Яков Куприянович Сколота
Краснознаменная подводная лодка «А-5» («Металлист»)

© Сколота Я К. 2020

Сколота Яков Куприянович

Сколота Яков Куприянович родился 10 июля 1911 года в Мироновке Киевской области в крестьянской семье. После окончания 7 классов работал столяром сначала на родине, потом в Киеве в школе связи имени Калинина, откуда и был призван на военную службу в 1933 году. Сначала курсант учебного отряда подводного плавания в Ленинграде, потом на Черном море в Севастополе – рулевой-сигнальщик на подводной лодке «Л-4», далее командир отделения рулевых на плавбазе «Красная Кубань». После окончания курсов в 1938 году при Политуправлении ЧФ – начальник библиотеки бригады подводных лодок. Война застает Якова Куприяновича в должности политрука береговой базы. С ноября 1941 года по 1943 год – военком подводной лодки А-5, стоящей в базе города Поти на Кавказе. В июне 1942 года «А-5» потопила румынский транспорт «Ардеал» водоизмещением в 6 тысяч тонн, второе судно, шедшее в кильватере, было выброшено на скалистый берег. 25 июля 1942 года на той же Одесской позиции лодка подорвалась на вражеской противолодочной мине. Лодка оказывается в критическом состоянии, и только слаженность в работе всего экипажа, выходы за борт ремонтных бригад позволили лодке после пяти незабываемых суток вырваться из пасти врага. 3 августа 1942 года «А-5» возвратилась в базу, где ей предстоял длительный ремонт.

И вся послевоенная жизнь Сколоты связана с флотом – слушатель военно-политических курсов в училище имени Жданова в Ленинграде, заместитель по политической части в торпедном арсенале Севастополя. 1954 год – выход на пенсию по состоянию здоровья в звании майора. Много времени уделял общественной работе: часто выступал со своими воспоминаниями перед школьной аудиторией, оказывал посильную помощь боевым товарищам, создавал альбомы об истории российского флота.

Награжден двумя орденами Красной Звезды, орденом Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны 2 степени, медалями: «За боевые заслуги», «За оборону Кавказа», «За оборону Севастополя», «За Победу над Германией», юбилейными медалями.

Умер Яков Куприянович в 2000 году.

Краснознаменная подводная лодка «А-5» («Металлист»)

В русском и советском военном подводном флоте не найдется другого подводного корабля, который прошел бы такую продолжительную и с крутыми зигзагами службу, как это выпало на долю подводной лодки «А-5». В сорокалетней биографии этой лодки сложилось немало драматических, а порой и трагических событий, которые дают право называть ее лодкой легендарной судьбы. В книге Г.М. Трусова «Подводные лодки в русском и советском флоте» сказано: «Заслуживает особой оценки боевая активность подводной лодки

«А-5». Эта старая лодка (типа «АГ»), начавшая свою службу еще в годы Гражданской войны, сохранила свои боевые качества в продолжение 25 лет и оказалась вполне боеспособной в годы Великой Отечественной войны… Эта «Старушка» наносила смелые удары по врагу». В начале второй половины 1942 года возникла необходимость в написании истории «А-5». К этому времени на ее счету было два потопленных вражеских транспорта. Это были самые яркие боевые страницы ее истории, которые еще раз привлекли к ней внимание в соединении подводных лодок как лодке «Старушке» с боевым характером. Особенно наполняло чувство удовлетворенности за успех «А-5» старшее поколение «агешников»-подводников. И нам, собирающим материал истории лодки, прямо скажем, было легко и интересно слушать тех, кто закладывал основы наших отечественных подводных сил на Черноморском флоте. Ими были всеми уважаемые старейшие подводники флота: инженер-полковник Д.Г. Водяницкий, инженер-капитан второго ранга П.А. Кутузов, инженер-капитан третьего ранга В.М. Миронов, политрук А.А. Мамутов, мичман В.С.Нижний. Их воспоминания легли в основу страниц истории «А-5». Ее самая отдаленная страница биографии относится к 1916 году. Ввиду срочной необходимости в пополнении состава подводных сил на Балтийском и Черноморском театрах, Россия заказала 11 лодок типа «АГ» у американской фирмы «Голланд» через посредничество Англии, как своего союзника. В результате договоренности фирма построила эти лодки в виде отдельных секций, которые в 1916 году были доставлены на пароходах во Владивосток, а оттуда по железной дороге 5 (пять) подводных лодок привезены в Петроград, на Балтийский завод, а 6 (шесть) лодок – в гор. Николаев, отделение Балтийского завода. На Балтийском заводе лодки были собраны и вступили в строй в том же году. В Николаеве к сборке американских подводных лодок приступили позднее, в 1917 году. Из них две – «АГ-21» и «АГ-22» – вошли в строй в 1918–1919 годах и находились в Севастополе.

С уходом немцев из Крыма часть кораблей Черноморского флота попала в руки англо-французским интервентам. В 1919 году под ударами Красной Армии интервенты вынуждены были оставить Севастополь. При своем бегстве большую часть кораблей Черноморского флота они увели, а некоторые из них потопили. Так, 26 апреля 1919 года 13 (тринадцать) подводных лодок были затоплены в бухте Севастополя и на внешнем рейде. В том числе и «АГ-21» (в будущем «А-5»), «АГ-22» увели в Бизерту. Остальные лодки «АГ» оставались в Николаеве недостроенными. В 1928 году с глубины 50 метров была поднята ЭПРОНом подводная лодка «АГ-21». Завод 201, ныне имени Серго Орджоникидзе, отремонтировал ее под номером 16 и дал название «Металлист».

24 декабря 1930 года «АГ-16» вступила в строй действующих подводных лодок в отдельном дивизионе на Черном море.

Водоизмещение лодки надводное – 355т

Подводное – 433т

Двигатели – два, типа дизель по 240 л.с.

Электродвигатели – два, мощность каждого 160 л.с.

Скорость хода под дизелями – 13 уз.

подводная – 10,5 уз.

Глубина погружения – 50 м

Вооружение- 4 торпедных аппарата

Дальность плавания надводная – 1750 мл под водой 25 мл.

Всего полгода «АГ-16» пробыла в строю действующих лодок, как ее постигла катастрофа. Рассказывает о ней член экипажа «АГ-16», старшина группы мотористов, мичман – Василий Семенович Нижний: «8 июля 1931 года в районе «Бельбек» «АГ-16» совместно с эскадренным миноносцем «Фрунзе» отрабатывала подводную атаку по цели. Первая была успешно выполнена: посланная торпеда с мнущейся головкой попала в борт эскадренного миноносца. Командующий флотом объявил благодарность личному составу лодки и разрешил повторную атаку. Командир лодки М.И. Бебешин осуществил чрезмерное приближение лодки к атакующему эскадренному миноносцу «Фрунзе», который таранил ее, и она затонула». Проходили годы, а за ними десятилетия, но не могло стереться в памяти моряков то, что случилось на «Металлисте». Подробно и много рассказывалось об этой катастрофе, обобщалось и анализировалось в военно-морских классах, освещалось в документах. Много делалось выводов. Из числа оставшихся в живых на «Металлисте» самое пристальное внимание, для объяснения той обстановки, приковывает к себе мичман

Василий Семенович Нижний. Знал я его, как и многие другие, по соединению подводных лодок как человека легендарной судьбы, а о подробностях его подвига на «Металлисте» младшему поколению мало что было известно. И естественно, когда стал вопрос о написании в 1942 году истории «А-5», то для меня важно было познакомиться вплотную с Василием Нижним. Это не составляло никакого труда, так как наши экипажи лодок находились вместе в порту потийской базы во время войны, и порой они встречались на некоторых мероприятиях. Когда я поставил в известность комиссара дивизиона батальонного комиссара И.Солоха, что собираюсь после политических занятий предоставить слово о событиях в 1931 году на нашей лодке Василию Нижнему, то он мне примерно так заявил: «Ты с ним поосторожнее, он наговорит вам таких страстей, что некоторые и в море побоятся идти». И вот уже Василий Нижний перед большой группой краснофлотцев и старшин. Все знали, что не мастерством своей речи привлечет Василий Нижний их внимание, и ждали рассказ о загадочной его судьбе на «Металлисте». Он встал перед собравшимися, немного выдержал паузу и в спокойном тоне произнес: «Не имею я права все передавать, что произошло тогда на «АГ-16», а теперь она «А-5», а о себе скажу. Если бы я потерял веру в жизнь, я бы определенно перед вами не стоял, мне и в голову не приходило, что я погибну, хотя на моих руках и перед моими глазами у подволока отсека умирали и тонули люди. Откуда у меня была такая уверенность? Сам не знаю, все казалось, что это учение и обязательно останусь живой, а когда уже услышал работу водолазов у корпуса лодки, то тогда совсем стал героем. Через два дня мы были подняты, когда осталось нас в живых только трое. Сам открывал лодочный люк, вышел на палубу и пытался по всей форме докладывать. Вот и все, и больше подробностей от меня не ждите». Он как бы изменился внешне: взгляд стал тверже, суровее. «Металлист» овладел его чувствами. На присутствующих не страхом повеяло от сказанного мичманом, все увидели в этом человеке образец стойкости и мужества. Василий Нижний стал живым документом тех трагических событий в 1931 году на «Металлисте». Только от него одного можно узнать самые подробные сведения, к нему шли и идут и теперь многие за советом. Широкая и добрая душа у Василия Нижнего. Завоевал он у моряков- подводников всеобщее уважение и признательность. 10 июля 1931 года лодка была поднята и поставлена в завод им. Серго Орджоникидзе. Произведена модернизация – из первого отсека сделали два отсека. Лодка была переименована в «А-5». В 1933 году вступила в строй действующих лодок. И до дней Великой Отечественной войны на ней отрабатываются целые поколения специалистов-подводников для бурно строящегося подводного флота на Черном море. Незадолго до войны дивизион «агешек» из четырех лодок (пятая – «АГ-1» оставалась на ремонте в Севастополе) под командой капитана 3 ранга Боброва был передислоцирован из Севастополя на Кавказ, в подчинение потийской военно-морской базы. Отсюда осенью 1941 года и начались первые боевые пробы «агешек» с разведывательной и дозорной службой под Трабзоном, Ризе, Синопом. Осенние и зимние штормы, непогода, боевые приказы, с которыми шли экипажи в дозор и разведку, готовили их к сложным позициям и боевым поединкам. С этого времени начал свою службу комиссаром на «А-5» и автор предстоящего очерка – тогда старший лейтенант Сколота Яков Куприянович. До этого служил политруком береговой базы 2-й БПЛ, прибыл из Севастополя в Поти в начале ноября 1941 г. на плавбазе «Волга» и был назначен на лодку. Здесь же представлю штатный поименный список личного состава «А-

«. 1. Кукуй Григорий Аронович, старший лейтенант, командир лодки. 2. Сколота Яков Куприянович, старший лейтенант, комиссар лодки.

3. Кочетков Александр Васильевич, старший лейтенант, помощник командира лодки.

4. Широкий Николай Иванович, лейтенант, командир БЧ-1, штурман.

5. Коваленко Федор Александрович, лейтенант, командир БЧ-3, минер.

6. Глушич Василий Артемович, воентехник 2 ранга, командир БЧ-5, инженер-механик.

7. Новиков Никифор Константинович, военфельдшер.

8. Качурин Иван Васильевич, мичман, стар. группы рулевых-сигнальщиков, боцман.

9. Поляков Сергей, мичман, старшина группы мотористов.

10. Насибулин Зенат, мичман, старшина группы радистов.

11. Кокурин Николай Иванович, старшина 1 статьи старшина группы электриков.

12. Дегтяренко Иван Иванович, ст. 1ст. старшина группы трюмных.

13. Огарков Михаил, ст. 2 ст. командир отделения рулевых-сигнальщиков.

14. Колесниченко Александр, краснофлотец рулевой-сигнальщик.

15. Краснянский Михаил, к/ф – «-

16. Кучма, к/ф – «-

17. Фисунов Василий, ст. 2 ст. штурманский электрик.

18. Папуша Дмитрий Андрианович, ст. 2 ст. к/о мотористов.

19. Прокопенко Василий, к/ф моторист.

20. Поздняков Анатолий Петрович, к/ф моторист.

21. Красильников Тимофей, к/ф – «-

22. Иваненко Владимир, к/ф – «-

23. Литвинов Алексей Федорович, старший к/ф электрик.

24. Ворошилин Алексей Иванович, к/ф электрик.

25. Рудь Алексей, к/ф электрик.

26. Краснобай Владимир Никифорович, ст. 1ст. к/о радистов.

27. Дворецкий, к/ф радист

28. Пепеляев, к/ф трюмный

29. Ежов Иван, к/ф – «-

30. Каменцев Владимир, ст. 1 ст. к/о торпедистов.

31. Лысенко, к/ф торпедист

32. Фуртатов, к/ф шифровальщик

33. Алексеев Александр, к/ф кок

34. Долгов, к/ф вестовой.

До конца 1941 года уже немало подводных лодок успешно провели удары по транспортам, конвоям врага, выполнив задачи по постановке минных заграждений, осуществив ряд разведывательных операций, а экипажи этих подводных кораблей обрели боевой опыт и закалку. Тогда как «А-5» только в конце декабря 1941 года вошла в состав оперативной группы подводных лодок, базирующихся на осажденный Севастополь. С этого времени в числе других лодок и наша «А-5» выходила на боевые задания в район Одессы, в этот крупный коммуникационный узел.

Первые, как и последующие наши выходы в этот район не имели успеха, просто не состоялись встречи с вражеской целью. Однако каждый наш выход не мог оставаться бесследным. Этот район и позиция предъявляли большие требования всему экипажу, этому естественно способствовало и то, что мы, хотя и частично, но базировались на осажденный Севастополь. Каждый наш выход, заход и пребывание в нем служили вдохновляющим боевым зарядом в выполнении поставленных задач.

Под не прекращающимися ни днем ни ночью вражеской бомбежкой, артиллерийским обстрелом города, бухт и предпринимаемых мерах врага замкнуть кольцо блокады с моря, в Южную бухту продолжали заходить и причаливать наши корабли, транспорт и подводные лодки. У причалов разгружались строительные материалы для укреплений, боезапасы, продовольствие, горючее, медикаменты. Экипажи и специальные подразделения заняты были разгрузкой в необычайно трудных и опасных условиях. Корабли, доставив и высадив войска, участвуют в артиллерийском обстреле вражеских позиций, принимают на борт раненых для эвакуации. В эти зимние и весенние месяцы 1942 года группа лодок базируется на Южную бухту – Западную и Восточную стороны.

Хорошо помнятся не только сплошные трудности, но и приятные моменты для экипажей лодок. В прежнем помещении штаба 2-й БПЛ на Западной стороне помещался оперативный штаб лодок. Здесь же располагалась кают-компания, или комната отдыха, со скромной обстановкой. В ней сначала еще при ярком электрическом свете, но потом при свечах и фонарях, постоянно собирался командный состав лодок, объединяемый боевой дружбой и сплоченностью. Вдохновенно и приподнято проходят обсуждения каждой осуществленной операции личным составом лодки. В этом кругу шифровальщики знакомят командиров и комиссаров лодок с поступающими шифровками о переброске наших войск и техники с Таманского полуострова на Керченский плацдарм. Слушаем и записываем передачи из столицы нашей Родины Москвы.

Совсем в небольших штольнях, для одного экипажа лодки, располагался личный состав – краснофлотцы и старшины. Изменилась обстановка – с лодки на штольню, и сразу же дружный краснофлотский гомон, шутка, снимается усталость. Запомнился такой эпизод. Возвратившись поздно вечером с позиции, личный состав занимал штольню, устраивался на 2-х и 3-х ярусных, совсем простенько сбитых нарах. Я вышел из штаба и в потемках подхожу к штольне. Слышу хотя и приглушенный, но необычно многоликий веселый шум всей команды с импровизированной музыкой – «асс-а», «асс-а», «трам-там», между нарами кем-то с усердием и азартом отбивается «чечетка», а на исполнителе ее вижу форму с нашивками старшего лейтенанта. Вскоре стало все ясно. Кто-то на отдыхе в штольне оставил китель. Всегда настроенный на веселый юмор и шутку, наш командир отделения торпедистов, секретарь комсомольской организации ст. 1ст. Владислав Каменцев и на этот раз не пропустил такой повод, чтобы не повеселить людей. После таких минут все внимательно слушают мою информацию и с предельным вниманием вчитываются в газету «Красный Черноморец».

Расскажу и о таком эпизоде: у той же штольни, только это было утром, когда личный состав собирал свои вещи и постели для отправки на лодку, кто-то снаружи штольни зовет: «Эй, подводнички», эй, подводнички». Я и кто-то еще из командного состава, возможно, помощник командира лодки А.В. Кочетков, были в штольне. Нам передают, что какой-то командир на лошади просит, чтобы кто-то вышел из командиров. Когда я оказался снаружи, то увидел в шагах пяти-шести стоящего гнедого коня, от него шел пар. Посмотрев на всадника, сразу узнал капитана 2 ранга В. Шацкого. Он спросил: «Кто находится из командиров и механиков лодок в Севастополе?» Мы перечислили ему все имена, но среди них его друзей не было. Не входя с нами в контакт, он молча сидел в довольно примитивном седле, под брезентовой буркой, из-под которой просматривался автомат. Слегка ладонью тронул лошадь по гриве и что-то тихо сказал. Она тут же зашагала. Откуда-то набралось много людей, расступились по сторонам, дав дорогу путникам. Вдоль железнодорожной колеи лошадь двигалась шагом, а потом пошла рысью.

О чем каждый присутствующий тогда думал и рассуждал, смотря в сторону вокзала, где из-за Красной и Воронцовой гор вспыхивали зарева и гремели артиллерийские канонады? Некоторые беспокоились о лошади: как можно ее держать «там»? Я думал о ее всаднике. Знал я этого командира еще с 1935 года как командира «Л-6». Теперь все мы молча выражали сочувствие его судьбе. И естественно тогда мы не могли еще знать, что через некоторое время, а это было 29 июня 1942 года, в сводке Совинформбюро сообщалось, что защитники Севастополя с величайшим мужеством отбивают атаки войск и взвод автоматчиков во главе с капитаном 2 ранга Шацким в ожесточенной схватке уничтожил до 200 гитлеровцев. Не так часто удавалось отрываться от сложной и суровой обстановки. 6 марта 1942 года стоим у заводского причала, рядом с первым цехом. С моря возвратился поврежденный фашистской авиацией танкер «Серго Орджоникидзе», стал рядом с нами. На танкере произошел огромной силы взрыв нефтепродуктов. Обломки с танкера далеко переброшены через лодку и попали на нее. Вода вокруг охвачена пламенем. Личный состав лодки не только предпринимал меры по безопасности лодки, но и проявлял самоотверженные поступки по спасению членов экипажа танкера. Радовал и окрылял каждый боевой успех наших экипажей лодок. Но с глубокой горечью воспринимали сообщения о не возвратившихся с позиций лодках. После одного из поздних возвращений лодки с моря командиру лодки Г.А. Кукую передали, чтобы он явился на ЗКП. Тогда Член Военного

Совета Черноморского флота дивизионный комиссар Н.М. Кулаков и специалисты штаба самым тщательным образом интересовались обстановкой позиции, спрашивали у командира о главных причинах гибели лодок. Новых сведений по этой проблеме, как сообщил тогда командир, он дать не мог, он только подтвердил уже ранее сложившееся убеждение, которое сводилось к следующему: в каких бы ни находилась районах наша лодка, для нее была сложная и опасная обстановка – мины, бомбовые атаки противолодочных средств врага и внезапные атаки с воздуха фашистской авиации. Вскоре, к весне 1942 года, обстановка на Черноморском театре еще более усложнилась, и прежде всего для плавания надводных кораблей. Военный Совет Черноморского флота принял решение о снабжении Севастополя путем использования подводных лодок в качестве транспортных кораблей. Для этой цели выделена большая группа лодок, среди них значилась и «А-5». Ей предстояло выйти из порта Поти во второй половине мая 1942 г. с грузом для защитников Севастополя. Поти – база, не стану останавливаться на этапе подготовки нашего выхода, а начну рассказ с захода в Севастополь 20 мая 1942 года с грузом, предназначенным защитникам Севастополя.

В подводном положении форсировали минный фарватер. Всплытие произведено между Балаклавой и мысом Фиолент. По времени это было тогда, когда солнце в красно-оранжевом ореоле скоро своим диском должно прикоснуться к горизонту моря слева нашего корпуса. Идем в позиционном положении. Окружающая обстановка чрезвычайно сложная. Мы как раз прибыли тогда, когда фашистская армия начала третье наступление варварским разрушением Севастополя. С моря на бреющих полетах рыскали вражеские самолеты, открывая пулеметные очереди по кому-то или вообще для накала обстановки.

Виднеются плавсредства: катера, шлюпки (трудно определить их принадлежность), с них тоже несутся автоматные и пулеметные трассы с раскатистым эхом. Взвиваются то с одного, то с другого места ракеты. Нам больше грозит опасность с моря. Но наше внимание приковано к совершавшимся справа от нас событиям на земле, от мыса Фиолент до Херсонесского маяка, которого естественно уже не существовало, и представшему перед нами городу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.