Эротоман
Трагикомедия
Владимир Иванович Нефёдов

© Владимир Иванович Нефёдов, 2020

ISBN 978-5-4498-9630-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

На фото: автор

Предисловие

Разошлись мои партнёры,
Сценаристы, режиссёры,
Что сидели в голове,
Были все, всегда при мне,
Помогали, диктовали
И ночей со мной не спали,
Словом дивный был тандем,¹
Им обязан видно всем.

Может что-то фантазийно,
(Правда есть, она стихийна),
Приукрасил лишь чуть-чуть,
Показав проблемы жуть,
Небольшие тут нюансы,
Есть от похоти* сеансы,
Ты читаешь милый друг,
Здесь особых нет наук.

Ярко, даже интересно,
О любви писал я честно,
Давний я её вассал,*
Как родился так признал,
У любви свои реформы,
У приличий также нормы,
Плюс физический контакт,
Дай-то бог всё время так!

Здесь не только муси-пуси,*
Но и то, о чём все трусят,
Откровенно написать
Иль в открытую сказать,
В общем древние проблемы,
Здесь не в виде теоремы,
И показана вся страсть
И любая блещет масть.

Добавлял всего, не скромно,
Чтобы не было скоромно,
Не скрывал я ничего,
Даже больше, сверх того,
Объяснял гнилые фразы,
Не замкнулись чтобы фазы,
Мысли разные писал,
Даже речи излагал.

Сленга я чуть-чуть добавил,
Пошутил и полукавил,
Не писал я за глаза,
Отключив все тормоза,
Может слог слегка покатый,
Непрямой, витиеватый,
Исключил и слово лесть,
Лишь оставив слово честь.

И была исповедальня,
Лично мне лишь наковальня,
Я старался, я писал,
Не один блокнот порвал;
На язык мы все богаты
И слова есть демократы,
Ручек сколько я извел,
Фраз заморских перевёл.

Похождений Буратино,
Как ведёт себя Мальвина,
Или там Пиноккио,
Съездил как до Токио,
Здесь не будет, Дуремара,
Точно также папы Карло,
Иностранщины тут нет,
Здесь российский паритет.

Нам бы сбросить всем короны,
До сих пор мы как пижоны,*
Всё скрываем свою суть,
Что ж народ не обессудь,
Исполнители, их роли,
Будут баловать доколе,
Эту книгу не прочтёшь,
Переваришь и поймёшь.

Часть первая

Жизнь, какая есть

Два приятеля идут по улице. Вдруг один хватает за руку другого: «Быстрее уходим!» – «Что случилось?» – «На той стороне стоит моя жена и разговаривает с моей любовницей.» – Приятель посмотрел и говорит: «Успокойся, это моя жена разговаривает с моей любовницей.»

Глава 1
Детство

Всё здесь в повести комично,
Но отнюдь не эстетично,
В ней любовь и дикий блуд,*
Вам друзья на пересуд,
Может будет всем примером
И жестоким изувером,
Для того, чтоб каждый знал,
Чем грозит любви накал.

За окном струилась осень,
Номер был роддома восемь,
Суетился персонал,
Родов близился финал,
Там герой наш появился
Свет увидев обмочился,
Новоявленный блондин,
Имя дали Константин.

Мальчик был вполне нормален,
В меру боек, сексуален,
Детский садик посещал,
Был когда довольно мал,
Мать, его туда вводила,
Он играл, там было мило
И дневной у них был сон,
Для детей полезен он!

Как тот лежал в кровати
И подглядывал за Катей,
Та сама под простыней,
Щекотала пятерней,
Что-то там себе и сразу,
Перешла в другую фазу,
То есть стала чуть быстрей,
Шевелить рукой своей.

Тихо вроде бормотала,
Губы красные кусала,
В общем занята была
И трудилась как могла,
Косте стало интересно,
Что та делает там, честно,
Он ей в ухо прошептал,
Вот такой он был нахал.

Катя так ему сказала:
– «Я недавно лишь узнала,
Если мять там всё рукой,
Будет радость и покой!»
– «Можно мне, тебе, потрогать,
Ну совсем чуть-чуть, немного?»
– Руку Костя протянул,
Выжидающе кивнул.

Та подумав, согласилась,
Дав ему потрогать милость,
Костя щупал, вдруг ему,
Захотелось самому:
– «Катя, мне тогда потрогай,
Я тебе уж трогал много»,
– В общем спали так они
И дальнейшие все дни.

Воспиталка их их застала,
Может быть имела право,
Мальчик этого не знал,
Дома был прямой скандал,
Получил он нагоняя,
(Фраза дивная какая),
Понял мальчик лишь тогда,
Попадёшься, впрямь беда.

Этот детский Костин опыт,
У друзей лишь вызвал ропот,
Все признались тут ему,
Что такому озорству,
И с девчонками и сами,
(Уже делали руками),
Научились все давно,
Даже видели в кино.

Детство просто протекало,
Иногда оно бежало,
Вот и школьные года,
Подступили, как всегда,
Константин читал упорно,
Рисовал вполне узорно,
Дальше новая глава,
Да и факты озорства.

Глава 2
Детство (продолжение)

Был веселый, громкий праздник,
Константин играл проказник,
Он портрет нарисовал
И что делать с ним не знал;
В гости к ним какой-то дядя,
Втихаря на маму глядя,
Дату праздновать пришёл,
Да и друга к ним привёл.

Толи мамин сослуживец,
Толь другой какой паршивец,
Сели праздновать за стол,
Ели всякий разносол,
Телевизор не смотрели,
Песни разные лишь пели,
Дядька с другом водку пил,
С ним тихонько говорил.

На рисунок посмотрели,
Вроде даже протрезвели:
– «Костя, ты нарисовал?
Или просто нам наврал?»
– Константин сказал: «Железно!»*
– Спорить было бесполезно,
– «Нарисуй ещё такой,
Труд оплатим мы деньгой.»

– Константин кусая губы,
Краску выдавил из тубы,
Над рисунком стал корпеть
И тихонько песни петь,
Гости в комнате закрылись,
С мамой там уединились,
Мальчик ждал их три часа
И стучался без конца.

Вдруг они его надули
И покажут ему дули,
Ведь портрет-то был готов,
Уж давно, без лишних слов;
Дяди с мамой молча вышли,
Тихо-тихо словно мыши,
Его сразу увидав,
Деньги честно все отдав.

Ничего тогда не понял,
Этот маленький тихоня,
Был бы он чуть-чуть взрослей,
Знал бы всё, до мелочей,
Но с годами то приходит
И до сведений доводит,
Ну и лучше, что не знал,
Был бы тут другой финал.

Догадался он попозже,
Ведь подглядывать негоже,
Дети хором во дворе,
Так кричали в тишине:
– «К маме Кости приходили,
Два бандита вот с такими,
Они пили там вино
И лежали за одно!»

– Мама густо покраснела,
Сын когда сказал ей смело,
Просто он у ней спросил,
То что каждый говорил,
Про приход и про бандитов
И коснулся габаритов,
– «Ты не слушай никого,
Люди злые, все, давно.»

– «Рукоблудил» он упорно,
Думал также иллюзорно,
Мчались школьные года,
Уходили навсегда,
Девок было в мире прорва,
Но не каждая оторва!
Дальше тоже есть интим,
Он по жизни связан с ним.

Глава 3
Юность

Пацаны всегда бухали,*
Костя пробовал в начале,
Понял это не его,
Лучше с девками, чего,
Всем вам искренне желаю,
Жизнь такую потакаю,
Водка, пиво и вино,
Губят всех, причём давно!

Раз один, его друг детства,
(Жил когда-то по соседству),
Костю вытащил гулять,
Не баклуши оббивать,
Пацаны чуть-чуть постарше,
Были как бы на демарше,*
Девку пьяную в подвал,
Затащили на привал.

И они тогда устали,
Делать грязные детали,
Предложили только им,
Ту попробовать, двоим;
Костя с другом вниз спустились
И шалавой* насладились,
Тут и было в первый раз,
Костин был такой рассказ.

Ну подробности любые,
Опущу я дармовые,
В общем бегали они,
Раза два а может три,
Всё спускались к той подруге,
На интимные услуги,
Кто способен был на что,
Так у них заведено.

Костя был четыре раза,
Так понравилось зараза,
Это делать и кончать,
Ах какая благодать!
Интересная та сфера,
Ну подвальная манера,
Просто было и прошло,
Только душу чуть скребло.

Случай был ещё, что Костя,
(Помнил только из-за злости),
С другом тем они пришли,
Веселились как могли,
Так, простая вечеринка,
Там Тамарка и Маринка,
Девки в целом ничего,
У одной росло брюшко.

Сестры были, Петуховы,
Гнули из себя подковы,
В результате он одну,
Промерял лишь глубину,
Друг попробовал обеих,
После этого имей их,
Закадычных блин друзей,
Их таких бы всех в музей!

Жизнь сама порой – проблема,
Вроде есть такая тема,
Детство, отрочество и
Дальше юность, посмотри!
В детстве тоже всё бывает,
Мозг местами затмевает,
Константину, что – живёт,
Да годам ведёт лишь счёт!

Безнадёга, безнадёга,
Ты даёшь порою много,
Разных знаний барахло,
И про это и про то,
Про любовь, что без интима
И порой проходит мимо;
Опыт школьный был такой,
Дальше пишем, всё за мной.

Глава 5
Зрелость

Дальше будет про Наташу,
И жену, и шлюшку нашу
И про брата Николая,
У него судьба, какая?
Про его жену «Ольгусю»,
Молодую, не бабусю,
Про подружек тех, и тех
И про сладкий, нежный грех.

Ездил Костя на картошку,
Заказал себе гармошку,
Был ли это стройотряд,
Карты мне не говорят,
Там не пил, не бедокурил,
По ночам сам не дежурил,
Заработал трудодней…
Это шутка, бог ты с ней!

Был он просто балагуром*
А не жалким самодуром,
Так себе, середнячок,
Мой вульгарный землячёк;
Как и все окончил школу,
ПТУ лишь по приколу,
В планах был и институт,
Но призвали парня тут.

Отслужил, к себе вернулся,
От всего сам отмахнулся
И невесту стал искать,
Как сказала ему мать;
Помнил он друзей, подружек,
Выпил с кем немало кружек,
Пива, водки и вина,
Это всё не для суда.

Констатирую я факты,
Чтоб привлечь вас в город Шахты,
Может там герой наш жил,
Как бессменный старожил,
Или всё начнем с вокзала,
Начинают так не мало,
Пусть немного Константин,
Поживет пока один.

Вот и лето подоспело,
Всё вокруг тогда кипело,
Пух стелили тополя,
Как зимой простор беля,
Хоть бери его лопатой,
Он как был, так будет ватой,
Таял от жары асфальт,
Лес гудел, как старый альт.

Тут, на загородном пляже,
Не хватало места даже,
Ведь народ везде лежал,
В каждой точке был скандал:
– «Одеяло не стелите!
Здесь всё занято, смотрите!»
– В общем там народу тьма,
Как живая бахрома.

Девки в озере плескались,
Все с парнями обнимались,
Константин весёлый наш,
Тоже создал экипаж,
Познакомился с подружкой,
Симпатичною девчушкой,
Сероватой та была,
Но у них сошлись дела.

Так, недельку повстречались,
Вечерами пообщались,
Он повел её к себе,
Чтоб решилось всё в борьбе,
 «Целкой» девка оказалась,
Проскочила у них шалость
Приходила та сама,
На интимные дела.

Всё же очень не богата,
Наша жизнь без суррогата,
Парень начал сам блудить,
От подружки отходить,
Ведь житуха то ночная,
Без дилем,* но групповая,
Перебрал он много баб,
Но не ведал сам масштаб.

Нагулявшись неуёмно,
Провожал одну он скромно,
Одиночкой та была,
И его к себе взяла,
Ночью как-то переспали
И совпали все детали,
Всё понравилось ему,
Точку ставим посему.

Глава 6
Жизнь вырисовывается

Жизнь размеренно катилась,
Видно просто божья милость,
Жили словно муж с женой,
Был един у них постой,
Потихоньку всё смыкалось,
Но и тут вмешалась шалость,
Константин теперь смелел,
Робость всю преодолел!

Ведь подруг всегда хватало,
С той дружили и не мало,
Их не стоило скрести
И куда-нибудь вести,
У кого белели ноги,
Как у дивной недотроги,
У кого под мышкой глядь,
Волосня давай вонять!

Кто потолще, кто худее,
У кого засос не шее,
Кто без просыпу бухал,
У кого бывал скандал,
Кто-то глазки даже строил,
Кто-то так безумно спорил,
Женский просто кавардак,
Разный сорт, никак не брак.

Время стелет свои козни,*
Для любви и всякой розни,
Хоть ты будущий нахал,
Хоть ты славный генерал,
Кто на рок лишь негодует
А кого судьба балует,
Парень в курсе был всего,
Знал про всех и ничего.

Как-то раз одна сказала:
– «Эта жизнь меня достала,
Столько пагубных причин
А достойных нет мужчин.»
– Константин слегка опешил,
Но потом её утешил,
– «Если хочешь помогу,
Но моей ты не гугу!»

– Он старался только словом,
В споре, победить суровом,
Факты действий прикрывал
А в уме своём мечтал,
Словом был он как философ,
Но боялся сам доносов
И не трогал лишь пока,
Громогласного звонка.

Угодить он ей старался,
Сам её не домогался,
Та красивою была
А фигурою могла,
С Мэрилин Монро поспорить
А грудями объегорить,
Безмятежно парень млел,*
Но всему же есть предел.

Как-то раз разбив тарелку,
Он забил подруге стрелку,
Дома побыл у неё,
Рассмотрел её бельё
И безудержно влюбился,
Так, что сам перекрестился,
Парню просто повезло,
Он нашёл своё нутро.

Что за странная натуга,
Для него теперь подпруга,
В целом жизнь сложилась так,
Что неведомый кулак,
По больному месту вдарил,
Приношения доставил,
Вот теперь всё по уму,
Надо сделать самому.

Тут пришлось остановиться,
Вроде как-бы затаиться,
Чтобы душу не мутить
И вполне комфортно жить,
Жизнь подарков надарила
И теперь её чернила,
Надо было обелять
И вернуть былую стать.

Глава 7
Почтовая связь

Вроде почта закрывалась,
Время мало оставалось,
Наш герой туда зашёл,
Выбрать лучшее из зол,
Позвонить ему хотелось,
Поделится не терпелось,
Подошёл к окошку – «Связь»,
Где он не был отродясь.

Позвонил своёму дядьке,
Будто собственному батьке,
Поделился о житье,
Чтоб тот не был в забытье,
Рассказал: «Что он уходит
И с другою связь заводит»,
– Тот удачи пожелал:
«Не устрой, – сказал – скандал.»

– Та, что связью управляла,
Улыбнулась и сказала:
– «Почтальонша хочет знать
И с тобой пофлиртовать.
Любопытная стремиться,
Тут с тобою подружиться,
Твой слыхала разговор,
Ты сейчас её фавор!»

– Вечер попросту удался,
Кто в постель к нему старался,
Всей душой своей попасть,
Те тогда имели власть,
Вот теперь цена вопроса,
Степень риска альбиноса,
Константин не херувим,
Секс ему необходим.

Подошла подруга томно,
Будто всё ей так знакомо,
Костя с нею поболтал,
Вмиг её по потенциал,
Оценил, но не для вида,
Понял, кто его эгида*
И вдвоём они ушли,
Парой, словно журавли.

Впереди был дивный вечер,
Не горели только свечи,
Ночью был другой накал,
То скрипел он, то стонал;
Тут вовсю старалась почта,
Благодатной стала почва,
Лишь к утру застыло всё,
Это правда, не враньё.

Кто ровесников не ищет,
Не духовной жаждет пищи,
Кто безмолвно лишь стоит,
Кто твердее чем гранит?
Кто всю жизнь мужчинам служит,
Но бывает и не сдюжит,
Кто как перст судьбы твоей,
Вечно делает детей?

Тут ответ столь очевиден
И на взгляд так безобиден,
Хоть ругательство лишь он,
Привилегий не лишён,
Знает женщина любая,
Уживешься с ним лаская,
Эту штуку день и ночь,
Да он сам совсем не прочь.

Тот вчера набаловался
И с эгидою* расстался,
Был сегодня расслабон,
Отдыхал наш фараон;
Почта всем исправно служит,
Отожмёт и отутюжит,
Днём работает она,
Ночью вся любви полна!

Глава 8
Перемены, свадьба

Значит так, начнем сначала,
Пусть жизнь воздух раскачала,
Вариантов было два,
Вот такие блин дела,
Константин сперва подумал:
– «Композитор жил-был Шуман,
С ним теперь возникнет связь,
Лишь в скандалы воплотясь.

Надо сделать полюбовно,
Чтобы всё сложилось ровно,
И шумихи избежать
И подругу ту отжать»,
– Да и случай подвернулся,
Как-то ночью он проснулся,
Глядь, сожительницы нет,
«Он наплакался в жилет».

Вы представьте, как ни странно,
Виноватой стала дама,
Так и так, он всё узнал,
Был диковинный скандал,
Повод был весьма хороший,
Он захлопал бы в ладоши,
Но сдержался щеголь наш,
Как когда-то «Бумбараш».*

Карты правильно сложились,
Все беспечно разводились,
Наш герой сменил жильё,
Поменял и бытиё,
Те скандалы забывались,
Но оскоминой* остались,
Жизнь другая потекла,
Вот такие брат дела.

Запоздалых приключений
И диковинных явлений,
Стал он больше узнавать,
Без обиды понимать,
Что его мадам творила
И подругам говорила,
Сколь божественных ночей,
Оставался он ничей.

Отношений было много,
К браку шла его дорога,
Да и мнения сошлись,
Хоть ругайся, хоть молись,
Всё завязывалось в целом,
Под одним всего примером,
Будет он спокойно жить
И жену свою любить.

Свадьба просто – состоялась,
Погуляли вроде малость,
Посидели вечерок,
Все за рюмочкой чуток,
На мальчишнике спокойно,
Расслаблялись все пристойно,
В общем славные дела,
Не забудешь никогда!

– «Что-то грустно всё выходит,
Писанина не заводит,
Был герой холостяком,
Стал женатым мужиком,
Никуда теперь не сходишь,
По девчонкам не побродишь,
– Стоп, – не надо о себе,
Жизнь пылает лишь в борьбе!»

Место новое под солнцем,
Распахнуть теперь оконцем,
Мне для всех тут предстоит,
Показать любви гамбит,
Развернется снова драма,
Карта «Пиковая дама»,
Ляжет козырем на стол
И устроит произвол.

Глава 9
Жильё и мода

Время лекарь, время лечит,
Человек лишь всё калечит,
У природы ровный бег,
Вот уже который век,
Но бывает перемена,
Даже хлёсткая замена;
Всё устраивает нас,
Свет, вода, природный газ.

У кого-то есть квартира,
Для цивильного в ней мира,
У кого-то частный дом,
Со своим ещё двором,
У кого гараж, машина,
Даже в виде лимузина,
У кого всё это есть,
У того богатый тесть!

Кто ютится в комнатенке,
Ходит, в рваной одежонке,
Кто к родителям привык
И свободы не постиг,
Кто с соседями ютиться,
Но свободен словно птица,
У кого какой запрос,
Или денежный понос.

С Костей жили неудобства,
По причине благородства,
Костик, со своей женой,
Не совсем уж был изгой,
Он ютился в коммуналке,
На людской дотошный свалке,
Там был свой лимитный плюс,
Открывал он скрытый шлюз.

Надо только постараться,
Никому не проболтаться,
Но об этом всё потом,
Лучше плавным чередом
А пока под тенью свода,
Расскажу как гнала мода,
Почитателей своих
И любимых и чужих.

Ведь никто же из-под палки,
Не дарил друзьям подарки,
Все, старались доставать,
Чтоб себя не обижать,
Раньше были и фуфайки,
Из ХБ простые майки,
Модны были брюки клёш,
Из болонья макинтош.

А теперь вот в моде кожа,
Да джинсовая одёжа,
Натуральные манто,
Кашемиры на пальто,
Всевозможные дубленки,
Меховые распашонки,
Изменился правда вкус,
До простых с рябины бус.

Наш пытался парень тоже,
Походить степенно в коже,
Справил джинсовый костюм,
Барахлом наполнил трюм
И жена всё покупала,
Шубу брали без скандала,
Платья стильные у ней,
От заморских торгашей.

Вот забыл напомнить даже,
О диковинном плюмаже,*
Прозаично так сказать,
Или просто написать;
Был у них и «жигулёнок»,
Свой рабочий жеребёнок,
Константин катать любил
И соседок подвозил.

Глава 10
Наташа

Про подругу Константина,
Про жену и побратима,
Свой отдельный будет сказ,
Вот пишу его для вас,
Мысли будут излагаться,
Чтоб известными остаться
И причины все блистать,
Вот что я хотел сказать.

В общем просто параллельно,
Чтоб всё выглядело цельно,
Про девичью здесь судьбу
И иную ворожбу,
Просто так а может эдак,
Был когда единый предок,
Знали люди про ребро,*
Для чего вообще оно.

Наша крестница Наталья,
После школы моментально,
Вышла замуж, родила,
Вот и все её дела,
Ночь прошедшая с мужчиной,
Стала для неё причиной,
Чтоб дела свои творить
И безудержно царить.

С первым просто не сложилось,
С ним потом она судилась,
Штамп ведь в паспорте стоял,
Иногда чуть-чуть мешал,
Ей всего тогда хотелось,
По потребностям и смелость,
Стала жить спокойно, всласть,
Предугадывая масть.

Как-то просто на танцульках,
Фонари где все в сосульках,
Познакомилась с одним,
Тот представился: «Вадим.
– Та естественно – Наташа.»
– Он сказал: «Вся прелесть ваша,
Не сравнится ни с одной,
Буду ваш теперь герой.»

– У него они сидели
И друг другу уши грели,
Он Наталью обнимал,
В губы сладко целовал,
После ужина разделись,
Нёс мужик  ехидно ересь
И Наташа потому,
Не подставила ему.

– «Нужно мне – она сказала,
– Для шитья одни лекала,
Ты достанешь для меня?
Буду я потом твоя!»
– Парень тут же согласился,
На недельку отпросился,
Ей искомое привез,
Чем порадовал до слёз.

В новой встрече безмятежно,
Уступила девка нежно,
Парня с шиком завела
И расслабилась сама,
После этого решила,
Раз я дело сотворила,
Буду дальше так же жить,
Этим местом дорожить.

Вот с другим она схлестнулась,
Будто алчность в ней проснулась,
Комбинацию ввела,
Одурачила орла,
– «Надо то, не надо это,
Я святая Генриетта!»*
– Что хотела, то к ней шло,
Помогало ей дупло.

Глава 11
Наташа (продолжение)

Так года летели дружно,
Приходило к ней, что нужно,
Без особенных прикрас,
Был её невинный пляс,
Мужики слегка менялись,
Но иные оставались,
Шло своим всё чередом,
Про замужество потом.

Двадцать лет всё ж пролетело,
Года два добавим смело,
Хоть была та молодой,
Но гнила своей судьбой,
Ей семью свою хотелось,
Для того, чтоб всё вертелось,
Только лишь вокруг неё,
Да с отцом было дитё.

У мамзель была подруга,
Так, девица для досуга,
Но уже ходил слушок,
Что у ней был женишок,
Было очень интересно,
Кто же занял это место:
– «Надо будет посмотреть,
Чтоб не думать больше впредь!»

– Как то в гости к ней попала,
Константина увидала,
Встрепенулась в ней душа:
– «Я ведь тоже хороша,
Вот бы мне такого парня,
Он ходячая читальня
А везёт теперь не мне,
Так и сгину я в борьбе.»

– Совесть от неё отстала,
Как окалина с металла,
Встрепенулось всё вокруг
И вернулось сделав круг,
– «Он же многого не знает,
Просто видимо мечтает,
Сук берут и сук хотят,
Но швыряют как котят!»

– Случай всё же проявился
И в желанье воплотился,
Может правда может нет,
Тут смотря какой ответ,
Ната очень много знала
И Костяну намекала:
– «Ты проверь свою мамзель,
Вдруг чужая есть постель?»

– Всё так точно получилось
И дырой в судьбу их влилось,
Костя бросил ту кровать,
Благо было где поспать,
Вот такая блин петрушка:
– «Может это всё ловушка?
И сейчас она его,
Что сказать ещё, чего?»

– Ну добавим как хотелось,
Что само-собой вертелось:
– «Случай это иль судьба,
Может чья-то ворожба,
Может просьба шла от бога,
Он хотел, его дорога,
Парень просто предложил,
Та и рвать не стала жил.»

– Много очень впечатлений,
Как и дельных предложений,
Вероятно надо так,
Ё моё какой пустяк,
В общем многое сломалось,
Ерундовой стала малость,
Тут осыпался весь грим,
Костя стал ей побратим.

Глава 12
Новый год

Много разных отношений,
Ждут они своих решений,
Девка за мужем теперь,
Для других закрыта дверь,
Но ведь надо веселиться,
Обязательств не стыдиться,
Новый год взял оборот,
Скоро, скоро он придет!

Ёлки, разные игрушки,
Кутерьма, не до подушки,
В магазинах сплошь народ,
Водку к празднику берёт,
Рубят люди все салаты,
Ждут кремлёвские набаты,
Их на новый год опять,
Будут также поздравлять.

Наша томная девица,
Для любови мастерица,
Новый год идёт справлять,
Ведь её устали звать,
Но со старыми друзьями,
Безобидными парнями,
Видите ли та должна,
Там побыть пока одна!

Константину объяснила,
Он всё понял, это мило:
– «Ну иди, гуляй, пока,
Ведь придёшь наверняка!»
– Головой мадам кивнула
И её как ветром сдуло,
Но к утру как штык она,
Возвратилась без стыда.

Новый год жена справляла,
Костю Лара утешала,
На ночь глядя та пришла
А за ней ночная мгла,
Тоже Наткина подруга,
Та тогда искала друга,
Забрела на огонёк,
Как сказала: «На часок!»

– Они выпили немного
И под строгим взглядом бога,
Каждый на свою кровать,
Завалились почивать;
Костю вдруг Лариска будит,
Кто её вообще осудит:
– «Я пошла!» – закрой мол дверь!
А сама хоть верь, не верь.

На мужчину сверху села,
В глубину направив дело,
Словно ведьма в темноте,
Лишь в телесной наготе,
Прижимаясь очень бурно,
Хаотично и сумбурно,
Стала прыгать и скакать,
Костю этим понукать.

Костя справился с испугом
И своим торчащим плугом,
Мерил как бы глубину,
Прямо скажем не одну,
Не пыхтел и не старался,
Безучастным оставался,
В натуральной борозде
И чужой ещё среде.

Константин не помнил даже,
Был ли кто тогда в плюмаже,*
Расколол ли он орех,
Совершив постыдный грех,
Толь его околдовала,
Эта странная забава,
Толи просто видел он,
На яву воскресший сон.

Глава 13
Болезнь

Всё, само собой, нежданно,
Неожиданно, незвано,
Из немыслимых углов,
Из-под старых плинтусов,
Вылезает монотонно
И ведёт себя не скромно,
Неизвестная нам рать,
Сам господь не даст соврать.

Время ходит, несомненно,
Может быстро иль степенно,
Повороты сплошь неся,
Как всемирная стезя,*
Все идут по разным тропам,
Кто пешком а кто галопом,
Вот простой круговорот,
Жизни собственный фокстрот.*

Больше не было такого,
Факта скажем озорного,
Снова жизненная стать,
Да семейная кровать,
Ничего не слало эхо,
Как разгульная потеха,
Так и жили те втроём,
Муж, жена и дочь в наём.

Но ещё вот единица,
Затесалась здесь больница,
Костик что-то приболел,
Весь покров его зудел,
Проявилась аллергия,
Как синдром, как ностальгия
И как водится тогда,
Появились доктора.

Койко-место, да палата,
Вот его теперь расплата,
Полежит недельки три,
У больничной он двери,
И Наташа не терялась,
Навещать лишь обязалась,
Скрыл приемный их покой,
Взяв больного на постой.

Вещи та упаковала,
В узел жёсткий завязала,
Чтоб удобнее нести,
Если будет с ним идти,
Номер справила палаты,
Всё про белые халаты,
Расспросила, поняла,
Попрощавшись, побрела.

Шла она домой с больницы,
С видом праздной мастерицы,
Но под видом «Знатока»,
Жизнь послала мужика,
Он её подвёз до дома,
Размечталась тут кулёма,
Тот визитку ей всучил,
Время, место, огласил!

Та подумала сначала,
О возможностях причала,
Благородный риск, слегка,
Всё же выбрал «Знатока»,
Но одна пойти боялась,
Встреча всё же состоялась,
Света также с ней пошла,
Как подруга помогла.

Ночка быстро пролетела,
Там тела пускали в дело,
Натка в комнате с одним,
Светка «шоркалась»* с другим,
Чинно, славно, благородно,
В общем было как угодно,
Всё понравилось там ей,
Новой встрече дан о’кей.

Глава 14
«Утюжок»

Очень даже интересно,
Грянул бал, нашлось всем место,
Сорвалась теперь чека,
В виде власти мужика,
Тут сыграло любопытство,
От безумного ехидства,
У Костяна был дружок,
Юра, с кличкой «Утюжок».

Были как-то разговоры,
У того с женой, мол споры,
После секса той опять,
Надо снова всё начать,
– «Вот те раз, большое дело,
Приступай обратно смело»,
– Так Костян ему сказал,
Женский мог всё записал:

– «Ну конечно, что рядиться,
Лучше вдоволь насладится»,
– Застонал его друган:
– «Там практически капкан!
Почему-то мне лишь больно
А жена всё недовольна,
Ну не знаю как же так,
Я наверное дурак?»

– Но все это разговоры,
Получили лишь заборы;
Встретив как-то «Утюжка»,
Без обидного грешка,
Тут не знай, корысть сыграла,
Планы действий подсказала,
Ната с ним пошла в кровать,
Чтоб о Косте всё узнать!

Распалилась особь наша:
– «Пусть не буду я Наташа!
Но со мной второй разок,
Кончит этот «Утюжок»!»
– В общем все у них случилось,
Как судьба потом не злилась,
Палки две а может три,
Было, чёрт их разбери!

Так узнала наша краля,
Что примешана тут Валя,
– «Месть сладка!» – сказал «Знаток»,
Новый в повести игрок;
Проявилась так блудница,
Для любови мастерица,
Вот по этому она
И расслабилась слегка.

Что дала ей та измена,
Сладкой мести Мельпомена,*
Знаний маленький мешок,
Ей доставил «Утюжок»,
Соразмерность обещала,
Размотать клубок сначала,
Да на деле применить,
Эту сладостную нить.

– «Буду снова расслабляться,
Как там это слово – блядство!
Разведу скорей всего,
Это просто и легко,
С тем и тем, позанимаюсь,
Всё неплохо, я не каюсь»,
– Натка в мыслях изошла,
Всех своих перебрала.

Вились козни, как и тайны,
Были ли они случайны?
Кто под видом «Знатока»,
Появился здесь? Пока,
Всё дальнейшее покажет
И степенно нам расскажет,
В новых писанных стихах,
Про иной судьбы замах.

Глава 15
Встреча со Светой

Как-то раз погода злилась,
На душе хандра томилась,
Дождик просто лил и лил,
Все рекорды перебил,
Мысли разные резвились
И на полочку ложились,
Наш герой лежал в трико,
Да поглядывал в окно.

– «С кем сейчас побаловаться
И взаимно целоваться,
Свой внедрить потенциал!»
– О девчонках он мечтал,
Потому, что сам руками,
Трогал «дурь» между ногами.
Прозвучал звоночек в дверь,
Чёрт привёл гостей теперь.

Он открыл и обмер сразу,
Подобрал невольно фразу:
– «Здравствуй Светочка душа,
Ты сегодня хороша!»
– То была жены подруга,
Они обняли друг друга,
Предложил он ей пройти,
Отдохнуть чуть-чуть с пути.

Та вошла, сама спросила:
– «Ты один, как это мило,
Что подруги моей нет?»
– Он кивнул лишь ей в ответ,
На диван она присела,
Развалилась очень смело,
Тот её слегка обнял,
Платья ей подол задрал.

Что в душе его таилось,
То сейчас же проявилось,
Изъявив желаний страсть
И слегка превысив власть,
Можно было всё позволить
И друг друга не неволить,
Он с ней мог так поступить,
Между ними тёрлась нить.

Было это, так недавно,
Всё случилось очень славно,
Ну один всего, разок!
Был получен тот мазок
И теперь как все земляне,
На единственном диване,
Развивали тот успех,
Для своих земных утех.

Соразмерность её роли,
Не доказана, доколе,
Если тайну не продаст,
За испытанный контраст!
Эта девушка злорадно,
Рассказала беспощадно,
С кем его жена спала
И резвилась до утра.

Всё в подробностях и боле,
О жестоком произволе,
Он вбирал, но сам молчал,
Тяжким был такой причал,
Светку трогал он спонтанно,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Примечания в конце книги

Вернуться