Вампиры замка «Черная роза»
Книга 3. Наследница вампиров по прозвищу Черная Роза
Елена Николаевна Антонова

© Елена Николаевна Антонова, 2022

ISBN 978-5-4498-8278-3 (т. 3)

ISBN 978-5-0050-1441-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 3

Фэнтези, готический роман, юмор, приключение, драма.

Глава 1. Легче всего винить кого-то, но только не себя.

Принцы.

Шагая с братом за руку по пшеничному полю, залитому ярким солнечным светом, принцы щурились под солнечными теплыми лучами. Высокие пшеничные колоски блестели, словно золотые искорки на свету. Они, щекоча, касались их белой кожи, лаская и покалывая ее. Птицы напевали ласкающие слух мотивы, заливая и дополняя радужную картину. Был такой приятный и теплый денек, и мальчики радовались и смеялись, что могут наслаждаться летним утром, не боясь его сжигающего солнца.

Заметив в самом центре бескрайнего поля отца, стоящего к ним спиной, Аркти и Радамир пустились бежать, все так же, не разжимая свои сплетенные пальцы.

– Папа, папа! Мы здесь! – Со смехом, звали они своего родителя.

Король, увенчанный тяжелой короной на голове, обернулся на радостные голоса своих сыновей, и дети увидели, что по его белым щекам текут кровавые слезы, а белая рубашка на его груди окрашивается красным цветом, намокая под влагой.

Король вампиров, среди высоких хлебов, упал на колени, протягивая им свои руки. Он наклонил свою голову вперед и с нее упала корона. Головной убор из чистого золота откатился в сторону, притаптывая под своей тяжестью пшеничные колосья к земле.

– Папа! Папа! Что с тобой? – Закричали мальчики, чей смех и радостные крики прекратились. Их сменили беспокойство и страх в голосе.

Вампирята со всех ног бросились к отцу, но как бы быстро они не хотели бежать, расстояние между ними и отцом упрямо не хотело сокращаться. Казалось, что они просто бегут на месте, а пшеничное поле все расширялось. Солнце исчезло, и все пространство затянуло черно-бурой тьмой.

Вдруг все стало таким огромным и нависающим, и страх поселился в детских сердцах. Принцы боялись, что отец может исчезнуть навсегда, и они беспрерывно звали его, пытаясь отыскать его по голосу в этом бескрайнем, затянутом тьмой поле.

Наконец, голос отца стал ближе, он тоже звал их, и близнецы ринулись вперед, не замечая сильный напор внезапно поднявшегося ветра.

– Папа! Мы идем! Мы уже близко! – Кричал Радамир.

– Мальчики! – Отзывался родной ослабший голос в темноте.

Добежав до места, где, на коленях стоял отец, дети подошли к родителю и взяли его за руки, чтобы помочь ему подняться, но как только их руки соприкоснулись, земля под королем стала проваливаться.

– Будьте сильными, сыновья! – Приказным тоном сказал вампир, но в его голосе дрожали нотки сожаления.

– Нет, папа! Ты чего? – Надрываясь от тяжести и душивших слез, спросил Аркти, пытаясь вытянуть отца из образующейся под ним ямы, но ничего не выходило, словно король был высечен из камня и не поддавался под усилиями молодых вампиров.

Радамир, боясь выпустить отца из рук, тоже перенапрягал свой молодой организм, так что на его руках и висках проступили вздутые вены.

– Не нужно! – Улыбнулся им отец самой нежной и доброй улыбкой. – Поддерживайте друг друга и маму… Прошу, позаботьтесь о матери. Простите меня, что не смогу больше быть с вами, но мое время пришло. – Умолял монарх тихим и печальным голосом.

После этих слов Тадэуш разжал свои пальцы, и тьма бездны поглотила его.

– Нет, папа!

– Нет! Отец! Отец! – Кричали сыновья, обессиленно опускаясь на колени перед черной дырой.

Земля, где только что была глубокая яма снова затянулась, словно бездны, поглотившей их родного вампира никогда и не было. Ветер, моментально стих, и черно-бардовые тучи растворились, открывая им голубое полотно летнего неба с ярким пятном белого солнца на нем. Птицы и сверчки вновь затянули свои трели.

Принцы оглядели пшеничное поле вокруг. Все было так тихо и умиротворенно, лишь легкий ласкающий ветерок покачивал кончики колосков, заставляя пробегать волны по пшеничному морю.

Принцы посмотрели на небо, щурясь от внезапно возникшего яркого света и увидели прозрачный силуэт и родные черты лица своего отца. Он улыбался самой счастливой и ослепительной улыбкой. Он был счастлив, обретя покой и умиротворение.

***

Оба принца проснулись с началом ночи от дикого крика, который исходил из их горла, выкрикивая слово «отец».

На их крик прибежала Бертрам, чья спальня находилась по соседству, но не успев она открыть двери в покои мальчиков, как была сбита с ног своими воспитанниками.

Испуганные чем-то принцы рванули по коридору к лестнице, а дальше по ней на нижний этаж.

Когда юные вампиры достигли дверей кабинета, то не рискнули ворваться туда сразу. Мальчики словно застыли, так как из-за дверей чувствовалась черная тяжелая аура смерти.

Услышав тихие и скулящие всхлипы материнского голоса внутри, они все же решились отворить дверь, ведь уже понимали, что случилось, так как увидели это в своем сне.

Приоткрыв дверь, они обнаружили рыдающую мать, склонившуюся над лежащим на полу телом отца. Всю его грудь и живот покрывала бурое пятно, расползающееся по одежде. На полу и мебели. Королева, постаревшая лет на сто, нашептывала его имя и слова нежности:

– О, Тэо. Мой любимый… Кто мог это сделать с тобой? – Тихонько подвывала вампирша, совершенно обессилевшая от плача. – Зачем ты покинул меня, Тэо? Тэо, Тэо! – Звала она супруга, словно хотела пробудить его ото сна.

Ее слезы капали на лицо короля вампиров и покрывали его брызгами крови, а ее руки, нежными прикосновениями поглаживали застывшее белое лицо, растирая кровь по щекам.

Мальчики подбежали к матери и обняв ее своими ручками, зарыдали в голос.

Все трое некоторое время обнявшись плакали над телом, скорбя и недоумевая, почему судьба обошлась с ними и их королем таким образом, тем самым собирая толпы шокированных слуг у дверей кабинета

– Как же так, папа, папочка? – Звали вампирята своего отца, зная, что никогда не получат ответ на свой вопрос.

Потерянный взгляд матери обратился к принцам и те заметили, что частичка их матери тоже умерла вместе с ее возлюбленным мужчиной. Радамир и Арктисис еще сильнее разрыдались, страшась уже за свою мать, так как эта трагедия, казалось сломила ее дух и лишила рассудка.

– Мама, мамочка, не плачь мы с тобой! – Пытались поддержать королеву сыновья, но ее сознание было в данный момент недосягаем.

Арктисис не мог наблюдать, страдания своих близких, и не мог больше сдерживать клокочущий в нем гнев и ненависть к тому, кто сделал всех их несчастными. В сердцах, сжав клыки до скрежета, он злобно прошептал над телом своего отца:

– Обещаю, я найду того, кто это сделал и уничтожу его. – Мальчишка сжал кулаки, а затем погладил по спине мать и близнеца, как бы оказывая им поддержку.

Кто-то из слуг решился войти в кабинет первым и прервать момент скорби.

– Вам нужно успокоится, ваше величество. – Обратился мужчина к королеве. – Вам лучше побыть сейчас с мальчиками, пока слуги унесут и подготовят тело к погребению.

– Нет! – Вскрикнула королева. – Я не оставлю своего мужа! – Она отмахнулась от слуги и вцепилась в тело супруга, как коршун, боясь отпустить его хоть на минуту.

Принцы тоже не могли заставить себя подняться с пола и оставить отца на попечение слуг, но они понимали, что ничего изменить нельзя и надо попытаться все принять, продолжать жить ради матери и тех идей, что лелеял отец.

Лучше них никто не знал о том, какой мир хотел король вампиров построить для всех ночных существ, ведь только со своими сыновьями он вел себя искренне, не сдерживая своего ребячества. Очень редко удавалось монарху посвятить время своим наследникам, но когда это случалось, то он делился с ними своими мечтами об утопии, где бы все существа мирно сосуществовали друг с другом, как единое целое. Король хотел создать лучший мир, где не приходилось бы бороться за выживание или первенство, где бы любовь и единство небыли пустыми словами.

Арктисис, в чьих венах бежала отвага и бесстрашие, решил, что теперь. Когда отца не стало, то его долг, как первенца, взвалить на свои плечи заботу о семье, и он мысленно, утирая подсохшие слезы, пообещал себе, что сделает все, чтобы его мать и брат снова были счастливы.

Взяв себя в руки, он успокоил Радамира и мать:

– Нам нужно постараться быть сильными хотя бы друг для друга! Отец хочет именно этого. – Заключил ребенок, рассуждая совершенно, как взрослый здравомыслящий вампир.

Мальчик обхватил влажное от слез лицо матери обоими руками и заглянул в ее безжизненные глаза. Он понимал, что если не предпримет сейчас ничего, то она замкнется в своей боли и скорби, и тогда они с братом потеряют и ее тоже.

Аркти вспомнил все, чему учила их Аврора. Он нарыл в своей памяти, как сестра рассказывала о том, что прочла в книгах о ментальном влиянии, о том, что нужно сильно сконцентрироваться и проникнуть в разум гипнотизируемого существа и четко сформулировать свой приказ, направляя все свою энергию, чтобы результат был лучше.

Аркти стал вглядываться в глаза королевы настолько глубоко пока не понял, что его сознание проникло в ее, и тогда он мысленно сказал:

– Мама, все хорошо. Папа обрел покой. Ему сейчас хорошо, и он хочет, чтоб мы тоже были счастливы. – Аркти, с болью в груди произносил эти слова, но он должен был облегчить страдания своей горячо-любимой матери, поэтому, стиснув зубы, он продолжил ментально влиять на подсознание королевы. – Забудь все плохое, что случилось с папой, но сохрани ту светлую любовь, что была между вами. Прими то, что его больше нет и… дай себе шанс обрести счастье снова, ведь он тоже хочет этого. А сейчас отдохни.

«Кажется подействовало!» – С восторгом подумал мальчик, заметив, что в глазах матери появился живой блеск. Он выпустил ее лицо из своих рук, завершая сеанс гипноза.

Вампирша всхлипнула, вытерла слезы и зевнув, слегка улыбнулась.

– Мне действительно нужно отдохнуть. Я так устала. – Сказала королева тихим голосом, поднимаясь с пола. Она устало улыбнулась своим сыновьям грустной улыбкой.

К ней тут же подошли служанки и вывели ее из кабинета.

Радамир Недоуменно и пристально смотрел на своего брата, не понимая того, что он сделал, но догадывался, что внезапная перемена матери, заслуга его брата.

– Ваши высочества, простите, но вам тоже следует передохнуть. Я весьма сочувствую вашей утрате. – Поклонился перед принцами дворецкий. – Ваш отец был хорошим королем и замечательным вампиром. Понимаю вам и вашей матери сейчас не легко, но кто-то должен заняться организацией похорон.

Аркти молча кивнул головой, обнимая одной рукой брата:

– Сообщите о случившемся нашему дяде и попросите его об этом, пожалуйста.

Близнецы вышли за двери кабинета, и только тогда Радамир осмелился задать вопрос:

– Что ты сделал с мамой?

– Я ее просто успокоил. – Сухо ответил Аркти.

***

Узнав о смерти своего короля и верного друга, Маришка и Закариус незамедлительно прибыли в замок.

Маришка была безутешна, увидев своего лучшего друга на смертном одре. Она не могла поверить в то, что случилось и, рыдая над телом своего друга, очень негодовала по тому поводу, что кто-то посмел проникнуть в замок минуя охрану и магические наслоения защиты, чтобы сделать детей сиротами, а всех остальных несчастными.

Закариус тоже переживал и скорбел по-своему о потере вампира, ставшего ему хорошим другом и родственником, но его скорбь была безмолвна. Он просто стоял вблизи своей жены и поглаживал ее по согнутой, содрогающейся от рева спине.

Серебровласый мужчина был полностью поглощен своими недобрыми мыслями, от которых брови создавали на его лице хмурый и очень обеспокоенный образ.

В зал вошел дворецкий и тихим шагом, чтобы не нарушать тишину скорби, прошел к Закариусу, ожидая от господина дальнейших распоряжений.

Зак, распорядился о том, что нужно для обряда прощания с королем и поинтересовался о состоянии его сестры и племянников. Он облегченно выдохнул, узнав, что с его близкими вампирами все хорошо, и что они сейчас отдыхают от пережитого стресса.

– Янок, похороны должны состояться после того, как все попрощаются с монархом, поэтому я возьму на себя ответственность сообщить об этом всем его подданным, а вы подготовьте все необходимое для погребения, хочу, чтоб Дэша похоронили со всеми почестями, как короля в нашем семейном склепе. Позаботьтесь обо всем необходимом. – Приказал опечаленный князь.

Слуга уважительно склонил голову и, так же бесшумно направился к выходу.

В туже ночь Закариус разослал послания по всем направлениям, где в конце пути, свитки ужасающего содержания развернули: король эльфов, вождь оборотней, король гномов, король лунного мира, все главенствующие семьи вампиров и, хранители леса и четырех стихий.

Некоторые из них, узнав о кончине короля царства ночи с тяжелым сердцем скорбели о его смерти, понимая, что это незаменимая утрата для всех народов ночи, а вот вождь оборотней и некоторые из великих семей вампирской расы, встретили новость с улыбкой, предвкушая борьбу за первенство над всем ночным царством, в их числе был, и старший наследник семьи Баттори, кто расценил смерть короля, посчитав это своим звездным часом.

Черная Роза.

Открывая тяжелые веки, которые с трудом мне поддавались, я увидела обеспокоенно-нахальное лицо демона, сидящего на ложе возле меня. Сама же я лежала пластом в его покоях в той же одежде, что и перед обмороком. В сжатой от судороги руке я все еще продолжала держать золотое украшение, которое больно врезалось в кожу.

– Ну наконец-то, цветочек! – Облегченно вздохнул Хеллдригор. – Думал ты решила таким образом сбежать от моего обаяния. – Как всегда без сарказма и самолюбования не обошлось.

Первое, что заметила я, когда полностью пробудилась от обморока это то, что в подземелье стояла мертвая тишина, и даже горны молчали, приостановив свою работу.

– Сколько я проспала? – Еще, плохо соображая спросила я, пока слабыми толчками на меня накатывались вспышки в памяти, которые и привели мое тело в такое состояние.

– Ты пробыла в образе спящей красавицы двое суток. Я уже начал беспокоиться, что не получу суточную дозу поцелуев от моей воительницы.

Хелл потянулся, чтобы поцеловать меня, но я отдернулась от его губ, словно ошпаренная.

Он вел себя слишком самоуверенно и нагло, скорей всего пытался воздействовать на разум, подавляя мою память, пока я была без сознания, но это не сработало, и я все вспомнила, не смотря на туманность в сознании.

– Не прикасайся ко мне! – предупредила я его, накапливая в руках энергию «пожирающего» пламени.

Восстановив полностью память, меня охватила ненависть к этому предателю.

– Эй, принцесса, не кипятись, – демон выставил руки вперед, пытаясь успокоить. – Давай поговорим!

– Что ж, говори! – Вспрыснула я с яростью, вскакивая с кровати. – Ну же, расскажи, как обманом заставил меня выпустить сатану на свободу! Как заставил выкрасть медальон и, как убил моего дядю! – Слова об убийстве родственника получились скомканными и смятыми, потому как боль, пронзающая грудную клетку, не давала сосредоточится и трезво соображать.

– Я не хотел этого, но другого выхода у меня не было! – Попытался объяснить мужчина. —Если бы я тебя попросил разрушить божественное проклятие и выпустить на волю самого дьявола, ты бы согласилась?

Я понимала, что будь это так, то я бы ни за какие красивые глазки на это не пошла, но он все равно предал меня, использовал в своих дьявольских целях, разрушил мои стремления и желания.

Всю свою жизнь я мечтала, что буду помогать всем, кто нуждается в этом, но теперь получается, что моими усилиями все разрушено, весь мир падет из-за моей доверчивости, которая и стала причиной моей фатальной ошибки.

Я была готова зарычать на все подземные уровни, до самого ядра земли, чтобы хоть немного выпустить ту ярость и злобу, что скопилась во мне, но вместо этого мной завладело бессилие.

Слезы вместе с сожалением навалились на меня тяжелым грузом, который придавил меня к самой земле, и я больше не хотела и не могла с этим бороться и корчить из себя всемогущую вампиршу, потому как осознавала, что я была и буду слаба, ведь я просто женщина.

Хелл осторожно подошел ко мне, чтобы утешить:

– Милая, не злись, все будет хорошо. Теперь, когда воля отца исполнена, мы можем быть свободными.

От его волнующего голоса, который когда-то щекотал мой слух и возбуждал желание, стало еще неприятней, ведь в его речи не было и намека на извинения, а самое главное – не прозвучало даже банальное «прости».

– Не приближайся, иначе я сотру тебя в порошок! – Прорычала я как дикий зверь, сверкая своими красными угольками. – Ты предал меня! Уничтожил! Убил дядю! Принес горе моей семье! Я ненавижу тебя!

Хелл, уставившись на меня своими изумленными глазами, хмыкнул:

– Не надо так со мной! Я сделал все это ради нас, чтобы мы могли быть с тобой вместе. Я убью любого и каждого без сожаления, кто встанет между нами.

– Ради нас? Убьешь каждого? Что это значит? Ты готов убить даже всю мою семью, если они будут против? – Заливаясь слезами, вопрошала я.

– Да! – Без заминки ответил Хелл, но в его голосе было что-то подозрительное, словно это был его намеченный план действий.

Заподозрив неладное и вспомнив, как он вел себя после смерти Дарка, я решила поставить вопрос ребром:

– Ответь мне, Дарка убил ты?

Ответом на мой вопрос было полное молчание. Мои всхлипы стали громче, они совершенно не подчинялись моей воли.

– Отвечай! – Взревела я от ярости. – Трус!

– Да! – Несмело, пробубнил демон.

Казалось в этот момент мир треснул пополам, как и мое сердце. Душа вспыхнула как порох, разрывая грудь от боли и прожигая меня до основания, оставляя после себя внутри щемящую пустоту.

Мне было ненавистно оставаться наедине с демоном, и я больше не могла выносить его присутствие, так как его взволнованное прекрасное лицо заставляло меня усомниться в своих чувствах, которые обуревали меня, разрывая между привязанностью к семье и Хеллдригором.

Та любовь к этому мужчине, которую я лелеяла внутри, в один миг обернулась иллюзией, а ее место стала заполнять тягучая ненависть и липкое призрение.

Я мысленно призвав бабушку, попросила ее перенести меня в замок и в тот же миг, взмахнув рукой, в воздухе, между мной и Хеллом образовался портал, в сторону которого я сделала уверенный шаг, но перешагнуть за грань мне не позволил демон. Хелл ухватил меня за руку, а затем притянул к себе и сзади крепко обнял меня.

– Нет! Прошу, останься! – Умоляющим голосом просил он. – Давай спокойно поговорим, только не уходи…

Я не могла вырваться из его крепких рук как бы не трепыхалась, но и оставаться в тисках предавшего меня мужчины было ненавистно. Поэтому я мысленно спроецировала обратное заклятие, того, что сама недавно разрушила, и вложив все свои обуревающие эмоции в купе с магической энергией, заключила Хеллдригора в вечное заточение.

Вырвавшиеся слова из моих уст были подпитаны потусторонней силой моего всесильного ангельского фамильяра, поэтому заклятие получилось очень мощным. Светлая энергия, выходящая из моих рук, обвила демону запястье, ступни и шею, не позволяя ему выйти из подземелья.

Не понимая, что происходит, Хелл уставился на меня умоляющими щенячьими глазами. Я отвернулась, срывая со своей груди брошь, что подарил мне Хелл и которая стала тяжелым грузом на моем теле, ведь намекала на то, что я принадлежу этому низкому существу. Затем я бросила драгоценную вещицу к его ногам и пересекла границу портала.

– Роза, не бросай меня! Роза! – Звучал его истошный голос, перед тем, как окно портала замкнулось.

***

Портал выплюнул меня в главном зале замка «Черная Роза».

Обернувшись кругом, я не узнала чертога родового гнезда, все от того, что приглушенный свет от редко стоящих канделябров заливал его заполненное пространство разными, незнакомыми мне существами, тогда, когда я помнила его всегда ярко освещенным и благоухающим от разноцветных цветов, украшающих уютный интерьер древнего замка.

По всему периметру битком забитого зала, стояли вазы с черными розами, а потолок и стены были задрапированы черной вуалью. Все кругом выглядело мрачным и тусклым, и даже одежда и лица, присутствующих были преисполнены печали и уныния.

Мое сердце заколотилось так, что было готово выпрыгнуть из груди, но я проглотила тугой ком и двинулась вперед. Чем ближе я подбиралась медленным и неуверенным шагом к помосту с троном, тем чаще и больнее оно рвалось.

Скорбящие существа расступались предо мной, с интересом наблюдая. Большинство из присутствующих узнали во мне ту девушку с бала, которая вскружила голову половине народа, но другие толкали своего соседа и шепотом вопрошали «кто это?». Я никого из них не замечала, так как моей целью было найти своих родных, но кое кого все же я узнала в толпе, кого бы не желала вдеть до конца жизни, это был Сэмюэль Баттори, чей внушительный рост придавал ему сходство с орясиной, и которого нельзя было не заметить в толпе. Невзначай я поймала себя на мысли, что, прибывая в Луномирье, я совершенно забыла о этом безмозглом вампире и, наверное, бы уже никогда и не вспомнила его, если не бы не вернулась обратно. А теперь воспоминание и мысли о нем вызывали у меня неприятный горьковатый зуд в горле.

– Его тело не превратилось в прах, потому как он не был чистокровным вампиром. – Шептал чей-то грубый голос в толпе, отвечающий своему собеседнику.

Уловив своим четким слухом чей-то сдержанный шепот, я обернулась и увидела, что голос принадлежал бородатому старику, предположительно оборотню, который держал на руках мальчика пяти лет и разъяснял своему юному воспитаннику о вампирах.

– Не чистокровный? Я и не знал! – Грустно выдохнул мальчонка. – Думал, что вообще вампиров только осиновый кол может сразить. – Рассуждал ребенок-перевертыш.

– Да нет, нечистокровные умирают, только если им голову отрубить. – Снова отозвался грубый голос. – Но в прах превращаются только те, которые рождены вампирами, а не человеком.

– Но почему же его голова на месте? Вампира убило оружие? – Не унимался любопытный ребенок.

– Ну… видимо оружие или убийца были не простые. – Выдохнул матёрый оборотень, затем достал сухую корочку хлеба из кармана и вручил ребенку, видимо для того, чтобы он его не мучал вопросами.

Маленький волчонок схватился обеими руками за краюху хлеба и засунул в рот, вгрызаясь в нее своими маленькими зубками.

Разговор старого и совсем молодого оборотня заставили меня осознать то, во что я так упрямо отказывалась верить, а именно, что здесь и сейчас проходит прощальная церемония. Сопоставив все факты, я понимала своим умом, что дядя Дэш погиб от рук Хеллдригора, и что именно ему посвящён обряд, но почему-то сердце надеялось на чудо или на то, что вот сейчас я проснусь и рассмеюсь от того, что все эти ужасные события, происходящие вокруг меня, окажутся жутким сном.

Как бы мои ватные ноги не отказывались идти, я, сжав руки в кулак упорно продолжала восхождение по мукам, так как иначе это нельзя было по-другому назвать, ведь мои душевные страдания сливались со страхом того, что сейчас я могу увидеть. Поэтому я просто шла, трясясь, от внезапно охватившего меня озноба без каких-либо мыслей в голове.

Не доходя даже до середины тронного зала я услышала, как у подмостка разгорелся бурный спор. К сожалению, из-за множества высоких фигур и их голов ничего нельзя было разглядеть.

Голоса, которые сразу были приглушенными, вскоре стали громче. Из-за слияния большого количества голосов было многое непонятно, но кое-что все же я уловила:

– Вы, просто трусы и не желаете этого признавать! – Сыпались шипящие обвинения.

– Грр! Я и мои люди не собираемся признаваться в том, в чем нет нашей вины! – Отвечал грубоватый бас.

– Но, похищение – дело ваших рук!

– Оборотни не имеют к этому никого отношения, и перестаньте вешать на нас свои проблемы!

– Но вы не явились на собрание, и ваши дети были в безопасности, в то время, когда наши дети были похищены! – Возмущался кто-то очень эмоциональный. – Вы всегда ненавидели вампиров и не желали смириться с тем, что королем царства ночи стал вампир.

– Я ничего не имел против короля Тадэуша, как и мои люди, ведь он тоже был когда-то человеком.

– Тогда почему вы нарушаете границы и не соблюдаете мирное соглашение?

– Это трудно объяснить, но в последнее время контролировать свои инстинкты, находясь в зверином перевоплощении, становится сложнее. У нас тоже не все так гладко, но мы не стали в этом обвинять вампиров! Гррр…

Препирания нарастали с новой силой: голоса становились громче и холоднее, в воздухе заискрилось напряжение, но родной и хорошо знакомый голос быстро прекратил негативу расползаться по толпе:

– Перестаньте, хватит! – Зазвучал строгий голос моего отца, который заставил всех замолчать, а меня, рвануть вперед, чтобы поскорее увидеть его. – Дэш столько сил потратил на то, чтобы сплотить наши народы, а вы даже не можете оказать ему дань уважения! Даже в память о нем вы не можете прекратить ваши распри! Вы разве не понимаете, что тот, кто убил нашего короля и подстроил похищение, хотел посеять смуту между нашими видами? Прошу вас, – прозвучало уже тише и спокойней, но с напором, – давайте обсудим это после погребения.

– Папа! – Промямлила я дрожащим голосом, пробираясь сквозь последние ряды стоящих существ.

Когда передо мной расступились два высоких эльфа, то я смогла увидеть озадаченные и грустные глаза отца, которые при виде меня озарились нежностью.

– Доченька! – Прошептал он и двинулся ко мне на встречу, оставляя за собой эльфа, гнома, вампира и оборотня в полном недоумении.

Я кинулась в распахнутые руки отца и, крепко обняв его, не смогла больше прятать свои слезы, которые, несмотря на то, что я пыталась изо всех сил их сдержать, вырвались наружу бурным потоком.

– Папочка! – Уткнувшись в грудь, молвила я, прижимаясь сильнее к родному вампиру.

– Доченька, с возвращением. – Тихо и очень нежно отец приветствовал меня, целуя мою макушку и лоб. – Где ж ты так долго пропадала?

– Папа я… я… – Не могла я выдавить и слово, заливаясь слезами, которые уже текли непонятно от чего, толи от горя, толи от радости.

– Ну, ну! – Успокаивал он меня, поглаживая по спине. – Побереги слезы для прощания с … – Отец замялся, а его голос дрогнул.

На мою макушку капнуло что-то холодное и липкое, но мне не нужно было смотреть на лицо отца, чтобы понять, что это были скупые мужские слезы вампира, так как воздухе повис эле слышный запах крови.

– Я знаю… Дядя Дэш, – содрогалась я, чувствуя небольшое облегчение от того, что у меня теперь есть с кем разделить это горе.

Отец смахнул свою слезу, утер мои, и затем повел меня на помост, где в самом центре, усыпанный букетами цветов, связанными черной атласной лентой, лежало тело дяди Дэша в стеклянном гробу. Вокруг гроба, на стульях сидели члены нашей семьи: тетя Лучия, облаченная в черное, закрытое платье и в вуали, склонившись над покойником, с нежностью и любовью поглаживала лицо своего супруга. Ее вдовьи слезы редкими каплями сыпались на лицо мертвеца, ресницы которого оставались неподвижными. Совсем рядом от вдовствующей королевы, сидели Аркти и Радамир. Они прижимались к матери, с обеих сторон, поддерживая и оберегая ее. Лица мальчиков были полны грусти и скорби, но глаза их были пусты, словно они смотрели сквозь пространство.

За спиной тети Лучии, положив одну ладонь на ее плече, стояла и моя мама в траурном наряде. Свободной рукой, она платком осушала свои красные от влаги глаза.

Позади, стояли мадам Бертрам и некоторые из слуг, с которыми дядя Дэш общался очень близко. Противоположную сторону заняли близкие друзья и знакомые, кому король доверял безоговорочно. Замыкали круг главы знатных семей, среди них стоял и Сэмюэль. Он как стойкий оловянный солдатик стоял у кресла, в котором сидела древняя старуха с длинным носом, судя по всему его бабка.

Подойдя к гробу, наше прибытие первыми заметили мальчики и обернувшись, с возгласами «Ро!», пустились в мои объятия. Обняв меня за талию, они оба уткнулись в живот и тихо всхлипнули, я тоже склонилась над ними, шепча сквозь заливающие лицо слезы: «мне очень жаль!». Мама, обернувшись, выронила платок из рук и тоже кинулась обнимать меня. Тетя тоже покинула свое место, чтобы обнять меня и разделить свою печаль.

Душа моя разрывалась на части от того, что я косвенно обрекла любимых кузенов на страдания, лишив сыновей любимого отца, а всех остальных хорошего товарища и короля. Боль от этого становилась еще сильней, разрушая меня из нутри.

Мой дядя все же мертв, и не какая вера в чудо не смогла оживить его. Вся моя родня в отчаянье, все подданные в смятении, и всему виной моя глупость.

– Почему ты так долго? – Вопрошала мама, обнимая меня и попутно вытирая свои слезы.

Отец обнял всех нас разом и больше никто из нас не стыдился своих слез при посторонних.

Минуты две погодя, мы кое-как смогли успокоиться и все подошли к гробу, где умиротворение и покой оплело своими путами нашего короля.

Мне на встречу вышел недовампир, чье выражение лица выдавало его радость и удивление.

– Ты наконец объявилась! Больше тебе не сбежать! Теперь-то нам, надеюсь, ничто не помешает пожениться, ведь это была воля короля! – Как всегда высокомерно начал он.

– Прошу, не сейчас! – Я резко отмахнулась от его руки, которую он тянул ко мне, так как меня задела его заносчивость.

Я и мои близкие были раздавлены горем, но похоже на то, что Баттори не волновал этот вопрос, для него на первом месте были свои амбиции.

Отец тоже выставил руку защищая меня от ненужных прикосновений, своим строгим видом он дал понять ему, что не время:

– Мы обсудим это позже!

Кажется, тон отца усмирил заносчивого вампира, так как он захлопнул свою варежку и вновь занял свою позицию сторожевого пса.

Наконец я смогла приблизиться к телу дяди Дэша, чтобы подарить ему мой прощальный поцелуй. Вынув из кармана куртки цепочку и камень, я вставила красный кристалл в золотую оправу и положила медальон дяде на грудь.

– Откуда он у тебя? – Выпучив глаза на меня, спросила тетушка.

Ее прервал король Тарон, которому я очень была благодарна за это, так как он спас меня от неловких оправданий и неприятного разговора. Конечно, я предполагала, что рано или поздно мои родные узнают обо всем, но в данный момент я не могла вымолвить и слова, чтобы раскрыть им всю правду, и о том какую роль в их несчастьях сыграла я.

– Аврора, сожалею о вашей потере, но не могу не сказать, как я счастлив, что ты жива! – Король заключил меня в объятия. – Я уже стал волноваться, так как от вас не было никаких вестей, а вы оказывается уже здесь! Прошу тебя расскажи мне о том, как продвигаются ваши поиски, да и вообще все…

– Простите меня, король Тарон. – Подавленно ответила я, освободившись. – Я вам обязательно все расскажу, но сейчас я ужасно устала.

– Ах да, конечно. – Уступил мужчина, поглаживая свою бороду. – Тебе непременно нужно передохнуть.

Я отвесила усталый поклон перед всеми и как зомби поплелась на нижние этажи в купальню, чтобы освежиться, по дороге коря себя за то, что в суматохе забыла забрать магические кристаллы из подземелий ада.

Маришка.

Церемония прощания подходила к своему завершению, а я все еще не могла поверить, что Дэша – моего лучшего друга и товарища больше нет с нами. Мой мозг отказывался принимать то, что больше я его не увижу, не поговорю с ним и не спрошу совета. Боль от утраты была невыносимой, но воспоминания о том времени, что мы провели с ним вместе, еще с первого дня нашего знакомства и до его убийства, придали мне сил идти вперед и не опускать руки. Я знаю, он бы тоже хотел, чтобы мы все были счастливы, но к несчастью, этого он уже не увидит.

После того, как гроб был помещен на каменный пьедестал в семейном склепе, весь народ направился в зал, где были накрыты столы для поминального ужина.

На помосте, где еще пару часов назад стоял стеклянный гроб, находился хор из десятков певцов и певиц, которые тихими и скорбными голосами пели протяжные траурные песни, от которых у всех присутствующих наворачивались слезы.

Траурная процессия, оказывающая последнюю дань уважения своему, ныне покойному королю, перешла на хвалебные воспоминания о монархе, лишь иногда прерываясь, чтобы глотнуть крови из бокалов и пожелать его душе доброго пути в загробный мир.

За столом не сидела лишь Лучия, она отмахнулась от поминального ужина, сославшись на отсутствие аппетита, но осталась в зале, заняв кресло на против стола.

Сэмюэль Баттори сидел за столом поодаль от меня с противоположной стороны и что-то шептал на обвисшее остроконечное ухо своей бабке, которую сопровождал на похоронах и мельком поглядывал на Аврору. Старуха тоже бросала свой сверлящий взгляд в ее сторону и очень медленно кивала головой. Ее отвратительная злобная ухмылка испортила мне аппетит, хотя я уже и забыла, когда ела последний раз и есть хотелось ужасно, но увидев ее лицо, в рот ничего не полезло, поэтому я быстро освободила свое место и направилась к дочери, которая тоже была лишена аппетита.

По не многу, существа, стойко перенесшие похороны, начали расходится, так как не хотели быть застигнуты солнечным светом в пути. Они, осмелевшие от вина и крови, затеивали разговоры касающиеся убийцы короля и делали предположения, кто следующий займет трон царства ночи. По нижеизложенному, на выходе из замка разгорелся жаркий спор, который пришлось успокаивать моему мужу, провожавшему гостей.

– У нашего короля есть наследники, но пока они не достигли совершеннолетия, на престоле все еще остается королева. – Его строгий недовольный голос, рассудил все по справедливости, как бы уличая присутствующих существ в том, что они суют свои носы не в свои дела.

– Да, но зачем же королеву нагружать политическими делами, ведь она еще не оправилась от потери. Не лучше ли для нее дать немного времени ей прийти в себя? – Проскрипел голос старой скрюченной карги Баттори, чей возраст давно пересек черту нескольких тысячелетий.

– Я буду всегда рядом с сестрой, включая и в делах престола. – Отрапортовал он.

Бабка хмыкнув кивнула:

– Ну конечно, никто и не сомневается в вашей компетенции, Закариус… – Она хотела этим что-то сказать, но перепрыгнула на другую тему. – Пора пришла конкретно обсудить свадьбу моего внука и вашей дочери, вам так не кажется?

– Мы вернемся к этому позже, а пока еще все скорбят, я не имею право…

– Да, но король дал на это свое слово, и будет неуважительно не исполнить его. – Старуха посмотрела на реакцию моего Зака и не дождавшись от него ответа, продолжила. – В общем, следующее приглашения должно быть на свадьбу, Закариус. Мое терпенье на исходе. Вам сейчас как никому нужны союзники, чтобы удержать трон. Имя нашей семьи может обеспечить вам стабильность, так что не затягивайте с этим.

Мой супруг согласно кивнул и с уважением открыл створку дверей перед почтенной леди.

Сэмуэль проводил бабку до экипажа и возвратился к нам.

Когда все мы вернулись к дочери, заловке и племянникам, то заметили, что не все еще покинули замок. Король лунного мира стоял рядом с Авророй и очень оживленно расспрашивал ее о древних артефактах.

Теперь, когда остались только самые близкие и, можно было хоть немного расслабиться (но и это было роскошью, так как, появлением дочери сегодняшней ночью я была немного шокирована, и вот сейчас, когда шок немного спал), на меня нахлынула волна недовольства. Мне сразу захотелось отписать дочке подзатыльника и выяснить, «где ее так долго черти носили?». Сделать это мне не дал король лунного мира, который словно пиявка пристал к ней и расспрашивал о каких-то своих делах, словно они были давними друзьями.

О том, что дочь скрывалась от нас в лунном мире, мы узнали об этом от Дэша. Пару месяцев спустя после ее побега, он проведывал Дарка в луномирье и от него узнал, что наша там, что с ней все в порядке и, что она обучается в магической академии, куда ее пристроил сам король Тарон за ее услугу. Мы с мужем хоть и не приняли эту новость с восторгом, но все же немного успокоились и были рады даже тому, что она жива и с не все в порядке. Поэтому я не сильно удивилась тому, что Аврора тесно общается с королем незнакомого мне мира, но все же не одобряла того, что у них есть общие дела, о которых я ничего не знаю.

Чтобы не показаться бестактной, невоспитанной дамой перед королем Тароном, мне пришлось терпеливо ожидать своей очереди, но и в этой мелочи мне было отказано…

В какой-то момент Лучия, которая сидела не так далеко от короля и Авроры и, слышала все, о чем они разговаривали, обратилась к моей дочери с просьбой рассказать, как к ней в руки попала похищенная убийцей оправа медальона, и куда из нее делся камень.

О том, что Дэша убили не враги по своей прихоти, а воры, выяснилось после того, как мы с Заком, узнав о трагедии прилетели в замок. Муж с лучшими следопытами из стражи расследовал убийство нашего короля и друга, пока остальные его обитатели скорбели о гибели верного товарища.

Заку удалось выяснить, что нападение произошло утром, когда все вампиры спали. От сюда следовало, что нападавшие не принадлежали царству ночи или же, это были человекоподобные существа. Вариант с оборотнями отпал сам собой, так как после себя они должны были оставить звериный запах, которого не было, если конечно они не научились его маскировать. Единственная зацепка – это запах серы и гари в кабинете. Никаких следов, никаких улик не оставили после себя убийцы. Даже из всего обилия позолоченных и других дорогих предметов ничего не пропало, кроме магического амулета, который Дэш носил при себе. Все это наводило на мысли, что целью нападения на замок было убийство короля. Эта версия не давала всем нам покоя, пока Зак не разобрался в причине. Он заметил, что магическая защита замка была искусно разорвана в одном месте и так же вновь восстановлена, но никто из ныне живущих существ не смог бы это сделать. Ответ пришел сам собой, либо это сделал кто-то свой, кто знает какая магия применялась для защитного купола, либо могущественный враг, о котором мы не знаем. Этими мыслями Зак поделился с сестрой, которая сломленная горем, пыталась узнать, как погиб ее возлюбленный, и кажется, ухватилась за более логический вариант, то есть, заподозрила во всем нашу дочь, ведь она как раз уже попадалась на том, что взламывала магическую защиту Дэша.

Дочь виновато опустила влажные глаза, словно во всем, что случилось была ее вина. Она долго собиралась с мыслями, прежде чем что-то сказать.

Мы с Заком обменялись подозрительными взглядами.

– Аврора, ответь, ты появлялась в замке два дня назад?

Лучия задумала грязную игру, и задала вопрос в лоб, зная, что Аврора не сможет солгать.

– Что ты задумала, сестра? Зачем спрашиваешь ее об этом? – Вступился Зак. – Мы все на взводе и поэтому нужно время, чтобы вернуться к этому с холодной головой.

Заподозрив неладное по натянутой ауре, Зак попытался сгладить ситуацию, но не успел, так как дочь подала свой голос:

– Я очень сожалею. Я не хотела всего этого. Не предполагала, что подобное случится. – Дрожащим голосом произнесла она несмело и покачала опущенной головой.

В зале повисла мертвецкая тишина, даже хор прекратил свое пение. Все удивленно уставились на мою дочь, и я в том числе.

Глаза Сэмуэля радостно сверкнули в тусклом свете свечей.

– Что ты такое говоришь? Ты, наверное, не отошла еще от шока, поэтому несешь всякую ахинею. Тебе нужно отдохнуть! Пойдем, я отведу тебя домой! – Поспешила я к дочери, желая поскорей увести ее от осуждающих взглядов.

– Ты виновна в смерти Дэша? – Не прекращала Лучия свои обвинения.

– Мама, это не Ро! Она бы никогда не сделала этого! – На защиту своей любимой кузины пришли принцы. Они обняли Аврору с обоих сторон и одарили мать осуждающим взглядом.

Дочь, на неустойчивых ногах отшатнулась от мальчишек. По ее непрекращающимся слезам можно было понять, что она чувствовала за собой вину.

– Я не убивала дядю Дэша и …. Я их… очень любила, … но в их смерти есть моя вина.

– О ком ты говоришь? И почему мой отец не пришел вместе с тобой? – Взволнованно пролепетала золовка.

– Потому что… Потому что, он тоже мертв.

По залу прокатилась серия изумленных вздохов.

– Это невозможно! – Выдавила я из себя, изумленно смотря на дочь, роняющую слезы.

– Мой муж и отец мертвы! – Взвыла Лучия, резко изменившаяся на глазах.

Плавные черты лица золовки искривились под злобой:

– Я хочу знать, по чьей вине они умерли! – Завывала вампирша, теряя последние капли самообладания. – Это ты? Ты виновата в их смерти? Ты принесла нам горе и разрушения?

– Что ты несешь, Лучия! Успокойся! – крикнула я на нее.

– Это так! – перебила меня всхлипывающая Аврора. – Я была рядом, когда Дарк погиб и, в замке, в тот момент, когда дядя…

– Чушь! Я бы почувствовал твое присутствие в кабинете. Не нужно себя винить в том, что ты не делала. – Выступил Зак в перед и поддержал ее за плечи.

– Но, если бы не я, то Дарк и дядя Дэш были бы живы. Ведь это я провела Хелла в замок через защиту. По моей вине дядя…

– Кто он? Кто убийца моего мужа? – Снова Лучия перешла в наступление.

– Хелл мой … – Дочь опустила голову, роняя слезы себе под ноги. – Он демон.

– Он твой любовник? – Лучию понесло. От жажды мести она совершенно потеряла голову. – Ты позволила чужаку проникнуть в замок и убить короля. Ты предала всех нас! – Золовка вскочила со своего места и упав на колени, стала биться в истерике.

Ее пытались успокоить слуги, но она их отшвыривала словно дикий зверь.

Всем стало жутко от того. Что происходило с королевой.

– Успокойся Лучия! – Рыкнул на нее Зак, дабы защитить дочь от скоропалительных обвинений своей сестры, но это было невозможно, так как Лучия кипела от злости.

Аврора зарыдала в голос, мальчики растерянно взирали друг на друга и на мать, не зная, что им предпринять, а я поспешила увести Аврору из замка прочь, но она желала оправдаться.

– Я не знала, что он задумал. Мы только должны были забрать Архад и заменить его. Если бы я смогла раньше догадаться, я бы не допустила этого. – Она упала на колени перед королевой. – Простите меня, тетя… – Искренне раскаивалась моя девочка.

Чувствуя ее боль, я и мальчики тоже не смогли сдержать слез.

– Твой любовник убил моего мужа! Ты виновата в смерти мужа и отца. Предательница короны! Предательница! – Кричала золовка на весь замок, теряя связь с реальностью, пока Зак не усыпил сестру, приложив к ее лбу свою руку.

Он поймал обмякшее тело своей сестры и передал его одному из подошедших стражников, которому приказал отнести королеву в ее покои, затем переключился на кучку рыдающих на помосте вампиров: Аврору, меня и мальчиков.

– Она была не в себе, – сообщил он, – из-за вмешательства в ее сознание. Кто-то неопытный ранее проникал в ее голову и это вызвало резкий скачок эмоций.

Зак окинул нас всех хмурым взглядом, а затем дал распоряжение:

– Маришка, отведи дочь домой и ждите меня там. Вы, мальчики отправляйтесь к себе и отдохните, конечно, после того, как расскажите, что вы провернули с сознанием вашей матери, – он одарил племянников строгим взглядом, под гнетом которого Радамир и Арктисис повержено склонили головы. – Ну, а все остальные могут быть свободны. – Обратился он с помоста к присутствующим, которые еще не успели покинуть замок. – Примите мое глубочайшее уважение и искреннее извинение за то, что вам пришлось стать свидетелями семейных неурядиц. Прошу всех на выход!

Мы с Авророй двинулись в сторону входной двери, но услышав знакомый голос застыли на месте.

– Подождите! – Прозвучал решительный голос Сэмуэля Баттори из толпы. – А как же моя персона? Не желаете объясниться, что значит «любовник»? Девчонка была обещана мне, – рычал он, краснея от ярости. – Аврора моя!

– Моя сестра была не в себе. – Осадил его Зак, грозно сверля его красными зрачками. – В момент ярости она плела всякую чепуху, так что не нужно прислушиваться к ее словам, а что касается моей дочери, я уже объяснял все это леди Баттори.

Сказав это, Зак был готов уйти, но задетая гордость молодого вампира не могла позволить ему так легко отпустить будущего тестя. Баттори, вскинув свой плащ на плече, перешел к угрозам.

– Я требую, чтобы мою невесту осмотрели на наличие девственности по древнему ритуалу добрачного соглашения, и если старейшина обнаружит ее отсутствие, то готовьтесь к войне. Клянусь, я отомщу за оскорбление моей семьи. – Сказав это, Сэмюэль накрылся широким пологом своего темно-алого плаща и исчез.

В зале пронеслись колющие шепотки.

***

Сидя дома за столом, я ожидала своего супруга. На против меня сидела моя преданная подруга Аграпина, которая, трясущимися ручонками, то и дело, подливала вино в свою чарку и залпом глотала терпкий напиток. Ее муж – домовой Филимон пожелал остаться с Авророй в ее спальне и приглядеть, чтобы она не взбрыкнула чего-нибудь, но не успев опустить свою голову на подушку, от пережитого стресса, дочь тут же погрузилась в царство Морфея.

Тяжело было всем, ведь не успев отойти от похорон Дэша на наши головы навалилась еще одна беда, и это я еще не взяла в расчет ненависть Лучии к моей дочери. Под словом «беда» я предполагала Сэмуэля Баттори со своими угрозами против нашей семьи. Мне уже не казалась идея близкого родства с его семейством такой радужной, как раньше. Теперь же одна только мысль о предстоящей навязанной дочке свадьбе с вампирскими добрачными обследованиями бросала меня в дрожь, ведь я не знала, чего ждать.

Дверь скрипнула, и мы с Грушей замерли в ожидании.

Секунду спустя на кухне появился Зак. Я сорвалась с места и повисла у него на шее.

– Как Аврора? – Устало спросил он.

– Она спит мертвецким сном. О, Зак, я боюсь за нее, ей столько всего пришлось пережить. – Чуть ли не срываясь на плачь, пропищала я ему в грудь, а наклюкавшаяся Аграпина, скуля выдала несвязную речь: «серд-це бедной… ик… девочки раз-бито», а затем уложила голову на ладони и захрапела.

– Тш-ш-ш. – Успокоил супруг, поглаживая меня по спине своей прохладной рукой, затем он, оглядев нас и стол, задал вопрос. – А вы почему еще не отдыхаете, поди тоже вымотались за ночь?

– Груша уже! – констатировала я факт. – А вообще, мы тебя ждали. – Сказала я, поднимая на него свои глаза полные любопытства. – Ну как там в замке, успокоилось?

– Лучия будет спать еще пару суток, пока из памяти не сотрутся последние события. Мальчишки вроде бы в порядке, тоже отдыхать отправились. Все-таки эти паршивцы признались, что это они влезли к матери в голову, хотели, как лучше. – Зак замялся, но потом выдавил слова. – Этот чертов щенок Баттори всех на уши поставил. Со всех углов недовольство и возмущения по поводу того, что слово Дракулы и короля ничего не стоит. Он преподносит все так, будто мы нарочно скрывали свою распутную дочь, прикрываясь ее побегом. Этим хорошо продуманным ходом он сыграл себе на руку, ведь теперь нам не отвертеться от публичного ритуала, чтобы доказать обратное.

– И что теперь делать?

– Молиться, чтоб наша дочь не оказалась безрассудной и сохранила свою невинность, иначе плохи наши дела. Мне во чтобы-то ни стало, нужно сохранить мир всеми силами, а если не получится, то многие из знатных семей начнут борьбу за власть, и они не пощадят никого, особенно юных наследников. – Грустно выдохнул Зак.

– Может нам всем стоит сгрести вещи и детей в охапку и сбежать? – Выдала я, только что возникшую в моем мозгу идею.

Зак обессиленно хмыкнул.

– Я бы с удовольствием так и сделал, но увы от древних нам нигде не скрыться, кроме как в другом мире.

– А что, король Тарон приглашал нас посетить его дворец, да и по словам Дэша, там просто райские кущи. – Грустно озвучила я, вспоминая с каким воодушевлением Дэш и Лучия рассказывали о прекрасном и незнакомом мире.

– А что насчет того демона? Аврора что-нибудь тебе рассказала?

– Нет. Я даже не успела у нее об этом спросить, как ее покинули силы. Бедняжке многое пришлось пережить. Похоже, что она искренне любит этого парня, раз провела его в замок.

– Наверняка этот убийца обманул ее и воспользовался ее доверчивостью. – Сквозь зубы, проговорил Зак с ненавистью.

Вспоминая, каким обессиленным и встревоженным взглядом Аврора одарила меня, после того, как я спросила у нее, кто такой Хелл, выдохнула:

– Даже не представляю, через что пришлось пройти нашей дочери.

Глава 2. Непростое решение.

Черная Роза.

Открыв глаза лишь следующим вечером, я обнаружила спящих домовых на моей кровати. Они спали в обнимку, закопавшись лицами друг другу в космы.

Мне немного взгрустнулось от того, что я некогда чувствовала тоже самое, когда спала в объятиях Хелла. Так же чувствовала себя любимой, защищенной, нужной. Но сейчас все мои пережитые любовные томления, казались лишь далеким сном, а впереди меня ждала пугающая неизвестность.

Вспомнив все то, чего я лишилась ради своей безрассудности, вздохнула, понимая, что впредь мне нужно быть внимательной и, стараясь не разбудить влюбленных, вылезла из-под одеяла.

На душе было мерзко и тоскливо от осознания того, что моя персона «нон грата» оплошала везде, где только могла: выпустила дьявола на волю, потеряла, раздобытые с трудом Архады, лишив надежды короля Тарона, и в завершение, так сказать, кульминация моего фиаско – предательство короны и своей семьи.

Обдумывая все, как объяснить родителям, я, шоркающим шагом прошла на кухню и выудила припрятанную матерью за буфетом бутылку вина с кровью косули, дабы выпитый напиток помог мне набраться храбрости.

Маман часто прятала там алкогольные зелья для своих романтичных ночей с отцом, не подозревая о том, что я и так обо всем догадывалась, так как после того, как они запирались в своей комнате с такой вот бутылочкой, оттуда доносились смешки и томные вздохи.

Откупорив бутылку, я даже не стала утруждать себя поиском кубка, а просто, стала жадно глотать жидкость прямо из бутылки, как заправские гномы, отмечающие получку в трольей таверне.

Я не хотела совсем уж походить на полуросликов с бородой, мне только хотелось затуманить свой разум, чтобы не на долго прекратить внутренний диалог, иначе, я просто бы сошла с ума от переживаний, которые были последствием моих необдуманных действий.

– Ого! – Голос матери прервал мою попойку в самый разгар заливания горя. – А не рано ли тебе на добро так налегать, деточка?

Она резко оторвала бутылку прямо от моего рта, что даже несколько капель пролилось на стол и ее домашний халат, в котором она разгуливала по дому.

– Я уже взрол – слая! – Сказала я, стараясь говорить слова, как можно четче. – Оу, миленьк -ий халатик!

– Ох, горе ты мое луковое, как же ты налакалась! – Болтая небольшое количество жидкости по дну стеклянного сосуда, возмущалась родительница.

– Я так-ая идиотка! Всех подвела. – С грустной улыбкой выдавила я и, шмыгнув носом, положила голову на стол.

Мама тоже изменилась в лице. Она приложила горлышко бутылки к своим губам и залпом допила все что оставалось на дне:

– Ничего ты не идиотка. Ты у меня самая лучшая. – Похвалила она меня и, присев рядом на соседний стул погладила по голове. – Сдается мне, что карма моего рода все же существует, и ты стала ее очередной жертвой.

– Кар – ма? – Сдерживая икоту, я с удивленными опьяневшими глазами, уставилась на мать. – Что еще за… карма?

– Ну со мной в молодости такое часто случалось, до того момента, пока я не родила тебя и не остепенилась. Постоянно влипала в разные неприятности из-за своего любопытства, и доставляла всем вокруг кучу хлопот. Совсем как ты. – Мама пожала плечами.

– Да, тогда это опред-деленно – карма! – Утвердительно я подняла указательный палец вверх и махнула непричесанной головой. – И что мне нужно сделать, чтобы избав-ться от нее? Поцеловать зак-олдованную лягушку, выйти замуж за дракона, или может убить принца? Последнее мне определенно нравит-ся больше.

Мама посмотрела на меня с состраданием, словно знала все мои переживания, а затем задала вопрос:

– Доченька, ты влюблена в этого … (как его там звать) …. Хелда?

– М-м? Хелла? – Удивленно спросила я и поморщила нос.

– Да его самого?

Я некоторое время молчала, а потом все же решилась с ответом:

– Это… очень сложно. – Грустно выдохнула я.

Мама по-дружески поддержала меня, приобняв за плечо:

– Я тебя понимаю…

– Ну это уж нав-ряд ли. – С сарказмом вымолвила я и натянула дурацкую пьяную ухмылку. – В данной ситуац-ии меня никто не поймет, ведь мужчина, которого я лю… – Я опомнилась на полуслове и тут же исправилась. – … ненавижу, обманул меня и убил моих близких.

– А он тебя любит?

– Я уже сама ничего не понимаю, – шмыгнула я носом, чувствуя, как защекотало там. Мне казалось, что он без ума от меня… – раскрывала я свою душу перед матерью, – но, как оказалось, это была всего лишь уловка, чтобы использовать меня в своих интересах.

Мама нахмурилась:

– Должно быть, он настоящий идиот, раз уж не оценил такую красавицу по достоинству. – Она взяла меня за подбородок, желая приободрить. После небольшой паузы, она задала вопрос. – У вас было все серьезно?

– Ты это про что?

– Ну я имею ввиду …близкие отношения. – Неловко и со смущением, расспрашивала маман.

Я почувствовала, как вспыхнуло мое лицо, но ответить прямо стыд не позволял, поэтому, я только уткнулась головой в стол и накрыла ее руками, чтобы спрятать от мамы свои глаза, которые выдали бы все мои секреты, но этим только подтвердила ее опасения.

– Вот, черт! – Вспрыснула она, меняя свой голос от досадного удивления, до яростного рыка. – Я точно кастрирую этого юнца, попадись он мне на глаза. Этот мерзавец испытает на своей шкуре все пытки ада, за то, что перешел дорогу матери, соблазнив единственную дочь…

Она так распалилась в своих грезах о мести, что я уже было подумала, что сейчас из нее вырвется адское пламя, но к счастью, ее раскаты истерики прекратил отец, вошедший на кухню, завернутый в одеяло. Похоже мама разбудила его своими воплями.

– Что происходит? Аврора сбежала? – Растерянно спросил он, моргая сонными глазами, но затем, когда он разглядел меня среди кухонной мебели, поинтересовался уже мягче. – По какому поводу весь этот гам?

Заметив пустую бутылку на столе, он, взял ее в руки и скосил взгляд на супругу:

– Ночь только наступила, а ты уже вылакала всю бутыль?

– Не смотри так на меня, у нас вообще-то был девчачий разговор с дочерью, а тут, как ты знаешь, без бутылки не разберешься! – Мама властно вырвала бутылку из его рук и поставила ее под стол, чтоб та не муляла перед его глазами.

– Так и о чем был ваш «девчачий» разговор? С удовольствием бы послушал! – Отец отодвинул стул и присел на против.

– Он не для твоих ушей! – Мама, для пущей убедительности, прикрыла уши отца своими ладонями.

Мне было забавно наблюдать за своими предками, так как они являлись замечательным примером того, каким на самом деле должен быть брак. Их незначительные ссоры всегда заканчивались возней в спальне, и что-то мне подсказывало, что они там совсем не в шахматы играли.

С ночи и до самого утра, родители ворковали друг с другом, как голубки, но самое интересное, это то, что по прошествии стольких столетий, они не надоедали друг другу, и не разу не расставались, как смертные, за которыми я наблюдала. Уж такого «добра», как любовные ссоры и пьяные побоища, я насмотрелась в деревне. Там мужики своих жен вниманием не балуют, да и оскорбления в место комплиментов, это уж как: «с добрым утром»! Видимо, так у смертных заведено.

– Аврора, тебе не хорошо? Выглядишь устало. – Заботливо спросил отец и убрал с моего лица локон отросшей челки.

– Оу, это потому, что кто-то высосал мое пойло почти до дна. – Возмущалась мать, жалуясь своему супругу.

– Конечно налегать на спиртное это не выход, – сочувствовал папа, прежде чем дать дельные советы. – Можно же и по-другому отвлечься от навалившегося, например, отдохнуть, съездить в путешествие или просто повидаться с друзьями. О, кажется Дэш упоминал, что в академии ты обзавелась друзьями. Если хочешь, то можешь погостить у них, пока здесь все не уляжется. – С улыбкой предложил отец, переглядываясь с матерью.

– Нет, не могу. Мне теперь везде путь заказан. – Пробубнила я, глядя на лица озадаченных родителей.

– Что такое? Почему не можешь? – Мама нахмурила брови.

– Да потому, что я не могу сунуться в лунный мир без Архад и фамильяра, – с пьяной ухмылкой, развела я руками, – да и как я могу оставить всех здесь, когда такое натворила? – Тут уж мне было не до сарказма, потому как, напоминания моих недавних ошибок, в купе со спиртным, ударившем мне в голову, дали эмоциям выйти наружу.

– Что ты такое говоришь? В смерти Дэша и Дарка нет твоей вины! – Убеждал ревевшую меня отец, видя, как я истерично всхлипываю.

– Я го-ворю сей-час не о них. – Выдавливала я слова, сотрясаемая дрожью и слезами.

Родители принялись меня успокаивать поглаживаниями и уговорами, они попросили меня успокоиться и начать все с самого начала, а когда я стала им все рассказывать, то мама и папа, без осуждения внимательно слушали меня, не прерывая ни на секунду.

Мне пришлось рассказать родителям все по порядку, правда, сказ о моих ошибочных чувствах к Даркарусу и наших занятиях с оружием, мне пришлось опустить. Поведала я о бабушке – призраке, которая дремала во мне, затем о пробуждении, о том, как с ее помощью обнаружила в себе сверхспособности, о том, как и где я познакомилась с Хеллом, о наших с ним приключениях, упомянув и о смерти Дарка. Ну, а потом, как ловко Хелл воспользовался мной. Не утаила я и то, что выпустила дьявола на свободу, не забыв сделать прогноз на будущее о нашествии бесов и скором хаосе на земле.

Закончив с послесловием, и всхлипнув последний раз, я уставилась молящими о помощи глазами на озадаченных родителей, которые, судя по их выражению лиц, кажется, выпали в астрал.

Первой очнулась мама, она, вскочила со стула и стала бродить по кухни взад-вперед, эмоционально размахивая руками:

– Черт побрал бы все эти пророчества! Я думала, что, выдав тебя замуж, мы сможем избежать предписанной тебе судьбы. Как жопой чувствовала! Нужно было раньше замуж выдать…

– Что? Какое еще пророчество? – Я, протрезвев, вопросительно уставилась на отца, так как мама, прибывая в плену своих эмоций, меня бы даже не услышала.

Отец выдохнул перед тем, как ответить:

– Когда ты родилась в самый разгар войны, и наши войска победили, то Дэша выбрали королем. Вернувшись в родные края, мы, – он посмотрел на маму, – и Дэш, отправились к оракулу, чтобы получить предсказания, ведь ты была не обычным ребенком. Услышав о том, что тебе суждено быть уравнительницей баланса на Земле, но в итоге быть, – папа выдержал паузу, – поглощённой тьмой, мы очень сильно перепугались и решили, что никогда не подпустим тебя к магии и оружию. Мы думали, что сможем уберечь тебя от этого, выдав замуж. Думали, что, создав свою семью и детей, ты ни за что не захочешь подвергать их опасности и не возьмешься за оружие, но пророчество, видимо, не изменить… Ты сбежала еще до свадьбы и обучилась магии, а значит – приняла свою судьбу.

Закончив рассказ, отец понурил голову, а мать, на заднем плане все продолжала причитать о судьбе, только ее голос стал сиплым и дрожащим, пока она не перешла на вой.

Некоторое время спустя, когда мы с отцом успокоили маму, сидя за кухонным столом, уже в полном составе семьи, включая и домовых, мы обсуждали дальнейшие действия за еще одной бутылкой кровавого вина.

– Чтобы бороться с легионами Люцифера, нам нужны все силы, но со смертью Дэша, это будет очень сложно, так как сейчас идет раскол между всеми сословиями ночных существ. – Твердо говорил отец. – Не плохо было заручиться поддержкой всех кланов, но вот этот идиот Сэмюэль, настраивает вампиров против нашей семьи. Его семья очень влиятельная и ссориться с Баттори в такой ситуации очень опасно.

– Может ну их, – мама махнула рукой. – Нам нужно сообщить о грядущей армии сил тьмы людям, эльфам, гномам, хранителям и вообще всем. Наверняка от каждого дома придут хоть по одному войну, уже что-то!

– Семья Баттори имеет довольно высокое влияние на вампиров в Европе и западных странах, мы не можем выступать еще и против их, это верная смерть, так что нельзя портить с ними отношения. Нужно найти способ примериться с ними…

Слова отца разбудили во мне чувство ответственности, ведь только сейчас, я поняла насколько все серьезно и как моя ошибка может повлиять на всю Землю в целом и, на всех ее живых существ. От этого мне становилось страшно, что даже мое сердце стучало со скоростью звука, а пальцы на руках тряслись, как студень. Я чувствовала свою вину и не могла сидеть сложа руки, знала, что, раз уж я заварила эту кашу, то мне и предстоит ее расхлебывать, ведь ответственность лежит только на мне.

– Я сделаю это! – Твердо решила я.

– Что? – Все обратили на меня свои озадаченные взгляды.

– Я выйду замуж за Сэмюэля Баттори и скреплю наши дома! И пожалуйста, не отговаривайте меня, у вас ничего не получится! – Мой, хоть и немного пьяный голос, прозвучал твердо и убедительно. – я должна все исправить, пока еще не поздно… я надеюсь.

Отец задумался, но потом согласно кивнул головой.

– Сейчас я отправлюсь в замок и разошлю всем домам письма. Нужно как можно быстрее сообщить всем о надвигающейся угрозе. Еще необходимо позаботится о мальчиках и Лучии. Думаю, что лучше будет, если мы их где —ни будь спрячем, пока буря не утихнет.

– В лунном мире их точно будет не достать! – Выпалила я, внезапно пришедшую на ум идею. – Там, во дворце короля Тарона они будут в безопасности.

Владыка ада.

Вырвавшийся на свободу со своими легионами уродливых бесов и демонов, где-то в бескрайней пустыне, сатана приказал всем своим войскам построиться в колонны, а затем поглубже втянул в себя воздух.

Бесы, демоны и все адские прихвостни со своими зверушками, выровнялись по стойке смирно, но от нетерпения, словно от зуда, топтались на месте, ожидая приказа напасть на людей.

– Что за великолепный запах? – С радостным возгласом, громко проговорил он. – Наконец, я чувствую, как пахнет грехом и хаосом! Приятней этого аромата ничего нет в мире! Я уже и забыл, как он щекочет ноздри и горло!

– Ваше темнейшество! – Из-за войска бесов, ожидающих приказа своего хозяина, вышел некромант, чем прервал усмешки Люцифера.

Абдарх ни Крюгс, ставший свидетелем освобождения своего повелителя, выступил вперед.

– Чего тебе? – Пренебрежительно, словно раздраженный, отвлеканием от очень важного занятия, спросил Владыка ада.

– Теперь вы свободны, мой повелитель, но вы забыли об очень важной детали! – Прохрипел старый маг.

– Говори яснее! – Дьявол состроил удивленное и надменное лицо.

– Ваш сын, мой господин!

Трясущийся за свою жизнь некромант, получивший предсказания от арахнида, не мог все это время спокойно спать и есть, боясь умереть от рук Хеллдригора:

– Его роль сыграна? Он больше вам не нужен? Как вы поступите с ним? – Нетерпеливо, ожидая скорейшего ответа, поинтересовался он.

– Тц! Я уж было из головы выпустил. – Изъяснился повелитель адского легиона и задумался. – Вообще-то теперь его жизнь мало меня волнует, так что можешь распорядиться им на свое усмотрение. А у меня здесь, на поверхности, – он произнес эту фразу с неким удовлетворением, – есть куда более важные дела.

– А как быть с вампиршей, что рядом с ним? Могу заметить, девчонка крайне интересный экземпляр. Могу я забрать ее для своих магических экспериментов? – Хрипел некромант.

– Девчонка? Нет! Я ее никому не отдам! У меня для нее особая роль, так что никому не велено ее и пальцем трогать. Ею я займусь лично, когда подготовлю для этого подходящую почву. Все слышали! – Сатана зловеще ухмыльнулся, обращаясь ко всем отрядам своего войска, и дождавшись от солдат недоуменных кивков головы, приказал. – А теперь, дети ада, мы все так долго томились в подземельях, ненавидимые всем миром, но теперь пришла наша очередь показать этим людишкам, кто настоящий хозяин их жалких жизней! Мы ждали этого момента, и вот теперь он наступил, и нас уже ни что не остановит! – Говоря это с невозмутимым воодушевлением, и присущим только ему высокомерием, дьявол поднял руку вверх, науськивая своих солдат.

Дождавшись какофонии животного улюлюканья от своих подчиненных, он жестом закрыл их рты и продолжил речь:

– Идите же, идите по всему миру, мои дети и утопите это мир в хаосе и агонии!

Войска, после того, как их командиры – уродливые демоны самого высшего ранга, отдали им приказ, с возгласами и хвалебными кричалками, двинулись в противоположных направлениях, по всем сторонам земного шара, оставляя за собой лишь следы на песке.

На вершине бархана, глядя, как стремительно, словно отступающие морские волны, таяли войска в ночи за горизонтом, остался стоять Люцифер и некромант.

– Призови самых могущественных демонов и убей моего сына, а девчонку доставь ко мне! – отдал приказ Владыка ада, сцепляя руки за спиной.

– Призвать демонов? Вы считаете я не справлюсь с мальчишкой один? – Удивился ни Крюгс неверию господина в силы некроманта.

– Не спеши недооценить моего сына, в нем моя кровь. Он научился владеть мечом раньше, чем заговорил, тем более, он упражнялся с самыми сильными демонами и смог победить их всех. Так что, не будь слишком наивен и подстрахуйся, не помешает, ведь он будет яростно защищать свою девушку, потому что влюблен, и это его самая главная слабость! – Предупредил сатана некроманта.

– В таком случае, у меня есть сюрприз для вашего отпрыска! Кхе – кхе! – С хриплым смехом, промычал колдун и упав навзничь на песок, стал произносить заклинание.

Как только последнее слово заклинания на древнем языке было произнесено, песок под ногами завибрировал, а под землей, казалось загрохотали гром с грозой, которые раскачивали желтую сыпучую поверхность земли. Из-под, гулящего ходуном песка стали вырываться живые кости, давно вымерших динозавров.

Покидая свои могилы, существа разных размеров и форм, с мертвецкими хрипами подошли к магу, оживившему их.

Старик в мантии, принявший уже вертикальное положение, приподнял руки и скрючил свои тонкие мумифицированные пальцы и из зеленого пламени на песке появились с десяток полу-разложившихся вестера.

– Надеюсь твои фокусы помогут выполнить мой приказ без происшествий?

– Определенно, владыка, но я потерял много энергии на заклинание и мне необходимо восполнить ее запас.

– Так чего ты ждешь? – Раздраженно спросил Люцифер, а затем пробурчал. – Отправляйся скорей! Благо скоро в мире смертных будет столько отрицательной энергии, что ее можно будет черпать из земли.

– Да, господин! – Ответил некромант и оседлал самого крупного вестера, к сожалению, не с первой попытки.

– Поторопись! И помни, – сказал сатана напоследок. – Ни один волос с головы девчонки не должен упасть!

Мумия в балахоне, поклонилась своему хозяину и, держась неуклюже верхом, поскакала прочь, уводя за собой свое войско, состоящее из трупов.

***

Трое суток спустя, находясь в самом эпицентре догорающего монастыря, стоял Люцифер в своей человеческой ипостаси. Разводя руками и наблюдая как бегают вокруг монахи, отмахиваясь религиозными атрибутами от адской орды, он не мог сдержать свой утробный смех.

Так хорошо и непринуждённо он никогда он себя еще не чувствовал, ведь тот страх, который вырабатывали люди, перед его мощью и силой, наполнял его и дарил ему несказанное счастье.

Повелитель бесов и демонов наслаждался прекрасным зрелищем и глумился над божьими людьми, которые, собрав всю свою волю в кулак, боролись с его солдатами молитвами. Все это очень сильно забавляло его, даже больше, чем пытки грешных душ в аду, так как чувствуя свободу и безнаказанность, он распалялся в своих издевательствах еще сильней, а запах страха возбуждал в нем аппетит.

Внезапно он почувствовал тягу к центру земли и голос сына в своей голове, призывающего его, но отмахнувшись от ощущений, как от писка назойливого комара, он продолжил наслаждаться свободой, не обращая внимания на призыв сына.

«Чего это ему вздумалось беспокоить меня?» – Подумал про себя Владыка. – «Не ужели Ни Крюгс еще не расквитался с ним? Что ж не стоит тратить свое время на того, кто скоро и так станет трупом». – Присвистывая, Люцифер двинулся вперед, переступая через мертвые тела монахов, чтобы не запачкать свои пышные одеяния, и поджигая окружающие его стены.

Хеллдригор.

Как только Черная Роза скрылась за пеленой портала, я попытался догнать ее и сам шагнул в вызванный столб адского огня. Очутившись внутри черного пламени, я ощутил немыслимую боль во всем теле и меня отшвырнуло ударной волной на несколько десятков метров. Поднявшись с пола и отряхнувшись, я снова попытался проникнуть в портал, но все повторилось опять.

Находясь в состоянии полного недоумения, почему все так происходит, я решил испробовать другой вариант и подпрыгнув на стену, стал карабкаться по ней вверх к расщелине, чтобы выбраться наружу как можно скорее. Но как только я достиг трещины в потолке, мое тело обожгло ужасающей болью, что руки мои ослабли и не смогли удержать меня на весу. Я свалился на пол с большой высоты.

«Что же со мной не так?» – Задался я вопросом, перевоплощаясь в свою вторую ипостась. – «Может мое человеческое тело после ритуала освобождения потеряло слишком много энергии, и теперь не поддается?»

Но испробовав всевозможные варианты, выпустив наружу свою демоническую сущность, тоже ничего не вышло. Что я только не пытался делать, чтобы выбраться: взрывал проход, бил заклинаниями, взлетал, накладывал на себя мороки и защитные заклинания – все без толку, из-за заклинания моей вампирши, я не мог покинуть стены ада.

«Неужели ее магия оказалась сильней моей?» – Размышлял я, когда выбился из сил в бессмысленных попытках выбраться наружу. – «Конечно Розочка проявляла свои сверхспособности в учебе и походе, но все же я рассчитывал, что моя дьявольская сила, передавшаяся мне от отца, куда более доминирующая, но оказалось, что это не так. Тогда возникает вопрос, кто же она черт возьми такая и откуда у нее такая мощь?»

Сидя задницей на полу, среди всего погрома, оставшегося после открытия расщелины, я вел своим взором по заброшенному камнями и кусками земли полу зала, и заметил отблеск от гладкой поверхности. Подойдя к сверкающему среди пыли и грязи предмету, я выковырял его из-под завала, обдул от пыли и был приятно удивлен. В моих руках лежал самый настоящий Архад, из-за которого мне пришлось убить короля вампиров.

Мои губы растянулись в довольной улыбке, ведь это значило, что мое здесь пребывание не будет долгим, так как в моих руках сейчас был настоящий козырь, только вот осталось разыскать остальные.

Мой цветочек, покидая меня, совершенно, впрочем, как и я, среди всей этой кутерьмы забыла про артефакты, а зная какая она ответственная, то остается только сидеть среди завала и ждать, когда она вновь появится в аду, чтобы забрать кристаллы и отдать их луномирскому королю. Тут – то она не сможет устоять перед моим обаянием и будет вынуждена пойти на все, чтобы заполучить их.

***

Только сейчас, оставшись один на один со своим одиночеством, я понял значение слов «жить как в аду».

Во круг меня на многие мили ни одной живой души, с которой я мог бы поговорить, и это был мой собственный ад. Находясь в четырех стенах, мысли об Авроре и том, как я поступил с ней, не давали мне покоя, нарастая в голове и оглушая меня. Стены собственной обители давили, и казалось, что огромные залы с их широкими коридорами становились уже, и что в конечном итоге, вовсе раздавят.

Мне было ужасно находиться в собственном доме, ведь здесь, я был абсолютно один, забытый и покинутый всеми.

Теперь я прекрасно понимал, что же чувствовал мой отец, когда, на протяжении тысячелетий находился прикованным к центру земли. Ад поистине стал тюрьмой, не только для заблудших душ, но и для меня.

В моей голове не укладывалось то, что я могу навечно остаться запертым в этих стенах и что сделала это, девушка, которую я больше всего люблю. Конечно, ее трудно было упрекать за все, ведь я убил ее родственников и хитростью добился своего, но смог бы я иначе заставить ее выпустить дьявола на свободу? В ее действиях не было никакой логики, она действовала по наитию, ведомая эмоциями и жаждой мщения, но все равно, ей стоило бы хорошенько подумать, прежде, чем накладывать на меня заклятие и расставаться с таким красавчиком как я, зная то что не может жить без меня.

В течении трех суток я ожидал ее возвращения, рассчитывая на безумную любовь между нами, надеялся на то, что она все же одумается и спустится ко мне со словами: «прости, милый, я погорячилась!», или что-то типа того, но время шло, а она так и не объявилась. Все же ее гордость оказалась куда сильнее нашей любви и значимости Архад.

«Черт с ними с кристаллами, но неужели она смогла позабыть ночи, проведенные со мной, то, как она таяла в моих объятиях, поцелуи, ласки? Нет! Этого не может быть!» – Отдергивал я сам себя от негативных мыслей. – «Роза ни за что не сможет это вырвать из памяти, так как наша любовь была скреплена ритуалом и благословлена, пусть даже неизвестной нам Богиней».

Обдумывая и споря сам с собой, я не заметил, как придался воспоминаниям. Ее образ намертво засел в моей голове: белые шелковистые волосы, вечно выбивающиеся из кос, ее бриллиантовые глаза, мерцающие желанием и страстью, запах ее бледной и шелковистой кожи….

«О, дьявол! Как же мне ее не хватает!»

Вспоминая свою вампирочку я не на шутку завелся, ведь одна мысль о ней приводила меня в возбуждение и заставляла мой орган эрегировать.

«Будь она здесь, я бы заставил ее извиваться подо мной и выкрикивать мое имя. Она точно бы позабыла про все на свете. Уж я бы на этот раз не упустил шанс, вновь расположить ее к себе. Я бы включил все свое обаяние и сексапильность, что бабочки в ее животе взорвались бы от напряжения».

Тем не менее, как бы я не фантазировал на эту тему, кроме моей эрекции больше ничего не происходило. За все эти три ночи, она ни разу не появилась, и похоже и не собиралась.

Осознав это, и потеряв всякую надежду на скорейшее освобождение, я упал на колени в тронном зале, когда, блуждая размышлял над всей этой сложившейся ситуацией, и закричал что было сил. Делал я это не от того, что ощутил на своей шкуре, что такое быть загнанным в угол, а от того, что боялся больше не увидеть свою звездочку и от страха, что я нуждаюсь в ней больше, чем она во мне. От этой мысли сердце было готово просто разораться от боли. Сейчас для меня все вокруг потеряло значимость и яркость, а душевная боль была настолько щемящей, словно кто-то вырвал из меня большую часть. Я хотел только одного, чтобы она была рядом, пусть даже ненавидя меня, но все же со мной, ведь она смысл всей моей жизни, моя любовь, моя надежда и лишившись ее, я лишился и самого себя.

– Агррхххх! – Кричал я, ощутив, как по моему лицу струится странная теплая жидкость, которая остывая, охлаждала мое лицо.

Я плакал впервые в своей жизни.

Стены подземелий содрогнулись от моего рева, да так что с разрушенного потолка на пол свалилась небольшая груда камней с пылью. – «Вот дьявол!» – Чертыхнулся я, смахивая с головы и плеч мелкую каменную крошку.

Тут, неожиданно в мою голову пришла великолепная мысль: «Дьявол! Что если вызвать отца к себе и попросить его о помощи?»

Я откинул всякую гордость, которая на протяжении трех суток теплилась во мне, твердя, что не стоит позориться перед отцом, и как беспомощный младенец звать кого-то на помощь.

Я стал разгребать завал ногой, чтобы расчистить небольшой участок поверхности для пентаграммы. Начертив круг с пятиконечной звездой и иероглифами, мысленно зажег огоньки и приступил к вызову отца.

Долгое время он не откликался на мой призыв, и когда, я уже был готов бросить все, за моей спиной возник труп в балахоне.

– Вообще-то я ждал кое-кого другого, не такого смердящего и немного посимпатичнее. – Высказал я свое разочарование первому же гостю, который посетил меня за время моего заточения. – Чем там занят отец? Почему не отзывается на призыв.

– Повелитель, видишь ли, с легка занят захватом мира и на тебя у него совсем нет времени, поэтому прислал меня. – Проскрипел разлагающийся старик.

– Ну, ладно, коль никого покрасивее и свободней нет, то ты вызволи меня от сюда. – Тыкнул, язвительно я ему, не скрывая своего презрения. – Ну чего стоишь? Приступай!

– О, молодой господин не может выбраться? А как же ваши безграничные возможности? – смекнул старый черт.

– Давай поторопись, у меня нет на тебя времени! – Раздражаясь, гаркнул я на некроманта.

– А где же девушка, что была с вами? – Вглядываясь по сторонам, спросил Ни Крюгс. – Не ужели ты здесь совершенно один?

– Она меня здесь заточила, доволен! А теперь давай, выпускай меня! – Совершено не расположенный на сарказм, злился я, готовый сорваться на его раздражающую рожу.

– Кха —ха —ха! – Раздалось хриплое ржание из-под широкого капюшона. – Лучшего момента и не придумаешь. Оказывается, вы с маленькой вампиршей в соре! Так ведь? И вам на выручку никто не придет?

– К чему ты клонишь, трупный огрызок? – Зарычал я. Подозревая его недобрые намерения, направленные против меня.

– Да к тому, что ты, никому не нужен, и твое время вышло! Ха-ха-ха! – Ржало мумифицированное чудовище, произнося слова, словно приговор.

Некромант вскинул свои костлявые пальцы к верху и произнес заклинание. Сверху, из расщелины в тронный зал посыпалась груда внушительного размера костей, которые, приземлившись собирались в скелеты огромных ящероподобных монстров. Стадо из этих существ двинулась на меня.

– Ах ты, гад! Что ты задумал? – Успел выкрикнуть я, прежде, чем над моей головой сомкнулась челюсть чудовища. – Метишь на мое место? Так учти, когда отец узнает об этом, он уничтожит тебя.

Я увернулся от громадных острых зубов и, перекатившись кувырком, вызвал свои хопеши. Как только мне удалось встать на ноги, чуть было не попал другому скелету в пасть, но смог отбиться, сделав пару зазубрен на черепе врага.

– А по-твоему, кто меня прислал сюда? Ха-ха-ха! – Энергично скрипел предатель в балахоне, предчувствуя свою неуязвимость. – Я вернулся только для того, чтобы все закончить. Включая и твою никчёмную жизнь!

Эта новость меня возмутила, но еще больше возмутило то, что этот полуразвалившийся труп вел себя так надменно, словно в его словах была истина.

Верить в то, что отец сам желает мне смерти, не хотелось, и в глубине души я надеялся на то, что некромант лжет, чтобы ослабить мою бдительность и сокрушить, но все же я не мог смириться с этой мыслью, а поэтому мне нужно было вывести его на чистую воду.

На раздумья и размышления у меня не было времени, так как я пытался выжить в борьбе со скелетными гигантами, но мысленно я успел пообещать себе убить этого раздражающего гада, который, вместо того, чтобы действовать самостоятельно как мужчина, решил разобраться со мной, так сказать «исподтишка».

Мне пришлось вертеться как мухе, угодившей в банку, чтобы не попасться скелетам на зуб. Для этого мне понадобились все мои акробатические навыки, чтобы скакать среди мертвых рептилий кузнечиком, уклоняясь и отпрыгивая, да еще успевать наносить им удары.

Все это время, некромант наблюдал бой со стороны, с энтузиазмом, словно сделал ставки, ожидая победителя. Он предпочел не вмешиваться и просто в стороне потирал руки, ожидая моей смерти.

– Отец никогда бы не допустил, чтоб на его единственного наследника покушалась, какая-то гниющая крыса. Так что, когда я закончу с этой кучей костей, то обязательно займусь тобой! – Выкрикнул я, отражая удар костяного хвоста.

– Покушались? О, нет. Я просто убью тебя, как и приказал мне владыка. – Получил я свой ответ с неприкрытым сарказмом.

Я добился чего и хотел, то есть, раскрутил некроманта на диалог, из которого мог получить тонну нужной информации, но беседовать было не так уж просто, так как драконьи скелеты были сильны и ловки и, все время норовили меня перекусить пополам.

– И зачем же ему убивать меня? – Спросил я, но тут же споткнулся о чей-то коготь и упал на спину.

Огромная челюсть динозавра попыталась меня заглотить, но я успел вставить свой хопеш между верхней и нижней челюстью, прямо между клыков. Чудовище, не сумев разжать пасть, попыталась сжать челюсти, чтобы сломать меч, но у него ничего не вышло, так как мое оружие было заговорено магией, отсюда следовала и их неуязвимость к внешним факторам: их нельзя было сломать, затупить, расплавить или даже перековать.

Встав на ноги я, оставаясь даже с одним хопешем в руках, мог бы стереть эти кости в пыль и прах, но мне было необходимо тянуть время, чтобы не показать своего превосходства и не спугнуть некроманта. Я решил прикинуться проигравшим, чтобы вселить в него уверенность в победе, ведь, обычно все тайны победитель открывает тогда, когда видит своего врага при смерти, и уверен, что тот унесет их с собой в могилу.

Я поддался немного и угодил в пасть одному из реликтовых скелетов, но немного просчитался и поранил бедро об его огромные зубы.

Крик боли вырвался у меня из горла.

– Ты выполнил свое предназначение для которого был рожден и помог дьяволу выбраться из тюрьмы. Больше ты ему не нужен. – Прохрипела старая мумия. – А что касается наследства, так зачем тому, кто живет вечно делить свое могущество с кем-либо? На этот счет у хозяина есть более интересная задумка.

Я должен был выведать у некроманта все, но его «костяные друзья» порядком потрепали меня. Чтобы не растерять свои силы, мне пришлось заканчивать с этой театральной постановкой. Обхватив рукоять хопеша обеими руками, я стал рубить из стороны в сторону изо всех сил, кружась вокруг скелетов и отклоняясь от их зубов. Кости, под натиском моих ударов сыпались как щепки, и когда было покончено с каждой древней рептилией, я остался стоять на горе из камней и костяных осколков.

Глядя победным взглядом из-под лба на колдуна, я выудил свой второй хопеш, не отрывая глаз от врага. Заметил, что эта тварь даже не шелохнулась, чтобы навалить в штаны от страха или хотя бы двинуться с места к отступлению, не говоря уже о побеге. Смекнул, что это значит – останки динозавров ни единственный его козырь.

Издавая воинственный рык, побежал на Абдарха ни Крюгса, но не добежав до него каких-то несколько десятков метров, обнаружил, что этот сушенный хмырь призывает адских вестеров, которые, выходя из зеленого пламени, окружили меня со всех сторон. Оценивая ситуацию, мысленно, был вынужден согласиться с тем, что численное превосходство было за противниками, так как, окинув взглядом, насчитал около тридцати особей. Они медленно расхаживали, глядя на меня, как голодные гиены на раненую добычу, оскалив свои акульи клыки. Их уродливые морды вызывали у меня чувство отвращения, но особенно мерзким, казались их оскаленные пасти, из которых отдельными сгустками стекала слюна. (Не зря же в детстве отец пугал меня вестерами, когда я переставал его слушаться.)

Звери не стали ждать моих действий и атаковали первыми. Все они, со злобным рыком, всем скопом накинулись на меня. Их острые зубы проникали мне в кожу и рвали ее. На пол, брызгами хлынула кровь. Я не успевал уворачиваться от резвых и проворных злобных тварей.

По тронному залу пробежал противный, ехидный смешок некроманта.

Я боролся с вестерами, но как только я скидывал их со спины и плеч, их собратья вгрызались мне в ноги и руки.

Ни Крюгс хорошенько подстраховался, ведь он действительно не желал меня оставлять в живых, так как совладать с бешенными адскими псами была куда сложней, чем со скелетами динозавров, особенно теперь, когда я получил так много ран.

Оружие тоже мало чем помогало, потому как было трудно поднять его и занести над головой из-за висевших на руках вестеров. Нужно было менять ситуацию или бы я истек кровью. Хоть моя регенерация была очень быстрая, но из-за слюны этих трупных тварей раны заживали медленно.

Не долго раздумывая я стал перевоплощаться в свою демоническую ипостась. Адские псы были немного удивлены, как и их хозяин, когда я стал в два раза крупнее и сильнее, и мало походил на человека.

Со своим усовершенствованным телом, я теперь мог потягаться даже с армией вестеров или других подобных тварей. Мне теперь не составило труда скинуть их всех, хлеща их по мордам своим тяжелым хвостом, не давая, подойти ко мне сзади. Тех псов, которые, клыками впились в мои руки и висели, не разжимая челюстей, я с легкостью отрывал от себя, не боясь боли или кровопотери, и переламывал их позвоночники, как сухой тонкий сук. Хруст вражеского хребта был поистине упоителен, он придавал мне злости и сил для убийства мерзких тварей. Конечно эти звери и так были мертвы, но, чтобы восстановиться и снова встать, им понадобиться какое-то время, что было мне на руку.

Переломив несколько вестеров пополам, я поймал за горло еще одного на подлете ко мне, желавшего вцепиться мне в шею. Участь этой адской крысы была не завидной – я оторвал ему голову и пустил ее со всей дури в его собрата и размозжил обе башки. Развертев хопеши с бешенной скоростью, порубил еще нескольких досужих псов, полезших на рожон да так, что от них только гнилые ошметки разметались по тронному залу, окропив пол зелено-коричневой зловонной слизью.

– Кому-то придется убирать весь этот бардак! – Прорычал я утробным голосом, добивая ногой последнего вестера.

Мои слова заставили некроманта разморозиться от ступора, и он, прибывая в состоянии близком панике, начал призывать портал.

Я не мог позволить предателю уйти далеко, и для этого, молниеносно применил заклинание «лассо». В моей руке появилась магическая веревка с кольцом на конце, объятая черным пламенем, которую я, замахнувшись накинул, на некроманта и выдернул его из пламени, готового уже исчезнуть.

Заарканенный маг, потерявший последнюю возможность сбежать, свалился наземь и заорал как дикий мул. Он пытался вырваться из пут, барахтаясь подобно червяку, но чем резче он дергался, тем сильнее на его теле затягивалась удавка.

Магическое «лассо» не позволяло некроманту обратиться к магии и блокировала любое заклинание, делая его уязвим перед опасностью и не давая ему исчезнуть в портале. Этот метод магической атаки я перенял у лунамирских бедуинов, с которыми мы сражались в пустыне.

Корчившийся от негодования высушенный старик в балахоне, издавал всхлипывающие противные звуки, и источал ауру страха, когда я подходил к нему.

– Видимо, я удивил тебя своим новым видом? Не ожидал, что я окажусь таким неотразимым? – Блеснул я сарказмом, растянув улыбку и продемонстрировав острые клыки.

– Что ты такое? – Дрожащим хрипом, мямлил он.

– Я истинный сын Сатаны! Разве тебя это удивляет? По-моему, такая личина подходит мне куда больше, чем человеческая, не правда ли?

Нагнувшись над поверженным врагом, мне стало любопытно, что же некромант прячет под широким капюшоном, поэтому я откинул его, совершенно не ожидая что увижу.

Как только моему взору открылась внешность некроманта, я сразу же пожалел о сделанном, так как под капюшоном балахона было до мерзости отвратительное лицо, иссушенное временем.

– Какая мерзость! – Не сдержал я за языком эпитетов.

Зелено-желтого оттенка облезшая кожа была натянута на черепе так, что открывала полностью редкие зубы и область вокруг глаз, делая их совершенно выпученными. Казалось, что вот-вот она треснет и разойдется на лице как обычная материя. Мертвецкие мутные глаза не выражали никаких эмоций, в них была сама смерть, холодная и неприятная, так же, как в зияющей дыре вместо носа.

Должно быть это существо умерло примерно полсотни лет назад, или просто, что-то поддерживало его тело, не давая умереть окончательно. Чтобы это ни было, но некроманту удавалось жить тысячелетия, тогда, когда другие маги обходились парой сотен лет.

– Не убивай меня! – С всхлипами, умолял он.

– И это заговорил тот, кто только что пытался отправить меня к прародителям? – Удивился я, глядя на то, как существо, которое само вызывает ужас только одним своим видом, трясется от страха. – Теперь-то ты мне все расскажешь!

– Хорошо, хорошо, только не убивай!

– Это будет зависеть от твоих ответов! – Фыркнул я на него и накинул уже капюшон на его лицо, чтобы его мерзкая физиономия не доводила меня до тошноты. – И так, преступим: что задумал отец? Почему он хочет моей смерти?

– Ему нужна твоя девушка – вампирша, а ты его главный конкурент.

– Хм! Моя Розочка? Зачем она ему?

У меня невольно екнуло в груди, так как переживал за свою возлюбленную, особенно теперь, когда она понадобилась отцу.

– Никому не было под силу разрушить Божественное проклятье, но ей удалось это. Она очень сильна и Владыка хочет сделать ее своей, хочет, чтобы она правила весте с ним как Владычица.

Эта новость повергла меня, мягко говоря, в шок, я меньше удивился тому, что отец желает моей смерти, чем тому, что он хочет отнять у меня любимую женщину. Как не крути, это было далеко не по-отцовски.

– Но зачем ему тогда убирать меня?

– Недавно он услышал предсказание о том, что ты будешь причиной его крушения. Люцифер связывает это с тем, что твое влюбленное человеческое сердце не сдастся и ты будешь бороться за девушку.

– Это батя правильно думает, так как я не отдам ее никому. – Высказывая, прорычал я. – он не получит ее.

Не знаю, что разозлило меня больше, но от гнева из моих глаз посыпались искры. Попадись отец мне прямо сейчас, я бы разорвал его на мелкие кусочки. Я прислуживал ему, освободил из заточения, а он решил отплатить мне предательством, вогнав нож в спину. Он пожелал отнять у меня единственное сокровище, которое имело для меня значение, оставив гнить в сырой земле.

Я задался вопросом, «а чему я так удивлен?», ведь это же Дьявол: король среди лжецов и махинатор среди аферистов. Ему не ведомы такие чувства как любовь и доверие, сострадание и жертвенность, которым я научился у Авроры. Удивительно было то, как лихо он прикидывался все сто шестьдесят девять лет, претворяясь идеальным отцом.

Закипая от злобы на собственную беспечность, я сжал посильнее клыки и замахнулся хопешем на некроманта, который завопил во все горло:

– Ты обещал не убивать меня! – Давясь слюной, хрипел живой мертвец.

– Значит, я тебя обманул! – Сказал я и, одним резким рывком перерубил некроманта вдоль, а для верности, чтобы этот труп не восстал к жизни вновь, испепелил его тело адским огнем.

Тело мага объяло черным густым пламенем, а через несколько минут потухло, оставляя на полу тронного зала только темное, выгоревшее пятно, как свидетельство того, что здесь случилось.

Черная Роза.

Мы с отцом покинули свой дом и возвратились в замок. Там было очень тихо, так, что даже слышно было как в подземелье скребутся мыши. Больше по замку не раздавались, ни смех близнецов, ни их недовольный ропот на скучное обучение под надзирательством старухи Бертрам, ни даже строгого голоса с иностранным акцентом гувернантки. Не было слышно и голоса тети Лучии, обычно руководившей прислугой и раздававшей им наказы и похвалу в это время.

Мы успели как раз к ужину, где, за столом сидели мальчики, мадам Бертрам и Сэмюэль. Тети Лучии в столовой не было, так как она отказалась покидать стены своей спальни и пожелала остаться в своей кровати.

Последнее время королева не желала никого видеть и редко принимала кого-либо кроме своих сыновей. Я хотела вместе с отцом навестить ее и попытаться наладить отношение, но отец посоветовал дать друг другу немного времени прийти в себя.

Увидев меня первой, входящую в помещение, близнецы откинули свои кубки и напрыгнули на меня, крепко обняв, словно мы сотню лет не виделись. Я тоже была рада их поддержке, но мне все равно было некомфортно, так как я не могла преодолеть чувство вины, а вот мальчики – напротив, они не злились на меня, оставаясь моими преданными друзьями и в горе, и в радости. Сэмюэль и Бертрам поднялись с места, чтобы поприветствовать нас, как того требует этикет и отвесили нам поклон. Взгляд Орлихи оставался таким же холодным и надменным, в прочем, это ее обычное состояние, а вот недовампир Баттори смотрел на меня хищно, с чувством превосходства, как лев перед нападением: оценивающе и выжидающе удобного момента.

Отец, не дожидаясь окончания ужина, решил направиться к сестре, чтобы навестить и проверить ее состояние, и потом уже идти в кабинет, чтобы написать письма, скрепленные королевской печатью, и созвать на совет всех существ царства ночи для того, чтобы сообщить о надвигающейся катастрофе, грозящей уничтожением всей Земли. Он решил, пока не посвящать в это свою сестру, по крайней мере, пока ей не станет лучше, ведь лишнее потрясение может сломить ее окончательно. Еще он, в большей степени беспокоился обо мне, что Лучия, узнав о том, кто и как выпустил истинное зло во плоти, может возненавидеть меня.

Я тоже не стала тянуть резину с тем, что задумала и, оторвав от себя мальчиков, шепнула им на ушки, что позже навещу их. После, обратилась к Сэмюэлю:

– Я хотела бы с тобой кое, о чем поговорить…

Сэмюэль удивленно вздернул брови вверх.

– Если речь пойдет о свадьбе, то я весь во внимании. – Он сцепил руки в замок и положил на них голову. Делая вид, что готов выслушать.

– Я хотела бы с тобой наедине обсудить пару моментов, касаемо церемонии.

Отец, выходя из столовой, одобрительно кивнул, прекрасно понимая, чего мне стоило это решение и захлопнул за собой дверь, давая мне возможность полноценно действовать самостоятельно.

Баттори удивился еще сильнее, но на этот раз, его лицо растянулась в довольной насмешливой улыбке.

– Что ж, тогда выйдем в сад. Люблю благоухание растений в это время года. – Сказал он, промокнув салфеткой губы и поклонившись принцам, вышел из столовой.

Я потащилась за ним следом, не подозревая, что он затеял, а Баттори быстрым шагом направлялся вниз по лестнице, вышел в двери, ведущие в сад, и мимо розария, не обращая внимания на красоту окружающей обстановки, прямиком в злополучную беседку, где расселся на лавке, закинув свою длинную худую ногу на другую. Я долго не рисковала войти внутрь и стала у ее порога.

Чтобы не смотреть в глаза Сэмюэлю, я отрешенно любовалась далекими вершинами гор, освещаемых лунным светом в ночной тьме:

– Ты хочешь, чтобы я вышла за тебя замуж, и я сделаю это, только отмени эту дурацкую церемонию публичной проверки!

– Не могу! – Он, яко бы сожалеюще, развел руками, мол не в моих силах. – Это было сказано во всеуслышание…, и даже, если я откажусь от своих требований, то остальные захотят провести обычай. – Он хитро сузил глаза, подозревая меня в обмане. – Ты так переживаешь по этому поводу, не уже ли есть то, что ты хочешь скрыть?

Я, не зная, как себя вести в сложившейся ситуации молча опустила голову, а затем и вовсе отвернулась, потому что не имела понятие зачем недовампир затеял эту игру, если и так обо всем догадывается.

Он причмокнул губами, встал с места и плавно двигаясь, как змея подошел ко мне.

– Угу! Все ясно! Ты была не верна мне! – Как-то вяло возмутился он. – Кто-то украл мое право на первую брачную ночь с моей женой!

Он легко провел рукой по моему плечу и от этого меня бросило в дрожь, но далеко не от нехватки мужского внимания, а наоборот – от раздражения. И вообще, все, что делал или говорил вампир, раздражало меня до безумия, что мне хотелось перегрызть ему глотку.

– Акстись, кровопийца! – Отдернула я плечо. – Мы даже не помолвлены, какие ко мне претензии?

Ему видно надоело со мною нянчиться, так как вампир в следующий миг полностью изменился: он навис надо мной, как скола, грозившая вот-вот обрушиться и раздавить своим весом, куда-то подевалась его аристократическая выдержка, а ее место благополучно заняли напористость и агрессия.

– Значит так, маленькая стерва! – Он бегло пробежался взглядом по сторонам, и только после этого, грубо схватил меня за предплечье. – Ты кажется плохо понимаешь, в каком положении оказалась. У тебя всего лишь два пути: или ты и твоя сумасбродная семейка становитесь посмешищем на все ночное царство или ты все же делаешь, по-моему, и в этом случае, так уж и быть, я выручу тебя. – Сказал он это и уткнулся мне в волосы, вдыхая их запах, с неприкрытой похотью.

– Каким образом ты собираешься меня выручить?

– Брак со мной для тебя самый лучший вариант, чтобы избежать суда за предательство ночного царства. Ты же не хочешь, чтобы на тебя показывали пальцем и называли «цареубийцей»? Королева хоть и твоя тетка, но учитывая ее психическое состояние легко может казнить тебя, если только ты не станешь под защитой моей семьи. – Говоря это с неприкрытой издевкой, он стал водить пальцами по моему лицу. – Будет очень скверно, если такое идеальное тело лишится красивой головы!

Я могла бы одним заклинанием захлопнуть его поганую глотку и сбить с него всю его великосветскую двуличную спесь, но только не в этом случае, так как мне всеми правдами и неправдами нужно было исправлять свои дела, которые я наворотила, поэтому, я выбрала второй вариант незамедлительно.

Вырвавшись из его когтей, я с ненавистью взглянула в его красивое, но раздражающее лицо:

– Твоя взяла, но не смей ко мне прикасаться до свадьбы! – Рыкнула я, и снова была схвачена, но теперь уже за подбородок.

Сэмюэль приблизил свое лицо почти вплотную и прошептал сквозь клыки:

– Нет уж! Не забывай, только я отделяю тебя от пропасти, поэтому тебе придется считаться с моими желаниями.

Упырь впился мне в губы, и на этот раз я не смогла его оттолкнуть, вернее сказать – не должна была, ведь он оказался прав. В его силах было – уничтожить меня или спасти, и мне пришлось сделать, может даже самый отвратительный, разрушающий мою гордость и душу выбор.

Семюэль прекрасно целовался, но от его поцелуев и прикосновений у меня не кружилась голова и коленки не подгибались. Мне хотелось вырваться из этого некомфортного состояния и умчаться далеко-далеко на край света, где бы этот скользкий упырь не смог меня отыскать, но увы отступать было нельзя, и я зажмурила крепче глаза, мысленно уговаривая себя, что эта жертва необходима для спасения всего мира.

Я, пока его скользкий язык проникал в мой рот, а холодные руки трогали мое тело, все думала: «как бы было проще, если бы он смог свести меня с ума?», тогда бы я смогла не думать ни о чем, а только наслаждалась моментом и смотрела в будущее. Я даже представляла Хелла на его месте, но от этого становилось только хуже, и сердце обливалось кровью.

Сэмюэль руками нащупал завязки на бриджах и стал резкими рывками дергать их, чтобы развязать. Я попыталась не дать ему это сделать и обхватила его руки своими, на что он оторвался от поцелуя и вопросительно, с неким недовольством посмотрел на меня.

Меня всю затрясло, ведь я понимала, что передо мной стоит спаситель моей чести и всей моей семьи, но почему-то сердце и тело не хотело это признавать.

Подчинившись вампиру, я побеждено опустила глаза, давая ему возможность к действиям, и он воспользовался шансом. Баттори подхватил меня на руки и занес в поросшую плющом и цветами беседку, скрывшую нас от всех. Он скинул с себя плащ и небрежно кинул его на пол, затем уложил меня на него и приступил к завязкам.

Мир вокруг меня поплыл, а звуки ночного сада стихли. Шелеста растений, стрекот сверчков и урчание лягушек в бассейне померкли перед звоном в моих ушах.

Я прекрасно осознавала, что сейчас должно произойти, особенно, когда Сэмюэль разобрался с завязками на бриджах и рубашке, но казалось, все эти действия запретные, мерзкие, не имеющие ничего общего с любовью, словно я продавала свое тело за высокую цену и покупатель был готов заплатить за него.

Как бы это ни было, но чувства, когда я была в объятиях Хелла все было по-другому: возвышенно и прекрасно. Наша любовь и занятия ее объединяли нас, делали единым целым, устремляли нас на вершину мироздания. В такие моменты мы были поглощены друг другом, мы знали и чувствовали, что созданы – он для меня, а я для него.

Сэмюэль быстрыми движениями стянул с меня бриджи и опустил свои, не растрачивая время и свой запал на то, чтобы раздеться самому. Развел мои ноги и резко вошел.

– Ах! – Вырвался сожалеющий звук из моего горла, означавший, что я окончательно растоптала себя, свои принципы и гордость.

В этот момент из моих глаз побежали ручейки, они застилали мне глаза, и я была рада этому, ведь не могла видеть того, кто так довольно пыхтел надо мной.

– О, да! – Кряхтел Сэмуэль в экстазе. – Я год ждал этого… искал тебя по всему свету.

Толчки его тела наполняли меня, а я словно была в коконе чувств, не чувствуя ничего, кроме унижения и запачканности, словно была куклой, чучелом, набитым соломой.

– Забеременей от меня… и увидишь… наши дети будут… править всем миром! – Прерывисто пыхтел вампир мне на ухо.

Моя воля и любовь к свободе была полностью сломлена. Я подчинялась мужчине, которого презирала всей душей, но увы, другого выбора у меня не было. Я только могла безвольно лежать под ним и думать про себя: «только не это! Древние, не дайте мне забеременеть!»

После того, как Сэмюэль оделся, он посмотрел на меня с улыбкой победителя на лице и сказал:

– Я все устрою, тебе не за чем переживать, но помни, что с этого момента ты моя женщина и будешь подчиняться мне.

Вампир попытался пригладить мои волосы на голове, так как хозяева поступают со своими псами, тем самым поощряя животных, но я отдернулась от его ладони, как от огня, боясь больших прикосновений, чем он хочет. Сэмюэль фыркнул напоследок и ушел, оставив меня обнаженную в беседке наедине с мыслями.

Я, сидя на его накидке, подогнула коленки к груди, обхватила их руками и зарыдала, что было сил.

Так ужасно я себя еще никогда не чувствовала, за исключением того, как была предана любимым демоном. Мне казалось, что я выпачкана в грязи с ног до головы, было противно от самой себя и хотелось провалиться сквозь землю и как можно скорее смыть с себя скользкое ощущение прикосновений вампира, сумевшего сломить мою волю и чувство собственного достоинства.

То, что между нами произошло не было чем-то высоким и волнующим, скорее это было низменным и механическим, так как между нами не было ни взаимной страсти, ни притяжения, да и удовольствие от акта было односторонним, ведь я все это время была в прострации, от куда не могла четко мыслить и осознавать произошедшее, словно только что проснулась от тяжелого неприятного сна, который оставил после себя неприятный осадок.

После, когда я немного успокоилась и оделась, направилась в купальню, и только потом пошла к близнецам, где эмоции вышли наружу. Конечно же мальчики и не догадывались из-за чего меня трясло, но как бы они не старались выяснить это и не расспрашивали, я так и не призналась им, отмахнувшись с грустной улыбкой, что мол, столько всего навалилось на меня, когда я потеряла часть силы и фамильяра.

Уже перед рассветом, в покои, заглянул отец. Всю ночь он потратил на то, чтобы написать и отправить письма всем вождям, царям и властвующим правителям с просьбой явиться в замок, а теперь зашел, чтобы забрать меня домой.

Мне огромных сил потребовалось, чтобы наскоро вытереть слезы и состроить самое обычное лицо, так как я не хотела, чтобы отец догадался, каким именно способом я наладила отношения с Баттори. К счастью, он был озадачен проблемами не меньше меня, поэтому ничего не заметил.

Выйдя из замка, я попросила его разрешить мне еще какое-то время побыть наедине, прикрывшись тем, что в ходе последних событий не очень хочется оставаться дома в компании назойливых домовых, которые все время жалеют меня и желают взбодрить, запихивая в меня булочки и сладости, в тот момент, когда и крошка в горло не лезет.

Отец положительно отреагировал на мою просьбу и отпустил меня на все четыре стороны, заручившись моим словом, что не выкину никаких глупостей.

Когда, оставшись одна я бездумно брела вверх к вершинам гор среди стволов деревьев, то удивилась, когда ноги привели меня на скалу, где год назад, в это же время года, мы с Дарком тренировались в магии и боевых искусствах.

Я мысленно благодарила его за это, ведь он научил меня практически всему и облокотившись на отклоненный ствол дерева, об который Дарк прижимал меня спиной и целовал, я спустилась на корточки, всхлипывая и рассуждая почему я такая несчастная.

Сухие ветки кустарника хрустнули за деревьями и мне показалось, что во тьме блеснули глаза какого-то мелкого животного.

Я замерла в ожидании, пока зверек пробирался сквозь густо поросшие заросли, боясь спугнуть его, но совсем не ожидала то, что увижу в следующий момент. Из-за кустов показалась маленькая белая лисья голова с огромными ушами.

Прожив в этих местах сто восемьдесят лет, я облазила каждый клочок Карпат и могла с точной уверенностью сказать, что знаю каждый вид животных, что встречаются в этих местах, но этот экземпляр чудаковатой животинки я не видела даже в луномирье.

Лисенок несмело продвинулся вперед, поднял нос к верху, словно унюхал что-то ценное и, как мне показалось радостно подпрыгнул, глазами выискивая на скалистой местности объект своего вожделения.

Наконец, увидев меня, он поднял хвост к верху и резво засеменил в мою сторону. Я несказанно была удивлена, когда малыш, незнакомой мне породы, уткнулся в мою ногу, а после, принялся лизать руку. Я грустно улыбнулась новому знакомому и погладила его по голове.

Внезапно в мои мысли ворвался женский, очень знакомый голос, который устало шептал: «наконец, я нашла тебя!»

Хеллдригор.

Сидеть в пустом аду и ждать кого-либо, кто следующий придет убить меня по приказу отца не было смысла, нужно было выбираться из этой дыры, но как я мог, если единственная, кто может это сделать, наверное, сейчас ненавидит меня лютой ненавистью.

Рассуждая над тем, что все же кто-то может входить в ад без особого приглашения, я решил воспользоваться этой возможностью и начертил пентаграмму для призыва своего беса – слугу.

Оргус – свиноподобный маленький бес с козьей бородкой и рожками сразу же откликнулся на мой приказ явиться. Его выплюнуло из черного пламени портала и откинуло под ноги мне, словно, кто-то дал ему пинка перед выходом из портала.

Бес встал на свои коротенькие козьи копытца и отряхнул блестящее пузо от каменной пыли, твердые кусочки которой врезались в его пухлое мягкое тело.

– Молодой хозяин, вы звали меня? – Поинтересовался прислужник испуганным дрожащим голоском.

– Оргу-у-ус! – Протянул я.

– Да, хозяин! – Отозвался бес.

– Что-то ты не очень рад видеть своего хозяина!

– Нет, это не так! Я люблю хозяина!

Маленький бес кинулся ко мне в ноги и стал целовать сапоги.

– Ну, хватит лизоблюдства! – Оторвал я его от обслюнявливания моей обуви. – Чем занимается мой отец на поверхности?

– О! Владыка… – начал он одушевленно, – занял замок какого-то смертного короля и теперь ждет, когда все существа темного мира присягнут ему на верность, чтобы избавить мир от людей.

– Смотрю, да он неплохо устроился! Веселье в самом разгаре?

– О, да! Владыку таким счастливым еще никто не видел. – Оргус, повел округленными глазами в стороны, заслонил когтистой ладонью рот, так, словно боялся, что кто-то его услышит (будто кроме нас здесь был кто-то еще), и произнес шепотом. – Он планирует грандиозный праздник перед тем, как вступить в войну со смертными.

– Да? – Удивленно цыкнул я. – И что же это за праздник?

– Владыка желает жениться! – Из горла беса вырвался нервный смешок.

– Жениться? Что ж, любопытно! – Усмехнулся я, зная, что подобные выходки не в характере Люцифера. – А что на счет меня? Я что не значусь в списке гостей?

Оргус занервничал, он стал переминаться на своих копытца, боясь ляпнуть лишнего.

Мне не хотелось тратить время на то, чтобы уговаривать этого идиота на какую-либо информацию, тем более я уже догадывался с кем мой предок желает сыграть свадебку. Поэтому, я схватил его за волосы, густо растущие на груди и, пока тот визжал от боли, притянул к себе лицо к лицу.

– Я тут недавно подслушал разговор Владыки… он отправил своих следопытов на поиски будущей владычицы.

Ножки Оргуса болтались в воздухе, но я не собирался выпускать его из рук, не выпытав все до мельчайшей капли.

– Он желает без спроса вот так взять и забрать у меня Розочку? – Я чувствовал, что терял терпение из-за нахальных действий отца.

– Но, молодой хозяин, Владыка считает, что вы того… мертвы.

Мне хотелось раздавить слугу, как муху и все из-за того, что я был взбешен, ведь отец сильно недооценивает меня, но, понимая, что моя «фиктивная» смерть мне даже на руку. Я успокоился и выпустил Оргуса из когтей. Бес шмякнулся на пол и ударившись пятой точкой, стал потирать ее, глядя на меня с обидой.

Мне в голову еще не пришло ни одной стоящей идеи, которая бы помогла мне вернуть Аврору и сразить соперника, посягнувшего на любовь всей моей жизни. Я прекрасно представлял, что будет, когда слуги отца найдут мою вампирочку, и что, после этого у нее не будет выбора, так как Сатана найдет повод убедить ее согласиться на все его условия, ведь этим он только и занимался миллионы лет, тогда и у меня не будет шанса когда-либо освободиться из подземелья ада.

«Выбор очевиден, мне нельзя расслабляться, так как срочно нужно что-либо предпринять, но что? Что я могу, сидя в заточении?»

Ответ пришел сам собой, когда мой хмурый взгляд встретился с озадаченными боязливыми глазами Оргуса.

– Я не могу выйти отсюда, но ты можешь! Найди Розочку в замке на самой вершине Карпатских гор, раньше, чем демоны отца. – Отдавал я приказ слуге, громким и властным голосом. – Убеди ее спуститься ко мне и поговорить. Если она откажется, то скажи, что я смогу помочь ей и уничтожить дьявола!

– Молодой господин? Вы это серьезно? Хотите свергнуть Владыку? – Оргус затрясся как пес на морозе, не веря своим висячим ушам.

– Мой отец давно доказал, что у него ко мне ни чувств, ни привязанности, почему же я должен продолжать быть ему преданным, ведь он жаждет моей смерти, чтобы отобрать девушку?

Беса бросило в пот, он нервно обтирал лицо волосатой рукой, замыслив что-то скверное.

Я знал, что свинорылый прислужник был очень трусливым, поэтому, по моим предположениям, мог прямиком отправиться к сатане, чтобы оповестить своего хозяина ото, что я замыслил. Поэтому я решил прибегнуть к шантажу, чтобы у Оргуса не возникало дурных мыслей на этот счет.

– Запомни! – Прозвучал мой голос, внушающий страх. – Мы с тобой в одной связке! Если отцу станет известно, что я жив, и он узнает о нашем с тобой разговоре, он тут же тебя убьет, а вот я вознагражу за хорошую службу, когда с ним все решится. Выбор за тобой!

Я вызвал для слуги портал, готовый отпустить его, и с улыбкой кивнул, когда тот потащился к адскому пламени с опущенной головой.

– Найди ее! – Сказал я напоследок, исчезающему в черном огне бесу.

Сам, пока слуга растворился в пламени по моему поручению, я стал придумывать план, так чтобы он выгорел. Ну, во-первых, нужно было соблазнить Аврору, вернуть ее расположение, заставить разрушить ее же проклятье, а потом вместе попыхтеть над устранением сатаны. В конце моих мечтаний нас ждали: почет, слава, вселенская любовь, ну и конечно же взаимная вечная любовь с парой детишек и ночными посиделками у камина.

– Муах! – Чмокнул я кончики пальцев, предаваясь фантазиям. – Не мечта, а сладкая патока! И когда я только стал таким романтичным?

Да уж, эта вампирская бестия совсем свела меня с ума, так как после встречи с ней я совершенно перестал думать о власти, но чаще стал задумываться о семейном очаге, и тот факт, что мой отец хотел отобрать и водворить мои мечты с моей возлюбленной обескураживало, удручало и конечно бесило, да так, что от одной мысли об этом поджилки на скулах тряслись.

Черная Роза.

Для меня было совершенно неожиданным встретить бабушку в облике пустынной лисицы, но лучше так, чем навсегда потерять ее.

По рассказам бабушки, когда я прочитала древнее заклинания и использовала кристаллы всех пяти сил, наши соединенные души разделились и ее просто вытолкнуло из моего тела, а дальше я потеряла сознание, а она отправилась на поиски тела, которое бы было на одной частоте, что и она, ведь в подземелье были одни демоны и бесы, имеющие твердое тело, но их вибрации были низкочастотными, что не позволяло ей переселиться. Поэтому вот бабуле пришлось подняться на поверхность и вселиться же в первое существо, им и оказался феник, снующий по пустыне в поисках пропитания. После, был долгий переход из пустыни к горам, в замок, который бабуле удалось найти по запаху и подсказкам животных, в частности вожака волчьей стаи, который помнил меня и то как я спасла его от человеческих детенышей. Он – то и провел своего меньшого собрата от самого начала горного хребта до вершины Карпат, где вблизи замка покинул путешествующего феника.

Еще оказалось, что Архады – это не только артефакты, заключающие в себе магические силы, но и силы природы, то есть стихии: огня, воды, воздуха, земли и духа, что делало их самыми мощными энергетическими проводниками.

Объяснив мне все в подробностях, бабуля не могла не спросить, что я делала в аду, ведь находясь в подземелье, она блокировалась низкими вибрациями и поэтому не могла никак повлиять на меня.

Взглянув на мои опухшие и покрасневшие глаза от слез, она спросила:

– Аврора, что-то произошло? – Феник положил лапку на мою ногу и грустно уставился на меня тихо поскуливая.

Я сделала самый глубокий и продолжительный вдох.

– Вообще-то да… Я выпустила дьявола на свободу со всей его армией. И теперь мир грозиться превратиться в преисподню.

– О, Боги! – Пискнул феник, прижимая ушки к голове. – Этого не в коим случае нельзя было допускать.

– Я это знаю! – Не сдержала я дрожащий голос и всхлипы, вырывающиеся из груди. – Но меня заставили обманом. Я ничего не могла поделать, ведь мне казалось это благородная миссия. Что теперь мне делать, я и так погрязла в океане дерь… по сам-м..мую макушку. – Дрожала я от кома в горле и подкатыванию новых слез, которые, казалось я выплакала еще в начале ночи.

– Я знала, что твой хахаль принесет беды! Это ведь из-за него ты пошла на преступление? – Возмутилась бабуля в теле песчаного лиса, но увидев мое выражение лица, сменила тон. – О, моя девочка, не стоит себя во всем винить…

– А кого мне еще винить, если это я все наделала. Лучше бы я не возвращалась из Луномирья сюда, столько горя принесла родным! – От безысходности я зарычала, что было сил, прокручивая все беды, что принесла, ведь плакать уже не могла. – Агхр-р-р-р-р!

Лисенок стал лизать мои ладони, которыми я накрыла лицо, а голос бабули строго зазвучал в голове.

– Не стоит так убиваться, ведь все в этом мире поправимо, даже грядущий апокалипсис. – Мягкий и успокаивающий голос бабушки вселил в меня надежду.

– Но как, если ты уже не часть меня? Моих сил недостаточно! – Задала я ей вопрос.

– Не мели чепухи, как раз все в твоих силах! – Приободрил феник, гавкнув на меня. – Я лишь была катализатором, чтобы запустить весь твой потенциал, так что с моим уходом из твоего тела, ничего не изменилось, просто ты перестала верить в себя и забыла, что ты была рождена от смертной и вампира, в тебе заключены силы тьмы и света, добра и зла, и только тебе решать, чью сторону ты выберешь… Или может ты найдешь свой собственный путь?

– А как же предсказания, о котором говорили родители, разве меня не поглотит тьма?

– Когда ты перестанешь верить во всякие бредни и научишься доверять себе и верить в свои силы. Все ответы уже есть в тебе, только нужно их отыскать, а пророчества часто истолковываются неверно…

Лапка лисенка легла на середину моей груди, и когда я посмотрела в лицо этому маленькому созданию, то мне показалось, что он улыбался.

Не знаю, как, но бабушке удалось зажечь в моей душе искру, которая потухла после проведенной ночи с Баттори, и я почувствовала себя немного лучше, словно тяжелый груз упал с плеч.

– Возможно, вернув Архады я смогу исправить ситуацию и уничтожить дьявола, но к сожалению, я не смогу вернуть в семью дядю Дэша и Дарка, не смогу изменить их смерть, так же, как смерти тех, кто погибнет в этой войне.

Лисенок опустил голову и померк, но следующие его слова, прозвучавшие в моем сознании, крепко врезались мне в память.

– Да, этого никому не изменить: смерть приходит и забирает свое, она не щадит и не знает милосердия, но что есть смерть, посмотри на меня? Пусть не в своей оболочки, но я «есть», как и все души – была и буду существовать, и когда придет время, то все мы встретимся вновь и будем счастливы. Что есть смерть, когда ты вечен?

– И ты не ненавидишь меня за то, что по моей вине мертв твой возлюбленный и твой зять.

– Могу ли я ненавидеть тебя, когда ты приблизила мою встречу с возлюбленным, где в пространстве, меж миров и времени, он ждет меня? У каждого есть свой срок, так что не стоит винить себя за то, что их срок на земле вышел!

Осознав то, что я глубоко заблуждалась, обвиняя себя и свою судьбу, я поняла, что действительно упустила самое важное – перестала бороться.

Я погладила феника по голове, подняла на руки и чмокнула в нос:

– Ну, что, теперь пойдем домой?

Лисенок согласно чихнул.

Домой я со своей новой зверушкой-фамильяром попала на рассвете, когда отец и мать уже спрятались в своих покоях от солнца, поэтому я не успела познакомить их с феником, которому дала гордое имя Феня, потому как бабуля вселилась в тельце особи мужского пола (выбирать ей не приходилось). А вот Филимон и Аграпина с радостью приняли нового гостя.

– Ох, ты, батюшки! Какой он хорошенький! – Умилялась домовая, тыча в нос Фене своей волосатой рукой и обнимая за морду.

– Охо-хо! Мать, да ты глянь, это ж на нем и ездить можно! Как раз под наш рост! А пущай, прямо сейчас и прокотит! – Радостно просчитывал Филька, громоздясь на бедную животинку, которая недоуменно хлопала глазами, глядя на то, как ее пытаются оседлать.

Как только домовой закинул свою коротенькую волосатую ножку на лисенка, я не сдержалась и, хихикая сказала:

– Вообще —то Феня не простое животное, а волшебное. Хи-хик. – А за тем, обратилась к Фене. – Познакомься, бабуля, это наши домовые – Филимон и Аграпина.

Филька так и шлепнулся с лисенка на пол и присел на задницу.

– Какая еще бабуля? – Округлил он глаза, озираясь по сторонам.

– Да, да! В теле животного сейчас, находится душа моей бабушки – Радмилы Дракулы. Прошу любить и жаловать, и не жаловаться! – Уже во всю хихикала я, наблюдая, как у домовых от смущения, чуть глаза из орбит не повылазили.

Домовые тут же упали ниц перед лисенком и стали сожалеюще извиняться за свое непристойное поведение.

– Просим у вас прошения, госпожа Радмила! Не признали! – Кланялся перед Фенькой домовой, сгорая со стыда.

– Ну, Аврорка! Ну, егоза! Ни чуть, не изменилась! Хоть бы раньше предупредила! Стыд—то какой, батюшки! – Сетовала Груша, грозясь своим маленьким пальчиком.

Подшутив над домовыми и похихикав, я хоть немного отстранилась от той дрезины, что засасывала меня с головой, но это было мимолетное чувство, так как следующая ночь, вновь окунула меня в гущу событий и последствий из-за моих ошибок.

***

На закате, когда мои родители еще досматривали сны, а феник, свернувшись, в подаренной ему домовыми корзинке, дремал под столом, я уже бодрствовала, как и хлопочущие на кухне домовые.

Груша жарила мне кровяные блины к ночному завтраку, а я с кружкой горячей крови, с добавлением пряностей, сидела в сорочке у окна и смотрела на то, как закат окрашивает синее небо и белые горные гряды в огненные и лиловые оттенки.

«Здесь очень красиво», – думала я, сдувая пар с густого напитка, – «но не так, как в Луномирье. Там закат окрашивает зеленое небо в золотые оттенки, переливающиеся под определенным углом, всеми цветами радуги, как чешуя у драконов».

Проводив грустным взглядом закат и слопав пару кровяных блинцов, поданных мне Аграпиной, я прикусила язык, а все из-за того, что увидела мелькающие человеческие тени за деревьями. В тусклом свете от окон, было не разглядеть непрошенных гостей, но одно я смогла понять – их было около десятка и все они обладали крепким телосложением.

Мне пришлось тут же оставить свой завтрак и со скоростью звука. босиком мчаться к себе в комнату, где под кроватью был мой личный оружейный склад.

Встав на четвереньки, я пошарила под своим ложем и выудила меч, что когда-то подарил мне для тренировок Дарк, и длинным, до пола краем сорочки стерла с него пыль, что собралась за целый год.

Вооружившись, я, из-за оконного откоса, мельком глянула, какая обстановка складывалась перед домом, и заметила, что окружавшие избу люди, вовсе не люди, а демоны, ведь их головы были увенчаны рогами, разных размеров и форм, а в когтистых мускулистых руках они держали зубчатое оружие необычных форм, для каждого свое.

Времени для того, чтобы разбудить родителей, объяснить все им и переодеться в удобную для сражения одежду просто не было, и я вновь спустилась вниз, на кухню, пробегая мимо родительской спальни.

– Закройте за мной окна и двери на магические замки, возьмите с собой Феню и спрячьтесь в комнате родителей! – Приказала я шепотом домовым и разорвала сорочку с обеих боков, чтобы впредь не запутываться ногами в ее длинном подоле.

Почувствовав неладное и увидев мое встревоженное лицо и меч в руках, домовые без лишних вопросов ринулись спасаться

Груша тут же отставила сковороду с блином и, чертыхаясь спрыгнула с печи и направилась к корзине, где зевал Феня, навостривший уши, но еще прибывающий в полусонном состоянии. Филимон последовал примеру своей супруги и направился к корзине, чтобы помочь оттащить ее.

«Низкие вибрации! Я чувствую их присутствие». – Раздался женский голос в моей голове.

Лисенок выпрыгнул из утаскиваемой корзины и, подбежав к моим ногам, умаляющими глазенками уставился на меня.

– К нам пожаловали гости, только вот мы их не приглашали! – Намекнула я бабушке об опасности.

«Ты собираешься дать им бой в таком виде?»

– Боюсь, что те, кто шныряют за домом и хотят причинить нам зло, не согласятся любезно предоставить мне время, чтобы я могла выбрать наряд. – Шепотом спорила я с голосом бабули.

«Тогда я пойду с тобой!» – Заявила душа вампирши в теле феника, который вцепился зубами за подол моей сорочки.

– Нет! Это не обсуждается! Тебя не заметят под копытами и раздавят сразу же, как ты покинешь дом. Да и пустынная лисица не несет в себе магии, а зубы даже не прокусят кожу демона. Так чем ты мне поможешь? – Добила я.

Феня побежденный моими аргументами согласно склонил голову и тихо заскулил, тут его-то Филимон и сгреб в охапку и потащил вверх по лестнице, волоча за собой лисий хвост.

Я потушила лампадку на кухне и выпрыгнула из окна, услышав, как за моей спиной защелкнулись все входы и выходы из дома на магические замки, и крадучись поплелась в палисадник, где мое присутствие скрывали цветы и кустарники.

Демоны наступали, они прислушивались к каждому шороху в траве и оборачивались, держа наготове оружие, на звук взлетающих птиц, учуявших опасность. Их тяжелые, но приглушенные из-за копыт шаги втаптывали траву глубоко в землю, оставляя за собой выбоины. Тяжелые утробные звуки вырывались из пастей демонов, а из их ноздрей валил пар. Вид у солдат преисподни был отвратительный, наводящий ужас на всех живых существ, особенно сильно выражены были ненавидящие глаза, светящиеся в темноте пламенем ада. От одного их вида бросало в дрожь, но поскольку я уже была в аду и видела подобных существ, то уже приблизительно знала, что они из себя представляют и чего ждать.

Притаившись за кустарником черных роз, я заметила какая вокруг образовалась тишина, что даже сверчки перестали стрекотать в траве, словно я была в вакууме. Эта тишина перед бурей давила на слух, особенно когда сквозь нее слышался тяжелый топот копыт, приближающихся ко мне чудовищ.

Я выждала тот момент, когда, судя по всему их командир, мимикой когтистых рук указывал направление для своих подчиненных, тогда же я, пока все внимание было обращено на отдававшего приказ, наложила на себя купол невидимости и прыгнула в сторону, спрятавшись за стволом дерева. И так несколько раз, перебегая от ствола к стволу, чуть ли не перед самым носом у исчадий, пока не достигла демона, что шел поодаль от остальных. Этот громила как раз направлялся в сторону того дерева, за которым притаилась я. Услышав шаг в непосредственной близости от меня, я резко выскочила из-за ствола дерева, держа на готове меч. Острие пронзило монстра прямо под челюсть и вошло глубоко в голову, разрезая кости. Все произошло так быстро, что демон даже не понял, что его поразили. Он присел на колени широко открыв глаза, но не сумев ничего вымолвить или захрипеть, он заваливался на бок. Мне пришлось поддержать его огромную тушу, чтобы звук падающего тела не привлек его товарищей. Пришлось приложить усилия, (так как исчадье, кажется, весило тонну), чтобы бесшумно уложить его на траву. Как только я вынула меч из его большой черепушки, хлынула густая черная кровь. Мне пришлось вытереть меч об траву и наложить купол на тело и на следы на траве, чтобы скрыть убийство.

Следом, я направилась еще за одним отстающим, с бараньими рогами и нижними клыками, выпирающими наружу. Этот экземпляр адской живности выглядел меньше размером, чем предыдущий, но более подвижным. Он постоянно вертел рогатой башкой по сторонам, словно чуял мое присутствие. Пришлось отвлечь его, бросив камень в сторону, чтобы зайти из-за спины и одним ударом, снести ему его вертлявую голову, когда тот нагнется.

Звук упавшей головы привлек еще одного рогатого монстра. Буквально за секунду до его прихода, я успела наложить невидимость, но кажется, демон что-то заподозрил. Он присел на корточки и провел ладонью по траве, затем, ее, измазанную черной жидкость, поднес к пышущим ноздрям и вдохнул поглубже запах.

«Вот, черт! Кровь!» – Сетовала я на то, что в спешке забыла скрыть улики.

Надо было быстрее с этим кончать, поэтому я, подкравшись поближе, замахнулась мечем, чтобы снова отделить голову демону, пока тот находится в удобном для этого положении. Но не тут-то было. Монстр. Почуяв неладное, встал в полный рост и резко развернулся. Я опомнилась, когда мои ноги болтались над землей, а горло сдавливала мускулистая рука. От неожиданности ситуации, которая обернулась не в мою пользу, я сбилась с заклинания, став видимой, выронила меч и ухватилась руками за его крепкие пальцы, чтобы ослабить хватку и выбраться, но увы, стальные тиски не желали разжиматься.

– Ну, привет! – С тяжелым рыком, пробасил демон, ухмыляясь удачной находкой.

«Мне конец…» – подумала я, но не утверждая, а скорее всего спрашивая себя, анализируя то, что я осталась беспомощной и безоружной, и тут же отдернула себя от негативных мыслей, вспомнив бабушкины слова о том, что я забываю о своей собственной силе, заключенной во мне.

Мне оставалось воспользоваться тем, в чем я была сильна, находясь еще в утробе матери, а именно магией. Я, своими большими пальцами надавила на глаза демону и запустила электрическим разрядом, ослепляя его. От силы и мощности удара, монстра откинуло на пять метров и моментально вырубило. Подняв свой меч, и подойдя к исчадию, мне только осталось закончить дело – добить, что я и сделала.

Грохот разряда и шлепок падающего тяжелого тела никто из остальных демонов уже не слышал, так как они уже пытались проникнуть в дом, но к счастью домовые выполнили свою часть работы очень ответственно и демоны, ломившиеся в окна и двери, не могли попасть внутрь.

В доме поднялся переполох. Мамины визги, были слышны чуть ли не в деревне.

«Да уж!» – выдохнула я, размышляя над тем, что по-тихому уже никак не получиться справиться с детьми ада, но радовало то, что их количество сократилось до шести.

Один очень догадливый демон – командир отряда с огромными бычьими рогами на голове, решил отбросить пустые попытки проникнуть внутрь через окна и двери, и стал рогами таранить стену дома. Каменная кладка не сразу, но поддалась под натиском недюжинных костяных выростов и стала рассыпаться, открывая перед собой интерьер кухни. Крик мамы стал устрашающим, уже переходящим на угрозы и крепкие словца в адрес того изверга, что разрушал ее любимый дом.

– Ах ты ж нелюдь, проклятущий! Да я тебе твои рога по обрываю и в одно место вставлю, по самое основание! Не тронь стену, гамадрила горбатая! – Рычала она, наполовину вылезши из окна второго этажа и швыряя в демона всем, чем под руку попадается.

Исчадье пыталось уклониться от беспрерывно летящих в него ваз и шкатулок, но меткости мамы можно было только позавидовать, особенно, когда ее вывели из себя, поэтому об его голову разбилось большая половина родительского имущества. Последним был витой подсвечник на длинной ножке, который, образовав огромную шишку на лбу обидчика, зацепился металлической закругленной фаской и завертелся на бычьем роге, прежде чем упасть. Вскоре в окне второго этаже из которого градом сыпались нецензурная лексика и домашняя утварь, промелькнул отец, который затянул разбушевавшуюся мать в глубь комнаты. После, он выпрыгнул из окна с мечом в руках на первого же демона, что стоял поблизости и поразил его, с лета всадив меч в шею.

Я, подбежав, тоже вступила в бой, взмахивая ногами и мелькая подолом разорванной сорочки.

Увидев меня, отец разразился негодованием, так как в нем включился режим заботливого папочки.

– Аврора, зайди в дом, немедленно! Это опасно! – Приказывал он, отмахиваясь мечом от врага, кинувшегося на него с секирой. – Кому я сказал?

– Вообще-то, я уже троих на тот свет отправила, пока вы, сударь, наряжались! – Откликнулась я, уворачиваясь от ударов шипастого молота. Мне удалось мечом перерезать демону сухожилия на копытах и, когда он упал, вонзить меч прямо между глаз. – Хо-хо! Поправочка, уже четверых!

Отец тоже не отставал от меня, в борьбе с врагами. В его движениях и ударах меча чувствовались опыт и слаженность. Оружие в отцовских руках ударяло без колебания, лезвие разрезало воздух и кожу демонов точно по прямой траектории.

Мне захотелось хоть немного повыпендриваться перед отцом, доказать, что я могу бороться на ровне с ним и, в следующий свой удар, я вложила максимум энергии, как учили нас в академии, по теории боевой магии, и заклинанием снесла с места демона, бежавшего на меня. Мой оппонент, движимый энергетическими импульсами, врезался в того, с кем боролся отец. Оба демона, с огромными дымящимися сквозными дырами в груди, замертво повалились на землю.

Отец, в недоумении посмотрел на меня, словно перед собой увидел не дочь, а призрака, но времени, на лишние раздумья не было, так как было еще два верзилы, которые хотели нашей смерти. Главарь адского стада замахнулся топором и как бык, попер на меня, вырывая своими копытами траву вместе с землей.

Я хотела отступить в сторону, но подолом сорочки зацепилась, за торчащий зубец шипастого молота и, поскользнувшись на склизкой от крови траве упала на спину.

– Аврора! – Прозвучал испуганный голос отца, который помимо того, чтобы следить за мной, еще и боролся с последним, оставшимся демоном.

Главарь отряда, пуская дым из ноздрей с неистовой скоростью приближался ко мне, но в следующее мгновение произошло что-то невообразимое. Ему в голову прилетела тяжела чугунная сковорода, которая, своим весом обломила ему рог. Демона привело это в ярость, он забыл про меня и обернулся на мою мать, которая, уперев руки в бока, выглядывала из дыры в стене, стоя на кухне, извергала из горла недовольства.

– Вот тебе, собака рогатая! Будешь знать с кем связался! Я тебе покажу, как с моей семьей связываться! – Она погрозила демону кулаком, словно перед ней стоял не монстр из ада, а провинившийся мальчишка, чем привела нас с отцом в замешательство.

Однорогий громила прицелился острием единственного рога, чтобы подцепить вампиршу, но моя мама была еще тем твердым орешком. Она за долю секунды до столкновения с врагом отпрыгнула в сторону, и демон врезался лоб в лоб в чугунный котелок, заранее приготовленный для него. Глухой гул раздался по всей местности, а однорогий верзила закачался на своих копытах, разворачиваясь к нам своей уродливой мордой, похожей на приплюснутый блин. Регенерация у демонов была быстрая, поэтому все трое участников борьбы за светлую сторону, то есть мама, папа и я ринулись на врага, чтобы окончательно разделаться с ним. Мама, которая ближе всего стояла к демону еще пару раз огрела его подвернувшейся под руку кухонной утварью, на этот раз был половник, он-то и сломил второй рог. Отец, подскочивший вторым, отсек ухо вместе с когтистой рукой и полоснул его по задней части ног, а мне осталось лишь добить упавшего на колени демона. Когда я замахнулась на него мечом, поверженный враг, поспешно выставил руку вперед, как бы останавливая меня и выкрикнул:

– Для тебя послание от хозяина! – Это были последние его слова, которые успели вырваться из горла, прежде, чем я пронзила сердце демона.

Услышав его слова моя душа ушла в пятки, а сердце пропустило удар. Мои ноги подкосились, и я была готова провалиться в бездну. В голове моментально стали возникать вопросы:

«Что за хозяин? Не уже ли Хеллдригор? Нет, он бы не подослал убийц, хотя именно он был тем, кто предал меня, так что может оказаться, что и демоны его рук дело. Но не уже ли он способен на такую низость?» – Искала я ему оправдания, но тут меня осенило. – «Что Хелл не единственный хозяин демонов и есть тот, кто могущественнее его, тот, кого я выпустила на свободу, но зачем ему я и моя семья, ведь он получил все что хотел, а именно свободу?»

– Все гораздо серьезней, чем я предполагал, – сказал отец, вытирая лицо от крови демона, – они уже наступают…

Принцы.

Туманная дымка сна окутала молодых принцев, которые долго боролись с царством Морфея. Делали они это потому, что боялись своих сновидений, ведь их редкий вампирский дар предвещал быть настоящим проклятьем. Мальчики быстро сообразили, что их вещие сны предрекают только ужасающие события, изменить которые они не в силах. Поэтому стали опасаться прихода утра, которое усыпляло их.

После смерти отца юные вампиры делали все возможное, чтобы снова не стать жертвой своих снов, так как не хотели увидеть кого-либо из членов своей оставшейся семьи вовлеченным в ужасы, приходящие с утром. Мальчики пили горькие настойки, которые нашли в подвальном помещении при лаборатории Марчелу Дабижа – правой руки своего дорогого отца, которого они никогда не знали, но о котором много хорошего слышали от отца.

Принцы совсем не знали, чем занимался этот человек, кроме того, что он помогал в политических делах, но как-то, рыскав с Авророй по замку, пытаясь найти тайный ход, обнаружили запертые двери, мимо которых, ведомая любопытством, не смогла пройти их кузина. Девушка быстро расправилась с заклинанием и серебряной цепью, отгоняющей вампиров и нечисть, и проникла внутрь. Огромное помещение вмещало в себе около десятка больших столов со всякими баночками и колбочками, подвешенных на штативах, а закрепленные полочки на стене были завалены разноцветными бутылочками. Дети не могли поверить в удачливость своей находки, ведь для романтичного детского ума, эта лаборатория была подобна сундуку с пиратскими сокровищами. Они с удовольствием изучали надписи на бутылочках, хотя еще не умели читать, с восторгом разглядывали книги и блокноты с зарисовками растений, животных и неведомых существ. Аврора, которая была гораздо старше их и уже во всю читала европейскую литературу (в основном приключенческие романы) в тайне от родителей, с присущем ей эмоциональным возбуждением, рассказывала близнецам о том, что смогла прочесть о свойствах лечебных зелий в пузырьках.

В те далекие времена, когда рядом с ними не было мадам Бертрам и они были свободны в выборе валять дурака или шкодить, то проводили целые ночи напролет, копаясь и играя в лаборатории, но позже, и это непоседливой детворе наскучило, но вот сейчас пришло время вспомнить о ней, так как там были стеллажи с лечебными микстурами…

Мальчики, вернувшись в лабораторию, обнаружили на полке несколько бутылочек, которое бы подходили им: снотворное, не вызывающее сновидений и настойка для бодрости. Они разделили между собой объем жидкости пополам и выпили настойку бодрости залпом. Принцы просчитались только в одном, что зелья уже простояли больше полувека, что вызвало у мальчиков диарею, и как только все прошло они уснули мертвецким сном. Следом шел черед просроченного снотворного, которое на свой страх и риск они выпили. Сон в действительности был без сновидений, но на следующую ночь их высыпало. Заметив, что мальчики больны, что в принципе с вампирами не может произойти, Аврора поняла в чем дело и быстро расколола кузенов. Впоследствии она отругала их и убедила, что в вещих снах нет их вины, и им дано видеть эти события, для того, чтобы научиться хорошо править Царством ночи. Кузина поддержала их и успокоила, сказав, что хочет слышать каждую историю из сна, ведь это может ей сильно помочь, поэтому Радамир и Арктисис, воодушевившись, впервые засыпали со спокойной душой.

Закрыв глаза и крепко засопев, мальчики окунулись в вязкую, прохладную жижу сновидения. В этот раз, принцы стояли плечо к плечу и крепко держались за руки. Туман, как и в предыдущих снах клубился перед ними, застилая собой все перед их глазами. Приглушенный голос Авроры звал их вперед, и братья шагнули в сторону ее голоса. Идти было сложно, так как, не видя дороги перед собой, они не разбирались куда ступали. Ноги утопали в болотной жиже, но близнецы упрямо шли на голос, крича в ответ «Ро? Ро, ты где? Мы идем!». Вскоре туман стал расступаться, а под ногами стало попадаться что-то твердое и местами мягкое, что-то, из-за чего стало труднее идти. В нос ударил запах тухлой крови, да и весь воздух был тяжелым, пропитанным страхом и смертью. Принцы почувствовали, как пробегает мороз по коже, а под ложечкой стало сосать, но не от голода, а от чувства страха, из-за которого хотелось кричать и бежаь от этого места без оглядки. Вскоре юные вампиры смогли разглядеть, что им мешает взбираться на холм, который стал проглядываться сквозь рассеивающуюся дымку. Этим препятствием были изуродованные трупы демонов и отрубленные части от их тел. Болото же, которое хлюпало и засасывало под ногами, оказалось землей разбухшей и вязкой от крови. Увидев это Радамир закричал, но Аркти сильнее сжал его трясущуюся руку, нашептывая ему на ухо: «это всего лишь сон. Ужасный сон, но мы скоро проснемся». Арктисису тоже было страшно, но он знал, что останавливаться нельзя: «нужно быстрее найти Аврору и тогда все будет в порядке» – убеждал он себя, не подпуская к себе даже мыслей о том, что этот сон предвещает ей гибель. Черная тень пронеслась над ним, и мальчик закричал от боли и упал на колени, закрыв лицо.

– Что с тобой? – Испугался Радамир за брата.

– Глаза! Мои глаза! – Взвизгнул близнец, пытаясь сдерживать крик.

– Дай посмотреть! – Радамир пытался помочь, но он совершенно не ожидал того, что увидит.

Когда Аркти убрал руки, то из-под них хлынула кровь, а вместо глаз брата зияли две кровавые дыры.

– О нет! Что же это! – Запаниковал младший из близнецов. – Что делать?

– Нужно идти вперед, на самую вершину! Ну же, веди меня! – Слепой Аркти, борясь с болью, встряхнул брата и, опираясь на плечо своего близнеца, поднялся на ноги. – Это сон! Это сон! – Словно молитву повторял он.

Радамир, роняя слезы жалости подчинился, он крепко ухватил брата за руку и повел его вперед, к самой вершине холма из трупов, где расступался мрак под натиском яркого свечения.

Путь был не легким и долгим, и усложнялся тем, что, не видя под собой поверхности, Аркти все время оступался на скользких телах, облитых кровью и падал. Вскоре они перепачкались этой же самой кровью, которая была на их ногах, руках и одежде, что было мерзким и неприятным ощущением для маленьких принцев. Но не смотря на все эти препятствия, они добрались до свечения, которое, волнами ослепляющего света, исходило от черной розы, распустившейся на самом пике горы демонических трупов.

– М-м. Мы пришли! – Тяжело дыша, заключил Радамир, изнемогая от неприятного вида и запаха, который стал растворяться в свете, исходившем от цветка.

– Ты нашел Ро? Где она? – Взволнованно спрашивал старший брат.

– Ее здесь нет! – Чуть не плача от разочарования, говорил Радамир.

– Этого не может быть? Я чувствую приятное тепло, совсем, как от нее! – Изумился принц и отчаянно стал искать подтверждения своим ощущениям. – И страха больше нет! Так что посмотри получше! Наверняка ты ее просто не заметил.

Радамир изрядно рассердился, ведь он знал, что говорил, тем более что теперь, из них обоих он не был слеп.

– Тут ее нет! – Перешел он на рык, жестикулируя руками. – Перед нами только куст с одной черной розой, которая светится!

Бедный мальчик был взбешен тем, что его нелегкое путешествие вместе с внезапно ослепшим братом было бессмысленным. От злости он не отдавал своим действиям отчета и замахнулся ногой на куст, чтобы выплеснуть на него все свои эмоции и сбить бутон розы, но в этот самый момент мальчики стали проваливаться, они одновременно потеряли связь со сновидением и открыли глаза.

Пробудившись, Аркти подскочил с места, захлопал глазами, и поняв, что абсолютно зряч, сделал облегченных выдох.

– Что же это значит? – Спросил его близнец сидя на противоположной кровати.

– Не могу знать! Нужно найти Ро и предупредить ее!

Внезапно двери покоев скрипнули, впуская слабый свет из холла в комнату, и вскоре вошел дядя Зак, что удивило принцев, ведь в это время, обычно приходила Орлиха, которая диктовала им что одеть к ужину и дальнейшей работе в учебной комнате.

– Мальчики! – Обратился он к племянникам. – Собирайте свои вещи! Я переправлю вас и вашу маму в новый мир, где вы будете в безопасности!

– А что случилось? – Спросил обеспокоенный Радамир. – Что-то с Ро?

– Нет, с ней все хорошо, но на нас было совершенно нападение. Не исключено, что на замок тоже нападут, поэтому я хочу всех вас спрятать в безопасном месте. – Очень серьезным тоном сказал их дядя и полез в шкаф, чтобы достать походные саквояжи.

– А Ро тоже будет с нами?

– Да. – Замешкавшись, сухо ответил дядя.

– А эта старая кур… мадам Бертрам? – Исправился Аркти.

– Нет, ее работа с вами закончена, сегодня на рассвете я рассчитался с ней и с экипажем отправил в Бухарест.

Мальчики без лишних слов встали с кроватей и переодевшись стали укладывать свои вещи.

Вскоре в комнату вошла их любимая кузина и близнецы кинулись к ней и вцепились, что было сил.

– Эй! Эй! В чем дело? Вы же сейчас задушите меня! – С легкой усмешкой, сказала девушка, отрывая их от себя.

Юные вампиры молча проводили взглядом дядю, который пошел за их матерью и только потом отлепились от сестры.

– Дядя сказал, что на вас напали! Кто это был? – Взволнованно спросили дети.

– О, это были ужасные твари из преисподней, – игриво сказала она и скорчила пальцы в лапы, желая напугать сорванцов. – Но не бойтесь, эти демоны получили по заслугам… Вы бы видели, как моя мать отделала их главаря сковородой. Да, да, я не шучу, это истинная правда, остались от них только рожки да ножки. Хи-хик!

Принцы не разделили потешного настроения кузины и снова крепко обняли ее.

– Ну, вы чего? С нами все в порядке, чего не скажешь о этих тварях. – С улыбкой она погладила братьев по спине. – Вау, да вы подросли!

– Нам опять снился ужасный сон! – В один голос тихо заговорили вампирята, все еще стоящие уткнувшись в девушку.

Принцы во всех подробностях расписали их сновидение, не упустив ничего, кроме того, что Аркти ослеп. Радамир хотел и это сказать, но Аркти дернул его за рукав и взглядом дал понять, что не стоит тревожить сестру такой деталью. Но когда под конец рассказа Аврора услышала о черной розе, то сильно удивилась:

– Надо же! Это определенно имеет значение для нашей семьи, ведь семейный замок так и называется «Черная роза».

– Но мы шли на твой голос, но вместо тебя обнаружили розовый куст.

– А я вам разве не рассказывала, что в Лунном мире у меня было прозвище «Черная Роза»? – Задумчиво и с усмешкой поясняла она. —Так вот, я даже носила куртку с такой эмблемой, как напоминание о доме и о вас. У меня и брошка такая была… – С грустью в голосе заключила она.

– А где она сейчас? – Бестактно спросил старший из близнецов, не подозревая как болезненны для его сестры воспоминания о украшении и его владельце.

Девушка пожала плечами и со вздохом сказала:

– Вернулась к дарителю…

– Это был твой демон, который убил папу? – Строго поинтересовался Арктисис у сестры.

Принцы присутствовали в зале на прощальной панихиде с королем, и, не смотря на свой юный возраст понимали все то, о чем скандалила с Авророй их мать.

– Да, – прошептала она.

– И ты его любишь?

Аврора опустила глаза и ничего не ответила, но мальчики и так понимали, что заставило ее измениться.

Заметив, как погрустнела сестрица, окунувшаяся в воспоминания, из-за которых ее глаза заблестели бриллиантовым блеском, мальчики не стали усугублять ситуацию и решили переменить тему.

– А куда же нас отправит дядя?

– Оу, вам там очень понравится! В лунном мире очень красиво и там совсем нет солнца. Там все совершенно по-другому, чем здесь. – Аврора тоже не хотела погружаться в неприятные для нее разговоры, поэтому быстро украдкой стерла набежавшую слезу и натянула восторженную улыбку.

– Ну что вы готовы? Тогда пойдемте, поедим пирожных перед дорожкой

– А как же наши вещи? – Обернулись друг к другу вампирята.

– Об этом не беспокойтесь, слуги их принесут в кабинет. – Сказала девушка и, скорчив хитрое лицо, с улыбкой проговорила. – Ну, что, кто последний, тот тухлое яйцо?

Мальчики видели, как их кузина изо всех сил старалась создать видимость себя прежней: веселой и общительной, но ей не удавалось их обмануть, ведь они знали ее лучше, чем кто-либо и видели на сквозь, поэтому от них – самых близких вампиров, было ей не скрыть грусти в глазах, которой раньше никогда не было.

Закариус.

После нападения демонов, лишившись своего дома я со своей семьей переехал в замок. Первым же делом, выставил охрану по всем окрестностям, чтобы в случае чего, первым узнать о наступлении врага и забить тревогу, но все пока было относительно спокойно, за исключением того, что в замок стали приходить письма и свитки с ответами. Многие вампиры и существа царства ночи были обеспокоены тем, что происходило на востоке. Они описывали жуткие события, творящиеся там.

«Реки окрасились в цвет крови, степи и пустыни полыхают огнем. Животные встревожены, боятся малейшего шороха, они иммигрируют целыми стаями, что затрудняет нам охоту. Люди тоже бояться выходить из домов, так как пропадают целыми семьями. На страну опустился голод.

Чувствую, что все не спроста и что всем нам угрожает большая опасность, поэтому собираю вампиров, готовых дать отпор новой угрозе.

Тадэуш был справедливым правителем и замечательным вампиром, поэтому из чувства долга перед ним и Царством ночи, отвечаю на ваше письмо, но к сожалению, не могу присоединиться к совету и покинуть пределы своих земель, так как народ вот-вот подвергнется массовому сумасшествию из-за происходящих событий, которые не поддаются никакому объяснению. По этой же причине не имею возможности вступить в вашу армию или же отправить своих солдат, сами понимаете, мы в равных условиях, и мои солдаты мне нужны для защиты своей страны.

Принц Абуль Хатаб Седьмой.»

Прочитав свиток, заверенный печатью правящего главы восточных вампиров, я смял и откинул его от себя. Подумал о том, какое по счету послание я прочитал. Все ответы на мои письма имели почти что одинакового содержания: творится что-то невероятное, голодаем, отряд вампиров и самим нужен для защиты…

«Когда все приняли Тадэуша как своего главенствующего короля, то никто и предположить не мог, что это всего лишь лживое прикрытие, ведь теперь, когда король погиб, никто не желает защищать его семью и свое Царство». – Размышлял я.

Я предполагал, что, хотя бы кто-то из подданных откликнется на призыв или хотя бы отправят армию на защиту своего царства и его малолетних наследников, но увы они попрятались по норам, как крысы, боясь высунуть нос наружу. С одной стороны, их винить было бы неправильно, ведь каждый глава своего дома прежде беспокоится о семье, а потом уже об остальном, но их отказы выбили меня из колеи, ведь собирая всех на собрание, я рассчитывал сплотить жителей Царства ночи, но в действительности оказалось, что все мы разобщены – это делало нас уязвимыми перед серьезной опасностью, перед которой старые войны и распри были лишь детскими потасовками.

В этом плане и я был эгоистичным, так как желал защитить свою семью, в частности дочь, особенно теперь, когда над ней нависла серьезная угроза. Те демоны приходили за ней неслучайно, и мы допустили серьезную ошибку, что не выяснили причину их нападения, но сейчас уже было ничего не изменить, и внутреннее чутье подсказывало, что убитые нами слуги преисподней были не последние и что, подобные им, еще вернуться.

Сильное волнение и страх за Аврору подтолкнули меня к тому, чтобы спрятать ее от всех глаз, но вот вырисовывалась проблема, которая уже больше года стала для меня костью в горле. Этой самой застрявшей костью был Сэмюэль Баттори, который ничего и слышать не хотел об оправданиях и угрозе, для него было самым важным поскорее жениться на моей дочери и это желание было чуть ли не маниакальным. Аврора, кажется, тоже приняла твердое решение заключить брачный союз с Баттори, несмотря на сложившуюся ситуацию и тот факт, что она не любила этого вампира, словно смирилась с судьбой и шла по четко намеченному плану.

Я и сам заметил, как она изменилась за то время, которое отсутствовала. Она больше не была той отвязной шкодницей, совершавшей спонтанные, за частую необдуманные поступки. Теперь она стала более расчетливее и дальновидней в своих решениях, словно что-то заставило ее вырасти. Повзрослевшая Аврора была умнее, сильнее и молчаливей той, прежней себя и это меня успокаивало, но и в тот же момент огорчало, ведь ее задорный смех, веселый характер и ослепительно счастливая улыбка исчезли, наполнив ее бриллиантовые глаза грустью и пустотой.

Я знал, что дочь изо всех сил старалась не показать нам с Маришкой этого, и выдавливала из себя улыбки и шутки, чтобы скрыть свои истинные чувства, но только слепец мог не заметить, с каким усилием ей это удается.

Иногда мне казалось, что грусть и беспокойства в ней, были готовы перелиться через край, но она, сжав клыки и кулаки до хруста в пальцах, все равно натягивала улыбку и, сославшись на важные дела, избегала разговора всеми силами. Маришка тоже волновалась за дочь, видя, как она подавлена, но почему-то оставалась в стороне. Супруга твердила, что проблема в делах любовных, и что время излечит ее. На мой вопрос: «откуда ты все знаешь?», отвечала: «материнские чувства нельзя обмануть. Дочь страдает из-за разбитого сердца». Это и навело меня на кое какие мысли….

***

Я вел всю свою семью по коридору замка в кабинет, где стояло то самое зеркало, через которое я мог бы переправить в безопасное место всех, кого люблю, таким образом я пытался оградить их от того, что ожидается в ближайшем будущем. Не получив поддержку от могущественных вампиров, я понял, что никто не сможет помочь сделать это, но я отказывался опускать руки.

Аврора, несла на руках неведомую зверушку, появлении которой держала в секрете, отговариваясь, что нашла лисенка в лесу, когда гуляла, а вот мне не показалось, что это простой лисенок, так как в его глазах читалось что-то доброе и родное, да и зверек совершенно по-особенному смотрел на меня и Лучию, лащился к нам и терся об наши ноги.

Не доходя до кабинета нам в холле, очень не вовремя встретился Сэмюэль Баттори, который обвел всю нашу процессию подозрительным взглядом. Его глаза выхватили идущих позади нас слуг, которые несли поклажи с вещами. По его выражению лица я понял, что он нас раскусил, что было весьма не кстати, ведь я хотел, чтобы он оставался в неведении.

Высокий темноволосый вампир склонил голову приветствуя вдовствующую королеву, юных принцев, Аврору и нас с Маришкой.

– Вот вы где? Собрались на прогулку? – Съязвил он. – А я-то голову ломаю, куда все подевались и оставили меня ужинать в гордом одиночестве.

Я вышел вперед, желая оправдаться.

– Да, мы задумали сменить место покоев, чтобы сменить обстановку. Думаю, королеве и принцам это пойдет лишь на пользу.

– Что? Все вместе? – Не унимался Баттори. – Чемоданов здесь более, чем необходимо при переезде из одних покоев в другие.

От острого взгляда вампира ничего нельзя было утаить.

– Что поделать? У королевы слишком много платьев. – Выкрутился я, глядя на сестру. Лучия стояла у стенки, приобняв мальчиков, а ее пустой взгляд был направлен в глубь холла. Она не ответила ничего, только кивнула головой в извинительном тоне и прошла с мальчиками мимо Сэмюэля.

Мы со слугами тоже прошли мимо вампира, но вот когда рядом с ним прошла Аврора, то наследник могущественной семьи, резко ухватил ее за руку.

– Ты опять задумала сбежать от меня? – Грубо спросил Сэмюэль, притянув мою дочь к себе, что мне очень не понравилось. – У тебя ничего не выйдет! Старейшины прибудут на собрание.

Я подошел к Сэмюэлю, чтобы изъявить волю «отца» и дать ему понять, что не потерплю такое фривольное отношение к своей дочери, но Аврора выставила ладонь вперед, останавливая меня. Ее взгляд словно твердил, чтоб я не вмешивался и что она сама справится. Мне пришлось повиноваться, так как увидев ее в битве с демонами понял, что моя малышка выросла в более сильную женщину, чем я думал. И если она способна справиться с такими врагами, как демоны высшего порядка, то совладать с каким-то невоспитанным вампиром для нее не составит труда.

– Я никуда не денусь, так как дала тебе свое слово и не откажусь от него! – Жестко сказала она, вырвав свою руку из тисков. – Я предстану перед старейшинами, как твоя невеста, только… прошу, – ее голос стал мягче – не нужно делать из меня твою рабыню.

Отпрыск Баттори захлопал глазами и спрятал свои клыки.

– У меня тоже к тебе имеется просьба: ты скоро станешь моей женой, поэтому перестань выставлять меня дураком и, если ты желаешь куда-то отлучиться, то будь добра отпроситься у меня.

Аврора сделала протяжный вздох и закатила глаза:

– Сегодня я буду присутствовать на совете, но до этого позволь мне только проводить братьев.

Было заметно, что Аврора пыталась играть на нервах у Сэмюэля, но делала она это тайно, чтобы этот идиот не смог ее в этом заподозрить.

– Э-э-э-м! – Растерялся Баттори, не зная, что ей ответить, но вскоре вышел из положения. – Да, хорошо, но не задерживайся, старейшины прибудут с минуту на минуту!

Аврора с благодарностью поклонилась будущему супругу и направилась по холлу вперед.

Когда мы вошли в кабинет и подошли к зеркалу, Аврора прикоснулась к отражающей поверхности и, наклонив голову и закрыв глаза, шепотом что-то произнесла. Сидящий на ее руках зверек ткнул нос в зеркало, и оно сразу завибрировало, а потом засветилось.

– Все готово, можете идти. – Выговорила она и сделала жест руками, приглашая всех пройти сквозь портал.

– Почему мы вообще должны куда-то переезжать из нашего замка? – Прыснула королева.

Я встал с другой стороны зеркала и протянул руку сестре, которая всю дорогу к кабинету возмущалась по этому поводу.

– Лучия! – Позвал я сестру, которая, не желая подчинятся Авроре, фыркнула и осталась стоять на месте. – Не упрямься. Я же уже объяснял, это же для вашей безопасности. Там вам будет спокойней, да и смена обстановки пойдет тебе и детям на пользу.

– Да ладно тебе, Лучи! – Вмешалась Маришка. – Ты сама рассказывала, как там здорово. Не уже ли тебе не хочется отправиться в путешествие? Воспринимай это как не ссылку, а отпуск, тем более сам король Тарон нас приглашал. Когда еще появится такая возможность?

Маришка приобняла свою золовку с доброй и радушной улыбкой, чем хоть немного, но разбавила ее мрачный настрой.

В этот самый момент из зеркальной глади показалось широкое лицо лунного короля, который не смог сдержать своего восторга.

– Ну, где же вы? Я уже заждался! Для вас я приказал подготовить самые красивые покои с видом на сад и верандами для распития напитков. Можете быть уверенны, маленьким принцам у нас тоже понравится… – Затараторил Эренейский король. – Прошу, заносите сюда вещи. – Он взглянул на слуг и махнул им.

Слуги, послушно вереницей поплелись к зеркалу, неся в руках многочисленные чемоданчики, саквояжи и сундуки. Они по одному проходили в пространство незнакомого им мира, удивляясь и восторгаясь его красотам и блеску, и так же по одному выходили уже пустыми, без поклаж. Следом в зазеркалье окунулась и Лучия, подталкиваемая сзади Маришкой, которая не терпела колебаний, особенно если на ее горизонте мелькало что-то неизведанное. Мальчики с интересом наблюдали за стычкой двух противоречивых женщин, но сами пока еще не решились идти, так как преданно ждали свою атаманшу.

У самого края серебряной глади я подозвал к себе дочку и сказал:

– Я знаю, что ты ничего не чувствуешь к Сэмюэлю и, в преддверии того, что на тебя охотятся демоны, думаю тебе тоже нужно уйти в лунный мир, где вы все будете в безопасности, да и мне будет спокойней, что с мальчиками, Маришкой и Лучией будет такой сильный воин как ты. А из-за Баттори не переживай, думаю, свадьба уже ничего не изменит, так что тебе не нужно выходить замуж за вампира, которого ты не любишь…

– Папа, почему ты так говоришь? Что-то случилось? – Аврора что-то заподозрила.

Мальчишки удивленно посмотрели на свою кузину, а затем перевели свой взгляд на меня.

– Ничего серьезного. – Отмахнулся я, отводя глаза от пронзительного и смышленого взгляда дочери.

– Папа, я знаю, что ты хочешь что-то скрыть от меня, но это бесполезно, ты же знаешь!

Да, конечно, я знал это, что она вся в мать, и если не сказать Авроре правду, то она все равно вынюхает нужную информацию, поэтому скрытничать дальше не было смысла и я сдался.

– Не одна из вампирских «благородных» семей не придет к нам на помощь, они все прислали отказ. – С выдохом сказал я.

Дочь с минуту молчала, кусая нижнюю губу, ведь искушение все бросить и сбежать, как она это делала прежде, было велико, как я думал, но не для теперешней Авроры Дракула. Она, передала близнецам лисенка в руки, поджала губы и. наконец, с укором посмотрела на меня.

– В этот раз я не буду сбегать, не доведя дело до конца и, не брошу все как есть, так что перестань уже опекать меня, а просто верь в меня! Хорошо? А тот факт, что нам никто не поможет в трудную минуту, придает мне сил действовать самостоятельно и не доверять этим предателям.

– Дело даже не в этом! – Пытался я увиливать. – Я не хочу, чтоб моя единственная дочь была в гуще события. Я очень боюсь тебя потерять! – С содроганием в голосе произнес я и нежно обняв ее, поцеловал в лоб.

– Эй, что за негативные мысли? – Упрекала Аврора меня, а затем очень нежно и ласково произнесла. – Ты меня ни за что не потеряешь?

От ее слов мне немного стало легче, но все же разум отказывался осознавать, что моя дочь не нуждается в моей помощи.

– Пап, а теперь отпусти меня, я провожу Аркти и Радика. Хочу познакомить их с водяными драконами, а после вернусь.

Мне пришлось опомниться и разжать свои объятия, чтобы освободить дочь, тем более, что и меня ждал разговор с королем Тароном.

После того, как Аврора перевела принцев в лунный мир, я последовал за ними и перешагнул сквозь зеркальное обрамление, где меня ждал Эренейский король.

– Ну что, ваша милость, не уже ли и вы решились перейти на нашу сторону? – Спросил бородатый улыбчивый король, стоя в сопровождении своей свиты и слуг, которые всем своим радушным выражением на лицах были готовы удовлетворять любые прихоти новых поселенцев.

– Нет, у меня еще остались дела в своем мире. – Отнекивался я, провожая взглядом дочку, усаживающую мальчиков на летающие облака.

– Жаль, мы будем рады всем мирным магическим существам, ищущим прибежище, я уже говорил об этом с королем Тадэушем.

В голосе Эренейского короля читалось сожаление по потере хорошего товарища, каким и был Дэш – верный своим словам и принципам.

Внезапно, мне подумалось, что это не плохая идея, спасти хоть кого-то в грядущем апокалипсисе и переправить всех желающих в Луномирье, тем более, что сам король не против, поэтому решил не оттягивать момент и тут же воспользовался возможностью.

– Если вы так радеете за магический народ, то я мог бы переправить всех нуждающихся в убежище на эту сторону.

– О, да, это было бы замечательно. Носители магических генов всегда приветствовались в этих землях, а тем более сейчас – в это нелегкое время. Это была бы взаимовыгодная сделка для обоих сторон. – С ропотом в голосе глаголил Тарон.

– Вот и замечательно! Я знал, что так же, как и Дэшь могу рассчитывать на вашу поддержку.

На этом, пожав друг другу руки мы разошлись, и я, попрощавшись с сестрой и супругой, отправился на собрание, уже заведомо предчувствуя полное фиаско.

Сэмюэль Баттори.

Увидев на панихиде девчонку семьи Дракулы, я был обескуражен и поражен, так как целый год, который я потратил впустую на ее поиски пропал даром, ведь ни в одном конце мира не было даже намека на ее присутствие, а тут, ни с того, ни с сего, она появляется сама собой, словно и не исчезала вовсе. Должен заметить, что за это время она стала еще более привлекательней, ведь с ее красивого лица ушли гримасы, которые она постоянна корчила в моем присутствии, что не давало как следует рассмотреть ее настоящую. Ее растерянный вид и слезы в ее глазах, с которыми она предстала перед всей публикой, завели меня не на шутку, и мне захотелось подчинить ее себе и сломать, чтобы всегда лицезреть это мученическое выражение на ее прекрасном личике, тем более, что она еще формально оставалась моей невестой.

Я довольно-таки был рад тому, что явился на похороны короля, хотя мне было на него абсолютно наплевать, но его смерть только сыграла моей семье на руку, и я не мог проигнорировать призыв на столь радостную новость, но большим счастьем было появление беглянки, на которую я тут же заявил свои права.

За этот год, пока я отсутствовал дома, бабка вступила в совет старейшин, после смерти одного из его членов, и готов поспорить, что это произошло ни без ее участия. Ее всегда притягивала власть и будь ее воля, она бы стала единственной правящей королевой, но из-за силы короля Тадэуша, которую он получил от крови Христа, победить его было невозможно, особенно простому вампиру, и вот по этой причини наша семья смирно сидела в тени короля, терпеливо выжидая удобного момента. Этот момент настал очень даже кстати, когда король пал и политические позиции ослабли, путь к трону и власти был совершенно свободен, за исключением одного маленького препятствия – семья Дракула – рьяные борцы за права смертных в этом темном мире, которых я должен был устранить, чтобы получить желаемое.

***

Этой же ночью, после погребения, я отправился в покои, которые отвели для меня и написал бабке короткое письмо следующего содержания:

«Очень жаль, что ты не присутствовала на панихиде – пропустила очень много интересного… Беглянка вернулась. В смерти короля винят наследницу. Семья Цепишей слаба, она раскололась на два фронта.

Твой преданный внук С.Б.».

Это послание я отправил с летучей мышью, загипнотизировав ее на тот случай, если ее поймает королевская охрана или шпионы.

***

Позже, от своих шпионов мне удалось узнать, что Закариус разослал письма старейшинам и всем поданным короля с просьбой явиться в замок для совета. Я размышлял над тем, что он хочет объявить себя регентом, ведь из-за нервного срыва королева не вполне была здорова, а принцы слишком малы для того, чтобы управлять Царством ночи, но причина была более серьезна, так как бабка прислала мне ответ на мое письмо, где говорилось, что ей, как члену совета старейшин тоже было доставлено послание от Дракулы. В этом послании, он предвещает миру ужасные события и просит подготовить военные силы, чтобы дать отпор новому могущественному врагу.

Ее письмо меня очень сильно заинтриговало, так как мне было интересно узнать, кто этот могущественный враг, перед лицом которого струсил сам Закариус Цепеш Дракула, не то ли это существо, что убило короля Дэша, если так, то я с радостью стану на сторону могущественного соратника. Мне только оставалось придумать, как завладеть девчонкой, но и это не казалось мне сложным, ведь мое выступление на публику, сыграло мне на руку и теперь каждый слышал, что Аврора была обещана мне самим королем, а уж на его решение повлиять уже никто и ничто не в силах.

Моя бабка торопила меня с оплодотворением Авроры, чтобы проверить свою теорию в действии, ведь времени было много упущено из-за ее побега, а старуха не молодела. Я и сам был не против сделать это, но судя по той сцене, что разыгралась в тронном зале, у девчонки был мужчина и меня это ужасно разозлило. Мне хотелось обвинить всю ее семейку в подлоге и учинить скандал, тем самым подорвать их слабые позиции, но тогда бы девчонка имела право послать меня куда подальше со своей свадьбой. Я прикинул, смогу ли выиграть от всей этой ситуации, и мне в голову пришла идея, что, прикинувшись благородным и предложив выгодное сотрудничество семье Дракулы, я таким образом могу добиться хоть какого-то результата. И действительно, это сработало, девчонка, наконец, осознала, что имя моей семьи дает ей весомую поддержку и поддалась мне, но то ли еще будет…

Если б она только знала, что я приготовил для нее, чем раз и навсегда заставлю ее, через унижения, подчиняться мне. Я отомщу ей за все шуточки, за все унижения, которым она меня подвергла, я втопчу ее в грязь, из которой для нее не будет выхода, а единственным спасением для нее будет лишь моя рука, за которую она будет жадно хвататься…

Черная Роза.

Мои подопечные оболтусы были так счастливы повидать новый мир с его прелестями и загадками, что мне казалось они лопнут от восторга, особенно тогда, когда я, с позволения короля Тарона, привела их в тронный зал и познакомила мальчишек с игривыми дракончиками. Честно сказать, в тронном зале и для меня был огромный сюрприз, намек на который я тоже получила от доброго короля. Войдя в тронный зал, я обнаружила там Кристилл и Даурона, которые поили дракончиков сладкой расой с садовых цветов. Увидев подругу в обществе принца, я накинулась на нее с объятьями и поцелуйчиками, позабыв про стоящего рядом наследника и про весь светский этикет. Подруга в свою очередь начала свое приветствие с упреков и обид за то, что я со своим демоническим «жеребцом» (так она обозвала Хелла), бросили ее на произвол судьбы. Но, приняв мои искренние извинения, она смягчилась и рассказала, что как только мы исчезли, слуги короля прилетели за остальными и переправили их во дворец. Затем, я познакомила ее и принца со своими братьями, и только после представила своих кузенов водным Архонам, которые окатили их мелкими брызгами жемчужной жидкости, таким образом приглашая вампирят поиграть с ними. Пока Аркти и Радамир и принц Даурон забавлялись с водяными шалунами, красноволосая подруга, разбудила Бурзи, что спал под ее жилеткой во внутреннем кармане, сделанным специально для него. Забавный зверек вспомнил меня не сразу, так как этот соня не желал разлеплять глаза, но все же Кристилл заставила его очнуться, когда окатила воришку водой, зачерпнув ее из бассейна. Эбинур, не ожидавший такой дерзкой выходки от хозяйки, вскочил на все четыре лапки и фыркнул на нее, но когда же он увидел меня, то с молниеносной скоростью вскарабкался на мое плечо и стал тереться своей мордочкой об мою щеку, давая понять, что очень соскучился по мне и вкусностям, которыми я и Хелл его подкармливали. Кристилл же все не унималась и всей своей хваткой вцепилась в меня для допроса.

– А где же твой Хелл?

Я отвела взгляд, не желая отвечать на неприятную мне тему, но зная, что настырная луномирка не отлипнет, отмахнулась:

– Я тебе все потом расскажу, а сейчас на это нет времени.

– Как это так? Мы с тобой, оборги знают, сколько времени не виделись, а ты опять хочешь удрать? Ну уж нет, на этот раз я тебе не дам этого сделать, тем более, что нам много, что придется обсудить. – Последнюю фразу подруга сказала с какой-то подковыркой и в этот момент посмотрела на принца Даурона, и флиртуя, помахала ему одними пальцами.

– Но я действительно очень спишу… – Заподозрила я, что наши посиделки затянутся на долго.

– И даже не хочешь узнать, какие произошли изменения у меня на личном фронте?

– Очень хочу, но мне пора возвращаться в мой мир. – С сожалением вздохнула я.

– Эй подруга! Если ты меня снова бросишь, то я больше тебе этого не прощу! – Запротестовала Кристилл.

– Прости, но там все очень серьезно…

– А моя личная жизнь, можно подумать не такая серьезная? – Надула она губы. – Значит так, если тебе надо куда-то идти, то я с тобой. Буду ходить следом как хвостик и не отстану от тебя до тех пор, пока ты не выслушаешь все мои истории и не расскажешь мне свои! Понятно тебе? – Командным голосом отрапортовала она и с заносчивым видом, задрав нос к верху, уселась на бортик моста, повесив ногу на ногу.

– Ладно, – сдалась я, – если тебе так хочется, то пожалуйста, но на споры у меня нет времени, так как сейчас, в моем мире будет решаться моя судьба и я очень нервничаю по этому поводу.

– Оу! – Нахмурившись, протянула Кристилл. – Да у тебя прям там драма назревает.

– Хуже! – Выпалила я. – Замуж выхожу и много всего неприятного…

– За Хелла? – Взвизгнула от радости подруга, но я ее тут же обескуражила своим ответом.

– Нет, за вампира из очень респектабельной семьи, от которого и сбежала в лунный мир.

– А как же Хелл, вы же любите друг друга?

Мое сердце похолодело и в моих глазах вспыхнул огонь.

– Хелл предал меня… Тц! Это очень долгая история, на которую сейчас нет времени.

– В таком случае, я не могу отпустить тебя в твой жестокий мир одну. Я иду с тобой! – Вскочила подруга с насиженного места.

– Нет, это невозможно, так как там скоро будет очень опасно. – Возразила я на ее предложение.

– Возражения не принимаются! – Кристилл прошла мимо меня, направляясь к выходу. – Опасность? Не смеши меня этим словом, подруга, кто справится с опасностью лучше, чем студентки факультета боевой магии? Ты, наверное, забыла, сколько нам пришлось вместе преодолеть?

Кристилл была полностью права, ведь, когда мы были все вместе, преодолевать трудности было легче, но теперь наша команда безвозвратно распалась и уже не станет как прежде.

– Милый? Мне необходимо помочь своей подруги с ее заморочками, поэтому, прости меня, но вернусь не скоро, у нас девичник! – Обратилась она к принцу Даурону, что вызвало у меня шок, особенно слово «милый». Заметив мой разинутый рот, Кристилл улыбнулась, махнула рукой и добавила. – А-а-а, потом все расскажу. Ну так мы опаздываем или как?

Тут вмешались мальчики, которые оторвались от игр с Архонами и феником и кинулись ко мне, умоляя не возвращаться меня на землю и тем более не выходить за муж за Баттори. Мне стоило большого труда, чтобы объяснить детям о долге, что должна была я исполнить перед всеми, кем провинилась, но как бы я не старалась, мальчики не хотели ничего слушать. В разговор вмешалась Кристилл, которая убедила Аркти и Радика в том, что не оставит меня в беде и вместо них будет меня защищать. Судя по мальчикам, ее речам они не поверили, но все же отпустили меня обратно на Землю с одним лишь условием, в котором говорилось, что они смогут меня проводить до портала. Мне пришлось согласиться с их условием, ведь я и не подозревала, что замыслили эти двое, и, дождавшись, когда подружка соберет узелок своих вещей, захватив Феньку и Бурзи, мы наконец смогли со всеми распрощаться и перейти на другую сторону мира, в котором меня ждали одни проблемы.

***

Как бы я не утешала себя, что моя судьба только в моих руках, все же, не все в этом мире зависело только от меня и моих действий.

Отдаться нелюбимому мужчине было самой страшной ошибкой, что касаемо моей личности, но вот для благого дела, это как раз принесло свою пользу.

Сэмюэль же выполнил часть своей сделки и, еще до собрания выступил перед старейшинами с заявлением, где выдвинул новые требования, в которых оговаривалось, что наша свадьба, с учетом подготовки, должна состояться ровно через две недели и где, требовал отмены добрачного ритуала. Старейшины приняли его первое условие, но отвергли второе, аргументируя это тем, что вампир не может так легко отказываться от своих слов и менять свое мнение, так же быстро, как смертные. Заявление старейшин заставило меня поволноваться, но Баттори попытался исправить ситуацию, помимо выжав еще и выгоду для себя из этой ситуации, и попросил оставить за ним право быть тем, кто и проверит свою невесту на наличие девственности. К счастью для меня старейшины согласились на его условия, так как в вампирском регламенте существовал такой пунктик для добрачного обряда. Сам обряд назначили сразу же перед собранием, то есть на сегодняшнюю ночь, что заставило меня волноваться еще сильней. Не знаю, чтобы я делала, если бы рядом со мной не было Кристилл, ведь с той минуты, как мы пересекли портал, она не отходила от меня, что очень разозлило Сэмюэля, который в ее лице обнаружил еще одно препятствие на пути ко мне. По моему мнению, из-за этого он и выдвинул требования поиметь меня публично, чтобы хотя бы таким образом насолить мне в очередной раз и показать, что он хозяин положения и это я у него на крючке, а не наоборот. Но мне было уже все равно, что со мной будет, поэтому пришлось подчиниться, и как бы страшно и стыдно мне не было, я должна была вытерпеть все его унижения, чтобы хоть немного заставить вампира доверять мне и искупить свою вину перед теми ужасами, что я выпустила в мир.

***

В покои, где слуги готовили меня к обряду «посвящения в невесты Баттори», как я это назвала, вошел отец и сообщил, что старейшины ждут меня. После его слов сердце мое ухнуло, а пульс больно забил в висках. Заметив меня в таком состоянии Кристилл заволновалась и разогнала слуг, пожелав самостоятельно помочь мне с омовением и с одеждой.

– Ты не должна этого делать! Этот Мерзавец совершенно слетел с катушек! – Возмущался отец.

– Пусть так, но я сделаю это, иначе он не успокоится. – Закусила я губы.

– Надо было настоять на том, чтобы ты оставалась в лунном мире…

– Я не буду скрываться, да и поддержка его семьи это последнее на что мы можем рассчитывать, а я не хочу кого-либо подставлять. Прости пап, но я должна собираться.

Отец махнул головой и молча, прибывая в своих невеселых мыслях, вышел за дверь, так и ничего не противопоставив мне, но это даже к лучшему, потому что я, довольно таки устала от этой вечной кутерьмы, где меня поучают сидеть да помалкивать.

– Ты точно все хорошо обдумала? – Начала Кристилл.

– Да! Супруг в лице Сэмюэля Баттори обеспечит нам хорошее прикрытие в грядущей войне и не даст многим вампирам легкомысленно думать о нашей семье. – Сказала я, погружаясь в ванну, наполненную водой, душистыми травами и лепестками роз.

После, Кристилл помогла мне обтереться и одеть выбитую узорами белую сорочку в пол. Затем мы спустились вниз, в тронный зал, где и должна была проходить вся церемония.

Каждый шаг, приближающий меня к чертогу, давался сложнее, чем предыдущий, и мне казалось, что ноги скоро откажут и я рухну, не дойдя до дверей тронного зала. Подруга тоже заметила мою бледность и страх, который дрожью, распространялся по моему ослабшему телу.

– С тобой точно все в порядке? – Беспокоилась луномирка.

– Да, – отмахнулась я, – это всего лишь озноб. – Я указала на свои босые ноги, намекая, что полы в замке холодные, но дело было вовсе не в холодном камне.

Войдя в распахнутые высокие двери зала, мы заметили, что и яблоку негде было упасть: его заполняли существа Царства ночи, прибывшие на совет, которые были не прочь поглазеть на представление перед словесными перипетиями. На помосте, рядом с пустующим троном, перед эльфами, гномами, вампирами и другим сбродом, восседали около пятнадцати седоволосых дряблых стариков и старух, жадно разглядывающих меня и провожающих взглядами своих блеклых, не имеющих радужек, глаз. Среди них была и бабка Сэмюэля, которая отличалась от всех старейшин тем, что на ее коже не было старческих пятен, хотя, могу поспорить, что в последний раз, когда я ее видела, они были на ней.

– Аврора Дракула, – хриплым голосом, громко возвещал старик из древних, – именуемая первой наследницей дома Дракулы, даешь ли ты свое согласие на проведение добрачного ритуала?

Я посмотрела на отца и Кристилл, которые с замиранием сердца ждали моего ответа.

– Да, даю! – Так же громко ответила я.

– Согласна ли ты с условиями его проведения, что выдвинул твой жених? – Спросила старуха Баттори, пытаясь скрыть победную ухмылку на своем морщинистом лице.

– Согласна. – Тихо ответила я, робея от внимательных взглядов, направленных на меня.

Отец печально выдохнул, но в зале были и те, кому мой ответ пришелся по вкусу. Елизавета Баттори и вся их близкая и дальняя родня засветились взглядами их счастливых лиц, а Сэмюэль не смог сдержать победный смех, скалясь во все свои клыки.

– Что ж, тогда выйди сюда для совершения ритуала. – Подозвал меня седовласый старейшина, маня острием своего когтистого кривого пальца.

Я прошла мимо глазеющей толпы и поднялась по порогу на помост, где мне на встречу вышел Сэмюэль. Он подхватил меня на руки, корча из себя джентльмена перед зрителями, и вынес на середину пьедестала, куда слуги установили что-то похожее на алтарь, застеленный белым покрывалом. Отец же, не выдержав того, что на его глазах самодовольный вампир овладеет его дочерью, вышел вон из зала.

С каждой секундой мне становилось не по себе и сердце было готово разорваться от волнения и страха, но я сжимала свои кулаки и мысленно уговаривала себя, что это необходимость.

Сэмуэль уложил меня на алтарь головой к залу, и, возвышаясь надо мной, отстегнул свой плащ, скинув его на пол. Затем он расстегнул застежки на куртке и разорвал нательную рубашку, не обременяя себя возней с ее завязками. После, он расшнуровал штаны и задрал мою сорочку так, чтобы добраться до моего лона, но при этом никто не мог увидеть моей наготы выше ног.

В этот момент мне казалось, что я умру от стыда и горечи, что комом застряла в горле, спирая дыхание и лишая меня всякой надежды на спасение от удушья.

Баттори навалился на меня и развел ноги, сгибая их в коленях, потом потянулся для поцелуя. Он накрыл мои губы своим ртом, но я не могла ответить ему, так как мои губы были скованны страхом. Тогда, чтобы показать всем свою победу и власть надо мной, он языком провел по моим губам, щеке, спустился к шее и впился в нее клыками.

Боль и неприятный холодок пробежались по телу, затем я почувствовала, как он приставил к моей промежности свой затвердевший фалос и резким, грубым движением вошел в меня, одновременно когтем, прорезав мою кожу на внутренней стороне бедра.

Я вскрикнула и выгнулась от боли, а слезы обиды и жалости к себе стали скапливаться в уголках моих глаз, переливаясь, заполнив их до краев. Запах моей крови заполнил собой все пространство, и я, сквозь звон в ушах, услышала, как старейшины с вожделением и наслаждением вдыхают его и стонут при выдохе.

То унижение, бессилие и злость, которое мне пришлось испытать, пока вампир продолжал двигаться во мне порождали мысли: «зачем я все это делаю и зачем насилую себя, позволяя ненавистному мне вампиру касаться моего тела и владеть им?». Я и сама не знала, что на это ответить, пологая, что жизнь расставит все по своим местам, но чувства подсказывали, что я все глубже и глубже погружаюсь в бездну обстоятельств, складывающихся не в мою пользу.

Мои стоны вместе со всхлипами прекратились после того, как Баттори излил в меня свое семя и отстранился, я же, с неприятным скользким ощущением внутри себя, приподнялась и моментально опустила сорочку, пряча ноги. Сэмюэль, зашнуровав свое достоинство в штаны, поднял с пола свой плащ и обернул его вокруг меня, затем, он перекинул меня через плечо как трофей и, сорвав с алтаря покрывало, испачканное моей кровью, гордо продемонстрировал его старейшинам и залу. По залу разошлись бурные овации, возвещавшие о благополучном исходе ритуала, и под эти овации Сэмюэль с ухмылкой победителя унес меня, пунцовую от стыда прочь.

Проносимая вниз головой мимо Кристилл, которая держала моего фамильяра на руках, я заметила, что в ее и феника глазах застыл немой ужас, от чего мои слезы, под их осуждающим взглядом, брызнули на пол.

Зайдя в покои, вампир поставил меня на ноги. Он потянулся, чтобы получить от меня поцелуй, за свою услугу, что подстроил на церемонии так, чтобы все выглядело будто я девственница, но я отвернулась в сторону отводя взгляд, так как посчитала что для меня достаточно его прикосновений. Сэмюэлю этот жест не понравился, и он грубо схватил меня за лицо, что аж его когти впились в мои щеки и подтянул к себе.

– Ты еще не поняла, что принадлежишь мне? Тогда мне придется взяться за твое воспитание, неблагодарная девчонка! – Он силой просунул свой язык мне в рот и засунул его так глубоко как мог, что меня чуть не вырвало.

Вампир с ухмылкой обвел меня взглядом своих холодных змеиных глаз, когда я закашлялась и сказал:

– Сиди смирно в комнате, пока я на собрании, а после, я навещу тебя, и мы повторим обряд. Хех.

Своей рукой он потянулся к моей промежности и потер ее. Я отскочила от него как ошпаренная, прожигая этого негодяя взглядом полным ненависти.

– Ну уж нет! Я имею полное право находиться там.

– Тебе нечего там делать! – Он стал крутиться у зеркала, поправляя выбившиеся локоны из волос и внешний вид. – Когда я приду, и если, ты хорошенько попросишь, то я мог бы рассказать тебе о скучных мужских беседах. – Он, пристегнул плащ себе на плечи и обернулся ко мне. – Хотя, не понимаю, чего твой папаша решил всех созвать, может он хочет объявить себя королем? Тогда все сходится! Наверняка он прикончил остальных претендентов на трон.

– Не неси чепухи, мой отец не такой как ты! – Рыкнула я.

– Тогда ответь мне, куда переселилась королева с наследничками? Я узнавал у слуг, их в замке нет!

«Конечно, узнавал он! Наверняка под гипнозом заставил слуг раскрыть правду, благо отец позаботился и стер память всем тем, кто помогал переносить вещи.

Сэмюэль не стал ждать пока я придумаю правдоподобную легенду, так как на перед знал, что и это будет очередной ложью, поэтому просто подошел, нависая надо мной как утес и сказал:

– Я знаю, что ваше семейство что-то задумало, и поверь, я выясню это, но до этого момента ты будешь сидеть взаперти и ждать меня – своего господина, как и положено послушной жене. Усекла? – Он дернул меня за руку, но, когда я вырвала ее, он, хмыкнув, обвел взором комнату и вышел за дверь, наложив при этом сильное магическое заклинание, блокирующее двери.

Принцы.

Дождавшись, пока Аврора со своей подругой попрощается с тетушкой Марикой и королевой, которая даже не взглянула в сторону племянницы, и покинет пределы лунного мира, юные принцы тайком проследовали обратно сквозь портал, так как не желали оставлять свою сестрицу в опасности. Они были полностью уверенны в себе и в том, что смогут защитить ее в случае чего. Мальчики быстро догадались, что дядя Зак не с проста хочет спрятать их в другом мире, предполагая, что скоро случиться что-то страшное, что навсегда изменит их беззаботную жизнь и они, в своих суждениях были правы, ведь, когда они пробрались на совет старейшин, увидели то, что повергло их в ужас.

Сидя под столиком, задрапированным скатертью со свисающими фалдами, они подглядывали за происходящим обрядом, за тем, как их кузину, противный вампир уложил на алтарь и то что он делал с ней. Мальчики хоть, в силу своего возраста, и не понимали, что именно происходит на их глазах, но услышав стоны Авроры, поняли, что Сэмюэль делает ей больно. Принцы хотели сорваться с места и отметелить обидчика своей кузины, но им этого не дали сделать. Как только дети выскочили из-под укрытия, их тут же схватил начальник охраны и шепотом предупредил:

– Ваши величества, что вы тут делаете? Вас недолжно быть здесь!

– Но Ро нужна помощь… – Пропищал Аркти, вырываясь из крепкой хватки.

– Поверьте мне, как раз сейчас, лучше ей не мешать. – Усмехнулся вампир среднего возраста, поправив свои усы. – Пойдемте отсюда, это зрелище не предназначено для детей.

Мужчина, не обращая внимание на сопротивление принцев, по-тихому увел их из зала и передал в руки Закариусу, который прикрыв ладонью рот, стоял в холле, за дверями зала. Всем своим видом, а именно нахмуренными бровями и хмурым взглядом в некуда, показывал, что был чем-то обеспокоен.

– Князь, – окликнул начальник охраны своего господина, – тут, это! – Вампир указал на мальчишек, подталкивая их вперед. – Шкодники прятались под столиком.

Увидев близнецов дядя Зак округлил глаза от удивления.

– Что вы тут делаете? Вы же должны были быть…. – Он посмотрел на усатого вампира, стоящего на против и продолжил речь, тщательно подбирая слова, пока обладатель густых усов не скрылся за дверями. – … в другом месте.

Мальчики склонили голову, понимая, что они пойманы с поличным, но сдаваться не хотели.

– Почему Авроре никто не пытается помочь? Она же ненавидит этого вампира! – Протестовал Радамир.

Дядя Зак сделал протяжный выдох, прежде чем ответить.

– Понимаете, она сделала этот выбор сама. Это ее долг.

– И вы позволите выйти ей замуж за эту жабу? – С осуждением спросил Арктисис.

Дядя Зак на это ничего не ответил. Он с минуту помолчал, а потом сказал:

– Пойдемте, я вас отведу в кабинет и отправлю в лунный мир к вашей матери.

Мальчики запротестовали и сложив руки на груди, сказали, что никуда не пойдут, пока не поговорят со своей сестрицей. После тщетных попыток уговорить их, дядя сдался и отвел принцев в покои своей дочери.

***

Ожидание было не так уж долгим. Услышав тяжелые шаги за дверью, которые по звуку никак не походили на частые шаги их сестры, близнецы спрятались за громоздким креслом около камина, и не зря, так как им посчастливилось стать свидетелями неприятной картины, которая предстала перед ними, и которая раскрывала истинное лицо ненавистного им вампира. Мальчики наблюдали за действом как загипнотизированные, желая понять суть разговора и не вмешиваясь в него. Когда же Сэмюэль Баттори покинул покои, дети вышли к сестре и обняли ее.

– Ро, почему ты его терпишь? – Спросили они у кузины, которая совершенно не ожидала кого-либо увидеть в своей комнате.

– Эй, вы почему здесь? – Ответила она вопросом на вопрос.

– Мы не хотели тебя бросать. – В один голос заявили братишки.

Аврора с грустным умилением посмотрела на близнецов и склонившись над ними, поцеловала в их каштановые макушки. Она была расстроена, но не подавала виду, хотя раскрасневшиеся глаза ее выдавали.

– Ох вы ж, мои маленькие!

– Мы не маленькие и сможем тебя защитить ото всех! – Горделиво заявил Аркти.

– Я в этом нисколько не сомневаюсь, – улыбнулась она, прижав их к себе еще сильнее.

Аврора торопилась проскользнуть на собрание, поэтому не стала обременять себя долгими разговорами и, смыв с себя ненавистные прикосновения и липкие взгляды ночных существ, прихватила близнецов, которые категорически отказывались сидеть в покоях. Она сняла блокировку и, тайным ходом провела их в зал, попросив не высовываться, а сама, сквозь шумную толпу, прошла в перед.

***

Мальчики с Авророй пропустили вступительную часть Закариуса Дракулы на совещании и попали уже в тот момент, когда возмущения и негодования всполошили битком набитый зал.

«Война!» – вскрикивали одни, «это конец!» – выпаливали другие. Все были недовольны и расстроены, и шум от существ не собирался утихать.

– Нам нужно дать бой! – Со всей ответственностью, восклицал сереброволосый вампир, расхаживающий по помосту.

– Да ты с ума сошел! – Заявил самый дряблый из старейшин, походивший на высушенную мумию. – Как можем мы выступать против самого Властелина тьмы и против его легиона?

«Мы все обречены!» – поддерживали его братья и сестры по статусу.

– Идти против своего творца – это настоящее самоубийство? Даже если со всей Земли собрать силы, мы все равно не продержимся и часа, тем более, что после последней войны, устроенной вашим родственником, князь, ночных существ осталось не так уж много. – Вторила им и Елизавета Баттори, насмехаясь над безрассудным мужеством Дракулы.

– Но мы еще даже не попробовали…

Усмешки, прогремевшие по чертогу, заглушили голос дяди, которого уже никто и не пытался слушать.

– Нам только остается либо повиноваться ему, либо прятаться, но и это невозможно. – с рассуждающим видом прохрипел самый древний, усеянный пигментными пятнами.

Увидев реакцию ночного народа, в страхе дрожащего перед именем «Люцифер», Закариус сдался. Он предложил всем трусам укрыться от надвигающегося апокалипсиса в убежище, предоставленным королем Тароном Эренейским в лунном мире, а сам изъявил желание стоять против врага насмерть, чем вновь вызвал волну насмешек. Аврора поспешила на защиту своему отцу, Она запрыгнула на тронный подиум и встала перед своим отцом. У Сэмюэля при виде своей невесты глаза чуть не вылезли на лоб.

Девушка, засучив рукава и откинув белоснежную косу назад, заговорила с онемевшим от удивления ночным народцем.

– Не уже ли вы все думаете, что, установив новый порядок в мире, дьявол оставит вас в живых? – Она пробежалась по толпе строгим взглядом полным осуждения. – Зачем ему еще легион слуг к уже имеющемуся, который не знает голода и отдыха в отличии от вас всех? Вы думаете, что, упав перед ним на колени он вас пожалеет? О как же вы ошибаетесь! Это существо не знает ни жалости, ни угрызений совести…

– Как ты выбралась? Я же приказал тебе не вмешиваться и тихо сидеть! – Возмутился Сэмюэль, он взбежал по порогу к трону, где стояла Аврора и схватил ее за руку.

– Это касается и меня тоже! Я не собираюсь отсиживаться в стороне, а выступлю в войне вместе с отцом!

– Хах! В армии, состоящей всего лишь из двух вампиров? Что ж, удачи! – Насмешливо огрызнулся Баттори, заводя толпу на вторую волну гогота. – Не смеши народ! Я тебе этого не позволю, а вот мой тесть может действовать как ему угодно.

– Какой же ты трус! – Заявила молодая вампирша с презрением и вырвала свою руку.

Не выдержав публичного оскорбления, Сэмюэль залепил пощечину своей невесте и схватив ее за волосы, нагнулся и сказал:

– Мое семя в тебе и твое согласие, дает мне полное право поступать с тобой как угодно…

В этот момент между ними возник Закариус Дракула, который рыча и сверкая красными глазами, скинул наглого юнца с пьедестала.

– Никто не смеет обращаться так с моей дочерью!

Сэмюэль брякнулся в толпу, успевшую разойтись с места его приземления. Молодой вампир, стер кровь с губ, которую он прикусил при падении и поднялся на ноги, полный решимости продолжить борьбу с будущим тестем. Тут на него налетели два злобных мелкорослика, желавших своими маленькими кулачками защитить честь своей дорогой кузины. Принцы беспощадно кусали и избивали обидчика, но темноволосый вампир раскидал от себя детей, словно те были назойливые мухи и уже кинулся на тестя.

По замку загрохотал гул грома, который сотряс его каменные стены, а земля вокруг завибрировала волнами. Витые канделябры со свечами зашатались над головами, и с потолка на присутствующих закапали капли теплого воска. Створки окон отворились от порыва сильного ветра, врываясь который, ударил их с силой о стены, разбивая все витражные стекла. Разноцветные острые осколки, росой посыпались на пол под ноги удивленной и напуганной толпе.

Все тут же позабыли о той драме, что разворачивалась мгновение назад, даже наследник Баттори и Дракула оторвались друг от друга и опустили свои кулаки. С удивлением и дрожью, присутствующие наблюдали за тем, что стало творится вокруг, а творилось невообразимое: все двери и ставни сквозняком то открывались, то с сильным ударом захлопывались. Посуда и хрупкие предметы интерьера задребезжала и слетев со своих мест, разбилась в дребезги. У всех сложилось такое впечатление, что по замку разбушевался очень рассерженный полтергейст.

Вскоре ветер и гул, с последующими за ними стонами стен и деревьев стихли, и толпа подняла округленные глаза на новую высокую фигуру, что неспешным горделивым шагом вошла в двери зала. Это был высокий красивый мужчина средних лет и красными глазами, очерченными золотистой радужкой и роскошной насмешливой улыбкой. Он неспешно, давая всем разглядеть себя, прошел в зал, таская за собой длинную мантию пурпурного цвета. Следом за ним шли мускулистые прямоходящие существа со звериными головами и оружием, озиравшиеся по сторонам. Замыкали строй разношерстного шествия низкорослые уродцы, которые хихикали как гиены и клацали острыми зубами, взирая на бледных от страха гостей.

Когда до присутствующих дошло что мужчина посетивший их собрание – тот самый «герой дня», поднялась суматоха. Гости, стоящие у края толпы попытались покинуть замок, но тут же были сражены на повал демонами – телохранителями.

Народ Царства ночи понял, что им некуда деться от повелителя ада и они смиренно прекратили свои тщетные попытки побега и просто молча взирали на него, боясь заглянуть в его дьявольские глаза, горящие адским пламенем.

– Да у вас прямо тут вечеринка! По какому случаю? Надеюсь в мою честь! – Искрясь сарказмом, говорил Люцифер и его голос отдавался эхом.

Толпа прибывала в неподвижном состоянии, словно существа были сделаны из камня. Могильная тишина и холод опустились на замок.

– Пару недель назад, я отправил за тобой своих демонов, – владыка ада обратился к Авроре, – и очень удивился тому, что они не вернулись. Вот пришел узнать, что с ними случилось?

Ее отец выступил вперед, своим телом заслоняя дочь от опасности.

– Не нужно делать вид, что вас интересует их исчезновение, Люциус, или может Люцифер? Настоящая причина, по которой вы здесь, другая! – Девушка с решимостью и ненавистью говорила с дьяволом из-за плеча отца, и ее голос не дрожал.

Дьявол ухмыльнулся смелостью вампирши.

– Ну, что ты, красавица, и сразу с обвинениями… Я уже понял по какой причине мои слуги не вернулись, да только вот, видимо, недооценил тебя. Теперь мой к тебе интерес еще больше возрос.

– За чем ты подсылал демонов ко мне? Ты получил что хотел оставь меня в покое! – Вспрыснула девушка.

– Они должны были передать тебе мое послание, но раз уж я здесь, то сам его тебе сообщу…

Все с интересом стали наблюдать за происходящим, ведь им было любопытно узнать, что связывает дьявола с юной вампиршей, особенно, сгорал от этого чувства Сэмюэль Баттори, на лице которого так и застыл вопрос «невеста, соизволь объясниться».

… – Я желаю разделить свою власть над миром с тобой. – Говорил Люцифер не спеша поднимался по порогу наверх.

– С чего такая щедрость? – Аврора заподозрила неладное.

– Все очень просто, мне нужна женщина равная по силе, которая будет вместе со мной править и рожать моих детей. Никто не подходит на эту роль лучше, чем ты.

У всех существ ночи, стоящих в зале челюсти отвисли до пола, особенно надо было видеть лицо Сэмюэля Баттори, который пыжился как индюк.

– Ни за что на свете! – Брезгливо, почти пренебрежительно, заявила девушка.

– Нет, не торопись с ответом! – Улыбался он, жестикулируя руками. – Как порядочный жених, я дам тебе время для раздумий, но знай, каждая ночь промедления будет стоить тебе чьей-то жизни.

– Ты такой же низкий и подлый, как твой сын. Действуешь у него за спиной… – Высказывалась Аврора.

Владыка ада подошел к вампирше и ментальным блоком сковал препятствие в лице ее отца, который всем своим видом показывал, что готов защищать дочь ценой своей жизни. Затем, он подошел вплотную и прошептал ей на ухо:

– Кто из нас действует за спиной, так это ты. Совсем недавно стонала под моим сыном, а вот сейчас от тебя разит другим мужчиной. – Его слова отдавались змеиным шепотом по залу.

Аврора залилась пунцовой краской, а глаза ее забегали, кажется в этот момент она дрогнула под натиском Люцифера, потеряв самообладание.

Принцы, плохо понимающие, что творится вокруг, мысленно удивлялись наглости этого красивого мужчины, который, похоже, был не лучше ее жениха Баттори.

– Хелл предал меня! – Взволнованно выкрикнула молодая вампирша.

– Муа-ха-ха! – Закатился смехом собеседник, хватаясь за живот. – А ты его. Теперь вы квиты, и поскольку, долга на тебе нет ты можешь стать моей.

– Нет! Я не могу этого сделать, потому что уже обручена и дала свое слово. – Умаляющим взглядом, говорила она, но этим жалость у нового властелина не вызвала.

– Слова, слова. Все почему-то придают словам серьезное значение, но это всего лишь сочетания звуков. Аврора, – люцифер провел по ее губам своим пальцем, – я не приемлю отказов, ведь всегда получаю то, что хочу, и получить тебя – это всего лишь вопрос времени.

Дьявол говорил спокойно, глядя ей прямо в глаза, словно питон, гипнотизирующий свою жертву. Он махнул рукой своим демонам и еще небольшая часть из присутствующих, умерщвлённые, истекая кровью, повалились на пол.

– Нет! – В ужасе, выкрикнула Аврора и в следующий момент, она сжала кулаки и засияла кроваво-красными глазами.

Из ее рук вырвались молнии в сопровождении ветреной бури. Вокруг девушки образовался сильнейший вихрь, который растрепал ее косы и порывом ветра скинул дьявола с пьедестала. Затем она собрала всю энергию из воздуха и выстрелила молниями в своего врага. Тот, после сильнейшего удара поднялся на ноги и ударил огненными раскатами по Авроре, жар от которого попал на ночных существ. К счастью Аврора вовремя отскочила и повалила, пребывающего в оцепенении отца на пол, который был на пути у огня. В зале поднялась полная неразбериха: верзилы из демонов рубили всех, кто попадался под руки, а мелкие запрыгивали и кусали тех, кто пытался сбежать. Принцы в суматохе, попытались пробраться к сестре и дяде, но это сделать было очень сложно, так как в поднявшейся панике, мальчиков чуть не раздавили. Бедным вампирятам приходилось уворачиваться от копыт и ног, беспорядочно топающих по полу. Когда мальчики смогли подобраться к помосту, то Радамира ухватил за ногу зубастый бородавчатый бес. Его клыки и когти больно впились ребенку в икры, и мальчик взвыл. Аркти, поняв в чем дело, на прыгнул на обидчика своего близнеца с кулаками и стал мутузить уродца. Бес, похожий на клыкастую жабу оттолкнул избивающего его ребенка, и упавший Арктисис приземлился спиной на большой осколок острого стекла. Кровь так и хлынула из-под ливреи, что была на мальчике, но он мужественно сцепил свои немного отросшие клыки и, невзирая на боль вытянул стекло. Регенерация прошла быстро и успешно, и уже восстановившийся в силах принц, сжимая осколок в руке кинулся на беса. Аркти, глядя на то, как трепыхается в тщетных попытках вырваться его брат, подбежал и полоснул уродца со всей силы. Все когтистые пальцы беса посыпались на пол и Радамир стал свободен. Маленький уродец визжал и причитал, кружась на одном месте и заливал пол черной жижей, брызжущей из ран.

– Его надо убить! – Воинственно крикнул Аркти и прощупав мертвеца, лежащего рядом, вытянул из ножен эльфийский меч, который был выкован из очень прочной, но легкой эльфийской стали, с которым мог справиться даже ребенок. Этим оружием он без колебания замахнулся на рыдающего и скачущего на одной ноге беса и пронзил его. Уродец замертво брякнулся на землю и превратился в бесформенную массу, а затем постепенно растаял, оставив после себя небольшое серо-зеленое пятно на полу, пахнущее серой. – Возьми меч и убивай всех демонов! – Крикнул герой близнецу и кинул ему оружие, а сам себе достал новое, теперь уже у другого мертвого эльфа. – Сон! Мы должны помочь Ро.

Радамир подчинился своему брату, он крепче сжал меч и стал бить на отмаш, раня и калеча других бесов, желавших перекусить вампиренышами.

Аврора мысленно жалела о том, что с ней не было Архад, так как противостоять властелину ада было очень сложно из-за того, что мощные удары заклинаний требовали колоссальных затрат энергии, причем они не наносили сильного вреда дьяволу, а лишь оставляли ссадины и ушибы на его мужественном красивом лице.

Вот последний заряд, изможденная девушка выпустила в Люцифера и попала ему в голову, тем самым снесла часть кожи на лбу вместе со скальпом. Это очень разозлило предводителя демонов и он, разбрасывая и убивая всех тех, кто становился у него на пути, прямиком пошел на девушку. Аврора в свою очередь не стала ждать и, исчерпав все свои магические силы, прибегла к мечу.

Бой выдался жарким. Девушка дралась словно львица, выжимая себя до последней капли, но и этого было недостаточно, чтобы убить темного властелина. Дьявол мгновенно исчезал перед ней и так же неожиданно появлялся позади и ранил ее. Исчерпав последние крохи силы и энергии, раненая Аврора не смогла устоять и упала на колени перед Люцифером.

– Признай во мне своего господина и будь моей женой. Рожай мне детей, что заселят новую землю, где мы будем вечно править. – Его слова сыпались бархатом.

– Ни за что! – Задыхаясь от переутомления, произнесла вампирша, опираясь на свой меч.

Из глаз дьявола посыпались искры от злобы на упрямую девчонку. Он, отрастив себе новую шевелюру, подошел к ней и, схватив ее за волосы, поднял.

Принцы, видевшие все это, помчались на выручку своей сестрице и очень были удивлены тому, что, обнаружили ее названного жениха Баттори прячущегося под порогом подиума, вместо того, чтобы прийти своей возлюбленной на помощь. Даже подруга их сестры, с виду слабая девушка, и то, вступила в бой с жителями ада, чтобы не дать подругу в обиду. Лисенок Ро, тоже принимал участие в битве, разя демонов своим призрачным свето, но что касалось отваги, видимо было не для наследника великой династии. Мальчиком хотелось высмеять этого трусливого подонка, что прятался от демонов и дрожал, как плешивый пес в зимнюю погоду, но кузина была на первом месте и, оставив на потом уличения вампира, без раздумий, бросились с мечами на дьявола.

– Вижу тебя не переубедить, что ж стоит попробовать… – Сказал Люцифер, дыша огнем Авроре в лицо.

Не успел он договорить свои угрозы, как со спины на него накинулись два вооруженных ребенка.

– Ах вы ж, мелкие… – Прорычал он, скидывая с себя мальчиков.

Люцифер метнул в них адовым пламенем, и черные клубы огня снарядом сбили мальчиков с ног.

– Не-е-ет! – По залу пронесся оглушительный вскрик Авроры, который заставил последние осколки хрусталя и стекол на окнах рассыпаться мелкой бриллиантовой крошкой.

Бой прекратился. Все с любопытством взирали на происходящее, но кто-то под общее затишье пытался смыться с бойни по-тихому.

Аврора же, спотыкаясь и падая о усталости поползла к мальчикам и упала на их обездвиженные тела.

– Нет! Нет! Нет! – Кричала она, сотрясаемая от рыдания.

На Аркти пришелся весь удар и отлетая, он собой заслонил своего младшего брата-близнеца, которому досталось чуть меньше. Мощный заряд энергии пришелся на лицо Аркти и лишил его обоих глаз, немного повредив и кожу вокруг. Мальчики были живы, но в сознания не приходили, как бы сестра не старалась привести их в чувство. Весь мир Авроры рухнул в мгновение, и она поняла, что это чудовище, которое сейчас стояло перед ней, не идет ни в какое сравнение с Сэмюэлем или Хеллдригором, и что дьявол в действительности получает то, что хочет.

– Дети мои, я прощаю вам эту безрассудную выходку, – обратился Люцифер к кучке ночных существ, – преклоните передо мной свои колени и назовите меня единственным вашим хозяином и Богом. Служите мне, поклоняйтесь мне, и я сохраню ваши жизни!

Никто из присутствующих не посмел выступить против или огрызнулся, все молчаливыми истуканами, выйдя из своих укрытий, стали падать на колени перед Люцифером. Даже те, кто медлил с решением, глядя на вооруженных и беспощадных демонов, повиновались страху, и вскоре в зале, не осталось ни одного стоящего прямо. Все склонили свои головы перед названным правителем и даже Баттори, вылез из своего укрытия, так как его заметил демон.

– Вот видишь! – Усмехнулся дьявол. – Только я достоин тебя и всего мира. Приди ко мне и будешь моей госпожой. О, я совсем забыл, ведь ты помолвлена, ну что ж, это тоже не проблема. – Он махнул в сторону Сэмюэля и его тут же подхватили под руки два рогатых мускулистых демона, которые, не замечая сопротивлений вампирского наследника, притянули его прямо к своему хозяину и небрежно бросили на пол.

– Так это тот червяк, что оставил на тебе свой запах. Хм! Ты совсем не ценишь себя, красавица! – Хмыкнул он, брезгливо разглядывая, скулящего вампира, который слезно просил его о помиловании.

Аврора ничего не отвечала, она только рыдала, обнимая двух маленьких вампирят. Властелин ада резким движением вырвал сердце своей жертвы и кинул его на землю, на растерзание своим кровожадным бесам, которые тут же накинулись на него и сожрали, разорвав на куски. Дождавшись, когда тело вампира, лишенное сердце испепелится, дьявол подошел к девушке и вымазанной в кровь рукой ухватил, ее сопротивляющуюся руку, затем, он прикоснулся к ее ладони своей грязной, не позволяя Авроре выдернуть ее.

– Как только ты решишь дать согласие, эта метка приведет тебя ко мне. – Сказал он и выжег черное пятно на испачканной ладони девушки. – Но помни, твое молчанье будет дорого стоить…

Дьявол исчез в пламени портала, как и все его злобные приспешники, оставляя после себя, только серные пятна на полу и гору трупов.

Черная Роза.

Как только зал опустел от незваных гостей с отца сошло оцепенение, но мальчики все еще не приходили в себя и это мне безжалостно разрывало сердце.

Оставшиеся в живых из присутствующих, кто не хотел признавать власть Темного лорда, слезно просили отца переправить их и их собратьев в лунный мир, где они будут в безопасности от тирании, гномы не захотели покидать свои подземные уделы, поэтому решили еще глубже уйти в недра земли. Некоторые вампирские семьи брезгливо сплюнули под ноги моему отцу и выявили желание пойти в услужение своему творцу, аргументируя это тем, что им нет никакого смысла скрываться и пришла пора выйти из тени. Особенно негодовала старуха Баттори по поводу того, что из-за меня ее любимый внук мертв. Она предъявляла права на своего правнука, несущего гены ее семьи, если тот, конечно, появится на свет. Почему-то она была уверенна в том, что я понесу от Сэмюэля и намекнула отцу, что обряд был не единственным событием, от которого я могла забеременеть, словно была в курсе всех моих с Сэмюэлем взаимоотношений.

Единственными, кто пожелал поддержать моего отца в войне против адского легиона, были оборотни, те, на кого и не подумаешь, ведь они всегда держались в дали от вампиров, не желая признавать наше превосходство. Оборотни обещали выступить с нами вместе, но за свою услугу просили скрыть их семьи в другом мире.

Следующие пару дней и ночей отец переправлял бесконечно прибывающих эльфов, вампиров и оборотней в лунный мир на попечение короля Тарона, а я не отходила от своих кузенов, периодически, отрываясь на медитирование, чтобы восстановить свою магическую ману. Отец решил дождаться пробуждения мальчишек, перед тем как отправить их матери, ведь она и так ненавидит меня, а если, в добавок ко всему, увидит их в таком состоянии, то разорвет меня в клочья. Этот исход меня никак не волновал, а возможно даже обнадеживал, ведь так было бы проще: не было бы ни волнений, ни беспокойств, и меня – причины всех бед, тоже просто не стало бы.

***

Лежа на кровати и обнимая своих любимых, но глупых оболтусов, я не сводила с них глаз и задавалась вопросами: «зачем они только решили мне помочь?». Их «помощь» дорого обошлась им: полным энергетическим бессилием, но больше мои переживания касались Аркти, так как раны на его глазах упрямо не желали регенерировать, и я боялась, что это может обернуться слепотой для вампиреныша. Мой фамильяр пригрелся клубком с другой стороны, возле Радамира и каждый раз, как я всхлипывала, Феня поднимал свою мордочку и грустными глазами смотрел на меня.

На против кровати, сидя в кресле дремала Кристилл, опустившая голову на подлокотник, а на ее коленках удобно расположился эбинур. Из ее рта медленно тянулась струйка слюны, стекающая прямо на обшивку кресла. Она тихо посапывала иногда, почесывая и меняя положения во сне. Подруге здорово досталось в резне, но она стойко держалась и не жаловалась на свои раны и ушибы, за что я ей была очень благодарна.

Прокручивая в памяти события двух дневной давности, я внезапно осознала, что Сэмюэль Баттори по-настоящему мертв и, что все мои жертвы и жертвы моих близких были напрасными. От этого давящего и неприятного чувства я сделала резкий вдох и опять слезы выступили сами собой. Фенька в очередной раз поднял на меня свои темные блестящие глаза и утешающе заскулил.

– О, как я поспешила! – Захныкала тихо я, боясь разбудить Кристилл.

«Ты ни в чем не виновата…» – послышался бабушкин голос у меня в голове.

Феник аккуратно переступая через мальчиков, потянулся ко мне своей мордочкой и своим шершавым языком слезал мои слезы.

– Эм-м-м! – Застонал детский родной голосок, который уколом отдался в моем сердце.

Радамир поежился и еле приоткрыл глаза. Феник подскочил от радости и принялся уже вылизывать его личико.

– Эй, ну хватит! Перестань! – Продстонал он, отпихивая Феню и уже шире открыл глаза. Затем выражение его сонного лица изменилось на такое, словно он что-то вспомнил, что заставило принца подскочить. – Аркти!

– Тш-ш! – Прошептала я, быстро скрыв слезы и удержав палец у губ. – Он еще не очнулся.

– Он обязательно очнется, – успокоил меня братишка, – мы с ним во сне разговаривали. – Братишка погрустнел. – Он никогда не сможет видеть…

Мой фамильяр, услышавший приговор зализал раны на глазах Аркти и уткнулся своей ушастой мордочкой в шею Аркти, а я чуть было не взвыла белугой, осознавая свою причастность к его инвалидности.

Рука Кристилл сползла с подлокотника и упала вниз, что вызвало резкое пробуждение иномирки. Маленький Воришка тоже подпрыгнул от испуга.

– М-м-м. – Кристилл потерла сонные опухшие глаза, а затем, застенчиво вытерла дорожку слюны на подбородке и удивленно спросила. – О, вы уже не спите?

Скрипнула дверь и в покои вошел мой отец. Он сообщил о том, что пока не поздно, нужно уходить в подполье. Я как всегда поспорила и сказала, что не сбегу от ответственности и пока не убью дьявола и с места не сдвинусь. Я прекрасно понимала страх отца за меня-свою единственную дочь, но собственная смерть не так уж и страшила меня после всех этих событий, приключившихся со мной, как смерть невинных людей и существ, страдающих по моей вине.

Если бы не отец, который настоял на то, чтобы я передохнула и восстановила силы, то я уже бы сражалась с демонами. Бабуля тоже была на его стороне, и твердила, что мне следует восполнить энергию, но вот я знала, что день моего промедления мог стоить кому-то жизни, поэтому планировала наперед, как только почувствую себя лучше, сразу сорвусь с якоря. Спасибо подруге, ведь она, прекрасно понимая, что со мной творится, не стала задавать лишних вопросов или лезть со своими нравоучениями. Она тяжело вздыхала и задумчиво водила глазами по потолку, и как бы намекая, говорила про то, что, имея Архады под рукой, я быстрее бы восстановила силы и смогла бы совладать с Люцифером. Ее намеки навели меня на определенные мысли…

Пару часов спустя, после пробуждения Радамира, в себя стал приходить Арктисис. Я кинулась ослепшему братишке на грудь и слезно просила прощения, зная, что ничем не смогу его заслужить, но вот Аркти совершенно не винил меня, он наоборот стойко и с оптимизмом смотрел в будущее и успокаивал меня, говоря о том, что хоть у него и нет теперь зрения, все же есть такая замечательная поддержка как я и Радамир, и ему этого было достаточно, просто знать, что мы рядом.

Позже, отец все же переправил близнецов в лунный мир. Вернувшись оттуда, он рассказал, как стойко мальчики отвоевывали меня перед своей матерью, что не могло не тронуть мое покалеченное сердце.

***

– Ну что? Чем теперь займемся? – Спросила Кристилл, кидая фенику очередную вкуснятину. – Может заберем Архады у Хелла?

От одного его имени я поежилась от холода, пробежавшего по моей спине.

– Нет! Мне надо отправиться к Люциусу, то есть Люциферу и убить его! – Сказала я, продолжая точить свой меч.

– Подруга, ты совсем из ума выжила? Тебе не справиться с тем дядькой! Как только ты окажешься возле него, он тут же угрозами заставит тебя быть с ним, а зная твою жалостливую натуру, это сделать будет не сложно.

– И что ты предлагаешь? Спуститься в ад и попросить у Хелла Архады? Думаешь он так легко отдаст их? – Язвительно спросила я, прервав свое занятие.

Кристилл замялась, но недолго думая, ответила:

– Я конечно не знаю, что между вами произошло, после вашего исчезновения, но я точно знаю, что он искренне любит тебя.

Ее слова снова полоснули меня больно по сердцу.

– Ага! И это говорит мне тот, кто не смог разглядеть истинных намерений своего возлюбленного! – Корила я девушку, и кажется по ее плачевному выражению лица, сильно этим обидела. Мне стало очень совестно перед подругой, и я извинилась. – Прости, Крис, я не хотела обидеть тебя…

– Я знаю. – Выдохнула она, прежде, чем посмотреть на меня. – Я была слепа от своей любви, поэтому не желала обращать внимания на очевидные вещи, на то, как он, целуя меня, отводил глаза, выискивая новую жертву, или то, как он, удовлетворившись, тут же сбегал, находя тысячи причин для этого. А ваши отношения я наблюдала со стороны и точно уверенна, что и ты и Хелл безумно любите друг друга. Чтобы это понять достаточно было заметить, с какой нежностью и заботой он смотрел на тебя. Вспомни, сколько раз он спасал тебя и как ревновал к другим…

– Да, но все равно он предал меня! – Напомнила я ей.

– Я думаю на это была у него весомая причина, или может он не объяснился с тобой, потому что боялся потерять! Как бы там не было, но я полностью уверенна, что вам нужно встретиться и обсудить это.

– Нет! Этого никогда не будет! – Отрезала я. – Даже если он и скажет, что это была ошибка… уже ничего не вернуть.

Кристилл покачала головой:

– Но ты ведь тоже ошиблась, связавшись с тем вампиром!

Ее слова были прямыми и колкими, словно иголки, которые отдавались в голове упреком: «ты же знаешь, что это правда?», и конечно я об этом знала и, уже устала придумывать себе оправдания, чтобы скрыть всю безрассудность своих действий, но на тот момент, мне казалось, что это единственное верное решение, но вот теперь, когда мои планы рухнули, как карточный домик, я стала корить себя за поспешность действий.

– Я предлагаю тебе просто поговорить с ним и возможно, он отдаст тебе Архады. – С улыбкой и оптимизмом высказалась Кристилл, заметив, что я мешкаюсь. – Но если он их не отдаст, то Бурзи нам поможет выкрасть их! Делов-то! – Заключила подруга и выставила ладонь вверх для хлопка, так, как мы делали после удачно сданного экзамена.

Я усмехнулась ее, по-идиотски смешному выражению лица и хлопнула по ее ладони.

– Хорошо! – Согласилась я. – Тогда не будем терять ни минуты.

***

После нескольких неудачных попыток, из-за отсутствия моей магии, призвать портал, нам пришлось прибегнуть к книгам из библиотеки, где удалось раскопать нужный ритуал. Его проводила Кристилл, которая смогла в битве сохранить немного своих сил. Она начертила круг, полила его воском, и так же с помощью свечи нарисовала пентакль с иероглифами, затем прочла заклинание. Как только круг вспыхнул черным пламенем, мы вошли в него и обе очутились в темном мрачном коридоре подземелий ада.

– Что дальше? – Поинтересовалась рыжеволосая луномирка.

Подруга сделала файерболл и повесила его в воздухе над нашими головами так, чтобы огненный шар освещал нам дорогу и не спалил наши шевелюры. После часу наших блужданий по коридорам мы все же смогли обнаружить разрушенный тронный зал, где было пусто и жутко.

Глядя на весь этот беспорядок, заваленного породой и каменными глыбами, некогда сияющего роскошью и блеском чертога, сердце мое забеспокоилось, а в голову закрались вопросы: «быть может случилось что-то страшное? Все ли в порядке с Хеллом? Жив ли он?». По мере углубления в помещения страх нарастал в душе, а тело стало трясти от озноба, я почувствовала себя нехорошо.

– Слышишь? – Спросила Кристилл, прислушиваясь к чему-то.

– Нет, ничего! – Еле промямлила я подруге, чувствуя, как звон в ушах нарастает.

– Ох, еще и вампирам называешься! – Укорила меня она, подкатывая глаза вверх и цыкая языком. – Там какой-то звук! – Девушка, сорвалась с места и стала пробираться по щебню, предположительно в сторону покоев Хеллдригора.

Я поплелась за ней, чувствуя, как силы, из-за сильного волнения, страха и аритмии сердца, покидают меня.

– Стой! Я больше не могу! – Застонала я.

– Ох, горюшко мае! – Запричитала подружка, но вернулась ко мне и поддерживая меня за талию, повела к коридору из которого стали доноситься слабые, еле слышные звуки.

– Ты прямо, как моя мама – такая же зануда. – Пролепетала я, с благодарностью принимая ее услугу.

Подруга хихикнула и сарказмом сказала, что-то вроде: «запомни, кто тягает твою вампирскую… Заметь! … нелегкую задницу на себе. Да ты теперь со мной во век не расплатишься!», – погрозила она пальцем.

Преодолев заваленный проход, мы попали в холл, где мелодичные звуки стали слышны. Сердце екнуло и больно сжалось, а глаза стали слезиться. Это был голос Хелла, сломавшего меня и предавшего.

Я набралась мужества и перед входом в его покои, стиснув кулаки, выпрямилась, чтобы не дать ему повода думать, что мне без него плохо.

Первое что мы почувствовали с Кристилл, когда отворили двери, это бьющий по обонянию перегар и стойкий запах алкоголя. Хелл, в полубессознательном состоянии, раскинув ноги сидел на полу, у кровати, подпирая спиной свое ложе, с початой бутылкой в руках, а вокруг него было целое кладбище из различных бутылок. Парень выглядел ужасно, если не сказать «отвратительно», казалось, постарел минимум лет так на сто: его лицо обрамляла густая, торчащая в разные стороны борода, под его глазами залегли мешки, да и кожа посерела. У меня сложилось такое впечатление, что он все эти месяцы просидел в темноте и заливаясь крепкой выпивкой вместо еды, так как он к тому же заметно похудел. Видеть его таким было очень жалко, но я не должна была поддаваться этому чувству, чтобы снова не попасться на его ложь.

Хелл сидел с закрытыми глазами и пел несвязную песню, прерывая свое выступление на то чтобы сделать очередной глоток, от которого захлебывался.

Кристилл поднесла файерболл, чтобы лучше разглядеть пропойцу и чуть не вздрогнула.

– Ну и видок! А запашок и того хуже! – Отшатнулась она, зажимая нос.

Хеллдригор сразу прятался от яркого света, к которому, еще не отвыкшее от тьмы зрение, не пришло в норму, но потом в пьяном угаре, кажется заметил Кристилл.

– О! Ры-жая! – Прожевал он слова, делая идиотское лицо удивленного алкоголика. – Кажет-ся я уже допил-ся до гал-люци-наций. А где же твоя сногшиб-ательная подруж-ка?

Затем он затянул невнятную песню своим охрипшим от попойки голосом, прервав ее, чтобы сделать глоток.

– Да вон она, смотрит на тебя дурака проспиртованного! – Как бы невзначай сказала она, брезгливо отмахивая от себя неприятный запах.

Услышав это, Хелл поперхнулся и Крестилл пришлось залепить ему ладонью пару раз по спине, дабы эта идиотина, взял себя в руки. Откашлявшись, он стал вглядываться во тьму и увидев меня, даже как-то встрепенулся, но потом расплылся в хмельной улыбке.

– А, я все понял… Роза-чка, ты опять мне сниш-ся.

Он с трудом поднял свою руку, как бы желая прикоснуться ко мне, но она тут же упала и, ухватив горлышко бутылки, потянула его ко рту.

– Да хватит тебе уже! Завязывай! – Прорычала Крис и выдернула бутылку из его рук. – Да не причудилось тебе, она настоящая.

– Цвет-очек! – Он, не веря своим глазам, попытался встать, но у него ничего не получилось, и единственное, что он смог сделать, это сплюнуть на ладонь и ею же, пригладить свои торчащие на макушке волосы.

Стоя вот так перед Хеллом я не могла произнести и слова, так как увидев его в таком состоянии после стольких месяцев разлуки, мое сердце разрывалось на части. Больше я не могла стоять на ногах, так как потрясение слишком сказалось на моем ослабшем организме, и я просто поплыла в небытие.

Хеллдригор.

– Вот два идиота! – Грозилась рыжая, хлеща меня по щекам. – Я что вам в няньки нанималась? Одна валяется как труп, другой вообще от пьянства кукушкой поехал! А мне теперь, что, тягать вас, как бревна на своем горбу? Нет уж, давай уже приходи в себя и сам таскай свою принцессу.

– Ау! За чем ты так жестоко? Больно же! – Возмущался я, попадаясь мордой под ее хлесткие шлепки.

– А ты сам виноват, нализался как аборг грога. – Ругала меня подруга. – Хватит валяться, вставай и приведи себя в порядок, пока Розка, то есть Аврора, не проснулась. Ты же не хочешь предстать пред ней в таком виде? Если бы передо мной в таком виде извинялись, то я бы в жизни не простила.

Луномирянка была права, я действительно расклеился и уже потерял всякую надежду увидеть любимую. По-детски, конечно, но решение пить алкоголь, чтобы притупить душевную боль было необдуманным и поспешным.

– Так ты в курсе уже, что между нами произошло? – Обратился я к ней, неуклюже поднимаясь с пола.

– Поверхностно! – Повертела она растопыренной ладонью. – Только то, что ты, идиот, использовал ее силы для плохого дела.

– Зачем ты тогда стоишь над моей душой, это бесполезно, ведь она не простит меня?

Кристилл залепила пощечину со всей дури, чтобы привести меня в чувства.

– Ты просто беспробудный идиот! Совсем уже все мозги пропил? Роза любит тебя всем сердцем, только ей больно из-за того, что ты нехорошо поступил с ней, но если ты поможешь ей и докажешь свою преданность, то все может измениться. А теперь, для начала, помоги мне перетащить ее тушку на кровать.

Слова подруги заставили меня немного протрезветь и задуматься: «а что, если время и мое упорство, заставят ее сердце смягчиться?».

О том, чтобы добиться от возлюбленной отмены ее проклятия, я даже не помышлял, ведь свобода без нее для меня не имела никакого значения. Аврора и была той свободой, что заставляла вдыхать свежий воздух полной грудью, была тем ветром, что возносил меня до небес.

Мы с Рыжей перетащили вампирочку на мою кровать, а затем луномирянка пинками погнала меня приводить себя в порядок, аргументируя это тем, что не желает больше видеть мое сопливое лицо и чувствовать угарный аромат, которым я был насквозь пропитан. Мне и самому было стыдно за свой вид и состояние, особенно стыд съедал за то, что любимая увидела меня именно таким – сломленным и слабым, чего бы я не хотел. Спасибо Кристилл, всегда была готова протянуть руку помощи, точнее тяжелую ладонь, которая мигом поставила меня на место, так сказать, отрезвила и задала стимул бороться дальше за свое счастье.

***

Стоя в своей уборной и взглянув в свое отражение в зеркале, меня чуть самого не перекосило, так как я ни сразу понял, что за чудище смотрит на меня: взлохмаченные волосы, колтунами поскручивались на макушке, месячная щетина уже давно перешагнула грань из бородки в бородищу. Лицо осунулось, да и кожа, словно примятая ткань, гармошкой свисала под глазами.

Испугавшись самого себя, я принял радикальные меры: магией вывел токсины из организма, принял ванну, побрился, умаслил себя хорошо пахнущими снадобьями и оделся как подобает принцам или вельможам высших сословий, затем вернулся в покои, чтобы ждать пробуждения любимой, но она очень долго не приходила в себя, что меня сильно напугало. Кристилл объяснила, по какой причине Роза истощена, и это меня привело в бешенство. Главной причиной был мой же «отец», имя которого я вспоминал уже не с гордостью, а с ненавистью. Подруга рассказала все, что произошло в родовом замке семьи Авроры и о том, по какой причине дьявол явился туда, но по ее интонации я почувствовал, что многое она от меня утаила.

Мое беспокойство за возлюбленную усилилось, поэтому смысла сидеть сложа руки не было, и я, сделав разрез на шее и подставил ее к губам моей вампирочке. Почуяв вкус и запах крови, даже находясь в бессознательности, девушка жадно впилась. Своим ртом она, словно обезвоженный путник, втягивала бодрящий нектар и вскоре, насытившись, порозовела и очнулась.

Увидев мое лицо перед собой, а потом и заприметив раны, оставленные ее клыками на моей шее, Аврора зло оттолкнула меня.

– Ну-ну, цветочек, – успокаивал я ее, – не кипятись!

– Кристилл, зачем ты позволила ему? – С глазами полными отчаяния спросила она.

– Прости, Роз, но ты слишком долго не приходила в себя, и я боялась, что случилось страшное.

– Ничего бы не случилось! Мне просто нужно было отдохнуть… – начала она, но рыжая не дала ей договорить.

– Мне казалось, ты говорила, что у нас на это нет времени! – Оборвала ее Кристилл и, кажется, попала в точку, так как Аврора закусила нижнюю губу и перестала возмущаться. Она попятилась от меня подальше.

– И так! – Начал я. – Чем я могу быть полезен двум очаровательным нимфам, оставившим свою гордость и принципы, спустившимся в самую бездну, служащей тюрьмой моему разбитому сердцу? – С сарказмом и театральным пафосом глаголил я. – И, если учесть тот факт, что сама Черная Роза явилась ко мне на поклон, дело очень серьезное.

– Тц! Хватит! Ведешь себя как гаер на балагане! – Вампирочка сделала мне замечание, цыкнув при этом языком. – Мы пришли сюда за Архадами! Отдай их!

– С чего бы мне это делать? – Усмехнулся я.

– Да с того, что из-за тебя весь мир под угрозой!

– А мне то что, я здесь в полной безопасности! – Развел я руками.

– Я знала, что ты эгоист, но речь идет о целом мире! – Прорычала любимая.

– Скажем, я бы мог дать тебе кристаллы в обмен на небольшую услугу.

– Размечтался! Я не стану освобождать тебя…

– А я и не просил. Поцелуй! – Нагло заявил я, глядя на реакцию вампирши. – Мне будет достаточно только твоего поцелуя… с языком!

– Да ни за что! – Возмущенно Роза скорчила лицо.

Глядя на нашу перепалку, Кристилл только подкатывала глаза и очень часто вспоминала лунную богиню:

– Вы когда-нибудь закончите? – Вздыхала устало луномирянка – Как дети, в самом-то деле! Подруга, нам некогда спорить, давай целуй его, берем Архады и валим!

– На чьей ты стороне? – Теперь уже возмущение захватило меня.

Я понимал, что если отдам любимой то, за чем она пришла, то больше у нее не будет повода вновь прийти ко мне, поэтому радость, переполняющая мое сердце от того, что Роза стоит сейчас передо мной, была готова разбиться об острые углы угасающей надежды, и я с ужасом подумал о том, что снова смогу потерять ее, но уже окончательно и бесповоротно. Этого нельзя было допустить.

– Если тебя не устраивает поцелуй, то я могу предложить другой вариант, например, помочь убить Люцифера.

– Каким образом? Это невозможно! – Снова цыкнула девушка, намекая на то, что я обманываю.

– Да, убить нельзя, но можно обхитрить и лишить сил, ну или второй вариант, снова заточить его.

Девушки задумались.

– И ты думаешь, я поверю в твои добрые намерения? Как бы не так! Совсем недавно, ты готов был идти по головам, чтобы освободить его, а теперь хочешь уничтожить? – Фыркнула вампирша, надменно скрестив руки на груди. – Назови хоть одну причину, чтоб я тебе поверила.

Я, со взглядом, переполненным горечью, опустил голову и, вкладывая все чувства любви и грусти, тихо произнес:

– Эта причина… ты! – Повисла недолгая тишина. – Я все знаю о планах Люцифера на твой счет… По этой же причине он не оставит меня в живых… Ему нужна ты, и он получит свое, как и всегда…

Аврора подняла на меня глаза, полные сочувствия и сожаления. Она впервые смотрела на меня с такой ласковой и искренней грустью, что и мое сердце защемило в груди.

– Ты имеешь полное право не доверять мне, но поверь, – отчаянно умолял я, – с некоторого времени я сам желаю смерти отцу, так как тоже попался в его хитро-расставленную ловушку. Я не хотел предавать тебя, я лишь хотел помочь ему, но оказалось мы оба стали пешками в его лицемерной игре.

Моя любимая открыла рот, желая оспорить мою версию произошедших событий, но что-то ее остановило, и не произнося ни слова, она сомкнула алые губы.

– Я отдам Архады вам, но это не поможет его уничтожить, – продолжил я. – Позволь доказать тебе свою преданность и любовь, позволь помочь тебе, исправить свои ошибки. Я готов следовать за тобой как пес, исполняя твои приказы, делать всю грязную работу, только б получить от тебя еще один шанс.

Вместо Авроры ответила ее подруга:

– Лишняя помощь нам не помешает. Разве ты не согласна?

Вампирша прибывала в смятении совсем не долго, и прежде, чем что-либо ответить, ее взгляд почерствел, а в глазах мелькнул ледяной блеск:

– Второй раз я на твою уловку не попадусь, так что можешь не прожигать меня своими щенячьими гляделками, ученая я! Так-то у меня два таких же хитрых родственника имеется, один из которых по вине твоего отца навсегда останется слепым! – Рыкнула девушка сорвавшимся голосом на последней фразе.

По-видимому, воспоминания о каких-то событиях, о которых я ничего не знал, причиняли ей боль и еще больше вызывали недоверия ко мне, как к яблочку, недалеко упавшему от яблони.

– Я понимаю, за что ты меня ненавидишь, но я действительно не желал, чтоб все так обернулось. Я мечтал освободить отца, чтобы и самому стать свободным. Думал мы тогда с тобой убежим на край света, где будем только вдвоем. – Я протянул к вампирше руки, но она отмахнула их.

– Не прикасайся ко мне, лжец, я тебе все равно не верю!

Кристилл, которая все время стояла поодаль от нас, для того, чтобы мы могли спокойно высказаться друг перед другом, стала измученно и громко вздыхать, как бы намекая на то, что наш разговор со стороны похож на детский лепет:

– Да хватит тебе уже упрямиться, Роз, твой мужик готов в ногах валяться, чтоб тебе угодить, а ты тут из себя Мирбини строишь! Фу, из-за вас у меня уже оскома появилась.

Аврора недобро зыркнула на подружку, отрешенно ковыряющуюся в зубах мизинцем.

– А ты бы простила своего принца после всего, что он с тобой сделал? – Возмущенно поинтересовалась вампирша, сжимая свои губы.

Рыжеволосая оставила свое неприличное занятие и с обидой посмотрела на подругу.

– Да! – Громко и четко заявила она, так же метая молнии взглядом. – Я бы ему все простила, если бы он извинился, потому, как любила его по-настоящему, да только он не такой, как твой Хелл, чувства для него пустой звук, да и я для него была пустым местом.

Аврора задумалась.

– Хорошо! Я дам тебе шанс искупить вину перед миром, но если ты что-нибудь выкинешь – я убью тебя!

– Заметано! – Радостно воскликнул я, готовый выпрыгнуть из своего тела от переполняющих меня эмоций.

– Сильно так не радуйся! – Оборвала меня Аврора. – Я возьму с тебя слово, подкрепленное заклятием и если ты нарушишь его – умрешь в страшных мучениях!

Я согласился со всеми ее условиями лишь бы быть рядом, и произнес клятву, немного подкорректировав ее:

– Клянусь, что не предам и не обижу, а буду поддерживать во всем и ублажать свою любимую женщину! И если я нарушу свою клятву, то умру самой мучительной смертью! – С поднятой рукой, очень серьезно произнес я.

Вампирочка разинула рот в возмущении:

– Зачем ты сказал это?

– Что поделать, клятва уже произнесена и отменить ее невозможно! – Развел я руками.

– Ты просто идиот! Сейчас же отмени ее! – Потребовала девушка, тыкая мне в грудь своим пальцем.

Далее последовала отборная брань от Авроры, прекратить которую смогла лишь Кристилл, она напомнила вампирше про миссию, и та поутихла, но все еще продолжала изредка метать в меня своим волчьим взглядом. После, я отдал архады и девушка выполнила свою часть сделки, она разрушила свое проклятье и я стал свободен, как ветер в поле.

Освободившись от магической привязки, я почувствовал прилив сил и положительных эмоций, которые заставили меня подхватить, вырывающуюся и возмущающуюся Аврору на руки и покружить. Опустив ее на пол, я нагло, как пиявка впился в ее губы, но вскоре получил оплеуху.

– Если такое повторится, то ты – труп! – Рычала она, брезгливо вытирая свои губы рукавом куртки.

– Но учитывая то, что я не умираю в муках в данный момент, значит, моя клятва не нарушена и ты удовлетворена! – Вдохновленно сказал я, не скрывая своего счастья, от которого меня распирало, и я был готов петь и танцевать.

Кристилл, стоя в сторонке тихо хихикала, пока ее не смерил злой взгляд ее подруги.

– Ладно! Нам, наверное, пора уже возвращаться? – Как-то неуверенно спросила рыжая, стараясь сдержать свой смешок, чтоб еще больше не расстроить подругу. – Теперь, когда к вам вернулись силы, я могу не заморачиваться с вызовом портала, так что надеюсь на вас!

Я воодушевленно подмигнул рыженькой и ментально выжег узкий круг на полу, и когда вошел в окружность, то стал вплотную позади Авроры.

– Ты можешь не тереться об меня и не дышать мне в затылок? – Рассержено спросила Аврора, приглаживая волосы на макушке.

– Да здесь просто мало место, что я могу поделать? – Отмахнулся я, втягивая носом аромат ее волос, который несколько изменился с того момента, как мы были вместе.

– Надо было заставить тебя поклясться не врать! – Заявила она, отпихивая меня.

– Это невозможно! Тогда Хелл был бы уже мертв! – Хихикала Кристилл, заходя в портал.

Черная Роза.

Когда мы вернулись в замок, отец был там. Он рассказал, что с мамой, Аркти и Радиком все в порядке, что тетя тоже пошла на поправку, она немного повеселела, стала общительней и даже завела себе поклонника из эльфов-беженцев, которые обосновались в замке. Я знаю, что он специально утаил от меня правду о том, какой была ее реакция, когда она увидела своего сына Аркти ослепшим, и знаю, что он это сделал, чтобы не расстраивать меня. А мне в свою очередь пришлось представить ему Хелла, от чего он не был в восторге, так как понял, что именно этот парень – причина всех моих душевных переживаний, но узнав, что Хелл желает помочь в уничтожении дьявола, решил с ним соблюдать субординацию. Мне же, было хуже всего от того, что мое сердце разрывалось между долгом и чувствами.

Задумавшись над словами Кристилл, я поняла, что в действительности, моя душа магнитом тянется к Хеллу, но в разрез с ней, гордость не позволяла мне простить его. Я не могла видеть демона, с его обворожительной наглой улыбкой на лице, без боли в сердце – для меня это была настоящая пытка, да и ему, кажется, было не легче, особенно, когда я избегала его.

***

После недолгого разговора с отцом, я рвалась вызвать Люцифера, чтобы попытаться заточить его в аду, но Хелл отговорил меня, дав понять, что у нас не получится сделать это, ведь дух земли, который удерживал дьявола был уничтожен, а без него архады, что разноцветные стекла – так же бесполезны.

– Мы может спугнуть его и навлечь на мир куда большие неприятности. – Говорил демон.

Его поддержали Кристилл и отец, поэтому мне пришлось отступить, ведь я и сама понимала, что он прав, и в таком деле не должно быть спешки, но осознание того, что время – чьи-то жизни, выбивало меня из равновесия.

Ничего мудрого на счет того, как лишить сил дьявола с меньшими последствиями для мира, не приходило в голову, поэтому, за ответами мы пошли в библиотеку.

Стоя перед книжными полками, я посмотрела на свою ладонь, на которой черное пятно, размытой кляксой въелось в кожу, но к сожалению, в отличии от чернильной кляксы, его невозможно было смыть водой или убрать магией. Знак Люцифера, отметившего меня, служил напоминанием о том, что я не принадлежу сама себе и не свободна в своем выборе, и это заставляло меня нервничать еще больше.

Хелл, заметивший метку, отложил в сторону книгу, которую листал и сказал:

– Не бойся, я обязательно избавлю тебя от него.

В спешке, желая спрятать метку в кулаке, я выронила книгу. Демон поднял ее и, не отрывая своих глаз от меня, протянул. Я взялась за нее и тоже посмотрела на него, этой секунды хватило, чтобы понять, как он сожалеет о своем предательстве.

– Я не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь, но я сделаю все, чтобы ты была счастлива. – Мягко и очень нежно произнес демон, что у меня пробежали приятные мурашки по всему телу.

В другом конце библиотеки откашлялся отец, как бы намекая мне спуститься с небес на землю.

Я вырвала книгу из рук Хелла и поставила ее на полку.

– Кажется, я что-то нашла! – Сообщила подруга, с сосредоточенным видом водя пальцем по странице небольшого томика по черной магии. Она стояла не далеко от нас и кропотливо вчитывалась в содержимое.

– Что у тебя? – Встрепенулась я и мы все подошли к иномирке.

– Здесь говорится, как нейтрализовать темную энергию… Чтобы нейтрализовать негативную силу, – вычитывала подруга, – нужно заключить ее в «сосуд» со сходной энергетикой, который и будет служить ей преградой, так как сходные энергии в природе не смешиваются (принцип магнетизма в природе).

– Это верно, но где мы найдем такой же сосуд с подобной энергетикой, ведь дьявол превосходит всех по силе? – Задумался отец.

– Не всех! – Отозвался Хелл. – Я его сын, а значит энергетика у нас одинаковая, да и сила моя возросла после того, как я выпил кровь корол… вампира. Я могу быть этим сосудом.

– А это вариант! – Выпалила Кристилл так, словно сделала какое-то открытие, отрываясь от книги. – Тут еще написано, что, чтобы заключить большое скопление негативной энергии в подходящий «сосуд», не обязательно использовать «емкость» большого размера, достаточно воспользоваться любым катализатором, который усилит действие заклинания и энергетически расширит вместимость «сосуда». Как раз архады отлично с этим справятся!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.