О Годман
Локдаун

Season #1 Episode #1

– Андрей, у нас пиздец! – не поздоровавшись, со скрытыми нотками паники рявкнул Сергей Валерьевич, распахивая входную дверь и практически снося из проема Андрея.

– Ну здравствуйте… – показательно вежливо, сквозь зубы, ответил Андрей удаляющейся в гостиную спине в темно-синем костюме.

Шаркая тапочками, еще не отойдя ото сна, Андрей добрел по коридору до гостиной. Сергей Валерьевич стоял около бара и, поднимая бутылки этикетками почти к носу, читал содержимое.

– Не рановато ли, в… – Андрей замялся, понимая, что не в курсе времени. Посмотрел на айфон, отметив сообщение о 64-х пропущенных звонках – …в 11:20 утра.

– Нормально. – Сергей Валерьевич остановился на коньяке за 40 тысяч, налил добрую половину рокса и сел в кресло у камина.

– У нас пиздец.

– Это вы уже говорили. Но, может, это какой-то конкретный пиздец? Какие-то вводные, данные, факты? – Андрей присел в кресло напротив, смотря в окно во всю стену за спиной Сергея Валерьевича на залитый солнцем задний двор, отметив, что траву пора бы уже покосить.

– Шутник. Ты интернет вообще смотришь? Тебе же 39, почти молодежь! Даже я в 63 им пользуюсь и всегда в курсе новостей! А ты дрыхнешь! Опять бухал небось! – Сергей Валерьевич начал заводиться, вытирая испарину с лысой головы. Стакан с коньяком опасно дрожал во второй руке, от чего напиток шел волнами и практически доходил до кромки стакана. – Тебе за что такое бабло платят, Андрей? Чтобы ты все контролировал! На, смотри!

Андрей взял айпад Сергея Валерьевича. Там был открыт ютуб с рекомендованными видео.

– И что смотреть?

– Любой смотри! – зло отрезал Сергей Валерьевич.

Андрей тыкнул в ролик блогера с рецептами еды. Видео раскрылось и подгрузился рекламный ролик.

«Странно, что у него нет премиума», – успел в долю секунды подумать Андрей и перевел взгляд на отсчет секунд – «…блять, двадцать секунд».

В рекламном ролике сидел на белом ярком фоне в черной одежде человек в белой маске.

– «Не здороваюсь», – кивнув головой, сказал человек. – «Конечно, вы чувствуете, что власть многое не договаривает, а зачастую откровенно лжет своему народу, которому по идее и конституции должна служить. Ведь суть власти по конституции – это избранные народом менеджеры, которые управляют страной и ее ресурсами во благо своего народа. Но с самого начала этот постулат является фикцией, ширмой и враньем. Любой политик и чиновник, добравшись многочисленными обещаниями до власти, теряет связь со своими словами и преследует совершенно определенные свои личные цели. Мы решили показать, что будет, если все выбранные простыми людьми управленцы начнут говорить правду…» – 20 секунд прошло, но Андрей уже забыл про кнопку «Пропустить».

– «…и выполнять обещанное. К сожалению, зачастую их ложь, самообогащение, интриги и войны уносят или ломают каждый день жизни многих людей. Поэтому нам придется говорить на их языке и действовать этими же методами. Советуем прислушаться к данному заявлению всем власть имущим и воспринять наш манифест всерьез. Но, конечно, это вам решать».

Обращение кончилось и начался обычный видеоролик.

– И это вы рассматриваете серьезно? – пока еще в какой-то прострации выдавил очевидный вопрос Андрей.

– А ты нет? Ты не понял, что этот рекламный блок сейчас в любом видео! Не только Ютуба. Все видео ресурсы, хостинги, пиратские сайты – это везде! И не только у нас. Он, практически, на всех языках мира в зависимости от геолокации! – почти уже кричал Сергей Валерьевич. – Ты представляешь, что за организация могла взломать столько серверов крупных корпораций?! Какие это ресурсы! Или сколько стоит купить всю эту рекламу! Сколько бабла! Что они могут с этими ресурсами?! И главное – какую панику они могут посеять!

– И что уже есть? Какие наработки? Кто-то взял на себя ответственность? Что говорит «сам»? Какие данные? – мозг Андрея уже начал развивать свою обычную скорость мышления.

– А вот хуй! Нет никаких данных. Реклама блокируется уже почти всеми компаниями, но оно все равно появляется заново. И просмотры просто фантастические во всем мире. И это пиздец, Андрей. Или чья-то шутка. Было бы хорошо, если шутка. Но в ней тогда нет смысла. А смысл должен быть! – Сергей Валерьевич начал понижать тон, то ли смирившись, то ли успокаивая себя, то ли от безысходности ситуации.

Андрей смотрел на пепел в камине, не замечая его. Он пытался понять масштабность этой «шутки». Имея в подчинении все управление кибербезопасности, кучу программистов и завербованных хакеров и почти неограниченные ресурсы страны, в его голове не помещалось как можно взломать все видеоресурсы мира. То, что это был взлом, Андрей не сомневался, нет столько денег, чтобы купить всю видеорекламу. Даже в теории этот вариант не подходит. Это не прошло бы модерацию.

– Ясно, пора выезжать! – вскочив, процедил Андрей и пошел одеваться.

Сгоняя крякалками офисный планктон с левой полосы и пролетая с мигалками по встречке Андрей подстегивал водителя ехать быстрее, параллельно по телефону слушая доклады от подчиненных. Информации было крайне мало. Одни предположения.

Уже через полчаса Андрей подъезжал к офису.

– Вас Сергей Валерьевич по закрытой связи, – отрапортовал охранник с переднего сидения. Андрей взял трубку.

– Тут странная ситуация, – тихий голос Сергея Валерьевича очень напрягал. – Практически сразу после выхода этого видео один там политик америкосовский забыл, как зовут, и сделал заявление, что это все сделали наши хакеры, заявил ноту протеста и кучу всяких обвинений, призыв к новым санкциям, ну, и все в этом роде. И это-то привычно. Но дело такое, что спустя 24 минуты он умер. Кардиостимулятор практически сжег ему сердце, – голос уже почти перешел на шепот. – Об этом пока не известно СМИ, но, как бы… Есть ли вероятность, что это как-то связано с заявлением этого пидора в маске?

– Скиньте мне больше информации. Все что известно.

Просторный кабинет Андрея был набит руководителями разных подразделений. Он пробрался сквозь толпу и сел за во главе своего стола Т-образной формы. Гул и разговоры затихли.

– Итак, коллеги. Начинаем. Доклад по очереди.

– Подконтрольные СМИ сглаживают ситуацию, запустили всякую хрень про тестирование новой системы какого-то рекламного оператора, часть развивают тему, что это – завуалированная реклама и суть откроется позже. И еще кучу разных спокойных контролируемых теорий. Телеграм только не подчиняется.

– Там не так уж и много пользователей. Десять миллионов вроде?

– Кхм… Уже нет, – опустил глаза сотрудник. – Как пошло это видео, количество скачиваний увеличилось в два раза и продолжает расти в геометрической прогрессии.

– Блять. Придумайте что-нибудь! Чего там Комитет по Надзору просто так сидит, что ли?

– Мы сейчас блокируем все возможные видеоресурсы, включая Ютуб. Но это не реально сделать мгновенно. К тому же остаются разные обходы, типа, прокси и впн.

– Большинство прокси-серверов мы сами вбросили людям, чего тупишь?

– Да, но появилось множество частных. Мы сейчас взаимодействуем со всеми службами, но, пока, если честно, нет абсолютно никакой информации о том, кто это мог сделать и какие цели преследует.

– Андрей! – перебил доклад другой сотрудник в наушниках, не отрываясь от айпада. – Только что ИГ взял на себя ответственность за это!

– Ну уже что-то… – Андрей даже почувствовал легкое облегчение. – Как мы можем это красиво преподать с выигрышем для себя?

– Сейчас обсудим с пиарщиками.

– И вообще, давайте, решайте проблему! Доклад каждые полчаса!

Люди тихо вышли из кабинета.

Андрей открыл ноутбук. Писем и сообщений было слишком много. Прокрутив немного, он наткнулся на письмо от Сергея Валерьевича с информацией про умершего политика. Прочитав два раза, в голове не возникло никакой связи. Политик был уже стар, сердце было слабое, да и кардиостимуляторы дают иногда сбой, это не новость.

Через 20 минут в кабинет без стука ворвался тот же парень с айпадом.

– Почему без стука? – от неожиданности грубо вскрикнул Андрей.

– Извини, но тут какая-то хрень! – с бегающими от волнения глазами резко выпалил Витя. Виктор отвечал за информационный фон, поэтому всегда был в курсе того, что где происходит, просматривая множество ресурсов, в том числе закрытых и секретных. У него повсюду были свои информаторы, которые сливали ему новости и данные из разных уголков мира, в том числе правительственных и высокопоставленных слоев населения. – Короче, с ИГ шляпа!

– В смысле?

– Только что слили инфу с американской базы. У них одна ракета, стоящая на боевом дежурстве, после заявления ИГ сама без пуска операторов стартовала в неизвестность. Точнее в известность. В то место, откуда было запеленговано обращение об ответственности. Америкосы знают это место, ты же понимаешь. Там сотрудничество, то, се. Поэтому видеообращение особо не маскировалось. Уже привыкли все. Но теперь там все зачищено этой ракетой. Это как так?

– Это как так? – тупо повторил вопрос Андрей.

– И, как бы… это, слушай. Чисто предположить, если… в теории… Может есть связь и с Дениэлем Колином? Два раза – это уже не случайность.

Андрей вспомнил, что это имя из отчета про стимулятор.

– Ты откуда знаешь про него? Хотя похуй. Ты… понимаешь, что это? – прошипел Андрей. – Срочно! Никому из политиков, чиновников и никому вообще не делать никаких заявлений! Свяжись с Службой Госохраны! Доложи об этом! Пусть занимаются своей работой! Надо, чтобы все заткнулись пока что! Пока мы не поняли, совпадение или случайность!

– Понял! – уже убегая из кабинета крикнул Витя.

Андрей набрал Сергею Валерьевичу, сухо повторил последнюю информацию и попросил посодействовать с тишиной в эфирах.

За последующие два дня при странных обстоятельствах погибло еще 47 политиков в разных странах мира, которые не смогли промолчать и всегда, в принципе, были довольно отмороженными, кидая всю свою политическую жизнь разного рода заявления направо и налево.

Информации же об организаторах этой атаки – а это расценивалось теперь уже, именно, как атака – так никакой и не было. Верхушки стран рвали и метали. Но исключительно в закрытом режиме. Прессуя ежеминутным гневом все службы. Но к результату это не приводило. Несмотря на то, что, сглотнув желчь и неприязнь, все страны пошли на сотрудничество друг с другом, объединившись одной целью, найти даже малейшую зацепку не получалось. Не понимали они и повод. Где требования, если это террористы? Или это маскировка грабежа века? Или баловство хакерской группы? Или одного хакера? Развал устоявшегося государственного строя мира? Кем? Зачем? Версий было миллион.

Новостные ленты были сплошь и рядом в позитивном формате, пытаясь максимально отвлечь простой народ. Была сначала попытка заполнить новостной фон некими подстроенными авариями, чтобы и переключить людей на новую проблему и заодно замаскировать отключение некоторых неподконтрольных интернет-ресурсов. Казалось бы, обычная практика. Но человека, которому дали задание на выполнение, нашли через несколько часов мертвым без каких-либо насильственных действий.

И тут стало действительно страшно.

Через неделю и уже девяносто восемь смертей, контроль над народом и ситуации в целом начал угасать. Люди все больше стали требовать того, чего по идее должны по законам и конституции. Больше запросов, писем, звонков чиновникам и политикам. И это приходилось выполнять. Каждый боялся соврать или не сделать обещанное. И этим пользовались. Чиновники увольнялись пачками, отдавая свои закрома, чтобы выполнить требование. Прокладывали асфальт за свои средства, чинили больницы, школы. Даже уже уволившись, они боялись послать тех, кто вспоминал их предвыборные речи и грозился слить их итог в интернет.

И чиновников уже не хватает. Они бегут, как крысы с корабля. В некоторых регионах страны полное самоуправление. И не ясно к чему это приведет. Хорошо хоть, не полная анархия. Полиция и силовики все-таки на местах. Хотя и здесь появилась проблема – все теперь только по закону.

Им тоже страшно. Их теперь не использовать в своих делах.

После внезапной кончины одного из проповедников, который призывал, что спасет тех, кто вступит в его секту, резко стали таять работники религии. Приходы временно закрылись.

Под разными предлогами перестали показывать ток-шоу по ТВ. Хоть что-то позитивное случилось.

А прошло всего 7 суток…

Андрей сидел дома в темноте и смотрел в стеклянную стену на свой участок с коротко постриженным идеальным газоном, подсвеченный теплым светом низких фонарей вдоль дорожки. В последнее время у него периодически вспыхивали кратковременные панические атаки, вызванные паранойей.

Он боялся будущего. Он тоже много врал и многое подстраивал в угоду государству и личным желаниям, чтобы сесть в это теплое кресло, которое было золотой жилой. Да, много приходилось отдавать покровителям, но много и оставалось в кармане. Очень много. И сейчас он надеялся только на то, что отсчет за вранье был с момента первого видео. Что не придут за всеми. Потому что все повязаны одной большой паутиной лжи.

От стука во входную дверь Андрей дернулся, пролив немного виски из стакана на стол. Айфон показал 23:34 – странное время для гостей.

Season #1 Episode #2

Он взял лежащий рядом на столе ПМ и снял с предохранителя, патрон уже как дня три он носил в стволе. И хотя Андрей не был оперативным сотрудником, но лучше потом объяснить и заплатить за незарегистрированный Макаров со стертым номером, чем быть мертвым. Тем более, с его постом решить эту проблему не составит труда. Не включая свет, он подошел к двери. И все равно чувствовал страх. Пистолет хоть и придавал некую видимость защиты, но лишь видимость. Андрей не тешил себя иллюзиями из фильмов и прекрасно знал, что пистолет не сильно спасает от профессионалов, хотя и увеличивает немного шанс выжить.

Встав сбоку от двери, Андрей нажал на кнопку видеофона. В экране высветилось искаженное ярко-белое лицо Сергея Валерьевича. Андрей почувствовал облегчение и с шумом выдохнул. Убрал ПМ за пояс, накрыв майкой.

– Андрей, я слышу тебя за дверью, открывай.

– Добрый вечер, Сергей Валерьевич, поздновато вы сегодня, – открыв три замка, приоткрыл дверь Андрей.

– Пошли поговорим, – Сергей Валерьевич вошел в прихожую и, не разуваясь, пошел в сторону гостиной. – Чего темно-то так?

– Спать собирался, – соврал Андрей, закрыв дверь на все замки.

Сергей Валерьевич, не включая свет, сел в кресло у камина спиной к окну. Андрей прошел, взял со стола недопитый стакан виски и сел напротив. Тело Сергея Валерьевича представляло лишь силуэт в свете уличных фонарей и Андрей не видел его лица. Пауза затянулась.

– Налей и мне тогда уж, – разрушил тишину Сергей Валерьевич, – Коньяка.

Андрей, нехотя встав, подошел к бару.

– Сегодня было закрытое совещание, – продолжил черный силуэт Сергея Валерьевича. – Нам дали максимум неделю, чтобы разобраться со всем этим дерьмом и выяснить кто это. Неделя, Андрей! «Сам» рвет и мечет. Все остановилось. Деньги остановились, Андрей. Все на ушах, но нечем похвастаться. Даже маску найти не можем. Видео разобрали на пиксели практически. Понятно, что помещение считать нереально, но глаза были открыты и мы не смогли их пробить. Сетчатка недоступна для анализа. И качество хреновое, да и может линзы еще. Да, и скорей всего это актер какой-то, вряд ли с него есть, что спросить. Что у тебя?

– То же самое. Видео разобрали – по нулям. Заминаем все утечки ситуации, где можем. Телек, понятно, молчит и все ок, но сложнее с интернетом. Все, кого контролируем, молчат и максимально уводят тему, перебивая внимание другими происшествиями.

Андрей подал бокал и сел в кресло.

– Остальных оперативно блокируем пачками. Телеграм, правда, растет, как на дрожжах, во всем мире. С ним тоже боремся, но без глобального отключения, его нереально заблокировать полностью. Да и остальным заблокированным помогают все эти ВПНы. Их тоже стараемся закрывать совместно с силовиками других стран. Но вы понимаете, это совсем не просто. Да и пользуется этим, в основном, молодежь. Те еще, блять, активисты. Старшее поколение, и это немалая часть, пока не в курсе происходящего. Но это не надолго, расскажут же и им. Готовим пару мероприятий для поднятия патриотизма. Есть вариант сплотить хоть какое-то население за нас, даже при плохом варианте развития. Главное понять, как они убирают людей так тихо. Чтобы было ясно от чего защищаться.

Черный силуэт поднес к черной голове бокал. Андрей не понял – пригубил он его или сделал большой глоток. Считать настроение Сергея Валерьевича из-за этого было довольно сложно.

– Есть предположение, что взломали не сами видеоресурсы, а более глобально. – продолжил Андрей. – По сути, весь интернет контролируется одиннадцатью компаниями в разных странах. Они дублированы еще одиннадцатью компаниями для безопасности. Есть версия, что взломали часть из них или все. Это намного проще и логичнее, чем ломать видеохостинги во всем мире. Мы с ними связываемся и только сегодня две из них вышли на диалог. Но сложность в том, что они слишком закрытые. Нам, конечно, помогают правительства других стран, это ведь и в их интересах, но все равно диалог идет очень туго. Они отмороженные фрики и не хотят показать, что могут зайти под контроль властей, не смотря ни на какие бумаги и предписания. Ну и плюс боятся показать, что у них, возможно, есть дыра.

– Ясно… Есть, что поесть? – Сергей Валерьевич протянул пустой бокал Андрею.

– «Залпом выпил, очень нервничает», – отметил Андрей, беря бокал.

Поставив бокал на барную стойку, Андрей в полутьме поднялся на второй этаж в спальню. В кровати, укрывшись лишь от шеи до талии, спала Алиса. Густые шоколадного цвета волосы закрывали лицо. Андрей коснулся рукой за плечо девушки, вдохнув приятный аромат кожи.

– Алиса… Алиса! – она открыла глаза, сонно отвела волосы с лица. – У нас гость, сделай нам перекус под виски и коньяк. – девушка, еле видно, кивнула.

Андрей спустился вниз, плеснул еще коньяка в бокал, протянул Сергею Валерьевичу.

В возникшей тишине послышались легкие шаги босыми ногами по лестнице. Силуэт головы Сергея Валерьевича повернулся почти в профиль в сторону дверного проема и замер. Андрей обернулся – в проеме в свете уличного освещения стояла Алиса лишь в одних стрингах, потирая глаза ладонями.

– Алиса, у нас гость! – смущенно резко и громко окликнул Андрей. Девушка, убрав растрепанные волосы с лица, посмотрела на Андрея, на тень Сергея Валерьевича и спокойно, развернувшись, ушла в темноту дома.

– Ну, и, действительно, зачем такое великолепное тело прятать? – с заигрывающими нотками произнес Сергей Валерьевич. – Давно вместе?

– Года два уже, – Андрей все еще был смущен. – Не понимаю, что она нашла тут. Ведь ей всего 24. Денег не просит, по дому постоянно что-то делает, тусить не ездит, меня постоянно ждет до поздней ночи, утром провожает, мозг не выносит, молчалива. Хотя, казалось бы, с таким телом – туси да отрывайся.

– Прямо вот не просит денег? – в голосе послышались нотки удивления.

– Ну, только то, что даю сам. А даю я, на всякий случай, впритык, чтобы не развращать.

– Странная, согласен. Проверял ее?

– Конечно. Ничего не нашли подозрительного.

– Повезло, что ли? – засмеялся Сергей Валерьевич. – Моя уже 20 лет все тянет и тянет из меня. И ладно б только деньги, но и мозг маленькой ложечкой выедает. Хотя, может, у тебя все впереди.

– Зависть – плохое чувство. – пошутил Андрей.

Алиса вошла в гостиную уже в майке Андрея, лишь наполовину прикрывающую подтянутую попу, неся поднос с кухни. Поставила поднос с закусками на журнальный столик между креслами и, задержав взгляд на секунду на Андрее, будто хотела что-то сказать, отвела взгляд и вышла из гостиной. Легкие шаги босых ног прошлепали вверх по лестнице.

Сергей Валерьевич сварганил бутерброд из багета, прошуто и сыра. Выпил коньяк, закусил.

– Ладно, какие у нас перспективы с этой всей жопой?

– Может выполнять обещанное? Хотя бы немного, – Андрей вдруг понял, что неудачно пошутил.

– У тебя совсем крыша съехала? Я этот гребанный костюм с галстуком ношу 35 лет не для того, чтобы быть слугой! И никто его не носит для этого! И всю систему мы строили не для того, чтобы какая-то группка даунов диктовала нам, что делать и как себя вести! – взорвался громким шипением Сергей Валерьевич. – Ты нюх потерял что ли, Андрей? Ты такое никому никогда не говори, иначе моментально вылетишь нахрен из команды! И домики свои на что будешь обслуживать? На метро давно не ездил? И Алиса твоя сразу свалит! Ты все потеряешь. Понял? Если с такими мыслями будешь мириться! И, уж, тем более озвучивать! – силуэт поднес к голове бокал и Андрей понял, что коньяк был выпит залпом. Пауза затянулась.

– Ладно, Андрей, итог таков: у нас 7 суток. – уже спокойным голосом продолжил Сергей Валерьевич. – Потом я даже не знаю, что нам устроят. У всех карт-бланш на любые действия, которые могут привести к результату. Это нам дал «Сам». Так что меньше бухай, больше занимайся вопросом. Нужен какой-то значимый результат, который можно показать. Тогда может быть, и я подчеркиваю, «может быть», нам дадут еще время. Не подведи меня. Здесь, – Сергей Валерьевич протянул руку с белым конвертом, – флешка, тут все контакты всех необходимых служб, к которым можешь обращаться без меня, они помогут во всем, что скажешь. Мне каждые три часа доклад: любой доклад, есть ли что-то или нет. А, если есть, что сказать, то немедленный.

Сергей Валерьевич встал, подошел к бару, налил еще полбокала коньяка.

– И настоятельно рекомендую такие вот мысли не озвучивать никогда. Мы здесь власть! И шантажировать нас невозможно! Ясно?

– Да…

– Вот и славно. Не подставляй меня. Я тебя вытащил на это место и мне не нужны пересуды за спиной, что мой человек теряет берега.

Он выпил одним глотком коньяк и пошел к двери.

Андрей встал, чтобы проводить. За дверью на улице все это время стояли два охранника. Сергей Валерьевич, не попрощавшись, пошел в их окружении к Майбаху.

Обычно Сергей Валерьевич ездил только с двумя охранниками, но теперь было аж два джипа сопровождения.

– «Ссыт» – подумал Андрей и почему-то получил какое-то злорадное удовольствие от этого наблюдения.

Он закрыл дверь на все замки, подергал на всякий случай ручку и засов. Постоял пару секунд, прислушиваясь к звукам снаружи. И подергал дверь еще раз.

– «И я ссу» – уже с некой грустью отметил Андрей.

Айфон показал 1:27, но спать совершенно не было желания, не смотря на сильно загруженную физически и морально последнюю неделю и предстоящие дела завтра.

Андрей вернулся за барную стойку, выложил на стол ПМ, долил еще виски.

– Андрей, – от неожиданности уже второй раз часть виски оказалась на столе. В проеме стояла опять в одних стрингах Алиса. – Ты спать пойдешь?

– Позже, – вытирая алкоголь бумажным полотенцем, ответил он. – И не подкрадывайся так больше.

Алиса равнодушно пожала плечами и растворилась в темноте.

– Андрей… Андрей… – нежный голос прорывался откуда-то извне. Осталось еще совсем немного, чтобы Андрей достал руками этот черный сгусток материи, за которым так долго охотился. Он уже почти дотянулся, уже почти чувствовал его кончиками пальцев, но никак не мог сделать последний рывок и…

– Андрей, проснись! – он открыл глаза. Склонившись над ним, стояла Алиса, щекотя лицо кончиками волос.

– «Черт, еще бы пару секунд, и я бы достал!» – проскользнула улетающая мысль, еще не понимающая, что это был сон.

– Ты уснул в кресле. Не удобно ведь. – Алиса, со свойственной ей логикой и спокойствием, посмотрела ему в глаза, чмокнула в щеку и пошла в сторону кухни.

Season #1 Episode #3

Офис службы Андрея занимал три этажа отреставрированного дореволюционного здания. Внутри же оно было полностью переделано под технологичное современное офисное пространство.

Обычно здесь было спокойно и совсем немноголюдно, большая часть сотрудников работала удаленно, собираясь только в экстренных случаях, которые были достаточно редки.

Но сейчас это был разворошенный муравейник. Одновременный звук сотни клавиш клавиатур и кликов мышек, суета бегающих сотрудников от стола к столу, разговоры, иногда оклики коллег через весь опенспейс. Это было очень непривычно и давало атмосферу крайней напряженности. Многие не уходили домой, поэтому диваны в проходах и стеклянных переговорках были заняты спящими людьми.

Приступ панической атаки застал Андрея уже при подходе к своему кабинету. Озвученные вчера семь дней давили на психику еще сильнее. Он остановился, подошел к кулеру и налил воды. Вспомнил, что во второй руке держит стакан с кофе, который дала перед выходом из дома Алиса. Поставил стакан воды на стол секретарши, выпил кофе. С коньяком. Алиса всегда тонко чувствовала настроение Андрея и то, когда надо добавить расслабляющего.

Андрей сел в кресло за рабочий стол и открыл Макбук.

– «Так, помимо поиска организаторов, все еще растет проблема с Телеграмом. Большая часть информации и рост паники идет оттуда. Мы скоро можем потерять все население.» – этот неконтролируемый пунктик раздражал Андрея. И тут его осенило. Он схватил телефон и набрал Сергея Валерьевича.

– Доброе утро! – и не дождавшись ответа, выпалил – Надо срочно открыть Телеграм! Снять все ограничения! Может даже извиниться. Сказать, что все окей, претензий нет и Дуров отличный парень!

– Ты дурак? – в голосе Сергея Валерьевича чувствовались нотки замешательства и подозрения.

– Нет. Мы дискредитируем Телеграм. По сути мы не врем, а значит от террористов к нам претензий ноль. С другой стороны, какая мысль возникнет в головах пользователей? Если правительство сняло с ранее заблокированного ресурса все претензии и даже извинилось? Оно получило все, что хотело, и сотрудничает с ресурсом! Нам останется только поддерживать в тени эти мысли и сомнения. Доверие к Телеграму будет подорвано!

– Во-первых, мы ни перед кем не извиняемся.

– Хорошо, это не обязательно.

– Во-вторых, как это поможет убрать оттуда новости и, вообще, темы про шантаж?

– Это уже второй этап. У нас там куча купленных каналов с огромной аудиторией. Достаточно просто намеков. Главное убрать доверие к ресурсу в целом. Внести мысль, что правительство его контролирует. Этого достаточно для следующих шагов.

– Возможно… – в голосе послышалось одобрение. – Глава по Надзору будет, конечно, против, там личные счеты с Дуровым. Но, думаю, сможем надавить. Тем более, он мне тут дорожку перешел… Ахах, да, я думаю, даже можно попробовать заставить его принести публичные извинения. Это даже смешно будет. – голос Сергея Валерьевича повеселел от мысли маленькой мести.

– «Никогда не забывает ввинтить личную выгоду в любое дело.» –закатил вверх глаза Андрей.

– Ладно, я поговорю наверху, отбой. – телефон на том конце отключился.

Андрей почувствовал некий прилив сил и азарта. Это была, возможно, первая маленькая победа в большой войне.

Он вызвал Витю и несколько самых толковых пиарщиков. Объяснил идею и дальнейшие шаги. Виктору поставил задачу отслеживать информационный фон в этом секторе.

Днем стало известно о смерти главы крупной газовой госкорпорации. Он был задушен в своей огромной квартире в центре города. С ним в квартире был только один охранник, который утверждает, что ничего не видел, не слышал и обнаружил его уже мертвым. Его, конечно, допрашивают сотрудники Госохраны. И в этом деле есть множество непонятного и странного. Андрею обещали прислать полный отчет по завершению расследования. Но Андрея беспокоило другое. То, что убитый не был политиком и фактически чиновником. Это – больше коммерческая организация. А значит, похоже, и эти сектора уже попадают под раздачу. И не за какие-то публичные заявления, а уже за невыполненные обещания каких-либо проектов. Или воровство. Или еще за что-то. Причина была не ясна.

– «Объясняли б хотя бы.» – подумал Андрей, допивая кофе с коньяком. Утренняя маленькая победа начала меркнуть.

Андрей отдал срочное распоряжение Вите и его команде накопать, что этот глава обещал за последнюю неделю, или что не выполнил, или сколько откуда вывел денег: что угодно, к чему можно придраться.

– Деньги! – вбежав в кабинет через полчаса, заявил Виктор. – Он вывел почти все свои активы 3 дня назад в офшоры, плюс еще 4,5 миллиарда из выделенного бюджета на газификацию некоторых регионов. Есть подозрение, что собирался свалить. По крайней мере, его джет последние дни стоял заправленный и готовый к вылету. Даже экипаж не отпускали с самолета все эти дни.

– Ясно. Молодец. Это все?

– Не совсем… В Америке еще умер внезапно Джонатан Дробен. Это миллиардер один там. Он основал и управлял коммерческим пенсионным фондом. Но есть подозрения, что это – та еще пирамида. Постоянно велись какие-то расследования по этому поводу там, но очень тухло. Хорошо отслюнявливал администрации и, говорят, даже президенту.

– М-да… жопа… – Андрей поставил локти на стол и уткнулся лицом в ладони. – Это уже реально какой-то пиздец. У нас же пачками можно косить по этой причине… Кстати, причина «за что» прослеживается?

– Похоже, то же самое – вывод активов. Только не госовских, а будущих пенсионерских.

– То есть крупные финансовые махинации глобального масштаба тоже входят в список преследования… – Андрей поднял стакан с кофе, но он был уже пуст.

– Зато есть плюс. – Витя подошел ближе, – За последние 4 дня не было ни одного военного конфликта или террористического акта или иной какой-то силовой акции. Все запланированные конфликты отменились. Никто не хочет делать реальных заявлений.

– И что? Ты пацифист, что ли?

– Да не то что бы. Просто ищу плюсы, – Витя опустил глаза, развернулся и пошел к выходу.

– «Ну, в принципе, что-то в этом плюсе есть…» – подумал Андрей, смотря в спину Виктора.

Вечером, по пути домой, Мерседес Андрея встал в глухую пробку в сторону области. Водитель потянулся включить мигалку, но Андрей одернул его. Спешки не было. За окном медленно тянулись красиво подсвеченные здания. Через тонированное стекло заднего сидения он наблюдал за идущими по тротуару людьми. На фоне работало радио Бизнес, передавая какие-то экономические новости.

– «Опять курс рубля упал», – автоматически отметил Андрей. – «Может тоже свалить? Я же ничего не обещал, за неделю бюджет страны не вывел. Что меня держит? На Бали или Гоа. Забрать Алису, купить домик недалеко от моря и ну его все нахрен. Денег хватит надолго. Потом недвижку тут сдавать оставшуюся».

– …и новость про Телеграм. – Андрей сделал радио погромче. – Глава КомНадзора только что заявил, что они пересмотрели все претензии по не выданным ранее ключам шифрования мессенджера, которые требовали изначально, и снимают все блокировки с Телеграм. Так же глава КомНадзора отметил, что готов встретиться с Павлом Дуровым для обсуждения дальнейшего сотрудничества. Напомним, что мессенджер Телеграм был заблокирован на территории…» – Андрей сделал тише.

– «Очень хороший заход. Месседж прямо-таки отличный. Даже «сотрудничество» вставили. Хороший текст». – Андрей улыбнулся. И улыбку потянулась еще шире, когда он представил в какой ярости сейчас, скорей всего, глава по Надзору.

Season #1 Episode #4

– «Ютуб» – пришло сообщение от Сергея Валерьевича уже на подъезде к дому.

Андрей зажмурился, проматерился про себя и максимально медленно взял айпад. Медленно разблокировал и также медленно подключил наушники.

Он очень не хотел открывать приложение. Вечер был так хорош до этого сообщения. Несколько секунд держал занесенный над иконкой палец, шумно выдохнул воздух и кликнул. Ютуб открылся, подгрузились рекомендованные видео. Андрей нажал на видео с каким-то блогером-миллионником.

– Привет всем! – видео началось без рекламы.

– «Блять», – Андрей зашел в настройки и отключил премиум.

Нажал еще раз на блогера. Начался рекламный ролик.

– «Не здороваюсь», – опять, кивнув головой, сказала белая маска в черной одежде на фоне ярко подсвеченной стены. – «Прошла всего неделя с моего первого видео и, скорее всего, вы заметили некоторые перемены вокруг себя. Вдруг, появились зарплаты у врачей, учителей и других полезных для народа бюджетников. Начались обещанные ремонты в зданиях и на улицах. Остановилось принятие странных законов и, даже, некоторые войны. И я, конечно бы, сказал, что это прекрасно. Если бы не одно «Но». К сожалению, власть это делает сейчас из-под палки страха, а не потому, что должна, в принципе, этим заниматься. И причина этому – законы. Законы, которые по факту принимаются для защиты власти от населения. И исполняются они только в одну сторону. И это не правильно. Я настоятельно рекомендую силовым структурам и судьям, которые по закону должны быть беспристрастными и честными, вспомнить о своем долге служебного положения, о законах, о Конституции и, действительно, стать беспристрастными и честными. Ведь, я надеюсь, именно во имя справедливости и защиты населения вы выбрали изначально свою профессию. Но, конечно, вам решать»…

– Сука… – сквозь зубы выдавил Андрей. В телефоне уже было море сообщений из конторы, что видео блокируют как могут.

– «А какого хера оно вообще опять вышло?» – хотел было ответить им всем Андрей, но это был бессмысленный крик души.

Андрей выключил айпад и увидел в окно, что машина уже стоит у его дома. Приглушенный свет был только в окне спальни на втором этаже коттеджа. Андрей осмотрел ступеньки, ведущие к массивной входной двери, постриженный зеленый газон, два дерева с разных сторон короткой дорожки, ведущей ко входу от машины, теплый свет уличных фонарей. Выходить из машины жутко не хотелось. Здесь чувствовалась защищенность. Как-будто все проблемы где-то там, но не в этом маленьком замкнутом пространстве Мерседеса.

Водитель и охранник на переднем пассажирском сидении терпеливо ждали.

– Ладно, – сказал зачем-то Андрей и открыл дверь. Охранник тоже вышел из машины и, осматриваясь, дождался, пока Андрей медленно вылезет из машины, и закрыл за ним дверь. Они вдвоем дошли до входной двери.

– Завтра как обычно? – хриплым голосом спросил телохранитель. Андрей, кивнув, открыл ключом дверь и зашел в темную прихожую. Разулся, поставил на танкетку портфель. Достал из него Макбук, постоял в темноте, прислушиваясь несколько секунд, и пошел в гостиную.

В темноте на диване спиной ко входу сидел, освещенный ярким светом экрана ноутбука на коленях, силуэт Алисы. Она с кем-то переписывалась. Пальцы быстро стучали по клавиатуре, заглушая слабый звук музыки из ее наушников.

Андрей почувствовал любопытство, куда она так строчит. Но решил, что подглядеть будет несколько низко.

– Привет! – нарочито громко сказал он.

Алиса встрепенулась, резко захлопнув ноутбук, и обернулась.

– Ты напугал меня…

– Чего в темноте сидишь?

– Ты же не включаешь уже несколько дней, зачем рушить эту интересную и интимную традицию? Ужинать будешь? – она обошла диван, чмокнула Андрея в щеку и включила приглушенное освещение над баром. Алиса была одета только в трусики и белую майку с каким-то замысловатым принтом. Андрей давно начал подозревать, что у нее какой-то фетиш ходить дома полуголой. – Или опять просто пить?

– Сегодня, пожалуй, без алкоголя. – Андрей прочувствовал легкий намек подкола над его алкоголизмом в последние несколько дней. – С кем переписывалась?

– Да так, с подругами в чатике. Открыли Телеграм же, слышал? Все резво бросились регистрироваться из любопытства. Хоть появилось с кем пообщаться, кроме прочтения новостей и мемов в каналах.

– У тебя есть подруги? Не знал. – Андрей удивился на автомате, думая в этот момент, что может затея с открытием Телеграма была не совсем верной. Хотя… Пусть заходят. Если с обходом блока не сидели, то явно не самые умные сейчас ринутся туда. Как раз разбавят там аудиторию. Даже лучше будет. Открыли-то как оперативно. Удивительная скорость.

– У всех есть друзья. Ну, или они думают, что они чьи-то друзья. – Алиса надела худи, лежащий на диване и накинула капюшон на голову. Андрей до сих пор не понимал, в чем суть надевать теплую кофту, если она замерзла, но при этом будучи в мини-трусиках и ноги все равно голые. Как это работает?

И он поймал секундный момент внутреннего ощущения, что не только в машине чувствует защищенность. Здесь, дома, тоже ощущалось спокойствие.

– «Когда не заезжает в гости Валерьевич», – отметил Андрей. Только вот ранее любимое окно во всю стену гостиной на задний двор теперь раздражало. От него веяло какой-то опасностью. – «Надо какие-то тяжелые шторы на него повесить. И, может, его как-то забронировать?» – паранойя развивалась все больше.

– Так что про ужин? – напомнила Алиса.

– Да, давай. Только давай продолжим эту темную интимность и за столом.

– Как скажешь. – Алиса вышла в черноту коридора, и легкие шаги удалились по деревянному лакированному полу в сторону кухни.

Андрей поставил макбук заряжаться, оглянулся воровато в сторону коридора, подошел к бару, открыл тихо бутылку виски и сделал большой глоток.

– «Чтобы уснуть было легче.» – оправдался зачем-то сам перед собой и пошел в душ.

Последней каплей чаши напряжения было новое видео маски и, похоже, как говорят психологи, началась заключительная стадия принятия неизбежного – стадия смирения. По крайней мере, на сегодняшний вечер. Мозг Андрея вдруг отключился от проблем и погрузился в спокойствие, как-будто ничего не происходило в последнюю неделю или происходило, но где-то далеко, не здесь.

Выйдя из душа в халате, Андрей прошел по темному коридору на кухню. Кухня была довольно просторной, с белоснежными стенами, белой мебелью и большими окнами, которые были сейчас задернуты непроницаемыми белыми шторами. В центре стоял стол, за которым в мерцающем свете трех толстых свечей сидела Алиса, забравшись с ногами на стул, и ковыряла вилкой салат. Андрей, шаркая тапочками, сел напротив, и, вдохнув аромат ждущего его на тарелке стейка, отрезал кусок.

– Очень вкусно, спасибо, – Андрею и вправду понравилось мясо. Алиса научилась за последнее время делать отличные стейки.

– На здоровье. – он чувствовал, что она смотрит на него из тени, которую кидал на ее лицо накинутый капюшон.

– Андрей…

– Дa? – перестав жевать, он поднял взгляд.

– А тебе не кажется, что все происходящее имеет смысл?

– Ты о чем?

– Про маску. Я видела первое видео. И слышала некоторые обрывки ваших разговоров с Сергеем Валерьевичем. И наблюдала за дальнейшим развитием в интернете. Ты же знаешь, как ваши блокировки легко обходятся. Ты сам этим пользуешься и меня научил. И сегодня вот. Может все это и должно было случиться? – ровный голос Алисы не возвращал Андрея в обеспокоенность. Будто просто обсуждали какие-то ничего не значащие новости. – Если не хочешь об этом говорить сейчас, то не страшно. Может когда-нибудь потом. Просто тогда скажи, что для тебя там нет опасности и закончим эту тему.

– Нет, все ок. И я не знаю, есть ли в этом смысл. Но это очень не вовремя, – отрезая очередной кусок мяса, ответил Андрей, показывая всем свои видом абсолютное спокойствие и контроль над ситуацией. – Хотя нет такого времени, когда это было бы вовремя, наверное. И нет, не волнуйся, для меня там нет ничего опасного. «Наверное» – повторил уже про себя Андрей.

– Просто я подумала, что, возможно, и, правда, человечеству пора подняться на следующую ступеньку. Не смотря на технологии, прогресс и тому подобное, мы все застряли в каком-то веке царей, фараонов и, типа, игр престолов. Но большая часть людей на планете уже не такая, не считая, конечно, консерваторов. Самолеты и интернет стерли границы, за которые так долго воевали веками. Люди уже не хотят жить в одном социуме, они стремятся к космополитизму. Ну или, как это правильно сказать, не знаю. Они хотят позитива от жизни, а не этого всего, что происходит. И только небольшая группа людей, которые управляют миром, не могут или не хотят видеть эти изменения и меняться, идти в ногу с развитием мира. Помогать ему развиваться дальше.

– Эээ… – Андрей даже забыл положить кусок в рот, а так и держал вилку с мясом у рта. – Ты… Я удивлен сейчас. Это ты где-то вычитала?

– Да нет, кот. Просто я у тебя на самом деле не такая тупая, как выгляжу. – засмеялась Алиса. – Какие-то мыслишки-то все же бродят в этой симпатичной головке с пухлыми губками и внешним образом дурочки. – Алиса перешла на заговорщический шепот. – Ни кому только не говори, но я просто маскируюсь под нее. – Она немного сдвинула капюшон назад, чтобы в свете свечей было видно ее лицо, хитро подмигнула и накинула капюшон обратно, уйдя в его тень. – Ты же сам восхищался моей логикой и философией жизни. Когда-то. Когда только все у нас начиналось. Сейчас привык просто, не замечаешь.

– Согласен… – Андрей действительно был с этим согласен. – Но не все так просто. Ты точно с подругами переписывалась?

– Конечно. Я же никогда тебе не вру. – Алиса обняла себя за коленки. – Да и зачем?

Остаток позднего вечера прошел в таком умиротворении, что дико не хотелось наступления утра. Поэтому Андрей оттянул начало сна до максимально возможного физического состояния. И все таки отрубился.

Какой-то мерзкий звук настойчиво пробивался сквозь тьму. Андрей приоткрыл глаза, посмотрел на белый потолок. Мерзким звуком был звонок Айфона.

«Сергей Валерьевич» – высвечивалось на экране. Часы показывали 7:07. Он перевел звонок на беззвучный режим.

– «Сука, как быстро наступило утро.» – с горечью отметил Андрей.

Быстро вскочил с кровати, взглянул мельком на Алису. Она, как обычно, спала на боку, раскидав шоколадного цвета волосы по всей подушке. Тихо прикрыв дверь, Андрей спустился на первый этаж.

Сергей Валерьевич все еще вибрировал в руке.

– Доброе утро. – ответил Андрей.

– Какое на хрен доброе! – Сергей Валерьевич был явно не в духе. – Ты этого мудака посмотрел вчера?

– Конечно.

– Почему не перезвонил?? Я ждал пол ночи!

– Нечего было сказать нового. Видео блокировали на ресурсах. Откуда оно могло придти и есть ли зацепки искали. Все по стандарту.

– К херам ваши стандарты! Результата опять нет?

– Пока не знаю, доклады пока не успел прочитать. – Андрей был уверен, что там нет особых новостей, иначе бы позвонили и ночью.

– Читальщики, блять. Шесть дней осталось! А с новым обращением, может и того меньше! ТЫ вообще понимаешь хоть мизерную часть того, что сейчас может случится, если силовики и судьи зассут и действительно станут такими, как рекомендует маска??? Это будет конец! Всем конец, Андрей! И, если ты надеешься, что тебя это не затронет, то я сильно в этом сомневаюсь!

– Возможно, все таки точка отсчета идет с момента этого видео. Или максимум первого. Вряд ли за старые дела же.

– В жопу себе засунь это «возможно»! Это твое предположение! Или ты у них спросил?

– Нет..

– Пидора ответ! – Андрей даже опешил, что Сергей Валерьевич в курсе школьных мемов.

– Ладно. – голос в телефоне стал сдержаннее. – Это все эмоции. Сейчас не до этого. Нам всем нужен результат. Потому что конец уже начинается. Сегодня прямо с утра уже забрали трех экс-губеров на допросы. Хотя, смысл допросов, если и так все у них на карандаше на всякий будущий случай. Наши службы же такие, компроматик на каждого имеется. И вот оно – наступил момент! Уж как быстро начали папочки доставать свои! И это пока по мелочи пошли. Но хрен знает, до чего это дойдет. Заставь дурака Богу молиться, он и лоб разобьет. И ты же понимаешь, что они не думают – после видео или до видео – они просто загребут сначала, кто попроще, а дальше пойдут, может, и к нам. И сейчас им хер, что скажешь. Они за свою шкуру больше пекутся теперь.

– Согласен…

– Короче, – продолжил Сергей Валерьевич. – Ре-зу-ль-тат! У тебя есть ресурсы! Мы тоже пашем. Все пашут, – он бросил трубку.

– «Отличное начало дня, мать твою», – Андрей посмотрел в окно гостиной. Солнце уже озарило зеленый газон.

Андрей подумал, что, наверное, нет смысла ехать в офис, можно поработать и дома. Или еще лучше – в беседке на заднем дворе. Кинул сообщение водителю, что приезжать не надо и, читая со смартфона доклады, заправил в баре кофеварку. Почему то, пришедшее вчера спокойствие, не покинуло его и сегодня, даже после этого телефонного разговора.

– «Ну вот, я все-таки и смирился. Вот оно как происходит, оказывается. Или перегорел. Почему настолько похер-то стало?» – секундный психоанализ Андрея не дал ответ на вопрос.

В докладах, помимо того, что он и так знал, даже не читая их, нового ничего не было. По Телеграму разве что уже начались намеки в каналах, облеченные в, якобы, личные подозрения авторов, о сотрудничестве правительства с Дуровым. Новое видео маски тоже аккуратно дискредитировали разного рода намеками и разборами. Да пара новостных сайтов крайне аккуратно без эмоциональных прикрас осветили данные подозрения, ссылаясь на каналы, чтобы отвести от себя претензии в случае чего. В оффлайн-прессу и телевизор, конечно, ничего не просочилось.

Кофеварка пропищала о готовности кофе. Андрей налил чашку, взял Макбук и через дверь в гостиной вышел на задний двор. Встал босиком на траву, подставил лицо под мягкое утреннее солнце. В кармане халата завибрировал мобильник.

Андрей дошел по траве до открытой беседки, поставил все на стол, сел и вытащил смартфон.

– Да, Витя, привет.

– Доброе утро. Во-первых, – сходу выпалил Виктор. – посмотрите, нет ли вам посылки у входа.

– Какой посылки? Что в ней?

– Пока не известно. Но почти у всех, кто руководит расследованием нашей проблемы, у входа обнаружились посылки. В других странах тоже самое. У кого уже было утро. У других, у кого утро еще впереди, видимо, еще будет или уже стоят, это проверяют. К тому, у кого они появились, уже отправлены саперы.

– И что в них? Я имею в виду тех, у кого уже нашли.

– Не известно. Не удалось пока накопать, а сами они не делятся инфой.

– Подожди. – Андрей уже шел к дому. Пройдя через гостиную и коридор, подошел к входной двери. Включил видеофон – он показал кусок пустой улицы. Отпер замки и приоткрыл немного дверь. – Витя, вызывай и мне саперов. И химиков.

– А во-вторых, – продолжил Витя.

– Потом! – прервал его Андрей. – Сначала вызови и позже перезвонишь!

– Есть! – Виктор положил трубку.

Андрей аккуратно закрыл дверь и отошел от нее спиной вперед, не отрывая взгляд от экрана видеофона на максимально возможное расстояние.

– «Ну хотели бы взорвать, уже взорвали бы.» – пролетела обнадеживающая мысль.

Подождал пока экран погаснет автоматически, после этого поднялся на второй этаж и разбудил Алису.

– Пойдем, нам надо посидеть на заднем дворе. Быстрей!

– Что-то случилось? – сонно-медленно Алиса выползла из-под одеяла.

– Просто надо. Давай быстрее, пожалуйста! И накинь что-нибудь на себя, сейчас люди приедут.

Алиса взяла длинную майку и пошла к выходу из спальни, натягивая ее по пути. Зашла в ванную.

Андрей пока переоделся в джинсы и футболку.

– «Вызвал. Но, когда будут, не известно. У них сегодня загруз – 147 объектов с такими посылками.» – пришло сообщение от Виктора.

Алиса вышла из ванной и пошла по лестнице вниз. Андрей догнал ее, чтобы она ненароком не подошла к входной двери. Взял ее под локоть и направил в гостиную. На ходу взял с бара еще одну кружку и наполненный стеклянный кофейник из кофеварки.

– У нас проблемы? – забравшись с ногами на стул за столом в беседке, посмотрела на Андрея Алиса, убирая с лица пряди волос.

– Не то чтобы, просто страхуюсь. – Андрей придал голосу максимальную уверенность, наливая ей кофе. – Не волнуйся, но у нас у входа странная коробка. Я вызвал уже людей для проверки. Не думаю, что, в случае чего, сюда что-то долетит.

– Ну или умрем вместе. – с ухмылкой заметила Алиса. – Тоже неплохой вариант.

– Так себе шуточки. – ставя кофейник на стол, отметил Андрей.

– «Тебе тоже пришло?» – показал смартфон сообщение от Сергея Валерьевича.

– «Да, вызвал саперов, жду.»

– «Такая же хрень. Известно, что там?»

– «Пока нет. Отрабатываем курьеров, многие засветились на видеокамерах. Мой, скорей всего, тоже.»

Саперы приехали лишь через два с половиной часа. За это время команда Андрея выяснила, что в коробке скорей всего флешка. По крайней мере, у тех, чьи посылки уже проверили, были именно они. Но что на них, пока оставалось тайной.

Курьеры же оказались обычными сотрудниками курьерского агрегатора. Забирали посылки из разных мест, деньги за доставку были прикреплены в конвертах на коробках. Пока зацепок не было. Госохрана доложила, что просматривает все видео со всех возможных камер, ведущие к этим местам, чтобы выяснить, кто эти посылки туда положил. Это на долго.

Андрей позвонил в свой офис и распорядился найти, где были закуплены флешки. Столько много купленного товара одного наименования должны были где-то да засветиться.

Тем не менее, Андрей не упускал варианта, что это может быть отвлекающим моментом, а у кого-то все же посылка может и рвануть. Или отравить. Или еще что. Тут уже все ограничивалось только фантазией организатора.

Но и у него обнаружилась лишь флешка, на которой было напечатано на наклейке: «Лично получателю в руки.»

Андрей повертел флешку в руках.

– Внутри нее тоже ничего особенного? – обратился он к старшему саперу.

– Нет, просветили рентгеном, все ок. Обычная флешка. Взрывчатые вещества не уловили. Отравляющих тоже нет. Радиация в норме. – пакуя приборы, не поворачиваясь, ответил старший.

Андрей зашел в кабинет и откопал в шкафу старый ноутбук, на котором не было ни какой нужной информации. Флешка могла быть заражена вирусом. Воткнул ноутбук в розетку. Экран озарился загрузочной полосой. Андрей сел в кресло, терпеливо ожидая.

– «Полгода назад на одном Китайском заводе украли две фуры с флешками этой фирмы. Они копеечные для производителя, поэтому дело там больше расследовалось по воровству грузовиков, чем по поиску груза. Грузовики нашли через две недели пустыми в каком-то переулке. Дело не было закрыто, все таки груз пропал, но и особо не парились по его продвижению.» – пропиликал Айфон новым сообщением из офиса.

Андрей опять покрутил флешку в руках: – «Вот и нашлись.»

Экран ноутбука показал рабочий стол. Андрей воткнул флешку и на всякий случай убрал руки от ноутбука и даже немного отодвинулся. Но ничего не произошло. На рабочем столе появилась папка с фамилией и именем Андрея.

Андрей осторожно кликнул на нее.

Season #1 Episode #5

– «Черт!» – он быстрым движением выключил в ноутбуке доступ к вай-фаю на всякий случай, а большим пальцем второй рукой прикрыл камеру в рамке экрана. Поискал глазами, чем можно ее заклеить. Паранойя нагнетала. Кто знает, что там запустится вместе с папками или уже запустилось. На столе лежали самоклеющиеся разноцветные стикеры для заметок. Оторвав уголочек, Андрей наклеил его на зрачок камеры.

Опустил взгляд на экран. На нем было открыто окно, в котором находились еще папки с цифрами в названиях.

– «Похоже на даты.» – Андрей начал открывать папки по очереди и его бросило в холодный пот. Он не поверил сначала, не хотел верить, не может такого быть. В какой-то момент адреналин так сильно выплеснулся в кровь, что его начало подташнивать.

Андрей смотрел на свою жизнь. На свою темную сторону жизни. Полное досье по датам, с аккуратным описанием каждого дельца, выведенных государственных и коммерческих денег, взяток, подкупов, запугиваний, рейдерства, сделок. С фактами, телефонными разговорами, сообщениями, письмами, даже порой видеозаписями с уличных и офисных камер. Достаточно было послушать и посмотреть только первые секунды половины аудио и видео файлов, чтобы вспомнить каждый случай и понять, какой это разговор и съемка. Ебанный личный Викиликс имени Андрея!

– «Это надо спрятать! Нет! Уничтожить!» – Андрей выдернул флешку так резко, что ноутбук по инерции упал со стола.

– «Нет! Стоп! Спокойно..» – Андрей сделал пару глубоких вдохов. – «Надо сохранить где-то инфу.»

Флешка жгла руку. Теперь понятно, почему никто не признавался из получивших, что за информация в их посылках.

Приступ паранойи достиг пика. В голове пролетели мысли, что эта флешка может не только, возможно, заразить вирусом, но еще писать звук или, а может и передавать геопозицию. Он вывернул прямо на пол два ящика стола, прежде, чем нашел какую-то свою флешку. Поднял ноутбук, вставил присланную, скопировал все папки и перебросил на свою.

Схватив присланную флешку, свою убрал в карман джинс, отсоединил ноутбук и быстро спустился вниз в гараж, пробежав мимо Алисы, которая что-то хотела сказать. Нашел в стеллаже дрель, разбил на полу рукоятью пластик флешки и просверлил сам накопитель, войдя сверлом глубоко в пол. Со всего размаха ударил углом об пол ноутбук, не обращая внимания на разлетевшиеся вокруг клавиши и пластик. Вырвал жесткий диск и оперативку. И начал насверливать в них сквозные дырки.

В дверь позвонили.

Андрей, отложив дрель, собрался с мыслями и пошел к входной двери. Видеофон показал двух мужчин на крыльце.

– Управление по госбезопасности. – один из мужчин показал удостоверение в камеру.

Андрей напустил на себя абсолютно спокойный вид, вытер пот со лба, руки о футболку и открыл дверь.

– Да? Добрый день.

– Добрый день. Мы войдем? – не дождавшись ответа, они одновременно сделали шаг вперед.

– Конечно…

Мужчины в костюмах расположились на диване в гостиной, Андрей сел в кресло.

– Мы все тут понимаем, зачем мы здесь, поэтому сразу к делу. Нам нужна флешка.

– Флешки нет, я ее убил.

– Андрей, – один из мужчин резко перешел на «ты», но, увидев поднятую бровь Андрея, сделал над собой усилие. – Конечно, у вас высокое положение, все дела, но давайте не будем усложнять ситуацию. Не заставляйте нас переворачивать весь дом, отрывать ваш красивый дорогой паркет и разбирать этот замечательный камин. Выписать ордер дело пяти минут.

Андрей вспомнил, что в спальне под матрасом лежит его незарегистрированный ПМ и понял, что, в связи с последним видео маски, урегулировать этот момент, похоже, будет уже сложнее. Но, судя по тому, что они пришли всего лишь вдвоем, а не с группой захвата, было понятно, что это разговор «по-хорошему». Поэтому напустил еще больше спокойствия на лицо и откинулся на спинку кресла.

– Это не поможет. Давай…те, – Андрей быстро поправился, понимая, что даже без группы захвата лучше быть вежливым. – …откровенно. Вам, скорей всего, известно, что на флешке нелицеприятные факты каждого получателя. Ведь у кого-то вы, наверное, уже успели изъять. В связи с законом, а мы же теперь по закону, да? – Андрей подался немного вперед, придавая уверенность словам. – Так вот, по закону я имею полное право не свидетельствовать против себя. А на флешке находятся как раз эти свидетельства против меня. Поэтому, вполне логично, что я ее уничтожил.

– Логично, конечно, но тем не менее тогда мы хотели бы получить, что осталось от флешки. И, вероятно, вы сделали копию?

– Нет, зачем? – максимально искренне удивился Андрей. – Я и так в курсе своих грешков. Флешку сейчас принесу.

– Не напрягайтесь, у вас и так было нервное утро. Мы сами. Скажите, где ее взять.

– «Хитро.» – отметил Андрей. – Алиса! – крикнул он.

Алиса пришла со стороны кухни, поздоровалась с мужчинами и вопросительно посмотрела на Андрея.

– Принеси из гаража, пожалуйста, там остатки флешки с дыркой.

– И ноутбук, с которого вы ее смотрели. – резко дополнил просьбу, похоже, старший из этих двоих.

– Кхм, и его. – Андрей внутренне занервничал, все таки там оставалось много не просверленных областей и, вероятно, оставался риск вытащить что-то с жесткого диска. И главное, он не мог вспомнить, удалил ли он с ноутбука скопированные папки. Скорей всего нет. Или да? И почистил ли корзину? Точно, вроде, нет… Его охватила паника, но внешне он старался оставаться спокойным. Хоть уже и с трудом.

Алиса кивнула и, развернувшись, ушла почему-то в сторону кухни, а не гаража. Младший сотрудник встал и торопливо пошел за ней.

– Андрей, я надеюсь, мы понимаем друг друга и все это без обид. На моем месте вы поступили бы так же в сложившейся ситуации. – оставшийся мужчина начал играть в хорошего полицейского.

– Конечно, все окей, я понимаю. Мы заложники этой ситуации. – подыграл ему Андрей, поглядывая украдкой в сторону коридора.

– Тем не менее, вы же понимаете, что мы можем забрать на время следствия всю вашу технику?

– Кроме рабочей. Она на балансе конторы, которая владеет государственной тайной. Соответственно, некоторые ноутбуки, хранилища данных и телефоны под защитой.

– Это не такая уж и большая проблема в рамках следствия.

– Какого следствия? Я обвиняемый? В чем? – Андрей, уже пристально смотря сотруднику в глаза, понял, что тот немного блефует.

– В расследовании международного кибер-террористического акта с реальными убийствами. Вы мешаете следствию, уничтожая вещественные доказательства. И есть законы о недонесении и не содействии. Да и еще пару-тройку можно подвести под ваши действия. А это уже потянет на госизмену.

– «Ой, да ладно, кого ты разводить собрался?» – про себя улыбнулся Андрей.

– Я не имею отношение к террористическому акту. Наоборот, фактически – я пострадавший. Меня, руководителя одной из важнейших для государственной безопасности госструктуры, запугивают шантажом неизвестные лица. А вы по закону должны, вроде как, защищать меня. К тому же, напомню, мы на одной стороне. И расследуем одно дело. – Андрей попробовал внести видимость сотрудничества.

– К сожалению, пока что каждый сам за себя. – в голосе просквозила на мгновение печаль. – Да и законы не совершенны, вы же знаете. Любой пострадавший может в рамках правового поля стать обвиняемым, и наоборот. Это как посмотреть.

– Понимаю. Но это не повод топить друг друга. Цель же у нас всех одна и это не мы. – все еще намекал на общее сплочение и «дружбу» Андрей.

– Извини…те. Но сейчас другое положение дел. – в глазах сотрудника Андрей не видел сожаления. Каждый прикрывал лишь свою задницу.

Младший сотрудник вернулся в комнату с мусорным пакетом, в котором угадывались пластиковые части разбитого ноутбука и, почему-то, с кастрюлей. Андрей и собеседник уставились на него с немым вопросом в глазах.

– Горячее. – кивнул он на кастрюлю.

– В смысле горячее? Ты нам суп принес? – Андрей заметил нотки раздражения в голосе старшего оперативника.

– Нет. Винчестер лежал на включенной газовой конфорке. Через дырки в нем там похоже все диски поплавились внутри. И накопитель флешки тоже, он весь растекся по плите. Еле отодрал щипцами. Сложил вот горячее в кастрюлю, мешок же прожжет.

Андрей немного наклонился вбок и посмотрел за спину младшего сотрудника. В проеме стояла Алиса, облокотившись плечом на косяк и скрестив руки на груди. Еле заметно улыбаясь, она смотрела озорными взглядом Андрею прямо в глаза.

– С-с-с-у-у-к… – прошипел старший, но осекся на последнем слоге и выдохнул в конце пустой воздух. – Ладно. Хорошо. – быстро взяв себя в руки, он повернулся к Андрею. – Допустим, я понимаю и, вероятно, поступил бы так же. Но это не отменяет уничтожение вами важных улик и доказательств.

– Каких доказательств? Там были лишь видео с камеры ноутбука, где я дрочил на порно с геями. – Алиса сдержано хихикнула. – Да, это не приятные видео. И можно по сути этим меня шантажировать. Но ведь это не является преступлением?

– Проверим. – поднялся с дивана старший.

– Кастрюлю можете забрать. – нарочито вежливым тоном произнесла Алиса, когда они проходили мимо. – До свидания.

Андрей с шумом выдохнул, когда запер за ними дверь. Подошел к Алисе и крепко прижал к себе.

– Ты супер! Как поняла?

– Кто молодец? Я молодец! Знаю, что супер. Не так уж и сложно понять, когда ты бежишь мимо с этим всем и таким бледным лицом в гараж. – Алиса опять посмотрела ему прямо в глаза. Ее взгляд был очень серьезен и будто проникал внутрь Андрея, но через долю секунды расслабился и улыбнулся. – Заглянула потом, что ты оставил в гараже, и догадалась, что это не очень нам нужно, а дальше Гугл в помощь. Плиту, правда, теперь отмывать. И провоняло все пластиком ужасно… – Алиса показательно грустно поджала нижнюю губу. – Шторы, наверно, в химчистку сдать надо будет. Что на обед сварганить, гей-дрочун? – улыбнулась.

– «Да как ты так быстро переключаешься?!» – Андрей чуть было не сказал это вслух. – Давай на твой вкус. Я поработаю пойду, много времени потерял.

– «Сегодня подали в отставку 7 европейских политиков и 4 в США, 13 высоких постов силовых структур в Европе, 8 в США. У нас минус 3 политика, 6 силовиков. К вам Госбезопасность приходила?» – пришло сообщение от Вити, когда Андрей закапывал флешку, обернутую в целлофановый пакет и скотч, у основания беседки, где не было травы.

– «Не удивительно.» – заметил Андрей, но ответил лишь короткое: «Да, все ок.»

Разровнял землю, отметив, что выглядит без подозрений. Накидал сверху камушки.

Осталось придумать, куда спрятать ПМ, чтобы и не найти людям в костюмах и доступ быстрый был на всякий случай. Но пока идей не приходило.

Андрей только сел за стол и втянул носом аромат горячей только что приготовленной солянки. Рядом с тарелкой стояла запотевшая стопка ледяной водки. Как по дому разнесся звонок в дверь.

– Твою мать. Сегодня прямо день открытых дверей. – Андрей быстро съел ложку супа, выпил залпом рюмку и заел еще одной ложкой.

– Валерьевич. – Алиса, стоявшая у холодильника, посмотрела в окно.

Андрей, уже вставая, быстро налил еще рюмочку, выпил, уже стоя закусил супом, и вышел в коридор.

– Пойдем. – Сергей Валерьевич, как всегда, не обременяя себя приветствиями, вошел с двумя охранниками. Андрей отметил, что еще двое остались на крыльце. Они прошли в гостиную, Сергей Валерьевич выложил на журнальный столик два смартфона, у которых остался один телохранитель, и пошел со вторым охранником к двери на задний двор.

– Оставь мобильник тоже.

Андрей положил свой на барную стойку.

Они сели за стол в беседке.

– Короче. – потер лоб Сергей Валерьевич. – Утром было экстренное совещание. И теперь они проходят в каком-то сраном подвале или бункере, в котором из технологий только лампочки на проводах и блокнот с карандашом в руках. Это какой-то гребанный кружок анонимных алкоголиков уже. Все обсуждения вопросов по проблеме с этого дня запрещены по любым сетям связи и в присутствии телефонов, компьютеров и вообще любой техники вокруг. Хоть голубей почтовых покупай. Ты понимаешь, блять, куда мы скатываемся?? – Сергей Валерьевич даже сжал кулак.

– Что у вас на флешке было? – спокойно поинтересовался Андрей.

– Я все не посмотрел, только первые две папки и понятно, что нихрена хорошего там нет! Поэтому-то теперь мы и в каменном веке. За нами, возможно, наблюдают до сих пор! – Сергей Валерьевич подался вперед и перешел на громкий шепот. – Я не знаю, как мы решим эту проблему! Гнев Самого уже просто… Я никогда не видел столько ярости и крика от него. Нас просто размазали по этому грязному подвальному полу. – Он быстро глянул на второго охранника, стоящего на улице у входа в гостиную. Андрей почему то подумал, не жарко ли тому стоять в черном костюме там на солнце. – Но есть и хорошие новости. Нам дали полный иммунитет на дела, записанные на флешках, если мы разрулим ситуацию. Его наши делишки не сильно волнуют.

– «Зато, похоже, волнует других.» – отметил про себя Андрей. – Госбезопасность к вам приезжала?

– Да, но я уже был на совещании. Да и похер на них. Это они сейчас такие, особенно кто пониже рангом. А так-то там тоже кое-кому пришли посылочки. Они тоже ищут этих мудаков через свои каналы. А потом станет все, как раньше, как только проблема будет решена.

Андрей как-то не сильно верил в эту решительную речь Сергея Валерьевича. Надо будет прикрыть задницу или пустить публично кровь, он сдаст и Андрея и всех вокруг. И все сдадут друг друга. Этот змеиный клубок легко расползался на отдельные элементы в случае опасности. «Каждый сам за себя.» – всплыла в голове фраза старшего оперативника, наиболее правдиво описывающая нынешнее положение.

– Твою флешку не взяли?

– Нет, успел уничтожить. Но приходили. Там вполне серьезные намерения.

– Плевать. У них и так информации на нас достаточно. Не забрали, значит это не нужно.

– «Пока.» – добавил к его фразе про себя Андрей. Пессимистические нотки стали проникать все глубже в мысли.

– Это мелочь зассала. – продолжил Сергей Валерьевич. – Но без указа Самого нас не тронут, мы нужны.

Андрей вдруг почувствовал приступ отрешенности от всего:

– И этот указ дать не сложно в любой момент, так ведь? Чтобы защитить Самого себя и показать, что Он за изменения, которые требуют террористы. Это все легко можно оправдать для населения, даже, которое в курсе ситуации. Еще и выйти с плюсом для Себя. И это ведь дело времени, так?

Сергей Валерьевич опешил от такого смелого прямого заявления. Несколько раз поморгал, будто в глаз попала соринка и было видно, что он не находит слов для ответа.

Пять секунд молчания. Андрей смотрел на Сергея Валерьевича и видел, как багровеет его лицо. На лбу выступила вена. Десять секунд молчания. Андрей подумал, что, похоже, перегнул палку и успеет ли он вытащить из-за пояса джинс, еще не спрятанный ПМ, и без особой практики стрельбы, как-то отбиться от охраны, если сейчас пойдет все по негативному сценарию. Но что тогда потом? Смерть? Тюрьма? В бега? Андрей понимал, что сейчас в голову лезут какие-то киношные мысли и отстреливаться будет как-то глупо и даже комично со стороны. Представив это, даже улыбнулся.

– Я не утверждаю. – нарушил тишину он, убрав улыбку. – Но этот вариант тоже может быть, ведь так? А я рассматриваю все возможные варианты развития событий для нас с вами. – сглаживая углы, мягким тоном произнес Андрей.

– Да.. Но нет. Это вряд ли. Практически невозможно! – лицо Сергея Валерьевича стало обычным и решительным. Андрей сделал правильный ход. Но он чувствовал напряжение по отношению к себе. Взгляд Сергея Валерьевича был теперь холодным, будто Андрей его сильно разочаровал. – У нас все еще шесть дней. Срок не уменьшили. Работай. – грузно поднимаясь из-за стола, как-то слишком спокойно закончил разговор Сергей Валерьевич и пошел к двери в дом. Андрей поднялся вслед за ним.

Молча Сергей Валерьевич забрал со столика смартфоны и в сопровождении охранников прошел к выходу.

– На связи. – лишь на прощание сухо, не оборачиваясь, сказал он и Андрей закрыл за ним дверь.

– Ты была в гостиной, пока мы общались? – Андрей сел за стол на кухне. Суп уже остыл.

Алиса отрицательно покачала головой.

– В доме не говорим на серьезные темы. Особенно в гостиной. Охранник мог подкинуть прослушку.

Алиса еле видно пожала плечами: – А мы прямо-таки часто на серьезные темы говорим. Про секс-то можно?

– Это можно. Пусть слушают, какой я гигант в этом деле. – улыбнулся Андрей.

– Хах, гигант. Так, две минуты. – засмеялась она.

– Э-эй, вдруг и до сюда добивает. Не поймут же, что шутишь. – ответил Андрей.

Алиса подняла одну бровь, давая понять, что она, как бы, не шутит и показала язык.

Андрей подключил все ресурсы офиса на поиск возможных утечек используемой связи и хоть какого-то защищенного канала, через который все же можно было бы безопасно общаться.

Шестой день подходил к концу.

Он сидел в темноте у камина и смотрел на огонь. В доме было и так очень тепло, но играющие языки пламени помогали думать. Андрей все еще не понимал мотива всего происходящего. Изменить мир к лучшему? Но это так утопично, что глупо и смешно. Алиса, конечно, вчера высказала неплохое виденье ситуации, интересную философию и, возможно, даже мотив. Но он был слишком идеализирован. Это все молодость и вера в лучшее, доброе, светлое. Но люди не такие. Все делается для чего-то. Или это уже профдеформация Андрея? Он отметил эту мысль, но не согласился с ней. Андрей не помнил такого, чтобы даже за ширмой самых благих дел, не просматривалась некая личная выгода. Будь это связано с меркантильностью, или с властью, местью, чувством собственного величия, или чем-то еще, но не просто сделать лучше. Так не бывает.

Месть или власть. Кстати, хорошие поводы. Более того, вариант с захватом власти вполне реальный. Возможно, к этому и ведется эта ниточка.

– «Крипта опять растет. Довольно быстро.» – пришло сообщение от Вити.

Ну вот и еще один повод появился. Деньги. Дестабилизация государственного строя и госвалюты для роста крипты. Так себе повод, конечно, но почему бы и нет. Все варианты стоит отрабатывать. Даже не очевидные с первого взгляда. Но пока не складывалось. Слишком все сложно для этих поводов. Можно было проще этого добиться.

Во входную дверь осторожно постучали, когда Андрей только подошел к бару.

Андрей уже даже не удивился, лишь посмотрел на часы: 22:57. Пока он шел по коридору, в дверь еще раз постучали. Это был явно не властный стук Сергея Валерьевича, а именно тихий, осторожный, какой-то вежливый.

Season #1 Episode #6

Андрей тихо подошел в к двери и включил видеофон. На крыльце стоял Витя с каким-то очень молодым парнем.

– Привет. Поздновато ты. – пробурчал Андрей, открыв дверь.

– Так теперь запрет на общение по сетям, а есть, что обсудить. – Витя выглядел несколько смущенным.

Они прошли в гостиную, оставив смартфоны на комоде в коридоре. Андрей показал им на диван и сел в кресло у камина.

– Это Вика. – представил Виктор сопровождающего. Андрей присмотрелся в отблесках света от камина и, действительно, этот худой лысый весь в татуировках и пирсинге парень, оказался девушкой. – Она у нас завербованный хакерок, в свое время неплохо вскрыла пару платежных систем, подняв себе несколько миллионов. Но мы ее нашли и вот уже, как два года она с нами. У нее есть интересная теория. У меня тоже, но иная. Тем не менее, они могут быть параллельными или связанными.

Вика явно нервничала и чувствовала себя не уютно.

– Да, – тихо начала она. – Я проверяю теорию распространения криптовалют. Ведь, как известно, чтобы заработать крипту необходимо практически предоставить свой комп для выполнения неких задач, истинное значение которых не очень известно. Якобы для обеспечения блокчейна. Но что собирают блоки с носителя, точно не известно. За эту работу человек получает монетки. А теперь представим, что случилось, когда все побежали зарабатывать. Какие мощности были подключены, причем за счет клиента. А главное, что подключали не только физлица, но и госучреждения, и даже мы. – она взглянула на Андрея, напоминая как бы ему, что в свое время он тоже использовал ресурсы своей конторы, и они были весьма мощные, для майнинга. – А для каких и чьих задач такие мощности? В чем смысл разгадывания этих блоков? Я считаю, что меркантильность человечества создала за последние годы самую мощную систему вычислений, которая работает на кого-то за всего-лишь какие-то виртуальные монетки. Этот пузырь надулся искусственно кем-то вначале, а дальше уже дело жадности и пиара. Тем не менее, известно множество случаев, когда майнили и в госструктурах прямо на основных серверах, и на серверах операторов связи, в полиции, Госбезопасности, везде. Это может быть причиной тихого слива любой информации кому-то. Я считаю, это может быть бекдором, который мы сами с удовольствием ставили все себе. И тут не надо большой команды для обслуживания, десяток-другой людей в любой или любых точках мира и достаточно.

– Согласись, в этом очень много логики? – победно улыбнулся Витя.

– И чему ты радуешься-то? – Андрей не был столь позитивен. – Как мы это все запретим без объявления истинной причины? Да и если запретим, то в итоге что? Как найти потом организаторов? Они просто залягут на дно.

– Да, согласен. – голос Виктора поник.

– Но не спорю, версия вполне рабочая. – приободрил Андрей Вику, увидев, что она занервничала еще больше. – Так, а вторая версия?

– У меня есть теория, что посредством версии Вики или иными способами – это все заговор технологических компаний. – заговорщически громко прошептал Витя.

– А конкретнее?

– Ты же знаешь какое сильное лобби у нефтянников, банков и всего консервативного бизнеса. Который давит через правительства на удержание старого устоя бизнеса, новых разработок и прогресса в целом. Они ненавидят технологии, все эти теслы-хереслы, электронные деньги, новые виды коммуникации, способы добычи энергии и так далее. Я думаю, что в сегодняшней проблеме замешаны айти-корпорации, которые хотят избавиться от этого лобби. У них до хрена денег, возможностей и ресурсов для такого масштабного акта.

Андрей откинулся на спинку кресла и потер глаза.

– Кто еще в курсе?

– Да некоторые уже пришли к этим версиям. Правда, пока не понятно, как это доказать. Тем более честным путем и без подмены понятий. И мы не знаем, наши компании задействованы в этом или только зарубежные. И спросить то можем, но есть ли шанс, что нам ответят честно?

– Ну у нас же должны быть свои люди или хотя бы лояльные у них в штате? Мы когда-то об этом позаботились.

– Да, но, представляешь, какой должен быть при всем этом уровень секретности? Конечно, мы опросим, но шанс, что получим ответ, как мне кажется, стремится к нулю. – Витя сжал губы, показывая опечаленность ситуацией.

– Короче. – Андрей встал и подкинул еще пару дров в камин. – Версия Вики хороша, но в ней не очевиден мотив. Для чего все это? Твоя версия… – он сел обратно в кресло. – …вполне реальна и логична. Там такие бабки теряются из-за старых консервативных пердунов. Не говоря уже просто об амбициях. Айти-фрики. Они же отморозки, могут и убийства заказать. Но это не отменяет инструмент из теории Вики. Хотя, конечно, все как-то запутанно и слишком масштабно, даже, не смотря на их ебанутость.

– Это не все. – заговорил Витя. – Я наблюдаю грустные тенденции у населения. Бизнес не может работать по установленным законам. По крайней мере в нашей стране. По ним невозможно работать честно, а брать взятки все сейчас боятся. Но работать хоть как-то приближенно по законам, это нести огромные затраты. Откупиться всегда было дешевле, чем следовать букве. Из-за этого сильно растут цены и есть множество намеков на негативный вариант развития событий.

– Хорош говорить протокольным языком!

– Не люблю эти слова, но я имею в виду митинги, восстания, революции. И, учитывая нашу большую проблему, не факт, что силовики вступятся, а генералы отдадут приказы подавления.

– Сколько у нас времени?

– Если так все пойдет дальше – может месяц-два-три. Оппозиция хоть и молчит, чтобы не лукавить в открытую, тоже боятся лишнего сказануть, но и без нее все может произойти.

– Понятно. – Андрей посмотрел в окно на низкие фонари вдоль дорожки заднего двора. Пока не было идей, как безопасно перевести вектор злой толпы и накормить обещаниями без обмана. – Это больше работа пиара, пусть и думают. А силовикам надо донести, чтобы просто ослабили хватку к бизнесу и рвение несения службы.

– Да-да, попробуй им это объяснить после последнего видео. – Витя опустил глаза.

– Да уж. Я подумаю, что можно предложить по этой теме.

После ухода подчиненных, Андрей вернулся в гостиную и лег на диван. Уставившись в темный потолок, слегка подсвеченный играющим светом огня из камина, он в голове прорабатывал все варианты развития событий, включая личные для самого себя. Версия Виктора казалась все более реалистичной. Мы все используем технологии, придуманные мировыми корпорациями, которые совершенно не рады прислуживать власти, которая в свою очередь прислуживает лобби старых магнатов, сидящих на ресурсах. Значит мотив все таки власть. Как это старо и банально. Андрей был бы больше рад варианту с группкой хакеров или некому взбесившемуся искусственному интеллекту, решившие сделать мир лучше. Это было бы что-то новенькое.

Но как раскрыть эти корпорации? И все таки они ли это? Пока это только теория. Зацепок, кроме подозрений, ноль. Тем не менее, грядет нечто большое и совсем не позитивное для всех. По крайней мере, для старой власти уж точно.

Мобильник Андрея провибировал сообщением. Он разблокировал Айфон и посмотрел:

– «Не здороваюсь.» – Андрея бросило в холодный пот и он даже вскочил с дивана. – «Посмотри это.»

Под сообщением загружалось видеосообщение. Андрей, не моргая, смотрел на статус загрузки. Видео быстро загрузилось и Андрей занес палец над белым треугольником в кружке. Он почувствовал, как холодеют кончики пальцев. Сел обратно на диван, отложил телефон и сжал кулаки, чтобы согреть их. Посидел так пару минут, тыкая время от времени мимо иконки запуска видео, чтобы смартфон не погас. Взял Айфон, собрался с мыслями и включил видео.

– «Сука, блять! Тварь неблагодарная!» – на видео не очень хорошего разрешения, явно с камеры ноутбука или компьютера, был виден, быстро одевающийся в спортивный костюм, Сергей Валерьевич. В комнате стоял его самый приближенный и преданный охранник, которого Андрей видел с Валерьевичем уже лет десять. – «Я эту суку вытащил из помойки, блять, а он такую подставу замутил! Убью, мудака!» – пока было не совсем ясно, о ком он так гневно восклицал, но Андрей уже нутром чувствовал, что про него, иначе зачем ему было присылать это. – «Ствол с собой?» – обратился он к охраннику.

– «Да.»

– «Надо сделать это тихо и без лишних глаз.»

– «Понял.»

Они вышли из комнаты и видео закончилось. Под ним возникло новое сообщение:

– «Долго включал. У тебя была фора десять минут. Ее уже нет. Тук-тук.»

Андрей инстинктивно повернул голову в сторону темного коридора, ведущего к входной двери. Он даже почувствовал на языке вкус резко выплеснувшегося в организм адреналина, когда в ту же секунду в дверь настойчиво постучали.

Сунув мобильник в карман, Андрей вытащил из-под дивана ПМ и на цыпочках пошел к двери.

– Андрей, открой, это я! – во властном голосе Сергея Валерьевича чувствовалось нетерпение. – Я знаю, ты дома. – по дому разлетелся звук дверного звонка.

– Что-то случилось? Я уже спал. – Андрей решил, что безопасней поговорить по видеофону. Экран показывал у входа только Сергея Валерьевича.

– Случилось! Открывай! – он смотрел прямо в камеру. Выбеленное инфракрасной камерой лицо Сергея Валерьевича выглядело весьма жутко.

– Мне надо одет… – Андрей услышал сзади шорох и, уже почти обернувшись, услышал неприятный слуху треск. И он даже догадался, что это, поднимая руку с пистолетом, но в следующую секунду все его тело пронзило сильнейшая боль, в глазах разлетелись яркие круги, все мышцы покрыл спазм и тело, как бревно, начало падать назад и в бок от двери. Андрей видел краем глаза, как в замедленной съемке, что голова приближается к деревянному краю танкетки, рефлекторно пытался защититься от падения руками, но это были уже не его руки, они просто не слушались команд мозга. Соприкосновение с танкеткой принесло еще боли над правым ухом и добрую порцию дополнительных искр в глазах.

После удара он все же, наконец, упал на пол, лицом к черным военным ботинкам, стоящего в темном коридоре, человека. Мышцы зашлись в быстрых коротких судорогах. Андрей помнил с каких-то курсов по самообороне, что в этой ситуации главное не переставать дышать, чтобы не дать мышцам заблокировать спазмом легкие. Ботинки равнодушно переступили тело и прошли за спину к двери.

– Ну что, сученыш, не ожидал? – наклонился над Андреем Сергей Валерьевич. – Тащи его в гостиную! – приказал он человеку в черных ботинках.

Охранник подобрал ПМ Андрея, взял за руки и поволок прямо по полу по коридору. Мышечный спазм отдавал сильной, какой-то неестественной, болью. Слюни текли прямо на паркет. Во рту чувствовался привкус железа и, почему-то, грозы.

В гостиной его бросили на пол около дивана. Сергей Валерьевич подбросил еще поленьев в камин для света. Андрей потихоньку уже начал чувствовать пальцы и даже смог сглатывать слюну. Тело постепенно возвращалось под контроль.

Сергей Валерьевич грузно плюхнулся в кресло, вытер пот со лба и брезгливо посмотрел на Андрея. Справа от него встал охранник, быстро вытащил магазин из отобранного пистолета, проверил, что есть патрон в стволе и оставил ПМ Андрея в своей руке.

Было очень неудобно смотреть на них из положения на боку, почти уткнувшись лицом в пол. И возможность быстро как-то среагировать на возможные дальнейшие действия пришедших, Андрей пока не видел. Надо потянуть время, пока тело хотя бы частично не придет в норму. А дальше можно попробовать резко побежать в сторону двери на задний двор. Или схватить кочергу. Нет, против ствола нет варианта обороны. Бежать. Но как и когда. Большая часть тела еще была дубовая, но хотя бы появилась чувствительность в виде миллиона игл, как после онемения.

– За что? – еле проговорил Андрей.

– За что?!! – яростно зашипел Сергей Валерьевич. – Ты, гнида, слил наши дела! Они были на флешке! О которых знали только мы вдвоем! Сука! Кстати, о суке… – не отрывая взгляда от Андрея, он обратился к охраннику. – Осмотри дом, тут где-то его телка еще. Найди, приведи и спалим все к чертям. Внезапный пожар самое то. Дай-ка шокер, я его еще херакну для надежности.

– Это не я. – прохрипел Андрей. – У нас есть версии, кто.

– Да мне плевать. Я подчищу тут и валю нахрен. Заебало все это. – в протянутую руку Сергея Валерьевича охранник вложил электрошокер в виде короткой черной дубинки и медленно развернулся к выходу из гостиной. Андрей смотрел на него ненавидящим взглядом и попытался крикнуть, но разразился лишь хрипом, переходящим в кашель.

Сергей Валерьевич уже начал вставать с кресла, чтобы ткнуть шокером в Андрея. И тут спина охранника внезапно ссутулилась, а голова опустилась вниз, будто он увидел что-то на полу. Сергей Валерьевич стоял к нему спиной и не видел происходящего, но телохранитель медленно опустился на колени и начал заваливаться, не разгибая ног, в неестественной позе на спину, прижав руки к груди. Он держался за стрелу. Андрей даже опешил от увиденного и на секунду подумал, что он уже потерял сознание и этот сюрреализм ему снится.

Охранник полностью завалился на спину, повернул голову к Андрею и хотел что-то сказать, но издал лишь булькающий звук, который отвлек Сергея Валерьевича и он оглянулся на своего сопровождающего.

– Что за хер… – удивленно начал, повышая голос, говорить Сергей Валерьевич и в ту же секунду слева что-то черное сильно ударило его в голову, от чего его повело вправо и он упал рядом с, лежащим на спине со странно подвернутыми ногами, охранником. Андрей перевел взгляд с упавшего пухлого тела Валерьевича в темноту комнаты. В мерцании огня от камина там стояла Алиса, смотрящая на два валяющихся тела, с… Арбалетом?!

– Ты… Как? – Андрей не мог подобрать слова и задать вопрос. Это выглядело слишком странно и нереально: его гостиная, два тела, Алиса в пижамных коротких белых шортиках и белой майке, с огромными от страха глазами, и с черным арбалетом в руках. Андрей вспомнил, что покупал его несколько лет назад, но, поигравшись пару раз, закинул в гардеробную в спальне и забыл про него давно.

– Не знаю… Я испугалась. – Алиса подошла к Андрею и присела, не отводя взгляда от тел. – Что мне делать? Я их убила? Звонить в скорую и полицию? – повернулась к Андрею. – Ты как? Тебя били? У тебя кровь идет над ухом. Это же самооборона? Они ворвались и у них было оружие! Меня посадят? Что делать, Андрей? – у Алисы, похоже, прошло состояние аффекта и начиналась истерика от понимания произошедшего.

Андрей пошевелил руками, работают. Взял Алису за руку.

– Тихо, тихо. Все хорошо, ты молодец. Это была самооборона. Но звонить пока никуда не надо. Надо обдумать ситуацию. Спокойно, малыш. – Андрей выкрутил на максимально уровень уверенности в голосе. Он подвигал ногами, они тоже слушались. Андрей медленно встал, обнял на секунду Алису, чтобы успокоить ее, посмотрел ей в глаза. Он увидел, как внутренне она собралась, не дав слезам, истерике и панике вылезти наружу. Страх ушел из глаз, а взгляд стал холодным и осмысленным.

– Тебе надо голову заклеить. – Алиса, стараясь не смотреть на тела, обошла их и вышла в сторону кухни.

Андрей же подошел к ним. Охранник, похоже, был мертв – Алиса попала в грудь почти в центр, вероятно, задев и сердце и, скорей всего, легкое. Эти дешевые стрелы, даже попадая в пенопласт, раскрывались внутри ромашкой, так как наконечник от удара входил в стрелу, распахивая ее. Вот лепестками, наверное, и разворотило внутри. Легкое точно задето, изо рта шла кровь – вот почему он булькал, когда хотел что-то сказать.

А вот Сергей Валерьевич был жив. Но удар железной дугой арбалета был довольно сильный. Голова была разбита, сочилась кровь. Он перевернул его на бок, разбитой частью головы вверх, чтобы кровь немного остановилась и заодно, чтобы не запал язык. Прислушался. Дыхание ровное.

– Захвати из гаража пластиковые стяжки! Они в верхнем ящики красной тумбы. – прокричал Андрей Алисе.

В голове проносились быстрым потоком обрывки мыслей:

– «Скорей всего это превышение самообороны. Но у них был ствол. Даже два – его личный и мой незарегистрированный. Можно выдать за его тоже. Или повесить на Валерьевича. Но убийство в целях самообороны… Шокер недоказуемо, так что всего одна рана на голове. Превышение легко могут впаять. Откупиться сейчас, похоже, нереально. Да и какой откупиться, дебил?! Это очень крупный политик и чиновник! Даже будь он мертвым, никаких денег не хватило бы! И что еще будет говорить полиции Валерьевич, когда очнется? Он так-то выше по рангу, слово весомее. Добить его? Бляяяяять! Вроде спаслись, но лучше не стало! Сука! Тупизм законов! Но всего-лишь сейчас пережать кислород и все. Нет! Экспертиза удушье легко срисует! Кровь изо рта охранника течет на ковер за 44 тысячи евро. Ну не мудак?!» – Андрей потряс головой, – «Блять! Что за хрень?! При чем тут ковер?! Что мы можем сказать? Какая версия? Чья будет выглядеть правдивее и законнее?»

За мыслями он даже не сразу заметил, что Алиса уже льет ему на рану перекись водорода. Андрей взял, лежащие рядом, жгуты и стянул запястья рук Сергея Валерьевича. Алиса заклеила пластырем рану на голове Андрея.

– Принеси с кухни перчатки латексные. – Андрей хотел забрать оружие у охранника, но вовремя вспомнил про отпечатки.

– А ему не надо голову заклеить? – Алиса кивнула на Валерьевича.

– Пока их не трогай. – Андрей быстро перебирал варианты в голове, что с этим всем делать.

Мобильник завибрировал в кармане Андрея так неожиданно, что он дернулся. Сообщение.

– «Не плохо. Но мы думали, ты справишься сам.» – Андрей оглянулся на окно заднего двора. В свете теплых фонарей никого не было видно.

– «Кто ты? И где?» – он быстро набрал сообщение.

В ответ пришла загрузка видеосообщения. Андрей с нетерпением дождался конца загрузки и нажал на треугольник воспроизведения. С какого-то непонятного ракурса был виден встающий с кресла Сергей Валерьевич, повернутый лицом к выходу охранник и выходящая из коридора с арбалетом на перевес Алиса. Охранник только начал шаг, как тут же она выпустила стрелу, попавшую в грудь, пригнулась и начала подходить со спины к Сергею Валерьвичу, поднимая арбалет на плечо. Удар. Валерьевич завалился вбок, уйдя из кадра. Видео закончилось.

Андрей быстро повернулся, пошарил глазами по комнате и увидел телевизор. Гребанный телевизор за триста семьдесят тысяч с выходом в интернет и камерой. Сука! Это однозначно ракурс с него! Андрей вскочил, сдернув плед с дивана и накрыл им камеру на телеке.

– «Это была вынужденная мера.» – пришло новое сообщение. – «И наша страховка, что ты выполнишь некоторые необходимые нам действия.»

– «Какой банальный развод! Я не работаю на террористов! Пошли нахуй!» – написал Андрей. Хотя понял, что он на неком крючке. Но крючок был довольно скользкий для шантажистов. Скорее всего и они это понимали. План однозначно был иной – что Андрей выстрелит при самообороне. Или… План был двойной! Если бы убили Андрея, то можно было бы взять на крючок Сергея Валерьевича. Но для чего? В чем суть шантажа?

– «И все таки. Решение теперь за мной…» – Андрей обвел взглядом комнату, пытаясь найти еще возможные доступы для съемки его действий. Пожертвовать Алисой? Он же в целом невиновен. Этим видео можно шантажировать только ее по факту. Сам он в позиции жертвы. Это можно выставить именно так. На видео его нет. Но Алиса! Она не побоялась, среагировала, помогла. Это предательство с его стороны. С другой стороны – в первый раз что ли подставить человека? Тем более, это просто девочка. Да, классная, красивая, умная. Но так ли это ценно в данной ситуации? Он даже до сих пор не понимал, любит ли ее или ему просто с ней комфортно. Это всего лишь моральный выбор.

– Андрей. – Алиса отвлекла его от мыслей, протягивая одноразовые перчатки. – Что будем делать? Может все таки полицию?

– Пока нет. – Андрей надел перчатку на левую руку, подошел к телам и, взяв двумя пальцами за дуло свой ПМ, протер краем футболки затвор и предохранитель, стараясь не трогать рукоятку и спусковой крючок, чтобы не стереть фрагменты отпечатков пальцев охранника.

– «У нас есть выход из этой ситуации.» – подал сигнал Айфон новым сообщением.

– «Какой?» – положив ПМ на журнальный столик, ответил Андрей. Пистолет самого охранника он решил не трогать, чтобы не шевелить тело.

– «Если ты согласен сотрудничать, мы приберем.»

– «Искушают, суки.» – подумал Андрей. Тоже неплохой момент для шантажа в дальнейшем. О не заявлении в полицию. С другой стороны, а был ли вообще он в кадре, пока его тащили? Ему показали лишь короткий отрывок. И знают ли они, что Сергей Валерьевич еще жив? Если они уберут тела, то как в будущем можно обратить ситуацию в свою пользу и выйти сухим? И какая в итоге цель шантажа? На каком этапе можно будет без проблем отказаться и свалить? Желательно, оставив и Алису. Андрей быстро просчитывал в уме варианты и возможности.

Полиция вообще не вариант. Валерьевича приведут в сознание и все, пиздец, не отмоешься. Убить, расчленить и закопать обоих? Андрей не был готов к такому ни психологически, ни морально. Он не маньяк. К знакомым криминальным структурам тоже не обратишься – там тоже уже неделю все сидят тише воды, ниже травы и не отсвечивают из-за маски.

– «Хорошо. Я согласен.» – написал Андрей, решив, что этот вариант не так уж и плох, и, главное, будет хоть какое-то время подумать на воле и с развязанными руками.

– «Замечательно :) Это правильный выбор. Через 20 минут к вам приедут. Открой.» – Андрея передернуло внутренне от этого победно-издевательского смайлика в сообщении террористов. Оо глянул на Алису. Она сидела в кресле с ногами перед камином, и, не отрывая взгляда от огня, обняв себя за коленки, нервно теребила локон.

Season #1 Episode #7

Андрей подошел к Алисе и хотел обнять ее, чтобы успокоить, но телефон опять издал звук сообщения: – «Открой дверь и выйдите из комнаты.»

Он посмотрел на столик, где лежал ПМ и решил, что ему он нужнее. Засунул за пояс джинс, подошел к двери, посмотрел в видеофон – на крыльце было пусто. Открыл дверные замки. Вернулся в гостиную, включил свет над баром и еще один торшер.

– Пошли. – подал руку Алисе.

Они вышли в темноту летней ночи на задний двор. Андрей положил айфон рядом со входом в дом, так чтобы видеть из далека, если придут новые сообщения, и они дошли по траве до беседки. Из нее через стеклянную стену гостиной было видно, что происходит внутри комнаты.

Алиса держалась, но по ее взгляду было видно, что у нее внутренний шок и паника. Андрей, облокотив локти на стол и закрыв руками рот, прошептал:

– Мобильник с тобой? – Андрей специально оставил свой так далеко, чтобы поговорить. А камеры на стенах дома, контролирующие периметр, вряд ли писали звук шепота так далеко.

– Нет, дома. – прошептала Алиса в ответ.

– Ты сегодня же уедешь. Я дам тебе налик. Карты оставишь здесь. Все свои гаджеты тоже не бери. Купишь новые. Симки только на левые имена. Номера мои помнишь наизусть?

– Два только помню.

– Хорошо. Уедешь подальше из города. И не в другой город, а в какую-нибудь деревню, или еще куда. Избегай мест с камерами. Минимум месяц, потом дашь знать о себе мне.

– Я не хочу…

– Алиса! – повысил шепот Андрей. – Не обсуждается!

– Хорошо, как скажешь… Я поняла.

Андрей не отрывал взгляд от слабо освещенной гостиной. В тишине ночи было слышно, как к главному входу подъехал автомобиль. Тихо захлопнулись двери машины.

Через минуту в проеме коридора блеснул луч фонаря и исчез. Еще через пару секунд в гостиную вошли три черных силуэта. Андрей присмотрелся – это были трое крепких мужчин в черной, похоже, военной форме без опознавательных знаков, высоких берцах и черных балаклавах.

На всякий случай, он вытащил пистолет и, держа его под столом, снял с предохранителя. Алиса как-то совершенно равнодушно посмотрела на эти действия.

Мужчины осмотрелись и двое подошли к месту с телами. Третий не спеша подошел к окну и, хотя направление взгляда было не видно с этого расстояния, но Андрей нутром почувствовал, что он смотрит на них в беседке.

Двое же уже выносили тело охранника. Вернулись через пару минут и, подойдя к телу Сергея Валерьевича, один из них куда-то позвонил. Минута разговора и они подхватили тело Валерьевича и потащили к выходу. Было заметно, как большая масса тела усложняет процесс. Вернувшись через пару минут, они начали передвигать диван, кресла и журнальный столик.

Третий все так же стоял у окна и наблюдал за Андреем с Алисой.

Передвинув мебель, они свернули ковер в рулон, вынесли.

– «Какие аккуратные.» – подумал Андрей. Он почему-то не чувствовал страха или нервозности. Было ощущение, что это все какое-то нереальное, не происходящие с ним.

Двое вернулись, расставили на места мебель и ушли.

Третий же постоял еще полминуты, вглядываясь в подсвеченный низкими фонарями задний двор, развернулся и пошел к выходу.

Андрей дождался звука уезжающего автомобиля и в этот момент увидел, что его айфон засветился. Взял Алису за руку и пошел к дому.

– «Ждите дальнейших указаний.» – гласило сообщение. Через секунду все полученные с этого номера сообщения стерлись из чата.

– «Надо было заскринить на всякий случай.» – поздно подумал Андрей.

В гостиной все было, как прежде, кроме ковра. И о случившимся уже ничего не напоминало. Несмотря на это, Алиса все равно очень быстро прошла через комнату, словно тела еще лежали на полу, и вышла в коридор. Хотя даже арбалета на полу не было.

– «Конечно! Там же пальцы Алисы, дополнительная улика для шантажа. Суки…» – вслух Андрей, конечно, это не произнес.

Оставив телефон на журнальном столике и взяв в коридоре под руку Алису, они поднялись в спальню.

В комнате Андрей осмотрелся. Телевизор тут был без камеры, но все равно выдернул его из розетки, на тумбочке у кровати лежали айпад и айфон Алисы, которые Андрей просто выкинул на газон из окна.

Открыл, вмонтированный в стену в шкафу, сейф и достал от туда три запечатанные банком в вакуум пачки по пятьсот тысяч каждая.

Повернулся к, уже одетой в джинсы и кофту с капюшоном, Алисе. Она быстро запихивала в небольшой рюкзак вещи из своего шкафа.

– Держи, – говоря шепотом, на всякий случай, протянул ей Андрей пачки. – Здесь полтора миллиона. Этого хватит на какое-то время. Растяни на возможный максимум. Не знаю, сколько это все будет продолжаться. Сними домик подальше от города или квартиру. Камеры на новых гаджетах заклей, голосом не общайся. Не живи в одном месте больше недели. Смени как-то вид, покрасься или подстригись. Не отсвечивай.

– Я, знаю. Я смотрела шпионские фильмы, кот. – натянуто улыбнулась она, надевая по брови бейсболку.

Держась за руки, они спустились в гараж. Алису Андрей посадил на заднее сидение Рендж Ровера, чтобы ее не было видно за тонировкой.

В город ехали в полной тишине. Уже начало светать. Андрей вел машину не превышая скорости, ежесекундно посматривая в зеркала возможность слежки, но дороги весь путь были совершенно пустынны.

Не доезжая до метро, Андрей свернул во дворы, покатался среди нескольких домов, нашел арку в доме, остановился на секунду и услышав, как закрылась задняя дверь, сразу же продолжил движение.

В зеркале заднего вида он видел быстро идущую в обратном от него направлении Алису.

И вот тут, наконец-то, он почувствовал. Сильное переживание за нее, как за ребенка, оставленного без присмотра. Справится ли она? Все ли будет у нее хорошо? Доберется ли куда-нибудь? На какой-то момент ему даже показалось, что важность хорошего финала из всего этого для Алисы, его заботит больше, чем свой.

Поплутав еще немного среди домов, ища выход из этих тесных дворов, полные припаркованных машин, он выбрался все-таки на трассу и поехал домой.

Уснуть Андрей так и не смог. Выпив три кружки кофе, он увидел в окно кухни, что за ним приехал его мерседес, из которого вышел охранник. Андрей уже ждал их.

Без мигалок, медленно по пробкам они доехали до офиса. Андрей всю дорогу смотрел в окно невидящим взглядом, простраивая в голове возможные варианты развития событий и выходы из них. Большинство выходов рушилось под тем, что обратиться к кому-то за помощью сейчас было невозможно. Никто не будет впрягаться в данной ситуации ни за какие деньги и условия. Даже силовые методы уговоров вряд ли сработают. Пока это был тупик.

Тогда Андрей переключился на теоретические варианты цели шантажа. Чем он мог быть полезен? Что от него могут хотеть? Он должен быть готов к любому развитию событий и иметь какие-то хотя бы наброски вариантов действий сразу же, чтобы не терять время на обдумывание.

Запустить какой-то вирус на серверах своей службы? Зачем? Похоже они и так имеют уже доступ.

Кого-то прессануть или закрыть под видом государственной кибербезопасности? Не совсем логично. У них и так достаточно возможностей убрать ненужного человека или найти на него компромат.

Его деньги? Хах, смешно. Там вряд ли нужны его сбережения.

Хорошо. А если бы он вчера проиграл, то тогда шантаж бы пошел на Сергея Валерьевича. Значит это что-то, что может и Андрей, и Валерьевич. Но что?

День долго тянулся в каком-то тумане. С одной стороны Андрей не мог отпустить мысли и размышления о мотивах шантажа, и это было приоритетной задачей, так как касалась его лично. С другой стороны было очень много работы и совещаний. И очень сильно хотелось спать. Он пил одну чашку кофе за другой. Даже секретарша, видя количество выпитого, стала под вечер делать кофе все слабее и слабее, беспокоясь за здоровье босса.

По пути домой Андрей отрубился на заднем сидении.

Дома без Алисы было как-то пусто и неуютно. Андрей прошел в гостиную, налил в рокс виски, окинул взглядом комнату. Теперь не только стеклянная стена доставляла дискомфорт, но и вся гостиная. Да и весь дом. Как-будто что-то невидимое и неприятное все больше расползалось по комнатам, захватывая негативной энергией территорию некогда ранее любимого и надежного. Андрей перестал тут чувствовать себя спокойно и безопасно.

Большой глоток виски не исправил ситуацию, но привнес тепло в тело.

– «Это не секретная инфа, поэтому пишу сюда: завтра вас вызывают на встречу в администрацию к 10:00. Ранее курировавший там наше направление Сергей Валерьевич, похоже, слинял из страны. Резко исчез, большая часть денег выведена в нал и оффшоры, на связь не отвечает, последняя пеленгация его мобилы была в Мюнхене, после чего телефон отключился. Не знаю, поздравлять вас или сочувствовать :)» – Андрей прочитал сообщение от Вити.

– «Посмотрим.» – коротко написал ему в ответ.

– «Неплохо зачищают. Таких я бы взял на работу за любые деньги.» – отметил Андрей про себя. – «Хотя, меня они зачистили бы так же хорошо.» – тут же пришла мысль. – «А может, еще и зачистят.» – прилетело в догонку. Андрей опрокинул в себя еще порцию виски.

В 9:57 Андрей уже стоял в слишком на его вкус помпезном фойе администрации. Эти колоны, лепнина, золото, мраморные лестницы. Все то, что должно показывать вычурное богатство и статус, Андрей считал цыганщиной. Его офис был более современный, не давая забывать в каком веке он живет и не отрывая от реальности.

– Добрый день. – с ним поздоровался молодой парень лет 27-ми. – Меня зовут Игорь, я помощник, пройдемте со мной. Отлично выглядите.

Андрей ненавидел костюмы, но здесь был негласный дресс-код, поэтому утром пришлось облачится в этот чиновничий футляр.

– Спасибо. – ответил без эмоций Андрей на этот комплимент стандартной вежливости и последовал за помощником.

Перед дверью в кабинет, у Андрея забрали портфель с ноутбуком и айпадом, айфон и обыскали, после чего он вошел в огромный кабинет. За большим столом из массивного дерева к нему на встречу приподнялся с кресла небольшого роста лысеющий мужчина в черном костюме и показал на одно из двух кресел перед ним. Андрей даже улыбнулся про себя. Этот небольшой человек на фоне этого огромного кабинета, массивного стола, высоких арочных окон, большого портрета президента за спиной на стене… Все отдавало какой-то гигантоманией. У него явно комплекс маленького роста. Или этот кабинет попался ему случайно?

– Добрый день, Андрей. Я глава службы безопасности. Перейду сразу к делу. Так как, видимо, ваш куратор решил выйти из игры, вы встаете временно на его место по вашему направлению.

Андрей промолчал, лишь кивнув головой.

– При условии, что в ближайшее время будет совещание о достигнутых результатах и дальнейшей стратегии, вам необходимо кое-что подписать. Это стандартные условия о неразглашении, гостайне и иные инструкции.

– Но у меня уже есть допуск к…

Мужчина поднял руку, останавливая Андрея:

– Это другой уровень. Это необходимо.

Андрей опять молча кивнул.

– Ситуация такая. – он протянул Андрею ручку, которая в небольшой ладони мужчины тоже казалась огромной. – Глава страны сейчас под максимальной охраной и к нему имеют доступ очень ограниченный круг людей. Перед совещанием вас известят за час сообщением «купи зеленый стол»… – Андрей, уже читая документы, не смог сдержать легкую улыбку, но тут же вспомнил вчерашнюю ночь и свои собственные наставления Алисе. – …и приедут за вами. Все мобильники и иную технику не надо брать с собой.

Андрей, поняв, что это больше монолог, чем общение, просто повторил кивок.

Просмотрев документы до конца, подписал. И хотел было пошутить про проверку на полиграфе, но вовремя остановил себя, чтобы не навести на эту мысль мужчину. Детектор лжи он мог бы и не пройти. А Андрей, похоже, пока вызывал доверие и этим надо пользоваться.

Следующие три дня прошли в уже ставшей привычной за последние недели рабочей суете. Версия Виктора была основной, но были сложности. У нас в стране всего 6 крупных технологических компаний с огромными ресурсами и большим штатом программистов. Их владельцы и так на коротком поводке у правительства, поэтому Андрей легко получил доступ к многочисленным серверам и его команда проверяла их круглосуточно. Но вот с зарубежными it-компаниями было сложнее.

Во-первых, их было много. Любая улица кремниевой долины насчитывала с пару десятков корпораций, подходящих под версию Виктора. Не считая гигантов, типа, Гугл, Майкрософт, Эппл, Маска и других. Не говоря уж и о сговоре нескольких корпораций или компаний сразу. Конечно, они послали запросы в службы безопасности других стран с пояснением версии и получили поддержку, но там так просто не придешь с липовым обвинением или по дружбе. Да еще и пытаясь сделать это скрытно, чтобы не спугнуть организаторов.

Андрея же больше заботило два момента: в чем цель шантажа и как там Алиса. Он не сильно почему-то верил, что они найдут организаторов – уж слишком там все хорошо подготовлено и продумано. Это не какая-то группка хакеров или мошенников, взломавшая доступ в банк для воровства, кредитки или к каким-то государственным данным. Все намного масштабнее и в тоже время тоньше, элегантнее, умнее. И все еще не был виден истинный мотив. Поэтому, уже точно поняв, что, скорей всего, рано или поздно ему придется бежать, Андрей параллельно тихо и малыми порциями занимался выведением своих денег со счетов и подконтрольных фирм и компаний.

За три дня не было ни одного нового видео от маски и не было смертей, которые можно было бы с ней связать. Хотя это и понятно, ни кто не лукавил в эфире, не бросал ярких заявлений и протестов, не подменял факты. Просто замалчивали неудобные ситуации.

Тем не менее, был и плюс, помимо прекращения военных конфликтов, не было и ни одного теракта за все это время, остановились введения новых санкций между странами, споры, обвинения, угрозы, а суды и силовики действительно стали более честными. Чиновники даже стали пересматривать законы, налоги и правовые акты, чтобы бизнесу было проще вести дела, потому что уже реально попахивало сильным напряжением из-за роста цен.

– «Идеальный мир для простого человека.» – отметил Андрей. – «Настоящий ад для сильных мира сего.»

Айфон пикнул сообщением. Андрей уже ненавидел его. И боялся. С каждым звуковым сигналом внутри все съеживалось от напряжения. Каждый сигнал сообщения мог нести в себе указание от «маски». А теперь еще и сообщение про совещание наверху. А сказать там Андрею пока было нечего и попадать в первую же серьезную встречу под гнев Самого совсем не хотелось.

Он взял смартфон со стола: «Проверили все серваки 4 из 6 компаний. Чисто. Владельцы вообще не в курсе заговоров.» – отрапортовал Витя.

Сидя уже вечером дома в темной гостиной на диване, Андрей смотрел в окно на задний двор. Он просто смотрел, переводя взгляд с одного фонаря за окном на другой, отметил, что трава как-то быстро выросла, на беседку, кусты, забор, максимально стараясь не впускать в голову никакие мысли, чтобы перезагрузить мозг. Возможно, это даст какие-то новые идеи с чистого листа.

Все телевизоры, компьютеры, приставки, видеонаблюдение за периметром дома, даже микроволновка и умный чайник, управляемый со смартфона – все было выключено из розеток. Камеры Макбука и айфона Андрей уже как пару дней назад заклеил черной изолентой. «Параноидальная шизофрения» – как отметил он, усмехнувшись, в процессе заклеивания.

Лежащий на диване рядом Айфон засветился сообщением. Андрей опустил взгляд на мобильный и рефлекторно сжал сильнее рокс с виски в руке.

В превью был виден незнакомый номер и начало сообщения: «Не здороваюсь…».

Он разблокировал телефон: «Не здороваюсь. Указание 1: любыми способами разрушить теорию про заговор корпораций и прекратить расследование по этому направлению.»

Андрея зацепило «указание 1». То есть указаний будет несколько? Это не тупо шантаж для чего-то одного, а захват в рабство? Вербовка?

– А не пошли бы вы нахуй!!! – прокричал он на эмоциях на смартфон. Но тут же подумал, что это выглядит глупо, если они слушают мобильный. – «Да и пох!»

– На хуй, я сказал!!! – Андрей даже получил некое удовольствие от понимания, что они могут это услышать. Эмоциональная разрядка на Айфон принесла какое-то спокойствие.

– «И так, что мы имеем?» – Андрей, не вставая, взял бутылку виски с журнального столика и плеснул в стакан. – «Указание развалить следствие по проверкам сговора корпораций. И у нас их осталось еще две до окончательной проверки. Возможно, в них что-то есть.» – он глотнул из рокса. – «Или-и-и-и… Или это отвлечение внимания от другой версии. Например, версии Веры… Нет, не Веры.. Как ее там? Вика! Да, точно, Вика. Понимая, что они сейчас дадут запрет и, что, скорей всего, мы не послушаем и бросим втихую все ресурсы на разматывание темы со сговором компаний и не станем ковырять версию с криптой.» – Андрей выпил еще. – «Или, блять, все таки они дают указание, потому что мы далеко зашли в нужном направлении?» – он вскочил и начал ходить по комнате со стаканом в руке. – «Или-и-и-и-и-и… Этот вброс сейчас был специально, чтобы мы, точнее я, решил, что они отвлекают внимание от крипты и бросил все внимание на версию Вики, хотя настоящая версия про сговор компаний и искать надо продолжать там. Хах! А в реальности ведь может оказаться, что они просчитали мою логику и последний вывод, и мы продолжим копать корпорации, а реальная проблема в крипте. Или тут нет подводных камней и загадок, а все как сказано? Или вообще ни Вика, ни Витя не правы, а этот вброс, чтобы мы сейчас заморочились лишь на этих двух версиях?! Твою мать! Как хитро, суки. Или это уже я лишнее накручиваю?»

Ресурсов Андрея, конечно, хватало для отработки обеих версий и даже больше, но была проблема во времени. Ресурсы дробились, что сказывалось на сроках. В обеих версиях необходимо провести много монотонной работы по изучению, проверкам, тестам гипотез и многому чего еще. Особенно в версии с криптой. Ей сейчас занималось всего двадцать три сотрудника, потому что проверить максимально быстро огромные массивы кода, информации, переписок и других аспектов серверов крупнейших компаний страны, чтобы найти что-то подозрительное – это требует огромного количества людей. Именно по этой причине перебросить всех людей на одну версию, значит прийти к результату быстрее. А совещание все ближе. Завтра или послезавтра? Андрей уже потерял счет, когда должны были кончится отпущенные сверху семь дней.

– «И, как вывод, тем не менее, проверка не осталась без внимания. Кто-то донес, или они увидели как-то, но факт остается фактом – мы сработали херово.» – Андрей сел обратно на диван. – «Конечно, блять, когда такая толпа приходит в офис – трудно не заметить. С другой стороны, они приехали тихо с черного входа и сидят на этажах, куда имеют доступ совсем небольшое количество сотрудников. Ведь это сердце компании. Структуры безопасности у всех этих корпораций практически одинаковые. Хм, стоит проверить этих людей. Ладно. И как продолжить проверки, показав, что я, типа, разрушил версию и следствие в этом направление остановлено? Всего две компании осталось. СУКА, мы были так близко!» – он замахнулся стаканом в порыве злости, но вовремя остановился, поняв, что ходить по осколкам, до завтрашнего прихода уборщицы, будет не комфортно.

Он окинул еще раз взглядом газон, подсвеченный теплым светом фонарей, будто ища в нем ответ. Перевел взгляд на часы – 1:34. Пора пойти попробовать уснуть. В последнее время в этом помогал только алкоголь.

Season #1 Episode #8

Он проснулся даже раньше будильника и тупо смотрел в потолок.

Желание бросить все и свалить куда-нибудь в тихое место захватывало его все сильнее. Но еще не были выведены все активы и все-таки оптимизм до сих пор пытался внушить в глубине души, что все нормализуется. Ведь не могут в какой-то виртуальной войне проиграть целые правительства с их бесконечной властью и мощью. Так не бывает. Мы выигрывали мировые войны! А тут…

А тут была лишь одна проблема. Враг был невидим. У кого выигрывать?

Может быть Алиса была тогда права – это все имеет смысл и это просто переход на следующую ступень? Даже, если в этот смысл не вкладывались сознательно организаторы этого акта. Сколько было таких случаев в истории, когда правительства и властьимущие искусственно сдерживали прогресс и новое, потому что жить прошлым удобно, понятно и сыто. А новое пугает, оно не контролируемо на сто процентов, ведь итог и результат не всегда ясны.

И только в моменты воин или конфликтов прогресс развивался семимильными шагами. Потому что некогда было думать о последствиях, преимущество нужно было получить здесь и сейчас. Большинство лечений и лекарств, даже элементарные сейчас операции, поставленные на поток – за это все заплатили люди миллионами жизней в войнах. Практически все резкие скачки в технологиях и машиностроении сделаны или в войнах или для войны. И только потом большая часть открытий переходит в гражданскую область.

И, возможно, сейчас именно очередной переход? Война, двигающая прогресс? Или война, в которой все будет уничтожено? Но не зависимо от мотивов врага, одна или другая сторона рано или поздно должна сделать какой-то прорыв, чтобы получить превосходство. «Но пока превосходство не на нашей стороне…» – резюмировал Андрей.

И главное. Зачем эта вся борьба ему лично? Очевидно же, что проще выполнить часть указаний «маски», которые не переходят моральную грань Андрея, вывести все свои деньги до конца и просто наблюдать с пляжа за развитием событий этой ситуации. Все больше этот вариант казался ему идеальным.

Тем более, Андрей никогда не чувствовал себя ментально слишком уж приближенным к правительственным кругам старой школы и закалки. Ему нравился прогресс.

Может оно все и к лучшему?

Айфон заиграл музыкой будильника, значит уже 7 утра. Андрей взял смартфон, чтобы отключить будильник и увидел, что ночью пришло сообщение.

– «Не здороваюсь…» – он уже даже не почувствовал ни какого беспокойства. – «Указание 2: на встрече забрать у президента черный ноутбук. Дальнейшие инструкции поступят позже.»

Андрей усмехнулся от глупости указания и лишь внес в ответ немного сарказма:

– «А он прямо таки отдаст мне его? Или сказать «Пожалуйста»? :)»

– «Необходимо будет воспользоваться ситуацией.» – пришел сухой и совершенно непонятный ответ.

– «Какой?» —Андрей подождал ответ пару минут, но новых сообщений не приходило.

– Вы ебанулись?? Это что за тупые указания?! Я похож на шпиона? Или я гребанный Оушен с друзьями??? – повысив голос, раздраженно проговорил он в телефон. Ответа опять не последовало.

По приезду в офис, Андрей вызвал Витю и нарочито громко приказал ему прекратить следствие и все проверки по версии о сговоре компаний, а переключить все ресурсы на версию Вики. Виктор открыл было рот в попытке оспорить приказ, но под взглядом Андрея сразу остановился и вышел из кабинета.

Еще по дороге в офис Андрей написал записку, что они прокололись, о проверках знают и чтобы Витя продолжал задачу, но с минимальными ресурсами, в которых он точно уверен, и более аккуратно, а записку уничтожил. Поэтому, позже проходя по офису мимо Виктора, он, похлопывая его по плечу, якобы, ободряя, пожал руку с вложенной в ладони запиской. Витя, пожимая руку Андрея моргнул, еле кивнув головой, и смял бумажку в кулаке. Понял.

– «Купи зеленый стол. Доставка 365ур77.» – у Андрея даже пропал аппетит и он отодвинул от себя суп. Значит у него час. Ладони немного вспотели, докладывать было не о чем. Но это мелочь. Что делать на самом совещании и как унести ноутбук президента? И надо ли вообще это делать?

Андрей посмотрел на свое отражение в ложке. Если совещание будет опять в каком-то подвале, как рассказывал Сергей Валерьевич, то там нет камер и прослушки. Значит, вполне можно сказать потом, что не получилось. Но будет ли наказание сразу и какое? Лично примененное к Андрею или просто сольют видео с Алисой? Но ее еще найти надо, а это время, за которое Андрей сможет что-то предпринять. Или дадут еще указание с более точными инструкциями?

Оставив в своем столе все гаджеты, Андрей все же взял портфель на всякий случай, положив туда большой блокнот для отвлечения внимания. Ведь, если вдруг что, не в руках же нести чужой ноутбук.

На улице было солнечно и жарко. Вокруг обычная суета из идущих по своим делам людей по тротуарам, пробегающих курьеров с большими желтыми и зелеными сумками, проезжающих автомобилей, блестящих в солнечном свете. Андрей стоял у входа и наслаждался этим обычным будним видом. Раньше он не особо обращал на это внимание, садясь сразу у входа в свой мерседес. Это был его микромир – большие офисы, пространство автомобиля, встречи в дорогих ресторанах, большой дом с высоким забором, бизнес-классы в самолетах, пятизвездочные гостиницы. Все было оторвано невидимой стеной от обычной жизни, которая сейчас казалась такой спокойной.

Андрей поискал глазами автомобиль с указанным в сообщении номером. Им оказался черный тонированный Мультивэн. Когда он подошел к нему, боковая дверь автоматически открылась и он залез внутрь, пробурчав на автомате «Привет» в сторону водителя, но тут же заметил, что передние места отгорожены черной перегородкой. Даже было не понятно, один там человек или два.

– Добрый день. – донеслось из глубины темного салона и Андрей увидел сидящего в кресле Игоря, помощника из администрации.

Андрей, пригнувшись, прошел до соседнего кресла и плюхнулся в него, положив портфель на колени. Дверь закрылась и автомобиль тронулся с места. Андрей заметил, что и окна изнутри задернуты непроницаемыми шторками так что не было видно, куда они едут.

– Как ваше самочувствие и настроение? – приторно вежливо поинтересовался Игорь.

– Нормально. – сухо отрезал Андрей. – Давай без этикетов этих. Больше по делу.

– Хорошо. Вы не взяли с собой телефоны, планшеты или ноутбуки?

– Нет, конечно.

– Позволите взглянуть? – тон Игоря оставался таким же вежливым и мягким.

Андрей открыл и передал ему портфель. Помощник включил над собой освещение, посмотрел внутрь, прощупал и осмотрел карманы портфеля и вернул обратно, выключив свет.

– Спасибо большое. Но по приезду вас еще раз осмотрят. В карманах же ничего не забыли из гаджетов? Это важно.

– Нет. Можете сейчас обыскать.

– Спасибо, я вам верю. Это лишь в целях безопасности, как вы понимаете. Нам бы не хотелось, чтобы запеленговали путь и место встречи.

– Предлагаю перейти к каким-то вводным и инструкциям по встрече, если они есть. Не будем терять время на очевидные вещи. – Андрея почему-то внутренне раздражал этот холеный, одетый с иголочки в темный костюм и белоснежную рубашку, которая практически светилась даже в темном салоне микроавтобуса, молодой человек с его приторно вежливым тоном.

– Конечно. Это первая встреча такого уровня для вас, но как таковых инструкций нет. Просто делаете, что скажут, и отвечаете или предлагаете, когда и что спросят. И главное – не перебивать, когда он говорит. Тема же совещания вам очевидна. – закончил легким сарказмом Игорь.

– Понял.

Дорога была невыносима долгой и скучной. Минут сорок они ехали по городу и сейчас скорей всего двигались где-то по области, судя по тому, что практически не останавливались. С Игорем совсем не было желания общаться, а без доступа к интернету, чтобы отвлечься и занять себя чем-то, началась некая ломка. Даже в окно не посмотреть. Андрей лишь неосознанно теребил пальцами кожаный язычок у замка портфеля.

Игорь же, похоже, не чувствовал дискомфорта и молча смотрел вперед на черную перегородку, отделяющую водителя от салона.

– Шторы может откроем? – не выдержал Андрей. – Какой смысл скрывать от меня путь?

– Это не от вас. Весь салон обшит изоляцией, не пропускающей никакой сигнал изнутри и внутрь. Шторы – тоже изоляция и замыкают контур, так что открывать их не желательно.

– М-м-м.. Понятно.

– Мы скоро приедем, осталось немного.

Еще через 10 минут автомобиль свернул на грунтовую дорогу, проехал по ней несколько сотен метров и остановился. Дверь автоматически открылась. Андрей вышел и, привыкнув к яркому солнечному свету, осмотрелся. Они были в лесу рядом с каким-то заброшенным полуразвалившимся зданием из красного кирпича.

– «Ну это уже перебор конспирологии.» – со смешанными чувствами отметил Андрей.

Рядом стояли еще четыре таких же черных микроавтобуса и два побольше.

В сопровождении Игоря, он последовал внутрь здания. Шагнув в разрушенный дверной проем, Андрей заметил, что у здания даже нет крыши. Весь пол был усеян мусором, следами от костров, кусками кирпича, стены изрисованы граффити. Тут, похоже, переодически тусили подростки и бомжи. На полу была выложена дорога из, явно, новых досок, по которым Андрей старался идти, чтобы не испортить обувь. Игорь шел впереди так же по доскам. Скорей всего их и положили специально. Не будет же Сам идти по пыли и кирпичам. Хотя даже представить Его в таком месте уже было затруднительно.

Дорожка провела через несколько комнат и уткнулась в железную дверь в полу. Она была такая же старая, с облезлой зеленой краской и в многочисленных царапинах от желающих ее вскрыть из баловства и любопытства. Рядом с ней стояло четыре человека в полной камуфляжной амуниции и зеленых балаклавах. На груди висели АК.

Один из них подошел к Андрею, провел металлоискателем по всему телу, прощупал карманы, воротник, рукава, штанины, спину, живот. Внимательно осмотрел портфель и кивнул другому. Тот нагнулся и отворил со скрипом дверь в полу.

Это был не подвал. Андрей увидел бетонный круглый колодец с винтовой лестницей, уходящей в темноту.

– Тут аккуратнее, пожалуйста. – предупредил Игорь и начал спускаться первым. Андрей пошел за ним.

В тусклом свете бледно-желтых плафонов на стенах они спустились примерно на 4-5 этажей вниз, судя по ощущению времени и пути Андрея. И оказались в бетонной комнате, так же тускло подсвеченной лампочками на потолке. У единственной двери в противоположной стене, стояло еще четыре бойца в полном снаряжении.

У Андрея на мгновение промелькнула в голове ассоциация с детством, когда они с приятелями прятались от взрослых в заброшенном подвале, в который возможно было пролезть лишь через маленькую дыру в полу, словно созданную для небольшого детского тела, чтобы покурить первые сигаретки, украденные у родителей.

Андрея опять обыскал один из сотрудников в камуфляже, после чего тяжелая железная дверь отворилась и он вошел в другую комнату из бетона. Игорь не последовал за ним и дверь с лязгом закрылась за спиной.

Освещение здесь было намного лучше, в центре стоял большой прямоугольный стол, составленный из нескольких небольших раскладных столов, за которым уже сидели четверо человек в костюмах и галстуках. Троих Андрей знал – это были крупные чиновники, политики и советники президента, курирующие разведку, службу безопасности, СМИ и цензуру в интернете. Четвертый был знаком лицом, где-то Андрей его видел.. Скорей всего на фото, возможно, в интернете или газете.

Андрей громко поздоровался, но не получил такого-то же радостного приветствия в ответ. Двое даже не отвлеклись от своей тихой беседы шепотом, лишь окинув Андрея взглядом. Понятно, он не их полета птица. Сергей Валерьевич бы получил больше внимания в этой группе лиц.

Он обошел стол, сел на свободное место лицом к входной двери и вытащил блокнот с ручкой. Стулья были самые простые пластиковые, раскладные и жутко неудобные. К тому же не стояли жестко, качаясь на неровном бетонном полу. Чиновники, тихо матерясь, переодически ерзали, потея из-за этого еще больше. Хотя в помещении было относительно прохладно, как в погребе.

И это выглядело немного комично для Андрея – пафосные, надменные сильные мира сего на фоне бетонного подвала за пыльным дешевым столом, на неудобных стульях, раздражающиеся от того, что их практически безграничная власть не помогает сделать ситуацию комфортнее, а стулья устойчивее.

– «Как все относительно, да?» – про себя спросил он этих тучных пухлых мужчин. – «Интересно, как они будут подниматься наверх в своей совсем не спортивной форме.»

Дверь, заскрипев, отворилась и вошел Он. Как всегда в идеально сидящем костюме, прямой осанкой, величественный и без единой эмоции на лице. Разговоры моментально затихли, прозвучали приторные приветствия. Но он, лишь окинув всех присутствующих холодным взглядом, сел во главе стола. Позади него по бокам встали его два охранника в черных костюмах. Дверь закрылась с тем же протяжным стоном. Послышался щелчок замка.

Охранник вытащил из портфеля черный ноутбук и положил на стол перед Ним.

Андрей, не отрываясь, смотрел на черный прямоугольник. Как? Как они хотят, чтобы он его взял? Они дебилы? Зачем такое указание? Почему именно ему?

– И так, если я правильно понимаю, то особо с нашей проблемой продвижений нет? – отвлек Андрея от размышлений жесткий холодный голос. В ответ тишина, прерываемая шорохом песка на бетонном полу от качающихся стульев.

Андрей хотел было рассказать про две версии, но, во-первых, он чувствовал, что вопрос больше риторический и к нему не обращались. А, во-вторых, одну версию надо закрывать, и сейчас не время об этом рассказывать, иначе могут дать приказ ее раскручивать быстрее. А это опасно.

– Значит пора принимать более глобальные решения. – продолжил без тени эмоций Он. – Некоторые страны решили быть более открытыми друг с другом и внутри себя. И они могут себе это позволить. Но мы нет.

Андрей заметил, что один из охранников постоянно украдкой смотрит на наручные часы, переодически обводя присутствующих взглядом. Возможно, встреча будет короткой и они куда-то спешат. Значит будет пара приказов или просто отчет о делах и все. Это порадовало Андрея – не будет времени на отчитывание каждого за безрезультатность. Плюс будет некое алиби, почему не было возможности заполучить ноутбук.

– Сегодня с 12 ночи мы начнем полную блокировку интернета на территории страны. Абсолютно полную. И внутри и снаружи. Это не будет какой-то фаервол, это будет полный блок, включая физический. Мне совершенно плевать, что там потеряет бизнес и люди на этом. Но я не позволю нами управлять! Денег и ресурсов хватит жить и без этой херни. Я заручился уже согласием силовиков. Как только мы отключим себя от сети и опасность пропадет, мы сможем погасить любой протест внутренними силами. Нам их хватит. Также мы закрываем границы на въезд и выезд. Одновременно начинаем жесткую пропаганду старыми методами. Это военное положение, коллеги. За год-два все устаканится, народ смирится. И не с таким мирился. Нам и так этот интернет давно мешал, так что это отличный повод вернуться к нормальным методам управления.

– Простите… Интернета совсем не будет? – подал тихий голос самый пухлый чиновник.

– Только у самых высоких чинов власти. Не переживай, ты-то порно посмотришь. —Андрей не понял по тону, стеб это над этим чиновником, сарказм или констатация факта.

Охранник за спиной все больше ерзал, поглядывая на наручные часы.

– Поэтому уже сейчас во всех ответственных за внутренний интернет находятся люди, устанавливающие программное обеспечение, которое закроет все по всей стране. И закроем 99% провайдеров. Они… – Андрей не успел заметить, как охранник сзади сделал быстрое движение и Он изменился в лице – мимолетное удивление сменилось на агонию, Он захрипел и поднял руки к шее. Охранник же тянул что-то сзади.

Второй охранник достал пистолет и направил на остальных, сидящих в комнате, приставив палец к губам, давая понять, чтобы молчали. Андрей лишь глазами посмотрел на других за столом. Четверо чиновников сидели, подняв руки, смотрев неморгающими от испуга глазами на ствол пистолета.

Андрей тоже поднял руки и, не отрываясь, смотрел на Него. Он был совсем близко – на расстоянии вытянутой руки. Его лицо багровело все сильнее, глаза закатывались. Он пытался руками оторвать шнурок от шеи, схватить руки охранника за головой, елозил ногами по полу, задевая иногда ногу Андрея под столом. Но охранник хладнокровно держал штурок, сжимая его все сильнее и не давая Ему сползти со стула на пол. Минута, две, три… Они тянулись будто вечность для Андрея. Он уже который раз за эти дни потерял понимание реальности. Опять будто это было кино и сюрреализм. Неожиданно и нереально.

Президент дернулся еще пару раз и смолк. Охранник подержал еще минуту и отпустил шнурок. Тело, потеряв полностью свое величие, как манекен сползло со стула на пол.

В этот момент за дверью послышались глухие выстрелы и через секунду воцарилась тишина. Андрей рефлекторно, но запоздало, не опуская руки, пригнулся.

Тишина. Десять секунд тишины. Стук в дверь.

– Нам на выход через 4 минуты! – крикнул охранник в комнате, подойдя к двери.

– Тут уже зелено. – глухо отозвался голос за дверью. Андрей понял, что это пароли.

– Кто тут Андрей? – охранник обратился к чиновникам. Ответа не последовало.

– Повторяю, кто Андрей? – повысил он голос.

– Он, это он! – один из чиновников, не опуская рук, махнул в сторону Андрея.

– Встань! – Андрей поднялся с поднятыми руками, быстро смотря то на одного охранника, то на другого с поднятым пистолетом. Как действовать в данной ситуации он не понимал, бежать было некуда.

– Андрей?

– Да… – оторвал от пересохшего неба язык Андрей. – Что… Что вам нужно?

Охранник лишь кивнул другому. Андрей присел от неожиданно громкого выстрела, втянув голову и зажмурившись. Еще один. Еще. Крик: «Не надо!» Еще выстрел.

– Бери, что тебе надо и пошли! – прозвучал как-будто вдалеке голос. Уши заложило от звонких хлопков в закрытом небольшом помещении.

Он приоткрыл глаза и осмотрелся. Сам он был жив, но чиновников за столом уже не было. Слева на полу лежал один из них в неестественной позе. На груди сквозь рубашку увеличивалось красное пятно. Он повернул голову к охраннику с пистолетом.

– Ну! Чего стоишь?! Быстрее!

Андрей посмотрел на стол и, увидев ноутбук, понял, что от него хотят. Подошел на негнущихся ватных ногах к нему и, взяв компьютер, увидел за другой стороной стола еще три лежащих на полу тела.

– «Куда деть ноутбук? Не в руках же…» – вспомнил про свой портфель на полу, подошел нагнулся и, вздрогнув, замер еще от четырех выстрелов. Охранники делали контрольные. Он с трудом справился с застежкой портфеля, положил в нег ноутбук.

– Пошли! – скомандовал один из охранников и постучал в дверь. Щелкнул замок двери и с мерзким протяжным скрипом она отворилась.

Из светлой комнаты Андрей шагнул в проем сумрака, держа портфель двумя руками на груди, и споткнулся о тело в камуфляже на полу. Его успел под локоть поймать охранник. Через пару секунд зрение привыкло к темноте и Андрей разглядел еще два тела в камуфляжной форме. Четвертый же боец в камуфляже стоял уже у лестницы наверх.

– Я первый, ты второй, потом ты… – ткнул он в сторону Андрея стволом калаша. – …ты замыкающий. – показал он на одного из охранников.

Не доходя несколько изгибов лестницы до конца, ведущий остановился.

– Нам на выход через четыре минуты! – крикнул он наверх.

– Тут уже зелено! – послышалось сверху.

– Чисто. – не оборачиваясь, сказал он остальным, но продолжил путь пригнувшись с автоматом на боевую изготовку.

Через пару минут они вышли из подвала на солнечный свет, озаряющий разрушенную комнату без крыши. Андрей зажмурился. Он все так же крепко держал у груди портфель обеими руками. Он с ноутбуком психологически давал некую защиту. Хотя Андрей понимал, что ноутбук не защитит его от пули.

У входа в солнечном свете и траве, вперемежку с обломками кирпича, лежали три тела в камуфляже. Четвертый стоял у прохода, равнодушно посмотрев на Андрея и других сопровождающих.

– «В любой слаженной команде можно найти хотя бы один слабый элемент.» – почему-то пронеслось в голове Андрея, понимая, что такой нашелся в каждой четверке сотрудников охраны.

Он прошел немного вперед и два громких хлопка опять заставили его вжать голову в плечи. Он резко обернулся, успев застать два падающих на землю тела в камуфляже.

Один из охранников нагнулся, проверил их пульс.

– Готовы. Теперь мы. – они направили стволы друг в друга.

– Нет, подожди. Одинаковые ранения будут подозрительны. Давай ты в ногу, а я тебе в плечо. – спокойно, будто выбирая мороженное, сказал один.

– Окей. – он опустил пистолет по направлению ноги своего напарника.

– Раз, два… – отсчитывал хладнокровно второй, но на секунду остановился и дернув рукой в сторону, выстрелил.

Андрей моргнул от неожиданного хлопка, но увидел, что это был не выстрел в плечо, а четко в лоб охранника.

– Три… – продолжил он, опуская пистолет и оборачиваясь к Андрею. – Доволен?

– Н-н-не очень понимаю… – Андрей даже запнулся.

– Передай им, что я четко выполнил инструкции! Понял? Передай им! – охранник начал повышать голос, обращаясь вроде к Андрею, но как бы в пустоту. – Пусть не трогают семью! Они здесь не при чем! Это только моя история! Мои решения! Мне приказывали! Они здесь не при чем! Не надо ломать им жизнь! Да??!

– Да.. Я передам.. – Андрей пытался показать максимальное понимание, сочувствие и сотрудничество.

– Да пошел ты, сука! Кому ты передашь, тупой чинуша?! Ты же нихера не знаешь, мудак! Ты вообще не в курсе! Тебя так же взяли на крючок, ты просто пешка! Как и мы все!!! – он начал поднимать руку с пистолетом. Андрей сжал портфель на груди еще сильнее. – Мы все натворили хуйни в этой жизни! Они все знают! Ты тоже будешь лишним! Как они! – он кивнул на трупы. – Как я! – рука с пистолетом поднималась все выше. – Ты остался в живых лишь потому, что они так сказали! Я бы вас всех уродов перестрелял бы давно! Политиканы ебанные!

– Я не политик… Я просто сотрудник, как и ты. – мягко пытался успокоить истерику охранника Андрей.

– Да пошел ты! Ты такой же как все они! И такой же как и эти! Они тоже не просто так нас всех ебут сейчас! – он зачем-то встал на колени. – Не трогайте семью! Я выполнил все инструкции! – крикнул он куда-то вверх, рука резко согнулась в локте, он вставил мимолетным движением пистолет в рот и нажал на курок. Андрей закрыл глаза в этот момент, чтобы не видеть происходящее. Одинокий выстрел разнесся эхом в кирпичных стенах комнаты.

Отвернувшись, он, все так же прижимая портфель, пошел не оборачиваясь по доскам на выход. У выхода из здания лежал на животе Игорь, в спине его костюма были видны две дырки. Он лежал с открытыми глазами, в которых застыло удивление. Переступив тело, Андрей вышел из заброшенного здания.

Рядом на поляне стояли все те же черные микроавтобусы, к которым прибавился еще один. У некоторых рядом лежали тела водителей и охранников, в других были простреляны лобовые стекла, сквозь которые были видны мертвые люди.

Похоже, в этой четверке бойцов наверху у входа в подвал было не одно слабое звено. Вряд ли можно было бы положить всех в одиночку.

На Андрея внезапно нахлынула тяжесть и он присел на корточки. Организм впрыснул в кровь большую дозу адреналина и к горлу подкатила волна. Но Андрей сглотнул позывы, поставил на землю портфель и глубоко задышал, считая медленно про себя до момента, пока его не отпустит паника.

Что дальше? Скоро приедут все службы. Вокруг одни трупы, в подвале четыре крупных чиновника и мертвый Он. И Андрей – единственный тут живой и с ноутбуком президента. Даже, если никто не знает, чей это ноутбук и можно попробовать выдать за свой, то как объяснить, что он тут единственный живой?

Взять микроавтобус? Быстро его вычислят? Бежать пешком через лес? Куда?

Кстати… А кто вообще знает список приглашенных сюда? Это же тайное совещание. Может и не скоро приедут? Хотя да, кое-кто знает. Даже тот же глава безопасности, у которого был Андрей перед встречей. Но все же надо валить сейчас. Будет время подумать над ситуацией. Если что, свалить бегство на аффект и страх. Гнуть линию случайности выживания. Хотя кто поверит? Или…

«Боже… Президент мертв…» – внезапно навалилось полное осознание на Андрея. – «И при мне. Я был рядом. И я единственный в живых. Это… Пиздец.» – и он почувствовал новую дозу адреналина в организм.

– Не пугайтесь. – Андрей от неожиданности аж подпрыгнул с корточек в полный рост и обернулся. У угла здания стояла Вика в каком-то черном, размера на три больше нужного, худи и черных джинсах.

–Ты? ОТКУДА ТЫ ТУТ??? – закричал Андрей, быстрым шагом идя на нее. Вика поменялась в лице, в глазах появился испуг и она попятилась назад.

– Подождите. Я не при чем! Я лишь выполняю указания! Мы с вами в одинаковом положении! – она выставила вперед руки, словно защищаясь, но Андрея уже отпустило и он успокоился, перейдя на медленный шаг и даже попробовал примирительно улыбнуться ей.

– Все, все. Я понял. Хорошо. Не бойся. Какие у тебя указания?

– Приехать по gps-координатам к 17:34, найти вас и забрать ноутбук. Это все. Сейчас 17:43, я не опоздала, просто боялась подойти, слышала что-то похожее на выстрелы. – она посмотрела за спину Андрея и ее глаза округлились.

Он быстро глянул через плечо назад и понял, что она увидела пару тел у одного из микроавтобусов.

– Спокойно. Это не я. Это… Тут кое-что случилось. Не важно, короче. Зачем тебе ноутбук?

– Мне не сказали. Честно. Я спрашивала. Но сообщения стерлись, мне нечего показать. Что с ним делать – будет в дальнейших указаниях.

– На чем ты приехала?

– На своей машине, она с другой стороны дома, меня так провел навигатор. – Андрей, слушая, пошел за оставленным портфелем. Вика же осталась стоять у угла дома. – Я вышла и тут шум выстрела. Спряталась за машиной, мало ли что…

– Показывай, где тачка. – потянул он ее за рукав кофты, проходя мимо нее уже с портфелем. – Заодно меня подвезешь до города.

Season #2 Episode #1

Борис Андреевич стоял, оперевшись на трость, у окна в белоснежной палате и уже почти полтора часа смотрел на пустые улицы города. Он видел в воображении толпы людей на тротуарах, пробки из разноцветных машин на перекрестке. Слышал звуки двигателей, сигналы, гул разговаривающих людей и цокающих каблуков. В какой-то момент ему даже показалось, что он почувствовал запах выхлопных газов. Он все это еще помнил. Память всегда была его отличительной чертой, даже несмотря на старость.

Но как давно всего этого не было. Эти теперь абсолютно стерильные улицы, чистые стены домов. Все слишком кукольное. И пустое.

Его одинокие живые шаги гулко отзывались от стен домов, когда Борис Анадреевич ходил за продуктами. Иногда он где-то слышал такие же живые шаги. Или ему это просто казалось.

Он специально ходил за продуктами сам все эти года, а не заказывал на дом. Ему нравилось не спеша идти по знакомым улицам, оглядывать здания, дышать этим воздухом, представлять спешащих вокруг себя людей, автомобили, людей в окнах домов. И он очень надеялся встретить кого-то, кто еще остался тут. Но видел лишь андроидов, вылизывающих улицы и стены домов до блеска.

Ему уже 94 года, но решился он на переход только сейчас. Ноги начали сдавать в последний год – его все больше мучали сильные боли после этих прогулок. Слабость в теле. Он чувствовал, что тело уже все ближе к смерти. Год назад ему пришлось отказаться от прогулок. Просто смотрел в окно из своей квартиры.

Он никак не мог привыкнуть к подаренным очкам виртуальной реальности, его сильно укачивало. Поэтому любимые старые фильмы и передачи он смотрел в записи и общался через планшет с родными и друзьями. Из уважения к его ретроградству и, как они считали, чудаковатой старости они всегда выбирали для общения с ним лица, которые он помнил.

Смотря сейчас из окна палаты, Борис Андреевич вспомнил, когда произошел этот переломный момент в жизни человечества. Ему было всего 9 лет, но он уже прислушивался к разговорам старших, любил читать новости в смартфоне. О Боже, смартфоны… Как давно это было. Он даже улыбнулся, вспомнив, что в ящике стола в его квартире есть сохраненные, уже, наверное, не работающие, Айфоны. Седьмой, ХR и еще 6 следующих поколений, прежде, чем они стали не нужны.

Тогда, после 2020 года, что-то произошло в мире. Он не очень хорошо понимал что, но слышал, что есть мир до и после. Что «до» – это жизнь во имя власти и денег, а «после» – жизнь во имя человечества в целом и прогресса. И где-то через 15 лет после этого, прогресс сделал очень сильный скачок, потому что его перестали искусственно сдерживать.

Первое, что его невероятно впечатлило – это развитие кибернетики семимильными шагами. Замена органов и частей тела. И первая успешная пересадка мозга в полноценного киборга. Это был праздник для всего мира. Он помнил, как смотрел тогда из окна на улицу, куда хлынули толпы народа в едином порыве.

А второй прорыв был всего еще через 6 лет, когда изобрели запись полной личности человека. Зачем подвергать риску человека, пересаживая мозг, если можно просто переписать в киборга его личность. Процессоры уже давно опережали скорость мозга человека, при этом будучи более надежными и более легко заменяемыми.

А уже через 3 года стало ясно, что нет смысла и в физическом атрибуте.

И в какой-то момент все ушли в сеть. Тела, конечно, оставили. Огромное количество зданий переделано как раз для хранения тел. И в любой момент можно вернуться в свое тело или киборга, если захочется в реальный мир – они все доступны. Но используют это только для размножения. Ну и вот для того, чтобы приносить продукты таким все еще таким ретроградам, как Борис Андреевич. Поддержать, помочь, поболтать, осмотреть и помочь с лечением. Теперь это у них такое развлечение. Обычно, при этом они входят в киборгов – уж очень не хотят лишний раз портить настоящее тело. Его берегут для репродукции.

Характер, таланты и все остальное, что закладывается природой при рождении личности, решили оставить все же природе. Ей виднее, каким должен родиться человек.

Личность же младенца просто сразу оцифровывается и заливается радостным виртуальным родителям в сеть, где она растет уже без тела, учится, развивается, творит. А тело в консервацию, где оно растет до 28 лет просто как оболочка и дальше не стареет.

Родные и друзья уже давно звали его к ним. Там нет проблем со здоровьем, боли в теле, не надо есть и пить. Не было старости. Любая информация и перемещение в доли секунды. Рассказывали, что там множество огромных городов, сделанных вопреки реальному миру, таких красивых и необчных, что разуму не поддается. Там можно все, что нельзя в реальности из-за пределов физики и тела. Нет денег. Зачем они, если нет физиологических потребностей, а все что угодно можно размножить без затрат. Были по началу попытки продавать что то за виртуальные деньги. Но быстро сошло на нет, тк этим просто не пользовались. Поэтому самореализация одержала верх и все было бесплатным. Хотя и здесь денег давно нет. Но там нет и ограниченности в территориях. Можно выбрать себе любой вид, какой захочешь. Нельзя умереть.

– «А сейчас вот и я.» – подумал Борис Андреевич, разглядывая свою морщинистую руку с темными пятнами старости. Мизинец и безымянный пальцы уже давно не выпрямлялись полностью – артрит. Он попробовал еще раз – не получилось.

– Вам пора. – он обернулся на голос. В дверях стоял белый человекоподобный киборг во врачебном халате. Скорей всего халат нужен был лишь для придания комфортного вида для пациента. Другого смысла Борис Андреевич в нем не видел. Тут и так все стерильно.

Медленно передвигая ногами и опираясь на трость, он подошел к двери. Врач… Доктор? Или медсестра.. Медбрат? Это мог быть кто угодно любого пола… Но голос был женский, значит – она. Она взяла Бориса Андреевича под локоть, помогая ему опираться, чтобы легче было идти. Борис Андреевич сознательно отказался от переноса его тела или каталки. Он очень хотел пройти этот путь своими ногами в последний раз.

Вовсе не так он представлял операционную. А он считал происходящее именно операцией.

Это было такое же белоснежное помещение с белым креслом. Рядом на белой больничной кровати лежало тело киборга – в отличие от киборга-доктора, это была точная внешняя копия Бориса Андреевича. Из-за старости и пройденных тестов на психику, было решено сначала перенести личность Бориса Андреевича в искусственное тело для адаптации. И только потом уже, как он дальше сам решит – пойдет он в основной виртуальный мир или останется здесь в новом теле.

Доктор помог ему сесть в кресло, протянул таблетку и стакан воды.

– Это просто успокоительное. Чтобы вы не переживали и не волновались. Это удлиняет процесс. – совершенно настоящим, а не робототизированным голосом, сказала врач.

Борис Андреевич проглотил таблетку, запил водой, и, правда, уже через десять секунд вся нервозность ушла, отошла тошнота, ноги перестали болеть и он провалился в глубокий сон.

Туннели. Яркие, переливающиеся разными красками туннели. Он попытался оглядеть себя, но не видел тела. Это даже не было похоже на зрение – как будто он смотрел во все стороны на 360 градусов сразу.

– Просыпайтесь. Просыпайтесь. Медленно откройте глаза. – настойчивый голос вырвал Бориса Андреевича из сна. Он не помнил, чтобы ставил такой голос на будильник.

Секунду прислушался к привычным болям в ногах, но сегодня все было хорошо – боль, видимо, отпустила. Он не хотел шевелиться, чтобы она опять не возникла – таким моментам он радовался по утрам и обычно лежал, пока боль не возвращалась.

– Медленно откройте глаза, пожалуйста. – будильник был настойчив.

Борис Андреевич открыл глаза и не сразу понял, где он. Белые стены. Пустое белое кресло. Склонившийся над ним белый киборг в белоснежном халате.

– «Не получилось?» – хотел спросить он, вспомнив где он. Но не смог набрать воздуха в легкие для вопроса. Его охватила паника. Он не мог вздохнуть. Он задыхался. Потянул руки к шее, но киборг-врач схватил его за запятья.

– Успокойтесь, Борис Андреевич. Все хорошо. Вы не задыхаетесь, это старая привычка вашего мозга. Вашему телу теперь не нужен воздух. Просто расслабьтесь.

Он постарался погасить панику, хотя мозг все еще сильно сопротивлялся и пытался сделать вздох. Мозг. У него теперь и мозга нет, вспомнил он. Но он думает. Мысли есть. Ничего не поменялось – воспоминания есть, мысли есть. Это… Это работает!

Борис Андреевич поднес руку к лицу – она двигается. Он не подумал: «Поднеси руку к лицу.» Он сделал это бездумно, как обычный человек двигает рукой. Пошевелил пальцами, не приказывая это мыслью. Они все двигались, как настоящие. Это восхитительно! Эти открытия даже отвлекли его от паники невозможности вздохнуть.

Ему очень захотелось встать и он начал переворачиваться на бок.

– Осторожней. Вставайте очень аккуратно. – киборг-врач стояла рядом, подстраховывая. – Первые полчаса может быть некая адаптация к телу. Вы за многие годы привыкли к одним движениям – скованным, медленным. Сейчас все работает на сто процентов и без боли. Вы можете упасть при ходьбе с непривычки.

– А как говорить? – задал вопрос Борис Андреевич и удивился, что он прозвучал. Если не думать о воздухе, а просто говорить, как обычно не думая о процессах, то речь сама идет. Врач промолчал, видя, что Борис Андреевич все понял и сам.

Через час после всех необходимых обследований, проверок и адаптации к телу, Борис Андреевич вышел из здания. Он шел по улице быстрым легким шагом, смотря и до сих пор не веря, как быстро и легко идут его ноги. Рассматривал руки, тело, трогал себя. Оно все даже чувствовало, если потрогать. Провел рукой по стене дома – он прочувствовал каждый выступ, каждую шероховатость. Это восхитительно. Это все реально! Он никогда не думал в молодости, как это прекрасно иметь послушное тело. Это осознание приходит лишь с возрастом, через боль, скованность движений.

Через полтора часа он вошел в свою квартиру. Осмотрелся. Да, это его любимая квартира, где он прожил практически всю жизнь. Место, которое привносило ностальгию в его память. Привычные обои, старая потертая мебель, диван, чистая кухня. Привычный, отпечатавшийся за многие года в памяти, вид из окна.

Но сам он теперь был другим. Он был новым. И это место хорошо для ностальгии, но не для жизни теперь.

Борис Андреевич сел за кухонный стол, посмотрел в окно и понял, что, несмотря на технологии и прогресс, так ни разу и не был в других местах планеты. Не видел гор, моря, пустынь.

И сейчас. Самое время это изменить. Времени и энергии теперь было предостаточно. Перед ним теперь была вечность.

Он посмотрел на календарь: 07.07.2104. Он не случайно выбрал именно эту дату для перехода – цифра семь его успокаивала, придавала уверенности, он всегда верил в ее магию. И он запомнит этот день. Это первый день его длинного путешествия.

2104 год.

– «Весьма недурственно написано. Но могли бы и видео снять.» – снимая очки дополненной реальности, подумал Макс. – «Но до всего этого, как до Японии раком.» – вспомнил он старое изречение отца.

Он поднялся с кровати, размял затекшие ноги. Очки издали тонкий писк. Макс надел очки обратно и, видя комнату сквозь стекла, в дополненной реальности посмотрел на фото звонившего и глянул на время: 11:18. Значит начальник звонил, явно не похвалить его. Нажав на душку очков, он активировал звонок и аватарка начальника грозно посмотрела на него на фоне стены квартиры.

– Макс! Ты какого хрена еще не на работе? Я вычту из твоего недельного рациона мясо за это!

– Пожалуйста, только не мясо опять. Я не могу вторую неделю сидеть опять на овощах. Пожалуйста! Я уже выбегаю и переработаю сегодня на сколько скажите.

– Приезжай быстро! Посмотрим! – аватарка начальника исчезла.

Макс быстро оделся в свой обычный черный комбинезон и выбежал из маленькой квартирки. Долго ждал лифт вниз.

Наконец-то он услышал звук колокольчика и лифт открыл двери. Он был весь забит людьми в комбинезонах разных цветов. Самые крутые были зеленые. Макс очень хотел зеленый комбинезон. Это была самая простая и приятная работа с растениями. Никакого тяжелого физического труда, тишина, спокойствие, много еды и воды дают в конце месяца.

Он вошел в лифт. И хоть лифт и был полон, но люди втиснулись еще сильнее, лишь бы не соприкасаться с Максом. Его черный комбинезон говорил всем, что он занимается грязной работой на самом низком уровне. Он привык уже к этому отношению к себе, поэтому включил в очках следующую книгу из далекого прошлого. Ехать в самый низ с остановками надо было еще минут пятнадцать.

2104 год. Наши дни.

Дин захлопнул книгу. В свете костра посмотрел на обложку: «Мистер Годман. Season #2. 2019 год.»

– «Ну и хрень же ты пишешь, Мистер Годман.» – Дин бросил книгу в костер, разведенный в тазу на полу у окна давно заброшенной квартиры, которую они заняли для сегодняшнего ночлега. – «Что за виртуальная реальность, киборги? Хах!»

Нет, он слышал от своих дедов и родителей, что когда-то что-то такое было. Но это были лишь игрушки. Реальность же совершенно иная. Предки не умели предсказывать будущее, как и сейчас.

– «Тупые фантазеры!» – встав, он сплюнул в костер. – «Да у меня Тик умнее!»

Поправив винтовку, он подошел к разбитому окну. С двенадцатого этажа сильно обшарпаной многоэтажки он хорошо видел в сумерках окрестность. Такие же полуразвалившийся здания, в нескольких окнах, судя по отблескам пляшущего света, так же горели костры. Дин посмотрел в бинокль на окна и темную улицу, провел по ней взглядом, осмотрел разбитые остовы ржавых автомобилей, кустарники и деревья, пробивающиеся сквозь разломанный асфальт – опасности вроде не было.

Почему-то начало книги его разозлило и он не мог успокоиться.

Он прошел до костра и вернулся обратно к окну.

– «Ну не бред ли, а?!» – он обернулся и посмотрел на спящего у костра Тика, укрытого старой грязной кожаной курткой. – «94 года, хах! Да столько не живут!»

Дину было 42 и он считался уже почти стариком. Дожить даже до этого возраста в этом мире, полном опасности, голода и болезней было большой удачей. Хотя, некоторые знакомые рассказывали, что, живущие в башнях Белые, доживают до такого возраста и выглядят, как ссохшиеся морщинистые сушеные ягоды. Но это были лишь байки, сам Дин их никогда не видел. Зато он видел из своего окна одну из башень. Даже с расстояния в более, чем десять километров до нее, она выглядела огромной и высокой, уходя шпилем в облака. По слухам, не смотря на ее размер, ее очень быстро построили лет 70-80 назад. Черная и без окон, освещенная снизу множеством прожекторов, башня вселяла в Дина некий страх. К самой башне никто ни когда не подходил, она была окружена высоким забором из красного кирпича. Но даже к нему невозможно было подойти – у забора была заминированная зона отчуждения в несколько сотен метров, к тому же еще охраняемая снайперами.

К башне вела только одна дорога, по которой крайне редко кто-то проезжал. Дин однажды и сам видел издалека в бинокль кортеж из нескольких бронивиков, мчавшихся через пустые улицы города в сторону башни.

Сам он старался не приближаться и близко к ней, но опять же таки по слухам, некоторые даже умудрялись вести торговлю с жителями Башни. Но это лишь слухи.

Дин подошел к книжному шкафу и через разбитое стекло двери достал еще одну книгу. «Мистер Годман. А. 2021 год.»

– «Какое тупое название. «А»!» – даже не открыв книгу, Дин бросил ее в костер и сел в пыльное кресло, пододвинутое к огню. – «Что за дебил тут жил с такими книгами?!»

Дин был сильно раздражен сегодняшним днем – у него сорвалась хорошая сделка, и собачье мясо, добытое таким трудом, тухло в полиэтиленовом пакете в углу комнаты. А ему очень нужны были патроны. Но парень, с которым он договорился вчера, исчез. И какие-то сказочки про всякие технологии и сытую вечную жизнь его выбесили еще сильней.

Он с грустью посмотрел на пакет с мясом.

– «Придется съесть самим… Но это не решит проблему. Патронов осталось всего 14.» – еще больше его раздражало то, что на собак пришлось потратить четыре пули. Не говоря уж о трех днях изнурительной охоты.

Возможно, получится найти другого клиента за меньшее количество патронов? Можно попробовать сходить в Орден Алис, оно довольно крупное содружество и помогают одиночкам с хорошей репутацией. А уж чем-чем, а своей репутацией Дин гордился – не убивал без самообороны и не людоедствовал даже в сильный голод, не грабил и не насиловал, а даже помогал другим по возможности, чем мог. Поэтому вполне можно было бы дойти до них за два дня и попробовать поторговать.

– «Если мясо продержится столько времени.» – с досадой сплюнул в костер Дин.

Можно его, конечно, завялить или пожарить. Но это уменьшит цену – за свежее дают больше. С другой стороны, хоть что-то получить уже будет хорошо.

Пора было будить Тика, чтобы поспать самому.

Season #2 Episode #2

Дин редко видел сны и сегодняшняя ночь не была исключением. Поэтому от прикосновения Тика он проснулся без сожаления и, открыв глаза, увидел, что мальчик уже развел костер и кипятит воду в маленьком железном котелке.

– За бортом все спокойно, какой план? – деловитым тоном поинтересовался Тик, приглаживая русые взъерошенные волосы пятерней. Слишком много серьезности для тринадцатилетнего пацана. Он редко смеялся и практически не имел чувство юмора, но в этом мире было мало поводов для веселья.

– Найти покупателя на мясо. – поднимаясь, ответил Дин. – Сколько времени?

Тик посмотрел на наручные механические часы, подаренные два года назад Дином, которые ему когда-то давно подарил отец:

– Шесть утра. – скорее всего он и так знал сколько времени, перед тем как разбудить, но Дин понимал, что мальчику нравится лишний раз почувствовать свою значимость в их команде.

Пока Дин надевал потрепанный черный разгрузочный жилет и непромокаемую куртку, под которой сегодня спал, Тик снял котелок и разлил кипяток по жестяным кружкам. Вода даже после кипячения отдавала легким вкусом тины и железа, но после холодной ночи на полу, первый маленький глоток кипятка, проходя вниз к желудку, разносил по телу приятное тепло. Дин даже поежился и прикрыл глаза от ощущения в теле и удовольствия.

– Собери сигналки и выдвигаемся. – мягко попросил он мальчика и поднялся посмотреть в окно. Сегодня им надо постараться пройти максимум пути. Дин решил пойти в Орден Алис. Если даже не донесет мясо, то хотя бы может что-то выменять или попросить помощи за какую-то работу.

Дин осмотрел улицу в бинокль – за пару минут он заметил всего двух людей, которые шли по каким-то своим делам. По виду они не внушали опасности и, явно, не принадлежали на к каким группировкам. Такие же одиночки, как и они.

Тик вернулся через пять минут с лесками и консервными банками, которые они расставили вечером на лестничной площадке многоэтажки и, допив кипяток складывая свои немногочисленные пожитки в рюкзаки, они спустились по лестничным пролетам вниз с двенадцатого этажа, где, переступая в подъезде через мусор и обломки бетона, вышли в хмурое осеннее прохладное утро улицы.

По городу нельзя было пройти просто по нужному направлению. Мало того, что центр был занят башней и охраняемым периметром, многие районы были поделены группировками, бандами, фанатиками или разными нейтральными сообществами. Такие улицы были перегорожены высокими заборами из всякого хлама, определяя территорию, за которую часто шли вялотекущие бои. Это не ожесточенные войны, как когда-то было по рассказам отца, это уже было больше просто акты устрашения. Люди в своих границах улиц и домов стали ленивыми, спокойными, занимались обменом, куплей-продажей и всем тем, что делает их жизнь более сытой сегодня и, возможно, завтра. И на незнакомцах, особенно одиночках, можно было отыграться из-за скучной рутины, поглумиться или ограбить.

А вот какой-либо жесткий передел сильно влиял на продолжительность жизни каждого участника, а этого уже никому не хотелось. Поэтому сейчас все бои сводились или к одиночным выстрелам в сторону стены противника, громким заявлениям и единичными драками, или к оголтелым небольшим группкам мелких отморозков, которые еще не понимали ценность и интерес своей жизни, поэтому были легковнушаемы на какие-то одиозные темы, которыми было просто управлять и направлять. И, если со взрослыми было еще можно договориться, предложив что-то ценное взамен своей жизни, то эти малолетние шакалы не знали пощады и переговоров – им проще было снять нужное с теплого трупа. Хотя с ними тоже был шанс уйти в живых – слишком много суеты всегда в их рядах, гонора и криков, и крайне мало меткости и тактики. Их мало тренировали и обучали, больше тратя время на промывание неокрепших мозгов. Но они все равно были крайне опасны и брали числом и бесстрашием.

И это были не единственные препятствия в перемещениях по городу. В некоторых местах был провален грунт и целые части районов ушли под землю куда-то вниз, в метро. Дину рассказывали, что раньше люди перемещались на поездах даже под землей. Этот рассказ отца невероятно впечатлил его тогда в детстве. Сейчас и автомобилей-то на ходу было единицы, а поезда, да под землей – Дин не мог даже представить такое. Но лезть туда, чтобы посмотреть, было крайне опасно – во-первых, во многих провалах метро нашли пристанища фанатики и мародеры, а во-вторых, необходимо было знать точный вход, иначе можно было переломать ноги или провалиться.

Единственное, что помогало обходить опасные улицы и провалы – карта Дина, которую он выменял год назад на одну из винтовок и мешок патронов. К сожалению, со временем границы территорий меняются, но в целом, если делать обход опасных территорий дальше на пару кварталов, чем указано на карте, то неприятностей обычно можно было избежать.

Им необходимо было попасть с юго-запада на север, почти у границы города. Со всеми обходными дорогами – это займет примерно полтора дня пути с ночевкой и привалами.

Они старались по возможности избегать широких проспектов и дорог, выбирая путь через дворы, пробираясь под прикрытием стен или деревьев с уже пожелтевшей листвой. За день перехода им встретились всего два одиночки-охотника, у которых не было ничего интересного к обмену, и одного релига, который, как и все другие встречающиеся религи, пристал к Тику со своей верой, пытаясь переманить его к себе. Они охотились за детьми, но были вполне дружелюбны, если не считать назойливости. Дин ни разу не видел, чтобы их заученные россказни хоть кого-то тронули и помогли завербовать к себе в секту, но численность религов в последнее время тем не менее сильно росла, значит, все таки это как-то работало.

Тик же никогда не обращал на них внимания и молчал, в то время как Дин пытался матом и запугиванием отгонять их. Они, видя ребенка, обычно шли сзади долгое время и слишком громко нараспев проповедовали о том, что все случилось не зря, это предзнаменование и необходимо перейти в их секут и обратиться, чтобы заслужить лучшую жизнь после смерти. Это всегда сильно раздражало скрытного Дина – эта громкая проповедь эхом отражалась от заброшенных многоэтажек и могла привлечь ненужное внимание к их группе.

К вечеру они дошли до развязки, где широкое шоссе из центра разделялось на два туннеля, над которым возвышалось высокое прямоугольное здание, с разбитыми окнами и свисающими со стены множеством проводов. Быстро перебежав шоссе до развилки, они перебежали к длинному дому стоящему вдоль дороги. Весь первый этаж занимали когда-то рестораны и магазины. Сейчас же все было разломано и разграблено – даже что-то полезное найти уже было нельзя.

– Периметр! – тихо шепнул Дин, входя с винтовкой в руках в дверной проем заведения с разбитой вывеской «M..xim.. Piz..a». Тик снял с плеча свой обрез, тихо зашел через разбитую витрину левее входа и пошел по левой стене. Дин же пошел по правой стороне зала, заглядывая в примыкающие комнаты. Они встретились у двери в конце зала. Вошли в еще один зал с железными столами, какими-то шкафами. Судя по пыльным кастрюлям и сковородкам на столах и полу, это была когда-то кухня.

Выйдя насквозь через черный вход во двор, они зашли в ближайший подъезд и, изредка включая фонари в самых темных местах, поднялись на четвертый этаж. Подергали двери квартир – одна дверь поддалась.

– Прикрой. – шепнул Дин Тику и пригнувшись вошел в квартиру. Вдвоем они обошли все комнаты.

– Тут и заночуем. – резюмировал Дин. Тик пошел ставить сигналки на лестничную площадку. Дин же обошел еще раз квартиру, нашел на кухне пару стульев для костра, несколько книг, большую кастрюлю в шкафчике. Отнес это в большую комнату, она была самая дальняя от входа, что было наиболее безопасно. Посмотрел в разбитое окно – оно выходило на шоссе – был идеальный вид в свете полной луны на него, были видны уходящие под землю туннели и черное прямоугольное здание.

– Готово. – входя, шепотом отрапортовал Тик. Дин кивнул, вернулся на кухню и, взяв стеклянную кружку и еще одну кастрюлю, прошел к входной двери. Убедившись, что дверь закрыта, установил на ручку двери кружку, а на пол под ручкой поставил кастрюлю, чтобы грохот падающей кружки был громче, если кто-то начнет открывать дверь. Подтащил еще оставшиеся два стула и сгромоздил их у входа – в случае чего, это задержит на пару секунд и даст время схватить ружья спросонья. Этот ритуал он делал каждый раз перед сном, даже когда они останавливались на сон не нейтральных или дружественных территориях и зонах.

В комнате Тик уже сидел в мягком кресле и в полутьме разбирал свой обрез на журнальном столике для чистки. Дин давно приучил его, что оружие всегда надо содержать в чистоте и относиться к нему с уважением и любовью. Он с гордостью посмотрел на Тика – в такие моменты его всегда одолевали такие чувства – этот маленький мальчик был самым дорогим в его жизни и он старался дать ему правильное воспитание и умения, которые помогут ему в жизни, когда его самого уже не станет.

Улыбнувшись от своих сентиментальных чувств, Дин пододвинул тазик и стулья к окну. Ногой поломал стулья – за столько лет сырости, холода и жары дерево не выдерживало даже легкого удара – обломки сложил в таз на выпотрошенные и разорванные книжки.

Рука со спичкой застыла в нескольких сантиметрах от бумаги, когда сквозь тишину ночи города послышался отдаленный тарахтящий гул. Дин медленно повертел головой, пытаясь уловить ухом с какой стороны он идет и одернул руку – спичка догорела до пальцев. Гул нарастал.

– Пссс! – прошипел он Тику, который и так уже услышал странный звук и тоже прислушивался.

Звук шел с улицы и Дин, вскинув бинокль к глазам, направил его на шоссе из центра и, ведя вправо, просматривал все что было видно в лунном свете – дома напротив, деревья, кусты, провел окуляром еще правее на туннели и увидел мерцающий тусклый свет из одного из них, в ту же секунду из туннеля, громыхая, выехали два грузовых автомобиля и, остановившись, выключили фары.

– Ничего себе! – прошептал Дин и хотел дать Тику посмотреть в бинокль, но тот уже стоял рядом с винтовкой Дина и смотрел в оптический прицел туда же, открыв рот.

Из крытых кузовов в лунном свете выбежали больше двадцати человек и разбежались, спрятавшись неподалеку. Трое из них побежали вперед по шоссе и что-то положив в нескольких местах бегом ринулись в сторону с дороги.

– Тик, это похоже на засаду. – прошептал Дин, не отрываясь от зрелища в бинокле.

Слева со стороны центра города послышался гул куда более мощнее. Он приближался очень быстро, нарастая в вечерней тишине и отражаясь от стен заброшенных домов, усиливаясь раскатистым эхом в квартирах с разбитыми окнами.

Дин с Тиком синхронно повернули окуляры налево, но кроме ореолов яркого света приближающихся по шоссе фонарей ничего не было видно. При приближении стало понятно, что это колонна из трех автомобилей. Через несколько минут гул перешел в различимый рев моторов и Дин увидел, что это черные бронетранспортеры с белым кругом на бортах, а значит это колонна из башни – такие в городе были только у Белых.

В тот же момент они замедлили ход и остановились, не доезжая метров пятьдесят до преградивших дорогу грузовиков.

Постояв пару минут первый БТР медленно начал движение к грузовым машинам, рыская лучом света от прожектора по сторонам.

От внезапного взрыва, ослепившего на секунду Дина яркой огненной вспышкой, он, оглушенный от слишком громкого хлопка, пригнулся под подоконник. Но успел заметить, как бронетранспортер даже немного подпрыгнул. Он посмотрел на Тика, тот тоже стоял пригнувшись с удивленным лицом от такого вечернего зрелища и открывал-закрывал рот, чтобы отложило заложенные уши.

Они встали на колени и высунули только головы, не отрываясь смотря на происходящее – первый БТР полыхал огнем. Два оставшихся бронетранспортера начали движение задом и тут же над туннелем вспыхнула секундная вспышка и Дин еще раз рефлекторно пригнулся от неожиданного взрыва последнего БТРа.

Средний же начал разворачиваться и Дин заметил, когда автомобиль уже был задом к их точки обзора, черные тени нескольких людей, выбежавших из задней двери бронированной машины. Еще одна вспышка справа над туннелем и нос среднего бронетранспортера подкинуло вверх с громким хлопком взрыва и ярким пламенем.

Черные люди начали беспорядочную стрельбу в сторону грузовых автомобилей и туннеля. Им было плохо видно нападавших. Хотя и нападавшим было не понятно куда стрелять – черный дым горящего первого БТРа ветром сдувало на черных людей, скрывая их. Над туннелем и из кустов вдоль шоссе застрекотали ответные выстрелы, сопровождаемые короткими языками пламени. Внизу дома, в котором прятались Дин с мальчиком, послышался звон стекла и явные попадания шальных пуль в стены и что-то железное и звонкое. Дин схватил Тика за плечо и утянул вниз на пол.

– Собирай вещи, мы уходим! – прошептал он Тику. – С четверенек не вставай!

Мальчик беспрекословно полез к креслу, в котором до этого разбирал свое ружье.

Дин же, пригнувшись, выглянул еще раз в окно и обвел местность биноклем и увидел, что количество живых черных людей сильно поредело. И тут боковым зрением он заметил что-то белое, выбегающее из дверей того самого среднего БТРа. Он перевел бинокль и это был человек в белых одеяниях, бегущий с дороги прямо в сторону их дома.

– «Белый!» – Дин слышал истории, про некоторых людей, которые спасли Белого и получали за это несметные богатства. А каких-то даже сделали жителями Башни, где по легендам все есть в достатке. Этот шанс Дин не мог упустить – он может устроить Тику лучшую жизнь, чем была у него.

– Соберешь все и спускайся вниз! – пробегая пригнувшись мимо мальчика, приказал он, захватив свою винтовку.

Спускаясь бегом по лестнице, он попал в одну из сигналок Тика, но это было неважно – даже здесь была слышна перестрелка на шоссе.

Выбежав из подъезда, Дин присел, пытаясь услышать где-то вблизи бегущие шаги или увидеть белое пятно.

Внезапно справа на распашку отворилась дверь черного хода того же ресторана, через который проходили вечером Дин с Тиком, и человек в белых одеяниях, которые явно мешали его бегу, оглядываясь, выбежал из раскрытой двери и, споткнувшись о какой-то мусор на асфальте, упал.

Дин дернулся было бежать за ним, но Белый лежал. Дин, пригнувшись, подошел к двери черного входа, закрыл ее и подбежал к телу.

Белая одежда ярко контрастировала с черным грязным асфальтом. Дин перевернул человека и понял, что тот без сознания, похоже стукнулся головой при падении. Или… Он быстро осмотрел его, но не нашел крови на белой одежде. Потрогал пульс – сердце бьется, дыхание есть. Значит просто ударился и отрубился.

– Пссс. – услышал он Тика.

– Пссс. – ответил Дин ему, давая понять, где он.

Тик тихо подбежал к ним.

– Надо валить! – Дин отдал винтовку мальчику и, приподняв Белого, взвалил к себе на плечи. Перестрелка на шоссе явно подходила к концу, слышались лишь редкие одиночные выстрелы – похоже контрольные. Если именно этот белый не был целью, то сначала будут собирать трофеи. Но была вероятность, что охота была за этим человеком.

– Бежим! – прошептал Дин и побежал, стараясь не топать слишком громко. Тик бежал сзади, оглядываясь и прикрывая отход. Тело сильно давило на плечи и пыталось соскользнуть, но Дин его немного подбрасывал, поправляя на место. Хорошо хоть Белый был довольно худой и не тяжелый. Так они пробежали несколько дворов, меняя направления и стараясь бежать по асфальту – удобнее и следов не видно.

У подъезда одного из домов они остановились. Дин положил тело на асфальт. Он сбил дыхание и не мог надышаться, легкие жгло изнутри, пот заливал глаза.

– Пять минут. – прошептал он Тику.

Тик, присев на одно колено, стоял спиной к нему и пытался высмотреть в свете луны возможных преследователей.

Восстановив немного дыхание, Дин приказал мальчику посмотреть на втором или третьем этаже – выше он боялся не дотащить тело – пристанище на эту ночь. Тик отдал винтовку и, крадясь, зашел в подъезд с обрезом.

Пять долгих минут вглядываний в темноту в попытке рассмотреть тени или какое-то другое движение по пути их следования. Двор был слишком большой и открытый – такие места были опасны.

Тик сзади дотронулся до плеча, давая понять, что это он.

– Третий этаж, окна на обе стороны.

– Отлично! Пошли. – Дин, опять взваливая на себя тело, заметил, что Белый поморщил лоб. Признаки жизни есть. Это хорошо.

Собрав силы в кулак, он, тяжело дыша, поднялся с грузом на третий этаж и прошел за Тиком в выбранную им квартиру, и уже из последних сил дотопал до комнаты и положил Белого на пол. С шумом выдохнул и вытер пот. Пока Тик устанавливал сигналки, Дин вынул из рюкзака бинт, перетянул руки Белому и завязал рот. Не то, что бы он его боялся – этот щупленький худой мужчина непонятного возраста, но уже с морщинами, вряд ли смог бы сделать что-то против них. Тем не менее, очнувшись, он от страха и неожиданности мог бы закричать или сделать какие-то другие глупости, привлекая ненужное внимание с улицы.

– Ты спишь первый. Сегодня без костра и поэтому без ужина. – с сожалением в голосе сообщил он Тику дальнейшие их действия.

В темноте прошел на кухню, пошарил по шкафам, на секунду включая фонарик, выставив минимальную мощность света. Нашел кружку и кастрюлю.

Вернувшись в комнату, он сбросил с кресла подушку на пол и сел на нее, облокотившись спиной на стену. Тика не было видно в темноте, но Дин слышал его дыхание.

– «И каков же дальнейший план?» – задал сам себе мысленно вопрос Дин. – «Спасли Белого – это хорошо. Можно потребовать награду у него. Довести до башни или куда он там ехал. Уверен, что благодарность будет большая. Жизнь Белого очень ценится. С другой стороны, кому мы перешли дорогу, уведя Белого? Будет ли преследование? Хотя, нас вроде не видели – ну убежал и убежал сам он, что такого. Одежду бы только ему сменить – с этой точно нас спалят.» – от мыслей Дина отвлек приглушенный марлей стон Белого.

В темноте было видно, что он медленно подвигался, повернулся на бок и резко дернулся.

– Мм-мм-м-м-м. – ворочаясь, мычал он, явно пытаясь распутать руки. Дин вскочил и одним прыжком оказался рядом, схватив его за руки.

– Тихо! – прошипел он. – Мы тебя спасли. Меня зовут Дин. Я сейчас аккуратно тебя развяжу и сниму кляп. Но ты не кричи, потому что, возможно, напавшие нас преследуют и, если найдут, всем жопа. Понял? – отблеск лунного света на лысой голове Белого дал понять, что тот утвердительно кивает головой. – Я развязываю. – на всякий случай еще раз предупредил Дин. Белый замотал головой еще активнее, но тут же опять замычал.

Дин на секунду остановился распутывать узел, опасаясь этого мычания, но мужчина замолк и Дин снял кляп.

– Голова… Голова трещит. – прошептал Белый. – Я упал?

– Да. Похоже головой ударился. Я Дин. А там спит Тик. Мы тебя спасли.

– Я слышал. Что за странные имена? Я Герман Сергеевич. Не, ну так-то молодцы, конечно, что уж. Молодцы, что спасли. – каким-то сухим, безэмоциональным и, как показалось Дину, надменным тоном прошептал Герман Валерьевич.

– Нормальные имена. Удобные. Как раз, чтобы позвать тихо, коротко и четко. – этот вопрос Белого немного задел Дина.

– М-м-м, ясно. Дик…

– Дин. – поправил он Белого.

– Да-да, я так и сказал. Дин. И вы не из моего сопровождения, как я вижу. Вы тут живете, что ли? – Герман Сергеевич осмотрелся, но в темноте вряд ли увидел что-то интересное.

– Ну не тут, а вообще в городе. Мы не принадлежим к какими-то фракциям, просто одиночки, охотники.

– М-м-м.. Зверушки стало быть? – он смотрел куда угодно, только не на Дина. Это немного смущало его, будто он не достоин прямого взгляда: «Или просто у человека еще шок?» – попробовал в мыслях оправдать Белого Дин.

– Какие еще зверушки? – не понял Дин.

– Вы. Ну у вас такое название у всех, кто возится тут за периметром. – он потер руками голову, шею, лоб. – Ого, какая шишка! – слишком громко воскликнул Белый.

– Тс-с-с-с! – зашипел на него Дин.

– А, ну да. У нас же секретность. – с нотками сарказма прошептал Герман Сергеевич. Он был или слишком самоуверен, или дурак, но явно не понимал серьезность паранойи и скрытности Дина.

– Герман, нам надо… – начал было Дин.

– Герман Сергеевич. – холодно поправил его Белый. Дин помолчал минуту, собирая волю в кулак, чтобы не вмазать в челюсть этому напыщенному придурку.

– Герман Сергеевич. – Дин сделал упор на эти слова. – Нам надо бы обсудить вознаграждение за ваше спасение. Мы рискуем из-за этой ситуации и хотели бы что-то получить взамен.

– Ах, да, вознаграждение, конечно. – шепот Германа Сергеевича отчего-то повеселел. – И что же ты хочешь?

– Я слышал, что в башне всего достаточно и нет опасности. И так же слышал, что за спасение Белого…

– Белого? Кто это? – удивился Герман Сергеевич.

– Жители башни. Потому что вы ходите в белом. Вас так называют.

– А-ха-ха. – шепотом зашелся сдавленным смехом Белый. – Это забавно. Но не все в башне ходят в белом, а только высшая каста людей. Как ты видишь, я один из них. И в белом, потому что мы – чистые. В отличие, от всех остальных.

«Дебилизм какой-то.» – отметил Дин. – «Касты выше, касты ниже – все умирают одинаково.» – вслух же он дерзить не стал. Сейчас крайне важно договориться о награде.

– Хорошо, я понял. Так вот. Говорят, что за спасение высшей касты людей можно получить несметные богатства и даже спокойную жизнь в башне.

– Не в курсе, но допустим.

– Мы доведем вас, куда вам надо, всем поможем и постараемся вас защитить, или поможем связаться с кем-то, чтобы вас забрали. Короче, я предлагаю сделку – мы помогаем вам вернутся в периметр или дойти до нужного места, а вы нас забираете в башню. Мы можем выполнять там какую-то работу, если это требуется для проживания. – Дин шептал жестко, не добавляя в тон просительных ноток, стараясь показать Белому, что его жизнь зависит сейчас от его решения и без них Герман Сергеевич не справится и не выживет.

– Кто второй?

– Тик, мой сын. Ему тринадцать, очень смышленый парень.

– Ну-у-у-у, смышленый молодой парень всегда пригодится. Это можно. А вот с тобой я не очень пока уверен, что получится. – Дин чувствовал, что Герман, возможно, просто торгуется, оставляя себе некий козырь.

– Хорошо. Насчет сына договорились. Мы тебя доводим куда нужно и ты забираешь Тика в башню. А насчет меня обсудим уже ближе к делу. Я могу остаться и здесь. – Дин оборвал этим заявлением любой возможный шантаж, показав, что на счет себя ему все равно и пресмыкаться за свой билет в Башню он не будет.

– По рукам. – в интонации шепота чувствовалось, что Герман Сергеевич улыбается.

– Тогда сейчас лучше поспать, нам вставть уже через 4 часа, и утром обсудим куда идем и что делаем. Надеюсь, глупостей не будет?

– Каких же?

– Побег, например, или еще что. Без нас тебе не выжить тут. Помни об этом. Особенно в твоей белоснежно чистой одежке высшей чистой касты. – усмехнулся на последней фразе Дин.

Season #2 Episode #3

Дин проснулся еще до того, как его разбудил дежуривший Тик. За окном уже светало, моросил дождь и он поежился под курткой от сырости в помещении.

Тик складывал в таз у окна найденные книжки и обломки стульев.

– Не зажигай, выдадим позицию. – остановил его Дин. – Мы вчера не так уж далеко и ушли.

Он поднялся с пола, оделся и глянул на Белого, спящего на старом облезлом диване в позе эмбриона. Белая одежда не была уже такой уж и белой в утреннем свете.

Дин обошел квартиру, порыскал по шкафам и тумбам и нашел несколько пар штанов, майки, свитера и кофты. В коридоре в шкафу снял с вешалок куртки и с вещами вернулся в комнату, бросив ворох одежды у дивана.

В свете Белый выглядел еще более безопаснее, чем вчера ночью. Его лицо было менее испещрено морщинами, чем у Дина от ветров, дождей и зимних холодов, но все равно оставалось впечатление, что Белый намного старше Дина.

Он тронул Германа Сергеевича за плечо.

– Отвали! – сквозь сон пробурчал Белый. Дин потряс сильнее.

– Не ясно что ли сказал! Отва… – Белый открыл глаза и уставился на Дина. – Черт! Мне это все не приснилось? Я так надеялся. Твою мать!

– У нас мало времени, надо уходить. – не обращая внимание на ворчание, сухо поставил перед фактом Дин.

– Нам надо вернуться к броникам. Меня будут искать и, скорей всего, помощь уже там. – сев на диван и протирая глаза, приказным тоном ответил Герман.

– Нет. – отрезал Дин. – Там сейчас полгорода собирают лут. – он заметил приподнятую бровь Белого. – Трофеи. Скорей всего там даже локальная война идет за это. Это раз. А во-вторых, мы не знаем, охотилась эта банда за лутом или за тобой. Туда мы не пойдем.

– Ну, допустим, есть логика в твоих словах. Тогда куда?

– В башню есть проход, кроме той одной дороги? Они пустят тебя? Как они узнают из далека, что это ты, и не уберут нас всех на подходе?

– По моей одежде… – в голосе звучало сомнение.

– Вряд ли они будут хорошо рассматривать. Да и в этом ты не будешь. Переодевайся. – Дин ногой подтолкнул принесенный ворох одежды.

Белый презрительно посмотрел на кучу: – Это?! Я не надену эту старую рвань.

– Тогда тебя убьют через десять минут после выхода от сюда. Ну или сначала запытают, а потом убьют. Приятно было познакомиться. – Дин кивнул Тику и тот начал собирать вещи.

– Стой! У нас был заключен уговор!

– Но в нем не было, что ты идешь с нами в виде самой желанной мишени для любого здешнего гопника. – Дин начал упаковывать рюкзак.

Белый молчал. Дин, закрыл неспеша рюкзак, набросил за плечо, застегнул лямки и взял винтовку, боковым зрением видя, что Герман не отводит от него взгляд.

– Ладно! Стойте! Я понял… – Дин обернулся, улыбаясь. В возгласе чувствовалось злость и смирение. – Хрен с вами!

– И на будущее: я говорю – ты делаешь. Чтобы я не сказал – ты выполняешь. Без вопросов!

– Допустим… – Дина начало раздражать это двусмысленное слово из уст Белого.

Пока Герман брезгливо двумя пальцами поднимал одежду из кучи, рассматривая, Дин наблюдал обстановку на улице из окна. Опасности не чувствовалось. Но и этаж был всего третий, обзор небольшой.

– Так куда мы идем? Куда вы ехали? Какие-то планировались остановки, которые менее охраняемы, чем башня, но откуда можно сообщить твоим, что ты жив и тебя надо встретить или забрать? – не поворачиваясь, Дин пытался спланировать дальнейшие шаги.

– В другой город. В другую башню. Она далеко, километров девятьсот от сюда. Но у нас было по пути четыре остановки на дозаправку и сон.

– То есть башня все таки не одна? – Дин повернулся к Белому, который стоял в трусах, медленно натягивая штаны с перекошенным от презрения лицом.

– Конечно. Их штук тридцать только в этой стране.

– Допустим… – задумчиво произнес Дин и дал себе мысленный подзатыльник за это слово. – Первая остановка далеко?

– Километрах в 50-60 от нашей башни.

– Что там? – Дина начало раздражать, что приходилось вытягивать информацию по крупицам.

– Там небольшая охраняемая территория с заправкой и подземным бункером. – Белый, застегнув штаны, поднял взгляд на Дина. – Боже, да вы же ни хрена не знаете, живя в своем замкнутом мирке, очерченным границами района и города. Хах! Как зверушки в клетке!

Дин пропустил это высказывание мимо ушей, лишь на мгновенье почувствовав повторное желание ударить старика в челюсть.

– «Наверное, на третий раз, надо будет все таки втащить.» – промелькнула мысль.

– И? Нас или тебя туда впустят?

– Да. Там не стреляют на подходе, как в башне, а сначала проверяют документы. А документик то у меня с собой.

– Покажи. – Дин подошел ближе к Герману, который уже натягивал свитер.

Старик склонился к своей белой одежде и вытащил из кармана пластиковый прямоугольник со своей фотографией.

– Это оно. Но без меня это не сработает. Видишь, вот это фото.

– Я знаю, что такое фото. Мы не такие тупые и отсталые, как ты думаешь. И, если ты считаешь себя умнее, то, наверное, сам доберешься домой? – Дин не скрывал сарказма.

– Ладно, ладно. Пошутить нельзя что ли? – Белый положил карточку в карман штанов. – Она электронная. По ней откроется вход, дальше проверка личности, ну и так далее. От туда можно будет сообщить обо мне в башню и дальше просто ждать помощи. Все просто.

– Да, все просто… Осталось только пройти с тобой шестьдесят километров. Пешком. – Дин смерил взглядом щуплое и на вид слабое тело Белого.

– Может можно кого-то подкупить, чтобы довезли?

– Если только ты готов пойти для этого к кому то из банд. Но я бы не советовал. – Дин многозначительно улыбнулся и вытащил из внутреннего кармана куртки карту города и области. – Где находится само место знаешь?

Герман, прищурившись, осмотрел карту и ткнул пальцем.

– Здесь где-то, но карта у тебя какая-то слишком мелкая. Там городок небольшой и на местности точнее покажу. Там есть ориентиры.

– Ок, идти дня два-три, зависит только от тебя и удачи, что нам ни кто не встретится.

– Понятно. – Белый накинул черную куртку.

– Готов? Выходим. – Дин направился к выходу.

– Погоди, а завтракать мы что будем?

Дин с Тиком одновременно обернулись, посмотрев на Белого с удивлением.

Дин решил сделать небольшой крюк, прежде, чем выйти на дорогу, чтобы подальше обойти место вчерашней западни на развилке. Поэтому они пошли немного у другую сторону и через дворы.

Герман выглядел уже совсем не таким величественным в «новой» одежде, и даже немного осунулся и ссутулился. Тем не менее шел довольно бодро и, слава богу, молча, осматриваясь вокруг с явным любопытством.

Через полтора часа он начал понемногу отставать и Дин, обернувшись, понял, что Белый уже устал – пот струился с лысины на лицо, дыхание сбилось и вырывалось со свистом.

– «Два-три дня – это я слишком оптимистично предположил…» – Дин не ожидал, что Герман выдохнется уже так быстро.

Они подождали, пока Белый доковыляет до них.

– Пить. – вытирая пот со лба и облизывая губы, прохрипел Герман. Дин протянул флягу.

– А стаканчика нет что ли? Или мы пьем все из одной горловины? – взяв флягу, спросил он удивленно.

Дин, не отвечая, потянул руку, давая понять, что заберет сейчас воду.

– Я понял. – Герман поднес фляжку, секунды две собирался с силами и прильнул жадно глотая. Подождав несколько больших глотков, Дин забрал у него воду.

– Много не пей. Хуже будешь идти.

– Может отдых? – с нотками мольбы спросил Белый.

– Может нахрен не пойдем ни куда? – в ответ огрызнулся Дин.

– Тогда помедленнее хотя бы.

Дин кивнул.

Еще через два часа пришлось сделать привал. Они зашли в многоэтажку, заняли одну из квартир на четвертом этаже. Герман, как упал на грязное старое кресло, так и полулежал там, тяжело дыша.

Дин, вытащил из рюкзака жаренную собачатинку, которую они несли на продажу в Орден Алис и, оторвав половину от своего куска, протянул вместе с флягой Герману.

– «Кстати, Орден Алис!» – подумал Дин.

– Герман, есть вариант дойти до Ордена Алис, они уже не так далеко от нас, мы как раз идем мимо. Там мы можем о тебе сообщить и, возможно, они помогут. Это адекватное сообщество, они многим помогают даже… – не успел договорить Дин.

– Кто? – Белый даже перестал задыхаться.

– Орден Алис.

– Нет! Туда мы не идем. У нас с Орлис… Ну то есть с Орденом… Как бы небольшие разногласия с самого начала.

– С какого начала? – не понял Дин.

– С самого. Даже до начала. – Белый напрягся и сел, оперевшись локтями о колени. – Ну… У вас же есть эти… Ну легенды там, байки – как-то вы историю друг другу пересказываете же? Или всем насрать?

– Пересказываем. – отрезал Дин. – Так что было до начала и потом? – Он присел на кресло напротив и с интересом ждал объяснений. Его всегда интересовали рассказы, книги и разные мнения о прошлом и почему сейчас именно так.

– Да. Ну короче, все было когда-то иначе, бла-бла-бла, а потом вот стало, как сейчас – мы там, вы тут и все рады. Ну мы точно, а вы – не знаю. Но с Орлис у нас были проблемы еще до всего этого. – Белый выпил воды. – Да и сейчас есть. Не удивлюсь, если это они вчера устроили. – он откусил мясо. – М-м-м, вкусно, но жестковато немного. Говядина что ли?

– Собака.

Герман резко передернулся в лице и, сплюнув прожеванное, вскочил с кресла, кинув оставшийся кусок на грязный пол.

– Вы охренели, что ли?! Я собаку только что ел??? – прополоскав рот остатками воды, выплюнул и ее.

Дин не понял его возмущения и смотрел с сожалением на выкинутый кусок отличного мяса.

– Да. Отличная еда, белок. Необходимо для сил. Зачем выкидывать?

– Да вы тут все ебанулись! – Белый сел обратно в кресло, опрокинул флягу, но воды там уже не было. – Людей еще не едите?

– Мы нет. Но некоторые да. – спокойно ответил Дин.

– Ну вы… – Дин смотрел, как Герман ищет слово, но не может найти подходящее.

– Ну значит идешь без еды. У нас не башня, профитролей и салатов цезарей тут нет. – вспомнил Дин названия блюд из недавно прочитанной книги.

– А овощи, крупы или консервы хотя бы? – Герман перевел взгляд в окно, в котором была видна обшарпанная многоэтажка напротив. – Хотя да, о чем это я…

Он посмотрел на Тика, который молча, сидя на табуретке и безэмоционально наблюдая за происходящим, жевал свою порцию мяса.

– Ладно, допустим. У вас тут свои правила и общество. Это ваше дело. Но! – Герман поднял вверх палец. – У нас уговор и мы не дойдем, если ты не будешь меня кормить. А я хочу есть.

– Конечно. У нас договор. – Дин понял, что продолжения рассказа не будет и откинулся на спинку кресла, вытянув ноги. – И я свои обязательства выполняю и забочусь о тебе. Вот еда, – он глазами показал на кусок мяса на полу. – А есть ее или нет – уже твое дело. Кстати, через тридцать минут мы выходим дальше. Отстаем от графика, Герман Сергеевич.

Белый открыл было рот что-то ответить, но передумал и потер лоб ладонью.

– Сложное будет путешествие, да, Дик?

– Дин.

– Ну я так и сказал. Да. – Белый тоже откинулся в кресле и вытянул ноги, смотря в потолок. – Но это путешествие стоит того, верно? Результат при положительном исходе кажется тебе выгодным и прекрасным.

– Да. – Дин не понимал, куда клонит Герман, но решил поучаствовать в этой игре.

– Я хорошо его воспитаю, Дин. С, как ты говоришь, профитролями и цезарем. Вспомнит ли он тебя через месяц, Дин? А через год?

– Я понимаю, что ты имеешь в виду. Но это для меня не так важно, если он может уйти от опасностей в лучшее место. С профитролями и цезарем. Что бы это ни было такое. – Дин держал тон спокойным и холодным.

– О, это бесспорно. – в голосе Германа слышалась надменность, смешанная с сарказмом, но Дин никак не отреагировал на это, пропустив тон мимо ушей.

Он уже понимал, что Герман, вероятно, просто такой какой есть и ведет себя так не со зла. Он всю жизнь жил в других условиях, в безопасности и сытости, окруженный подчиненными и солдатами. Его слушались, ему льстили, о нем заботились. И от того он не очень понимает окружающий мир и не следит за своим поведением, не смотря на то, что сейчас он не дома.

– «До первого инцидента.» – усмехнулся про себя Дин и увидел, что Тик, сидевший ближе к окну, повернул голову прислушиваясь.

С улицы послышалась тихая речь, шаги и шорох одежды. Дин, шикнул Белому, и, присядя, подкрался к окну. Во двор между домов входили несколько человек в черных балахонах от шеи до земли, замотанными черными тряпками лицами и с автоматами в руках. Они коротко и тихо переговариваясь, заглядывали в подъезды и окна первых этажей.

– Религи. – шепнул Дин, обернувшись, Белому. Тот так же вальяжно лежал в кресле, не обращая внимания. – Боевое подразделение.

Белый наконец посмотрел на него и сполз с кресла, на четвереньках подполз к окну.

Дин еле успел схватить его за голову, чтобы тот не высунулся слишком высоко.

– И что? – прошептал Герман.

– Пока ничего. Надеюсь, это случайный рейд, а не охота за тобой. С ними сложно воевать, они фанатичны и ничего не боятся.

Герман спустился на пол, оперевшись спиной о стену и смотря Дину прямо в глаза.

– Ты вез что-то важное? Вещь? Информацию? – прошептал Дин, вернувшись к наблюдению.

– Нет. Просто ехал на переговоры. – в шепоте Белого чувствовалась паника.

Во двор вошел еще десяток боевых религов, окружающие одного в таком же черном балахоне, но с открытым лицом, разрисованным черными линиями. За ними шли, прикрывая тыл, еще пять бойцов.

Они остановились и Дин видел, как прорелиг с разрисованным лицом в центре кольца оглядывает окна домов и успел на долю секунды раньше присесть, когда его взор уже почти дошел до их окна.

Он на четвереньках дополз до своей винтовки и медленно, сняв с предохранителя, дослал патрон в в ствол и вернулся обратно к окну, но выглядывать не стал.

– Ни звука. – прошептал он Герману. Тик уже сидел с обрезом в другом конце комнате у дверного проема, контролируя коридор и входную дверь.

– Рабы божьи! – раздался громкий голос с улицы, отражаемый эхом стен в тишине. – Примкни к нам! Отдай нам чужое! И ты будешь бессмертен с нами! Не допусти распространения греха! Твоя душа очистится! Мы лучшее, что может случится в твоей никчемной жизни этого мира! И только с нами ты сохранишь свою душу в чистом виде! У нас есть еда и вода! Выйди к нам с миром! Отдай наше! И стань с нами одним целым!

– Суки. – прошипел Дин. – Это уже что-то новое в их проповедях. Или… – он посмотрел на сидящего на полу рядом Германа. – Под чужим они имеют в виду тебя.

– Нет, не сдавай меня! У нас договор! – прохрипел Белый, схватив Дина за рукав. – Повышаю ставку! Тебя тоже куда-нибудь пристрою! Прошу…

– Мы знаем, что вы пришли сюда. И мы найдем! У тебя есть возможность очиститься перед нами! Доказать свою преданность и приверженность нам! – не смолкал голос с улицы. – Мы умеем быть благодарными.

Дин понимал, что найти их подъезд, если уж они нашли их путь до дома, просто вопрос времени и пытался обдумать наилучший выход из этой ситуации. Сдать Белого не значит получить что-то в награду или вообще остаться в живых – религи часто вели себя непредсказуемо и постоянно врали. Все их сообщество по сути было построено на лжи и обмане. Они не умели торговаться и общаться – им было проще отнять. И даже их обычные те самые безобидные религи ходили не просто так – они следили и вынюхивали. Это была самая обширная сеть, куда не пойди везде встретишь релига, который потом передаст в свою общину, кого и где он видел.

– Я не знаю… – прошептал с безнадежностью Дин Герману. – Через подъезд не выйти, он выходит во двор.

– Крыша. – громко прошептал Тик с другого конца комнаты.

– Она может быть закрыта. – Дин потер подбородок. – Но давай протестим.

Дин с Германом на четвереньках, захватывая по пути свои вещи, проползли к Тику. Тихо прошли к входной двери. Дин прислушался – на площадке была тишина.

Они вышли из квартиры и, пройдя к лестнице, начали подниматься вверх.

Двенадцать этажей показались не таким уж трудными даже для Германа. Страх явно придал ему силы. Дверь на крышу оказалась открытой и, выйдя на холодный воздух, они закрыли ее. Тик остался сторожить вход. Дин с Германом осмотрелись – двери в другие подъезды были тоже открыты, но смысла в этом не было – все подъезды выходили во двор. Снизу все еще слышалась малоразборчивая речь прорелига.

Дин подбежал к месту на крыше, где проросло дерево с кустарником и аккуратно через желтеющую листву выглянул вниз.

Религи осматривали входы в подъезды и выходящие со двора дороги, ища следы.

И вдруг Дин услышал мерзкое жужжание над ними. Комар? Нет. Он выполз из листвы, осмотрелся, пытаясь понять источник звука и, посмотрев вверх, увидел черную точку в пасмурном небе. Герман и Тик тоже обратили внимание на звук и искали глазами, от куда он идет. Точка приближалась, резко меняя траекторию, увеличиваясь в размерах. И внезапно опустилась резко вниз и тут же, вылетев снизу с боку от них, оказалась квадрокоптером. Дин давно не видел их в городе.

Квадрокоптер завис в метрах десяти над ними и, поворачиваясь, осмотрел камерой Дина, Белого и Тика.

– Это ваш? – быстро спросил Дин Белого.

– Не знаю, мы давно их не запускаем. – задумчиво ответил Герман. – Да и у нас белый круг на всей технике.

– Спрячь лицо! – прошипел Дин. – Сука! Поздно! Это могут быть они! – он бросился к дереву и аккуратно, стараясь не сильно задевать листву, выглянул вниз.

Но религи не бросились к их подъезду, увидев их в камеру коптера, а все еще осматривали окрестности.

– «Значит, не они.» – подумал Дин и заметил, что часть религов, которые были у входа во двор, смотрят в сторону с автоматами на изготовку, отходя спиной к кругу, в котором стоял прорелиг. Он тоже перестал вещать свои призывы и повернулся. За ним в эту сторону повернулись все остальные религи. Некоторые спрятались за остовами автомобилей, двое забежали в подъезд дома напротив и через минуту Дин заметил движение в окнах на втором этаже.

Басистое тарахтение заставило Дина опять посмотреть на дорогу во двор и, усиленные эхом, во двор медленно въехали два микроавтобуса, полностью обитые серыми листами железа с колючей проволокой. На борту и крыше были видны выцветшие опознавательные знаки желтой краской – улыбающийся кривым ртом смайлик с глазами-крестиками.

– Орден Алис… – прошептал Дин и дернулся от неожиданного «Угу» Германа – оказывается он уже сидел рядом и тоже выглядывал через листву вниз.

Оставшиеся религи сбились в кучу вокруг своего командира, направляя автоматы на автомобили. Некоторые кинулись занимать более выгодные для стрельбы позиции. Прорелиг же стоял прямо и не отрываясь, несколько даже вальяжно, смотрел на приближающиеся микроавтобусы.

Дин вытащил бинокль.

Автомобили остановились и из открывшихся задних дверей выбежали десятка два солдат в черной форме, разгрузочных жилетах. Они были неплохо вооружены, у многих были Калашниковы, о котором так мечтал Дин. Некоторые были с прямоугольными, скрывающими все тело, щитами и пистолетами. За ними как раз и выстроились в цепочку остальные.

Дин с большим любопытством осматривал солдат Ордена. У каждого на груди, спине и на затылке шлема был маленький желтый кружок, в котором издалека в окуляр бинокля угадывался смайлик. Он впервые видел, как работает Орден, хотя о них не рассказывал байки только немой. По слухам, у них были очень тренированные бойцы с хорошей тактикой.

Из микроавтобуса выбежал еще один боец с щитом и встал с ним наизготовку между фургонами. Последним, не спеша, вышел, похоже, командир отряда. Он был намного худее остальных парней так что, встав за человека с щитом, скрылся за ним от религов весь. Боец с щитом присел на одно колено, открывая обзор командиру.

Дин не услышал, но тот явно что-то сказал прорелигу, показывая рукой круг, вероятно, обозначающий всю эту территорию. В громком ответе прорелига послышался агрессивный тон.

Командир Ордена снял шлем и, к удивлению Дина, им оказалась довольно молодая девушка с миловидным лицом и рыжими волосами, заплетенными к короткую косичку.

Она показала прорелигу шлемом куда-то за его спину, что-то сказав, и ехидно улыбнулась.

Переводя бинокль с нее на прорелига, он заметил движение на крыше одного микроавтобуса. Приглядевшись, увидел, что на крыше крутится какая-то изогнутая Г-образная черная труба.

– «Да это перископ что ли!» – удивился Дин. На втором автомобиле он отметил тоже самое. Они смотрели по окнам домов.

В это время было слышно, что разговор между религами и Орденом все еще идет, но градус общения явно повышался.

Дин не понял, что произошло, потому что смотрел как раз в бинокль на перископ, но внезапно рядом с ним вверх открылся люк, высунулся боец в черной форме с тубусом на плече и, выстрелив, присел обратно. В колодце двора прозвучало два взрыва и многоэтажку сотрясла слабая вибрация. Дин рефлекторно присел на пол, спрятавшись за парапетом. Осмотрелся – Герман смотрел вниз, Тик охранял вход, поглядывая на отца.

– Они попали в наш дом! – прошипел с нотками истерики Герман. – Мы не упадем???

– Не должны. – ободрил его Дин. – Наверное.

Снизу затарахтели разной тональностью автоматные очереди. Еще два взрыва перекрыли выстрелы на мгновение и здание опять сотрясло вибрацией.

Дин осторожно выглянул вниз – рассредоточенные религи яростно отбивались от рассредоточившихся бойцов Ордена. Четыре черных балахона уводили через кусты пригнувшегося прорелига, отстреливаясь и прикрываясь ржавыми машинами и деревьями, к другому выходу со двора. Часть солдат Ордена отстреливались из-за машин, привлекая к себе внимание, пока три группки по три человека с щитоносцем впереди постепенно зачищали двор. Напротив в многоэтажке на уровне второго и третьего этажа сияли огромные черные дыры. Снизу поднималось облако пыли от попадания ракет в их дом.

– Быстро! – крикнул Дин и, схватив Германа за плечо, потянул к выходу с крыши.

Они бегом спустились до пятого этажа. Дин бежал первый с взведенной винтовкой, Герман пыхтел вторым и последним прикрывал Тик. С пятого этажа они спускались более осторожно и тихо.

– Помни! Мы не должны попасться Орлису! – прошептал сзади, схватив нервно за рукав, Герман.

– Помню.

Спустились на первый этаж и, упав на пол, по пластунски проползли на площадку квартир первого этажа. Вбежав в одну из них, которая выходила на обратную от двора сторону дома, на четвереньках подползли к окну.

Со двора все еще были слышны выстрелы и автоматные очереди.

Дин выглянул в разбитое окно – никого. Выпрыгнул и перекатом ушел в кусты. Осмотрелся.

– Пссс! – прошипел он. – Чисто!

Через секунду увидел Германа, который осторожно перелезал в окно.

– Быстрее! Ты че дебил? – тихо через зубы, зло приказал Дин и в тот же момент Белый, округлив глаза, выпрыгнул на траву и, не удержав равновесие, упал лицом в траву. Сразу же за ним выпрыгнул Тик и сразу лег с ружьем наизготовку.

– Меня толкнула эта мелкая мра… – довольно громко начал было Герман.

– Заткнись! – отрезал Дин. – Бежим!

Белый со страха подорвался даже быстрее Дина. Они бежали, стараясь уходить дворами. Дин направлял Германа, ухватив за воротник куртки. Тик бежал немного сзади, оглядываясь назад. Преследования не было видно. По пути бега Дин отметил некоторых удивленно смотрящих на них прохожих и двух проповедующих религов.

Через полчаса адреналин отпустил Германа и он начал задыхаться и, перейдя на шаг, сделав буквально пару шагов, осел, схватившись за грудь.

– Что? – Дин попытался его поднять за шиворот.

– Не… Могу… Больше.. Огонь… Горит все… В груди… – тяжело вдыхая, прохрипел Белый.

– Надо! Надо идти! Мы пробегали мимо религов, они могут передать наше направление. Надо уйти в сторону и запутать шаги. Вставай!

– Не… Нет… Не.. Могу. Правда… Горит.. – Герман хватал ртом воздух.

– Вижу бойцов Ордена за нами! – крикнул Тик и подмигнул быстро обернувшемуся Дину.

Это помогло. Опираясь на Дина, Герман, подхваченный новой дозой страха и адреналина, спотыкаясь и хрипя, но все же поднимая ноги и смотря перед собой в землю, побежал туда, куда его вел за шкирку Дин.

Его хватило еще на пятнадцать минут, после чего он просто упал на землю.

– Дыши. – Дин присел рядом. – Спокойно дыши, не глотай. Ровнее дыхание.

– Жж.. ет..

– Да, жжет легкие. Это нормально. Жить будешь. Отдышись. На, попей. – предложил было Дин Герману воду, но, взявшись за флягу, понял, что она пуста. Тик протянул свою. Белый без предыдущей брезгливости прильнул к фляжке и жадно начал пить большими глотками. Дин отсчитал четыре и отобрал воду.

– Много не стоит в таком состоянии. Идти можешь? – Герман кивнул головой.

Дин помог ему подняться и, подставляя руку, повел его дальше.

Начало темнеть. Вряд ли поиски будут проходить ночью. С другой стороны и им не следует идти ночью. Тем не менее, Дин вел их еще полтора часа, меняя резко направление и делая большой крюк. Придется идти дольше, но зато это обезопасит понимание их направления.

Когда уже стало совсем темно, Дин свернул к девятиэтажке.

– Проверь куда нам. – он посадил Германа на бетонную плиту.

Тик пробежал несколько подъездов и вошел в самый дальний. Белый сидел молча, восстанавливая дыхание, и это очень нравилось Дину, который пытался по звукам и шорохам в тишине и ветре определить, не следит ли кто-то за ними.

Послышались тихие шаги со стороны последнего подъезда и через минуту подошел Тик.

– Пятый этаж, квартира слева. – прошептал он.

– Ну пошли, Герман… Сергеевич.

Расставив ловушки на площадке и забаррикадировав входную дверь они расположились в большой комнате. Здесь была пыльная раскладная софа, два кресла, шкафы с одеждой и шкаф с расставленной на полках, покрытой толстым слоем пыли, посудой с нарисованными цветами.

– О! Это супер! – Дин сильно обрадовался найденным свечам в одном из ящиков шкафа.

Герман опять полулежал в кресле в темноте.

Дин задернул шторы, отметив, что в некоторых окнах домов мерцает свечение. Значит их свет тоже не привлечет внимания. Взял тарелки из шкафа и, полив воском от подожженной свечи, установил на них свечи. Комната озарилась прыгающим теплым светом.

Дин завалился в кресло и посмотрел на пляшущие огоньки свечей, перевел взгляд на Тика, вгрызающегося в кусок мяса.

– Ладно. Я тоже хочу. Давай. – отозвался Герман, поднимая голову со спинки кресла.

– Уверен? – добавил в голос сарказма Дин.

– Да, да. Не выброшу, не парься. – в тоне Германа чувствовалась безысходность.

Дин вытащил завернутую в пакет порцию собачатины и отрезал ножом немного Герману.

– Пока вот столько, а то мало ли. Потом еще дам, если понравится.

– Не понравится. Но вариантов нет. – огрызнулся Белый, взяв мясо.

– Так что с Орденом-то у вас не сложилось?

Герман откусил от куска и с брезгливой миной жевал мясо:

– Мешают они нам. Не боятся, не уважают, как другие. И умные, сука, слишком, в отличие от остальных зверушек. – он глянул мельком на Дина. – Ну тебя не имею в виду, конечно. Хах, я так, образно, по привычке.

– В чем умные? – Дин осторожно подбрасывал вопросы, чтобы вытянуть информацию, пользуясь моментом.

– Ну как сказать. Короче, им не нужна власть ради власти, подданые, слуги, фанатики и тому подобное, зачем собираются тут сообщества с кем-то во главе. У них какая-то своя цель. Мы пытались их купить или скооперироваться, не смотря на то, что они сделали до всего этого, но не получилось. Ты же знаешь, что они контактируют только с теми, у кого хорошая репутация? – Герман, увидев, что Дин кивнул, откусил еще кусок и прожевал. – Ну а мы с ними давно воюем, для них наша репутация в минусе. Они считают, что мы виноваты во всем, что происходит. Но они начали первые – все это только следствие. Я не знаю полностью суть, я тогда еще не родился. А история меня не сильно волнует. Но что-то там с хакерством было связано. Знаешь, кто такие хакеры?

– Да, читал про это. – опять кивнул головой Дин.

– А вот потом они начали развиваться в реальности. Когда все случилось. Выползли из своих грязных нор. И мы бы их задавили легко, они по сути-то слабые без своих компьютеров, если бы их не объединили и не защитили. И уже долгое время они вербуют профессионалов своего дела или талантливых и перспективных. Дают им развиваться, придумывать, изучать, что-то делать. Это сообщество весьма сильно технически подковано. А где техника, там и хорошая еда, вода, дополнительные заманчивые условия для ученых и талантов и, конечно, хорошие военные, готовые все это защищать.

– Так а вам они что сделали? Это их квадрокоптер был?

– Скорей всего. Не этих же фанатиков тупорылых. – Белый дожевал мясо и, вытерев руки о подлокотник кресла, уставился на огни свечей. – Может, конечно, и наш, но почему без знака? И это первый вопрос. А во-вторых, подозрительно быстро они приехали после дрона, не находишь? Нас ли они ищут? Говорю тебе, это они затеяли на дороге.

– Возможно. А сделали-то они вам что? – попытался вернуть Дин Германа к рассказу.

– Да постоянно мешают. То на перевалочную точку нападут и заберут себе, то что-то перекроют, то проникнут в башню и диверсию совершат, то еще что. Несколько раз в год стандартно. Ей-богу, как комары назойливые. С разным успехом, конечно. Мрази! – Герман в сердцах ударил кулаком по коленке, но было видно, что он уже выговорился и разговор подходит к концу. – Ладно, сегодня было очень утомительно. Сколько нам еще идти? Два-три дня?

Дин глубоко вздохнул: – С тобой, похоже, неделю.

– Ну что ж… Главное, чтобы ты довел меня, Дин. – в свете прыгающего света лицо Германа выглядело неприятно желтым. – Тебе это надо.

Дин молча смотрел в черные тени глазниц Германа, в которых виднелся отблеск глаз .

– Я просто напоминаю. – голос Германа был спокоен и без сарказма. – Чтобы ты не забывал, насколько это важно для тебя.

– Я помню.

Season #2 Episode #4

Дин резко проснулся, объятый всепоглощающим страхом. Осмотревшись, он увидел удивленно смотрящего на него Тика, спящего Белого и понял, что сам полусидит, схватившись за винтовку.

– Наверно, сон. – неуверенно пробормотал он, успокаивая Тика, хотя совершенно не помнил снилось ли ему что-то.

Тик, сразу потеряв интерес, налил воды из фляги в котелок и поставил на огонь, разведенный в железном ведре у окна.

– Вода последняя. Бачок и краны проверил, там пусто. – деловито поставил перед фактом Тик.

Дин протер глаза, все еще отходя от странного пробуждения. Мозг упорно отказывался просыпаться окончательно. За окном было опять пасмурно и небо затянуло серой пеленой.

Он надел разгрузку, куртку и плотно застегнулся, пытаясь согреться от зябкости в теле после холодной ночи. Подошел к костру и, присев на корточки, протянул руки к огню.

– Я не буду его будить. – глядя на котелок, отрешенно сказал Тик.

Дин наклонился в сторону, чтобы не вставать от костра, протянул руку, и, дотянувшись до головы Германа, потряс его за лысую голову.

– Что?! – Белый вскочил так резко, что Дин с Тиком даже вздрогнули.

– Нормально все. – нахмурившись ответил Дин.

– Черт. Напугали меня. Снилось, что к нам врываются эти… Как их… Выпало слово из головы… – Герман Сергеевич потер глаза. – В черных одеждах, странные которые.

– Религи.

– Да. Религи эти, хрелиги.

Герман бодро скинул ноги с дивана и вскочил.

– И так, дорогие мои помощники, – Тик, посмотрев на Белого, закатил глаза под лоб и перевел взгляд на Дина, встретившись с ним усмехающимся взглядом. – Сегодня у нас длинный день и мы должны пройти, как можно дальше, а значит ближе к цели. – продолжил воодушевляющим тоном Герман Сергеевич, надевая свитер. – Мы одна небольшая, но сплоченная команда! А я ваш самый важный в вашей жизни человек и билет в прекрасное беззаботное будущее! И чем быстрее и безопаснее для меня мы доберемся до места назначения, тем быстрее это будущее настанет. А это главное! Для меня – добраться живым и невредимым, а для вас – побыстрее! Согласны? – он окинул взглядом Дина и Тика, которые смотрели на него, ухмыляясь, и, не найдя какого-либо отклика, поджал нижнюю губу, отведя взгляд в сторону.

– Ну будем считать, что все согласны, раз нет возражений. Что у нас на завтрак? – Герман наклонился над паром от котелка.

– Кипяток. – буркнул Тик.

– В смысле, кипяток? А где еда? Кофе? Или хотя бы чай?– Герман присел на угол дивана.

– В башне. – не меняя тона, отрезал Тик.

– Не криви нос, Герман Сергеевич. Тебе понравится. – Дин решил быть более дружелюбным. Он снял котелок с огня и разлил воду в две кружки, разбавил остатками холодной воды. – Для тебя кружки нет, как-то не позаботились заранее, держи мою. – Дин улыбнулся, глядя прямо в глаза.

Герман принял кружку, поднес к лицу и вдохнул пар.

– Ну не утренний кофе, конечно… – грея руки о металлический цилиндр с кипятком, заметил Белый. – Но так промерз за ночь, что, думаю, сойдет. – он глотнул, сёрбая, кипяток и зажмурился от скрываемого удовольствия. – Не плохо, не плохо.

Тик, протянул свою кружку Дину, поняв, что Белый вряд ли будет столь добр, чтобы поделиться.

Согревшись кипятком, они оделись, собрали снаряжение и, потушив тлеющие угли, вышли под моросящий дождь.

Дин приказал Тику идти на метров тридцать впереди, так как, возможно, было известно о группе из трех человек и появлялась вероятность, что раздвоенная группа привлечет меньше внимания. Конечно, он не был уверен, что их искали и что-либо о них знали, но встреча с квадрокоптером не давала покоя.

Они шли уже час в полной тишине по широкому шоссе, обрамленному с обеих сторон полуразвалившимися серыми, заросшими деревьями и мхом, многоэтажками. На нем было удобнее контролировать Тика, идущего впереди и меньше приходилось плутать.

Дин в который раз посмотрел на Тика и перевел взгляд на Белого, идущего рядом довольно бодрым шагом и пинающего камушек по разбитому, кое-где проросшему пока еще зеленой травой и мхом, асфальту.

– Зачем вы закрылись в Башне? – Дин все еще не удовлетворил свое любопытство и пользовался моментом. – Что произошло? Ведь не Орден вас туда загнал?

– О, нет, конечно! – Герман чертыхнулся, не попав в очередной раз по камню ногой. – Ладно. Вижу, ты достанешь меня, пока не расскажу тебе, что знаю. Там было все глобальнее. Орден-то так, просто мелочь надоедливая. По сути мы всегда были элитой страны, но раньше нам… Ну точнее им, дедам, приходилось играть некую роль, чтобы оставаться такими. Потому что они были на виду и был еще народ, то есть, вы. И нужно было соблюдать баланс, нельзя было делать, что и как хочешь. Точнее можно было, но был риск последствий. Надо было еще и с вами как-то договариваться. А это сложно, что с вас взять? Вы же… – Герман осекся. – Неважно. Если начать сначала, то вообще всегда все люди принадлежали кому-то из правителей в рамках границ каждой страны. Потом появилась сеть, некая свобода передвижения и постепенно все начало выходить из-под контроля. Простые люди узнали, а главное увидели, что за границами есть что-то иное. Может лучше, может хуже, но им было с чем сравнивать. И наше слово, точнее, слово элиты стало весить для людей все меньше и меньше. Сложнее стало удерживать, влиять, управлять. Причем всем правителям, в независимости от той или иной заявляемой свободы в стране, которая везде по сути-то была мнимой. И они стали договариваться, как вернуть все как было, но не вызывая большой негатив, который может принести совсем уж печальные последствия.

– Это какие? – Дин поправил капюшон, съехавший с головы.

– Да революции какие-нибудь, или, хах, сейчас смешно об этом говорить, но тогда можно было и мирно большинством голосов простых людей свергнуть правителя. Не везде, но в некоторых местах да. Очень смешные времена были. – Герман презрительно хихикнул. – Ну и, собственно, они начали по-тихоньку разделять людей, чтобы вернуть былые времена: вводили войны, фиктивные ссоры и обвинения между странами с последующими санкциями, контроль, цензуру, мощную пропаганду и многое другое. Мне все это рассказывали, даже сейчас в сети сложно найти настоящую правду. Это же не делали в открытую.

– А сеть все еще есть?! – Дин читал про интернет, и был поражен, что он еще существует.

– Конечно. Мы пользуемся в Башнях. Связываемся с остальным миром. У нас вообще все довольно технологично. Возможно, ты увидишь это все и может быть даже научишься. Если ума хватит. – засмеялся Белый.

Дин пропустил насмешку мимо ушей.

– Но что изменилось? Была война? Почему сейчас так?

– Да нет, какая война. У них была война только с вами. Точнее, даже не война, а мы – это мы, вы – это вы. У нас совершенно другие ценности и интересы. Но в какой-то момент стало понятно, что вы поумнели и старые приемы уже так не работают, как раньше. И было решено физически закрыть границы всех стран и жить так, как видит каждая элита. Наша выбрала такой вариант: отгородиться от вас, забрав себе ученых, военных, обслуживающий персонал и других нужных нам для жизни людей. А остальные как-то сами по себе. Считай, мы дали вам полную свободу. – Белый опять засмеялся. – Хотели ее, получите.

– Но почему, если ты говорил про революции, народ не получил, что хотел, когда все началось?

– Потому что вы боялись нас. У нас была армия, власть, деньги. А у вас что? Ни-че-го. Вы нам надоели. Надоело с вами церемониться.

– Деньги – это, как сейчас обмен?

– Да. И этого добра у нас хватало. Но потом стало ясно, что и этого нам не надо. Мы взяли нужное количество людей и персонала, которые готовы были служить нам в безопасности просто за еду, комфорт и наше хорошее к ним отношение. Какой смысл в лишнем звене в виде денег, если по сути вам надо очень мало? А уж от желающих быть с нами, не смотря на общую накалившуюся ситуацию тогда в мире, было хоть отбавляй. Ведь большая часть негодовала не потому, что хотела что-то поменять, а потому что внутри себя хотела быть нами, с нами или хотя бы приближенными к нам. – Герман слишком сильно пнул камушек и он улетел за отбойник по середине дороги на другую половину.

– То есть вы закрылись, чтобы вас не стало слишком много?

– Нет. Как бы так объяснить… Нас не могло быть слишком много, иначе теряется весь смысл элиты. Кто-то должен делать черную работу. И деды пытались как-то показать это народу, но он не хотел смириться и вот к чему это все привело. Да еще там что-то вообще непонятное началось, что ускорило процесс принятия такого решения. Короче, как вышло, так и вышло. Нас все устраивает. – он ухмыльнулся.

Дин опять пропустил смешок мимо ушей, но уже не специально – он вглядывался в даль. Вдалеке он явно видел человека. Вскинув к глазам бинокль, Дин увидел релига, который тоже смотрел на них через бинокль.

Видеть у религов бинокли было странно, они им не были нужны, чтобы проповедовать на улицах. Обычно они стояли в проходимых местах или просто шлялись в поисках очередной жертвы. Этого как-то занесло далековато от людных дорог. Дину показалось это подозрительным и он окликнул Тика, чтобы тот подошел к ним.

– Там религ. – предупредил он подошедшего Тика.

– Да, я заметил пару минут назад. Думал, мимо пойдем.

– Нам надо сойти с дороги. Пройдем дворами. – Дин смотрел на человека вдалеке, но он не приближался. – Он нас, конечно, уже заметил, но лучше обойти.

Тик кивнул. Герман молча вглядывался, прищурившись, в даль.

Дин толкнул, проходя мимо, плечом Белого, чтобы тот вышел из наваждения и они направились к домам. Силуэт релига не двигался, но Дин чувствовал нутром, что за ними наблюдают и странность всей этой ситуации постепенно нагнетала волну внутренней паники. Он даже хотел перейти на бег, но остановил себя, чтобы не передать свой страх остальным.

Они обошли дом и опять оказались во дворах.

– Нам надо идти постоянно на северо-запад. Мы можем заплутать между домами, поэтому не разделяемся, компас только у меня. – коротко объяснил ситуацию Дин.

– Мне все равно. Это в твоих интересах, Дин. – безразлично напомнил Белый.

– А я и не тебе говорю! – прошипел зло Дин. – Мне плевать, что с тобой станет. Если ты подохнешь или заблудишься, то у нас просто останется все, как и было! А это не хуже, чем уже есть! Понял?

Белый опешил и удивленно, смотря на Дина, открыл рот, явно собираясь что-то ответить. Но, быстро собравшись, все таки промолчал, закрыв рот и просто кивнул головой.

– Вот и отлично, что мы поняли друг друга. – Дин снизил уровень злости в голосе и, сняв с плеча винтовку, передернул затвор. Тик, глядя на отца, так же взял в руки обрез.

– Идем впереди, – глядя на Германа прошептал Дин. – Ты замыкаешь и прикрываешь. – кивнул он Тику.

Они шли тихо, обходя остовы машин, дома, какие-то зацветшие мхом и кустами разрушенные сооружения. Людей вокруг не было – это было довольно далеко уже от центра города и делать здесь было нечего. Только охотиться, что тоже добавляло опасности – их могли принять за добычу. За животных или просто чтобы ограбить. А может и съесть. Смотря кому попадут на мушку.

Дин старался максимально осматривать весь периметр территории, пытаясь заметить любую деталь или движение, которое может указать на опасность.

Через минут сорок, он решил вернуться на дорогу – они уже скорей всего обошли релига, а продвигаться через дворы было намного дольше и опаснее. Растительность, хоть и уже местами редкая желто-осенняя, мешала обзору на дальнее расстояние. Они подошли к дому, за которым было шоссе.

– Так. Выходим на дорогу и осматриваемся. Если религ остался сзади, то хорошо, идем вдоль дороги, но на саму не выходим, и смотрим, чтобы не шел за нами. Если его нет, то чаще палим спину. Ясно? – Тик кивнул.

– У меня зрение не очень хорошее. – пожал плечами Герман.

Дин, зажмурившись от злости, потер пальцами переносицу.

– Ладно, пошли. – Дин повесил винтовку на плечо и перелез через бетонные блоки отвалившейся от дома стены.

Взобравшись, он оглянулся – Тик снизу подталкивал Белого, который пытался подтянуться, схватившись за арматуру. Дин нагнулся и, перехватив руку Германа, втащил его наверх и помог Тику.

– Тише слезаем, чтобы камни не полетели, иначе эхо разнесет до Башни. – прошептал он.

Они сползли вниз и вышли из-за угла дома к дороге.

–При-и-иве-е-т. – протянуто пропел слева хриплый голос. Дин резко повернулся, снимая с плеча винтовку, но остановил движение на полпути.

За домом их встречал боевой отряд религов в черных балахонах с замотанными лицами черными тряпками. Их было больше двадцати и все держали их на мушке.

Дин медленно оглянулся и боковым зрением увидел, что Тик и Белый уже стоят за ним, медленно поднимая руки. Это была ошибка. Дин выругался про себя за такую глупую опрометчивость.

От стены дома отделился, прислонившийся к ней, религ. Медленно подошел к Дину и снял капюшон – это был тот самый прорелиг из двора.

– Ну где же вежливость? Я поздоровался. – он улыбнулся и черные линии рисунка на лице исказились. – Я хочу быть вежливым, а вы?

– Привет. – сухо ответил Дин. Сзади послышался шорох и Дин, обернувшись, увидел человека с камуфляже и маскировочном халате, сползающего вниз с той же груды обломков стены. За ними следили. Дин почувствовал невыносимую ярость и обиду к самому себе за собственную глупость и невнимательность. Он должен был прислушаться к своему страху и подозрению.

– Я возьму это. – прорелиг кивнул и один из черных балахонов подбежал, забрав винтовку Дина и обрез из рук Тика. – Спасибо. Видишь, мы не враги. – Дин не сводил взгляда с лица прорелига. Он явно наслаждался победой и просто играл с ними, как кошка с мышкой.

– Я предлагал вам будущее, паству и веру. Лучший мир. Но нашему разговору помешали. Ведь ты бы согласился? – его лицо было совсем рядом и он пристально смотрел в глаза Дину. Его практически черные глаза улыбались.

– Вероятно. – пробовал уйти от прямого ответа Дин.

– Но, вероятно, ты обманываешь меня. – прорелиг внес в свой взгляд подозрение. – А перед Богом нельзя врать. Как и перед носителем слова и гласа Божьего. – он отвел взгляд вверх и резко опустил его опять на Дина. – То есть мне! – Дин почувствовал резкую боль в челюсти снизу, в глазах помутнело и вспыхнули белые круги, а тело подалось назад так, что он с трудом поймал баланс, отступив несколько шагов. Но Дин устоял, сфокусировал взгляд, во рту появился металличиский вкус крови. Прорелиг опускал кулак, которым только что снизу нанес Дину удар в подбородок.

– Один один. Но зачем нам ровный счет? Ты с нами. – он указал на Белого, – Взять его, остальных в расход.

– Стой! …те. – Герман успел выкрикнуть раньше, опередив на долю секунды Дина. – Погоди! Минутку!

Прорелиг поднял брови, показывая заинтересованность.

– Я готов сотрудничать, идти и что вы там еще хотите, но! Только, если вы оставите этих со мной! – Белый сделал шаг вперед.

– Ты и так будешь сотрудничать, хочешь ты этого или нет. – улыбнулся прорелиг.

– Не факт. Моя информация может быть не точной или не верной. А может я пойму, что проще дождаться смерти. – жестко проговаривая каждое слово заявил Белый, пристально смотря в черные глаза прорелигу.

– Хм… Смело, смело… А зачем они тебе?

– Привык к ним. Будет с кем пообщаться. Хочу их себе в прислугу. Вам ли не все равно? – Герман Сергеевич снизил напор в словах, придав некое безразличие к тону.

– Действительно, плевать. Но кормишь и поишь их из своей части, мажор. – Прореглиг ухмыльнулся. – И если наше сотрудничество нам не понравится, ну ты понял… Не питай лишних иллюзий.

Герман кивнул: – Договорились.

Два релига подбежали и обыскали всех троих, забрали ножи, и, сняв рюкзаки, выпотрошили их на землю. С Дина сняли разгрузочный жилет, забрали все из карманов, но вернули куртку. Дин пристально наблюдал, как обыскивают Тика и пытался найти выход из ситуации. Может, если он кинется на прорелига, забрав на себя внимание, то Тик успеет убежать. Но вполне возможно, он не побежит, а наоборот ринется на помощь. А это уже верная смерть для обоих.

Надо найти момент позже.

Герман же стоял с безразличным видом, смотря куда-то вдаль, будто ему даже было несколько скучно от всей этой процедуры.

Через полчаса обысков им связали руки и, окружив, они пошли во главе прорелига обратно в центр по шоссе.

– Спасибо. – шепнул Дин идущему рядом Герману.

– Мне все равно. Ищи выход. – прошептал Белый в ответ.

– Заткнулись! – раздался сзади оклик, на который повернулся прорелиг и смерил пленных недовольным взглядом.

Дин, не поворачивая головы, осматривал местность, идущих религов, но не понимал, как выбраться из кольца. Тик шел совсем рядом, переодически касаясь плечом локтя Дина, как бы подбадривая его. Или наоборот жался от страха. Но Дин чувствовал поддержку от этих прикосновений. Белый же шел в метре сбоку и не показывал никаких эмоций, опять пиная маленький камушек по разбитому асфальту.

Через два часа в тишине, нарушаемой лишь гудением ветра между домами и шорохом падающей листвы, они вернулись в начало своего пути. Дин уже ненавидел это место, эту высотку и даже тот дом слева, из которого они с Тиком наблюдали за засадой. Он даже увидел те самые окна. Надо было отсидеться! Надо было оставить все как есть! Надо было и дальше следовать своему правилу «Не влезай в чужое дело и обходи стороной неприятности!». Оно всегда помогало избегать ему с Тиком проблем. Зачем?

Дин помотал головой, отбрасывая самобичевание. Уже все сделано, как сделано. И надо найти выход, вытащить Тика. Может быть и Белого. Но это второстепенно. Главное Тик!

– Стоп! – команда прорелига отвлекла Дина от мыслей. – Ты, ты и ты, – он указал на трех религов. – Найти место для ночлега!

Еще только начало темнеть и Дин не понимал, почему нельзя пройти еще пару часов, но был рад такому решению. Будет время осмотреться до ночи на привале. Возможно, найдется выход.

Они молча стояли уже минут сорок, ожидая возвращения отправленных религов. Дин с Тиком иногда переглядывались, поддерживая друг друга взглядом и натянутыми улыбками. Герман же просто сидел на бетонном отбойнике, оглядывая дома и Дин чувствовал, что тот специально не встречается с ним взглядом.

Еще через пятнадцать минут подбежал религ и повел всю группу за собой. Герман нехотя слез со своего места, всем видом показывая пренебрежение к ситуации. Они прошли к длинному дому с множеством разбитых вывесок на фасаде, зашли через разбитые двери и поднялись на второй этаж. Пройдя через длинный широкий коридор, с оконными проемами, оказались в большом зале. По правой стене было множество дверей в маленькие комнатки, в одну из которых их завели и усадили на пол. Дин осмотрелся – комната была без окон, в центре стоял круглый стол и рядом валялись пара стульев. Деревянную дверь закрыли и они остались в полной темноте. По тихому шороху и разговору за дверью, было понятно, что их охраняют два или три релига. Дин с силой зажмурил глаза – выхода он не видел…

– Ну что будем делать, Дин? – подал тихий голос с нотками ободрения Белый. – Как будем выбираться?

– Не знаю. Пока не знаю. – Дин попробовал придать оптимизма последней фразе, но получилось не очень. – Я думаю.

– Думай лучше. – голос Белого стал жестче. – Я впрягся за вас не просто так. С вами есть шанс, без вас точно нет. Так что давай, думай, думай! – голос стал еще жестче.

Дин промолчал, обняв Тика связанными руками. Их было слишком много, чтобы идти напролом. Дверь хлипка и выбить ее не составляло бы труда, но что дальше? Он прислушивался к тому, что происходило за дверью. Может получится поймать момент, когда они уйдут есть или куда-то еще. Маловероятно, но вдруг.

Разговоры за дверью вдруг резко затихли и, заскрипев, она отворилась. В проем вошел прорелиг и дверь за ним закрылась.

– Свет! – крикнул он. Через минуту дверь опять открылась и религ протянул в щель походную ломпадку на керосине.

Прорелиг поставил ее на стол и, подняв стул и отряхнув с сиденья пыль, сел. Обвел пленных взглядом, на секунду задержав его на Тике. Играющий свет огонька добавлял прыгающие тени к черным полоскам на лице, что только усиливало жуткость.

– Я бы хотел поговорить до того, как мы дойдем до цели и, скорей всего, никогда больше не увидимся. С тобой, Белый. – они смотрели друг на друга. – Что ты можешь? И чем ты можешь быть полезен?

– Смотря для чего. – голос Белого отдавал безраличностью.

– Лично для меня. – прорелиг, наклонившись, оперся локтями на стол, сцепив пальцы.

– О-о-о, лично для тебя? – Белый улыбнулся. – А как же ваш кружок, членом которого ты являешься? Как я понял, вы делаете общее дело во имя Бога и не отделимы друг от друга.

– Давай только мне эти сказки не заливай. Это для них. – прорелиг кивнул на дверь. – Ты прекрасно все понимаешь, не разочаровывай меня. Я знаю историю, наши общины когда-то были вместе. И вам и нам надо было как-то удерживать толпы. Это все работает и сейчас, как видишь. Но, тем не менее, чем ты можешь быть полезен лично мне?

– Это переговоры? – в голосе Белого послышался сарказм.

– Считай так. Но больше любопытство. Посмотрим, до чего полезного оно сможет довести. – тени с черными полосками расползлись в улыбке.

Герман с трудом поднялся, оттолкнувшись связанными руками от пола, и медленно подошел к столу. Дин с опаской наблюдал за его действиями, не понимая настроения прорелига и как он отреагирует. Но тот лишь сидел в той же позе, не сводя глаз с Белого.

Герман нагнулся, поднял второй опрокинутый стул, поставил его и сел напротив прорелига, положив руки на стол.

– Так же удобней будет разговаривать. Особенно учитывая, что когда-то наши предки сотрудничали. – Дин не видел мимики Германа, он сидел спиной к ним, но улавливал нотки улыбки в голосе. – И так, что тебя интересует?

– Насколько в Башне живется лучше, чем мне сейчас?

– Я не знаю, как тебе живется сейчас, но однозначно намного лучше.

– У меня есть дом, слуги, своя армия, еда, вода. Собственно, все, что я захочу. У меня довольно высокий сан. То есть живу я очень хорошо.

– Зачем же тебе в Башню тогда? – Герман откинулся на спинку стула, который опасно заскрипел под тяжестью.

– Если тебя так хотят видеть святые, значит им что-то нужно в Башне. Но у них и так все есть, но, видно, недостаточно. Это не сложная задачка, Белый. – Дину разговор казался слишком наигранным, будто соперники пока прощупывали друг друга, выставляя вперед пешки в шахматной игре, в которую Дин часто играл в детстве с отцом. Только на стороне Белого уже изначально не было на доске королевы. – Чем ты меня заинтересуешь? Зачем ты нужен, Белый? – в голосе послышались нотки легкого раздражения.

– Если мы с тобой договоримся, то что скажут твои бойцы?

– Это не твое дело. – градус раздражения повысился.

– У нас есть все. – Герман резко сменил тон на покорный. – То, что у тебя никогда не было в жизни. Технологии, лечение, развлечения, комфорт и спокойная беззаботная старость.

– Ну это и у меня есть.

– Тебя чуть не убили во дворе вчера. Это не так уж комфортно и беззаботно. – в голосе Германа опять появился сарказм.

– Но и ты сейчас связан, а я решаю твою судьбу. – прорелиг запустил руку под балахон и вынул нож. – Ведь я могу вас и не найти. Это никто не проверит.

– Это исключительный случай за много лет. И такой риск для единиц, случайность. В отличие от твоего уклада жизни. – Герман гнул свою линию.

Дин наблюдал, как прорелиг поковырял кончиком ножа под ногтем большого пальца. Пауза затянулась. И Герман, похоже, не собирался ее нарушать.

– Пока ничего интересного, Белый. – прорелиг оторвал взгляд от чистки ногтя и взглянул на Германа. – Что-то еще?

– Нет. Это все. – он наклонился и положил руки обратно на стол. – Но, если меня так хотят получить твои вожди, значит, все-таки, есть что-то интереснее, чем то, что есть у вас. – Герман пошел в ва-банк.

– Не обязательно же в башню. Вполне допускаю, что достаточно узнать у тебя куда и когда выезжаете, чтобы лут собирать. И то, если ты это знаешь, что тоже не точно. – прорелиг понизил значимость Белого, показывая, что не такой уж он и важный для них.

– Или все же что-то большее. – ухмыльнулся Герман. – Мы это не узнаем, пока не доберемся до вас. Но шанс будет упущен, ты же понимаешь.

Прорелиг резко махнул наотмашь рукой с ножом, заставив пламя ломпадки резко пригнуться в сторону практически потухнув, и Герман дернулся назад, упав со стула. Дин, вздрогнув от неожиданности, видел, как он держится связанными руками за лицо. Прорелиг неторопливо встал. Свет от огонька не доставал до его лица.

– Переговоры окончены, Белый! – жестко, но без злобы, произнес прорелиг. – Поигрались и хватит. Подумай, что еще ты можешь предложить, пока мы не дошли. Там будет больнее. – он направился к двери, взялся за ручку и на секунду замер. – И впредь без этого своего пафоса, раб. – сказал он, не оборачиваясь и вышел. Дверь со скрипом захлопнулась за ним.

Дин сразу же вскочил и в один прыжок оказался около стонущего Белого, развернул на спину и отвел его руки от лица. Тик уже стоял рядом с лампадкой в руках. В беснующемся блеклом свете прыгающего огонька, Дин разглядел на щеке не глубокий, но сильно кровоточащий порез от уха до рта. Держа руки Германа, он осмотрелся.

– Да не дергайся ты! – шипя, приказал он Белому. – Ничего страшного! Сейчас остановим кровь.

Тик уже протягивал кусок ткани из кармана. Дин свернул ее в несколько раз и приложил к рассечению.

– Держи так. Скоро остановится. Воды жалко нет, промыть. – Дин приложил руки Германа к повязке. – Хочешь поплюю, чтоб продезинфицировать?

Белый даже перестал мычать от неожиданного предложения и слабо улыбнулся.

– Нет, спасибо. Лучше так умру. – держа тряпку у щеки, он расслабился и лег по удобнее. – Шрам, наверное, красивый останется.

– Поменьше говори. – отрезал Дин, но был рад, что Герман пошутил в ответ. Это успокаивало всю команду. – Ладно, он просто предупредил. Ничего страшного. – подитожил он за Германа.

Дверь со скрипом отворилась и черный силуэт на фоне полоски уже смеркающегося света, бросив что-то на пол, закрыл ее обратно. Дин, взяв лампадку у Тика осторожно подошел и увидел пластиковую бутылку с водой и маленький целлофановый пакетик с выцветшим оранжевым рисунком.

– А вот и вода. – он подошел к Герману, но отдал бутылку Тику. Развернул пакет, в котором обнаружил вяленое мясо. – Не плохо. Живем.

– Так-то это все мое. А я уже решаю делиться с вами или нет. – Герман пристально и строго смотрел в прыгающем тусклом свете огонька прямо Дину в глаза. – Шучу. Чего такие серьезные-то? – улыбнулся он и застонал, крепче прижимая ткань к щеке.

– Вот и мгновенная кара за шутки. – заметил Дин.

– Это ты религам скажи. Что-то их не карает. – огрызнулся Герман.

– Вас что-то тоже не сильно покарало. – уже серьезнее отметил Тик, отрываясь от бутылки и передавая ее Дину.

– А ты вообще…

– Тихо! – резко шепнул Дин и все прислушались к тишине.

– Что? – еле слышно прошептал Белый.

– Ничего. Шутки просто как-то уже выходят за рамки. Давай промою. – Дин сделал два глотка из бутылки и аккуратно отлепил от щеки ткань. Стараясь тратить минимум воды, он промыл рану, выжил тряпку от крови, смочил ее водой и приложил обратно к щеке.

– Держи. – поставил бутылку рядом с Германом. – Захочешь пить, скажи, я тебя посажу.

Герман лишь еле кивнул. Дин, взяв лампадку, медленно обошел комнату, осматривая стены с облезающей краской и пыльный пол, но идей о побеге не прибавилось. Он пододвинул стул к Герману и молча сел, поставив огонек на пол.

– Все еще нет выхода. – резюмировал он.

– Но мы еще и не дошли. – отметил Герман. – Кстати, а сколько идти?

– Смотря в какой из их районов. От одного до двух дней.

– Поторопись, Дик.

– Я Дин.

– Да, я подкалываю. – улыбаясь, ответил Белый.

Дин сел на пол, привалившись спиной к стене.

– Мы руки-то может развяжем? – прошептал Герман. – Свечкой, например.

– Чтобы огрести потом от них? – ухмыльнулся Дин. – Нет уж, давай лучше не будем провоцировать их. Меньше доставляем хлопот, меньше привлекаем внимания, больше расслабятся и больше возможностей найти выход.

– Ясно. Не удобно просто. – с грустью отметил Герман.

Season #2 Episode #5

Дин встрепенулся, резко подняв голову, и открыл глаза. Осмотрелся в темноте, увидев под дверью узкую полоску света – значит уже утро. Он так и уснул, прислонившись спиной к стене и уронив голову на грудь, от чего теперь сильно ныла сзади шея.

Тик спал на полу, положив голову на колени Дина.

Германа не было видно в темноте, лампадка давно погасла, но было слышно его сопение.

За дверью слышались редкие шаги, шуршание, короткие неразборчивые голоса. Религи, похоже, собирались с ночлега.

Дин аккуратно погладил Тика по голове и тот, дернувшись, проснулся.

– Все ок. – успокоил его Дин. – Собираются. Скоро придут за нами.

Тик молча кивнул, потер глаза и, встав, прошел пару кругов вокруг стола в темноте, разминая затекшие мышцы.

Дин прищурился, нашел в темноте еле различимый силуэт на полу и пнул ногой Германа. Пропустив мимо ушей обычную сонную брань, пнул его еще раз.

– Ну что надо?!! – взревел, вскакивая, Белый. И, оглядевшись, снизил тон: – А, ну да. Все никак не привыкну.

– Пойдем скоро. Как рана?

– Болит, но вроде не течет уже.

– Пссс! – донеслось от двери, у которой, судя по двум ногам в свете полоски под ней, стоял Тик. – Там какое-то волнение! – прошептал он.

Дин с Германом прислушались. Мимо двери с топотом пробежало несколько религов. Дин вскочил и, на бегу врезавшись в стол, не заметил болезненного удара, в несколько шагов оказался у двери. В отдалении эхо разносило по залу за дверью отрывистые приказы, а рядом с дверью шурша одеждами, неразборчиво что-то говорили охранники. Дин пытался разобрать слова, но внезапно отчетливо послышался звон передернутого затвора. И тут же второй звук клацающего затвора, загонявшего патрон в патронник.

Дин схватил связанными руками Тика за плечо и потянул за собой от двери в глубь комнаты, опять ударившись о стол.

– Твою мать! – прошипел Дин и, отведя Тика к стене и посадив на пол, вернулся к столу и максимально тихо, на сколько это было возможно, положил его набок, оградив их от входа на всякий случай.

– Что там? – прошептал взволнованно Герман.

– Не знаю. Или у них какие-то проблемы, или прорелиг передумал и нас решили завалить. – ответил тихо Дин. – Надеюсь на проблемы.

Они сидели в темноте, максимально напрягая слух, чтобы понять, что там происходит, но искаженные эхом короткие выкрики было не разобрать.

Внезапно, где-то внутри здания прогремел мощный взрыв и даже в их комнате со стен посыпалась отслоившаяся краска, а с пола поднялась пыль от вибрации взрывной волны по конструкции здания.

Застрекотали автоматы и ружья, разносящиеся эхом по коридорам и залам. Дин крепче обнял связанными руками сына, закрывая собой, и почувствовал, что Герман тоже прижался к нему плечом справа.

Здание сотрясло еще от одного взрыва, за которым сразу же последовал еще один уже настолько близко, что у Дина зазвенело в ушах и он стиснул Тика еще сильнее. Охранники за дверью что-то кричали, но в шуме стрельбы и звона в ушах теперь слова были совсем не понятны. Тем не менее Дин пытался оставаться во внимании и прислушиваться, что происходит за дверью.

Сквозь шум выстрелов и криков, он отметил, что какая-то группа людей протопала мимо двери в обратном направлении. Но было непонятно, остались ли у двери охранники. Подходить было слишком опасно. И тут же прогремел выстрел прямо у их комнаты – охранники были на месте.

Из глубин коридора, по которому они шли вчера прострекотала очень длинная автоматная очередь. Еще три громких выстрела прямо за дверью. Сильный хлопок и опять очередь из глубины здания. Дин отметил про себя, что, судя по попаданиям в стену рядом с дверью, стреляли в их охранников и тут же в двери появилось несколько дырок, сквозь которые мгновенно пробились яркие лучи света из окон напротив их комнаты, пронизывающие облако пылинок поднятых с пола взрывами. Пули ушли в стену справа. Полоска света под дверью пропала, ее закрыло упавшее тело релига. Нападающие шли из коридора.

Внезапно навалилась абсолютная тишина. Дин пару раз проморгался от пыли в глазах и резко отстранившись от Тика, с силой начал крутить запястьями и грызть веревку, пытаясь высвободить руки, но ничего не получалось. Он стал судорожно вспоминать по памяти, что еще было в комнате, что поможет распутать или перерезать веревку, но ничего полезного на ум не приходило.

Можно попробовать кинуться на людей, которые войдут, чтобы в замешательстве у Тика был шанс убежать. Но этот шанс ничтожен! Черт!!!

Дверь со скрипом отворилась, впуская в комнату яркий свет для привыкших к темноте глаз. Дин вскочил, присев, готовясь к прыжку. Только надо привыкнуть к свету, он сквозь резь смотрел в проем яркого света, чтобы быстрее адаптироваться.

Справа в проем заглянул черный прямоугольник высотой от пола до груди с ярким желтым кругом в центре и белой надписью.

– «Улыбнись.» – про себя прочитал Дин надпись и даже немного опешил от странности ситуации.

– Это Орден Алис! – громко произнес за дверью женский приятный голос. – Назовись!

Дин колебался.

– Назовись! – еще громче приказал голос.

– Дин. Просто охотник. С сыном! Его зовут Тик. И Герман! Он тоже охотник! – прокричал Дин в ответ. – Мы не религи! Мы пленные! Мы мирные! Без оружия! Помогите нам!

Щит подвинулся еще левее, закрывая собой проем. В узком окне щита в свете была видна черная тень головы бойца. Справа от щита появилась рука и внезапная яркая вспышка фонаря ослепила Дина. Он закрылся связанными руками от луча и зажмурился, видя перед собой только красно-желтые сменяющиеся круги.

– Мы пленные! – закричал он еще раз. – Мы безоружны!

Послышались легкие шаги нескольких человек и чьи-то руки жестко повалили Дина на пыльный пол, прижав коленом в спину и рукой в затылок.

– Ноги раздвинул! Руки из под себя вытащил! – громко приказал мужской голос сверху.

– Я не могу! Они связаны! – глотая пыль с пола, прокричал Дин. Чьи-то руки уже обыскивали.

– Они действительно связаны. – спокойно произнес мужчина. Круги в глазах Дина уже становились все прозрачнее, он уже различал ноги в черной форме, дверной проем и зал за комнатой.

– Я даже знаю почему. – удовлетворенно отозвался женский голос и в проем зашел темный силуэт невысокого роста. – Кто Дин?

– Я! – отозвался он, пытаясь выкрутить шею сильнее, чтобы разглядеть девушку. Она медленно подошла к нему, закинула винтовку за спину и присела на корточки перед ним.

– Ну привет, Дин. А где Белый? – Дин молчал. – Да ладно, понимаю, наобещал же гор золотых. Да, Герман Сергеевич? – обернувшись к Белому спросила она, добавив в голос толику сарказма.

– Откуда ты знаешь, как меня зовут? – с неподдельным удивлением спросил Герман.

– Потому что не просто так ты не доехал. Поднять их. – приказала она и Дин неожиданно взлетел с пола на ноги. Он оглянулся – Тик и Герман уже тоже стояли на ногах, за подмышки их держали с обеих сторон бойцы в черном камуфляже, за спинами стояли еще по двое. Рана на щеке Белого опять закровоточила и кровь уже текла по шее под свитер.

Девушка развернулась и пошла на выход из комнаты. Сзади Дина подтолкнули и он пошел за ней, контролируя, что Тика с Германом тоже выводят.

Они вышли из пыльной темной комнаты в зал, который больше был похож на эпицентр войны – там и тут лежали трупы религов, стены были в дырках от пуль, кое-где от стен откололись большие куски бетона. По залу было рассредоточено еще человек десять в черной форме и шлемах с желтой улыбающейся рожицей.

– Развязать. – скомандовала рыжеволосая девушка, посмотрев на Тика с теплой улыбкой. – Кроме Белого.

Перед Дином мелькнул нож, веревки спали и в руки вонзились миллионы игл. Он начал растирать запястья и ладони, чтобы кровь быстрее начала циркулировать нормально. Он осмотрелся, но на него никто не обращал уже внимания, кроме сзади стоящего бойца, которому Дин все еще не внушал доверия. Неловкая пауза затянулась.

– И что теперь? – обратился Дин к девушке, разглядывающей Белого.

– Миа.

– Что? – не понял Дин.

– Зовут меня Миа. – повернувшись, она посмотрела на Дина. У нее были непередаваемой глубины голубые глаза, в которых бесновались озорные искорки. Она улыбнулась.

– Ничего дальше. Мы забираем Белого и уходим.

– Но… Постойте. У нас с ним была договоренность! – безысходность ситуации и рухнувшие надежды придали Дину смелость и дерзость. – Мы так не можем… Вы не можете! Просто так вот…

– Можем. – с сожалением вздохнула Миа. – Извини. – она развернулась, направившись к Белому.

– Но мы теперь в опасности! Религи будут искать и вас и нас! Они так просто не простят убийство целой группы с прорелигом! Вы понимаете, что можно считать нас уже трупами! – Дин сделал шаг, чтобы приблизиться к девушке, но сзади за куртку его остановил боец. – Герман, да скажи ты что-нибудь!!!

Герман, посмотрев на Дина, лишь покачал головой в разные стороны: – Они не договариваются с нами, Дин. Извини.

– Миа! – жестко крикнул Дин, привлекая ее внимание. Она нехотя обернулась. – Зачем тогда ты представилась? Чтобы мы знали, кто нас убил? С религами у нас хотя бы был шанс убежать или остаться жить! Зачем?

– Вежливость. – пожала она плечами. Ее спокойный голос резко взбесил Дина.

– Да в жопу вежливость! – он уже почти кричал. – Ты понимаешь, что убила нас! Вы же за справедливость! Или люди врут в своих байках?!

– Нет. – взгляд Мии потускнел, а лицо стало задумчивым.

– А тем не менее ДА! – Дин уже срывал голос. – Вы хуже…

– Стоп! – прервала хорошо поставленным командным голосом его истерику Миа. Дин так и застыл с открытым ртом.

– Короче! – она пристально смотрела прямо Дину в глаза. – Закончил истерику! Ок, соглашусь, вы теперь долго не проходите. И учитывая, что, сами того не зная, вы помогли нам в некоторых моментах, хотя и заставили побегать по городу, то ок. – ее тон стал примирительным. – Мы заберем к себе твоего сына…

– Но… – начал было Дин.

– Я не закончила! – Миа повысила голос и сразу вернула дружелюбность и спокойствие. – Мы заберем сына. Он будет у нас в безопасности, с нормальной едой и водой. По его умениям и знаниям мы подберем ему профессию внутри Ордена и воспитаем его.

– А… – опять попытался вставить свою мысль Дин.

– А тебя… – перебив продолжила девушка. – Для тебя будет иное сотрудничество. Ты же охотник? – Дин кивнул. – Вот им и останешься. Со свободным доступом к Ордену. Мы тебя проверили, твоя репутация вполне сносная.

Дин поднял удивленно брови: – Откуда ты знаешь?

– Коптер наш. По распознаванию лиц потом… – она увидела, что Дин теряет смысл. – Неважно, короче. И так. С сыном можешь даже жить, пока репутация в норме. Но никак не влияешь на воспитание. Это мы берем на себя. И сам себя кормишь и поишь, плюс выполняешь поручения. А там посмотрим. – Дин кратко кивнул, давая понять, что он со всем согласен. – Вот и отлично. Сейчас выходим и уезжаем. Остальное потом договорим. А то как бы религи с подмогой не вернулись. – Она кротко свистнула и, сделав рукой круг над головой, повернулась в сторону коридора на выход.

Все в комнате так же направились к выходу. Германа с поникшей головой, держа за плечи, подталкивали двое бойцов. Дину даже стало жалко его и захотелось как-то поддержать хотя бы словом, но он понимал, что это будет выглядеть как издевка. Они с Тиком, который сильно прижался на секунду и сразу отпрянул, шли вместе в окружении солдат в черной форме.

Пройдя длинный коридор, они спустились на первый этаж и вышли через ту же дверь. На улице в зеленом камуфляже их ждали еще несколько бойцов Ордена, которые, дождавшись когда они пройдут всей группой мимо, замкнули шествие, прикрывая спины.

Они прошли вдоль еще одного длинного дома до перекрестка широкого шоссе с узкой дорогой и Дин увидел четыре черных фургона с улыбающийся рожицей на бортах.

– Ну вот, Тик. Я же обещал тебе года два назад, что когда-нибудь мы все таки прокатимся на машине. – он, улыбаясь, посмотрел на сына, но тот, подходя, лишь зачарованно рассматривал вблизи боевые фургоны Ордена Алис.

Глухо завелись двигатели, выстрелив облако черного дымы через трубы, от чего Тик дернулся, испугавшись, но тут же с улыбкой и горящими глазами посмотрел на Дина. Тот еще шире улыбнулся в ответ.

Солдаты открыли задние двери фургонов.

Дина с Тиком несильно подтолкнули сзади к одному из фургонов, в который уже зашла Миа.

Германа же, идущий до этого совсем недалеко от них, отделили и подвели к другому фургону. Дин провожал его взглядом, но Герман даже не поднял глаза, а обреченно смотрел только себе под ноги. Уже залезая в микроавтобус, Дин глянул на него в последний раз – ему помогали забраться в машину. В его движениях была видна некая вялость и отрешенность.

Водитель был отделен от пассажирского отсека стенкой, вдоль бортов внутри фургона были установлены железные лавочки и левая уже была занята четырьмя бойцами с сидевшей посередине Мией.

– Садитесь. – улыбаясь, показала девушка на лавочку напротив. – Поговорим по дороге.

Они сели на середину лавочки, два бойца пристегнули их ремнями и двери с лязгом захлопнулись, погрузив фургон в темноту на пару секунд, но он тут же осветился внутри тускло-красным светом из потолочных ламп. В таком свете лица сидевших напротив людей и даже Мии выглядели немного неестественно и жутковато.

– И не переживай за Белого, Дин. – продолжила мягким тоном Миа. – Вас бы не взяли в Башню. Тебя то уж точно. Слухи, что можно получить все что хочешь за спасение Белого, специально разносят по городам, чтобы спасали, если что. Да и вообще, политика такая у них. Но всех помогающих потом убирали. Лишних в Башню не пускают, Дин.

Она опять улыбнулась, и в этом красноватом тусклом свете ее улыбка выглядела не такой доброй, как ее голос, но Дин взял себя в руки и отогнал нервозность – ведь это Орден Алис, им можно доверять.

*****

Макс вышел из лифта и, пройдя в конец длинного коридора, подошел к двери своей квартирки. Оглянувшись еще раз на темный угол с выходом на пожарную лестницу, он, открыв дверь, зашел и закрылся на все замки.

Медленно входя в комнату из маленькой прихожей, на ходу сбросил с себя черный комбинезон на пол и плюхнулся на диван.

Проморгался от щекочущей пыли в глазах, день сегодня был жутко выматывающий. Снял очки дополненной реальности и потер с силой глаза, сев на край кровати. Очки засунул под подушку, небрежно, но плотно накрыв сверху еще и одеялом. Облокотился подбородком на кулаки и минуту смотрел на стену напротив.

Боковым зрением он выверял расстояние до угла комнаты, где висела бельевая веревка прямо под потолком.

Резко поддев ногой комбинезон, Макс точным движением отправил его на веревку, где он повис, раскачиваясь, на одной штанине.

Вскочив, сделал круг почета по комнате, накинув майку на голову, как видел на видео делали когда-то футболисты. Подбегая к комбинезону, он поправил его ровнее, накинув на веревку вторую штанину, тем самым полностью закрыв обзор видеокамеры в углу комнаты под потолком.

Немного взбодрившись от воображаемого футбола, он подошел к маленькому холодильнику, открыл и вынул из полки в двери бутылку воды, прошел в санузел, умылся и, вернулся в комнату, по пути жадно глотая воду с металлическим привкусом из бутылки.

Сев на кровать, запустил руку под нее и оторвал, приклеенную на двухсторонний скотч узкую маленькую картонную коробочку. Из нее он вытащил четыре пластиковые карты с фотографиями разных людей. Это были всем известные в Башне главы разных подразделений Белых.

Со дна коробки он вынул четыре чипа, подсоединил один из них к взятому с тумбочки планшету через связку переходников. Так же подключил к планшету чип с одной из карт Белых. Запустил на планшете программу и информация с карты начала копироваться на пустой чип. Через две минуты программа издала слабый писк, сообщая об окончании копирования.

Макс аккуратно поддел тонкой отверткой чип на карте, стараясь не повредить края пластика, вынул его, и вставил свой чип. Посмотрел на результат. Карта выглядела, как обычная, чип встал, как влитой. Но теперь он передавал геоданные владельца карты, куда надо. Тоже самое он сделал и с остальными тремя картами.

По окончании полюбовался результатом и убрал все обратно в коробочку, приклеил ее под кровать и, достав очки, надел их.

Включил календарь, на противоположной стене высветился виртуальный график работ. Завтра он убирается в кабинете человека со второй карты. Через три дня в кабинете с первой переделанной карты. Отлично. За две недели он заменит карты у всех.

Останется только ждать, когда они соберутся на выезд из Башни после этого. А там их уже встретят.

Макс улыбнулся, глубоко вздохнул, успокаивая волнение, и улегся на кровать.

– Так, что там еще Годман написал? – сказал он вслух и очки отобразили на потолке тринадцать названий книг. – Давай третью.

Season #3 Episode #1

– И что дальше? – Андрей нарушил тишину. Они ехали в город уже минут двадцать и Вика за это время не произнесла ни слова. Но он видел, что она сильно нервничает – костяшки пальцев побелели, настолько она сжимала руль. Андрей и сам еле сдерживал себя и каждую секунду ожидал увидеть на дороге мчащиеся навстречу к месту происшествия или уже догоняющие их cзади машины спецслужб. Поэтому напряженно переводил взгляд от обзора дороги впереди на правое боковое зеркало заднего вида.

– Мне… – выдавила из себя Вика хриплым голосом и, откашлявшись, нервно сглотнула. – Мне сказали забрать у вас портфель.

– Каким образом? Попросить? – Андрей усмехнулся, прижав неосознанно портфель сильнее к груди, больше для самозащиты, чем от желания его не отдавать. – Взять с трупа?

– Я.. Я не знаю. – Он отметил, что Вика на грани истерики. – Просто сказали забрать портфель! – она начала повышать голос, словно защищаясь.

– Ладно. Тише. Спокойней. Мы все на взводе, но давай возьмем себя в руки. Все будет хорошо…– Андрей показательно медленно и глубоко набрал в легкие воздуха и с шумом выдохнул. Стало легче и самому. – Кто сказал забрать?

– Смс. – ее голос стал ровнее, но руль она стискивала все с той же силой.

Андрей перевел взгляд на дорогу.

За окном мелькали деревья, сквозь которые проглядывались высокие заборы коттеджных поселков. Он хорошо знал эту область.

– «Можно было бы обойтись и без фургона. Сам бы доехал.» – промелькнула совершенно ненужная мысль. До города оставалось уже совсем немного.

– Шантажируют? – продолжил Андрей совсем уж вкрадчивым и сочувствующим голосом. Вика только кивнула. – Чем?

– Тем же, чем вы завербовали. Только детальнее и глубже. – она на секунду, повернувшись, посмотрела Андрею в глаза и этого было достаточно, чтобы отметить в них истерику на грани паники.

Андрей попытался вспомнить, за что ее приняли, но, кроме особо приближенных к себе коллег и заместителей, он вообще мало обращал внимания на сотрудников в управлении.

– Я очень хорошо нахожу уязвимости в системах. – помогла воспоминаниям Вика. – Поэтому до вас находила их в банках и всем, что приносит деньги.

– А-а-а, ну да. – Андрей сделал вид, что вспомнил, но решил не уточнять детали. – В офис меня подбрось.

– А портфель? – голос Вики прозвучал робко и жалобно.

– Я сам разберусь с ним. Можешь им ответить, что он остался у меня.

Забрав в офисе свои смартфоны, планшет и ноутбук, он быстрым шагом вышел из кабинета, отмахнувшись от секретарши, которая начала что-то говорить, и спустившись по лестнице, вышел на улицу.

Солнце уже ушло из зенита и на улицы опустились тени от плотно стоящих офисных зданий. Тем не менее до темноты было еще далеко и воздух наполнял плотный жар от раскаленного за день асфальта. Андрей посмотрел на часы – 18:07. С момента отъезда из офиса в бункер прошло всего пять часов. А будто было в другой жизни… Андрей почувствовал, как от всплеска адреналина и страха опять тошнота подкатила к горлу, и он резко выпрямился и с усилием сглотнул, чтобы сбить позыв. В голове, как фильм, пронеслись ускоренной перемоткой все события с момента выхода из офиса. Пять часов! Всего пять часов прошло! Бункер, президент, убийство прямо перед его глазами, расстрел коллег, трупы…

– Кхм… – тактичный кашель охранника, державшего открытую дверь Мерседеса, прервал погружение в воспоминания. Андрей проморгался, сфокусировал взгляд на охраннике, буркнул «Спасибо» и плюхнулся на заднее сидение. Дверь мягко закрылась, тихо прожужжав доводчиками, охранник сел на переднее пассажирское кресло и водитель плавно отъехал от бордюра.

– Домой. – в полголоса приказал Андрей, включил на фоне Бизнес-радио и взял Его портфель. Черный кожаный портфель. Нажав на замок, открыл его и вытащил черный ноутбук. Повертел в руках – обычный недорогой простенький. Странно, он ожидал увидеть какой-то высокотехнологичный ноутбук в стальном корпусе. Открыл его и увидел окно для ввода пароля. Решив не рисковать подбором паролей, чтобы не заблокировать, убрал в портфель, в котором больше ничего не было, и посмотрел на свой айфон – 237 сообщений с разных мессенджеров и почт.

Разбор сообщений отвлек его, но панические атаки гуляли где-то рядом, он чувствовал их подсознательно, стараясь с головой уйти в смысл писем, но мозг настойчиво возвращал его к событиям сегодняшнего дня и пытался построить план своих дальнейших действий, если за ним приедут. А кто приедет первым? От маски? Или спецслужбы? Андрей отложил смартфон – он не мог сконцентрироваться, посмотрел в тонированное окно и увидел, что они уже въехали в поселок и медленно проезжали мимо соседских коттеджей.

– Сегодня больше не нужны. – приказал Андрей охраннику, открывшему ему дверь, и с двумя портфелями подошел поднялся по ступенькам крыльца своего дома. Открыл дверь, зашел, и бросив портфели на комод при входе, резко замер – в воздухе явно чувствовался чужой запах парфюма. Из открытой двери из кухни вышел крепкий высокий лысый гладковыбритый мужчина в черном костюме и белой рубашке.

– Здравствуйте. – грубым хриплым голосом попривествовал он Андрея. – Не бойтесь, служба безопасности. Проходите.

– Не дом, а проходной двор. – зло ответил ему Андрей, скрывая испуг.

Сверху послышались шаги и полестнице со второго этажа спустился еще один крепкий мужчина в черном костюме.

– И что это значит? Обыск? – Андрей решил атаковать.

– Нет, что вы. Просто осмотр территории на предмет безопасности. – спокойно парировал первый мужчина. – Проходите в гостиную. – он показал рукой направление.

– Я в курсе, где в моем доме моя гостиная. – сделав жесткий акцент на каждом слове, ответил Андрей. Он прошел по коридору и вошел в комнату с камином и окном во всю стену. В кресле спиной к окну и лицом ко входу сидел глава службы государственной безопасности, тот самый небольшой лысеющий человек в возрасте в черном костюме, у которого Андрей был четыре дня назад. Перед ним на журнальном столике лежал ПМ Андрея с аккуратно расставленными патронами вдоль лежащего рядом магазина.

Андрей, тихо поздоровавшись, сел в кресло напротив и пристально посмотрел ему в глаза, в которых не читалось совершенно ничего – ни злорадство, что Андрея поймали, ни жалости, ни усталости от последних событий. Абсолютно холодный непроницаемый взгляд.

– Ну что, Андрей, как съездил? – равнодушным тоном начал разговор глава безопасности.

– Никак. – ответил так же тихо и равнодушно Андрей.

В комнату вошел первый охранник и протянул главе два портфеля.

– Какой наш? – поднял взгляд глава и охранник опустил руку с портфелем Андрея.

Он взял черный портфель, вытащил из него ноутбук и, открыв, постучал по клавиатуре.

– Да, это он, все нормально. – кивнув головой, глава безопасности отдал нотубук охраннику и обратил взгляд на Андрея. – Зачем лукавишь?

– И что дальше? – оставил без ответа вопрос Андрей, пытаясь в голове понять, к чему все идет.

– Ладно, без игр. – пожилой мужчина откинулся в кресле. – Все довольно серьезно.

– Куда уж серьезней! Вы в курсе, что там произошло??!! – не выдержал Андрей.

– Конечно. Но это не важно. Тем более, что это было частично спланировано нами. – он ухмыльнулся глядя прямо в глаза Андрею.

– То есть? Как спланировано??? – Андрей опешил и даже привстал с кресла. – Убийство президента??? – Он почувствовал, как его за плечо усаживает обратно в кресло мощная рука охранника.

– Это был всего лишь двойник. Неужели ты думаешь, что в нынешней ситуации настоящие президенты так просто разгуливают по каким-то совещаниям. – глава опять ухмыльнулся. – Они все надежно спрятаны.

– Зачем тогда это все было нужно? – Андрей потерял смысл происходящего. – Из-за ноутбука? Почему не забрать его более легким способом? При чем тут вообще я?

– Это не важно, Андрей. Нам нужно было проверить некоторые моменты и мы их проверили. – глава медленно поднялся с кресла. – Это наши дела. Заодно убрали, воспользовавшись ситуацией, лишних, в ком нет уверенности. – он хрустнул костяшками пальцев и облегченно вздохнул. – Куда ты собирался отдать портфель?

– Не знаю. Просто взял. Может вам, может в свою службу на разбор, чтобы понять, зачем он нужен был маске. – соврал Андрей, глядя в окно на начинающее темнеть небо.

– Ясно. – мужчина подошел к бару, посмотрел напитки, поднимая их за горлышко.

– «Сука, чего ж вас так тянет к моему бару!» – секундная ярость пронзила Андрея, но тут же исчезла. Но он чувствовал, что глава хочет сказать что-то важное Андрею, но либо собирается с силами, либо не знает, может ли сказать. Вряд ли этот человек из тех, кто собирается с силами перед важным разговором. Значит думает, стоит ли доверять Андрею и говорить. Пауза затянулась.

– Налить? – внезапно спросил глава.

Андрей угукнул. – Виски…

Пожилой мужчина сел напротив в кресло, протянув Андрею рокс с виски, и пригубил из своего бокала.

– Короче, – Андрей заметил, что глава сделал некоторое усилие над собой, чтобы начать. – Суть того, что говорилось в бункере тем не менее правдива. Мы начинаем полномасштабную изоляцию страны от внешнего мира. Все страны начинают. Эти все политические игры, этот театр для народа, уже всем порядком надоел. И очень давно. Все всё понимают. Открытые границы не наш путь. И тем более виртуальные. С этим согласились все основные главы государств. Нельзя давать столько свободы, это приводит к хаосу и анархии в головах. И чем умнее голова, тем к большему хаосу она может привести. Не говоря о группе таких. И эта маска лишь первый такой глобальный звоночек. Дальше будет хуже. Но мы не желаем терять то, что имеем. И как ты понимаешь, я не про бабки. – Андрей кивнул, начиная понимать, и глава удовлетворенно откинулся на спинку кресла. – Я про наше положение в принципе. Мы – это мы. Остальные – всего лишь остальные. Они начали забывать, что они лишь обслуживающий персонал. Так было всегда с появления первого в истории лидера своей небольшой группы. И так шло через века. – Андрей даже не пил, чтобы ненароком не отвлечь главу от монолога. – Поэтому через два дня начинаем изолировать интернет. Физически. Подготовка групп и аппаратуры уже идет полным ходом. Аэропорты и вокзалы уже все закрыты как три часа по всей стране, мы вбросили новости о ненадежности пилотирования в связи с маской и хакерами. Пришлось даже уронить пару самолетов. Но это не важно. Границы закрыты. – Андрей понял, что за последние пять часов мир перевернулся и надо было дочитать все сообщения на айфоне до конца. – Но главное мы сами тоже входим в изоляцию от страны.

– В смысле? – Андрей поднял брови. – Не понимаю.

– Мы закрываем центр города и начинаем строительство своей общины элит обособлено от народа. – спокойно ответил глава безопасности.

– Это как? – Андрей недоумевал. – Город в городе?

– Да. Города в городах. В основных городах станы. – так же безразлично отметил мужчина.

– И вы думаете, что несколько десятков миллионов граждан спокойно к этому отнесется, а не снесет волной баррикады, или что вы там построите?

– У нас есть армия, оружие, техника и технологии. И разработанный план. У них его нет. Да и многие, уверяю, добровольно захотят нам помогать и служить за обещание будущего спокойствия. Мы умеем обещать. – он ухмыльнулся. – Люди готовы за мифическое светлое будущее на многое, проходили, знаем. Да и потом у них без нас будет своих проблем предостаточно. Запасы еды не бесконечны, в отличие от наших. Они вернутся в каменный век после того, как все у нас будет готово.

– Понятно. – кивнул Андрей, улыбнувшись, хотя внутри его клокотало негодование и злость. Он не мог понять, почему, ведь он в команде элиты и вроде все хорошо. Но тем не менее злость начала переходить в ярость – они решили бросить всех. Всех! – А что в итоге потом с людьми?

– Не важно. Они хотели свободы, пусть обретут. – он равнодушно пожал плечами. – Полную свободу. Нам все равно. Главное, что мы будем в своем мире. В том, каким он и должен быть.

– Я, как понимаю, в деле. – с напором на утверждение спросил Андрей.

– Ну не в элите, но в среднем менеджерстве. – сипло засмеялся глава безопасности. – Ты же понимаешь. Но зато ты с нами, в безопасности и приближен к элите.

– «Сука, в жопу засунь свою элиту!» – про себя закричал Андрей, но вслух надо было быть политичным: – Хорошо.

– Но это не снимает с тебя задачу по расследованию маски. План с расследованием теперь перешел в разряд Б, но тем не менее, если все разрешится и проблема исчезнет, то план А с изоляцией нас от общества может и остановится. Если ускоришься.

– Понял.

– Да, и еще. – пожилой мужчина поставил недопитый бокал на столик. – На тебе еще будут пиар, патриотизм и отвод внимания народа. Необходимо вбрасывать успокаивающие тематики в рунет пространство, пока мы изолируем себя физически. Чтобы и правда нас не снесли. – он встал.

– Но.. Маска следит за ложью. – Андрей тоже поднялся с кресла.

– Это не важно. Андрей. Это необходимость ради будущего спокойствия.

– «Это манипуляция! Старый ты хер!» – крикнул опять про себя Андрей в лицо пожилому мужчине, сжимая кулак.

– Подумай, как это делать максимально безопасно для себя. Ну ты не мальчик, не мне тебя учить. – продолжил глава безопасности и направился к выходу.

Андрей молча пошел за ним. Он был выше его на полторы головы и смотрел ему не в спину, а сверху на блестящую лысину с редкими, зачесанными набок, жиденькими волосиками.

Прямо перед выходом глава резко обернулся и посмотрел снизу на Андрея.

– Чуть не забыл. Без этого ты в городе никто. – он протянул белый конверт. – Держи всегда при себе. Это и свободный проход по городу, если остановят солдаты или полицейские, и, главное, проход в центр. Только вот вряд ли это спасет тебя от народа. Поэтому рекомендую, когда начнется уже все по-настоящему, забыть про езду на дорогих машинах. И вообще постарайся не выделяться в толпе. И обезопась дом или себя, проходной двор какой-то. – он ехидно улыбнулся.

Андрей взял конверт и недоуменно посмотрел на главу безопасности: – А…

– А когда уже у нас все будет готово, мы позовем. – Андрей кивнул и глава с охранниками вышел, аккуратно закрыв дверь.

Андрей смотрел на дверь невидящим взглядом. В голове была каша из мыслей, которые он не мог остановить, паническая атака уже приближалась, он чувствовал, как леденеют кончики пальцев и потеют ладони. Он присел на пуфик у двери и хотел потереть с силой лицо, но ему помешал конверт.

Покрутив его в руках, рассмотрел со всех сторон и аккуратно вскрыл – внутри лежала черная пластиковая карточка с его фотографией и встроенным чипом, похожим на чип с банковских карт, но немного большего размера. На обратной стороне в середине был белый треугольник.

Он с силой выдохнул, вложив в него все переживания за день, и вытер выступивший пот со лба.

Season #3 Episode #2

Андрей сидел в кресле гостиной и уже два с половиной часа разгребал рабочие сообщения и новости в мире и чувствовал, как волосы встают дыбом от того, что произошло всего за пять часов его отсутствия.

Громкие заголовки в новостных лентах сменялись с невероятной скоростью – разбилось два наших самолета и три поезда, подъезжающие к границам страны, и все федеральные каналы заявили о хакерской атаке. В интернете новостные сайты поддерживали эту версию, ведь им нельзя было говорить о маске прямо. В Телеграме в большей части подконтрольных каналов пошел вброс про согласие о хакерской атаке, но потому что в самолетах были чиновники, которых захотела убрать маска и, так как многие из власти сейчас в панике разбегаются, летать крайне опасно. И поэтому правительство запретило полеты и вообще любые транспортные выезды и въезды из страны. Границы закрыты для обеспечения безопасности до полного разбора с ситуацией.

– «Не плохо.» – похвалил про себя пиарщика Андрей. – «И запретили и себя, типа, подняли в глазах. Заодно оправдали дальнейшее закрытие интернета. Нормально. Но как бы не взорвалось.»

При этом билеты и затраты будут в дальнейшем компенсированы всем – прочитал он на некоторых ресурсах.

– «Хах, ну да, конечно.» – усмехнулся он, делая глоток виски из рокса. – «С другой стороны есть что пообсуждать, поспорить, посомневаться. Подождать будущего.»

Судя по комментариям, люди больше с пониманием к этому отнеслись, хотя и посетовали на сгоревшие билеты. Ну по крайней мере не было настроения выйти на улицы, как в других странах, где накал страстей был выше. А эти новости ужасали много больше – там и выходили миллионными толпами на мирные митинги, требуя отставки правительств, в других странах устраивали революции, закидывая камнями бойцов полиции и армии, сжигая машины и здания, в третьих государство сразу пошло в контратаку, арестовывая и даже расстреливая мирных граждан в попытках разогнать митинги. Полмира захватило восстание.

Но у нас возможно все еще впереди. Сегодня ночью или уже завтра интернет наводнится разоблачениями, интригами, постами и видеороликами лидеров скептических мнений и оппозиции, теоретиков заговоров и многих других, и это может стать спичкой, поднесенной к канистре с бензином.

Два дня и интернет будет изолирован, начнутся блокировки, аресты, но успеет ли это что-то изменить? Надо блокировать связь полностью и всю. Не оставлять даже внутреннюю.

Это, конечно, не остановит, но сильно задержит по времени передачу информации, а значит и организацию.

Андрей глотнул из стакана воздух – напиток закончился. Он резко вскочил и пошел по гостиной по кругу, пытаясь справиться с волнением – не каждый день мир меняется за несколько часов на твоих глазах.

– «И так…» – он потер лоб, продолжая ходить кругами вокруг кресла. – «Суть в том, что все идет в жопу. Глобально и мощно. И везде. Даже, сука, не свалишь!» – он подошел к бару и налил еще виски. – «Наши тоже могут кинуть, но пока надо делать вид послушной собачки и смотреть по ситуации.»

Андрей на очередном круге захватил айфон и открыл Телеграм: еще в одной стране начались спонтанные митинги молодежи с полицией. Пролистав вниз по перепискам и каналам, он нашел Витю.

– «Кто сейчас за пиар, повестки и внимание отвечает?» – набрав быстро, отправил он сообщение.

– И так, – повторил он уже вслух, медленно накручивая шаги по комнате. – Вытаскивание денег пока теряет смыл, валить некуда, да и бабло не поможет. Если все вернется, как было, то тогда решу, а если план А реализуют, то в в них смысла не будет. Ок, минус один пункт. – он пытался структурировать мысли. – По маске тухло, зацепок пока нет. По пиару все понятно. – он дошел до кресла и сел, отхлебнув глоток из бокала. – Но в целом по ситуации нихуя не понятно…

– «Дмитрий» – прислал Виктор контакт с номером телефона. Андрей посмотрел на часы: 23:57 – поздновато для знакомства. – «Назначь встречу с ним на завтра! Срочно!» – ответил он сообщением.

Несмотря на загруженность проблемами, Андрея почувствовал укол одиночества, пробившийся через рой мыслей в голове. Сейчас очень не хватало Алисы рядом – она всегда успокаивала его своим присутствием, логикой, размеренностью и умением выслушать. В моменты сильной загруженности, он просто мог долго рассказывать ей о своей проблеме и она никогда не задавала глупых вопросов и не спорила, а может даже и не слушала, а думала о чем то своем, но часто выдавала какие-то легкие и нестандартные советы, которые он не видел, уже загрузившись ситуацией в поиске многоходовок и сложных планов, растущих в голове, как снежный ком. С ней всегда было легко и надежно. Все таки человек зависим от социума, и не важно нужна ли ему толпа, кто его поддерживает или один человек.

– «Ладно, подумаем утром…» – прервал он лирику в голове.

Город стоял в десятибальных пробках. Навигатор показывал, что множество улиц в центре перекрыто и, если бы не мигалка, нормально передвигаться было бы невозможно – навигатор не врал. Водитель гнал по встречке в сторону центра в потоке таких же черных служебных машин с мигалками. При приближении к центру встречка из центра становилась все свободнее, пока совсем не опустела.

Изредка навстречу по правой полосе проезжали черные автомобили с выключенными мигалками. При подъезде к центру цепочка автомобилей впереди замедлила движение и они остановились. Андрей выглянул вперед между передними сидениями и увидел, что за несколько километров до центра города главное шоссе перегорожено военными броневиками в обе стороны.

Водитель вопросительно посмотрел на Андрея.

– Едем. – приказал он.

Они медленно продвигались в очереди и впереди явно был КПП, на котором часть машин пропускали между броневиками, но некоторые после коротких пререканий разворачивались.

Андрей пристально наблюдал за машиной впереди, когда она подъехала к пропускному пункту. К ней подошли три бойца в полном снаряжении и балаклавах, коротко что-то обсудили с водителем и показали рукой в обратную сторону. Задняя дверь открылась и выглянул упитанный в черном костюме мужчина. Он был сильно взволнован и было видно даже из машины, как напрягалась его шея, когда он что-то объяснял солдатам, активно жестикулируя, но те не сменили позиции, а еще раз рукой показали ехать в обратную сторону. Мужчина сел в машину и с силой захлопнул дверь. Черный мерседес развернулся и с резким ускорением поехал прочь.

– Ну послушаем, что нам скажут. – попытался он поддержать позитивную атмосферу веселым голосом в салоне, чувствуя, как напряжены водитель и охранник. Они медленно подкатились к солдатам.

– Пропуск. – равнодушным тоном обратился боец, заглядывая в открытое окно, быстро осматривая всех сидящих. Водитель показал ксиву. – Это не работает. Еще есть что-то?

Андрей с заднего сидения протянул свое удостоверение.

– Тоже не то. Разворачивайтесь.

– Ты охренел?! У меня важная встреча! Ты не видишь, кто едет? – Андрей вспылил, указывая пальцем на свое удостоверение в руках проверяющего.

Боец устало вздохнул, закатив глаза, и продолжил спокойным голосом:

– И это не работает. Спецпропуск есть?

Андрей вспомнил про черную карту с треугольником.

– Стоп. А это работает? – Быстро достал ее из портмоне и протянул через водителя.

Солдат взял карту, провел, висевшим на разгрузке, сканером по чипу и протянул обратно, посмотрев на мониторе.

– Это работает. Проезжайте. – он махнул рукой и броневик отъехал вбок, освобождая дорогу.

Проехав вперед, они уперлись еще в один кордон с военными, где их вежливо попросили выйти из машины. У охранников забрали оружие, положив в пластиковый контейнер, машину обыскали.

– Такие инструкции. – равнодушно буркнул боец в балаклаве, возвращая вещи из карманов Андрея. – Можете ехать дальше. Но технику заберете на обратном пути. – Андрей кивнул головой. Военный сложил все гаджеты к пистолетам в тот же контейнер, подписал на стикере номер машины и передал другому солдату.

Центр выглядел непривычно пустым. По дорогам проезжали редкие автомобили в основном с мигалками и военные броневики, но было много автобусов, припаркованных одним за другим вдоль тротуаров на протяжении всей дороги с обоих сторон. Между ними были видны патрулирующие солдаты. Таким Андрей не видел центр никогда. И вроде обычный вид перед каким-нибудь митингом или шествием, но вид закрытых магазинов и ресторанов, пустых дорог и тротуаров сильно угнетал.

Медленно проезжая мимо жилого дома старой постройки, Андрей увидел, как военные выводили стройной цепочкой из подъездов жильцов в автобусы. Монотонный голос, усиленный громкоговорителем в руках бойца, с электронным хрипом повторял текст про временную эвакуацию, важность взять с собой документы и безопасность вещей в квартирах. Но в лицах людей был виден рассеянность и страх. Андрея удивляла смиренность людей, ни кто не спорил, не ругался. Они просто шли друг за другом.

Из окна автобуса, смотря будто сквозь тонированное стекло Мерседеса, прямо в глаза Андрея, их провожала взглядом девочка лет семи-восьми, сжимающая у груди какую-то волосатую кислотно-зеленую игрушку. Это было как-то жутко неуютно, и он перевел взгляд на огромный рекламный монитор.

– Ох-ре-не-ть… – удивленно произнес Андрей, увидев на экране сидящего за массивным столом на синем фоне президента, говорившего что-то со свойственной ему жесткой мимикой.

Андрей даже открыл окно, ожидая услышать речь из динамиков, но информация доносилась лишь титрами под изображением главы: «…соблюдайте спокойствие и не поддавайтесь на провокации. Мы обеспечиваем вашу…» – успел он прочитать и экран остался позади.

Остановившись у нужного дома, из машины сразу выскочил охранник, осмотрелся и открыл дверь Андрею.

– Со мной пойдешь. – буркнул он телохранителю. Зайдя в просторное и пустое фойе офисного здания, они поднялись по широкой лестнице, покрытой красным ковром, на второй этаж и уткнулись в двух бойцов в городском камуфляже.

– Мы к Дмитрию. – Андрей показал пластиковую карту и заодно свое удостоверение.

– Туда. – махнул боец на дверь в конце коридора, доложив о приходе в рацию.

Открыв тяжелую резную дубовую дверь, Андрей вошел в большой зал, который создавал довольно противоречивые ощущения. Высокие белые сводчатые потолки, огромные окна во всю стену, красные бархатные шторы с кисточками, на стенах деревянные панели. На фоне интерьера сороковых резко контрастировали множество развешанных больших мониторов, собранных в единую систему, показывающие бегущие строчки, видео и графики, стеклянные столы с ноутбуками и компьютерами, комнату заполнял тихий звук электронной музыки. Странность добавляли девушки за рабочими местами в нижнем белье.

Он обратился к ближайшему мужчине за столом:

– Где Дмитрий? – тот, не открываясь от монитора, кивнул головой в центр зала.

Огибая столы с людьми, Андрей с охранником дошли до круглого стола в центре комнаты, за которым сидел в кресле парень лет 25ти в шортах, майке, забитыми татуировками руками и бейсболке, закинув ноги в массивных ярких кроссовках на стол.

– Дмитрий где? – не здороваясь, обратился к нему Андрей, опять начиная терять терпение.

– А че надо? Я Дмитрий. – парень бодро вскочил, едва не уронив ноутбук с коленей. – Кто такие? А, ну да. Ты «утренний звонок в такую рань господню Андрей»?

– Смешно. Весело. Юмор. – без тени улыбки серьезным тоном ответил Андрей. – Да. – он пожал Дмитрию руку и, сев в свободное кресло, показательно осмотрелся вокруг. – Смотрю у тебя тут своя униформа у некоторых? – кивнул он в сторону проходящей мимо девушки.

– Своя атмосфера для креатива. – усмехнулся Дмитрий, смахнув быстро со стола на пол белую пыль.

– Оно и видно. – Андрей рассматривал собеседника. – Хорошо у мужиков такой нет… Как-то я тебя по другому представлял. Не молод ли такое вести в такое время?

– Пффф, да хорош. Кто в наши дни оценивает по виду. Я в лучшие свои годы так-то создал по сути все наши оппозиции и большую часть блогеров, которые теперь миллионники. Охуенное время было. Было, где развернуться хоть. Не то, что сейчас.

– Ну тогда неплохо сохранился. – кивнул Андрей, поняв уже по его лицу и появляющейся седине в бороде, что Дмитрию скорей всего не меньше тридцати пяти, а то и больше. – Какой план?

– Как и в последние годы – отвлекать, развлекать, нагнетать. – он откинулся на кресле, опять закинув ноги на стол. – Все та же скука-сука-скукотень.

– Президент на мониторах?

– Забавная отсылка, да? Пол инета в мемах на эту тему. Завтра еще выйдет на экранах телебашни и на самом высоком небоскребе в сити.. – он потер глаз. – Забыл как называется. Да не важно. Десять этажей экран. Плюс все остальные экраны на домах, какие есть. Нормально отвлекает. Тут мир меняется, а они мемы строчат.

– Еще что?

– Еще отрабатываем защиту государственного строя от посягательств внешнего врага. Все по методичке. – недовольно пробурчал Дмитрий. – Угроза нападения на город, вывод людей в безопасное место, интриги, разоблачения, бла-бла-бла. Что заказывали, то и делаем. Лена! Кофе! – крикнул он в никуда. – Будешь? – Андрей отрицательно качнул головой и Дмитрий продолжил. – Так вот, сегодня выйдут уже посты и видео блогеров с намеками на всю эту хрень и мнением, что надо делать. Оппозицию тоже подключили. – он улыбнулся, заметив поднятую бровь Андрея. – Не парься, все ок, во всем, конечно, виноваты власти, но, типа, временно надо потерпеть неудобства и лучше свалить из города, пока тут всех не перемочат или не разрулится как-то. Забьем все эфиры. Вы просили освободить спокойно центр, мы делаем.

– Я не просил. – отметил Андрей.

– Да, понятно, что не ты. Ты такой же, как я, исполнитель. – он ехидно улыбнулся.

Андрей пытался понять его, но кроме раздражения от напыщенности и странного веселья Дмитрия в нынешней ситуации, пока не испытывал ничего. Хотелось ударить его по лицу, сбив эту гребанную бейсболку, чтобы вернуть его в реальность.

– Небось не в своей тарелке сейчас? – Дмитрий продолжал источать жизнерадостность. – Спокойная жизнь, бабосики капали, карьера росла, и на тебе, все рушится, как карточный домик?

С этим Андрей не мог не согласиться, но ничего не ответил.

– Забей, начинается самое веселье. – он проводил взглядом упругую попу в стрингах, принесшей кофе девушки. – Там за периметром.

– Меня пригласили внутрь. – Андрей дал понять, что он на короткой ноге с верхушкой.

– Ой, да ладно. – засмеялся Дмитрий. – Сейчас ты им нужен, чтобы, возможно, не пришлось доводить до конца план А, который когда-то был Б. Да в жопу обозначение. Его все равно уже не остановить. Мы не найдем маску. А потом мы станем не нужны. Я то точно – там пропаганда уже не нужна. А ты… Ну возьмут Виндоусы переустанавливать, возможно. И то это не точно. Война внутри за теплое местечко уже началась. Там желающих с большей властью хватает и без нас. – он будто считывал мысли Андрея, не боясь говорить их вслух. Дмитрий отпил кофе и, сбросив ноги со стола, поддался вперед: – Мы все нахуй не нужны, Андрей.

– Оптимистичные мысли у тебя для ведения повестки.

– Какая разница, что я думаю и что транслирую в массы. Это вообще ни когда не пересекается в реальности. Когда перекапывали весь город, я убеждал всех, что это облагораживание города, но я ведь знаю, что это была в том числе подготовка к плану Б, который теперь А. – он усмехнулся, игра с буквами приносила ему явное удовольствие. – Ты тоже знал бы, если бы не думал только о деньгах, а смотрел и слушал внимательнее. Но кто ж знал, что это наступит быстрее, чем ожидалось? Они планировали лет через 5-7. И без маски. И не совсем так. Но тем не менее, все стало давно слишком сложно для тех, кто не умеет, а главное и не хочет, разбираться в переменах мира без границ. Ты лишь один из тех, на кого есть мизерная надежда найти маску, или кто там за ней стоит, чтобы вернуть все в план. Но рано или поздно, все равно будет так же. Что ты будешь делать, когда периметр закроется и ты останешься за стеной? – Дмитрий подпер кулаком подбородок и с ухмылкой уставился на Андрея.

Он не знал, что ответить. Представив, что это случится, он – без власти, без охраны и помощников, без денег, без связей и связи, один среди бушующей анархии вокруг. Он слишком явственно это представил и где-то глубоко внутри опять влажной густотой начала подкрадываться паника. Он чувствовал, как она медленно ползет снизу плотным комком к горлу, чтобы перекрыть возможность вздохнуть. Ладони слегка вспотели и он автоматически вытер их о штанины.

– Ладно, – Дмитрий как-то резко, но в тоже время мягко, отсек сказанное выше. – Еще есть время все исправить. Конечно, я утрирую. – Андрей понял, что Дмитрий специально пошел на попятную в нагнетании ситуации и почувствовал благодарность за это. – Но ты все же на досуге подумай, что делать при негативном варианте.

– А ты как подготовился? – Андрей выдавил расслабленную ухмылку.

– Есть местечко у меня в десяти километрах от будущей стены. – он перешел на заговорщический шепот и Андрей придвинулся, разбирая слова на фоне тихих басов. – Вложился несколько лет назад в заброшенный завод с большой территорией. Там, конечно, сейчас все по фен-шую, лофт-офисы для хипстеров. Но уже перестраиваем в свой закрытый городок. – Дмитрий опять откинулся на спинку кресла. – Да это и не секрет. Кому сейчас есть дело до этого? Но это будет мой городок, с моими законами. И, конечно, с блекджеком и шлюхами.

– И за кого ты будешь за основным периметром? – уже улыбаясь по-настоящему от этого странного и нелепого плана, с сарказмом спросил Андрей.

– Да пох. Сам за себя. А там, как пойдет. Это вы планировщики. Вы планируете свои маленькие мирки. – Андрей, не показывая внешне, мысленно закатил глаза от этой отсылки. – А я подстраиваюсь под ситуацию. Заходи как-нибудь, когда останешься один. – он засмеялся. – Если докричишься через мою стену.

– Так ты дай проходку и, желательно, плюс один. – все еще улыбался Андрей, но чувствовал, как внутрь осторожно прокрадывалась обезоруживающая мысль, что даже этот придурок подготовился и сейчас находится в более выигрышном положении вне зависимости от развития событий.

– Я пока дам тебе кое-что лучше. Пошли. Чувака этого оставь только. Пусть подождет, на задницы позырит.

Андрей кивнул охраннику и проследовал между столами за Дмитрием.

Войдя в дверь в другом конце зала, они оказались в небольшой комнате без окон с двумя бильярдными столами, застеленными зеленой клеенкой и яркими лампами дневного света над ними. Четыре девушки в нижнем белье и респираторах фасовали на бильярдных столах белый порошок и разноцветные таблетки из больших пакетов в пакетики поменьше.

– Новая валюта. Бумажки скоро никому не нужны будут. Костры разве что разводить. Многие пока не поняли это, так что можно пока еще все скупать по старым ценам. Дебилы близорукие. – резюмировал свое мнение Дмитрий. – А вот тебе и стартер-пак для постапокалипсиса. – подняв с усилием одну из нескольких черных сумок, поставил на край стола. – Подарок от меня лично, от нашей компании, так сказать, от души душевно.

Андрей открыл молнию, раздвинул края и увидел черный укороченный Калашников со сложенным прикладом.

– Тут тебе калаш нулевый. Смотри, даже с планками! Фонарик нацепишь, лазерную указку, будешь как крутой. Последняя версия, топчик. И скоро будет полезнее айфона. Хотя и сейчас уже как бы… – Дмитрий почесал задумчиво нос. – Там еще под ним три рожка, патронов на запас и вот еще, – взяв из кучи охапку пакетики с порошком и таблетками, кинул в сумку. – Это не отдавай за дешево. Подрастет скоро в цене быстрее, чем крипта. Расфасуй по грамму-два, нормально хватит.

– С чего такая щедрость? – Андрей немного опешил.

– Я уже столько скупил за неделю, армию вооружить можно. Это на подарочки тут оставил. Мой город должен быть защищен, так ведь? – показав кулак куда-то в воздух и не дожидаясь ответа, продолжил: – А просто ты мне нравишься. Еще не потерян для общества. Не галстук прожженный, я это вижу сразу. И деньги еще не совсем испортили. Да и мало ли что, друзья в будущем не помешают. – он подмигнул.

– А ты все же планировщик. – усмехнулся Андрей.

Дмитрий изобразил загадочную улыбку.

– А для ПМ есть патроны? – Андрей решил пожадничать, раз уж есть возможность.

– От ведь какой, все мало. Только для будущих друзей, и только здесь и сейчас. – широко улыбаясь, Дмитрий вынул из стенного шкафа несколько запечатанных коробок и небрежно докинул в сумку. – Да лан, держи еще на сдачу. – в сумку полетел и ПМ.

– И как это вывезти через КПП?

– В заднице, конечно. Думаешь, для чего мы перефасовываем в пакетики поменьше. Сумку сложновато, правда, будет засунуть, – Дмитрий задумчиво почесал затылок. – Но ты уж постарайся. Вон, девочки и не такое уже в себе перевезли. – он кивнул на девушек, продолжающих безразлично к происходящему свою работу, и, не выдержав, громко засмеялся. Андрей не оценил шутку и смотрел на Дмитрия серьезно. – Да не парься. Че ты такой серьезный? – Дмитрий похлопал Андрея по плечу. – В основном на въезд проверяют. Я уже весь склад вывез без проблем. Но, если что, это не мое. – он посмотрел, сжав расстроенно губы, на Андрея несколько секунд, обвел девушек взглядом. – Блин, ну смешная же шутка была. – и театрально закатив глаза, махнул разочарованно рукой. – С юмором у вас так себе.

Андрей был в смешанных чувствах – не подстава ли это. С другой стороны, Дмитрий слишком странный для этого. Да и оружие сейчас не помешает. И да! Надо основательно продумать, что делать при плохом развитии событий. Хоть и ехидные, но доводы Дмитрия лишь укрепили мысли Андрея. И подарок как раз может быть кстати для этого варианта.

– А ведь так и не поверишь, что всего чуть больше недели прошло, да? – задумчиво произнес Дмитрий, провожая Андрея из комнаты.

Андрей вышел с охранником на улицу и, открыв заднюю дверь, поднял на кресле мягкую подножку для ног, запихал под нее сумку и неуклюже плюхнулся на сидение.

– В офис. – приказал водителю и добавил. – Через то же КПП, надо вещи забрать.

Солнце ярко освещало стены домов, пока они медленно ехали по пустынному широкому проспекту. Количество автобусов уже поредело. Андрей рассматривал окна домов – неужели они все скоро опустеют? Кого тут поселят в периметре? Ну миллион-два своих. Плюс военные. Обслуживающий персонал. Врачи. Рабочие. Как будут отбирать людей? За что они будут работать? Как рабы за еду и безопасность? Деньги теряют смысл при таком замысле.

Проезжая мимо площади, Андрей рассматривал пустые, но все же красивые ярмарочные постройки. Над ними развивались разноцветные флажки и гирлянды на натянутых между домами тросах. Только группа солдат в черном камуфляже, патрулирующие площадь, провожали взглядом мерседес Андрея.

И тут же он увидел взрыв яркого пламени и громкий хлопок заставил моргнуть. Водитель вильнул влево от неожиданности и Андрей успел увидеть, как из метро на площадь начала выбегать толпа людей в совершенно разного цвета одежде. Из толпы полетели горящие коктейли молотова в направлении бойцов. Водитель надавил на газ и площадь скрылась за домом, донося автоматные очереди через закрытые окна автомобиля. Андрей вжался в сиденье, но оглянувшись назад, успел заметить, как часть толпы выбежала на дорогу.

Долетев до КПП, водитель лихо подрулил к воротам и, открыв окно, прокричал про вещи и что сзади перестрелка.

– Мы в курсе. Толя! – он посмотрел в блокнот. – Принеси 777мр77! Бегом!

Через полминуты солдат протянул водителю в окно пластиковый контейнер с вещами и тут же сзади тишину разорвала глухая автоматная очередь, многократно отраженная от стен домов, и громкий басовитый хлопок взрыва. И еще один. И еще. Андрей инстинктивно пригнул голову.

– Хрен с вами, ящик обратно завезете потом! – нервно крикнул солдат, закидывая контейнер прямо на колени водителю. – Валите!

– Тыл! Они уже близко! Занять позиции! – уже отвернувшись, кричал он сослуживцам, которые и так уже рассредоточившись, встали на изготовку, прикрываясь техникой.

Перед мерседесом отъехал броневик и водитель со всей мощью шестисотсильного двигателя с глухим ревом, отраженным от стен, рванул вперед за периметр.

– Ебать-колотить. – выдохнул охранник на переднем пассажирском сидении. Андрей не стал уточнять, о чем он – о том как вжало в кресло на старте или про увиденное – но был полностью согласен.

На дорогах стало свободнее. То ли люди все таки доехали до мест работы, то ли плюнули и уехали по домам. Или уже стало ясно, что все меняется и смысла в работе в офисах больше нет. Хотя по радио, по крайней мере, ничего лишнего не говорили. Телевизор тоже обходил стороной громкие заявления, лишь повторяя, как и радио, что центр временно перекрыт. Андрей одновременно слушал радио, смотрел, щелкая по каналам, планшет в подголовнике перед собой и читал новости в интернете.

– Офис. – оторвал Андрея от новостей водитель. Охранник уже вышел, осматриваясь. Они встали прямо напротив входа и охранник после некоторой заминки, открыл дверь и, скомандовав: «Бегом!», тот час же захлопнул ее за Андреем, и, схватив его за плечо, довел до входа. Почти втолкнув Андрея внутрь, сразу же закрыл за ними дверь, крикнув консьержу: – Ключи от входа! Быстро! Я подежурю тут. – обратился он к Андрею.

В офисе, не смотря ни на что, кипела работа. Людей даже стало больше, явно подогнали резервы, к тому же прибавились военные в полной амуниции, дежурившие на лестницах и в коридорах.

– Что у нас? – зайдя в кабинет, он, не здороваясь, обратился к Вите, уже ждущему Андрея.

– Ищем.

– Хуищем! – Андрей стукнул по столу кулаком. Нервы сдали. – Результаты какие??!

Витя вздохнул и отвел глаза.

– Короче, запустили в дополнение к базам голосов с мобильников еще и КГБ…

– Ты не в том году!

– КГБ – это кодовое название. Вы сами дали добро на него. Правда не совсем трезвый, когда… – Виктор запнулся, увидев злой взгляд Андрея. – «Корзина Грязного Белья». Это приемники для цифрового телевидения. Специально же в каждый дом понаставили, отменив обычное телевидение, чтобы иметь дополнение к голосовым записям операторов связи.

– А, ну да. И?

– Запустили поиск по голосу маски с локацией по всем базам. Отфильтровали за пять лет, что позаписывалось. Сопоставили голоса из баз операторов и КГБ. Взяли, что ближе по сроку, по переездам, кто куда…

– Короче!

– Примерно восемь тысяч голосов на 60% подходят по всей стране. 118 на 74-78%. 63 человека выше 90%. Начали с последних. Уже взяли половину, допрашиваем.

– Результат? – Андрей уже предчувствовал ответ.

– Нет пока результата. – Андрей выдохнул, оказавшись прав в предположениях. – Или голос был изменен. Или вообще не в нашей стране. Хер поймешь.

– Херня система ваша! Столько бабок стоило все это – выхлоп ноль! – Андрей еще раз зло посмотрел на Витю, чтобы тот даже не заикнулся сейчас, какой зато материальный был выхлоп с этого проекта. Виктор понял и отвел глаза. – Аресты не останавливать! Все может быть. – Андрей начал успокаиваться. – Дальше что? Какие планы?

– Честно? – Витя посмотрел на Андрея. – Без понятия. Мы все равно, похоже, не успеем. Восемь тысяч арестов по всей стране в нынешней ситуации. Это нереально. Да и наши сотрудники уже на взводе. У них семьи, а они все понимают. Мысли о другом. Мотивация и дисциплина падает. Я чувствую скоро побегут с корабля.

– …бля… – угрюмо повторил последний слог Андрей. – По проверкам ИТ-компаний закончили?

– Да. Тупик. Все чисто до чего смогли добраться.

– Твою мать. – Андрей с силой потер лоб. Витя молчал. – По версии этой… Как ее…

– Вики?

– Да, что по ее теме?

– Копается, но пока не докладывала, значит не нарыла.

– Еще версии у кого есть?

– Да, до хрена всяких, включая чушь. Но стараемся улавливать и в ней логику, мало ли что. Особо вероятные проверяем. Пока голяк.

– Да не может быть, чтобы вот так все скрытно! – Андрею захотелось бросить что-нибудь в стену, но подходящего ничего не было на столе.

Виктор опять замолчал, потупив взгляд.

– Ладно. Первое. Я пока сюда больше не буду приезжать, связь онлайн. Намути какой-то наш собственный защищенный канал. Второе. Собери самых крутых и самых надежных спецов. Мы переезжаем из города.

– А остальные?

– Ну как-то вот так. Пока тут поработают. Мы не можем всех перевести, а головную команду тут опасно уже держать. Я скажу потом тебе, куда чего. Пусть и семьи свои соберут, чтобы голова не болела за них. Это сказывается на работе.

– Понял.

– Через два часа, чтобы был канал и команда. – встав, приказал Андрей и направился к выходу.

– Есть.

Охранник стоял уже у выхода из кабинета и сразу пошел за Андреем. Спустившись к выходу, он приказал двум военным, которые стояли в холле, осмотреть улицу. Подождав минуту у двери и услышав «Чисто», охранник, положив руку на плечо Андрея, подтолкнул его к выходу и быстрым шагом довел до мерседеса, на ходу распахнул дверь и, втолкнув его внутрь на заднее сидение, захлопнул с силой дверь и молниеносно оказался уже впереди на пассажирском месте. Тут же водитель сорвался с места.

– А мы знаем, куда ехать? – спросил Андрей, усаживаясь поудобнее.

– Нет, – спокойно ответил водитель. – Но стоять лучше не стоит.

– Домой. – приказал Андрей, разблокировав айфон.

Season #3 Episode #3

У дома уже стояли два небольших грузовичка доставки.

Дмитрий был прав, надо готовиться к любому варианту.

– Сегодня домой поедете на такси. – Андрей забрал ключ от Мерседеса у водителя. – Пару дней не будете нужны.

– Может я останусь? Не спокойно как-то. – озабочено отозвался охранник.

– Не надо пока. Если что, вызову. – Андрей закрыл автомобиль и пошел к грузовичкам, у которых стояли, покуривая и громко обсуждая происходящее в стране, грузчики.

Зайдя в дом, он открыл с кнопки гаражные ворота и, выгнав на улицу Рендж Ровер, окликнул доставщиков, чтобы они заехали на территорию к гаражу и начали разгрузку.

Целый грузовик бутилированной воды и второй грузовик консервов и другой провизии долгого хранения. Андрей вывалил целое состояние за это в онлайн-маркете по пути домой и пришлось сверху еще немало доплатить за срочность доставки. Но деньги уже не имели значения.

Грузчики бодро таскали купленное в гараж, не прекращая обсуждать новости и свое мнение по поводу политики, что кроется за ситуацией и предположений будущего.

– А вы что думаете? Все идет в жопу? – обратился внезапно к Андрею один из грузчиков, пронося мимо блоки с водой. – Не зря же запасаетесь? – он сложил блоки у стены и, наигранно кряхтя, выпрямив спину, пристально посмотрел в глаза.

– Без понятия. Просто предусмотрительность. – Андрей резким тоном показал, что разговор окончен.

– Ну да, ну да. Хрен вы чего скажите людям. Даже, если бы знали. Живете в своем мирке, на всех плевать. – грузчик улыбнулся с легким призрением.

Андрей хотел было грубо послать его, но, окинув взглядом остальных шестерых коллег, которые не останавливаясь от разгрузки, замолчали, прислушиваясь к диалогу, понял, что вряд ли в нынешней ситуации плохой отзыв в магазин как-то испугает этих крепких парней. А против всех он один не справится и до калаша в мерседесе еще надо успеть добежать, да зарядить.

– Я так же, как и вы, читаю новости и мне не нравится к чему все идет. – добавив в тон максимально вежливости, ответил Андрей, выдержав взгляд грузчика.

– А куда все идет? – не унимался грузчик и, чувствуя численное превосходство, подошел ближе.

Андрей подавил желание сделать шаг назад, чтобы не показать слабость, и уже пожалел, что отпустил охрану.

– Не знаю. Скорей всего никуда и все нормализуется. – он добавил в голос нотку раздумья, пытаясь показать, что он действительно не понимает. – Просто политические игры. А мы, обычный народ, как обычно, пешки и страдаем.

– Ну вы то не совсем обычная пешка. – выделив последние два слова сарказмом с долей издевки, грузчик обвел взглядом гараж, остановив его на мерседесе с мигалкой у ворот.

– Сейчас… – Андрей кашлянул, почувствовав, как осип голос. – … все пешки. Вне зависимости от денег и возможности купить… – он сделал упор на последнее слово. – …мигалку. И мой бизнес так же накрывается, как и у всех. – он решил, что надо немного возвысить их перед собой. – И кто еще будет полезнее в будущем в нынешней ситуации, ни кто не знает. Вряд ли это будут коммерсанты, а не люди с руками.

– Хах! – грузчик закатился хриплым прокуренным смехом. – Это да, скорей всего. – его явно порадовал ответ и он, отвернувшись, пошел за новой порцией товаров. – Мужики, я ж так и ведал вам. Мы, простые пацаны, еще покажем, кто тут че. За нами будущее! Эти белоручки хер че сделают без нас! – они с еще большим весельем начали обсуждать будущее, продолжая разгрузку.

Андрей про себя выдохнул, что явно сумел сгладить напряженный момент. И сделав вид, что вспомнил что-то срочное, быстрым шагом выйдя из гаража, дошел до Мерседеса.

Открыв заднюю дверь, не вытаскивая сумку, он наклонившись, удостоверился, что его не видно за дверью автомобиля, вытащил из сумки ПМ, вынул магазин и патроны из коробки, быстро зарядил и медленно, чтобы не лязгать громко затвором, дослав патрон в ствол, убрал его за пояс, накрыв футболкой.

Почувствовав небольшую защищенность, запер машину и, быстро зайдя в дом, закрыл изнутри дверь из гаража в коридор. Выйдя из дома запер входную дверь и вернулся в гараж. Грузчики уже запарились, но, переодически вытирая пот со лба, продолжали бодро разгружать провиант, не замолкая ни на минуту, переодически споря про какие-то нюансы в полный голос. Андрей мечтал, чтобы это закончилось как можно быстрее, но помогать не стал – его раздражал этот персонаж и к тому же он опасался, что могут заметить ствол за поясом, когда будет нагибаться. Поэтому, сделав занятой вид, сел на улице у гаража на край низкой клумбы и уткнулся в айфон, следя украдкой исподлобья за грузчиками.

Уже стемнело и вокруг на территории автоматически зажглось освещение, когда к Андрею подошел тот же неприятный грузчик.

– Готово. – одевая фирменную куртку, смотрел он на Андрея сверху вниз.

– Хорошо, спасибо. – вставая, вежливо ответил Андрей.

– Надбавить бы. Работы до хрена было. – грузчик опять пристально со некоторой злостью смотрел в глаза.

– Так вам и платят за это. – парировал Андрей, понимая, что, конечно, даст, лишь бы они свалили, но косил под наивного дурачка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.