ИСПОРЧЕННЫЙ КАПИТАЛИЗМ
Рыночный фетишизм товаризации
Александр Тимофеевич Харчевников

© Александр Тимофеевич Харчевников, 2020

ISBN 978-5-4498-7917-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Потенциальные возможности метатеории полилогия, в части анализа и синтеза гетерогенного восприятия глубинных оснований самого социума и его восходящего исторического развития, позволяют положить начало рациональному дискурсу по теоретическим аспектам восходящего общественного развития и поиску начальных шагов предстоящего восхождения в условиях современного доминирования капиталистического способа производства. Полилогия и связанный с нею научный дискурс неизбежно превращают в очередную догматику неумолимую ограниченность прежних теорий и воззрений, которые ещё в конце прошлого века казались идеалом рационального миропонимания и расцветом торжествующего экономизма.

Автор метатеории «Полилогия современного мира. (Критика запущенной социологии)» А. С. Шушарин [42] так определяет суть и предмет полилогии:

«полилогия – это теория многомерных и „многослойных“ композиций отношений в основаниях общественной жизни всего современного человечества, в многообразии открывшихся к настоящей эпохе и тесно переплетённых структур, отношений и процессов».

Таким образом, как замечает автор, полилогия есть попытка переработки «самих фундаментальных оснований в научной картине современного социума, а в итоге выступить метатеорий или, попретенциозней, новой дисциплиной социальной мысли и слова в революционной переорганизации социального познания в субординации всех его основных потоков».

Именно эта революционная переорганизация социального познания и последующая субординации всех его основных потоков позволила выявить необоснованность ряда допущений экономического движения прежних теорий, включая и ошибочность некоторых основных положений. Значительная часть выявленной ошибочности в политэкономической теории общества в ходе полилогического анализа связано с монологичностью политэкономического воззрения на развитие современного общества. В частности, например, это касается практики применении и понятийной роли одной из его основных категорий «Капитала» – «рабочая сила».

В результате марксового допущения, – «рабочая сила как особый товар» [10, с. 110], – возникла вполне определённая внутренняя противоречивость его теории капиталистического способа (вос) производства. Исследование этой противоречивости и подобных, порождённых монологичностью «Капитала», конкретных моментов, связанных с использованием «товарных форм» совсем не товарных объектов, составило предмет данного эссе.

Полилогический анализ этой «теоретической практики» позволяет на системной основе вскрыть типологическое многообразие объектов, образующих всё конкретное множество соответствующих негативных явлений действительной жизни современного капиталистического общества, и выявить не только сущностную сторону этих явлений, но и истоки их возникновения. Этот феномен в данной работе характеризуется как «рыночный фетишизм товаризации».

Рыночный фетишизм товаризации означает верование в то, что конкретные не вещевые объекты, не «внешние предметы», обладают «мистическими свойствами» товара и могут быть включены в оборот на основе товарно-денежных отношений. Это верование, возникающее в условиях объективно существующего метаболизма в обществе, сводится к тому, что всякий продукт труда или объект действительной жизни помимо своих обычных естественных черт, продиктованных самой естественной природой, обладает невидимой, но неотъемлемой «меновой ценностью», а, следовательно, по мнению этих «верующих», способен проявлять товарные свойства и выступать на экономическом рынке в форме товара.

В этой связи вполне уместно и целесообразно ввести в научный оборот понятие «рыночного фетишизма» (рыночный фетишизм товаризации), которое охватывает все сферы действительной жизни в части жизнедеятельности человека и, образно говоря, включает в себя уже и «товарный фетишизм» в отношении объектов и процессов, не являющихся по своей естественной природе собственно товарными продуктами.

Таким образом, предпринятый полилогический анализ, казалось бы, широко известных явлений «традиционного» политэкономического миропонимания позволяет дать содержательный ответ на вечно традиционный вопрос: – Что делать? Суть этого ответа и вечный императив исторических трансформаций состоит в устранении выявленных социальных деформаций общественного развития современного капитализма на всём множестве типологий воспроизводственных процессов действительной жизни.

Для знакомства с многочисленными аспектами конкретного применения метатеории полилогия, вплоть до дальнейшего развития её теоретических положений, приглашаю уважаемых читателей на созданные с этой целью сайты в сети интернет:

– http://polilog.ucoz.net;

– http://proza.ru/avtor/polilog;

– http://shusharin.ru/.

Раздел 1. ПОЛИЛОГИЯ ОБЩЕСТВА

Глава 1. Введение в полилогию эндогенных форм исторического развития общества

Действительная жизнь как полилогия многообразия структур, отношений и процессов

Более полутора века тому назад, в 1867 году, К. Марксом был опубликован первый том «Капитала». В «Предисловии к первому изданию» К. Маркс пишет: «Предметом моего исследования в настоящей работе является капиталистический способ производства и соответствующие ему отношения производства и обмена. … является раскрытие закона экономического развития современного общества» [10, с. XXXII—XXXIII]. И далее: «… я рассматриваю развитие экономической формации общества как естественно-исторический процесс» [10, с. XXXIII].

Таким образом, Маркс концентрирует своё исследование лишь исключительно на экономическом движении современного общества. Тогда это было общество бурного экономического развития, а «экономизм» составлял суть этого общества. Он выразительно проявил как свою внутреннюю, вещественную, природу, так и свой «негатив» в форме, так называемой, «экономической эксплуатации». В то же время он выявил известный всем марксистам тренд своего гибельного и критического, а вместе с тем и революционного восходящего развития, – в форме обобществления средств производства.

Короче, путь познания общества в то время проходил через познание экономического движения – экономических отношений в обществе. И это было обосновано, ибо это было время становления капитализма с его доминирующим экономическим способом производства.

Однако человечество не стояло на месте и в бурном росте восходящего развития, в грохоте канонад и мощного социального протеста Великой Октябрьской социалистической революции 1917 года, разорвало ставшее тормозом «экономическое движение» и на просторах бывшей Российской Империи образовался новый, «ранее никогда не бывший», тип общества. Это было первое общество социализма, которое к 1922 году сформировалось как Союз Советских Социалистических Республик – СССР.

На примере СССР и стран социалистического лагеря весь мир увидел, что общественные отношения в обществе отнюдь не ограничиваются только экономическими отношениями. Таким образом, спустя всего 50 лет после издания первого тома «Капитала» мир начал резко меняться, а уже через столетие он значительно «полевел» в своём развитии и раскололся на два лагеря, – социалистический и капиталистический. С той поры уже не только экономическое движение определяло тип общества и новый облик ещё разрозненного, расколотого, человечества. В восходящем развитии мир вышел за рамки экономической теории «Капитал» и «Политической экономии». Эстафету восходящего развития принял социализм.

Поэтому совсем не случайно, например, писал Ф. Энгельс в 1890 году в письме Й. Блоху: «…Согласно материалистическому пониманию истории в историческом процессе определяющим моментом в конечном счёте является производство и воспроизводство действительной жизни. Ни я, ни Маркс большего никогда не утверждали. Если же кто-нибудь искажает это положение в том смысле, что экономический момент является будто единственно определяющим моментом, то он превращает это утверждение в ничего не говорящую, абстрактную, бессмысленную фразу» [47, с. 496—498].

Итак, экономический момент даже в марксовом учении о самом капитализме, созданном более 150 лет тому назад как учение об экономическом движении «вульгарного» капитализма середины Х1Х века, не является единственно определяющим моментом!

Более того, Энгельс прямо подчёркивает, что материалистическое понимание истории есть понимание в конечном счёте «производства и воспроизводства действительной жизни». Поэтому в трудах классиков марксизма, посвящённых капитализму, сам капитализм представляется как эндогенный, внутристрановый, а поэтому и локальный, срез «экономического движение» общества. Это экономическое движение всего лишь доминирует в современном обществе.

В этой связи и по поводу анализа исторических событий классик коммунистической теории Фридрих Энгельс писал: «…Имеется большое количество перекрещивающихся сил, бесконечная группа параллелограммов сил, и из этого перекрещивания выходит одна равнодействующая – историческое событие». При этом, характеризуя далее понимание исторического процесса, Ф. Энгельс пишет: «Существует взаимодействие всех этих моментов, в котором экономическое движение как необходимое в конечном счёте прокладывает себе дорогу…» [47, с. 496—498].

Однако, в нашем понимании и в нашем контексте, в «Капитале» утверждается по сути не об историческом движении человечества, а лишь о доминировании в градации капитализм чистой эндогенной формы производства и воспроизводства жизни как экономического процесса. То есть, именно этой экономической чистой эндогенной форме (ЧЭФ) как процессу и посвящён «Капитал» К. Маркса.

При этом, в теории же исторического развития общества, говоря словами классиков, речь идёт в целом о «производстве и воспроизводстве действительной жизни» как «материалистического понимания истории».

За прошедшие полтора века мир действительной жизни значительно изменился и в своём развитии вышел далеко за рамки теории, основанной на экономическом движении. Современная разрозненная научная рефлексия позволяет лишь локально раскрывать и описывать те или иные стороны исторического целостного процесса общественного производства и воспроизводства действительной жизни. Но по-прежнему остаются актуальными попытки ответа на многочисленные вопросы материалистического понимания истории. В частности, – какое «движение» доминирует в обществе после капитализма, а ещё шире, сейчас и «после», – в целом всего человечества как сообщества различных эндогенно локальных обществ? Какая социальная сила, из множества «перекрещивающихся сил», является главной в каждом типе общества и в человеческом сообществе в целом? Какие «движения» являются определяющими, какие социальные силы и моменты знаменуют собой дальнейшее движение человеческого сообщества в восходящем развитии?

На рисунке 1 условно и схематично, на основе современных полилогических воззрений, для различных этапов внутристранового, эндогенного, развития отдельного локального общества иллюстрируются выше высказанные положения о «параллелограмме сил» в историческом процессе восходящего общественного развития производства и воспроизводства действительной жизни этого общества. При этом в качестве «перекрещивающихся сил» берутся чистые составляющие воспроизводственных процессов (ЧЭФ), которые доминируют в переломной первобытности (ПП) и первобытности (П), рабовладении (РБ) и феодализме (Ф), капитализме (КП) и социализме (С), Информационном обществе (ИО) и Обществе знания (З) и т. д.

Рис. 1. «Бесконечная группа параллелограммов сил» эндогенной логики исторического развития производства и воспроизводства действительной жизни отдельного локального общества.

Как видно из представленной схемы, в отличие от энгельского понимания, экономическое движение доминирует и характерно лишь для капитализма.

Кроме того, эта модельная схема рассматривает лишь историческое развитие производства и воспроизводства действительной жизни отдельного локального общества. «Иначе говоря, – как пишет А. С. Шушарин на первых страницах 3-ей книги «Полилогия…», раздел «Сложная логика истории», – если Маркс в одном частном логико-историческом случае «вульгарного капитализма» точно установил, что «формирует конкретных агентов производства» … и «переформировывает» их, то теперь ещё предстоит установить, что «формирует переформировывает конкретные общества во всём мироустроении», да и само это мироустроение. Надо полагать, что что-то посолидней, чем, в частности, классический феод, капитал или «технологический феод» (социализм – ХАТ)» [45, с. 10].

Таким образом возникает потребность в установлении переформатирования всего нынешнего мироустроения, – от множества разрозненных обществ различной типологии к глобальному человечеству как единому обществу. При этом чистые экзогенные составляющие форм глобальных, общечеловеческих, воспроизводственных процессов (ЧЭкзФ), которые доминируют в каждой исторической формации не повторяют градационные формы (устар. – формации) отдельно взятого общества, а имеют свою собственную «массовидную» атрибутику воспроизводственных объектов, процессов, структур, механизмов и пр. Промежуточной формой в этом глобальном историческом движении человечества являются агломераты стран и народов, то есть союзы по типу СССР, ЕС и др.

Однако такая буквальная, практически физическая, трактовка социальных сил и их взаимодействия в обществе не даёт, и не может дать, ответы на поставленные вопросы, ибо весьма удалена от сущностей социально-исторического движения в развитии социума, всей действительной жизни общества.

Ответ на ранее поставленные вопросы даёт и может дать лишь современная наука, а в частности, – фундаментальная, пятитомная, целостная социологическая метатеория развития общества А. С. Шушарина «Полилогия современного мира. (Критика запущенной социологии)» [42]. Именно «Полилогия…» рассматривает действительную жизнь, законы её развития во всём их многообразии, в том числе она генерализирует, включает в себя как составную часть, и учение К. Маркса об «экономическом моменте».

Сложная логика истории представлена в метатеории полилогия двумя «ортогональными» логиками развития социума, это – эндогенная логика развития отдельно взятого общества (страны, народа) (см. рис. 1) и экзогенная (международная) логика развития социума в целом, то есть – человечества как единого общества. Представляется, в отличие от собственно «Полилогии…», что при всей декларируемой ортогональности этих составляющих сложной логики истории мироздания имеет место и некое единство материалистического понимания истории, суть которого и предстоит, как часто пишет автор полилогии, «расплести» через определённое историческое соотношения этой пары полилогических логик исторического развития человеческого социума и мироустроения.

Наконец, последнее, – автор и создатель метатеории «Полилогия…» А. С. Шушарин так определяет суть и предмет полилогии, в самом начале своего пятитомного изложения:

– «полилогия – это теория многомерных и „многослойных“ композиций отношений в основаниях общественной жизни всего современного человечества, в многообразии открывшихся к настоящей эпохе и тесно переплетённых структур, отношений и процессов» [43, с. 7];

– «в критическом срезе полилогия в значительной мере представляет собой возражение как самодовольному, даже научно-сервильному либерализму, так и отнюдь не в меньшей степени махине догматизированного марксизма» [43, с. 7];

– «полилогия возражает как упрощённому (лукаво или наивно „общечеловеческому“) космополитизму, так и тем более „суверенному“ национализму. Критическая, так сказать, работа, дальше некуда. Попросту говоря, революционная» [43, с. 7].

Таким образом, как замечает и сам автор, полилогия есть попытка переработки «самих фундаментальных оснований в научной картине современного социума, а в итоге выступить метатеорий или, попретенциозней, новой дисциплиной социальной мысли и слова в революционной переорганизации социального познания в субординации всех его основных потоков» [43, с. 10].

1.1. Статика и динамика «действительной жизни»

История развития общества есть история последовательного обобществления всех значимых объектов действительной жизни, что, собственно, и обеспечивает её восходящее развитие по сложности.

Сложность всякой системы, в том числе и социума, – это свойство, обусловленное внутренней закономерностью её построения, существования и развития, которое определяет ряд интегральных параметров, включая пространственную структуру и свойства протекающих в этой структуре процессов. Известно, что в своём движении и развитии каждая система стремиться к достижению максимально устойчивого состояния и форм упорядоченности в условиях окружающей её среды и самого существования. В наиболее укрупнённом и наипростейшем срезе возрастание по сложности можно представить цепью глобальных проявлений «космофизического – геохимического – биологического – социального». Это не исключает и их самого, внутреннего, развития по сложности, при этом собственно социальный срез является базовым предметом изучения в метатеории полилогия.

В основаниях эндогенной, внутристрановой логики полилогии действительная жизнь отдельного общества в статике рассматривается как множество следующих базовых типологических объектов (рис. 2):

– «человек» и «общая жизнь»;

– «работник» и «пространство производства»;

– «средства производства» и «функции, технологии»;

– «информация» и «общественное познание»;

и т. д.

Рис. 2. Действительная жизнь общества в эндогенной логике полилогии (объём понятия «действительная жизнь»).

Данный объём понятия «действительная жизнь» раскрывается через логическое деление по признаку (основание деления) «механизм взаимодействия агентов производства» при производстве и воспроизводстве конкретных объектов соответствующей типологии как элементов действительной жизни.

Основные свойства процессов воспроизводства базовых объектов описываются следующим составом атрибутов:

– механизм взаимодействия агентов производства;

– материально-знаковые отношения;

– разделение труда;

– богатство;

– ценность;

– родовой негатив;

– доминирующая собственность (асимметрия);

– преодолевающий сдвиг;

и др.

Если отобразить развитие общества во времени как восходящее развитие по сложности, а в этом и заключается собственно объективная суть восходящего исторического развития, то получим следующую монотонно возрастающую кривую (см. рис. 3).

Рис. 3. Восходящий рост развития общества по сложности и общая формула-схема воспроизводственного процесса действительной жизни.

Эта кривая представляет собой непрерывный единый процесс производства и воспроизводства жизни. Нарастание «толщины» данной кривой как бы символизирует рост мощности воспроизводственного процесса общества.

В статике, эндогенно, состав объектов действительной жизни можно рассматривать как поперечное сечение кривой данного единого процесса жизни, что собственно схематично и представлено на рисунках 2 и 3. При этом состав типологических объектов действительной жизни остаётся неизменным для любого момента развития общества, – для любой эпохи и для любой градации.

Каждому из перечисленных типологических базовых объектов (см. Приложение 2, Таблица 2. Типология объектов производства и воспроизводства действительной жизни) соответствует свой способ его воспроизводства, который представляет, так называемую, чистую эндогенную форму (ЧЭФ), по сути, чистый процесс производства и воспроизводства базового объекта данной типологии. Этот процесс по каждой ЧЭФ в ходе исторического развития общества развивается восходяще по сложности, что может быть отображено монотонно возрастающей кривой, представленной на рисунке 4.

Рис.4. Восходящий рост исторического развития типологического ЧЭФ-процесса по сложности

Эта кривая представляет собой непрерывный исторический процесс производства и воспроизводства объектов данной типологии.

В целом, в совокупности (композиции), все эти ЧЭФ образуют единый процесс воспроизводства всей действительной жизни общества. Эта совокупность процессов ЧЭФ, можно сказать, есть отображение единого процесса воспроизводства действительной жизни в динамике исторического восходящего развития, которая на схеме рис. 3 представлена одной «толстой» кривой.

В реальности все слои ЧЭФ, как подпроцессы действительной жизни общества, тесно переплетены между собой и взаимосвязаны. Однако, вначале, мы рассмотрим чистые процессы воспроизводства различных типологических объектов (ЧЭФ) как «самостоятельные», отдельно происходящие, с целью последующего уяснения их внутренней сущности.

Далее. Всем известна знаменитая марксова формула-схема кругооборота товарного капитала:

Т* – Д* – Т (Сп, Рс) … П… Т** — и т. д.

Запишем по её подобию аналогичную формулу-схему для всего, в целом, процесса производства и воспроизводства действительной жизни в общем виде на основе соответствующих общих атрибутов типологических процессов ЧЭФ, см. рис. 3. Вот эти, ранее уже упоминаемые, основные атрибуты: базовый объект производственных отношений и отношений собственности, механизм взаимодействия агентов производства, материально-знаковые отношения, разделение труда, богатство и ценности, родовой «негатив», доминирующая собственность (асимметрия), преодолевающий сдвиг и др.

Тогда получим следующее общее для всех типологий объектов выражение соответствующей формулы-схемы действительной жизни:

ОБ* – МЗ* – ОБ ((ОБ)) … П (ДТ (труд)) … ОБ** — и т. д.,

где ОБ – объект воспроизводства;

МЗ – материально-знаковые отношения;

П – производство;

ДТ (труд) – деятельность, труд;

(ОБ) – исходные ресурсы для воспроизводства.

1.2. Полилогия многообразия чистых эндогенных форм процессов воспроизводства действительной жизни общества

Если рассматривать продольный срез, а точнее, срез-развёртку «толстой» кривой графика рис. 3, то получим отображение восходящего развития общества с раскладкой по типологическим ЧЭФ в виде многослойного процесса, состоящего из подпроцессов ЧЭФ, см. рис. 5—1.

Рис. 5. Полилогия многообразия подпроцессов ЧЭФ действительной жизни общества

В полилогии, опираясь на образы известных социологов, эти подпроцессы ЧЭФ действительной жизни именуются слоями, ЧЭФ- слоями, а сама действительная жизнь представляется как «многослойная» и «разноматериальная».

На данном рисунке (см. рис. 5—1) овалом выделена формула-схема капиталистического способа производства, ЧЭФ «экономическая», которая достаточно полно была изучена К. Марксом и составила основу его учения «Капитал». Соответственно светлым пунктиром выделен и сам ЧЭФ-слой, отображающий подпроцесс, доминирующий в капиталистическом обществе (см. рис. 5—2). Очевидно, что вышеприведённая марксова формула-схема всего лишь часть общей схемы воспроизводства жизни, где все прочие ЧЭФ в традиционном отображении представляются обычно как условия производства. Всё это позволяет говорить о генерализации «Полилогией…» А. С. Шушарина учения К. Маркса «Капитал», то есть утверждать, что метатеория А. С. Шушарина уже только в рамках эндогенной логики полилогии рассматривает «Капитал» как составную часть «Полилогии…». А это и есть основа генерализации, которая, как говорят, – имеет место быть!

Таким образом, что каждому типологическому объекту действительной жизни соответствует свой собственный, можно сказать, слой воспроизводственного процесса жизни на всём протяжении исторического развития общества. Эти слои-процессы, так же, как и кривая восходящего развития, со временем возрастают в своей мощности и сложности. На рис. 5—2 рост сложности каждой ЧЭФ отображается как возрастающая со временем толщина соответствующего слоя. Интегральная кривая развития общества по сложности на этом рисунке представлена толстой белой линией с большими белыми кружками, символизирующими этап активного восходящего становления данной исторической градации (устар. «формации») при доминировании соответствующего ЧЭФ-слоя (помечен кружком) как воспроизводственного подпроцесса. Разумеется, что «время» здесь не конкретно историческое, а абстрактное, отражающее лишь последовательное нарастание сложности некоторой идеальной модели общественного развития общества.

Итак, производство и воспроизводство действительной жизни в каждый исторический момент есть композиция следующего множества чистых эндогенных форм ЧЭФ-подпроцессов, или чистых способов производства (см. Приложение 1, Таблица П1. Чистые эндогенные формы). Перечислим их в порядке восходящего исторического доминирования в обществе (рис. 5—2):

– ЧЭФ «переломная первобытность»;

– ЧЭФ «первобытная» (апополитейная);

– ЧЭФ «рабовладельческая»;

– ЧЭФ «феодальная»;

– ЧЭФ «экономическая, капиталистическая»;

– ЧЭФ «функциональная, социалистическая»;

– ЧЭФ «информационная»;

– ЧЭФ «общественное познание»;

и др.

При этом наблюдается закономерное чередование в восходящем развитии ЧЭФ с базовым объектом-предметом и ЧЭФ с базовым объектом-процессом (см. Приложение 2, Таблица П2. Типология объектов производства и воспроизводства действительной жизни).

Как следует из схемы рисунка 5 на каждый исторический момент развития общества его уровень сложности определяется суммированием сложности отдельных ЧЭФ-слоёв, образующих композицию, при доминировании лишь одного ЧЭФ-слоя как главного подпроцесса. Этап в историческом развитии общества по сложности, при доминировании одного и того же ЧЭФ-подпроцесса, образует соответствующую градацию как композицию ЧЭФ-слоёв. Наименование этой градации задаётся доминирующей в её композиции ЧЭФ, а сама доминирующая ЧЭФ на историческом этапе существования данной градации на схеме отмечена большим белым кружком.

Дадим в первом приближении краткое описание упомянутых ЧЭФ в объёме их основных атрибутов, полный состав которых, разумеется в данном изложении, представлен в Приложении 1, Таблица П1.

ЧЭФ «переломная первобытность».

Это, прежде всего, самый глубокий и витальный, жизненный, слой. Это процесс воспроизводства самого, можно сказать, базового, человеческого материала, но не материального, а «духовного материала» – «индивидуума человека». Иначе говоря, изначально это стада «человеков» как мыслящих биологических существ или, можно сказать, – человеков-индивидуумов, а данная ЧЭФ есть воспроизводство базового объекта «человек» (Таблица П2). В этом ЧЭФ-слое с помощью средств воспроизводства человека-индивидуума как совокупности средств человеческой жизнедеятельности (языка, культуры, образа поведения) и предметов жизнедеятельности (труда) типа «человеческого дитя», можно сказать, «воспитания дитяток», используя механизм социально-биологического общения в онтогенезе человека, воспроизводится сам «человек-индивидуум». Это не просто воспроизводство человека как животного, как некого биологического существа, а именно воспроизводство того «человеческого», что и отличает человека от животного.

Будучи уже взрослым человеком это высокоразвитое животное, с необычайно эффективным мозгом, порождающим сознание и мышление, продолжает жить по суровым законам стада животных.

Конкретные атрибуты ЧЭФ этого типологического объекта следующие. Механизм взаимодействия агентов этого производства жизни есть «социально-биологическое общение в онтогенезе человека». Материально-знаковые отношения – «свой – чужой» (первонимика или символьная зоонимика). Богатство – физическое, «телесно-биологическое здоровье» и, следует добавить, – в мышлении и сознании. Доминирующая собственность (асимметрия) – «эгостадная собственность», образно говоря, человекообразного животного на человека (на обозреваемый им мир как «свой мир», что есть собственность на «весь мир», на некое своё миро-воззрение). Родовой негатив – «животное насилие (беспредел)» или «зверство».

Механизм социально-биологического общения в онтогенезе человека (в психологии), согласно краткому психологическому словарю, это формирование основных структур психики индивида в течение его детства. Действительно, воспроизводственный процесс ЧЭФ «переломная первобытность» есть воспроизводство человека – базового объекта «человек».

Очевидно, что в состав «социально-биологического общения онтогенеза» и в базовый объект-предмет «человек» (культура, образ жизни индивидуума) не входят те элементы, которые присущи самой животной составляющей человека и его общения – его «долюдского бытия». Всё это, не входящее в объём понятия базовый объект-предмет «человек» воспроизводственного подпроцесса ЧЭФ «переломная первобытность», грубо говоря, можно отнести к элементам, образующих сущность приматов – «гоминидов, предлюдей, – как угодно, но ещё не людей».

Согласно мнению ряда исследователей по данным молекулярной биологии и сравнительной морфологии, и анатомии, палеонтология указывает на древние сроки существования этого высокоорганизованного семейства прогрессивных приматов от 8—10 до 7—8 млн. лет назад. В то же время палеолит, как первый исторический период каменного века с начала использования каменных орудий гоминидами (род homo), датируется порядка 2,5 млн. лет назад. Сама же подлинная (апополитейная) первобытность имела место «десятки тысяч лет назад», причём появление у человека земледелия связывают с 10 тысячелетием до н. э.

Грубо говоря, это процесс (вос) производства из новорождённого «дитя» зрелого человека с определённым мировоззрением и культурой личного жития. То есть в новорождённом, как в биологическом субста (н) те (биологической субстанции) будущего человека, в воспроизводственном процессе формируется, выражаясь подобно лингвисту В. В. Мартынову, «Действительность-2». В отличие от «Действительности-1», каковой является окружающий нас мир реальных вещей, «Действительность-2» или язык как система языковых знаков-символов характеризуется таким «свойством языка, которое называют его рефлексивностью, то есть способностью «обсуждать самого себя»». Другое свойство языка «перемещаемость», – как пишет д. б. н. Е. Н. Панов, – «позволяет творить символы языка и оперировать ими в рамках «Действительности-2», позволяет думать и говорить об отсутствующих в данный момент вещах и событиях. …планировать свою деятельность далеко вперёд… прогнозировать …анализировать… выбирать наиболее приемлемые решения. <…>

Всё это лишь часть тех гигантских преимуществ, которыми обогатилась психика человека, когда возник язык, а лингвистическое поведение словно бы наслоилось сверху на рациональное, рассудочное поведение наших предков- животных. Но у этой сияющей медали, увы, есть обратная сторона. С возникновением в умах людей «Действительности-2» они в известном смысле превратились в её рабов. … это бросается в глаза при взгляде на так называемые традиционные культуры, где каждый опутан бесчисленным множеством абсурдных с точки зрения человека нового времени предписаний, ограничений и табу» [24, с. 514].

Вообще же человек, как личность никогда не существовал без языка и не мыслим без окружения культурными преобразованиями, нормами, правилами, институтами, практикой и традициями.

Разумеется, что сам процесс воспроизводства из новорождённого в «человека зрелого» условно можно разделить на подпроцессы личного и общественного общения, что в реальной жизни и в теории компенсируется одновременным и взаимосвязанным протеканием всех воспроизводственных процессов (ЧЭФ) действительной жизни общества и отдельного человека.

Таким образом общение людей есть базовый, самый глубокий, витальный и жизнеобразующий механизм социального взаимодействия агентов действительной жизни и общества. Или, как пишет автор метатеории полилогия, – это механизм ЧЭФ-слоя как «основополагающей инфраструктуры бытия, как самое живое и глубокое тело самой жизни, над которым „наслоены“ все остальные формы. Вот это и есть самый глубокий и толстый „слой“ (в образах Ф. Броделя или Д. Андреева), который не виден экономизму или виден в извращённом свете» [44, с. 60].

Критическая теория, описывающая эту ЧЭФ, – «Эусоциальный антропогенез» (эусоциальность – истинная социальность у животных) или «Теория переломной первобытности». Возможно, что здесь был бы уместен и термин близкий к микросоциальности. Эта ЧЭФ доминирует в градации переломная первобытность эпохи человека. Преодолевающий сдвиг – «обобществление человека», то есть социализация воспроизводства человека, создание общества!

ЧЭФ «первобытная».

Это, прежде всего, самый глубокий и витальный, жизненный, слой, но уже общества. Это процесс воспроизводства самого, можно сказать, базового, «человеческого общежития», то есть изначального общества (праобщества). В этом ЧЭФ-слое с помощью средств воспроизводства общественного человека, социализации людей-индивидуумов и их жития как совокупности средств жизнедеятельности (труда, образ жизни и культуры социума) и предмета жизнедеятельности типа «общая жизнь людей-индивидуумов», используя механизм культурно-духовного общения общества, воспроизводится сама «общая жизнь» людей, само сообщество людей как общество.

Это совокупность мыслящих человеческих существ со своей культурой жития, общения, со своим языком, традициями и т.п., осуществляющих воспроизводство объекта «общая жизнь» (Таблица П2).

Конкретные атрибуты ЧЭФ этого типологического объекта следующие. Механизм взаимодействия агентов этого типа воспроизводства жизни есть «культурно-духовное общение». Материально-знаковые отношения – «фамилия, имя, свойство (антропонимика)». Богатство – «телесно-духовное здоровье». Доминирующая собственность (асимметрия) – «групповая собственность на общую жизнь», а родовой негатив – «табу и насилие».

Это, можно сказать, следующий уровень понимания собирательной формулы «что есть общение» людей отдельно взятого общества связано с социализацией действительного человека, то есть революционного преодоления рассмотренного выше состояния переломной первобытности, которое образно автор полилогии обозначает следующей метафорической данностью: «В этой первобытности человек уже был, а общества не было» [44, с. 82].

«В то же время в конце мустьерского периода (35 – 40 тыс. лет назад), – пишет А. С. Шушарин, – человек уже со всей определённостью есть. <…> Вот этот-то неуловимый, бурный период и есть начало образования общества, взрыв, когда недоочеловеченные предки или просто отстающие гибли и уничтожались, но когда уже начали с конца верхнего палеолита сохраняться и синполитейные формы примитивных, но уже обществ или культур, культуры вообще…» [44, с. 95].

Это был период исторически восходящего эндогенного развития уже общества, период градации «первобытность», в которой доминирует, главенствует, ЧЭФ «первобытная». Градация «первобытность» есть олицетворение второй фазы первой эпохи эндогенного исторически восходящего развития общества.

В ЧЭФ «первобытная» воспроизводимым базовым объектом-процессом является «общая жизнь» или иначе – жизнь людей как общества, то есть образ жизни и культура общества, образ поведения. Эквивалентом в промежутках между циклами производства на основе механизма культурно-духовного общения выступает «фамилия, имя, свойство».

Разумеется, что «фамилия, имя» выступает не просто как наименование объекта, а как свойство и некая вполне определённая, конкретно содержательная и микросоциальная, социально-культурная ценность данного общества. То есть это непрерывный процесс воспроизводства «общей жизни» через социализацию, наращивание некого культурно-духовного слоя в восходящем развитии уже именно общества. Можно сказать, что здесь идёт речь об экспансии «образа жизни», где главной ценностью и мотивом поведения для человека является его принадлежность к данному обществу. При этом через механизм общения людей в обществе закладываются и развиваются всё новые и новые конкретные социально-воспроизводственные процессы, технологии и отношения между людьми, как вполне определённое культурное основание и образ жизни отдельно взятого общества в исторически восходящем развитии по сложности.

Что же касательно языка, мышления и сознания, то их воспроизводственные процессы в виде ЧЭФ-слоёв были, условно говоря, заложены значительно ранее. Поэтому, и в силу самого восходящего развития по сложности, эти ЧЭФ-слои лежат ещё глубже чем сам человек, чем ЧЭФ-слой «переломная первобытность» и тем более чем ЧЭФ-слой «первобытность», а их «градационные» этапы восходящего развития предшествуют градациям «переломная первобытность» и «первобытность» самой первой эпохи человека.

Критическая теория, описывающая эту ЧЭФ, – «Политический социогенез (простая культурология)». Эта ЧЭФ доминирует в градации первобытность эпохи человека. Преодолевающий сдвиг – «обобществление общей жизни», то есть социализация (демографизация) производства жизни.

ЧЭФ «рабовладельческая».

Следующий ЧЭФ-слой как чистый процесс есть процесс воспроизводства специалистов и умельцев, умеющих и могущих работать людей, то есть работников. Это процесс воспроизводства базового объекта типа «работник».

Атрибуты ЧЭФ воспроизводства данного типологического объекта следующие. Механизм взаимодействия агентов этого типа воспроизводства жизни – «трудообмен». Материально-знаковые отношения – «дипломы (трудонимика)». Богатство – «трудовые ресурсы». Доминирующая собственность (асимметрия) – «собственность на работников (рабов)», а родовой негатив – «диктат».

Критическая теория – «Политическая демография». Эта ЧЭФ доминирует в градации «рабовладение» эпохи работников. Преодолевающий сдвиг – «обобществление работников», то есть «натурализация (территориализация) производства» жизни.

ЧЭФ «феодальная».

Далее, следующий слой, – это процесс воспроизводства, можно сказать, «малой Родины», среды обитания, местности жизнедеятельности относительно самодостаточной совокупности людей, то есть некоторого пространства производства и воспроизводства действительной жизни. Это воспроизводство объекта «пространство производства (и жития)».

Атрибуты ЧЭФ этого типологического объекта следующие. Механизм взаимодействия агентов подобного типа воспроизводства жизни есть «соседствование». Материально-знаковые отношения – «прописка (топонимика)». Богатство – «натуральное богатство». Доминирующая собственность (асимметрия) – «натурально (парцеллярно) иерархическая собственность на пространство производства». Родовой негатив – «крепость, крепостничество, повинность, подати».

Критическая теория – «Политическая география». Эта ЧЭФ доминирует в градации «феодализм» эпохи работника. Преодолевающий сдвиг – «обобществление пространства производства», то есть «индустриализация (товаризация) производства» жизни.

ЧЭФ «экономическая, капиталистическая».

Этот, следующий слой, – процесс воспроизводства вещей, имущества, орудий труда и быта, иначе – товара, то есть слой воспроизводство всем известного базового типологического объекта «средства производства».

Атрибуты ЧЭФ данного типологического объекта следующие. Механизм взаимодействия агентов этого типа производства жизни есть «товарообмен». Разделение труда – «продуктовое». Базовое взаимодействие (симметрия) – «вещественно-продуктовое (товар)». Базовые производственные отношения – «экономические (товарно-денежные)». Материально-знаковые отношения – «деньги» (товаронимика). Богатство – «вещественное богатство». Наконец, доминирующая собственность (асимметрия) – «частная собственность на средства производства».

Критическая теория – «Политическая экономия», «Капитал». Эта ЧЭФ «экономическая», или «рыночная», доминирует в градации «капитализм» эпохи индустрии. Преодолевающий сдвиг, как дальнейшее восходящее и революционное развитие общества, – «обобществление средств производства», то есть «технологизация (плановизация) производства» жизни. Родовой негатив – «экономическая эксплуатация».

ЧЭФ «функциональная, социалистическая».

Этот, следующий, ЧЭФ-слой доминирует при социализме. Это, – процесс воспроизводства «функций и технологий», всевозможной «работы» как жизнедеятельности людей. То есть – воспроизводство объекта «технологии, функции».

Атрибуты ЧЭФ данного типологического объекта следующие. Механизм взаимодействия агентов этого типа производства есть «соисполнение». Разделение труда – «ячеистое (пооперационное)». Базовое взаимодействие (симметрия) – «функциональное». Базовые производственные отношения – «функциональные (технологические)». Материально-знаковые отношения – «документы, статусы коллективов и лиц» (технонимика). Богатство – «технологии (функции)». Наконец, доминирующая собственность (асимметрия) – «группо-иерархическая собственность на технологии», а родовой негатив – «дефект производства», «статусное неравенство» (долженствование).

Критическая теория – «Политическая технология», первый образ которой, на основе «Полилогии…», представлен в работе «Критическая теория социализма. (Политическая технология) – М.: Авторская книга, 2011». Всё это атрибуты ЧЭФ «функциональная», или «отраслевая, плановая», которая доминирует в градации «социализм» эпохи индустрии. Преодолевающий сдвиг, как дальнейшее восходящее и революционное развитие общества, – «обобществление технологий», то есть информатизация воспроизводства жизни.

ЧЭФ «информационная».

Следующий слой ЧЭФ – это процесс воспроизводства информации, всевозможных данных, сведений, знаний о жизнедеятельности людей и мире, «контента», то есть информации по воспроизводству действительной жизни. Это процесс воспроизводства базового объекта «информация» и в первую очередь информационно-коммуникационных средств как программного обеспечения воспроизводства.

Атрибуты ЧЭФ данного типологического объекта следующие. Механизм взаимодействия агентов этого производства жизни есть «соинформирование», «полное и свободное информационное обеспечение» (информационный обмен). Разделение труда – «сетевое». Базовое взаимодействие (симметрия) – «информационное». Базовые производственные отношения – «информационные». Материально-знаковые отношения – «торренты (инфоронимика)». Богатство – «информация, знания». Наконец, доминирующая собственность (асимметрия) – «частная собственность на информационный продукт», а родовой негатив – «информационное неравенство».

Критическая теория – «Политическая информатика», первый образ которой представлен в работе «Теория информационного общества…» [39]. Всё это атрибуты ЧЭФ «информационная», доминирующей в постсоциалистической градации «Информационное общество» эпохи знания. Преодолевающий сдвиг, как дальнейшее восходящее и революционное развитие общества, – «обобществление контента информационно-коммуникационных „средств производства“», «обобществление информации (информированность и прозрачность производства)», онаучивание производства жизни.

ЧЭФ «общественное познание».

Наконец, последующий слой ЧЭФ – это процесс воспроизводства общественного познания как знаний и умения познавать, как системных представлений и понимания самой жизнедеятельности людей и мира, теорий, то есть знаний по воспроизводству действительной жизни. Это процесс воспроизводства объекта «познание», «общественное познание», и в первую очередь как системного процесса информационного обеспечения воспроизводства всей действительной жизни.

Атрибуты ЧЭФ этого типологического объекта следующие. Механизм взаимодействия агентов данного типа производства жизни есть «логическое соответствие». Разделение труда – «системно-сетевое», научное (понятийное). Базовое взаимодействие (симметрия) – «исследовательское, познавательное» (когнитивное). Базовые производственные отношения – «общественные познавательные» (когнитивные). (Справка Википедии. Когнити́вность (лат. cognitio, «познание, изучение, осознание») – способность к умственному восприятию и переработке внешней информации.) Материально-знаковые отношения – «исследовательский статус (когнионимика)», документы, учёный ранг, авторитет. Богатство – «общественное познание» (причастность к познанию, к знанию). Наконец, доминирующая собственность (асимметрия) – «системная группо-иерархическая собственность на процесс общественного познания», а родовой негатив – «издержки творчества» и «неконцепт» (концептуальное неравенство).

Критическая теория – «Политическое общественное познание», первый образ которой представлен в работе «Теория Обществазнания…» [40]. Всё это атрибуты ЧЭФ «общественное познание», доминирующей в постинформационной градации «Общество знания» эпохи знания. Преодолевающий сдвиг, как дальнейшее восходящее и революционное развитие общества, – «обобществление общественного познания», то есть теоретизация, философизация производства жизни.

И т. д.

Далее следует, вероятно, эпоха креативности и действительного творчества масс в условиях единого концептуального начала.

Таким образом, только в эндогенном как внутреннем, внутристрановом развитии общества метатеория «Полилогия…» включает в себя целый ряд частных теорий. При этом естественно возникает вопрос о том, – каков механизм развития социума по сложности и в чём его суть в декларируемом восходящем историческом развитии общества? В чём принципиальное различие градационных исторических, революционных, переходов в многообразии чистых эндогенных форм метатеории полилогия и традиционной пятичленки «Капитала» как монотеории лишь одного экономического движения в восходящем развитии действительной жизни?

1.3. О градациях и механизме перехода от одной градации к другой

1.3.1. Доминирование, бифуркация и главная последовательность восходящего развития

Изначально, в своей основе, полилогия опирается на «пятичленку» как исторический факт. Это – первобытность, рабовладение, феодализм, капитализм и социализм. Эта последовательность есть восходящая последовательность градаций, которые в классическом марксизме именуются социально-экономическими формациями. Термин «градации» взят у Маркса. И правильнее говорить всё же о «социально-воспроизводственных градациях», ибо «экономическое» в чистом виде связано лишь с капиталистическим способом производства.

Что такое градация (устар. – формация)? Градация – это композиция всех известных типологий чистых воспроизводственных процессов, то есть ЧЭФ. Все они существуют и реализуются в своём развитии одномоментно и параллельно, то есть перечень ЧЭФ для всех градаций один и тот же (см. рис. 5—2). Вид градации определяется лишь типом доминирующей ЧЭФ, то есть тем типологическим подпроцессом, который главенствует в данной градации. Доминирование это одно из основополагающих положений «Полилогии…».

На рис. 5—2 кружком помечены те ЧЭФ, которые доминируют в соответствующих градациях.

Доминирование означает, что данный тип ЧЭФ освещает, подчиняет и деформирует, нивелирует все прочие подпроцессы ЧЭФ-слоёв, навязывая им свои механизмы, формы и прочую атрибутику, которая в своей конкретности не свойственна их внутренней, природной сущности.

Так при капитализме, в градации капитализм, доминирует ЧЭФ «экономическая» с доминирующим объектом производственных отношений и отношений собственности «средства производства», – то есть ВЕЩЬ как внешний предмет и товар. Соответствующий механизм взаимодействия агентов производства при этом – товарообмен, а материально-знаковые отношения – деньги. Богатство и ценность – вещи, средства производства, капитал. Поэтому все прочие объекты другой типологии рассматриваются в силу доминирования экономических отношений через призму товара, товарно-денежных отношений и денег.

Вследствие чего, например, такой объект как информация (контент), который не есть вещь, ибо его невозможно отдать другому, не оставив себе, и который можно, практически без затрат, неограниченно тиражировать, начинает при капитализме рассматриваться, кодифицироваться правом как некий «внешний предмет», как вещь и товар. И эта правовая трансформация происходит вопреки самой информационной природе этого типологического объекта. Поэтому контентом (информацией) начинают торговать по законам товара, однако видя, что из этого ничего путного не получается, начинают создавать специальное законодательство и структуры управления. Оно же, законодательство, уже принудительно деформирует механизм взаимодействия агентов производства и сами отношения по поводу этого объекта вопреки законам его природы. Тем самым это делает «нетовар», то есть информацию, как бы «товаром», и с помощью экономического (капиталистического) права насильно вводит её в рыночный оборот.

Подобное можно наблюдать и в отношении многих других типологических отличных от типологии «вещей» базовых объектов. Такова сила доминирования и таковы результаты соответствующей деформации производственных отношений и отношений собственности.

Так вот, – смена градаций есть смена доминирующей ЧЭФ, доминирующего объекта и механизма, доминирующей ценности и богатства. Происходит эта смена, можно сказать, классически, тогда, когда уровень развития доминирующего объекта и его производства не соответствует уровню развития доминирующих производственных отношений в этой доминирующей ЧЭФ. Иными словами, но почти также традиционно, когда общественный (обобществлённый, по сути) характер производства данной доминирующей ЧЭФ вступает в противоречие с ограниченными (частными или группо-иерархическими) отношениями собственности по поводу доминирующего типологического объекта.

То есть состояние развития общества в условиях доминирования этой ЧЭФ входит в своё предельное критическое состояние, которое, как принято говорить, возникает на «хорошем основании». Однако, так как в мире нет ничего совершенного, то незначительные поначалу родовые недостатки, будучи предоставленные сами себе, заводят развитие данной ЧЭФ и общество в целом в тупик, выходом из которого является революционное преобразование общества. Чтобы «снять» этот недостаток, превратившийся в «родовой негатив», необходима смена доминирующей ЧЭФ, а короче – необходима смена доминирующего объекта производственных отношений и отношений собственности, а также смена соответствующего механизма взаимодействия агентов производства.

Это состояние критического этапа в развитии, прежде всего, данной доминирующей ЧЭФ, а также и соответствующие деформации прочих ЧЭФ, приводят общество в состояние бифуркации. Бифуркация – это неустойчивое равновесие производственного процесса по производству и воспроизводству действительной жизни, когда среди множества малозначащих факторов-сил, любое их незначительное изменение приводит к лавинообразному процессу с непредсказуемой восходящей или нисходящей (деградационной) траекторией последующего развития, принадлежащей множеству возможных, потенциальных исходов.

Так как нами рассматривается чисто теоретическая, то есть идеальная, модель развития, то мы концентрируем своё внимание только на восходящем развитии общества по сложности.

Таким образом, возвращаясь к схеме рисунка 5—2, восходящая последовательность градаций как композиций ЧЭФ может быть представлена следующим рядом вертикальных фрагментов (столбцов) этого общего отображения процессов производства и воспроизводства действительной жизни: переломная первобытность, первобытность, рабовладение, феодализм, капитализм, социализм, информационное общество, общество знания и т. д. Эти фрагменты-композиции напоминают многослойные пирожные со «стандартным» набором слоёв ЧЭФ, объёмный образ которых напоминает геодинамическую тектонику литосферных плит, но уже в понятиях восходящего эндогенного социально-воспроизводственного развития социума и его будущего.

Сами слои различаются своей мощностью (толщиной, сложностью), причём, только один слой-ЧЭФ доминирует, то есть содержит ту изюминку, которая характеризует данную градацию и её отличие от других. На рисунке 5—2 ЧЭФ, доминирующая в данной градации, помечена белым тонированным кружком-изюминкой.

Соединив эти, по сути критические, переломные точки в развитии общества, мы получим кривую восходящего развития общества, эндогенно (см. рис. 5—2, сравни с рис. 3). Или, как говориться в «Полилогии…», – главную последовательность критических точек восходящего развития общества.

1.3.2. Полилогическая трактовка традиционной «пятичленки» эндогенного развития общества

К сожалению, обоснованно рассматривая капиталистический способ производства с экономических позиций, традиционный марксизм и наши классики рассматривают прочие градации (традиционно, – общественно-экономические формации) так же с позиций «экономического движения», а не их (градаций) собственное и совсем не экономическое содержание движения. И хотя при этом сами способы производства различаются, правда, в теоретическом плане больше по названию, а именно: первобытнообщинный способ производства, рабовладельческий и феодальный способы производства, капиталистический, социалистический и коммунистический способы производства, – все они, как и капиталистический способ производства, рассматриваются как «экономическое движение». Их категориальная база остаётся неизменной, это средства производства, товар, товарообмен, стоимость, эксплуатация, частная собственность, деньги, капитал и пр. Исторически наблюдается лишь, скажем так, рост сложности и мощи средств производства, – почти как у С. Ю. Глазьева технологические уклады, но более укрупнённые.

Отчасти это можно было бы трактовать как некое апробирование, например, К. Марсом и первыми марксистами, – капиталистической (экономической!) точки зрения, как теории экономического способа производства капитализма, на градациях иной природы, известных из материалистической истории общественного развития. Подобное свойственно всем учёным и изобретателям, как говориться, – попробовать свою теорию в деле. Однако эта апробация (как проверка уже пригодности и правильности) теории, если вообще это можно назвать апробацией, была куцей и тенденциозной, ибо игнорировала собственную основу, природу этих градаций, их доминирующие ЧЭФ. То есть в толковании градаций (устар. – формаций), как уже отмечалось, если воспользоваться схемой рис. 5—2, они не выходят не выше и не ниже за пределы слоя ЧЭФ «экономическая» (ЧЭФ «капиталистическая, рыночная, или товарно-денежная»). Этот слой на схеме выделен белым пунктиром.

Другими словами, в таком чисто экономическом восприятии градаций, а в прежней терминологии – формаций, градации рассматриваются не как исторический факт развития собственно градаций (формаций), а как исторический факт реализации различных уровней развития только исключительно экономического движения (ЧЭФ «капиталистическая, экономическая», а точнее, – деформаций этого движения.

Перефразируя, можно сказать, что все градации (формации) рассматриваются с позиций исключительно только «Политической экономии». Однако, при этом полностью игнорируется собственная материальная природа и теория этих градаций как социально-воспроизводственных форм. При этом даже само их прежнее название «общественно-экономические формации» ограничивает их понимание рамками экономического движения.

Полилогический анализ общественных социально-воспроизводственных форм позволяет не только препарировать их вглубь до уровня чистых эндогенных форм (ЧЭФ) производства и воспроизводства действительной жизни, но выявить более общие исторические формы восходящего развития чем градационная последовательность сложной логики истории.

1.4. Историческая эпоха как целостная мера эндогенного восходящего развития общества

О некоторых закономерностях исторически восходящей последовательности социально-воспроизводственных градаций и их атрибутов

В схематике процесса общественного развития как сложной логики истории чётко прослеживается некоторая закономерность изменения атрибутивных свойств исторически восходящей последовательности социально-воспроизводственных градаций и, в том числе, отношений собственности.

До настоящего момента попытки выйти за пределы исторического ряда главной последовательности градаций, как факта, основывались, скажем так, на типологической полноте понятия «действительная жизнь» (раздел 1.1). Это, несомненно, позволило нам ранее в некотором приближении описать контуры не только «Информационного общества», но и логически следующего за ним «Общества знания».

Используемый подход, несомненно, продуктивен, но полученные результаты описания и представлений об этих обществах будущего весьма скупы и в высшей степени формализованы, абстрактны. Поэтому представляется чрезвычайно важным дополнить их некоторым подобием конкретного предметного описания и представлениями, используя достаточно развитой метод содержательного корреляционно-регрессионного анализа, различных атрибутивных свойств категориального аппарата полилогии. В частности, в основу такого анализа следует положить атрибутивные свойства базовых типологических объектов как предметов производственных отношений и, в первую очередь, отношений собственности по их поводу.

На данный момент мы имеем пока самое общее представление об эмпирическом корреляте эндогенной логики в целом как главной последовательности исторически восходящих градаций общественного развития: переломная первобытность, первобытность, рабовладение, феодализм, капитализм, социализм, «Информационное общество», «Общество знания». Данная последовательность критических точек восходящего развития общества в полилогии отображает переломные моменты перехода от одной градации к другой.

В ранее выполненных работах отмечается такая особенность этой последовательности как систематическое чередование доминирования в историческом ряде этих градаций двух видов базовых типологических объектов (см. таблицу П2 «Приложения» 2 и рис. 6). Это чередование объектов-предметов и объектов-процессов. Оно происходит согласно следующей последовательности объектов:

человек (язык, мышление) – предмет;

общая жизнь – процесс;

работник – предмет;

пространство производства – процесс;

средства производства (вещь) – предмет;

функции (технологии, работа) – процесс;

информация – предмет;

общественное познание – процесс

и т. д.

Рис. 6. Становление категории отношений частной собственности в восходящем развитии общества

Такое чередование доминирующих базовых объектов в исторически восходящем ряде градаций подразумевает и некоторые сущностные связи между парами градаций этой главной последовательности. Основой этой сущностной связи выступает соответствующая связанная пара последовательно доминирующих объектов, состоящая из объекта-предмета и объекта-процесса. Так как окружающей нас реальностью является материальный мир, материя, то первым в паре стоит объект-предмет. Объект-предмет может быть не только «физическим предметом», но и идеальным (абстрактным) объектом, так как в основе материальности мира лежит объективность его существования.

Сущностные связи обусловлены структурой пары последовательно доминирующих воспроизводственных процессов как чистых эндогенных форм (ЧЭФ) и характером отношений собственности по поводу их базового объекта.

Так в отношении всех доминирующих объектов-предметов имеют место частные отношения собственности как основа соответствующих производственных отношений (см. таблицу П2 «Приложения» 2 и рис. 6). Такой тип отношений порождает диссипативный характер производства, атомизированность агентов производства, действующих хаотично без всякой согласованности своей воспроизводственной деятельности. Это порождает хаос в доминирующем типе производства соответствующей градации и жёсткую конкуренцию, особенно в период развитых отношений, входящих в кризис и достигших предела своего прогрессивного развития.

Естественным продолжением, очередным шагом, последующего восходящего развития является упорядочение производственных отношений, устранение хаоса и атомизированности в производственной деятельности агентов производства, смена конкуренции согласованным развитием производства при сохранении производственной соревновательности и дружеской состязательности.

Таким образом, центр тяжести в воспроизводственной деятельности по данному доминирующему объекту-предмету переноситься с его собственно количественного производства на оптимальную, упорядоченную организацию (вос) производства данного объекта-предмета. Это совсем не означает, что обществу становиться безразличной проблема воспроизводства объектов-предметов данной типологии, просто проблема количества создаваемых конкретных объектов-предметов к этому историческому моменту оказывается решённой обществом и подразумевает выпуск данной «продукции» в необходимом количестве и качестве, в потребном ассортименте.

Теперь главным, доминирующим, в воспроизводственном процессе становится оптимальная организация воспроизводственного процесса, то есть «процесс» оказывается в центре внимания общества. Упорядочение воспроизводства объектов данной типологии становится доминирующим объектом производственных отношений и отношений собственности. Теперь, с этого момента, доминируют соответствующий объект-процесс и его ЧЭФ. Очевидно, что упорядочение воспроизводственного процесса данного объекта-предмета требует его обобществления, то есть требует обобществлённых отношений собственности относительно данного объекта-предмета. В результате производственные отношения по поводу этого объекта-предмета переходят под контроль общества, его «всеобщего интеллекта», то есть включаются в инфраструктуру общества.

При этом соответствующий объект-процесс оказывается в центре внимания тех агентов производства, которые принимают эти новые ценности, это новое понимание «богатства» в обществе. Так или иначе, но объект-процесс оказывается в их ограниченных отношениях собственности. Так как производственный процесс и его организация есть дело многочисленных коллективов и отдельных личностей, то и отношения собственности по поводу этой типологии объект-процессов оказываются групповыми, а ввиду сложности коллективных процессов иерархически групповыми и системно-сетевыми. Это не частные отношения собственности, как по поводу объектов-предметов, но и не обобществлённые, а ограниченные отношения собственности, что и отличает их (частные, и группо-иерархические, системно-сетевые и т.п.) от обобществлённых отношений собственности.

Учитывая регулярность и системность этого явления «парности», выделим периоды двух последовательных градаций, характеризуемых доминированием объекта-предмета и объекта-процесса, как фазы и обозначим каждый из подобных сдвоенных периодов, двухфазовый период, термином «эпоха». В восходящем историческом развитии общества соответственно окажутся выделенными следующие эпохи:

– Эпоха человека. Эта эпоха соответствует периоду существования градаций переломная первобытность и первобытность. В градации переломная первобытность доминирует объект-предмет «человек (язык, мышление)», а в градации первобытность доминирует объект-процесс «общая жизнь».

– Эпоха работника. Эта эпоха соответствует периоду существования градаций рабовладение и феодализм. В градации рабовладение доминирует объект-предмет «работник», а в градации феодализм доминирует объект-процесс «пространство производства».

– Эпоха индустрии. Эта эпоха соответствует периоду существования градаций капитализм и социализм. В градации капитализм доминирует объект-предмет «средства производства (вещь)», а в градации социализм доминирует объект-процесс «функции (технологии)».

– Эпоха знания. Эта эпоха соответствует периоду существования градаций информационное общество и общество знания. В градации информационного общества доминирует объект-предмет «информация», а в градации общества знания доминирует объект-процесс «общественное познание».

– Эпоха мудрости. И т. д.

Проиллюстрируем сказанное примером восходящего развития общества.

Эпоха индустрии. В градации капитализм доминирует объект-предмет «средства производства (вещь)». Производство атомизировано. Каждый агент производства действует в независимости от подобных ему агентов, что порождает хаос перепроизводства или убыточность производственной деятельности, разорение. Целью производства является получение максимальной прибыли, но никак не интересы потребителей. Вследствие конкуренции и несогласованности производственной деятельности огромные ресурсы растрачиваются впустую, а присущая данному способу экономическая эксплуатация порождает социальную напряжённость в обществе.

Наконец становиться очевидной необходимость в коренной перестройке производственной деятельности как процесса и повышению его эффективности, необходимость в устранении негатива экономической эксплуатации. То есть объективно возникает необходимость в упорядочении в целом всего процесса товарного производства, производства «вещей». Это становиться возможным лишь в условиях обобществления «средств производства», постановки их под контроль общества, сбросе этого производства в инфраструктуру общества, что, так или иначе, реализуется соответствующими усилиями общества. Общество от градации капитализм переходит к градации социализм.

В центре внимания агентов производства теперь оказывается сам производственный процесс (технологии, функции), работа. В отличие от старого понимания богатства новой ценностью становиться сама «работа», место агента в воспроизводственном процессе производства «вещей». Уровень развития производства, достигнутый ещё при капитализме уже в состоянии полностью обеспечить потребности общества, то есть обеспечивает некоторый минимум потребности в вещах. Теперь главное, основной мотив жизнедеятельности, занять в этом производственном процессе «удачное место» с высоким общественным статусом, что гарантирует высокое благообеспечение.

В результате весь производственный процесс оказывается в руках коллективов и лиц, в их собственности, ибо это текущая историческая ценность и богатство. На каждом «рабочем месте» (функция) хозяином становится исполнитель, на каждом коллективном рабочем месте хозяином становится коллектив, на предприятии – коллектив, в отрасли – коллектив и т.д., вплоть до центра. Такой вид отношений собственности называется группо-иерархическим. Метафорами такого вида собственности на объект-процесс являются: «моя работа», «наша бригада», «мой завод», «наше предприятие» и т. п.

Таким образом, в градации социализм эпохи индустрии доминирует объект-процесс «функции (технологии)», который в быту именуется просто – работа.

Всё это показывает, что целостным шагами восходящего развития социума по сложности являются исторические эпохи пар градаций, а сам процесс смены типологии доминирующих базовых объектов и ценностей в обществе носит регулярный, периодический характер.

1.5. Категориальное поле метатеории «Полилогия…» и «Капитал»

Полилогия и её автор А. С. Шушарин не разрывают с марксовым учением как «Политической экономией» капитализма, а берут его за образец действительно первой в истории научной социологической теории, которая ограничилась лишь прорывной и исторически спасительной ветвью, назревающей бифуркации. Начиная главу о капитализме, А. С. Шушарин пишет: «Единственная известная „акультурная“ теория эндогенной формы, т.е. критическая, эзотерическая, парадоксальная, революционная теория исторически нового критического же состояния, – это, напомним, и есть гомогенная теория капитализма Маркса, „Капитал“. На фоне апологий буржуазных политэкономий Маркс дал теорию идеального типа „реального капитализма“ тогдашнего времени только с одним, восходящим трендом» [44, с. 316].

Эта глава 10-я «Полилогии…» называется «Капитализм («Политическая экономия», точнее, критика)» и посвящена собственно капиталистическому способу производства, то есть его чистой эндогенной форме – ЧЭФ «экономическая, капиталистическая, рыночная». Далее, кратко, всего на 20 страницах излагаются сжато основные положения учения К. Маркса.

Итак, «Политическая экономия» капитализма, то есть теория ЧЭФ «экономическая или товарно-денежная», разработанная К. Марксом в его труде «Капитал», полностью, можно сказать, включена в состав «Полилогии…» А. С. Шушарина. Марксово учение «Капитал» рассматривается здесь лишь только как основа частной теории «Политической экономии» капитализма, точнее, как основа теории чистой эндогенной формы экономического (капиталистического) способа производства и воспроизводства действительной жизни. То есть «Политическая экономия» есть всего лишь теоретическая основа ЧЭФ «экономическая» (см. рис. 5—2, слой ЧЭФ «экономическая» выделен светлым пунктиром).

Однако, далее, можно сказать, по образу и подобию логики «Капитала» построены в значительной мере частные теории всех прочих эндогенных форм идеального типа, в том числе и «Политической технологии» социализма, и «Политической информатики» информационного общества, и «Политического общественного познания» общества знания.

В этом и проявляется величие этой, теперь уже частной, критической и революционной, однако всего лишь гомогенной монотеории капитализма Маркса «Капитал».

1.5.1. Система основных категорий «Полилогии…»

Великое видится на расстоянии.

Анализ прошлого с позиций современности позволяет оценить великий вклад К. Маркса в построение нынешних теоретических воззрений на социологию исторического развития общества. Наиболее выпукло это видится с позиций метатеории развития общества А. С. Шушарина «Полилогия современного мира…», опубликованной спустя почти полтора века после выхода в свет основного труда К. Маркса «Капитал».

Начиная с постановки задачи, уже в первых стоках первой главы полилогия отталкивается от двух наиважнейших принципов, позволяющих преодолеть множество противоречий в познании происходящего на планете и в обществе. Это принцип презентизма и принцип соответствия.

В познавательно рациональном смысле принцип презентизма заключается в том, что более сложное позволяет понять и переосмыслить более простое, исторически предшествующее. Так, например, политическая экономия не может успешно анализироваться с политэкономической же точки зрения. Для объективного и успешного рассмотрения чего-либо существующего необходимо выйти за его же пределы и подняться на более высокую и сложную точку зрения.

То есть оценить теоретическую и практическую значимость той или иной теории в рациональном познании, а, в частности, и политической экономии К. Маркса и его «Капитала», можно лишь с позиций более общей теории, например, политической социологии. При этом, разумеется, предполагается, что политическая экономика является составной и равной среди равных, частей образующих политическую социологию общества.

Вторым опорным принципом в научном познании полилогии действительной жизни и общества является принцип соответствия, который состоит в том, что основное рациональное предшествующее знание сохраняется в новом, генерализующем знании. Но сохраняется в более восходяще сложном и богатом содержании, разумеется с некоторым отстранением или пренебрежением форм, не соответствующих восходящему развитию знания. То есть предшествующее рациональное знание сохраняется, но в новом виде как уже снятое и частное, более узкое и сжатое.

При этом генерализация понимается как усложняющее и восходящее новообразование, одновременно и видоизменённо включающее рациональное из прежних форм. Генерализация содержит и обобщения, но предшествующее знание она не просто обобщает, а восходяще видоизменяет его, снимает.

А если кратко и относительно новой теории, то она должна включать правильные и рациональные положения старой теории преимущественно в качестве частных случаев.

То есть «генеральность» выступает не только в научной форме связи времён, уважения и бережности ко всякому рациональному в предшествующем научном познании, но и как новообразующее обобществление и метатеоретичность, преемственно координирующих перемены в одно субординированное целое множества отраслей политической социологии общества и социального общественного познания действительной жизни общества.

Последнее в полной мере характеризует позиционирование учения К. Маркса «Капитал» и метатеории «Полилогия…» А. С. Шушарина.

Таким образом, относительно учения К. Маркса «Полилогия…» выступает как метатеория, генерализирующая основной труд К. Маркса «Капитал», включающая его в себя как составную часть. В целом, как пишет А. С. Шушарин в четвёртой главе «Образ теории („методология“); символ „научной веры“»:

«… это уже не диамат, а полимат, или социологически не истмат, а полилогия, или не формационность, а постформационность, или основания уже не гомогенны (экономичны), а гетерогенны, или преемственно-поступательна не постмарксистская, а именно постмарксова логика и т.д., и т. п.» [43, с. 450].

Уместно здесь же добавить: – не диалектика, а полилектика. То есть по всем, если так можно сказать, методологическим характеристикам неизменно главенствует одно, – «поли» и «гетерогенно», множественно и разнообразно, то есть более сложное как в структуре, так и в организации.

Создавая теорию экономического движения, К. Маркс как объективный исследователь заложил (невольно) те конкретные ростки категориальных основ, которые соответствуют более высокой и сложной точке зрения на развитие общества. В последствие эти «ростки» основ были в полную силу развиты и дополнены творческим гением нашего современника А. С. Шушариным в его пятитомной метатеории «Полилогии современного мира…». При выходе за пределы экономического движения его частное категориальное множество было систематизировано и логически встроено в эндогенную логику полилогии. Сама система новых категорий эндогенной логики представлена в Таблице 1 «Полилогии…» [45, с. 7] (см. Приложение 1, Таблица П1).

Об узости экономического учения «Капитал» сказано К. Марксом уже в его первых строках. Однако, по меркам того времени, это была фундаментальная социологическая теория.

«Капитал» К. Маркса начинается абзацем, содержащим ряд базовых категорий первой очереди:

– «Богатство обществ, в которых господствует капиталистический способ производства, представляет («выступает как» – ХАТ) «огромное скопление товаров», а отдельный товар его элементарную форму («этого богатства» – ХАТ). Наше исследование начинается поэтому анализом товара.

Товар есть прежде всего внешний предмет, вещь, которая по своим свойствам («благодаря её свойствам» – ХАТ) способна удовлетворить какую-либо человеческую потребность» [10, с. 1].

(Здесь и далее по тексту при цитировании первого тома «Капитала» в круглых скобках, для сравнения, приводится «традиционный» перевод под редакцией И. И. Скворцова-Степанова в издании, подготовленным Институтом марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, а через дефис указаны инициалы автора настоящей книги и данного комментария.)

Категории истинны и не произвольны, являются абстракциями (отвлечёнными, общими понятиями) отношений действительности, «выражают…, – как писал К. Маркс, – формы бытия, условия существования, часто только отдельные стороны определённого общества…». Поэтому в центре вышеупомянутой Таблицы 1 «Полилогии…» оказалась строка «Богатство», в которой лишь в четвёртом столбце чистых эндогенных форм (ЧЭФ) различных воспроизводственных процессов, а именно в столбце ЧЭФ «капитализм», упомянуто «вещественное богатство», которое по «Капиталу» есть «товар».

В качестве наглядной иллюстрации приведём небольшой модернизированный фрагмент этой таблицы. В приведённом фрагменте таблицы, во втором левом столбце боковика, жирным шрифтом отмечены общие для всех ЧЭФ категории, а курсивом, в остальных пяти столбцах, – частные категории (подкатегории), присущие лишь отдельным ЧЭФ. Подкатегории ЧЭФ «капиталистическая» (ЧЭФ «капитализм») выделены в таблице заливкой светло-серого тона.

Фрагмент Таблицы 1 «Полилогии…».

Некоторые категориальные атрибуты ЧЭФ

Некоторые категориальные атрибуты ЧЭФ, окончание

Уже во втором абзаце «Капитала» Маркс уточняет категориальное понятие товар, – «Товар есть прежде всего внешний предмет, вещь,…» [10, с. 1]. То есть из базовой категории «богатство» в «Капитале» посредством некоторого, вероятно, интуитивного логического деления, выделяется лишь «вещественное богатство», «вещь». Однако, как видно из строки №5 таблицы, в полилогии объём понятия базовой категории «богатство» действительной жизни делится на следующие подкатегории: телесно-духовное здоровье, трудовые ресурсы, натуральное богатство, собственно вещественное богатство, технологии (функции), а также ещё не вошедшие в таблицу, но уже однозначно себя проявившие, – информация и знания, общественное познание. Среди этих подкатегорий только «вещное богатство» есть «внешний предмет, вещь», прочие же подкатегории не являются вещью, внешним предметом.

Полилогия рассматривает эндогенное (внутристрановое) развитие современного общества как исторический факт последовательной смены градаций. В экзогенном же, межстрановом (международном), развитии человечество находится пока лишь в самом начале пути его исторического формационного развития. Соответствующая формация этого исторического состояния развития мирового социума обозначается как формация «империализм» эры «стран и народов», при этом человечества как единого общества пока нет.

В целом же, как уже отмечалось, логика «Капитала» и структура его частных категорий в значительной степени послужила основой для каждой из частных теорий всех прочих эндогенных форм идеального типа. Вследствие этого в метатеории полилогия сформировались общие, базовые, категории для различных теорий чистых форм и градаций восходящего общественного развития. Объём каждой базовой категории раскрывается через соответствующие подкатегории ЧЭФ.

Это обстоятельство достаточно полно проявляется в вышеприведённом фрагменте Таблицы 1 «Полилогии…» и в самом построении таблицы П1 Приложения 1 категориальной атрибутики чистых эндогенных форм типологически различных подпроцессов действительной жизни.

Рассмотрим более подробно некоторые из этих категорий.

1.5.2. Сравнительный анализ категорий

Общая категория «базовый объект» воспроизводства.

Базовый объект воспроизводства, отношений собственности и производственных отношений в учении К. Маркса определяется как вещь – «средства производства». Это тонированная ячейка строки №1 вышеприведённой таблицы. Сохраняя семантическое подобие, свойственное подкатегории средства производства ЧЭФ «капиталистическая», в полилогии для ЧЭФ «социалистическая» имеет место другая, но всё же «родственная» по эпохе индустрии, подкатегория базового объекта – «технологии, функции». Соответственно, с учётом прочих ЧЭФ имеем следующую систему подкатегорий базового объекта воспроизводства: общая жизнь, работник, пространство производства, средства производства, технологии и функции. Все эти подкатегории образуют объём понятия базовой категории полилогии – «базовый объект», строка №1 таблицы. Семантика каждой из подкатегорий заключается в специфическом для каждой ЧЭФ взгляде, ракурсе, на обобщённое понимание «средств воспроизводства» не только как вещи (внешнего предмета), но и как средства производства иной типологии, вплоть до абстрактных понятий информации и познания, а также предмета и процесса вообще. В частности, например, такие базовые объекты как технология (функция), общественное познания (исследование) и пространство производства являются процессами.

С другой стороны, каждый из объектов строки №1 таблицы (или строки №4 таблицы П1 Приложения 1 – «базовый объект») является типологическим средством воспроизводства объектов той же типологии. В этой связи и создаваемое в производственном процессе данной ЧЭФ богатство имеет ту же типологию, а система типологических богатств всякого общества образует объём понятия базовой категории «богатство» (см. строку №7 таблицы П1 Приложения 1 – «богатство»).

Другими словами, и грубо:

– с помощью средств воспроизводства человека-индивидуума как совокупности средств человеческой жизнедеятельности (языка, культуры, образа поведения) и предметов жизнедеятельности (труда) типа «человеческого дитя», можно сказать, «воспитания дитяток», используя механизм социально-биологического общения в онтогенезе человека, воспроизводится сам «человек-индивидуум», но не как животное, биологическое существо, а именно воспроизводится то, что и отличает человека от животного (соответствующая ЧЭФ «переломная первобытность» образует первый тонированный столбец таблицы П1 Приложения 1);

– с помощью средств воспроизводства общественного человека, социализации людей-индивидуумов и их жития как совокупности средств жизнедеятельности (труда, образ жизни и культуры социума) и предмета жизнедеятельности типа «общая жизнь людей-индивидуумов», используя механизм культурно-духовного общения общества, воспроизводится сама «общая жизнь» людей, само сообщество людей как общество (ЧЭФ «первобытность»);

– с помощью средств воспроизводства и производства специалистов (но не вещей!) типа «работник» воспроизводится сам «работник» (ЧЭФ «рабовладельческая») и, пользуясь терминологией традиционной политэкономии, можно утверждать, что это в значительной степени способствовало «второму крупному общественному разделению труда: ремесло отделилось от земледелия»;

– с помощью средств воспроизводства и производства местности проживания и труда (но не вещей!) типа «пространство производства» воспроизводится само «пространство производства» (ЧЭФ «феодальная»);

– с помощью средств производства типа «средства производства как вещь» воспроизводятся сами «вещи» (в том числе и вещи как средства производства) (ЧЭФ «экономическая, капиталистическая»);

– с помощью средств производства и воспроизводства типа «технологии и функции» (обычной «работы», но не вещей!) воспроизводятся сами «технологии» (функции, работа) (ЧЭФ «функциональная, социалистическая»);

– с помощью средств воспроизводства и производства типа «информация» (различного контента и сведений, программ, то есть абстракций, но не вещей!) воспроизводится сама «информация» (ЧЭФ «информационная»);

– с помощью средств производства (различных исследований, но не вещей!) типа «общественное познание» воспроизводится само «общественное познание», дающее новое знание (ЧЭФ «общественное познание»).

Таким образом, с помощью полилогически разнообразных, так называемых, средств производства и воспроизводства как совокупности средств труда и предметов труда и жизнедеятельности (материальных и абстрактных, предметных и процессовых) действительной жизни воспроизводится сама «действительная жизнь общества».

Особо следует заметить, что базовый объект является и объектом обстоятельств производства и отношений собственности.

Общая категория «доминирующий класс», классовый состав общества.

Очевидно, что «базовые объекты», будучи типологически ортогонально различными объектами, вызывают и ортогонально различные производственные отношения и отношения собственности (см. строку №14 таблицы П1 приложения). В свою очередь это различие в отношениях вызывает возникновение, как писал В. И. Ленин в известной статье «Великий почин…» [8, с. 15], – «больших групп людей, различающихся по их месту в исторически определённой системе общественного производства», по их отношению к этим базовым объектам в виде средств производства различной типологии, – «по их роли в общественной организации труда, а, следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают». Эти группы людей образуют, так называемые, классы.

Классы, в чисто марксистском понимании и ЧЭФ «капиталистическая», – это также «группы людей, из которых одна может себе присваивать труд другой, благодаря различию их места в определённом укладе общественного хозяйства».

В полилогии все классовые явления рассматриваются как вторичные, то есть как производные от чисто материальных, объективных, отношений по воспроизводству действительной жизни. Это позволяет специально их не рассматривать в полилогическом анализе исторически восходящего воспроизводственного процесса социального развития общества, что, однако, не исключает соответствующих отступлений с классовым анализом.

Общая категория «негативы» социально-воспроизводственного развития общества.

Полилогически различные чистые воспроизводственные подпроцессы, ЧЭФ-слои, в критические периоды своего восходящего развития явно обнаруживают и свойственные им родовые «негативы» отношений (см. строку №9 таблицы П1 приложения).

Эти негативы восходящего исторического развития социума по сложности последовательно, от градации к градации, – «смягчаются»:

– от звериного насилия первобытности к рабовладельческому диктату;

– затем, от феодального крепостничества и повинностей к капиталистической экономической эксплуатации;

– наконец, от социалистического «дефекта производства» и «статусного неравенства» к «информационному неравенству» информационного общества;

– далее, к «издержкам творчества» и «неконцепту» Общества знания и т. д.

Общая категория «базовый механизм взаимодействия» агентов воспроизводственного процесса.

Как ранее было отмечено, воспроизводство действительной жизни общества представляет собой совокупность, композицию, чистых воспроизводственных процессов, то есть ЧЭФ-форм различной типологии. Каждой из этих ЧЭФ в представленном фрагменте таблицы соответствует свой столбец; столбец ЧЭФ «капиталистическая (экономическая)» выделен светло-серым тоном заливки. Каждой ЧЭФ соответствует свой собственный механизм взаимодействия агентов производства, который они используют при воспроизводстве и обмене объектами данной типологии или при установлении соответствия между объектами-процессами.

В «Капитале» К. Маркс рассматривает такой механизм взаимодействия агентов капиталистического производства как «товарообмен» или иначе, традиционно, – «рынок». Однако в действительной жизни в каждой из типологически различных сфер воспроизводства (ЧЭФ) имеет место свой ортогональный прочим сферам механизм взаимодействия агентов. Во фрагменте таблицы (строка №2) и таблице П1 приложения (строка №6) объём базовой категории «механизм взаимодействия агентов производства» раскрывается через следующие подкатегории:

– социально-биологическое общение в онтогенезе человека для ЧЭФ «переломная первобытность (см. таблицу П1 приложения);

– общение культурно-духовное для ЧЭФ «первобытная» (см. таблицу П1 приложения);

– трудообмен для ЧЭФ «рабовладельческая»;

– соседство для ЧЭФ «феодальная»;

– товарообмен (рынок) для ЧЭФ «капиталистическая, экономическая»;

– соисполнение для ЧЭФ «социалистическая, функциональная»;

– соинформирование, информационный обмен, для ЧЭФ «информационная» (см. таблицу П1 приложения);

– логическое соответствие для ЧЭФ «общественное познание» (см. таблицу П1 приложения).

При этом сам термин «механизм», правда, только в отношении товарообмена, так же прозвучал в «Капитале» в начале главы III – «Деньги, или обращение товаров». К. Маркс пишет:

«Непрерывный кругооборот двух противоположных товарных метаморфозов, или постоянная смена актов продажи и купли, проявляется в неустанном обращении денег, или в их функции как perpetuum mobile [непрерывно действующего механизма] обращения» [10, с. 78].

То есть можно предположить, что подкатегория «товарообмена», вероятно и образно говоря, привела автора полилогии к подобным, только что перечисленным, родственным подкатегориям обмена – «трудообмен», «соинформирование» и пр. И именно эта базовая категория связывает воедино, через ряд вышеперечисленных подкатегорий, все процессы взаимодействия в действительной жизни социума.

Общая категория «материально-знаковых отношений».

Из учения К. Маркса об экономическом типе движения известно, что «деньги представляют собой законченную форму всеобщего эквивалента, особый товар, с потребительной стоимостью которого прочно срослась эквивалентная форма стоимости». Именно «неустанное обращение денег» [10, с. 78] обеспечивает в развитом капитализме оборот вещей как «обращение товаров».

Однако, кроме этого экономического момента, действительная жизнь наполнена и есть суть движения категориального множеством других, типологически ортогональных вещам (товару), различных базовых объектов, которые также требуют обращения и своего выражения в материально-знаковых отношениях агентов производства действительной жизни.

Здесь, в полилогии, также возникает некоторая видовая аналогия с деньгами как «третьим товаром», но уже как множества соответствующих эквивалентов для обеспечения непрерывно действующего механизма обращения всей полилогии неэкономических объектов, таких как человек, общая жизнь, работник, пространство производства, технологии (процессы), информация, общественное познание и пр. При этом материально-знаковые отношения должны соответствовать характеру и типологии (типу) соответствующих базовых взаимодействий: социально-биологическим, демографическим, местным, функциональным, информационным, общественно познавательным (исследованиям). Такими материально-знаковыми отношениями в «Полилогии…» являются (см. строка №11 таблицы П1 приложения):

– «свой-чужой» для ЧЭФ «переломная первобытность»;

– «фамилия, имя, свойство» для ЧЭФ «первобытная»;

– «дипломы» для ЧЭФ «рабовладельческая»;

– «прописка» для ЧЭФ «феодальная»;

– «деньги» для ЧЭФ «капиталистическая, экономическая»;

– «документы, статусы коллективов и лиц» для ЧЭФ «социалистическая»;

– «торренты» для ЧЭФ «информационная»;

– «исследовательский статус и авторитет» для ЧЭФ «общественное познание».

На этой, пятой, базовой категории и остановимся. Приведённый краткий сравнительный анализ базовых категорий и частных подкатегорий метатеории А. С. Шушарина и частных подкатегорий учения К. Маркса показывает, что, так или иначе, категории «Капитала», можно сказать, послужили примером и образцом частных подкатегорий, правда, лишь одной гомогенной экономической типологии для уже гетерогенной революционной теории «Полилогия…». Прочие сравнения непосредственно представлены в теле самой таблицы 1 и таблицы П1 Приложения 1, они очевидны и не требуют специального комментария.

1.5.3. Преодолевающий сдвиг исторического революционного, восходящего развития общества

В таком сравнительном анализе невозможно оставить в стороне и не затронуть сущностные, фундаментальные, вопросы социологической теории. Это «производственные отношения» и «отношения собственности» (см. строки №7 и 9 фрагмента таблицы), а также вектор тренда преодоления известного противоречия между общественным характером производства и частной формой собственности, то есть частной (ограниченной!) формой присвоения результатов воспроизводственной деятельности, – строка №10 «преодолевающий сдвиг».

В учении К. Маркса описываются экономические, товарно-денежные производственные отношения капитализма, в которых доминирует, главенствует, порождая асимметрию, частная собственность на средства производства как «вещь». Это противоречие, как противоречие между общественным характером развитого капиталистического производства и частной формой присвоения его результатов, вследствие господства частной собственности на средства производства, преодолевается в ходе технологизации и плановизации производства. Сама же технологизация и плановизация производства является преодолевающим сдвигом и прямым результатом обобществления средств производства.

Подобный тренд на обобществление базового объекта отношений собственности согласно «Полилогии…» А. С. Шушарина не является исключительным для всего исторического восходящего развития общества в рамках эндогенной логики. В эндогенной логике полилогии каждый переход от градации к градации сопровождается преодолевающим сдвигом, можно сказать, аналогичным, но лишь в форме обобществления прежнего доминировавшего базового объекта отжившей градации.

Перечислим последовательно эти исторические «преодолевающие сдвиги», которые собственно и формируют инфраструктуру всякого общества, само общество (см. строку №15 таблицы П1 Приложения 1).

– Переход от переломной первобытности к первобытности, первобытному обществу; преодолевающий сдвиг – обобществление человека, социализация воспроизводства человека, действительной жизни человека. Возникновение общества!

– Переход от первобытности к рабовладению; преодолевающий сдвиг – обобществление общей жизни, то есть демографизация производства.

– Переход от рабовладения к феодализму; преодолевающий сдвиг – обобществление работников, то есть натурализация и территориализация производства.

– Переход от феодализма к капитализму; преодолевающий сдвиг – обобществление пространства производства, то есть индустриализация и товаризация производства.

– Переход от капитализма к социализму; преодолевающий сдвиг – обобществление средств производства, то есть технологизация и плановизация производства.

– Переход от социализма к информационному обществу; преодолевающий сдвиг – обобществление технологий, то есть информатизация производства.

– Переход от Информационного общества к Обществу знания; преодолевающий сдвиг – обобществление контента информационно-коммуникационных средств производства и онаучивание производства.

– Переход от Общества знание в эпоху мудрости; преодолевающий сдвиг – обобществление процесса общественного познания и философизация производства.

Следовательно, история развития общества, эндогенно, есть история последовательного обобществления всех значимых объектов действительной жизни, что собственно и обеспечивает её восходящее развитие по сложности. Сам же «тощий тренд» траектории ранее никогда не достижимого постсоциалистического развития к новому восходящему Информационному обществу и Обществу знания подробно изложен в книгах «Теория Информационного общества: О революционном переходе…» [39] и «Теория Общества знания…» [40].

1.5.4. О месте гомогенного «Капитала» в гетерогенном развитии современного общества

Всё вышеизложенное подтверждает, что фундаментальная социологическая метатеория развития общества А. С. Шушарина «Полилогия…» генерализирует учение К. Маркса, то есть включает его в себя как составную часть. В целом, образно, это утверждение на общем графике слоёв-ЧЭФ и градаций восходящего развития общества выглядит следующим образом, – см. рис. 5—2. Здесь временные интервалы существования градаций условно изображены равными, ибо отображают лишь последовательность и логику переходов от градации к градации.

Учение К. Маркса, его «Капитал» как основа «Политической экономии», отражающее по сути лишь состояние чистой формы варварского капитализма, представляет лишь небольшую толику всего процесса производства и воспроизводства действительной жизни, даже самой ЧЭФ «экономическая», и общества капитализма как градации в целом. Это вполне соизмеримо с точкой, изображённой двойным кружком и обозначающей доминирующий слой в градации капитализм (см. рис. 5—2).

Вполне резонна практика распространения политической экономии капитализма на весь, скажем так, «чистый капитализм». Это «чистый капитализм, как доминирующая ЧЭФ «капиталистическая (экономическая, рыночная)», есть «пространство производства» в пределах пятиугольника (точечный пунктир) с границами ячейки, образуемой лишь небольшой частью слоя ЧЭФ «средства производства» («капиталистическая»), лежащей в границах столбца градации капитализм эпохи индустрии. То есть, очевидно, что предмет политической экономии капитализма составляет лишь небольшую часть всего слоя ЧЭФ «капиталистическая», не говоря уже обо всём многослойном эндогенном поле восходящего развития социума.

Таким образом, в целом доля собственно учения «Капитал» в метатеории «Полилогия…» составляет малую толику всей теоретической социологии эндогенного развития общества, а «картинка» рисунка 5—2 наглядно это иллюстрирует.

При этом нельзя не пояснить и следующий важный момент теории.

Известно, что в рамки классической «Политической экономии», скажем так, традиционно и как правило в форме обзора, включают также и все прочие «докапиталистические» способы производства, – феодальный, рабовладельческий и первобытный, а также и социалистический (плановый). Почему так происходит, чем это вызвано и как это следует понимать?

Действительно (см. рис. 5—2), слой ЧЭФ «экономическая», на рисунке он обозначен как ЧЭФ «средства производства» (ЧЭФ «капиталистическая») проходит, пересекает, то есть входит в состав композиции каждой из градаций, в том числе и будущих. Однако, входя в прочие градации, этот ЧЭФ-слой уже не является доминирующим и не определяет суть прочих градаций. Эти области производственных отношений и отношений собственности рассматриваются в полилогии не как самостоятельные, а как всего лишь некоторые деформации слоя ЧЭФ «экономическая, капиталистическая». Эти деформации вызваны теми доминирующими отношениями производства, которые присущи соответствующим градациям.

Поэтому традиционное толкование прочих докапиталистических способов производства классической политической экономией есть, по сути, толкование деформаций ЧЭФ «экономическая», а не самих (истинных) понятий этих способов производства. То есть эти толкования деформаций, можно сказать, являются несобственными, наведёнными толкованиями самих понятий этих способов производства в условиях абсолютизации экономического взгляда (экономизм!) на развитие общества. В результате имеет место перенесение экономических отношений на явно неэкономические способы производства. Это явление и есть предмет полилогического анализа, которому посвящается данная работа. Указанное «перенесение» экономических отношений в форме доминирования на прочие, некапиталистические социально-воспроизводственные градации, образно говоря, сравни ошибочному заблуждению и, как следствие, – неверная трактовка фактов исторического развития и современности. В последнем случае имеет место ошибочное перенесение и трактовка, грубо говоря, рецидивов ранее доминировавших воспроизводственных процессов и понимание их в настоящем «снятом состоянии».

Что же касается градации социализм, то с учётом того, что это следующая восходящая ступень развития общества, наблюдается, мягко говоря, неполное понимание социалистического способа производства как несобственной формы, ибо её понимают исключительно как снятую капиталистическую форму (ЧЭФ). То есть считается, что социалистический способ производства основан лишь на обобществлении «средств производства», а не на собственных основаниях социалистического, функционального, способа производства с таким доминирующим объектом как «функции, технологии» и собственным ЧЭФ-слоем воспроизводственного процесса – ЧЭФ «функции» («социалистическая»). Одной из попыток целостного понимания градаций капитализм и социализм является рассмотрение их как двух последовательных фаз одной исторической социально-воспроизводственной эпохи индустрии [35].

Таким образом, в традиционной политической экономии проявление и действенность экономических отношений в прочих градациях, то есть за исключением капитализма, явно преувеличено и абсолютизировано.

И всё же присутствие экономических отношений, как и всех прочих типологий отношений и ЧЭФ, во всех градациях, – несомненно. Об этом говорит постоянный состав известных ЧЭФ в композициях градаций.

Таким образом, созданная К. Максом учение, «Капитал», как революционная теория исторически одной эндогенной гомогенной экономической формы, т.е. теория капитализма, стала примером и образцом для дальнейшего развития материалистического понимания истории общества «как естественно-исторического процесса». И если, со слов К. Маркса, – «товарная форма продукта труда или форма стоимости товара есть форма экономической клеточки буржуазного общества» [10, XXXII], то усилиями автора целостной метатеории «Полилогия…» созданы основы гетерогенного материалистического понимания истории общества и человечества как гетерогенного естественно-исторического процесса восходящего развития по сложности, которое разрывает сковывающие рамками одной гомогенной формы «Капитала». Это позволяет не только в полной мере оценить гений автора «Полилогии…», но последовательно и полномасштабно развивать само учение об историческом развитии социума как общественного организма, а не «клеточки».

Далее остановимся на актуальных трендах и базовых моментах целостного восприятия эндогенной логики исторического восходящего развития отдельно взятого общества, оставив в стороне не только экзогенную логику глобальных межстрановых отношений, но и полилогические аспекты взаимосвязи этих логик полилогии в историческом развитии человеческого социума по сложности.

1.6. Отношения собственности, обобществление и становление инфраструктуры общества

Ранее, в разделе 1.4 «Историческая эпоха…», кратко отмечалась уникальная, периодически возникающая, восходящая трансформация производственных отношений как революционный переход от частных отношений собственности к обобществлённым отношениям собственности. Уделим этому моменту особое внимание, ибо в этих отношениях, образно говоря, суть исторически революционных перемен.

Представим кривую восходящего развития общества по сложности, приведённую на рисунках 5—2 и 3, как непрерывно возрастающую, условно прямую, линию эндогенного развития общества. На схеме рис. 7 эта линия дана в координатных осях сложности общества и исторической смены градаций во времени.

Рис. 7. Схема трансформации исторически восходящих отношений собственности

Следует напомнить, что при доминировании какого-либо объекта производственных отношений относительно его всегда имеют место отношения ограниченной, то есть частной или группо-иерархической, собственности. Эта зона ограниченных отношений собственности расположена в непосредственной близости от линии восходящего развития общества и выделена на схеме: сверху – чёрным пунктиром, а снизу – белым пунктиром.

Очевидно, что в зоне этой схемы, расположенной справа от линии белого пунктира, или просто под ней, все объекты обобществлены, то есть находятся под контролем общества и, как говорят, принадлежат всему обществу. Эта зона есть зона исторического восходящего развития инфраструктуры общества, которая, по определению, обслуживает само общество.

Та область этой схемы (см. рис. 7), которая лежит в отдалении слева от линии идеальной модели восходящего развития общества, есть область, скажем так, неактивированных отношений собственности. Причём чем дальше влево и вверх от этой линии, тем менее развит и менее присутствует в действительной жизни соответствующий типологический базовый объект производственных отношений, вплоть до простейших, не осознаваемых в обществе форм. Разумеется, речь идёт о конкретном, реальном наполнении объёма этого понятия в данный исторический период.

Таким образом, при движении слева направо в каждом типологическом ЧЭФ-слое растёт конкретное разнообразие и мощь соответствующего базового объекта. При этом меняются и совершенствуются производственные отношения и отношения собственности, – от почти их полного отсутствия до самой высшей (мыслимой) формы обобществления. То есть вся история восходящего развития общества есть история последовательно нарастающего обобществления «всего и вся».

В этой связи автор «Полилогии современного мира…» пишет:

«Каждый эндогенный шаг означает негэнтропийный прорыв (подъем) к более высокой интеграции жизни общества, посттипу равновесия. Этот шаг всегда означает ступень обобществления производства, т.е. постановку его под новый общественный контроль (норм, порядков, свобод и ограничений), необратимое изъятие из ограниченного производственного присвоения, собственности, узурпации соответствующего доминирующего объекта обстоятельств производства, сброс асимметрии в отношениях людей с ним. При этом происходит симметризация снятых отношений (в частности, вульгарно известная как „ничейность“ собственности). Это и есть, можно сказать, главный закон развития собственности, который в предельно чистом виде и реализуется в эндогенных шагах главной последовательности. Это же всегда есть и избавление от определенной стихии, внешней детерминации, „свертывание сложности“ (…), или упрощение, но прежде всего в смысле сброса накопившихся запутанностей (пересыщений, „материальной схоластизации“, эволюционных усложнений, „засоренности“) самосохранявшихся отживших форм и хаотизацию поиска <…> А главное – это как раз типологическое усложнение производства в том решающем смысле, что обобществленный объект теперь попадает в сферу относительно рационального пользования, что производство и труд контролируются более высоким (…) новым (ранее неактуальным, потенциальным) доминирующим механизмом. Собственно эндогенная логика – это и есть „чистая“ реализация развития в анизотропии по возрастанию сложности» [44, с. 35].

В то же время, как частные отношения собственности, так и групповые иерархические отношения собственности имеют свою собственную динамику развития. Это не только эволюционное изменение их, но и революционное – восходящее. Собственно революционное движение непосредственно связано, как уже было показано, с исторической сменой самой типологии доминирующего базового объекта главенствующих производственных отношений и отношений собственности в историческом восхождении общества по сложности.

1.6.1. Отчуждение как источник и «исходный пункт» возникновения отношений частной собственности

В философском понимании, согласно Википедии, – «Отчужде́ние (англ. alienation, нем. Entfremdung) – отделение от людей процесса и результатов их деятельности, при котором процесс и результаты деятельности становятся неподвластными человеку и даже господствуют над ним, делая чуждыми друг другу человека и создаваемый им мир».

На рис. 8 в некотором абстрактном восприятии, но близком к обыденному пониманию отчуждения как социального отношения, дана графическая схема базового представления понятий «отчуждение» и «присвоение». Здесь, с позиций субъект – объектного и объект – субъектного взаимодействий, отчуждение рассматривается как «выходное воздействие» и отношение «во вне», равно как и его антипод – присвоение как «входное воздействие» и отношение «к себе».

Рис. 8. Схема базового графического представления понятий «отчуждение» и «присвоение»

Это отчуждение, при котором у субъекта происходит «простая потеря чего-либо», как некого объекта, в окружающей среде с последующим перерастанием и превращением в нечто другое (или другое как объекта другого субъекта). В самом первом, образном, восприятии отчуждение – это потеря близости, прекращение отношений, то есть потеря некой части связей между субъектом и объектом из их полного множества или из множества связей, ранее имевших место.

Часто, в философии, в более общем социологическом плане отчуждение понимается как «отношения между субъектом и какой-либо его функцией, складывающиеся в результате разрыва их изначального единства, что ведёт к обеднению природы субъекта и изменению, извращению, перерождению природы отчуждённой функции» (http://dic.academic.ru/). Этим же термином «отчуждение» обозначается и сам процесс разрыва этого единства.

Многие исследователи, в социологии исторического развития общества, как и К. Маркс, выделяют 4 вида отчуждения как общественного отношения: от процесса труда, от продукта труда, от своей собственной сущности и людей друг от друга. При этом имеются ввиду некие перерастания и превращения во что-либо, потеря и отдача чего-либо в отношениях одной индивидуальности с другим человеком, что становится бытием этого другого человека.

В рамках же метатеории «Полилогия» только одних типологических продуктов жизнедеятельности (труда) в ранге «базовых объектов» воспроизводства действительной жизни имеется более восьми. Соответственно и воспроизводственных процессов в сфере анализа чистых отношений по их поводу и в связи с ними также восемь. В каждой строке таблицы рис. 9 представлены элементы этих отношений – действия субъектов отношений с привязкой их доминирования к таким историческим этапам восхождения общества по сложности как эпохи и социально-воспроизводственные градации.

Рис. 9. Действия субъектов по поводу базовых типологических объектов производственных отношений

В двух центральных столбцах приведены схемы парных взаимодействий «субъект – объект» и «объект – субъект» по всем типологическим объектам действительной жизни, которые описывают выходные и входные действия (воздействия), в чём-то повторяя терминологию, предложенную в работе В. Н. Шабарова «Общая политэкономия» [41]. При этом левый столбец не только раскрывает базовую полилогию «отчуждения», но и разнообразием графического представления подчёркивает различие и в самих механизмах реализации выходных действий феномена «отчуждение». Соответственно правый столбец раскрывает базовую полилогию «присвоения» и графическим разнообразием отображает различие самих механизмов входных действий по «присвоению».

Таким образом, именно, благодаря гетерогенному характеру природы социума во всём его полилогическом базовом многообразии и существования как свойства социальной материи, выходных и входных действий в форме «отчуждения» и «присвоения», становится возможным текущее функционирование и восходящее развитие общества. Именно этот факт является первоосновой не только «движения частной собственности», но и производственных отношений и отношений собственности вообще, в том числе и обобществлённых отношений собственности, именно поэтому, говоря словами К. Маркса, – «возникающее общество находит перед собой весь материал для этого („своего“ – ХАТ) образовательного процесса».

1.6.2. Исторический тренд восходящего развития частных отношений собственности

1.6.2.1. Закономерности исторического развития частных отношений собственности

Основу производственных отношений составляют отношения собственности. Традиционно эти отношения различаются по своему виду: общественные отношения собственности и частные отношения собственности. Наиболее полно производственные отношения в связи с производством и воспроизводством действительной жизни представлены в метатеории полилогия.

Современное человечество, можно сказать, находиться на рубеже переходного периода от эпохи индустрии к эпохе знания, первая фаза которой является социально- воспроизводственной градацией «Информационное общество», которое характеризуется доминированием частных отношений собственности по поводу соответствующего, своего, базового объекта-предмета «информация». Вторая фаза этой эпохи характеризуется доминированием ограниченных системно-сетевых иерархических отношений собственности по поводу уже базового объекта-процесса «общественное познание», который логически связан с предыдущим базовым объектом-предметом «информация» (знания!). Это общество – градация «Общество знания».

Понятие «доминирования» является основополагающим в полилогии и, можно сказать, формообразующим процессом социально-воспроизводственных градаций. Все прочие производственные отношения «метаморфируются доминирующим отношением», то есть «находятся под его „освещением“ (Маркс)». Как известно, определяющим в типе градации является тип доминирующей чистой эндогенной формы (ЧЭФ), то есть тип доминирующего подпроцесса производства и воспроизводства действительной жизни. Сама же типология ЧЭФ материально задаётся одним из множества типологических базовых объектов, составляющих логический объём понятия «действительная жизнь».

В то же время базовые типологические объекты представляют несомненные основополагающие ценности общества, ибо образуют само общество, саму действительную жизнь. Отношения по поводу этих объектов составляют основу производственных отношений, то есть суть отношений собственности между людьми как агентами производства действительной жизни.

Вместе с тем, эндогенно, восходящее развитие общества по ступеням градаций, как выше было показано, проявляет себя и в развитии доминирующего базового объекта, как категории, так и самих отношений собственности. Напомним историческую последовательность доминирующих типологических базовых объектов: человек, общая жизнь, работник, пространство производства и жизни, средства производства, технологии (функции, то есть «работа»), информация, общественное познание и др.

Простейший анализ этой исторической последовательности доминирующих объектов-предметов и соответственно развивающихся частных отношений собственности по их поводу позволяет выделить следующие основные особенности данного ряда.

– В реалиях исторического процесса развития общества имеет место последовательный переход от целостной структуры «человек» к его основной составляющей «работник», а затем всего лишь к одному из свойств этой целостной структуры, например, – «внешний предмет» в виде «средства производства», а затем к «информации».

Каждый последующий доминирующий полилогический объект-предмет и сами исторически восходящие формы частной собственности имеют более низкий структурный уровень сложности относительно предшествующего объекта и более развитые отношения собственности.

– Однако, в практике социального восприятия, в очередное множество конкретных доминирующих базовых объектов помимо собственно подмножества конкретных объектов типологии базового объекта включаются и прочие типологии объектов, не вошедших в инфраструктуру общества. Эти прочие, позже доминирующие базовые объекты иной типологии, в этих структурах слабо развиты, разумеется по историческим меркам, не существенны и лишь оформляют метаморфозы внешнего реального восприятия (см. п. 1).

– Отношения собственности по поводу доминирующего объекта данной ЧЭФ обусловлены и строятся по подобию механизма взаимодействия агентов производства в связи с воспроизводством объектов той же типологии.

– Доминирующая ЧЭФ подчиняет себе все прочие процессы действительной жизни, деформируя природу восприятия объектов, механизмов и отношений иной типологии, что объясняет существование различного рода искажений и нелепостей в производственных отношениях иной типологии на момент этого доминирования.

– По мере исторического восхождения общества по сложности и смене типологии и самого доминирования базовых объектов нарастает их абстрактное нематериальное содержание и вхождение в область «Действительности-2» по В. В. Мартынову.

При опоре на эти закономерности восходящего развития отношений собственности становится понятным и стремительное нарастание в жизнедеятельности современного общества информационных производственных отношений и соответствующих частных отношений собственности по поводу контента как информационно-интеллектуального продукта.

Доминирующий объект современного общества капитализма эпохи индустрии (доминирующая ЧЭФ «экономическая, рыночная») есть классический объект-предмет «средства производства», относительно и по поводу которых доминируют частные отношения собственности. Эти частные отношения собственности уже не по поводу человека и его мира, мировосприятия, как это было в переломной первобытности, или человека только в его ипостаси «работника», как это было в рабовладении, а по поводу и относительно «вещи», то есть просто «внешнего предмета», созданного или «открытого» человеком. Эти отношения собственности, как и сам объект, – второй природы, то есть это отношения по поводу артефакта, который как бы продолжает материальную плоть человека во внешний мир, дополняет и развивает самого человека.

В переломной первобытности объект частных отношений собственности был полностью во власти человека, ибо это был сам человек с его мировоззрением и мировосприятием. Каждый субъект производственных отношений был хозяином своей судьбы, хозяином самому себе и хозяином «своего потомства». Он в полной мере воссоздавал самого себя в этом потомстве и был полностью независим от других агентов (людей), включённых природой в этот воспроизводственный процесс.

Грубо говоря это были дважды частные отношения собственности: во-первых, как хозяина и воспитателя «потомства» и, во-вторых, как хозяина своего человеческого миропонимания и мировоззрения. Разумеется, что при этом стадная (животная) микросоциальность так же оказывала прямое влияние на этот процесс, а порою и решающим образом, но в рамках полилогии ЧЭФ-слоёв этот воспроизводственный процесс на данный момент воспринимается именно в таком изложении.

В последующей градации, в первобытности, человек, а точнее, его «человеческое начало», как объект частных отношений собственности был обобществлён в ходе становления первобытного общества, первого общества в истории человека. Это человеческое начало, выросшее в условиях животной микросоциальности до «человеческого миропонимания» и воплотившееся в «человеческое мировоззрение», что собственно и делает человека человеком, стало достоянием уже не стада, а общества людей – первобытного общества.

Вместе с завершением градации «Первобытное общество» закончилась эпоха человека.

Начало следующей эпохи, эпохи работника, связано с становлением градации «Рабовладельческое общество», в которой доминируют частные отношения собственности по поводу, можно сказать, лишь одного из свойств человека, человека как работника. Это снижение логической глубины владения с объекта «человек» до объекта «работник» (специалист, воспроизводственная роль человека) сопровождалось расширением числа конкретных объектов, то есть – работников, которые были подвластны агентам производства. Однако сама жизнь работников как людей была уже не во власти их владельцев, она была защищена законами общества, ибо ранее (исторически) была обобществлена.

В последующей градации, в феодализме, работник как объект частных отношений собственности был обобществлён в ходе становления феодального общества как второй фазы эпохи работника. Вместе с завершением градации «Феодальное общество» закончилась эпоха работника.

Начало третьей эпохи в истории человечества связано со становлением градации «Капиталистическое общество» как первой фазы эпохи индустрии. В этой градации, как уже отмечалось, доминируют частные отношения собственности по поводу и относительно «вещи», то есть по поводу традиционных средств производства, которые есть всего лишь «внешней предмет» относительно как человека, так и работника. Это дальнейшее снижение логической глубины владения с объекта «человек» и объекта «работник» до объекта уже не собственной природы человека, а его, так называемой, «второй природы» в форме материальных артефактов. Однако по-прежнему наблюдается дальнейший рост числа конкретных вещных объектов, которые могут находиться в частной собственности агентов капиталистического производства.

В последующей градации, градации социализма, вещные средства производства как объект частных отношений собственности был обобществлён в ходе становления социалистического общества – второй фазы эпохи индустрии. Вместе с завершением градации «социализм» закончилась эпоха индустрии.

Наконец, четвёртая эпоха в истории человечества, согласно полилогии, начинается со становления градации «Информационное общество» как первой фазы будущей эпохи знания. В этой градации, как уже отмечалось, доминируют частные отношения собственности по поводу информации, то есть по поводу абстрактного объекта, которые есть всего лишь свойство материального объекта (вещи, средств производства). Это дальнейшее снижение логической глубины владения с объектов «человек», «работник» и «вещь» до объекта уже совсем не материального, а идеального и абстрактного. Однако по-прежнему наблюдается дальнейший рост числа конкретных объектов в типологии – свойство, которые могут находиться в частной собственности агентов информационного производства.

В последующей градации «Общество знания» информация (знания) как объект частных отношений собственности будет обобществлена в ходе становления общества «общественного познания» – второй фазы эпохи знания. Вместе с завершением градации «Общество знания» закончится эпоха знания.

Таковы основные вехи в развитии и трансформации частных отношений собственности в историческом восходящем движении социума по сложности. Однако история их развития продолжается, и поэтому особую актуальность представляет само понимание грядущих перемен в отношениях собственности в градации «Информационное общество», где доминируют частные отношения собственности по поводу информации и, так называемого, контента.

Наиболее важным моментом в понимании полилогического исторического разнообразия и соответствующей трансформации частных отношений собственности в историческом восхождении развития общества является отмеченное выше положение о формировании отношений собственности доминирующего объекта по подобию механизма взаимодействия агентов производства той же ЧЭФ, той же типологии.

Так, например, отношения частной собственности по поводу средств производства, – вещей, определяются фактом физического отчуждения вещей и наличием агентов, в чью пользу отчуждается данный объект-предмет (присвоение вещи, товара), что позволяет обладателю отчуждённой вещи, владея её, производить с ней любые операции, вплоть до уничтожения. Однако совершенно иначе «строятся» производственные отношения и отношения собственности, частные отношения собственности, если объектом-предметом является «информация», доминирующий в градации «Информационное общество».

Информация – это не вещь, а свойство, абстракция. Поэтому информация не может самостоятельно существовать без какого-либо материального носителя. Соответственно и отношения по поводу её совершенно иные, ибо основаны на ином механизме взаимодействия агентов производства, а именно – на «соинформировании», в частности:

1) Одна и та же информация (контент) может быть произведена множеством производителей, то есть – информация одна, а агентов-производителей (собственников) множество, несколько. В случае же «вещи» – одна вещь и один агент-производитель, при этом допускается лишь существование со-владельцев, но не полноценных владельцев (агентов-производителей) конкретной единицы вещи.

Примером множества владельцев (агентов-производителей) одной и той же информации является множество свидетельств, то есть свидетельства людьми-очевидцами об одном, наблюдаемом ими, конкретном явлении природы (например, – «был дождь»).

2) Информация, в отличие от вещи, практически без затрат и без изначального производственного процесса создания (получения) информации, может тиражироваться посредством копирования. При этом держатель тиражируемой информации, а в нашем контексте её собственник, говоря языком традиционных политэкономов, может эту информацию «отчуждать» неограниченное число раз. Копирование не ведёт к окончательному отчуждению информации, «автоматически» сохраняя её в собственности тиражирующего агента, ибо в этом суть информационного копирования. Другими словами, в информационном производстве отчуждение невозможно, если не конструировать специальные «ситуации».

Тогда как для создания копии существующей вещи необходимо вновь запускать в действие весь процесс её производства с теми же по величине затратами труда, материалов и оборудования. При этом каждый предмет этого тиража вещей отчуждается в пользу конкретного агента-потребителя каждый раз полностью и окончательно.

Следовательно, собственник тиражируемой информации, по сути, потенциально, остаётся навечно её собственником, готовым в любой момент предоставить потребителю имеющуюся в его собственности информацию.

3) Таким образом, каждый гражданин, или агент информационного обмена, получивший когда-либо некую информацию, становиться навсегда её собственником, ибо само получение информации есть в своей сути её «присвоение». То есть в информационном (рыночном) пространстве все агенты, располагающие какой-либо информацией, являются её собственниками.

Так как каждый гражданин, получивший информацию, становиться её собственником, то возникает вопрос, – в чём суть отношений собственности в данном аспекте собственника? Объективно и очевидно, что собственник информации «вправе» передавать имеющуюся в его владении информацию другим агентам или не передавать.

Передача информации в информационном пространстве стимулируется стихийно и согласно известному принципу информационного обмена контентом, – чем больше агент передаёт информацию (контент) другим, тем больше другого контента он получает от общества.

4) Агент, создавший информацию или интеллектуальный информационный продукт, имеет все объективные основания публично указывать на то, что этот продукт создан им. Это проявляется, например, в авторском праве, когда автор имеет право указывать в связи с данным информационным продуктом своё авторство.

Так как у одного информационного интеллектуального продукта может быть множество авторов-владельцев (агентов-производителей), то в дополнение к сказанному целесообразно для таких созидающих авторов-владельцев информации (интеллектуального продукта) ввести понятие статуса корневого владельца информации.

5) Из изложенного логически следует схема распространения информации, что подтверждается практикой обмена в информационном (рыночном) пространстве. Основу этого распространения составляют две базовых схемы: последовательная и веерная, что не исключает диссипативного, случайно-хаотического характера распространения информации. Всё прочее суть их комбинации.

Последовательная, линейная схема движения представляет собой последовательную передачу контента от агента-собственника, владеющего информацией, к агенту-потребителю информации, который при этом принимает статус агента-собственника, владеющего информацией. В результат имеет место линейный рост числа агентов-собственников данной информации.

Веерная схема основана на распространении информации от одного агента-владельца к множеству различных агентов-потребителей информации. В случае имеет место лавинообразный рост числа агентов-собственников данной информации.

Случайно-хаотического характера распространения информации определяет и хаотический рост числа агентов-собственников информации.

6) Обмен и распространение информации происходят в соответствие с законом ценности, что подробно описано в книге «Теория информационного общества…» [39]. Согласно этому закону, информационный обмен в целом по одному продукту (контенту) происходит на основе равенства ценности информации, подлежащей распространению, и эквивалентной ей текущей ценности всей совокупности информации, получаемой в обмен на всей сети распространения этого информационного продукта.

Не вдаваясь в детали, заметим, что в линейной схеме распространения информации на уровне одного, единственного, корневого собственника и первого потребителя условия обмена подобны, можно сказать – тождественны, товарообмену по стоимости.

7) Как ранее отмечалось каждый агент, получив, восприняв или став обладателям информации, помимо его воли, становиться её собственником, ибо такова природа информации. Действительно, информация – это свойство некого материального носителя этой информации, поэтому каждый агент, если это информация воспринята им на слух, как бы сам, «физически» (посредством памяти), приобретает новой свойство и сам становиться носителем этой информации. То есть, чисто физиологически, в силу своей природы и природы информации (как свойства!), информация объективно, вне зависимости от воли и сознания человека как агента информационного процесса, – «присваивается».

Вследствие этого не только противоестественно, но и просто невозможно, и не логично, требовать или обуславливать, чтобы человек перестал быть самим собой и не воспроизводил находящуюся в его владении (а в частном случае – и в памяти) информацию.

С другой стороны, если для агента некая информация становится свойством его вещи, то одновременно с собственностью на вещь имеет место и собственность на её свойства, то есть на её информацию, ибо такова суть самой информации, как свойства вещи.

8) Таким образом, противоестественны сами попытки запрета свободного распространения информации, ибо, образно говоря, это свойство не только информации, но и человека, как носителя информации. Услышав, увидев или поняв некую информацию, человек, автоматически, в силу своей природы, закрепляет её в своём мозгу, в памяти и становится обладателем этой информации, её собственником. С другой стороны, и вещи, которые содержат некую информацию, записана она им или содержится в ней изначально, есть артефакты человека, то есть продолжение его природы и тела (вторая природа), с помощью которых он взаимодействует с внешним миром. Поэтому лишить его этих артефактов или их свойств, значит вторгаться в это возросшее «тело» человека, узурпировать его вторую природу, которая собственно и сделало человека человеком. Всё это внешне, в быту, воспринимается как ограничение свободы распространения информации, что противоестественно и недопустимо.

Заканчивая этот краткий анализ, отметим, что информационный способ производства носит диссипативный характер. Поэтому в стадии предельного, критического развития информационного производства это порождает хаос в обществе, замыкание его самого на себя. В результате замыкания на себя возникает производство информации ради производства информации, ради обретения и накопления на этом пути «информационного капитала» при одновременном нарастании информационного неравенства, относительного «обнищания» работников информационной и интеллектуальной деятельности (труда).

Положительным разрешением этого критического состояния в информационном обществе является обобществление информационно-коммуникационного контента средств производства, информации и интеллектуального продукта. Или, говоря почти словами традиционной политэкономии, в конечном итоге речь идёт об «уничтожении частной собственности» на информацию и построение нового общества – «Общества знания».

Таким образом, в «Информационном обществе» в отличие от капитализма доминируют, хотя и частные отношения собственности, но резко отличные, особого вида, равно как и сами производственные отношения. Эти отношения собственности носят совершенно иной, можно сказать, другой типологический характер отношений частной собственности. Это частные отношения собственности содержательно иной типологии, чем всем известные частные отношения собственности, описанные в «Капитале» К. Маркса более полтора века тому назад.

Этот факт заставляет вновь вернуться к содержательному анализу по сути функциональной, стохастической (в статистическом регрессионно-корреляционном и вероятностном восприятии их математического толкования), связи типологии самих отношений собственности и социально-воспроизводственных градаций, а точнее – доминирующих ЧЭФ соответствующих типологий.

1.6.2.2. Доминирующий базовый объект-предмет как фактор исторического развития и восходящего тренда типологии частных отношений собственности

Классический марксизм полагает, что «в основе всей системы производственных отношений, или, то же самое, отношений собственности в широком смысле, лежат отношения собственности на средства производства». Однако историческое восходящее общественное развитие не ограничивается только этим экономическим моментом, связанным с типологическим объектом действительной жизни «средства производства», «внешний предмет, вещь», что признают и сами классики марксизма.

Таким образом, производственные отношения и отношения собственности, в частности, имеют гораздо более богатое содержание, чем это полагается в классической политэкономии общественного развития. Традиционно эти отношения, относительно «вещей», различаются по своему виду на общественные отношения собственности и частные отношения собственности.

В этом дихотомическом делении с двумя противоречащими, исключающими друг друга понятиями, исчерпывающими весь объём отношений собственности как исходного (первого) понятия, имеет место максимальный объёма отношений собственности и минимальное их содержание. Это порождает не только логическую неопределённость и бедность их содержания, но и значительно затрудняет, а в итоге и усложняет, описание процессов действительной жизни общества.

Эти недостатки, в том числе и отмеченные Ф. Энгельсом «искажения» в практике применения учения К. Маркса, позволяет преодолеть (философски – снять!) фундаментальная социологическая метатеории развития общества А. С. Шушарина «Полилогия современного мира…». В полилогии эти не «единственно определяющие моменты» раскрыты достаточно полно и в связи с производством и воспроизводством действительной жизни. При этом атрибутика этих прочих определяющих моментов жёстко корреспондируется между собой и марксовой экономической градацией капитализма, в которой доминирует воспроизводство «вещей» (средств производства, товаров).

Полилогический взгляд на восходящее развитие общества утверждает существование последовательного ряда исторических эпох и социально- воспроизводственных градаций как способов производства, который представлен в двух заключительных строках таблицы рисунка 10. При этом тип доминирующей ЧЭФ воспроизводства базового объекта и сам объект указаны слева в стоке, пересекающей столбец градации в месте расположения тонированного треугольника (объект-предмет) или прямоугольника (объект-процесс) этого столбца.

Таким образом, лишь в одной из десяти градаций доминируют средства производства, а наблюдаемая концентрация внимания вокруг этого объекта связана лишь с тем, что в настоящее историческое время наша действительная жизнь находиться для большинства стран мира на этапе градации капитализма эпохи индустрии.

По своей сути пара последовательных градаций каждой эпохи отражает две фазы её исторического развития. Первая фаза каждой эпохи характеризуется доминированием частных отношений собственности по поводу соответствующего, своего, базового объекта-предмета. Вторая фаза характеризуется доминированием ограниченных группо-иерархических отношений собственности по поводу базовых объектов-процессов.

На графике таблицы развития форм собственности по осям координат даны соответствующие фазы-градации общественного развития, доминирующие ЧЭФ и их базовые объекты воспроизводства. Так как ЧЭФ в первом (левом) столбце расположены в порядке их исторического доминирования, снизу-вверх, то, с учётом последовательности социально-воспроизводственных градаций, обозначенных в нижней горизонтальной строке таблицы, этот порядок одновременно отображает восходящее историческое развитие общества по сложности. Поэтому схема рисунка 10, можно сказать, содержательно раскрывает динамику исторически восходящих отношений собственности схемы, ранее приведенной на рисунке 7.

В целом же, в статике, базовые объекты в их совокупности и есть сама действительная жизнь. Они соответственно подразделяются на объекты-предметы и объекты-процессы, которые исторически взаимообусловлены и взаимосвязаны. Состав базовых объектов представляет основополагающие ценности общества и возможность самого существования человека и общества.

Отношения по поводу базовых объектов составляют основу производственных отношений и отношений собственности между людьми как агентами производства. При этом многогранное историческое развитие общества по ступеням градаций проявляет себя как в развитии типологии доминирующего базового объекта отношений собственности, о чём уже ранее было сказано, так и, соответственно, самих отношений собственности как категории. На рисунке 10 толстой кривой отображено исторически восходящее развитие типологий доминирующих базовых объектов-предметов и частных отношений собственности по их поводу.

Рис. 10. Трансформация отношений частной собственности в восходящем развитии общества

Характер и механизм отношений собственности находится в прямой зависимости от типа объекта отношений и соответствующего его природе механизма взаимосвязи и взаимодеятельности агентов производства.

Каждой строке таблицы рисунка 10 соответствует свой подпроцесс ЧЭФ в исторически восходящей последовательности их доминирования. Согласно полилогии состав ЧЭФ для всех градаций одинаков, однако доминирует лишь одна из них, определяя тип градации, тип доминирующего объекта отношений собственности. На рисунке доминирующие объекты выделены с помощью следующих обозначений:

– «треугольник, изображённый сплошными линиями» – базовый объект-предмет частных отношений собственности;

– «квадрат» – объект-процесс групповых иерархических отношений собственности.

Соответственно:

– «круг» – это объект обобществлённых отношений собственности. В этой градации предшествующий базовый объект входит в состав инфраструктуры общества, обобществляется;

– инфраструктура выделена в таблице заливкой светло-серого цвета.

Таким образом, по эпохам, историческая последовательность типологий доминирующих базовых объектов-предметов и их частных отношений собственности такова: человек (переломная первобытность) – работник (рабовладение) – средства производства (капитализм) – информация (информационное общество) и т. д. Объекты-предметы частных отношений собственности при смене их доминирующей ЧЭФ переходят в инфраструктуру общества, то есть обобществляются.

В целом используемая классификация отношений собственности, с выделением типа полилогии частных отношений собственности, представлена на схеме рисунка 11.

Рис. 11. Фрагмент полилогической классификации отношений собственности

Анализ последовательности доминирующих объектов-предметов и развивающихся частных отношений собственности (толстая кривая рис. 10) позволяет выделить основные особенности этого ряда:

1. Каждый последующий доминирующий полилогический объект-предмет и сами исторически восходящие формы частной собственности имеют, соответственно, более низкий структурный уровень сложности относительно предшествующего объекта и более «развитые» отношения собственности.

Вот эта историческая эпохальная последовательность по уровням сложности:

– человек;

– работник («аспект человека»);

– средства производства (вещь как внешнее, материально-предметное, продолжение человека);

– информация (свойство как абстракция);

– «философия жизни» (смысл как «абстракция абстракций»).

Здесь человек, его «мировоззренческое начало» и сознание, есть самый первый объект отношений частной собственности в истории человечества.

Снижение структурного уровня доминирующего базового объекта частных отношений собственности сопровождается ослаблением силы и степени влияния собственника на движение и существование самого объекта собственности.

2. Отношения собственности по поводу доминирующего объекта в значительной степени строятся по подобию механизма взаимодействия агентов его производства и материально знаковых отношений его чистой эндогенной формы (ЧЭФ) воспроизводственного процесса.

3. На бытовом уровне восприятия базовых объектов отношений собственности, а в этом смысле и на собственно социальном (фактическом) уровне восприятия, очередной доминирующий базовый объект помимо самого типологического базового объекта включает в себя и объекты прочих типологий, не вошедших в состав инфраструктуры общества.

4. Наконец, следует отметить силу и суть доминирования ЧЭФ, которая подчиняет себе прочие ЧЭФ, деформируя природу восприятия объектов, механизмов и отношений иной типологии.

В частности, это во многом объясняет и существование различного рода, так называемых, деформаций и искажений в реализации производственных отношений иной типологии. Это также способствует широкому распространению отмеченного в пункте 3 бытового уровня восприятия базовых объектов отношений собственности, когда доминирующие отношения и механизмы фактически переносятся на объекты другой (не доминирующей) типологии, которые воспринимаются уже как объекты доминирующей типологии.

Поясним, используя схему рисунка 10, эти особенности эпохальной последовательности объектов-предметов на ряде характерных примеров.

По пункту 1 – относительно исторически снижающегося структурного уровня сложности доминирующего базового объекта-предмета отношений собственности.

Первым в истории человечества базовым объектом отношений частной собственности был человек, его человеческое сознание, со всем его окружающим мирозданием, со всей созданной им «Природой-2» и воссозданной (воспроизведённой) в нём «Действительности-2», в условиях окружающей его среды существования самого (пра) человечества. Этому периоду соответствует градация переломная первобытность, в которой доминирует ЧЭФ «переломная первобытность». Дикий человек из переломной первобытности считал «весь мир» принадлежащим ему и не было в его сознании ничего большего, чем этот мир.

Вот несколько интересных суждений из метатеории А. С. Шушарина «Полилогия…».

«В этой первобытности человек уже был, а общества не было – в этом вся суть исходного социологического понимания этого сверхпарадоксального состояния…» [44, с. 82].

«А чтó, даже в тезисах классики, – «главная производительная сила», сложившаяся ещё в старой системе? Человек. Подчеркнём – уже человек. Не просто «слова», «вещи», «орудия» и пр. артефакты, а уже сам человек во всех его взаимосвязях с другими людьми.

Переломная первобытность, в принципе, ещё не общества, а как некогда труд был ещё «животно-образным», «животно-образная» форма жизни, но уже людей» [44, с. 94].

Далее, ссылаясь на К. Маркса, он пишет:

– «Почему несколько раз Маркс повторяет одну, просто «нелепую» для экономических теоретиков мысль (…): «Одним из… условий производства для живого индивида является его принадлежность к какому-либо естественно сложившемуся коллективу… Его собственное производительное существование возможно только при этом условии»; «собственность означает принадлежность индивида к какому-либо племени (коллективу) (означает иметь в нем основу для своего субъективно-объективного существования)»; «основное условие собственности, покоящейся на племенном строе (к которому первоначально сводится община) – быть членом племени» [21, с. 481—482]. Что же это за собственность такая, объект которой не сводится к людям, вещам, земле и пр., которая является отношением к условиям, даже выражается как-то совершенно странно, не как обладание чем-то, а, наоборот, принадлежностью самого индивида чему-то (коллективу, племени, общине)? <…>

Собственность в переломной (критической, преодолеваемой) первобытности могла быть и так или иначе была на что угодно, прежде всего на самих людей (так сказать, на капризное, но самое эффективное «орудие»), … самая асимметричная, самая грубая, самая первая и ненасытная, ограниченная (дообщественная, необщественная) собственность во всей истории человечества. … действительно господствовавшим доминирующим объектом, отношениями с людьми в связи с ними.…

В своё время этот доминирующий объект собственности я назвал «весь мир»…» [44, с. 99—100].

Таким образом, базовыми объектами эпохи первобытности (человека) являются:

– в первой фазе эпохи, в градации переломная первобытность, это объект-предмет «человек» вместе с внешней природой, его человеческое сознание и мировосприятие в условиях окружающей его среды существования, то есть, как в своё время у А. С. Шушарина, – «весь мир»;

– во второй фазе эпохи, в градации первобытность, это объект-процесс «общая жизнь».

Очевидно, что «весь мир» (человек вместе с внешней природой) в социальном плане есть максимальный размер объекта-предмета, возможного быть в собственности человека как агента производства и воспроизводства действительной жизни. Так же очевидно, что в состав этого объекта помимо доминирующего объекта «человек», как «человеческого сознания» и мировосприятия, входят, правда, в деформированной форме и в конкретике быта, прочие известные базовые объекты всех известных ЧЭФ. При этом следует иметь в виду, что часть из них на тот исторический момент была совершенно не осознана, а другие лишь едва намечались в практической жизнедеятельности и не были существенны.

Следующий базовый объект-предмет – «работник», грубо говоря, не человек во всей своей целостности, а лишь в одной единственной ипостаси некого производящего и работающего объекта (субъекта).

Это доминирующий объект-предмет градации рабовладение.

Далее, в эпохальном исторически восходящем эндогенном (внутристрановом) развитии общества по объектам-предметам, следует широко известный политэкономам классический объект-предмет из «Капитала» К. Маркса – «средства производства», товар. Это доминирующий объект, но уже не только человек в какой-либо своей ипостаси работника, а «вещь», «внешний предмет». Это объект второй природы, артефакт, как бы продолжающий материальную плоть человека во внешний мир и дополняющий его, человека.

Этот объект-предмет доминирует в градации капитализм и ЧЭФ «экономическая, рыночная».

На этом, эпохой индустрии, заканчивается, как таковое, доминирующее материальное развитие общества как социума. Далее, в доминировании, следует развитие соответствующих абстракций и свойств, как некого идеального (объекта), существующего и порождённого на материальной почве продолжающего развиваться человеческого социума.

И первым таким абстрактным доминирующим объектом и главным объектом частных отношений собственности, лишь обозначенным автором «Полилогии…», является объект-предмет «информатика», «информация». Это уже даже и не артефакт, а некий абстрактный объект, определяемый нами в самом общем виде как отображение одной части материи на другой части (частях) материи. Подробно этот объект анализируется в книге Харчевникова А. Т. «Теория Информационного общества…» [39]. И хотя информация неотделима от своего материального носителя, но, в самом общем виде, её происхождение уже совсем не обязательно связывать с жизнедеятельностью человека и общества.

Это доминирующий объект-предмет градации «Информационное общество» эпохи знания и доминирующей ЧЭФ «информационная».

Так как социология развития общества связана непосредственно только с жизнедеятельностью человека, то следующим в этой исторической последовательности объектов-предметов является так же абстрактный объект, обозначенный нами как «философия жизни». Это естественно связано с вторжением в сферу познания и смысла, интеллекта и коллективного мышления, то есть в сферу когнитивных, креативных процессов жизнедеятельности человека и общества.

Этот объект доминирует в градации «Общество философии жизни» и ЧЭФ «философия жизни (смысл)».

Таковы тенденция и тренд развития частных отношений собственности в анализируемой нами перспективе будущего по поводу и относительно последовательности доминирующих базовых типологических объектов-предметов.

Эти закономерности развития частных отношений собственности жёстко соотносятся с историческим рядом последовательности ограниченных системно-групповых иерархических отношений собственности, которые образно говоря, систематически, регулярно «переплетаются» с ними с периодичностью становления исторических эпох. Логика этой, материальной, исторической связи представлена в упомянутой книге «Теория Информационного общества…». Сама же последовательность этих доминирующих объектов-процессов дана в таблице рисунка 10 в порядке исторического доминирования и чередования с объектами-предметами – второй столбец таблицы.

По пункту 2 – «строительство» отношений собственности доминирующего объекта с учётом специфики механизма взаимодействия агентов производства и материально-знаковых отношений.

Это наиболее важный момент в понимании полилогического разнообразия частных отношений собственности и отношений собственности вообще.

В настоящее время в основном господствует дихотомическая парадигма отношений собственности – частных и общественных (обобществлённых), в которых часть общества противопоставляется всему обществу в целом. В полилогии частные отношения собственности относятся к классу ограниченных отношений собственности, которые подлежат последующему делению (классификации) по иным признакам, то есть по иным основаниям логического деления.

Чтобы сохранить в своей основе понятие частных отношений собственности, но уже в новой парадигме знаний, в «Полилогии…» вводиться дихотомическое деление «отношений собственности» (ОС) на «ограниченные отношения собственности» (ОгрОС) и «общественные отношения собственности» (ОбщОС).

Ограниченные отношения собственности в свою очередь подразделяются на частные отношения собственности для объектов-предметов (ЧОС) и группо-иерархические отношения собственности для объектов-процессов (ГИОС). В данном же разделе речь идёт о последующем логическом делении частных отношений собственности по поводу объектов-предметов.

В основу этого деления предлагается положить механизм взаимодействия агентов производства. Типология этих механизмов и они сами различаются по градациям, точнее, по доминирующим в градациях ЧЭФ (см. первый левый столбец таблицы рис. 10). При этом пока ограничиваемся рассмотрением градаций, соответствующих первой фазе каждой исторической эпохи. Фрагмент этой классификационной схемы представлен на рисунке 11.

Начнём с примера современного капиталистического общества, которому в таблице рис. 10 соответствует столбец социально-воспроизводственной градации капитализм (экономический способ производства). В этой градации доминирует ЧЭФ «экономическая» с объектом-предметом средства производства; доминирующий объект-предмет «средства производства» обозначен треугольником из сплошных чёрных линий с заливкой серого цвета и расположенной рядом надписью: ЧОС-СП.

Согласно метатеории полилогия механизмом взаимодействия агентов ЧЭФ «экономическая» является «товарообмен», когда вещь (товар) одного агента производства отчуждается в пользу другого агента и присваивается им в обмен на отчуждение этим агентом иной «своей вещи» (товара или денег) в пользу первого агента, который её также присваивает. Товарообмен производится в среднем при равенстве общественных стоимостей предоставляемых для обмена вещей.

Таким образом, отношения собственности определяются фактом физического отчуждения или присвоения вещей и наличием агентов, в чью пользу отчуждается или присваивается данный объект-предмет (вещь, товар), что позволяет обладателю отчуждённой вещи, присвоив её и владея её, производить с ней любые операции. Эти частные отношения собственности по поводу средств производства, а более обобщённо – вещей (!), на фрагменте классификационной схеме рисунка 11 обозначены аббревиатурой «ЧОС-СП».

Иное дело, если объектом-предметом является объект другой типологии (не вещь!), например, объект-предмет «информация», доминирующий в градации «Информационное общество». Информация – это не вещь, а свойство, абстракция. Поэтому и отношения по поводу её совершенно иные, ибо иной механизм взаимодействия агентов производства, материально-знаковые отношения и пр. Об этом достаточно подробно уже писалось, поэтому кратко отметим лишь отличительные и весьма характерные свойства частных отношений собственности по поводу информации.

Во-первых, это нескончаемый процесс отчуждения информации (как некая форма «отсутствия отчуждения») и беззатратное тиражирование посредством копирования в неограниченном количестве.

Во-вторых, это состояние, когда все агенты, располагающие какой-либо информацией, являются её собственниками, «вечными собственниками».

В-третьих, это существование «корневого владельца» как множества полноправных владельцев одной и той же информации.

В-четвёртых, это «закон ценности» как равенство ценности информации, подлежащей распространению, сумме всех текущих ценностей всей совокупности информации на всей сети её распространения.

Наконец, в-пятых, пока трудно воспринимаемое и понимаемое частью общества, это свободное распространение и присвоение информации, это «неограниченная» частная собственность при полной свободе присвоения.

Другой пример. Это доминировавшие в прошлом отношения частной собственности по поводу такого объекта-предмета как «работник». Очевидно, что умение работать и уметь что-то (делать) невозможно подвергнуть отчуждению, ибо это способность самого человека. Эта специфическая форма частной собственности в ЧЭФ «рабовладение» трансформировалась в античные времена в классическое рабство.

Об отношениях частной собственности по поводу самого человека как объекта-предмета достаточно подробно было сказано ранее, когда, по сути, один объект был на всех. Человек был в собственности самого человека и через это «весь мир» был в его частной собственности. И только обобществление человека, а через него и «всего мира», привело к возникновению общества, – первобытного общества. Иными словами, это было некое частичное отчуждение человека от самого себя в пользу общества, то есть передачи части своих прав обществу или, как иногда говорят, (частичная) постановка человека под контроль общества.

По пункту 3 – об особенности исторической последовательности доминирующих объектов-предметов в части фактического восприятия их на бытовом уровне как базовых объектов отношений собственности. Это восприятие формируется таким образом, что очередной доминирующий базовый объект помимо собственно самого типологического базового объекта-предмета включает в себя и прочие типологии объектов, не вошедших в состав инфраструктуры общества.

В качестве примера на схеме рисунка 1.10 для градации капитализм эти прочие объекты показаны треугольниками и квадратами, выполненными точечным пунктиром и расположенными на белом поле таблицы выше сплошного треугольника «средства производства». Это следующие объекты: функция (работа), информация, общественное познание, философия жизни (смысл), мудрое решение коллективного интеллекта. Однако в быту, на практике (в быту) все перечисленные объекты рассматриваются как товар (вещь), то есть так же относятся к средствам производства.

Об этом уже частично было сказано в анализе переломной первобытности и показано, что в состав объекта доминирования помимо собственно доминирующего объекта-предмета входят, правда, в деформированной форме и в конкретике быта, прочие известные базовые объекты всех известных ЧЭФ. При этом следует иметь в виду, что часть из них лишь мыслима и на тот исторический момент совершенно не осознана, другие лишь едва наметились в практической жизнедеятельности и не существенны. Однако при этом важно то, что на них в полной мере распространяется сам особый, специфический механизм взаимодействия агентов производства доминирующего объекта-предмета, особые материально-знаковые отношения доминирующего объекта, а также «навешиваются» и навязываются прочие особые атрибуты его доминирующей ЧЭФ.

В этом собственно и состоит сам механизм деформации производственных отношений прочих, не доминирующих, ЧЭФ.

Таким образом, вся многогранность, гетерогенность производственных подпроцессов пёстрой полилогии действительной жизни воспринимается как некая однородная, гомогенная субстанция доминирующей ЧЭФ. Ярким историческим примером такого восприятия производственных процессов социума, эндогенно, является абсолютизация экономических отношений, экономическая зашоренность в быту и в науке. Этот всеподавляющий «дух экономизма» проявляется при анализе, как исторического восходящего развития общества, так и всей многогранной полилогии современного общества.

В частности, это служит обоснованием мнимой вечности как самого капитализма и его экономических, товарно-денежных отношений, так и обоснованием его непреходящего будущего и имманентности экономических отношений любому историческому периоду существования общества.

По пункту 4 особенностей исторической последовательности доминирующих объектов-предметов, – деформирование доминирующим подпроцессом ЧЭФ природы объектов, механизмов и производственных отношений иной типологии. На схеме рисунка 10 для градации «капитализм» объекты обозначены геометрическими фигурами, выполненными точечным пунктиром, в том числе, и обобществлённые объекты (круги) инфраструктуры.

В современном обществе капитализма это проявляется в таких рецидивах как продажа людей (детей) и «рабство», брак по расчёту, предательство ради экономического выигрыша и денег («продажа Родины», семьи, друзей), платное образование, платная медицина и прочее. Наконец, это совсем не современная, но уродливо товаризованная экономическая практика продажи информации и контента; это и деформированная в сторону экономизма форма правового выражения авторского права и правового представления вышеперечисленных экономических деформаций, в том числе, и в части правового регулирования информационного пространства.

Более того, сам факт доминирования в обществе рыночных товарно-денежных отношений служит в ряде случаев обоснованию и «оправданию» этих рецидивов. За исключением информационно-интеллектуальных объектов и процессов все эти рецидивы относятся к объектам и процессам инфраструктуры общества, которые были обобществлены в далёком историческом прошлом общества и поставлены под контроль коллективного интеллекта, вошли в основания общества и стали его фундаментом. Разумеется, этот фундамент развивался, и развивается, в восходящем развитии вместе со всей целостностью общества. Однако выше отмеченные рецидивы напоминают и свидетельствуют о наличие деградационных и деструктивных процессов, ведущих в конечном итоге к краху самого общества и его культуры.

Особо заметим, что подобная ситуация так или иначе складывается в настоящее время относительно объектов информации и знания. Это выражается в постоянно возникающих актах и намерениях власти ограничить те или иные свободы распространения и использования информации, интеллектуальных продуктов информационно-интеллектуальной и творческой (креативной) жизнедеятельности.

Всё это происходит стихийно, за спинами участников производственных процессов, что вызывает нарастание негативных явлений, диссонанс и хаос в самой жизнедеятельности общества, снижение эффективности общественного производства, ведёт к ещё большему нарастанию социальной напряжённости и усилению критичности положения общества, способствует спонтанному становлению состояния неустойчивости и бифуркации.

Таким образом, изложенное достаточно убедительно доказывает несомненную трансформацию, развитие, доминирующих частных отношений собственности и соответствующих базовых объектов-предметов как категорий в ходе исторического восходящего развития общества. При этом сами переходы частных отношений собственности от одной типологии к другой строго квантуется в соответствие с историческими эпохами.

В целом же все рассмотренные явления ещё раз напоминают о силе и мощи института частных отношений собственности и необходимости тщательного учёта его влияния на различные стороны развития общественных отношений в социуме.

1.6.3. Историческое развитие группо-иерархических отношений собственности

Все исторические времена развития человечества неизменно сопровождались идей построения справедливого общества. Идея справедливого общества в процессе этого движения наполняется конкретным содержанием, характерным для данного момента данной исторической эпохи. Наиболее полно она нашла своё выражение, говоря языком социальных движений последних столетий, в образах социализма и коммунизма. Однако в теоретическом плане само понимание социализма и коммунистического будущего, даже в среде их сторонников, весьма расплывчато и противоречиво.

В этой связи возникает ряд вопросов:

– в чём суть субстанции социализма, и какова всё-таки его сущность?

– почему при обсуждении этого вопроса порою вспоминают различные социализмы, в том числе «феодальный», и даже – «первобытный коммунизм»?

– почему история развития человеческого общества наполнена, с древних времён, мечтами и различными движениями в поисках социальной справедливости?

Попытаемся ответить на эти вопросы, опираясь на важнейший материалистический аспект производственных отношений, – на отношения собственности.

Первый тезис.

Начнём с весьма характерной статьи М. Заломова «Социализм: феодальный, буржуазный, рабочий…». Анализируя социальный идеал немецкого проповедника времён Реформации, духовного лидера социального движения, проповедовавшего всеобщее равенство на основе евангельских идеалов и террор против традиционной церкви и дворянства, крупнейшего теоретика того времени Томаса Мюнцера (около 1490 – 27 мая 1525), он пишет: «Этому величайшему сыну немецкого средневековья принадлежит выдвижение лозунга «Всё общее!». Мюнцер стал первым теоретиком и практиком коммунизма как движения, которое себя уже осознало. … Мюнцер обосновал необходимость развивать сущность каждого человека, расставлять людей в общественной жизни по мере их способностей, предоставлять каждому возможность руководить посильной частью общей собственности. В этом Мюнцер увидел возможность повысить эффективность общего хозяйства относительно частного» [5].

Начало установления «общности имуществ» Мюнцер связывал с устранением феодалов и переходом всех материальных благ в руки трудящихся путём уравнительного раздела земли и других богатств между всеми тружениками.

Социально-политическую программу Мюнцера Энгельс характеризовал как близкую к коммунизму, как «гениальное предвосхищение» будущего, как программу «… немедленного установления царства божьего на земле…». Под этим Мюнцер, по словам Энгельса, «… понимал не что иное, как общественный строй, в котором больше не будет существовать ни классовых различий, ни частной собственности, ни обособленной, противостоящей членам общества и чуждой им государственной власти» [19].

Второй тезис.

Википедия, свободная энциклопедия, пишет: «Первобытный коммунизм (нем. Urkommunismus) он же первобытно-общинный строй – марксистский термин, означающий самую первую в истории общественно-экономическую формацию, когда все члены общества находились в одинаковом отношении к средствам производства, и способ получения доли общественного продукта был единым для всех.

Согласно Энгельсу, наиболее древние человеческие сообщества охотников-собирателей, существовавшие до возникновения классов, можно назвать «примитивным коммунизмом». Примитивный, или первобытный, коммунизм характерен для всех народов, находящихся на ранних ступенях развития (т. н. первобытнообщинный строй, по археологической периодизации совпадающий в основном с каменным веком). Для примитивного коммунизма характерно одинаковое отношение всех членов общества к средствам производства, и соответственно единый для всех способ получения доли общественного продукта».

Третий тезис. О феодальном социализме.

БСЭ и «Философская энциклопедия» определяют феодальный социализм как «… разновидность до-научного социализма, представители которого, критикуя капитализм, видели выход из его противоречий в возвращении к феодальным патриархальным отношениям.

<…>

Формирование феодального социализма произошло после Революции 1830 во Франции и парламентской реформы 1832 в Англии, когда возникла почва для иллюзии об общности интересов классов, противостоящих буржуазии справа и слева, своеобразном антикапиталистического фронте феодалов и трудящихся» [23].

Вот и сегодня, в наше время, некоторые видят в советском реальном социализме «высшую стадию феодализма» [31].

Однако такие исторические иллюзии «строятся» не только на противостоянии, не только на внешней, порою даже – бытовой, схожести некоторых явлений, но и на ряде положительных сущностно-материальных мотивациях этих движений к справедливости.

А сущностно-материальная мотивация в этих тезисах одна – обобществление. Об этом хорошо сказано в статье БСЭ о Томасе Мюнцере: «Религиозно-философское учение Мюнцера… представляло собой разновидность пантеизма и приближалось к атеизму. По существу, пантеизм Мюнцера – социальное учение: все „творения“ являются, по Мюнцеру, частями мирового целого и только в нём могут существовать, из чего следует, что индивиды не могут иметь особых интересов, отличных от интересов общества в целом. Реформация, по Мюнцеру, – преобразование мира на началах торжества общих интересов…» [29].

То есть идея обобществления, и торжества общих интересов, существовала и существует в обществе на всех этапах его исторически восходящего развития. Однако в зависимости от конкретно-исторической обстановки и, даже, личностного фактора, эта идея облекалась в разнообразные формы и, если так можно сказать, на различную «глубину и широту» обобществления. Очевидно, что в целом степень и глубина обобществления, сами формы обобществления, тесно связаны с уровнем сложности и типологией доминирования на соответствующем конкретно-историческом этапе развития данного общества.

Заключение Мюнцера о том, что «что индивиды не могут иметь особых интересов, отличных от интересов общества в целом», созвучно и с последующим марксовым утверждением. «…Сущность человека, – писал К. Маркс, – не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений» [20, с. 265]. То есть, образно говоря, человек – это воплощение общественных интересов в индивидной форме, форме индивидуума, индивида.

Идея обобществления, согласно фундаментальной социологической метатеории общества А. С. Шушарина «Полилогия современного мира…», находит своё непосредственное выражение в её теоретических основаниях, а в исторической конкретике связана с доминирующей типологией базового объекта-процесса. То есть конкретное наполнение этой идеи, как в жизни, так и в самой парадигме теории, что в данном контексте особенно важно, жёстко зависит от уровня и степени развития материального производства, от самого воспроизводственного уровня действительной жизни и, разумеется, во много определяется положением доминирующих социальных групп населения общества.

На прилагаемой схеме рисунка 12 в графической форме отображены основополагающие элементы трансформации отношений собственности общества в процессе его восходящего исторического развития. Основные закономерности этого развития были в целом ранее рассмотрены и касались, главным образом, исторического развития частных отношений собственности. Как видно из схемы эти частные отношения собственности, последовательно трансформируясь, развиваются в сторону всё более абстрактных объектов действительной жизни, составляющих в структуре общества асимптотически снижающийся логический объём. При этом имеет место последовательное ослабление степени влияния агентов-собственников на движение доминирующих объектов отношений собственности и на всю жизнедеятельность общества.

Рис. 12. Асимптотический тренд развития отношений собственности в восходящей истории общества

С некоторой осторожностью можно предположить, что развитие ограниченных, частных отношений собственности в обществе исторически дрейфует в сторону системы, «не имеющей исходного пункта развития», децентрализованной и антииерархичной. Этот тип общества будущего близок к концепции информационно-сетевого общества, в которых «координация операций и синхронизация общего результата достигаются без центрального органа», а соответствующий информационный континуум образует некое социальное поле как сеть информационных каналов. Это позволяет предвидеть и упреждать ходы игроков, позиционироваться относительно друг друга, а социальным классам группироваться и перегруппировываться, социальным институтам – формироваться и переформировываться.

В асимптотическом исходе, в традициях марксова учения, всё социальное пространство заполняет некая всеобъемлющая инфраструктура общества, а институт ограниченных, частных отношений собственности становиться ничтожно значимым, уступая место самодостаточным личностям, гражданам человечества – «универсальному человеку».

После этого исторического экскурса, дающего в первом приближении образ развивающихся группо-иерархических отношений собственности, перейдём непосредственно к анализу самой структуры группо-иерархических отношений собственности.

Подобный тренд в «образах социализма», но уже по поводу полилогических объектов-процессов, имеет место в отношении группо-иерархических отношений собственности (ГИОС). Напомним, что частные отношения собственности возникают (возможны) лишь по поводу объектов-предметов действительной жизни. Таким образом, в полилогии группо-иерархические отношения собственности последовательно возникают, исторически чередуясь с частными отношениями собственности, на всём пространстве восходящего развития общества. Конкретизируем эту историческую последовательность доминирующих объектов-процессов, по поводу которых имеют место ГИОС. Это следующие объекты-процессы: общая жизнь (первобытность), пространство производства (феодализм), технологии и функции (социализм), общественное познание (градация «Общество знания»), «мудрое решение» как продукт коллективного интеллекта (градация «Общество мудрых решений») и т. д.

На схеме рис. 12 объекты-процессы обозначены тонированными квадратами, а исторический период соответствующих доминирующих группо-иерархических отношений собственности (ГИОС) выделен серым тоном средней интенсивности и последовательностью аббревиатур по всем перечисленным объектам-процессам: ГИОС-ОЖ, ГИОС-ПП, ГИОС-ФТ, ГИОС-ПЗ, ГИОС-КИ.

По этому подобию, тёмным тоном и треугольниками, выделены доминирующие объекты-предметы и соответствующие периоды доминирования частных отношений собственности (ЧОС) с указанием аббревиатур последовательности по всем известным объектам-предметам: ЧОС-Ч (человек), ЧОС-Р (работник), ЧОС-СП (средства производства, вещь), ЧОС-И (информация), ЧОС-ФЖ (философия жизни). Инфраструктура, по всем типам чистых эндогенных форм, выделена светло-серым тоном заливки.

Уместно ещё раз напомнить, что градации (устар. – формации) представляют композицию из всех известных чистых эндогенных форм (ЧЭФ) процессов воспроизводства объектов действительной жизни. Каждой градациям на схеме рисунка соответствует свой столбец, а каждой ЧЭФ – своя строка таблицы. В градации одновременно и параллельно протекают все известные ЧЭФ воспроизводственных процессов, но только одна из них доминирует, определяя тип и название соответствующей градации, доминирующий базовый объект воспроизводства, доминирующие производственные отношения, механизмы обмена, материально-знаковые формы производственных отношений, тип разделения труда, тип равновесия, богатства и пр.

ЧОС и ГИОС в совокупности образуют ограниченные (не обобществлённые) отношения собственности (ОгрОС), которые на схеме рисунка 12 изображены толстой и постепенно утончающейся «кривой», напоминающей балку шлагбаума. Как видно из этой схемы, кривая ОгрОС образуется сцеплением двух кривых (ЧОС и ГИОС), напоминающих две части огромной застёжки-молнии. «Зубцы» застёжки-молнии представляют собой последовательно чередующиеся периоды (зоны) доминирования ЧОС и ГИОС. Объекты, переходящие в инфраструктуру общества обозначены тонированными кругами.

Отмеченное выше свойство развития тренда ограниченных отношений собственности проиллюстрируем примерами на основе анализа тренда ГИОС, которые непосредственно связаны с поставленными в начале раздела вопросами. В целом можно отметить, что ГИОС, как и в целом ОгрОС, последовательно трансформируясь, развиваются в сторону всё более абстрактных объектов-процессов действительной жизни, составляющих в структуре общества асимптотически снижающийся логический объём. При этом имеет место последовательное ослабление степени влияния соответствующих групповых агентов-собственников этих доминирующих объектов на их движение в обменных процессах и на всю жизнедеятельность общества. – И это связано не только с нарастающей мощью и содержанием инфраструктуры общества (массивная область светло-серого тонирования под непрерывно утончающейся кривой ОгрОС), что само по себе весьма важно, но связано, прежде всего, с трансформацией внутреннего содержания самих ГИОС.

Таким образом, воплощение в жизнь справедливости как вечной мечты человечества исторически идёт непрерывно и постоянно, однако при этом имеет место лишь асимптотическое приближение к идеалу справедливого общества. Несмотря на асимптотический характер «приращений», постепенно уменьшающихся, сама сила стремления к справедливости, сила страстей по этому поводу и значимость каждого очередного исторического шага в этом приращении отнюдь не уменьшаются.

Поэтому и не ослабевает в историческом развитии борьба прогрессивных сил общества за справедливость, хотя само конкретное наполнения смысла и содержания справедливости на каждый исторический момент восходящего развития общества существенно меняется. В этом вечном движении уровень справедливости общественных отношений также непрерывно и асимптотически возрастает. Этот исторический идеал справедливого общества обозначен на схеме рис. 12 (фрагмент рисунка в двойном овале) надписью «ГУМАНИЗМ», что подразумевает историческую преемственность идеалов справедливости социалистических и коммунистических движений общественного развития.

Возвращаясь к внутреннему содержанию ГИОС схемы рис. 12, следует подчеркнуть, что фазы господства ГИОС в каждой исторической эпохе сопровождаются обобществлением объектов-предметов, доминировавших в предыдущих градациях. Это наиболее выразительно подчёркивает исторический процесс обобществления, ибо здесь имеет контрастный переход от частных отношений собственности по поводу базового объекта-предмета к обобществлённым отношениям. Здесь уместно напомнить, что в этом движении реализуется известный классический лозунг об «уничтожении частной собственности» и «преобразование мира на началах торжества общих интересов» по Мюнцеру.

Итак, во-первых. Развитие кривой ГИОС исторически начинается в градации первобытность, доминирующим базовым объектом-процессом которой является «общая жизнь», что, по сути, охватывает всю жизнедеятельность человека, всю действительную жизнь периода начального становления общества. Как уже отмечалось, в состав объекта доминирования помимо собственно доминирующего объекта-предмета входят (могут входить), правда, в деформированной форме и в конкретике быта, прочие известные базовые объекты всех известных ЧЭФ, – за исключением, в значительной степени, объектов инфраструктуры. При этом следует иметь в виду, что часть этих «прочих» объектов лишь мыслима и на тот исторический момент совершенно не осознана, другие лишь едва наметились в практической жизнедеятельности и не существенны.

В первобытности инфраструктуры, как таковой, в привычном понимании, практически не было. Само же общество, в действительности, ограничивалось небольшой группой людей (человек), выросших из стада человекообразных. Поэтому группо-иерархические отношения собственности первобытного общества (ГИОС-Ч) по поводу «общей жизни», со стороны современного человека, живущего в обществе страны и государства, воспринимаются и выглядят как неотличимые от обобществлённых отношений собственности (ОбщОС). Более того, прочие базовые объекты всех ЧЭФ тогда ещё лишь едва намечались в практической жизнедеятельности и не были существенны, а сама действительная жизнь сводилась к ЧЭФ «переломная первобытность», когда «общества ещё не было, а человек уже был». По этой причине, внешне, развивающаяся и доминирующая ЧЭФ «первобытная» (и единственная действительная ЧЭФ общества) по сути, и в целом, представляла для нашего «современника» Ф. Энгельса градацию «первобытность» с ГИОС-ОЖ, неотличимой от обобществлённых отношений собственности (ОбщОС).

Всё это и послужило основанием того, что Энгельс назвал наиболее древние человеческие сообщества охотников-собирателей «примитивным коммунизмом». И это скорее красочная метафора, чем строгое (научное) понимание нашего, человеческого, прошлого.

Во-вторых, о «феодальном социализме». Представители донаучного социализма видели выход из противоречий капитализма в возвращении к феодальным патриархальным отношениям не только потому, что «там ещё нет капитализма» (это антикапиталистическая позиция феодалов), а потому, что это был шаг в направлении отрицания частных отношений собственности капитализма (ЧОС-СП) и в сторону обобществлённых отношений собственности. Позже стала ясна, в научном плане, ограниченность этого движения в сторону обобществления, которое реализовывалось не до конца и без явного акцента в отношении «средств производства». То есть речь шла об ограниченных отношениях собственности по поводу «пространства производства».

В эти отношения, через механизм доминирования и деформирования отношений по поводу объектов иной типологии, неким образом вписывались, в умах представителей этого движения, и «средства производства» (главный, доминирующий объект капитализма и ЧЭФ «экономическая»). Этим отрицались чисто частные отношения собственности и устанавливались чёткие групповые отношения собственности, которые будучи закованы снизу доверху в некие иерархические структуры, выглядели с претензией на обобществлённые отношения собственности, но ограниченными групповым характером управления по горизонтали.

Это были не «иллюзии об общности интересов классов, противостоящих буржуазии справа и слева», а единственно известный этим двум сторонам «антикапиталистического фронта» путь разрешения сложившейся исторической ситуации. Не владея современным, полилогическим, или хотя бы традиционным марксистским мировоззрением, именно, научным мировоззрением, восходящие силы слева мыслили и действовали в рамках существующего на тот момент знания (теории), а оно было «до-научным». Вот из этого факта и возник «феодальный социализм», имя, которое дали ему наши современники.

И здесь невольно возникает некая параллель с современной историей советского социализма, реального социализма СССР. Именно в 90-е годы прошлого века представители «запущенной социологии» и догматичного марксизма последних десятилетий СССР, критикуя отдельные стороны «выстроенного в боях социализма», видели выход из его противоречий в возвращении, к так называемым ими, экономическим, товарно-денежным отношениям.

Они, «левые», как и несколько веков назад, оказались теоретически несостоятельными в понимании законов исторического развития. Они, как и когда-то их пращуры, стали заложниками «иллюзии об общности интересов справа и слева». Но если их когда-то манили хоть какие-то производственные отношения, отношения собственности, лишь ограниченно напоминавшие обобществление в форме ГИОС-ПП, то наши современники, разумеется, не все, ринулись сломя голову, образно говоря, строить социализм на капиталистических основаниях, – «капиталистический социализм». Эта «иллюзия» может строиться исключительно только на частных отношениях собственности (ЧОС-СП), что и было «успешно» реализовано; в итоге, в современной России – капитализм.

Наконец, в-третьих, возвращаясь к шлагбаум-подобной кривой тренда развития ограниченных отношений собственности, а непосредственно к её второй составляющей группо-иерархических отношений собственности, напомним, что градация социализма характеризуется доминированием ГИОС-ФТ по поводу объекта-процесса «функции, технологии» (работа). Градация феодализм так же характеризуется доминированием группо-иерархических отношений собственности ГИОС-ПП, но по поводу объекта-процесса «пространство производства». Именно группо-иерархическая сущность производственных отношений и отношений собственности этих градаций (делаем акцент на этой общности, оставляя в стороне прочие различия) составляет их общность и подталкивает Фирсова А. в статье «Социализм, как высшая стадия феодализма» к иллюзии, что реальный советский социализм – это «высшая стадия феодализма».

Таким образом, во всех приведённых примерах исторических иллюзий о справедливости и о социализме неоспоримо присутствуют ограниченные группо-иерархические производственные отношения и ГИОС. В этом, можно сказать, проявляется суть «социализмов» различных исторических эпох, суть справедливого общества на конкретных исторических этапах развития общества. ГИОС соответствуют второй фазе развития исторических эпох, для которой характерно обобществление объектов-предметов, доминировавших в первой фазе эпохи. То есть история обобществления протекает постоянно на всех этапах исторического развития. Тем самым движение к справедливости, вечной мечты человечества, в основе которой лежит обобществление, перманентно присутствует во всей известной истории человечества.

Однако естественный интерес представляет судьба этой «иллюзии о социализме» и о справедливости, обращённая в будущее общественного развития нашего социума. Все предыдущие «социализмы» были связаны с доминирующими объектами-процессами и группо-иерархическими отношениями собственности следующей последовательности: общая жизнь и ГИОС-ОЖ градации первобытность, пространство производства и ГИОС-ПП градации феодализм, функции (технологии) и ГИОС-ФТ градации социализм. Очевидным и логическим продолжением этого ряда являются объект-процесс «общественное познание» и ГИОС-ПЗ градации «Общество знания» эпохи знания, а также – объект-процесс «мудрое решение коллективного интеллекта» и ГИОС-КИ градации «Общество мудрых решений» эпохи мудрости.

Поэтому, обращаясь к недалёкому прошлому, если и следовало в годы перестройки руководствоваться известным лозунгом того времени «Больше социализма!», то не путём «здорового функционирования товарно-денежных отношений на социалистической основе» (что теоретически есть абракадабра и понятийно абсурдно, бессмыслица), а путём, говоря словами «Полилогии…», «революционного процесса создания научного производства» и «онаучивания». Этот дух «нового социализма» и превращения, – по Марксу, – науки в производительную силу несли вместе со временем «трудящиеся нового типа».

«Знание – сила» и подобные «вечные истины» философии банальны, но общество может стать «научным обществом» только тогда, когда оно опирается на новое знание, когда не философия, а сама наука выдвигает новое социальное знание об обществе, удачное и не «вечное», но в форме конкретно-исторической научной теории современного мира и, как правило, в момент его переломного и критического состояния. И данный материал, развивающий идеи полилогии, есть наш скромный вклад в это социальное знание и саму парадоксальную научную теорию современного переломного мира.

Таким образом, «духом нового социализма» и справедливости, несомненно, веет от тренда общественного развития, ориентированного на «Общество знания» и, для будущих поколений, – на «Общество мудрых решений». В основе этих обществ будущего лежит доминирование таких объектов-процессов как «общественное познание» и «коллективный интеллект». Возможно, что когда-нибудь в отношении этих типов общества (способов производства действительной жизни) в словаре идеологических терминов и появятся такие словосочетания как «научный социализм» и «интеллектуальный социализм», или, – «когнитивный социализм» и «философский социализм», но это не изменит сущности вечного стремления к справедливому обществу.

Таким образом, можно сказать, что на данном этапе общественного развития, если и говорить об «обновлённом социализме» или о «социализме XXI века», то следует говорить лишь об «Обществе знания», ибо в сегодняшнем понимании лишь это общество, бесспорно может претендовать на высокий общественный статут и статус справедливого общества. Ибо только с этим обществом находится в гармонии образ вечной мечты человечества XXI века о справедливости.

Это вечная мечта человечества о справедливом обществе, как движение, последовательно «уничтожает» отношения частной собственности, но, образно говоря, ещё не «дотягивает» до полного обобществления всего гетерогенного множества типологических объектов действительной жизни. А иного и быть не может, ибо общественное развитие бесконечно, как и сам мир действительной жизни человеческого социума.

Поэтому, отвечая на основной вопрос: «В чём суть субстанции социализма?», мы склоняемся к тому, что субстанция социализма, в широком понимании, есть объект-процесс как вечное движение обобществления отношений собственности в обществе на пути к Гуманизму.

Такое понимание социализма как исторической категории не противоречит его конкретно-исторической семантике и соответствует научному языку современной фундаментальной социологической метатеории развития общества полилогия. Поэтому, часто звучащий лозунг о «социализме XXI века» следует заменить, не разрушая самой семантики общества справедливости, на научно-обоснованный и наполненный конкретным социальным содержанием лозунг, – «Вперёд, к Обществу знания!».

1.6.4. Полилогическая классификация отношений собственности

В целом полилогическая классификация отношений собственности (ОС) дана на схеме рисунка 13, которая развивает ранее приведённый на рисунке 11 фрагмент этой классификации для частных отношений собственности. На данной схеме, в частности, в структуре ОС группо-иерархические отношения собственности представлены в следующем составе: ГИОС-ОЖ, ГИОС-ПП, ГИОС-ФТ, ГИОС-ПЗ, ГИОС-КИ.

Систематизация отношений собственности строится следующим образом.

На первом уровне логического деления имеет место дихотомическое деление всех отношений собственности на общественные, то есть обобществлённые, – ОбщОС, и не обобществлённые, то есть «ограниченные», – ОгрОС.

На втором уровне ограниченные отношения делятся на частные отношения собственности, – ЧОС, и группо-иерархические отношения собственности, – ГИОС.

Рис. 13. Полилогическая классификация отношений собственности

На третьем уровне деления в качестве основания выбран признак типологии объекта отношений собственности. Как уже отмечалось, в полилогии весь объём понятия «действительная жизнь» включает следующие типологические объекты: человек (культура образа жизни), общая жизнь, работник, пространство производства, вещь (средства производства), технология (функция или работа), информация, общественное познание, «философия жизни», «мудрое решение» «коллективного интеллекта» и т. д. Эти базовые объекты даны в порядке их исторического доминирования отдельным блоком ниже классификационной схемы.

В последних двух строках классификационного «древа» представлены ЧОС и ГИОС в порядке исторического доминирования (слева направо) соответствующих базовых объектов, при этом во второй строке (через стрелку) представлены по этим же типологиям объектов обобществлённые отношения собственности.

1.7. Предел «царства свободы» и развития отношений собственности

Описание тренда развития отношений собственности будет неполным, если не будет выявлен предел их развития в рамках сохранения тождества развития (структур и состояний) общества как человеческого социума, то есть то состояние развития, которое в следующий момент перестаёт быть обществом (человечеством) как высшей формой развития материи, разумеется в нынешнем, современном, понимании.

Как уже отмечалось, «человеки» – это живые разумные общественные существа, субъекты общественно-исторической деятельности и культуры, рода Люди (Homo) из семейства гоминид в отряде приматов; человечество – совокупность всех людей, когда-либо населявших мир.

В попытке моделирования потенциального предела развития общества целесообразно вновь вернуться к схеме рисунка 12, которая существенно раздвигает границы анализа исторического восходящего общественного развития.

Согласно терминологии К. Маркса, линия «шлагбаума» ограниченных отношений собственности – это линия-граница революционных процессов перехода из состояния «естественной необходимости» в состояние «свободы в этой области», то есть в состояние, которое формирует «истинное царство свободы». Это состояние «свободы в этой области» становится «своим базисом» для последующего «расцвета» «истинного царства свободы».

Вот, например, как об этом говориться в третьем томе (часть вторая) в главе «Триединая формула»:

– «Царство свободы начинается в действительности лишь там, где прекращается работа, диктуемая нуждой и внешней целесообразностью, следовательно, по природе вещей оно лежит по ту сторону сферы собственно материального производства. Как первобытный человек, чтобы удовлетворять свои потребности, чтобы сохранять и воспроизводить свою жизнь, должен бороться с природой, так должен бороться и цивилизованный человек, должен во всех общественных формах и при всех возможных способах производства. С развитием человека расширяется это царство естественной необходимости, потому что расширяются его потребности; но в то же время расширяются и производительные силы, которые служат для их удовлетворения. Свобода в этой области может заключаться лишь в том, что коллективный человек, ассоциированные производители рационально регулируют этот свой обмен веществ с природой, ставят его под свой общий контроль, вместо того чтобы он господствовал над ними как слепая сила; совершают его с наименьшей затратой сил и при условиях, наиболее достойных их человеческой природы и адекватных ей. Но тем не менее это все же остается царством необходимости. По ту сторону его начинается развитие человеческих сил, которое является самоцелью, истинное царство свободы, которое, однако, может расцвести лишь на этом царстве необходимости, как на своем базисе» [13, с. 892—893].

Тогда площадь пространства, лежащего слева и над этой линией-границей революционных перемен, есть в терминологии К. Маркса – «царство естественной необходимости», а площадь пространства, лежащего справа и под этой линией-границей революционных перемен, есть площади области становления базиса «истинного царства свободы», где воспроизводственные процессы инфраструктуры находятся под контролем всеобщего интеллекта.

Таким образом, царство свободы есть, в пределе, те площади пространства, которые лежат под «шлагбаумом» в крайне правой части этого пространства, там, где кончается, предельно утончается, линия-граница революционных перемен. Это начало становления, по раннему К. Марксу, «коммунизма… как завершённого гуманизма» [16, с. 41—174]. Таким образом, воплощение в жизнь справедливости как вечной мечты человечества исторически идёт непрерывно, постоянно и асимптотически приближается к идеалу справедливого общества. Этот исторический идеал обозначен на схеме рис. 12 (фрагмент рисунка в двойном овале) надписью «ГУМАНИЗМ».

Раскрывая тезис «коммунизм… как завершённый гуманизм» К. Маркс пишет:

– «Такой коммунизм, … есть действительное разрешение противоречия между человеком и природой, человеком и человеком, подлинное разрешение спора между существованием и сущностью, между опредмечиванием и самоутверждением, между свободой и необходимостью, между индивидом и родом» [16, с. 41—174] (Выделено мной. – ХАТ).

Следовательно, для полного понимания тренда общественного развития общества в коммунистическом (гуманистическом) движении необходимо его рассмотрение с позиций глобального развития социума как высшей формы организации материи, с позиции, хотя бы на ступень более высшей, чем сам человек и его отдельно взятое общество, то есть – с позиций будущей ветви самого Древа Жизни.

Известно, что «Древо Жизни» в современном (предварительном) биологическом варианте «включает информацию о филогенезе (эволюционной истории) и текущей таксономии более чем 2,3 миллиона видов живых существ… и прослеживает эволюцию всего живого на Земле на протяжении почти 3,5 миллиарда лет». В условиях использования метатеории полилогия в настоящее время возможно лишь социологическое исследование (прогнозирование) предельного состояния развития социума и человека, чем и воспользуемся. Разумеется, что при этом рассматривается лишь некий эскиз социологического среза развития, а не биологического как такового.

На схеме рисунка 14 представлено, укрупнённо и, по сути, лишь футурологически, три возможных варианта социального развития человеческого социума вообще.

Рис. 14. Тренды предельного состояния развития социума и человека на основе направленности отчуждения

Первый вариант, – если человек, действительно, станет «свободен» от общества, то тогда прекратиться сама действительная жизнь общества, само общество, а вместе с ним и человек. Уничтожив самоотчуждение человек уничтожит и себя как общественное (социальное) и коллективное существо, ибо тем самым как бы отречётся от своих родственных связей с обществом и неких «обязательств» перед ним.

Два последующих варианта развития в социологическом срезе отчуждения разняться в том, – к кому направлено (предназначено) это отчуждение и кем оно используется (принимается). Эта разнонаправленность и формирует (образует) собственно дуализм в понимании роли отчуждения в историческом развитии общества.

Второй вариант. Здесь, в части труда, К. Маркс отмечает:

– «… посредством отчуждённого труда рабочий порождает отношение к этому труду некоего человека, чуждого труду и стоящего вне труда. Отношение рабочего к труду порождает отношение к тому же труду капиталиста, или как бы там иначе ни называли хозяина труда. Стало быть, частная собственность есть продукт, результат, необходимое следствие отчуждённого труда, внешнего отношения рабочего к природе и к самому себе» [17, с. 41—174].

В пределе второй вариант есть абсолютизация отношений частной собственности и уничтожение человек, превращение его в раба, в «живое орудие».

Третий вариант.

Однако, посредством отчуждённого труда (жизнедеятельности) человек порождает отношение к этому труду не только другого человека, но и остального общества в целом, «чуждого» этому труду, стоящего вне этого труда и заинтересованного в нём? – Тогда отношение рабочего к труду, отношение человека к некой жизнедеятельности, порождает отношение к тому же труду и жизнедеятельности уже общества в целом, в отношении к которому и направлено отчуждение этого труда или жизнедеятельности. Стало быть, здесь уже общественная (обобществлённая) собственность есть продукт, результат, необходимое следствие отчуждённого труда, «внешнего», через общество, отношения рабочего и человека к природе и к самому себе.

Эти рассуждения можно так же повторить и для прочих форм отчуждения продуктов и результатов труда (жизнедеятельности) и самого человека. Однако это и предыдущие заключения более основывается на отношениях по поводу «вещи» и требует, в дальнейшем, более всестороннего анализа и обоснования по всей совокупности полилогических базовых объектов.

Таким образом, в пределе третий вариант есть уже абсолютизация обобществлённых отношений собственности, но и не уничтожение человека и превращение его в «живое орудие», а рождение фантастических по своей структурной сложности «человеческих сверхорганизмов», объединяющих в своём составе всё множество человеческих особей, уже не способных существовать в прежних формах традиционных обществ. Это будет, как пишет доктор биологических наук Е. Н. Панов в книге «Бегство от одиночества…», – «возвышенный образ сущности людского бытия: единый планетарный суперорганизм под названием Человечество, сплочённый не знающими преград Мыслью и Знанием и преобразующий планету и самоё себя в границах рукотворно созданной Сферы Разума, или Ноосферы. … перед нами не просто механическое слияние элементов в составе некого аморфного множества, но сложнейший процесс саморганизации, приводящий к формированию структур с жизненным потенциалом, намного превосходящим скромные возможности каждого исходного элемента» [24, с. 15—16]. Каким это будет организм «царства логического бытия» покажет время не веданное нам и нашему исторически обозримому будущему.

Наконец, обращаясь к роману-антиутопии А. А. Зиновьева «Глобальный человейник» (1997 г.) [6], где «компьютеры» на уровне искусственного интеллекта контролируют и направляют личность, человека, через суррогат внутреннего диалога. Следует заметить, что в доведённое до предела это направление развития общества и человека связано с глобальным изменением, можно сказать, вырождением самого человека как элемента современного общества. В более ярко выраженной форме «искусственности» и второй природы это направление концентрируется в идеях трансгуманизма.

Трансгуманизм – философская концепция, а также международное движение, поддерживающие использование достижений науки и технологии для улучшения умственных и физических возможностей человека с целью устранения тех аспектов человеческого существования, которые трансгуманисты считают нежелательными – страданий, болезней, старения и даже смерти (Википедия – https://ru.wikipedia.org/). Эта философская система и мировоззренческая платформа, утверждающая, что человек не является последней стадией эволюции. Трансгуманизм призывает к активному вмешательству в эволюционный процесс (Энциклопедия трансгуманизма – https://ru.wikipedia.org/). Анализ этого направления в развитии человека не связан с проблемой отчуждения и собственности как таковой, хотя в определённой степени это и есть отчуждение от человека рода homo некого трансгуманистического человека, то есть некое «самоотчуждение», которое, однако, выходит за рамки настоящего эссе.

Поэтому он, человек, отчуждая себя, и обретёт себя как «самоё себя в границах рукотворно созданной Сферы Разума», разумеется, на основе законов развития Ноосферы как новой, высшей стадии эволюции космической биосферы, становление которой связано с исторически планетарным развитием человечества и форм органической жизни «высшей формы материи».

Или, почти по раннему К. Марксу:

– «Отчуждая от себя свою собственную деятельность, он (человек —ХАТ) позволяет другому человеку присваивать деятельность, ему не присущую», и наоборот, – выступая тем самым «в непосредственной форме коллективного», и, как «общественное существо», человек «утверждает общественную жизнь» как его «всеобщую индивидуальную жизнь» [17, с. 41—174].

«Omnibus ex sibi» – « [служение] всем для себя».

1.8. Противоречия общественного развития

1.8.1. Основные противоречия непропорционального и негармоничного развития общества

Общий процесс воспроизводства действительной жизни отдельно взятого общества на схеме рисунка 5 был отображён как совокупность процессов ЧЭФ (точнее, подпроцессов ЧЭФ) в форме некой многослойной тектоники слоёв различной типологии. Каждая градация восходящего исторического развития общества есть композиция этих ЧЭФ-слоёв, сами же градации различаются общим уровнем развития всех ЧЭФ-слоёв по сложности и, главное, – различаются типом, типологией, доминирующей ЧЭФ. Исторический период (момент) доминирования каждой ЧЭФ помечен на соответствующем ей графике кружком с белой заливкой.

Теперь представим каждый из рассмотренных типологических слоёв-подпроцессов ЧЭФ отдельным интегральным графиком, используя единую историческую ось времени в восходящем развитии общества (см. рис. 15). При этом выделим исторические периоды существования всех известных градаций общественного развития. Сами графики развития и роста каждого ЧЭФ-слоя в целях упрощения аппроксимированы кусочно-линейной S-образной кривой исторического роста сложности соответствующих ЧЭФ-слоёв. Ниже, под каждой интегральной кривой ЧЭФ, дан соответствующий дифференциальный график скорости прироста сложности ЧЭФ воспроизводства базовых объектов этой типологии.

Рис. 15. Интегральные и дифференциальные кривые роста сложности ЧЭФ в восходящем историческом развитии общества по сложности

Если взять и совместить на одном уровне восходящие (интегральные) графики кривых роста развития по сложности каждой из ЧЭФ (ЧЭФ-слои) рисунка 15, то получим картинку, данную на рисунке 16—2, которая позже в подробностях раскрывается в графиках рисунка 17. При этом следует иметь ввиду, что монотонно возрастающие интегральные кривые графиков, взятые по верхней и нижней границам каждого из ЧЭФ-слоёв рисунка 16—1 есть «толщи’ны» сложности этих слоёв, которые будучи самостоятельно представленные (рис. 15) имеют вид S-образных кривых.

Эти графики исторического роста сложности данных ЧЭФ-слоёв наглядно фиксируют три характерных периода в их развитии.

Начальный период незначительного возрастания сложности соответствует пологой левой, нижней, части S-образной кривой – область, так называемых, неактивированных отношений собственности по поводу соответствующей типологии базовых объектов данной ЧЭФ. Это, можно сказать, есть эмбриональная фаза развития по сложности.

Рис. 16. Интегральные и дифференциальные кривые роста сложности общества в восходящем историческом развитии

Средний период резкого и интенсивного роста сложности соответствует стадии доминирования данной ЧЭФ и активному развитию производственных отношений и отношений ограниченной (частной или группо-иерархической) собственности по поводу базового объекта этой ЧЭФ. На этой стадии происходит интенсивный рост сложности воспроизводственных процессов соответствующей типологии, то есть интенсивный рост уровня развития производительных сил данной типологии и производственных отношений этого среза производства действительной жизни. Это, соответственно, есть фаза роста в развитии по сложности.

Третий период соответствует пологой, верхней, правой части S-образной кривой, но уже на высоком уровне развития по сложности. Этот период соответствует области развития процессов ЧЭФ после обобществления, обобществления соответствующего базового объекта, вошедшего в составе инфраструктуры общества. Эта фаза развития по сложности соответствует фазе зрелости.

Рис. 17. Основные противоречия восходящего исторического общественного развития

Наконец, можно сказать, что точки двух фиксируемых переломов S-образной (кусочно-линейной) кривой ЧЭФ соответствуют началу и окончанию периода существования и развития той градации, которая определяется доминированием этой ЧЭФ.

В целях упрощения графического образа развития ЧЭФ каждый из этих трёх фаз-периодов, на рисунках 15 и 16, условно был представлен линейной функцией, прямой линией. Далее, рассмотрим более подробно графики рисунка 16—2, которые в приемлемом масштабе и в деталях даны на «итоговом» рисунке 17.

На схеме рисунка 17 графики роста по сложности каждой ЧЭФ отображены двумя кривыми, – сплошной и пунктирной. Верхняя (сплошная) кривая отображает развитие по сложности базового объекта и производительных сил общества соответствующей типологии, нижняя (пунктирная) – развитие самих производственных отношений, в том числе, и отношений собственности (от почти полного их отсутствия, через ограниченные, частные или группо-иерархические, отношения, к обобществлённым отношениям собственности).

Данная графическая модель исторического восходящего развития полилогической структуры воспроизводственного процесса действительной жизни общества есть идеальная модель «никогда не бывшего», нереального, и конкретно не реализуемого в будущем развития общественного производства, некий идеал, лишь своими элементами и фрагментами развития находящий отражение в действительной жизни, в окружающей нас реальности.

Такая модель обладает следующими важнейшими свойствами.

Во-первых, её двойственный и двухлинейный характер графика, образно говоря, фиксирует некоторое нормативное развитие и рост сложности как типологических объектов (производительных сил), так и производственных отношений.

Во-вторых, он отображает определённую «нормативную» сопряжённость, сбалансированность и пропорциональность, в развитии всей совокупности типологических базовых объектов, производительных сил и производственных отношений полилогически многообразной, производственно-гетерогенной действительной жизни. При этом каждой ЧЭФ соответствует своя типологическая шкала сложности, учитывающая особость её подкатегорий и специфику воспроизводственного процесса.

В-третьих, используемые в иллюстрациях кривые графиков нормированы относительно своих исторически максимально допустимых значений в представлениях сегодняшнего дня уровня познания общества. Этим собственно и объясняется «похожесть» графиков ЧЭФ разной типологии.

В результате, в идеальной модели, – уровень сложности предыдущей доминирующей ЧЭФ на данный момент времени оказывается выше уровня сложности последующей в доминировании ЧЭФ. Так как текущие значения сложности по каждой ЧЭФ нормированы, а сам максимум принят равным единице (или 100%), то кривые, будучи весьма схожими по характеру развития, различаются лишь местом расположения относительно горизонтальной временной оси (ордината).

Любое рассогласование «двухлинейной» сопряжённости, то есть отклонение от этой, можно сказать, нормативной базы развития базового объекта (производительных сил) и производственных отношений каждой ЧЭФ, в рамках идеальной модели, влечёт за собою возникновение, так называемых, противоречий. Противоречия, которые возникают на стадии доминирования данной ЧЭФ (средний период), являются основными.

На схеме рисунка 17, с использованием двух специальных надписей-указателей, обозначены лишь два актуальных для современности основных противоречия. Это известное всем противоречие экономического (капиталистического) способа производства между уровнем развития базового объекта как вещи, то есть – «средств производства», и экономических производственных отношений по их поводу как вещей. Полное название этого противоречия в «Политической экономии» звучит как противоречие между уровнем и характером развития «вещественных» производительных сил общества и уровнем развития их производственных отношений. Или, – «противоречие между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения его результатов». В последней формулировке это есть основное экономическое противоречие капитализма.

Это основное противоречие для ЧЭФ «экономическая, рыночная» отображено на схеме левой полосатой зоной. Более высокое значение сложности вещного базового объекта средств производства (производительных сил) связано с развитием машинного производства, осуществляемого в условиях «усиления общественного характера процесса капиталистического производства», «сосредоточения на предприятиях громадного числа работников» и «ростом общественного разделения труда» (сплошная линия). Относительно низкое значение сложности производственных отношений (в том числе, и отношений собственности!) связано с сохранением частного присвоения результатов совместного труда рабочих, которое исторически существовало в самом начале зарождения товарного производств вещей (пунктирная линия).

Степень основного противоречия может быть определена как относительная величина расхождения между сплошной и пунктирной кривыми интегрального развития ЧЭФ «экономическая» по сложности и максимальным предельным уровнем их сложности, например, в процентах или долях.

Вторым актуальным для современности основным противоречием, разрешившимся крахом для реального социализма СССР, является основное противоречие для ЧЭФ «функциональная, технологическая, плановая», которое отображено на схеме рисунка 1.17 правой полосатой зоной.

Это, так и не осознанное в период «перестройки» в СССР, но уже познанное в полилогии, так называемая, процессовая замкнутость технологического феода ЧЭФ «функциональная, технологическая» (плановая, отраслевая), обусловленная группо-иерархическими отношениями ограниченной собственности на процесс производства (технологии, работу) во внешней форме «плана». Эта замкнутость тотально обусловлена общественным характером воспроизводственного процесса, требующим информационной прозрачности и онаучивания производства действительной жизни, выступающего во внешней форме НТР (научно-технической революции). Это противоречие функционально-технологического (социалистического) способа производства между уровнем развития базового объекта как процесса (работа, технологии), то есть – «средств производства» как процесса, и функциональных производственных отношений «соисполнения» по его поводу как «работы».

Эти эндогенные противоречия между ограниченной (необщественной) собственностью на технологии (функции) и нарастающим трендом их обобществления в силу множества неэндогенных внутренних и внешних обстоятельств принимают другие, более видимые формы, как например: отставание, слабый потребительский сектор, территориальные неблагополучия, уравнительность, бюрократизм и т. д. В результате сам логический узел противоречий всей ситуации оказывается скрытым, «логически захороненным», и внешне, публично, выступает в некой несобственной форме, затрудняя понимание сути происходящего в публичной сфере общения.

При этом нарастание асимметрии собственности на технологии (функции) приводит к тому, что каждая линия технологического феода, как согласованного и синхронного сетевого производства, становится барьером для новаций и прогрессивных перемен. Так, для «конца» классического феода, в истории социологии были характерны такие афоризмы, как «война всех против всех»; «нет земли без вассала»; «laissez faire» – свобода торговли; «laissez passer» – свобода передвижения, то есть – резкое «вмешательство» в феод и территориальная замкнутость. Для линейной же формы собственности на технологии характерной является формула невмешательства в работу коллективов и их связей, а, следовательно, и в дефект производства.

Это невмешательство в работу коллективов и их связей означает, что «каждый коллектив трудится и живёт за счёт всех, но все мешают каждому, а каждый всем в переменах» [44, с. 608], а всё это вместе ведёт к нарастающей технологической анархии и её «накоплению» в структуре производства.

Кроме основных противоречий, полилогически подобных рассмотренным двум примерам, обозначенным на схеме рис. 17 полосатыми зонами, могут и имеют место другие противоречия другого характера. Эти, прочие противоречия, так же связанны с отклонениями от идеальной, «нормативной», модели восходящего исторического развития общества, представленной на рисунке 1.16 совокупностью наложенных на один график «двухлинейных» кривых отдельных ЧЭФ (рис. 1.16—2).

Некоторые из пар нормативного соответствия «соседних» кривых последовательно доминирующих ЧЭФ в идеальной модели на рисунке 17 обозначены тонкими вертикальными двухсторонними белыми стрелками, – это, например, четыре левых двухсторонних стрелки «Нормативное соответствие уровней развития ЧЭФ по сложности». Возникающие в результате отклонения от подобного нормативного соответствия противоречия обусловлены негармоничным развитием подпроцессов ЧЭФ различной типологии на некоторый исторический момент. Например, – уровнем развития по сложности феодальной автаркии (феода) и уровнем развития (качеством и номенклатурой) комплекса разнообразных работников и хозяйств (третья стрелка слева).

Это могут быть, образно говоря, как «внутренние» отклонения (расхождения) между сплошными и пунктирными линиями каждой ЧЭФ, так и «внешние» отклонения между кривыми ЧЭФ различной типологии в разнообразных сочетаниях для любого момента исторического восхождения общества по сложности. Внешние противоречия являются противоречиями непропорционального и негармоничного развития общества, обусловленные опережением или отставанием в развитии отдельных ЧЭФ. Численная оценка степени этих противоречий также может быть определена как относительная величина расхождения между парами сравниваемых кривых.

Так, например, это могут быть противоречия, порождённые:

– «Возможным несоответствием уровней развития „средств производства“ (пр. сил) различных ЧЭФ», жирная вертикальная двухсторонняя белая стрелка;

– «Возможные несоответствия уровней развития „производственных отношений“ различных ЧЭФ», пунктирная жирная вертикальная двухсторонняя белая стрелка;

– «Возможные несоответствия, противоречия, уровней развития различных ЧЭФ по сложности» со всевозможными сочетаниями элементов как уровней развития производительных сил и производственных отношений, жирная вертикальная белая линия с двумя кружками вместо стрелок.

Таким образом, на каждый момент исторического развития общества имеет место быть полилогический эффект сложения множества противоречий разного рода и разных ЧЭФ, ибо в любой момент развития одновременно и параллельно протекают в составе градационной композиции все известные ЧЭФ. Это в конечном итоге и образует непредсказуемое состояние бифуркации с множеством возможных исходов и трендов последующего развития в ходе восходящего становления обществ, опять же, пока только эндогенно, то есть в рамках внутристрановой логики.

1.8.2. О развитии ЧЭФ по сложности

Согласно метатеории полилогия, со «штормом» нововведений нового уклада, а точнее с новым разделением труда, связано начало становления каждой новой социально-воспроизводственной градации общества. Так интенсивное разделение современного труда на традиционный, физический, труд и интеллектуальный, то есть информационный и когнитивный труд объясняется активизацией в обществе информационных процессов, которые свойственны ЧЭФ «информационная». То есть налицо начало бурного, становления производительных сил новой градации «Информационное общество» эпохи знания.

С этим штормом нововведений в своё время столкнулся реальный социализм СССР. Об этом столкновении ранее говорилось как об основном противоречии социализма в СССР, то есть о противоречии между ограниченной, необщественной собственностью на технологии (базовый объект-процесс производительных сил) и трендом их неизбежного обобществления через информационное разрушение крепостных стен отраслевых тайн производственных феодов страны Советов.

На схеме рисунка 17 это противоречие и состояние «шторма нововведений» образно представлено правой полосатой зоной и малой жирной вертикальной двухсторонней белой стрелкой «Величина основного противоречия социализма». Кроме того, оно также представлено вертикальными двухсторонними белыми стрелками «Возможное несоответствие уровня развития информационной обеспеченности уровню производительных сил и отношений» (непрозрачность, информационная недостаточность), которые расположены чуть левее и выполнены жирным точечным пунктиром.

Эти точечно-пунктирные стрелки отражают несоответствие развития базового объекта-процесса «технологии, функции» (работа) градации социализм и производственных отношений социализма, то есть несоответствие основы производительных сил эпохи развитой индустрии СССР уровню развития информационного обеспечения агентов производства, трудовых коллективов и граждан. С одной стороны, речь идёт об их информированности о состоянии дел и управления внутри производства, а также в других смежных и прочих подразделениях индустриального производства страны и действительной жизни общества того исторического периода. С другой стороны, эти противоречия, были вызваны отсутствием, как сегодня модно говорить, информационных технологий в производстве и потребностями в широком, именно научном, сопровождении всей производственной деятельности трудовых коллективов и трудящихся, граждан страны реального социализма.

Известно, что за микроэлектроникой, и это общепризнано, стоят современные информационные технологии, компьютеры, интернет и пр., что соответствует ЧЭФ «информационная» и её базовому объекту «информация, информатика». При этом определяющим в развитии становиться не сама техника («технологический уклад» по Глазьеву С. Ю.), а именно информация и знания, то есть соответствующие идеальные объекты как, например, некий контент, программы, информационные системы, интернет и т. п. Поэтому речь здесь идёт уже о градациях «Информационное общество» и «Общество знания» эпохи знания.

О шторме информационно-компьютерных и интернетовских нововведений в своё время активно высказывался, будучи Президентом РФ, и нынешний премьер-министр Д. А. Медведев. Так в выступлении на II Общероссийском гражданском форуме 2008 года в Москве он заявил:

– «Очень важной является та информационная революция, которая проходит во всём мире. Она и дальше будет идти, и мы должны в эту революцию, в эти процессы „встроиться“ грамотным образом, не подрывая нравственные устои и в то же время, не выталкивая самих себя на обочину информационного развития».

(http://www.medvedev2008.ru/performance_2008_01_22.htm)

К сожалению, этот «поход в революцию» у Медведева Д. А. не сопровождался сколь-нибудь целостной и полной социологической программой преобразования российского общества, хотя планы создания электронного правительства, компьютеризации учреждений и подключения школ к Интернету, и прочие им подобные проекты были задействованы. Более того, все эти направления были «канализированы» в известное движение «цифровизации» общества и создания «цифровой экономики». Не обошла Российская Федерация вниманием и участием Всемирные встречи на высшем уровне по вопросам Информационного общества и Декларацию принципов построения информационного общества – глобальной задачи в новом тысячелетии.

Однако эти инициативы оказались лишь намёком на вхождение в «Эпоху знания», весь этот букет «заявлений о намерениях» и информационных, авторско-правовых, компьютерных и интернетовских пристрастий скорее превратился в хобби, чем в социально-структурную и постэкономическую революцию. Этот намёк постоянно, явно и предметно проявляется в аналитических статьях и работах всего правящего клира современной России.

Действительно, само развитие ЧЭФ «информационная» в своей эмбриональной фазе совпадает с началом фазы роста технологического уклада «микроэлектроника» и простирается далее на фазу технологического уклада «нанотехнологии». Это период дальнейшего общественного разделения труда в направлении традиционного физического труда и информационного, интеллектуального труда (деятельности). Это начало интенсивного развития интеллектуальных производительных сил и новых производственных отношений. Наконец, это согласно полилогии и начало становления нового «Информационного общества».

Развитие же ЧЭФ «экономическая, капиталистическая» совпадает с классическим периодом развития общественного разделения труда и появлением машинного производства, что и дало восходящее развитие не только производительных сил, но и производственных отношений капиталистического способа производства, градации капитализм. Этот период социального развития по сложности, основанный на интенсивном воспроизводстве вещного продукта, товара, совпадает в историческом времени с такими технологическими укладами С. Ю. Глазьева как текстильные машины, паровой двигатель, электродвигатель и захватывает также технологический уклад «двигатель внутреннего сгорания».

Эти, упомянутые, две чистые формы, ЧЭФ «экономическая» и ЧЭФ «информационная», имеют в качестве доминирующего базового объекта объекты-предметы «вещь» и «информация». Согласно главной последовательности эндогенной логики полилогии между этими ЧЭФ находится ЧЭФ «функциональная, социалистическая», у которой в качестве доминирующего базового объекта выступает объект-процесс «технология, функция» (работа). Характерной особенностью всех ЧЭФ, основанных на объектах-процессах является, образно говоря, упорядочение хаоса предыдущей в доминировании ЧЭФ и, естественно, градации на ней базирующейся. В данном случае это хаос градации капитализм и ЧЭФ «экономическая».

Следует, однако напомнить, что здесь анализируются идеальные модели лишь эндогенного (внутристранового) общественного развития, тогда как реальное развитие конкретных обществ происходит с различными отклонениями, порою значительными, от идеала. Кроме того, это развитие рассматривается здесь в отрыве от мощных, но резко отстающих по времени процессов мирового экзогенного (межстранового) развития обществ. Эти международные процессы экзогенного развития несут с собой не менее мощные противоречия, которые порою полностью ломают поступательное эндогенное развитие того или иного социума. Поэтому реальности развития того или иного общества есть дело специального анализа.

Итак, в чисто технологическом плане и в независимости от пожеланий намечается продвижение развития производительных сил нашего общества на основе информационной и знаниевой доминанты. А это означает, учитывая примат материальной базы в общественном развитии, что в социальном плане, нам, так или иначе, пророчат приход новой эпохи знания, – «Информационного общества» и «Общества знания».

1.9. Социальные негативы общественного развития

«Дурное» на «хорошей основе»

Анализируя генезис каждой чистой формы эндогенного воспроизводства действительной жизни, можно заметить как на «хорошей» основе этой жизни вырастает нечто «дурное», как из обычного социально-биологического взаимодействия вырастает животная эгостадность, как естественное демографическое взаимодействие сопровождается созданием «военных обществ» и рабства, как местное взаимодействие превращается в тиски автаркии, как нормальное вещественно-продуктовое и товарно-денежное взаимодействие превратилось в капитал, а нормальное функциональное взаимодействие социализма превратилось в молох его линейной формы. Разумеется, здесь имеются ввиду логические «превращения», а не их историческое движение.

Диалектика логических «превращений» состоит в том, что с каждой последующей формой на взаимоотношения людей накладываются всё новые и новые ограничения и запреты. Эти ограничения и запреты все более освобождают человека и защищают его от прежних несправедливостей, несвобод и угроз. В результате имеет место поступенное ограничение человеком собственных свобод и действий в отношении к другим людям. Возрастание свободы человека и «других людей» по ступеням эндогенных форм делает для всех эти нежелательные действия также невозможными. При этом с каждой ступенью достигается все более высокий запрещающий (отрицательный) консенсус.

Таким образом, эндогенно, рабовладение запрещает уничтожать других людей; феодализм запрещает рабство и отношение к другому человеку как к вещи; капитализм запрещает прикреплённость людей и их жизнедеятельности к определённой местности; функциональная (социалистическая) форма запрещает эксплуатацию; Информационное общество запрещает функциональную, производственную закреплённость; Общество знания запрещает информационную ограниченность.

Эти запретительные консенсусы необратимо нарастают, а их накопление в итоге проявляется в возрастающей морали, в праве и в институтах. Одновременно в каждой новой форме выявляются (вырабатываются и закрепляются) новые разрешительные и договорные положительные консенсусы. Однако, судя по истории их внутреннего развития, с ними неизбежно происходят прямо противоположные логические метаморфозы. Так в процессе преодоления первобытности, можно сказать, договорились о положительном консенсусе – все люди имеют возможность воспитываться, обучаться, работать и просто жить, но без явного нарушения этого консенсуса (договора) возникло (получилось) рабство. В процессе преодоления рабства положительно договорились – теперь все не рабы, граждане и соседи, но без явного нарушения этой договорённости образовались крепостные тиски феодализма в предельной форме автаркии. В процессе преодоления феодализма и автаркии договорились о честной торговле для всех по взаимосогласию независимо от местности, но без явного нарушения этой договорённости возникла эксплуатация. В процессе преодоления преодолении капитализма, эндогенно, договорились о совместной работе по согласованным планам, но без явного нарушения этого договора исторически быстро возникла функциональная форма социализма с уже новыми негативами статусного неравенства и дефектом производства.

В логическом результате социального развития каждая новая форма необратимо «уничтожает» негативы исторически предшествующей формы, но при этом при каждый новой и более высокой «договорённости», оформленной правилами и правами почти сразу обретает новые несвободы и постепенно обрастает ими.

«В образах синергетики, – пишет автор полилогии, – это значит, что восходящий негэнтропийный шаг ведёт к снижению состояния или росту энтропии („свёртывание сложности“, „сжатие“ по Дж. Николису, и др.), хотя уже на новом, более высоком негэнтропийном уровне производства и воспроизводства действительной жизни. В образных формах выражения это же значит, что „социальная материя“ уже в новых условиях подъёма, на более высоком уровне, но все равно „изыскивает“ самый простой, лёгкий („падший“, энтропийный) вариант состояния („потенциальная яма“), который рано или поздно неотвратимо обнажается как обесчеловечивающий людей» [44, с. 448—449].

То есть в каждом таком восходящем переходе имеет место определённое «упрощение» («скатывание») самого социума как системы, но на более высоком негэнтропийном уровне сложности. При этом каждый эндогенный шаг восходящего исторического развития общества ведёт к установлению «худшего» из возможных социального (энтропийного) порядка, но на уже «лучшем», из всех предшествующих, уровне этого порядка.

Таким образом, в последующих «превратностях идеологий, иллюзий (если угодно, мифов)» в обыденной жизни на поверхности бытия обнаруживается логически последовательная череда исторически меняющихся и закономерно доминирующих «негативов» общественной жизни. Фетишизация рассмотренных выше нормальных полилогических взаимодействий на «хорошей» основе, предстаёт в морали и в праве как «родимые пята прошлого» или неизбежный «родовой негатив» доминирующего настоящего, или как «мечта» о будущем.

Так, например, интеллектуальному труду свойственен совершенно иной родовой негатив производственных отношений, чем тот, который в основном упоминался выше. Эта интеллектуальная деятельность будет основным и главным типом производственной жизнедеятельности в развитом обществе эпохи знания, которая будет опосредствована в будущем доминирующими процессами ЧЭФ «информационная» и ЧЭФ «общественное познание». Соответствующие этим ЧЭФ негативы – это, во-первых, уже упоминавшиеся «информационное неравенство» и «неполнота получаемой информации, вплоть до искажения», а во-вторых, – «издержки творчества» и «неконцепт» процесса общественного познания, не отвечающих единой концептуальной мировоззренческой основе общества.

В то же время родовым негативом капитализма, ныне господствующим во многих странах, и его ЧЭФ «экономическая, рыночная» является, как известно, «экономическая эксплуатация». Экономическая эксплуатация не свойственна воспроизводственным процессам интеллектуального труда, то есть её возникновение даже в собственных условиях критического развития и вхождения «в предел» (загнивание) в состоянии неравновесного и несимметричного развития не приводит к самопроизвольному (как при капитализме!) возникновению «экономической эксплуатации». Её, как говорится, нет, и не может быть «по определению», в условиях чистого эндогенного развития в собственных формах и без влияния прочих ЧЭФ.

Однако следует заметить, что в условиях доминирования капиталистического (экономического!) способа производства собственные процессы интеллектуального труда, будучи неизбежно встроенными в реальное производство, деформируются господствующими экономическими отношениями, порождая некую псевдоформу экономической эксплуатации интеллектуального труда. Подобные явления возможны и в сочетаниях других ЧЭФ с ЧЭФ «экономическая» в период её доминирования. Аналогичные конструкции деформирования при доминировании какой-либо ЧЭФ исторически возникают на всём протяжении восходящего развития общества и в реальной действительной жизни социума, образуя разнообразные полилогические коллизии выходящего на поверхность бытия негатива.

В то же самое исторически восходящее время, от градации к градации в развитии общества по сложности происходит абсолютное снижение отрицательной сущности доминирующего негатива основных производственных отношений, неизбежно возникающего в ходе рассмотренных логических метаморфоз на «хорошей основе» вырабатываемого в каждой новой исторической форме нового, положительного консенсуса. Одновременно и на основе этого консенсуса, имеет место положительное нарастание некого комплексного свойства «гуманистичности» в целом производственных отношений и собственно бытия. При этом наблюдается положительное нарастание типологической гуманистичности производственных отношений в самой восходящей последовательности доминирующих в градациях чистых эндогенных форм.

Перечислим последовательно «негативы» исторически восходящей в доминировании и по сложности развития общества последовательности ЧЭФ, это (см. Таблицу П1 приложения 1, строка 9 «Негатив»):

– «животное насилие, зверство» переломной первобытности;

– «табу и насилие» первобытности;

– «диктат» рабовладения;

– «крепостничество, удел» (повинность) феодализма;

– «экономическая эксплуатация» капитализма;

– «дефект производства, статусное неравенство» социализма;

– «информационное неравенство» Информационного общества;

– «издержки творчества, неконцепт» Общества знания.

На рисунке 18 общий график интегрального негатива производственных отношений образно раскрывается посредством линий частных графиков «чистых» негативов конкретных ЧЭФ, которые изображены в виде куполообразных кусочно-линейных кривых, наполненных этим негативом.

На схеме рисунка 18 графически отображены вышеупомянутые тенденции абсолютного асимптотического снижения отрицательной сущности доминирующего негатива основных производственных отношений (чёрная кривая). Нарастание «гуманистичности» производственных отношений в условиях восходящего исторического развития общества отображено светлой асимптотически возрастающей выпуклой кривой.

Соответствующий характер исторического изменения этих черт производственных отношений близок характеру монотонного изменения вогнутой и выпуклой линий (кривых), асимптотически приближающихся к некоторому предельно мыслимому значению. Так для вогнутой кривой негатива эта предельная величина в относительных величинах равна нулю, а для графика гуманистичности это, соответствующее, относительное предельное значение равно некоторой нормированной единице. При этом подразумевается, что максимальное значение условной нормированной интегральной величины «гуманистичности», относительно некоторого мыслимого максимума в неких возможных мерах измерения, равно единице.

Рис. 18. Исторические негативы общественного развития

Полагая, что «гуманистичность» и «негатив» по исторически восходящему ряду градаций есть антиподы человеческого понимания некого совершенства общественных отношений (ибо едва ли возможно формальное сведение совершенства общества к одному показателю), можно записать следующую символическую формулу-схему связи подобных оценок производственных отношений (ПО):

«ГУМАНИСТИЧНОСТЬ ПО» = 1 – «НЕГАТИВ ПО».

Таким образом, символический график интегральной оценки «негатива» в восходящем общественном развитии соответствует монотонно снижающейся вогнутой кривой (см. рис. 18, чёрная кривая). Одновременно же подобная символическая оценка совершенства общества, его гуманности, на всём протяжении восходящего исторического развития соответствует монотонно возрастающей выпуклой кривой (см. рис. 18), – светлая кривая «гуманистичность».

Это в целом соответствует общественным представлениям о неуклонном историческом снижении негатива производственных отношений в ходе восходящего развития общества, асимптотически приближающегося к нулю. Однако отмеченный исторический тренд ничуть не уменьшает, скажем так, отрицательной социальной мощи воздействия «чистых» негативов, как родовых свойств конкретных ЧЭФ, на общество в момент доминирования этих ЧЭФ. При этом, чем дальше продвигается общество в своём восходящем развитии, тем сильнее и «больнее» воспринимаются рецидивы прошлого негатива, а в быту и в правовом законодательстве воспринимаются и понимаются уже как преступность.

Соответственно ничуть не уменьшается положительная социальная мощь воздействия достигнутого положительного консенсуса в данный исторический период.

Изложенное ещё раз подчёркивает недопустимость произвольного толкования исторических негативов в развитии общества и отдельных ЧЭФ в форме, так называемой, «эксплуатации» или, точнее, – «экономической эксплуатации». Правильнее было бы для всех ЧЭФ, кроме ЧЭФ «экономическая», в первую очередь говорить о соответствующих негативах, оставив термины «эксплуатация» для градации капитализм и доминирующей в этой градации ЧЭФ «экономическая, рыночная». Однако, так как каждая градация есть композиция всех известных ЧЭФ, то в реальном бытии других градаций возможны рецидивы именно чисто экономической эксплуатации, но в неизмеримо меньших объёмах.

Учитывая изложенное и разнообразие уровней и форм производственных процессов действительной жизни на постсоветском (российском) пространстве, и сегодня приходится сталкиваться с огромным разнообразием упомянутых исторических негативов в действительной жизни современного общества, что не содействует консолидации и интеграции народов и регионов огромной страны на уровне эндогенных отношений самих граждан как агентов производства.

Актуальность затронутой в данном разделе темы исторического негатива общественного развития тесно связана и со сложностью понимания некоторых аспектов информационных процессов в современном обществе.

В частности, в данном контексте, ограничимся следующими краткими тезисами.

– Интеллектуальный труд как информационная жизнедеятельность имеет свой родовой негатив производственных отношений, а именно – «информационное неравенство, искажение информации». Интеллектуальный труд как научная и исследовательская деятельность имеет свой, но другой, негатив, а именно – «издержки творчества, неконцепт» (см. Таблицу П1 приложения, строка 9).

– Под воздействием доминирующих экономических производственных отношений в капиталистических обществах информационные производственные отношения и исследовательские производственные отношения в общественном познании деформируются в некие экономические симулякры (экономические деформации) товарно-денежных отношений, вследствие чего возникают и некоторые подобия форм экономической эксплуатации.

– Наличие симулякров и подобия экономической эксплуатации проявляется и может быть оценено, лишь локально. Грубо говоря, о подобие экономической эксплуатации можно рассуждать лишь в случаях низкоэффективного и несложного интеллектуального труда.

– Строго говоря, интеллектуальный труд присутствует в любой жизнедеятельности (труде), а поэтому зачастую просто не выделим, или не выделяется, из традиционного, физического труда. Это позволяет игнорировать имеющиеся различие в роде труда и, образно говоря, «эксплуатировать» его как труд физический.

– С правовой точки зрения и, в частности, в отношении авторского права, многие юристы отмечают, что «право интеллектуальной собственности в большинстве случаев создаёт юридические монополии не на базе фактических (производственных отношений – ХАТ), а, что называется, на пустом месте». Это порождает соответствующие специализированные структуры в обществе, цель деятельности которых является попытка «загнать интеллектуальный продукт» и отношения по поводу его в русло экономических, товарно-денежных отношений. То есть, кратко говоря, сделать «нетовар» (информацию, знания) товаром и ввести его (интеллектуальный продукт) в рыночный оборот. И вот, благодаря этим «усилиям», появляется экономический симулякр товара (экономическая деформация), а вместе с ним и рассуждения об экономической эксплуатации.

В выше представленных материалах неоднократно приходилось обращаться к понятиям «доминирования» и «деформации» в общественных отношениях. Рассмотрим более подробно эти явления.

1.10. Доминирование и деформации в общественных отношениях

В статике форм как основы равновесных процессов общественного развития в их критическом, но ещё квазистабильном состоянии, градация, можно сказать, – это абстрактно «чистая» без всяких привнесений, особенностей эндогенная форма. Каждая градации характеризуются прежде всего доминирующими отношениями.

В социальном познании важное значение имеют объективные явления существенности, которые в наиболее развитой форме общественного развития в полилогии проявляются как доминирование, то есть как главенство и преобладание. Понятие доминирования является ключевым в метатеории полилогия. Оно выражает, в отличие от бинарного единства противоположностей, определённую асимметрию в самом многообразии действительной жизни, а иначе – главенство некоей «одной стороны» над многими другими во всегда сложной композиции чистых форм эндогенных градаций или экзогенных формаций.

1.10.1. Доминирующие отношения

Как уже отмечалось каждая градация имеет всегда лишь одно

доминирующее, базовое производственное отношение. В узком и строгом понимании эндогенная форма есть «идеальный тип», то есть она всегда одноукладна. Это, например, или абстрактно чистый феодализм, или абстрактно чистый капитализм и т. д. Поэтому в градации господствующее отношение является не укладом (он один), а высшим и определяющим ЧЭФ-слоем.

На ранее приведённых кусочно-линейных кривых рисунков 15 и 16 исторический этап доминирования главного для каждой градации ЧЭФ-слоя соответствует наивысшему (максимальному) росту по сложности и «всплеску» скорости прироста сложности.

Господство этой исторической части ЧЭФ-слоя (структуры) обуславливается асимметрией ограниченной (необщественной) собственности на соответствующий этому базовому взаимодействию «доминирующий базовый объект обстоятельств производства». Так, например, при капитализме доминирующим объектом являются «средства производства», по поводу которых имеют место ограниченные, классические, отношения частной собственности. В других эндогенных формах доминируют другие базовые объекты, все они разные и не повторяются.

Отношения людей как агентов производства по поводу этого доминирующего объекта образуют, так называемое, основное производственное отношение градации как материальную форму взаимодеятельности людей, которые и определяют построение всей структуры процесса воспроизводства действительной жизни. Так, например, в эндогенной капиталистической форме – это капитал, понимаемый как господствующее производственное отношение людей.

В этой связи можно лишь метафорически говорить об основном законе или цели производства эндогенной формы, ибо это есть некая структура производственной деятельности, которая «опосредствуется определённой системой производственных позиций» индивидов и видов деятельности. В свою очередь это обуславливает соответствующий, вполне определённый характер и диапазон свобод, целеполагания, установок в жизнедеятельности агентов этого производства.

Так, например, товарное, вещественно-продуктовое равновесие включает в себя совокупность пропорций, балансов, соответствий, избытков и дефицитов, которые имманентны данному базовому взаимодействию в части следующего:

– связей производства, обмена, распределения и потребления;

– закона стоимости и количества денег в обращении;

– вторичных, «ложных», превращённых структур: колебания цен; условий простого и расширенного воспроизводства; кредитов, сбережений, инвестиций, занятости, спроса и пр.

Эти и другие товарные соотношения жёстко не связаны между собой, но являются существенно коррелируемыми моментами только одного типа, – товарного равновесия. Всё это, разумеется, реализуется в условиях господства «основного закона», – капитализма.

Действие «основного закона» эндогенной формы в конечном счёте ведёт к расширенному воспроизводству доминирующего, основного производственного отношения соответствующей типологии. В частности, для капитализма – это образный пример известного эффекта Матфея, когда лишь «богатый богатеет». В результате происходит самовозрастание собственности до некого предельного, порогового состояния с последующим её «превращением из нормальной доминанты в узурпацию объекта собственности». Этот генеральный тренд, однако не исключает проявление, но не доминирование, противоположных, сглаживающих и адаптивных тенденций.

При этом доминирующая собственность как данная в этот исторический момент есть неизбежно жёсткая, косная и не склонная к переменам инертная форма ЧЭФ-процессов производства. Поэтому она остаётся типологически неизменной, а её содержание и объем регулируемой ею жизнедеятельности (труда) постоянно обогащается и, наконец, спонтанно стихийно перерастает форму, стихийно ведя к её пределу, превращению и перерождению в узурпацию.

В этом процессе всякая данная собственность как некое ограниченное в своей мономерности и гомогенности отношение, подчиняет себе, то есть всё более узурпирует и с неизбежностью увеличивает, саморастущие объём и «размерность» бытия. Рано или поздно бытиё не выдерживает этого внутреннего давления и его напора, перерастающего данную форму.

Таким образом, как заключает автор «Полилогии…» А. С. Шушарин, – «в самом глубоком содержании предельность собственности – это проявление всякой системности, неизбежно рано или поздно энтропийно подрывающей, «проедающей», «засоряющей», уничтожающей условия собственного же существования, что неуклонно ведёт к гибели или к негэнтропийному прорыву, к генерализующей, новой системности, расширяющей, повышающей или углубляющей источники проедаемой «свободной энергии» [44, с. 14].

Исторически, в главной последовательности восходящих прорывов и градаций эндогенной логики, речь по сути идёт о том, где и когда образуется всплеск в сложении полипричинного множества внутренних и внешних, миросистемных обстоятельств, порождающий сгущение имманентных противоречий данной формы производства, где и когда достигается предел её существования и последовательного развития. Это состояние предельности и сопутствующие ему обстоятельства ведут к бифуркации, спонтанно разрешающейся или провалом, или прорывом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.