспешно сменила тему: – Беседка очень красивая!

Я усмехнулся, но промолчал. Ясен пень – считала! Все так считают, пока не попадут в Подгорье. Недомерки для многих сильных мира сего даже не раса. А само Подгорье – лишь место ссылки каторжан и добычи самоцветов.

Рикаш бросил на меня понимающий взгляд, но великодушно подыграл девчонке:

– Беседка-то? Да-а… красивая… Я посадил эти деревья почти двадцать лет назад, когда родилась моя младшая дочь. Сейчас она ушла жить в дом мужа, а эта беседка и впредь будет напоминать мне о прожитых ею годах в моем доме.

– Наверное, здорово так любить свою дочь. – Голос Айны подозрительно дрогнул.

– Да. – Гном помедлил, развернулся и направился к дому.

Я тоже прибавил шаг, не желая становиться свидетелем женских слез. Что тут сказать – не повезло ей с отцом. Перед глазами встали преследующие нас драконы, вновь оживляя мучающие меня вопросы. Если одна из этих тварей – отец Айны, для чего он ищет дочь? Чтобы вернуть в обитель? Тогда зачем покушался на ее жизнь? В лесу, перед вратами Подгорья, нас только чудо уберегло от мгновенной смерти. А проходной мост? Драконы будто рвались к нам! Не упустить! Сбросить в пропасть! Можно предположить, что смерти ей желает не отец? Тогда кто? Король Сайрус? Но зачем властителю Объединенного королевства жизнь этой девчонки?

Хозяин тем временем поднялся по двум ступеням на крыльцо и остановился у массивной двери.

– А вообще можете жить здесь сколько угодно. Слуг у меня нет. – Побренчав ключами, он торжественно распахнул ее перед нами. – Входите.

Рикаш скрылся в доме и до меня донесся его голос:

– Только сестра, от нечего делать, иногда приходит ко мне прибраться и приготовить еду на неделю.

Я обернулся, поджидая Айну. Она шла, внимательно разглядывая под ногами посыпанную разноцветными камушками дорожку. Почувствовав мой взгляд, девушка подняла глаза, и ее щеки залил румянец. Несколько мгновений Айна смотрела на меня, затем смущенно потупилась и первой прошмыгнула в дом.

Непривычная нежность вновь кольнула сердце. Неужели я стал для нее не просто попутчиком?

Одним шагом перемахнув ступеньки, я миновал просторную прихожую, недлинный коридор с несколькими запертыми дверями и остановился позади Айны. Она изваянием застыла на пороге просторного зала, с удивлением разглядывая его убранство.

Впрочем, тут было чему удивиться. Вместо ожидаемой роскоши – грубо сколоченные лавки, длинный стол да пара табуретов, но при этом на полу две серебристые шкуры гигантских медведей, которые стоили на торгах в Пограничье очень недешево, на стенах искусные гобелены, но больше всего мое внимание привлек вырезанный из цельного куска мрамора камин. Приготовленные, лежавшие возле него на полу поленья только и ждали, чтобы вспыхнуть веселым пламенем.

Легонько подтолкнув Айну, я вошел следом.

– Не обращайте внимания, – махнул рукой гном, заметив наши удивленные взгляды. Подойдя к большому окну, он раздвинул шторы, впуская в зал солнечный свет. – Часть мебели ушла на приданое. Мне одному и этого хватает, а помру, дом отойдет сестрице за то, что приглядывает за порядком да меня не бросает.

– И все же эта вынужденная простота не скрывает вашего достатка. – Айна присела на корточки у шкуры и погладила ее серебристый мех.

– Бывшего достатка, – поправил ее Рикаш. – Я долгое время был управляющим этого города. Потом меня сместили, я купил себе рудник и пару сотен каторжан, но проигрался в байдягу и стал простым охранником.

– А разве каторжников можно купить? – Айна, как всегда, слышала только то, что было интересно ей. – Это же… просто осужденные. Не рабы.

– В этом ты ошибаешься. Каторжными Подгорья редко оказываются гномы. В основном это верзилы, желтоглазики или зверолюди. – Рикаш прошел к камину, подхватил несколько поленьев, и вскоре угрюмую комнату озарило радостное пламя. – Почти все они угодили в плен с мест сражений, и для нас они именно рабы. Впрочем, нередко то или иное государство шлет запрос, и тогда наш город (разумеется, если тот пленный, которым интересуются, жив) за определенную плату (в зависимости от значимости пленного) передает его заинтересованной стороне.

– И чем тогда вы отличаетесь от короля Сайруса? – Айна прошла к стоявшей у стола лавке и села, поглядывая на гнома.

– А тем! – Он бросил последнее полено в камин и подошел к столу, но садиться не стал. Оперся кулаками о столешницу и прищурился, зло выговаривая девчонке: – Гномы никогда и никого не подчиняют первыми. Не завоевывают! Все это начали верзилы и те, кто к ним примкнул. Это верзилы создали колонию, которую сейчас все называют Объединенным королевством. Это верзилы заставили многих из нас забыть свои корни и, заманив мнимой свободой, превратили в рабов. Но в отличие от каторжан нас некому выкупать!

– Но ведь Объединенное королевство было и раньше. До правления Сайруса, – холодно возразил я.

Все это время я, помалкивая, стоял позади Айны, пока не пришла пора вступиться. Уж больно подгорник разошелся, обвиняя во всем людей.

– Ты прав. – Рикаш перевел мрачный взгляд на меня. – Объединенным королевством когда-то назывались все земли Адирана, потому что его создавали все великие расы: люди, гномы, перевертыши и эльфиры. Ибо только так можно было остановить затяжную, мучающую Адиран войну. И назвали великую страну – Объединенным королевством Мира. Первым правителем в нем, а именно Хранителем Равновесия стал, насколько я помню, эльфир. Затем, спустя какое-то время, это почетное место занял перевертыш, потом гном. Были и люди, но только при правлении короля Джада Объединенное королевство достигло процветания. Оберегаемый мудрым драконом-Хранителем, он бессменно правил почти двести лет, пока боги не подарили ему двух сыновей. Близнецов… После скоропостижной смерти Джада Хранителем Равновесия стал его сын. Бьярд. Но его правление длилось недолго. Мы до сих пор не знаем, что произошло. Однажды началось восстание, Бьярд исчез, а через месяц Сайрус сообщил, что «выбор Ушедших пал на него». Это значит, драконы его выбрали. Ну а дальше пошло-поехало! Советники, помогавшие Джаду и Бьярду, очень быстро сменились другими. Поднялись налоги, особенно для союзных государств. Многим это не понравилось. Стали вспыхивать мятежи, набеги на приграничные селения верзил. В конце концов, Объединенным королевством стали считать только земли, принадлежавшие вам, людям. – Рикаш вздохнул и грузно опустился на лавку. – Я не верил в то, о чем шептался весь Мир. Да и кто бы поверил, будто однажды брат, любящий и любимый, решится убить своего единоутробного брата и короля?

– Значит, это Сайрус убил Бьярда?! – зазвенел азартом голосок Айны. Я даже украдкой залюбовался ею: глаза горят, щеки раскраснелись.

– Не знаю, а врать не хочу. – Гном сосредоточенно поколупал ногтем стол. – Многие шепчутся об этом. А еще многие верят, что наступит час, и придет новый Хранитель Равновесия. Но все только шепчутся и ждут. Никто не рискнет бросить вызов Сайрусу. Уж очень сильна магия черного колдуна и огромна его армия. Говорят, что его войско – из мира духов… Да еще эти страшные твари у него в подчинении… Я ни разу не видел драконов, но те, кто владеет магией Ушедших, считают, что это они и есть.

– А почему Сайруса зовут черным колдуном? – Кажется, Айна решила выпытать у гнома все. – Это из-за цвета брони его воинства?

Рикаш усмехнулся, поднялся.

– Скорее из-за цвета его души. Девочка, я – старик, которому далеко до тайн этого Мира, поэтому, о чем знаю – скажу, но придумывать не стану.

Тяжело шаркая, он вышел из комнаты. Его не было несколько мгновений, затем он вернулся, неся в одной руке корзину, а в другой – небольшую, темную бутыль. Подойдя к столу, Рикаш принялся доставать из корзины куски вареного мяса, ароматные хлебцы и головку козьего сыра.

– Зашел к дочери, взял с праздничного стола гостинцев.

Когда содержимое корзины переместилось на стол, он поставил ее на пол, сел на лавку, вырвал зубами пробку из бутылки и, прежде чем надолго припасть к горлышку, посоветовал:

– Угощайтесь, гости дорогие.

Меня не надо было упрашивать. Устроившись за столом рядом с гостеприимным хозяином, я достал из-за пояса кинжал и принялся нарезать тонкими ломтями мясо и хлеб. Девчонка тоже не стала дожидаться особого приглашения и, начиная трапезу, вежливо протянула хозяину дома ломоть ржаного хлеба с мясом, но он, не отрываясь от бутылки, только коротко мотнул головой. Наконец, когда питья осталось чуть меньше половины, он оторвался и несвязно пробормотал:

– Тяжелый вчера выдался день. Радость и горе идут вместе. Так угодно богам.

– Покушайте. – Айна вновь сделала попытку его накормить, но он вновь качнул головой.

– За мертвых только пьют. Это радость заедают. Я поминаю погибших у Проходного моста парней, а вы ешьте. Сил набирайтесь. Потому как, ежели ты, мальчик, хочешь отомстить за отца своего, без силы да ума к Сайрусу и соваться не смей!

– Да пока не очень-то и хочется! – пробормотал я, с наслаждением ощущая, что от нескольких ломтей мяса унялась сосущая резь в желудке и мысли настроились на благостный лад. – Мне бы сначала Рикаса ли Тукена повидать да узнать все про его брата.

– Во! – В затуманенных питьем и бессонной ночью глазах радушного хозяина мелькнул интерес. – А зачем ты его ищешь?

– Да так… – Я смутился. Ну кто меня дернул сейчас за язык? – Отец посылочку ему велел передать.

– Посылочку? Отец? Так. Погоди. Тебе сколько лет-то?

– Все мои. – Сделав вид, что заинтересован кинжалом, я украдкой бросил взгляд на гнома.

Сидит. Хмурится. Словно раздумывает о чем-то.

– Стало быть, около восемнадцати-девятнадцати будет? Значит, народился ты у него в год перед исчезновением? Внебрачный, что ль? Не слышал я, чтобы у королевы Дины был наследник.

– Королевы Дины? – Айна даже перестала жевать. – Королева Дина – жена короля Бьярда?

– Ага. Она самая. Была. Вместе они и сгинули.

– Да я… я же… я для того и пришла к тебе! – Девчонка уставилась на меня, словно увидела привидение. – Сон! Я же видела ее… И тебя… видела! Значит, я должна была к тебе прийти! Все, что произошло с нами, кем-то предрешено! Я должна была рассказать мой сон именно тебе! Чтобы ты понял, кто ты есть и каков твой путь!

– Так. Тихо! Замолчи!!! – Не выдержав потока ее слов, Рикаш треснул кулаком по столу так, что бутылка подпрыгнула и упала бы на пол, но приземлиться на плиты я ей не дал. Буркнул привычное заклинание отмены, и бутылка послушно взлетела на стол, где она до этого и стояла. До сих пор благодарен отцу за то, что научил меня этому фокусу. К слову сказать, из разряда бытовой магии и до неприличия простого в применении. Много посуды сохранилось в целости… Гном крякнул, внимательно оглядел бутыль, даже потрогал ее. – Ух ты! Большинству, в наш век запрета магии, такое и не снилось.

– Меня обучил отец. Немногому. В основном его заклинания делали мою сталь прочнее и награждали готовые клинки тайными свойствами. Он учил меня быть оружейником, а не магом.

– Твой отец?! Тебя учил отец?! Но… почему? Как? Он жив? Он что, добровольно отдал трон спятившему братцу и сбежал вместе с тобой? Но почему он бездействует? Неужели он не видит, во что Сайрус превратил весь Адиран? – Казалось, гном даже протрезвел.

– Я ничего не знал о его прошлом! Даже не знал, что он – король Бьярд! – Я выдержал взгляд гнома и тихо пробормотал: – А теперь и не узнаю – вчера он ушел в мир духов.

– А твоя мать? Королева… она жива?

– Вот я же и говорю! – улучила момент Айна и затараторила: – Сон! Я же видела! Каждую ночь видела, как погибнет королева! Сейчас расскажу: воин в черном убивает похожего на него мужчину. На балконе женщина. В руках сверток с младенцем. Убийца приказывает отдать ему ребенка, но в ответ на это она прыгает вниз.

– А при чем тут твой сон и моя мать? – Мне вдруг нестерпимо захотелось подержаться за голову. – Отец сказал, что она умерла вскоре после моего рождения. Ее могила находится за нашим домом… Точнее, за тем, что от него сейчас осталось…

– Не веришь? – тут же вскинулась девчонка. – Королеву Дину спас огненный дракон! И, наверное, перенес подальше от По́лыни. Но… если тебя воспитывал Бьярд, тогда кого убил на башне тот… другой?

– Не знаю, какую тайну вы двое скрываете, но очень хочу, чтобы в этом мире все вновь вернулось на круги гармонии и равновесия. – Гном икнул и, поболтав бутылкой, влил ее содержимое в себя. – Во! Заодно пойду-ка и я, добьюсь гармонии и равновесия в своей душе.

Он поднялся и сладко зевнул.

– Это у подгорников означает «спать»? – Я усмехнулся.

– Ага. Пообщаюсь с подушкой, а после, на трезвую голову, все и обсудим. – Покачиваясь, он доковылял до двери, распахнул ее и, не оборачиваясь, приказал: – А вы пока обмозгуйте, как сделать так, чтобы ты, красавица, к завтрашнему утру сама на себя была не похожа! Не хочется мне, девонька, чтобы тебя нашли эти… Черные…

Айна

За хозяином захлопнулась дверь. Мы с Сандром долго безмолвствовали. Наконец, я первой осмелилась нарушить молчание:

– Ладно. Забудь. Действительно, почему все вдруг решили, что ты королевский сын? Кстати, а как звали твоего отца?

– Все звали его Лимаром.

– Угу. А как имя твоей матери?

На этот раз Сандр помедлил с ответом:

– Динара.

– Тебе отец сказал?

– Нет. Он вообще старался не говорить со мною о ней. Это имя было вырезано на могильной плите. Я… любил сидеть рядом, когда был маленьким.

– Динара… Дина… А ведь действительно вполне возможно, что ты ребенок из моего сна! И я зачем-то должна была тебя встретить! Иначе, почему мой ночной кошмар после нашей встречи больше не потревожил меня ни разу?

Он отмахнулся:

– Забудь. Время покажет. Давай лучше воспользуемся советом хозяина и попытаемся изменить тебя до неузнаваемости, но… Проблема первая – никакие бани и цирюльни не станут обслуживать тебя бесплатно. И проблема вторая – где взять деньги? Кстати, неплохо было бы прикупить еды и еще сменной одежды, а то мы даже на бродяг уже не тянем. Скорее на погорельцев.

– Нда, не отказалась бы переодеться. – Я оглядела свои закопченные, местами рваные рубашку и штаны, вытащила застрявшую в ткани соломинку. – А в Подгорье продают одежду, сшитую на людей?

– Я знаю, где в Подгорье торгуют оружием. Наверное, там же можно купить и прочие товары. – Сандр встал, обтер лезвие кинжала о согнутую в локте руку и отточенным движением вернул его в ножны. – Но… сначала нужно раздобыть деньги.

– И что ты предлагаешь? – Я поднялась следом.

– Не знаю. Пойду, пройдусь по городу. Может, что-нибудь и придумаю.

– А я?

– А ты побудь здесь. Обещаю долго не задерживаться. – Не глядя на меня, Сандр одернул рубашку, поправляя хранимый за пазухой сверток.

– Нет! – Я подошла к нему и заглянула в глаза. – Я пойду с тобой.

– Но тебе нельзя появляться в городе! Тебя же ищут! – Он нахмурился, но взгляда не отвел.

– Пока меня никто не ищет. Рикаш только завтра развесит мой портрет. Забыл?

Сандр помолчал, задумчиво взял мою косу, чуть погладил подушечками пальцев волосы и вдруг выхватил кинжал. Я замерла от неожиданности, а в следующее мгновение коса упала к моим ногам. Еще один взмах острого лезвия, и вторая коса оказалась на каменном полу.

– Извини. – Он виновато улыбнулся, пряча клинок. – Цирюльник из меня никакой, но теперь ты стала похожа на мальчишку. Уже что-то.

Я осторожно коснулась коротких, щекочущих шею волос и помотала головой, наслаждаясь непривычной легкостью. Уж не знаю, кто придумал, что женщинам можно стричь волосы только после замужества, но мне определенно понравилась моя новая прическа.

– Теперь отец решит, что я опорочила наш род, и точно меня убьет!

– Мне кажется, он с удовольствием сделал бы это, даже сохрани ты свои прекрасные волосы. – Сандр наклонился и поднял с пола косы, казавшиеся теперь мертвыми змеями. Легкое шевеление губ, и они вспыхнули желтым пламенем у него в руках. – Теперь тебе надо придумать новое имя. Может… Нарим? Или Фазух?

От неожиданности я усмехнулась:

– И какой народ, по-твоему, может носить подобные имена?

– Да любой! – Он отряхнул покрывавший ладонь белый пепел, и тот, кружась, истаял в воздухе. – В детстве у меня были знакомые с такими именами. В Пограничье. Перевертыши из рода Серебряных Волков. Знаешь, я…

– Не знаю и знать не желаю! Это ж надо было придумать такое! Я – похожа на оборотня?

– Нуу… Если не присматриваться… – Сандр озадаченно почесал подбородок. – Заклинания по изменению внешности я, к сожалению, не изучал.

– Да я бы тебе и не доверилась! – Я возмущенно фыркнула и направилась к двери. – Иначе ты бы из меня сделал какого-нибудь орка. Или тролля!

– Вообще-то их не существует. – Сандр ухмыльнулся и направился за мной. – Но если постараться… Из тебя наверняка получился бы о-очень красивый, светловолосый троллик.

– Сам ты… – У двери я развернулась, наткнулась на его странный тяжелый взгляд и, не договорив, выскочила во двор.

– И все-таки? Каким именем ты бы назвалась? – Мгновение спустя он, улыбаясь, уже шагал рядом.

– Может быть, Дин? – Я посмотрела на Сандра. – Производное от Дины или Динары? В обители у меня была подруга с таким именем…

– Ха, и чем это имя отличается от тех, что предложил я?

– Тем, что его вполне мог бы носить и человек.

– Твое право. Дин… – Сандр словно попробовал имя на вкус и, обогнав меня, решительно направился к сеновалу. К моему удивлению, теперь питомицы нашего хозяина не обратили на нас никакого внимания, нежась под закатными лучами, окрашивающими золотистым багрянцем даже серое оперение кур. – Пройдем через черный ход. Кстати, возьми… – Он протянул мне какой-то темный сверток.

– Что это? – Я машинально его развернула и уставилась на широкий, длинный жилет, который еще полчаса назад видела на нашем хозяине. – Зачем ты его взял?

– Может, короткие волосы и сделали тебя похожей на веснушчатого мальчишку, но вот твои формы…

– Не нравится, не смотри! – буркнула я, чувствуя, как запылали уши, и, помедлив, все же натянула предложенную вещь.

– Дело не во мне, Айна… – Сандр широко улыбнулся. – А вдруг их заметит кто-то еще? Кстати, тебе идет!

– Идет? – Я старательно себя оглядела и возмущенно напустилась на ухмыляющегося парня: – Да этот жилет на несколько размеров больше!

– Это даже хорошо! Все увидят в тебе нищего мальчишку, надевшего обноски с чужого плеча. – Сандр распахнул дверь сарая, скользнул в полумрак, и до меня донеслось: – Давай представим, что ты мой брат? Вот только… ущербный от природы.

– Это как? – Я шагнула за ним.

– Немой.

– Что? Немой?! В смысле неговорящий?

– Да. А что тебя удивляет? Это простая предосторожность. Для парня твой голос звучит довольно необычно. – Он захлопнул дверь, оставляя нас наедине с густым сумраком, но сегодня темнота мне не мешала. Я огляделась. Так и есть! Сарай был пронизан привычной с детства сиреневой дымкой. Неужели моя сила вернулась?!

– А что, если я буду изображать подростка? Или в подростковом возрасте у мальчишек не может быть такого голоса?

– Нет.

Угу. Коротко и ясно.

– А…

– А на ребенка ты не тянешь. Слишком высокая.

– Я знаю, чего ты добиваешься! – Я замешкалась, пытаясь отряхнуть с сапог путающее ноги сено.

– И чего же, госпожа ясновидящая? – Сандр уверенно направился к входной двери, оставив в качестве мишени моим возмущенным взглядам лишь крепкую, широкую спину. Хоть я и не видела его лица, но была уверена, что он улыбается.

– Ты хочешь, чтобы я осталась тут! – Справившись с сеном, я бросилась его догонять. Он обернулся, и я поняла, что была права, представляя его самодовольную улыбку.

– В сарае? Ну что ты! Может, лучше подождешь меня дома?

– Ах ты… – Я хотела высказать все, что думаю о таком «заботливом» попутчике, но неожиданно поняла, что не могу сделать и шага, и… рухнула в его объятия. Шеркхово сено! – Отпусти меня!

– Да я и не держу.

– А что твои руки делают у меня на талии?

– Это рефлекс.

Я раскидала ногами траву и наконец отстранилась от зубоскалящего парня.

– Тогда держи свой «рефлекс» от меня подальше, пока… – Я замерла, во все глаза, разглядывая окружившее его багровое сияние. – Пока я…

– Пока ты в меня не влюбилась?

– Ты весь в огне!

– Ну… не то чтобы… но… – Он перестал улыбаться и шагнул ко мне, пытаясь снова стиснуть в объятиях, но я отшатнулась, изумленно разглядывая взметнувшиеся над ним огненные крылья.

– Дурень! Ты действительно горишь!

Сандр недоуменно завертел головой, крутанулся на месте и замер, разглядывая вспыхнувшую призрачным пламенем ладонь.

– Ээ… И вправду горю. – Он поднял на меня изумленные глаза. – Что со мной?

– Не знаю!!! – Не отводя от него взгляда, я вдруг почувствовала знакомую легкость и невероятное могущество, которые появлялись всегда, когда… возвращался мой неведомый помощник! А если такой же помощник есть и у Сандра?

Я мысленно потянулась к ошарашенному парню, пытаясь уловить природу охватившего его огня, и вдруг отчетливо услышала голоса:

«Опасность! Род Огненного Ветра! Беги, Айна!»

«Рисар, я тебя умоляю! Ты слишком молод, чтобы спасти свою хранимую, если ее вдруг захочет уничтожить кто-то из клана Огненного Ветра!»

«А разве ты не последний из этих огненных психов?»

«Гм… теперь последний, но это не дает тебе права так отзываться о своем повелителе!»

«Значит… вызовешь на битву?»

«Тебя? Ты себе льстишь! Я даже готов простить, что ты самовольно выбрал себе хранимую и сбежал. И вообще, я пришел, чтобы предложить тебе содружество. Так уж получилось, что, только объединившись, мы сможем достичь того, чего жаждут все Стихии!»

Сандр вдруг схватился за голову и простонал.

– Ты слышишь?

Я кивнула.

– Да! Судя по всему, мою силу зовут Рисар, и это ему принадлежит чуть присвистывающий голосок?

«Ой, совсем забыл о том, что твоя избранница слышит тебя с момента рождения!»

«По твоей вине она узнала мое имя раньше положенного срока! Если Судьи вызовут меня из-за этого в Крепость…»

«Не вызовут. Уж поверь!»

«Кстати, твой избранный тоже знает твое имя? И слышит тебя?»

«Гм, если честно – сам в шоке! Давай-ка покинем их ненадолго? Рано им еще такое…»

«Согласен. Знаю я тут неподалеку одно тихое местечко…»

Голоса стали удаляться, пока не исчезли совсем. Сандр еще немного постоял, прислушиваясь, и перевел на меня ошалевший взгляд.

– Что это было?

– Я привыкла считать это – силой. – Я тоже прислушалась, но голоса исчезли, словно и не были. Исчезло окружавшее Сандра свечение. Исчезла сиреневая дымка, и сарай вновь погрузился в обычный полумрак. – Только голос второго мне незнаком.

– Сила твоя и… сила моя… За Зу… – Он нахмурился, постоял, озираясь, словно чего-то искал, затем подошел к двери, толкнул ее и оказался на улице. – Ты идешь?

Я выбралась за ним в залитый малиновыми лучами закатного солнца город.

– Ты знаешь того, кому принадлежал тот, другой голос?

– Нет, – слишком поспешно бросил Сандр и, как ни в чем не бывало, сменил тему: – Вечер. Прогуляемся?

– С удовольствием. – Я холодно улыбнулась и запахнула жилет. Я буду не я, если не узнаю то, что ты от меня скрываешь! – Куда пойдем?

Сандр пожал плечами.

– Куда-нибудь. – Смерив меня взглядом с головы до ног, одним движением взлохматил мне волосы и направился вверх по улице, туда, где уже загорались яркие точки фонарей, бросив: – Не отставай, братишка.

Глава 7

Сандр

Какое-то время мы шли молча. Из головы не шел странный диалог, неожиданно возникший в голове. За Зу… Неужели то, что мне приснилось в ночь пожара, – правда? В отца, приходившего ко мне во сне и отдавшего кинжалы, я уже поверил. Теперь на очереди привидевшийся мне тогда ярко-красный дракончик. За Зу… Неужели он существует? А если это так, тогда с кем он говорил?

Я бросил украдкой взгляд на шагающую рядом девчонку. Губы плотно сжаты, лоб нахмурен, глаза решительно глядят куда-то, в только ей ведомые дали.

Значит, я прав, и мистическая сила Айны – тоже дракон! Тогда можно объяснить и ее полеты, и магию. Но тут же возникает вопрос: как может маг, которому подчиняется один из Ушедших, не знать о своем Хранителе? Как можно использовать магию дракона и не понимать этого? Или… она все знает и солгала мне? Но зачем? Что она от меня скрывает?

Айна покосилась на меня, видимо, почувствовав мой взгляд. Я отвел глаза, но не сразу. Пусть понервничает, думая, что я что-то знаю или о чем-то догадываюсь. Пусть!

Но ее реакция, последовавшая за этим, меня удивила.

– Сандр… – Она робко коснулась пальчиками моей руки.

– Мм? – Я вновь посмотрел на нее.

– Пожалуйста, береги себя. – Айна смело встретила мой взгляд и улыбнулась. – Ладно?

– Ладно. – Я серьезно кивнул и указал на большой плакат, на котором были изображены два широкоплечих гнома со скрещенными молотами. Внизу плаката привлекала взгляд множеством нулей довольно большая сумма, а деревянная стрелка указывала на место, где ее можно получить. – Смотри. А вот и деньги.

Айна проследила за моей рукой и нервно поежилась.

– Это та ужасная игра на деревянных топорах?

– Ага. Что-то в этом духе я и искал. – Я подошел поближе и, изучив, куда показывала стрелка, направился в сторону здоровенного каменного дома. Он стоял в окружении нескольких лавок и двух трактиров, и был самым большим на открывшейся нам небольшой площади. – Когда мы с отцом приезжали в Подгорье, он как-то раз привел меня на такие бои. Их суть в том, чтобы без какой-либо подготовки и магии победить более опытного противника. В ход идет все: сила, ловкость и даже хитрость и коварство.

– Мне это не нравится! – Айна вдруг вцепилась мне в рукав. – Скажи, ты ведь туда не пойдешь, правда? Сандр, ну можно же как-то по-другому заработать деньги!

– Например?

– Попросить в долг у нашего хозяина… – В голосе Айны мелькнула надежда.

– Во-первых. – Я решительно стряхнул ее руку. Попросить?! Еще чего не хватало! – Он и так сегодня намекнул на свое плачевное положение. А во-вторых, не забывай: ты – мой младший брат, который не умеет разговаривать! Помалкивай, Айна! На нас и так поглядывают во-о-он те зеваки. – Я указал глазами на толпившихся у входа подгорников.

Несколько долгих секунд она молча смотрела на меня.

– Немой брат? Ладно. Договорились!

Вздернув носик, она направилась прямиком к дому.

Обиделась… Ну и пусть! Будет время подумать.

Я проводил ее взглядом. Если она и похожа на мальчишку, то на очень красивого.

Сердце тревожно екнуло.

Зря я позволил ей пойти со мной. Ох, зря!

– Верзилы! Куда прете? А заплатить? – Возле дома нам перегородил дорогу низкорослый гном в такой широкополой шляпе, что из-под нее был виден только кончик его мясистого носа и черная окладистая борода.

Айна растерянно оглянулась на меня.

– А разве для участников вход не бесплатный? – Я подошел ближе и без церемоний задвинул ее себе за спину.

– Участников? Ха! Так вы, юнцы, хотите сразиться с мастерами байдяги?!

– А что, для нас не осталось соперников? – Я продолжал смотреть в темноту под шляпой, где предположительно должны были находиться глаза подгорника. – Или мы рожами не вышли?

– Ну… ты, может, еще и сгодишься, а вот тощий пацанчик точно этот вечер не переживет.

– Он не участвует! – холодно отрезал я.

– А чего он сам за себя не ответит? – Гном ткнул коротким пальцем в выглядывающую из-за моей спины Айну.

– Мой брат не может разговаривать. – Я сделал короткий шаг вбок, снова закрывая ее собой. – В детстве пострадал от магии одного из черных колдунов Сайруса.

Гномы, толпящиеся у двери и явно прислушивающиеся к нашему разговору, недовольно загомонили:

– Шеркховы отродья!

– Порождения тьмы.

– Дерьмо, из вонючего брюха шеркха!

Все это касалось слуг Сайруса и его самого.

Доверие было завоевано.

– Проходите. – Гном, преграждающий нам путь, посторонился. – Надеюсь, условия вы знаете? Они просты. Битва чемпионов – это бой за деньги. От спортивной байдяги его отличает то, что никто не ручается ни за твое здоровье, ни за твою жизнь. Сначала выступают три чемпиона. И тот из них, кто останется победителем, будет драться с желающими. Если победишь – получишь десять тысяч золотых. Проиграешь – бесплатно проводят на выход. Тебя и твоего брата.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.