Долгое возвращение
Киносценарий
Николай Ващилин

© Николай Ващилин, 2020

ISBN 978-5-0051-0715-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Синопсис киносценария

«Долгое возвращение»

Всем людям, которые мечтали об одной жизни, а прожили совсем другую……

Северный ветер в июле дул на верхней палубе авианосца с такой же силой, как и в январе, вздымая шестиметровые рваные волны в белых кружевах пены, но до костей он не добирался. В июле его перетерпеть помогало бледное северное солнце, шерстяные носки, присланные дядей Колей, да надежда о скором дембеле. Но нести вахту на верхней палубе авианосца было страшным испытанием. Вид бурлящей морской пучины с высоты двадцатиэтажного дома, раскачивающегося на этих волнах, вызывал мурашки и тошноту. Привыкнуть к этому Сергей не мог за три года службы.

Если мичман Бут был в хорошем расположении, то он позволял палубным матросам временами укрыться от ветра в рубке. Но после того, как палубный истребитель слетел в море и утонул у всех на глазах, хорошее расположение к нашим командирам не приходило уже третий месяц. Мы легче пережили гибель Белова, который врезался в палубу своей СУшкой, не дотянув до неё нескольких метров. У него кончилась горючка и он врезался в кромку борта, взорвавшись огненным факелом. Хоронить всё равно было бы некого. А этот, Меркулов, взмыв свечой вверх, плюхнулся в воду и тонул на наших глазах, пытаясь пробить руками заклинивший фонарь своего истребителя.

Серёгу призвали на флот в июле 1991 года, когда страну трясло и выворачивало от перепоя спиртом Роялл, загулов вернувшихся афганцев и регулировок соплежуя Горбатого. Первые полгода авианосец не выходил в море, потому что с нефтяной базы в Североморске украли весь запас горючего. Третий год с большой земли шли обрывочные сообщения о мирных инициативах Ельцина, дружбе с американцами, стрельбе из танков по правительству в центре Москвы, скором разоружении и сокращении армии, о разделении СССР на самостоятельные государства. Но домой никто матросов не отпускал. Кормили паршивыми макаронами по-флотски, но в письмах от родственников рассказы были ещё страшнее. Армия и флот находились в тяжёлом похмельном раздумье о том, что они теперь смертоносным оружием защищают миллионы нищих сограждан и сотню наворишей от таких же «братков-капуталистов» с «Дикиго Запада».

Шли 1990-е… Перестройка, Гласность, Ускорение… Народ бросился торговать и добывать себе на хлеб. Охраняли торговцев, получая с них дань, вчерашние спортсмены… С ними конкурировали вернувшиеся с завершённой Михаилом Горбачёвым афганской войны оставшиеся в живых воины -интернационалисты. На Северном флоте ещё оставалось стрелковое оружие… Им то и торговал Виктор, сбывая его оленеводам. В эту афёру он подключил и соблазнённого им мягкотелого Серёгу.

На технической стоянке авианосца в Безымянной бухте на берег отправили команду с авианосца… В клубе моряков парни заметили молодую и привлекательную Верку. Верка была третей дочерью без отца своей матери-брошенки и первый раз вырвалась на волю из материнских пут. Нахрапистому и самовлюблённому Виктору Верка предпочла весёлого и бесшабашного Серёгу и убежала с ним в сопки, покрытые разноцетным ковром полевых цветов, пестреющих под лучами низкого солнца полярного лета. Провожала Верка на корабль Серёгу. как своего мужа и отца будующего их ребёнка. Серёга обещал приехать за Веркой. как только заработает денег на квартиру в Питере.

Заработки затянулись… Виктор обещал Серёге золотые горы в международном бизнесе, но долгое путешествие по разным странам приносило барыши только боссам, а Серёга проживал свою жизнь в сладких снах, в которых видел Верку, своего сына, их сказочную жизнь и любовь. Просыпаясь, Серёга обнаруживал себя в объятиях чужих малознакомых женщин в готиничных номерах разных городов и стран.

В один прекрасный день в далёком Куалла Лумпуре Виктор планировал подставить Сергея на подписании солидного контракта по поставке оружия, который не собирался выполнять. Сергей решил сваливать. За деловым обедом в ресторане Сергей, возвращаясь из туалета, где облачился в свой парашют для джампинга, увидел полный зал полицейских и своих компаньонов в наручниках. Не долго думая Серёга вышел на террасу и прыгнул с двухсотого этажа в раскалённый воздух. Планируя он стремился приземлиться в парке. Вскоре он уже взлетал рейсовым самолётом до Мюнхена.

Многочасовой перелёт дал возможность передумать много дум и осознать, что кроме Верки на этой Земле у него нет никого. Во сне он опять обнимал свою Верку и своего сына, катал их на своей шикарной машине и угощал конфетами. Добравшись до стойбища оленеводов серёга узнал, что Верка приходила с дочерью к их шаману и просила узнать жив ли её Сергей. Снег уже укрыл тундру плотным ковром и Серёга выпросив у оленеводов собак бросился в ночи к Верке в её посёлок.

Сергей выпросил у охотников собак, чтобы не ждать другого дня и побыстрее добраться до своей Верки. Собаки тронули лениво, нехотя шевеля хвостами из-под чужого кнута. Сергей бежал рядом с нартами, не загружая собак своим весом. Чёрное небо было усыпано звёздами, но одна из них сверкала ярче всех. Сергей посмотрел на эту звезду и вспомнил, как про неё говорила ему Верка. Иногда он садился, переводя дыхание, и собаки упирались в упряжь, продираясь в снегу. Над снежной пустыней запылало северное сияние, словно Верка светила ему в пути. С вершины сопки показались редкие огоньки посёлка, где под ватным одеялом ждали его, прижавшись друг к другу, Верка с дочкой. Может и Верка сейчас, случайно проснувшись от шума ветра и выглянув в окно, увидела сияние этой звезды. Сергей присел на нарты и лениво подогнал собак кнутом. Они понесли по склону резво и весело. Мороз инеем сковывал Сергею веки и он с трудом открывал их, поглядывая на огоньки посёлка.

Внезапно, как во сне, навстречу ему побежала Верка, широко раскинув руки и сияя тёплом своих лучезарных глаз. Они с Сергеем упали в крепких объятиях, покатившись по мягкому ковру цветущих трав. Сергей без конца целовал Веркины губы, вдыхая их свежий, завораживающий аромат. Верка гладила его по волосам своими тёплыми, ласковыми руками и не давала открыть глаза, покрывая их сладкими поцелуями.

Собаки, ощутив послабление в поводу, пошли по большому кругу, выворачивая дугу на терпкий, еле слышный запах своей псарни. Ослабевшее, погрузившееся в мёртвый сон тело Сергея на повороте упало с нарт в мягкий глубокий снег. Сергей очнулся, вскочил и догнав нарты выправил их путь на огни посёлка. Вскоре Сергей нашёл дом Верки и оставив собак, подошёл к окну. Присмотревшись, он тихо постучал в окно. Вскоре в окне появилась Верка и стала всматриваться в темноту. Сергей провёл ладонью по её лицу… Верка опустила сонные веки из её глаз потекли слёзы… Повернувшись, она тихо пошла к кровати и, поправив одеяло на доченьке, уткнулась лицом в подушку. Верка вздрогнула от внезапного стука, но подумав, что это ей приснилось, снова погрузилась в свой сон.

Стукнув в дверь ещё пару раз Сергей подумал, что напугает Верку стуком в дверь среди ночи и присел на деревянное крыльцо отдохнуть и дождаться утра. Ему стало тепло и спокойно. Он вернулся. Его тело сковал мёртвый сон. К утру, которое ничем не отличалось от ночи, собаки начали жалобно скулить, вызывая хозяев и, словно извиняясь за то, что у них в этой жизни что-то не получилось.

«Долгое возвращение»

киносценарий

Всем людям, которые мечтали об одной жизни, а прожили совсем другую……

Северный ветер в июле дул на верхней палубе авианосца с такой же силой, как и в январе, вздымая шестиметровые рваные волны в белых кружевах пены, но до костей он не добирался. В июле его перетерпеть помогало бледное северное солнце, шерстяные носки, присланные дядей Колей, да надежда о скором дембеле. Но нести вахту на верхней палубе авианосца было страшным испытанием. Вид бурлящей морской пучины с высоты двадцатиэтажного дома, раскачивающегося на этих волнах, вызывал мурашки и тошноту. Привыкнуть к этому Сергей не мог за три года службы.

Если мичман Бут был в хорошем расположении, то он позволял палубным матросам временами укрыться от ветра в рубке. Но после того, как палубный истребитель слетел в море и утонул у всех на глазах, хорошее расположение к нашим командирам не приходило уже третий месяц. Мы легче пережили гибель Белова, который врезался в палубу своей Сушкой, не дотянув до неё нескольких метров. У него кончилась горючка и он врезался в кромку борта, взорвавшись огненным факелом. Хоронить всё равно было бы некого. А этот, Меркулов, взмыв свечой вверх, плюхнулся в воду и тонул на наших глазах, пытаясь пробить руками заклинивший фонарь своего истребителя.

Серёгу призвали на флот в июле 1991 года, когда страну трясло и выворачивало от перепоя спиртом Роялл и регулировок соплежуя Горбатого. Первые полгода авианосец не выходил в море, потому что с нефтяной базы в Североморске украли весь запас горючего. Третий год с большой земли шли обрывочные сообщения о мирных инициативах Ельцина, дружбе с американцами, стрельбе из танков по правительству в центре Москвы, скором разоружении и сокращении армии, о разделении СССР на самостоятельные государства. Но домой никто матросов не отпускал. Кормили паршивыми макаронами по-флотски, но в письмах от родственников рассказы были ещё страшнее. Армия и флот находились в тяжёлом похмельном раздумье о том, что они теперь смертоносным оружием защищают миллионы нищих сограждан и сотню наворишей от таких же «братков-капуталистов» с «Дикиго Запада».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.