Наталия Полянская
Кот для славы

* * *

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

© Полянская Н., 2020

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2020

Глава 1

Монстр где-то прятался. Лиза притворила дверь, постаравшись сделать это бесшумно, однако старый замок всё равно громко щелкнул. Девушка поморщилась, замерла, прислушиваясь. Тишина. Будем надеяться, чудовище не выползет сегодня вообще.

К счастью, дел было намечено немного: всего-то цветы полить, пыль протереть и составить тарелки и чашки в посудомоечную машину. Лизу никогда не интересовало, кто именно изобрел то или иное благо цивилизации, но вот создателя посудомойки она бы с удовольствием расцеловала в обе щеки. Раньше этих роскошеств не было, и приходилось мыть горы посуды тряпкой или губкой, жирной, быстро покрывавшейся грязью… Фу! Даже теперь вспомнишь – передергивает.

Лиза осторожно прокралась по коридору, заглянула в кухню – тишина. Монстра не видно. Эх, жаль, не удастся сделать всё бесшумно, однако тут приходится идти на риск. Раньше Лиза надевала наушники и быстро разбиралась со всеми делами под бодрую музыкальную подборку: поливаешь цветочки и танцуешь – ну прямо как в рекламе! Она очень любила даже вот такие скучные бытовые моменты делать красивыми. Однако с тех пор, как чудовище завело привычку подкрадываться, а потом насмехаться над нею, девушка от музыки отказалась. Дома послушает.

Посуды накопилось немало – судя по количеству тарелок, стаканов и разномастных вилок в раковине, вчера у Пашки были гости. Точно не родители: когда приезжает его суровая мама или деловой, поджарый, как ирландский сеттер, отец, из старого скрипучего серванта торжественно извлекается бабушкина посуда – жуткий антиквариат советского производства. Лиза приезды старших Соболевых не любила, потому что сервиз мыть в посудомойке было нельзя, приходилось по старинке, ручками. И непременно вытирать потом полотенцем. Как-то раз Лиза схалтурила, отмыла кое-как, и Пашкина мама при следующей семейной встрече высказала ему свое веское «фе». Ну, а от Пашки и Лизе досталось. Пришлось потом отпаивать себя двойной порцией латте с корицей.

А с обычной посудой – никаких проблем! Чувствуя себя Шерлоком Холмсом, Лиза поставила в мойку пять тарелок, большое блюдо, несколько чашек и стаканов, потом заглянула в мусорное ведро и хмыкнула – так и есть, смятые коробки из-под пиццы! Значит, к Пашке приходили приятели, скорее всего – его коллеги с работы. Вот не хватает им времени в офисе, надо еще домой заданий натащить! Лиза этого не понимала. Если бы она в офисе работала, то ни минутки лишней бы там не сидела и время свое личное на всякую ерунду не тратила, вот еще!

Под успокаивающее гудение посудомойки Лиза быстро навела порядок на кухне, критически посмотрела на пол (ладно, пока можно не пылесосить, отложим до пятницы), вооружилась лейкой и отправилась поливать цветы. Вот зачем, скажите на милость, одинокому программисту столько домашних растений? Это всё его матушка, не к ночи будь помянута. «Паша, твой компьютер излучает много вредной энергии! Паша, ты постоянно со своим телефоном! Паша, зачем ты купил огромный телевизор, он же вреден! Поставь у себя сигизиум, спатифиллум и фикус! Они поглотят всё зло!»

По мнению Лизы, главное зло, которое следовало бы поглотить, – это Пашина матушка, но растения ее почему-то не жрали. Наверное, отравиться боялись. Иногда Лизе казалось, что Валерия Игнатьевна Соболева дома носит шапочку из фольги, чтобы инопланетяне не докопались до ее драгоценного мозга, полного диких и зачастую противоречащих друг другу сведений.

Чтобы растения в Пашином доме не померли от недостатка внимания, Лизе пришлось их сначала надписать, приложив к каждому инструкцию по уходу. Даже увлеклась немного и несколько раз фоткала упитанный фикус и отчаянно цветущие фиалки для своего «Инстаграма». «Сегодня снова пришло время подкармливать сансевьеру – тридцать дней прошло. Взяла удобрение для кактусов, вроде ей нравится. И кактусам тоже немного досталось». Экспертно и позитивно? То-то же.

У себя дома Лиза эту зеленую чуму не держала. Начнешь – погрязнешь, вот хоть на Пашку посмотреть.

Сверившись со списком, Лиза быстро прошлась по комнатам и полила те растения, которым сегодня требовалась вода. Оглядывалась, естественно, однако монстр себя никак не проявлял. Следы его присутствия встречались повсюду, чудовище обильно линяло по весне, и в пятницу точно придется пылесосить – именно из-за монстра, иначе тут все будет в облаках шерсти. Лиза эту мерзость терпеть не могла. Как будто в старом доме мало пыли, так еще и это…

Оставалась собственно пыль. В кладовке Лиза взяла чистую тряпочку и приступила к делу. Какое счастье, что Пашка выдержал с родителями битву за утилизацию дохлой мебели и большая часть ее отправилась на помойку или на соболевскую дачу! На даче Лиза ни разу не бывала (ее знакомство с Павлом было, так сказать, весьма поверхностным), но представляла, какой ужас там творится. Пашка говорил, у родителей огромный гараж и чердак еще. Наверное, там громоздятся столы, колченогие стулья, кушетки с подранными спинками, кряхтит на плохую погоду гигантский гардероб муторного коричневого оттенка, понатыканы по углам неработающие лампы и свернутые рулонами ковры – прибежище моли… Пашка считал, что чем меньше мебели, тем мыслям просторнее, и тут Лиза была с ним согласна на все сто. А заодно ей убирать меньше!

Она так расслабилась, что принялась напевать. У любимой певицы Василины вышел новый альбом, Лиза послушала и сразу влюбилась. Особенно ей одна песня понравилась, о трагической любви, конечно же. Он уходит, потому что думает, что она его не любит, а она лишь не умеет рассказать о своих чувствах, ведь это ее первая любовь…

– Возвратись ко мне, я тебя жду в окне, – мурлыкала Лиза, натирая поверхность стеклянного стола, куда Пашка скидывал свои компьютерные журналы. – Я тебя люблю, очень-очень жду… Приходи скорей, ту-ду-ду-ду-ду…

А когда закончила и повернулась к двери, то поняла, как была неправа. Потому что на пороге сидел монстр.

Лиза непроизвольно сделала шаг назад, уперлась пятой точкой в свежевымытый стол и дрогнувшим голосом спросила:

– Чего тебе?

Монстр не ответил. Он ее слова всегда игнорировал, хотя, зараза умная, наверняка понимал, что человек от него чего-то хочет. Сидел и смотрел на Лизу своими дьявольскими глазищами, а потом зевнул, растопырив зубастую пасть. Фу, пакость.

– Иди, – сказала Лиза и вяло махнула на него тряпкой. – Иди отсюда, ну!

Говорят, некоторые смелые таких монстров тряпками по всему дому гоняют. Но Лиза опасалась. Больно здоровым было чудовище, а следы его пребывания в доме не ограничивались только шерстью во всех доступных и недоступных местах. Были и глубокие борозды на полу и дверях – монстр точил когтищи. Если он с дверью так может, то что с человеком сделает? А Лизе никак нельзя травмы получать, иначе о селфи можно забыть на неделю или две, а как жить без селфи?

Монстр смотрел на Лизу с интересом, чуть склонив голову набок – так сытый охотник изучает добычу, прежде чем напасть. Достойна жертва его внимания или нет? Приложить усилия или ну ее, пусть убегает, поджав хвост? Приняв решение в пользу Лизы, чудовище встало и бесшумно исчезло в коридоре, растворилось, словно не было его. А может, его и правда нет, это призрачный монстр, как в фэнтезийной книжке? Но из мисок исправно жрет и в определенном месте гадит, так что, увы, настоящий…

Лиза поспешно сунула тряпку на место, решила, что на сегодня и так сойдет, и позорно сбежала.

Хорошо, что от неприятных переживаний можно сразу скрыться. Хорошо, когда твой работодатель (ну, один из) живет в квартире напротив. Так что Лиза перебежала лестничную площадку, отперла свою дверь и поспешно ее закрыла на все замки изнутри, как будто опасалась, что монстр погонится. Немного потряхивало.

Вот почему нормальные девушки боятся тараканов, мышей или змей, а она – этой домашней дряни, которой завален весь интернет? Если уж выбирать между цветами и монстрами, так она готова весь дом кактусами уставить, лишь бы ни одна тварь к ней не просочилась. Кстати, это идея. Надо завести кактус и поставить у входа, и если однажды любопытное чудовище попробует сунуться в Лизину квартиру, получит удар иголками в нос. Интересно, бывают боевые кактусы? А может, сразу ежа? Хотя нет, ежи топают, а Лиза любит поспать.

Тяжко вздыхая от несправедливости судьбы, Лиза отправилась на кухню. В своем доме и стены помогают, а еще помогает крепкий кофе, заваренный с молочной пенкой и щедро присыпанный специями. Кофеварка, верный друг, всё поняла и уютно заурчала, готовя хозяйке напиток нужной теплоты и крепости. Лиза взяла корицу, потом, подумав, присоединила кардамон и мускатный орех. Вот так. И сфоткать.

Достав смартфон и отсняв чашку несколько раз с разных ракурсов, Лиза уселась на стол, поискала в «Инстаграме» ежей (оказывается, есть такие миленькие, в клетках живут, но толку в борьбе с монстрами нет) и кактусы (фу, сколько любительских снимков! На ископаемую «Нокию», что ли, делали?..), глотнула кофе и, зажмурившись, выдохнула. Противная дрожь в коленках прошла, можно жить дальше. И посмотреть, что нового случилось за те сорок минут, когда Лиза не проверяла ленту новостей.

«Фейсбук» читать было лениво, и Лиза сосредоточилась на любимом «Инстаграме».

Визажист Дарья Блик запостила новый мейкап, вызывающий, с зелеными бровями, черным горохом под глазами и платком, закрывающим губы. Что имела в виду – неясно, зато написала: «Творчество для меня – это источник жизни. Визажисты – проводники тех самых положительных эмоций, мы вносим свою лепту, чтобы мир продолжал существовать в гармонии и балансе». Невозможно не согласиться!

Анна Мири выложила фотку из спортзала: стильный серый топ, наушники цвета лаванды и бомбическая фигура. «Тренируюсь с самого утра, – гласила подпись. – А потом продолжу день овощным смузи и буду дальше читать книгу Киойсаки[1]. Как проходит ваша среда?» Ирина Кузнецова, известный коуч по инвестициям, поделилась анонсом видео – она и Тони Роббинс[2], недавно посетивший Москву, оживленно беседуют в интерьерах роскошного бизнес-центра. «Скоро я поведаю вам подробности нашего разговора! – обещала Ирина. – И вы узнаете, как заработать миллион долларов всего за год!» Были и менее полезные публикации. Кто-то хвалился новой машиной, кто-то спешил поделиться с миром рукоделием. Многие выбрались в выходные на природу, благо май порадовал хорошей погодой, и теперь активно постили фоточки. Лиза всё полайкала, допила кофе, задумалась, какую вторую публикацию сегодня сделать, и тут в дверь позвонили.

– Кто? – бдительно поинтересовалась Лиза. Через Ефима Георгиевича, консьержа, которого Лиза помнила с детства, просто так не пройдешь, но в наши неспокойные времена…

Оказалось – курьер из «Face Beauty», принес посылку с образцами. Объемную. Лиза едва не мурлыкала, принимая из рук тощего мальчишки щедрый дар. Мальчишка смотрел на нее во все глаза, но ничего ему не обломится, конечно же. Хотя… За своевременную доставку и большую посылку можно и улыбнуться. Лиза улыбнулась. Мальчик сглотнул. Девушка милостиво кивнула напоследок и закрыла дверь. Благотворительность бывает разной.

Вот и дело на остаток дня наметилось: разобрать присланное, посмотреть, нельзя ли что-то протестировать прямо сейчас, и запилить в «Инстаграм» второй дневной пост. Пожалуй, это стоило еще одной чашечки кофе.

Глава 2

Вечером Лизе позвонил Глеб. Увидев появившееся на экране имя, сопровожденное забавной фоткой – Глеб сидит в кафе и показывает язык, – девушка улыбнулась. Может, хорошие новости?..

– Привет, Лиз, – голос бывшего одноклассника, а теперь хорошего друга был уставшим. – Извини, что с фотками так долго. Работы навалилось – с ума сойти. Весна теплая, все начали жениться.

– И ты тоже решил жениться? – предположила Лиза, накручивая локон на палец и придирчиво разглядывая и то, и другое. Локон блестел. Лак на пальце тоже блестел. Красота. – Забабахать красивую свадьбу на сто пятьдесят человек, порадовать Людмилу Сергеевну?

– Скажешь тоже…

– С тамадой, – продолжала Лиза. – С криками «горько», наставлениями жениху и невесте, дядей Петей в салате и дракой под конец. Ах да, и жених обязательно должен упасть в торт. Ты готов падать в торт?

– Ли-за! – простонал Глеб. – Не трави ты мою душу! Буквально в прошлую субботу снимал нечто подобное. Невеста – сто кило в кринолине, жених – примерно то же самое, но без кринолина. Саратовские родственники, новгородские родственники, а вишенка на торте – дед жениха из Магадана. Как тебе такое, Илон Маск?

– Годно, – одобрила Лиза и без предисловий перешла к делу: – А мои фотки из «Белого облака» где?

– Подруга дней моих суровых, – проникновенно сказал Глеб, – красотка дивная моя! Посыпаю свою седую голову пеплом, – тут Лиза не удержалась, хихикнула, потому что седины у Глеба на его двадцатипятилетней голове не было и быть не могло, – но магаданский дед сказал, что вилкой мне на спине нацарапает, насколько я нехорош, если фоток через неделю не будет. Вот сижу, обрабатываю, убавляю невесте килограммов. А потом «Белое облако», сразу, клянусь тебе!

– Ну Гле-е-ебушка! – заныла Лиза. – Ну хоть парочку, мне в Инсту вешать нечего!

– Как – нечего? – поразился боевой товарищ. – А те, что мы на позапрошлой неделе снимали в саду, – что, всё, кончились уже?!

– Почти, – созналась Лиза. – Они такие классные были, я их много запостила… Всего две-три про запас, но я их на осень оставлю. Даже в контент-план вписала! – похвасталась она. – Будет пост с воспоминаниями о начале весны и философскими мыслями, как всё в этой жизни ходит по кругу. Вот была весна, теперь осень, а скоро снова весна, и мы становимся старше… Правда, здорово?

– Однозначно, – сказал Глеб, закашлявшись. – Ладно, так и быть, одну фотку я тебе сделаю. Но одну, не радуйся там сильно!

– Спасибо! – Лиза всё равно обрадовалась. Фото Глеба – это было нечто, сразу в комментариях писк, визг и лайков миллион… Ну ладно, не миллион, но всё равно много.

– Я чего звонил-то… – Бывший одноклассник помолчал, а потом предложил: – Давай в кино завтра сходим! Новый марвеловский[3] фильм вышел, их надо на большом экране смотреть. Пойдем, а? Саратовские родственники мне аванс выдали, я приглашаю.

Лиза вздохнула.

– Я бы с радостью, – сказала она деликатно, – однако завтра я уже встречаюсь с подругой, прости.

– Ну ладно… Может, послезавтра тогда?

– Может быть. Давай лучше потом спишемся.

– Хорошо, – уныло согласился Глеб. – Ну, пока?

– Пока.

Лиза нажала на значок отбоя, отложила смартфон и поморщилась. Блин, что делать, если Глеб в атаку перейдет? Как ему отказать? Она не может себе позволить потерять Глеба, но и делать шаги ему навстречу, вляпываться в романтические отношения… Да ни за что. И не с ним. Он… не для «Инстаграма». А если уж крутить любовь, то так, чтобы все завидовали. Тут даже вариантов нету, иначе какой Лиза модный блогер?

С Глебом ее связывала давняя и нежная школьная дружба. В пятом классе их посадили за одну парту, Глеб тут же стукнул Лизу пеналом по голове, а она ткнула его карандашом в бок, и с тех пор боевые товарищи были неразлучны. Вместе делали уроки, вместе подкладывали канцелярские кнопки на стул противной биологичке, а еще стащили в ее кабинете руку скелета и пугали всех, когда в школе праздновали Хэллоуин. Бурная молодость, есть что вспомнить.

Помнится, мама говорила: «Ох, Лиза, не морочь мальчику голову!» – а Лиза всё удивлялась – да как так, ничего она не морочит! Они с Глебом просто дружат. И три года назад, когда Лизе потребовалась помощь с фотками в «Инстаграм», качественными, хорошими фотками, потому что контент рулит, кого она попросила? Глеба, конечно. У него и техника, и опыт, несмотря на то, что фотографов нынче пруд пруди. Но у Глеба явно был талант, причем талант к нужной съемке, современной.

Иногда Лиза от скуки листала всяких победителей фотографических конкурсов, особое внимание уделяя фэшн-фотографии, и не понимала – да как они призы-то повыигрывали, с таким уродством? Нет, качество отменное, и отфотошоплено всё знатно, ни к одному пикселю не придерешься. Но блин, разве это – красиво? Унылые худосочные модели без грамма жизни на лице, как будто их гвоздями прибили к этой фотографии. Модели изгибались под немыслимыми в реальной жизни углами, демонстрируя странные наряды модных дизайнеров. Никто так не ходит, не смотрит и не двигается, а на фотках – поди ж ты! Потом видишь такое на рекламе в торговом центре и не очень понимаешь, зачем тебе то платье, которое на модели надето. Чтобы тоже погрузиться в пучину боли и страданий? Спасибо, не надо.

А у Глеба снимки были живые, вот иначе и не скажешь. У него дедушка был военным корреспондентом, генетику не пропьешь. Через поколение передалось, родители одноклассника ни в каких творческих порывах не замечены. Глеб же еще в детстве откопал дедушкин старый «ФЭД», в интернете прочитал, как на него снимать, пленкой озаботился и как начал щелкать, так и не смог остановиться. В старших классах подрабатывал в «Маке», чтобы нормальную технику себе купить, орал: «Свободная касса!» – а думал про объективы. И неудивительно, что сейчас он – довольно востребованный фотограф, а кто в двадцать пять может похвастаться, что с нуля бизнес поднял, маленький, но свой? Мажоров не считаем, им всё с неба падает на блюдечко с голубой каемочкой.

Глеб умел видеть людей. Лиза не сомневалась, что даже та стокилограммовая баба в кринолине будет на его снимках выглядеть не глуповатой теткой, напялившей на себя совершенно не подходящее ей платье, а розовеющей от смущения невестой в свой самый важный в жизни день. И магаданский дед, и саратовские кумовья предстанут не пьяными провинциалами, а родственниками, от души веселящимися на свадьбе. И, может, со временем забудется невменяемый дядя Саша, а фотографии, на которых кружево и кольца, улыбки и зефир – останутся. Настоящие воспоминания подменяются теми, что созданы на хороших снимках, и это, пожалуй, к лучшему. Лиза точно не знала, но немного завидовала способности Глеба вот так манипулировать памятью, улучшая ее, приукрашивая с помощью мастерства и фотошопа.

Поэтому тогда она его и попросила. Объяснила, что ей до смерти необходим хороший контент, чудесные снимки ее, Лизы, в разных интерьерах, потому что «Инстаграм» – это не просто красивые картинки, это работа. Глеб согласился помочь боевой подруге, с которой вместе столько контрольных пройдено и столько сигарет скурено за сараем. Взамен Лиза пообещала заниматься «Инстаграмом» товарища – и честно занималась, обновляя раз в пару дней, а у себя давала ссылки. От девушки к Глебу приходили клиенты, взаимовыгодное сотрудничество цвело и пахло. Всё бы прекрасно, только вот…

Только вот иногда Глеб смотрел на Лизу странно, пару раз намекнул, что не против романтически прогуляться с нею при луне, в кино зазывал, похоже, уже не просто так, а с умыслом. Лиза всячески старалась подобных тем избегать, даже майку себе купила с надписью «Мой лучший друг – фотограф, поэтому я так прекрасна», но, похоже, намеки на Глеба не действовали. Эх, придется, видимо, поговорить начистоту. И неизвестно, останется ли после этого у нее боевой товарищ и постоянный фотограф. А где еще такого найдешь?..

Немного огорченная тем, что придется, видимо, проводить с Глебом разъяснительную беседу, Лиза в утешение скушала шоколадную конфетку (никто не видит же!), переоделась в пижаму и забралась в постель. Уютно горела лампа, на столике скучала недочитанная книжка Стивена Кови «Семь навыков высокоэффективных людей», которую надо бы почитать, да только Лизу на третьей строчке клонило в сон. Продраться всё равно придется, чтобы выложить отчет в «Инстаграм» и не засыпаться в комментариях, но, может, удастся по диагонали проглядеть. Почему большинство книжек по личностному развитию так скучны? Как геркулесовая каша: полезны, но на вкус – бе-е…

Иногда Лиза для «Инстаграма» готовила кашу, посыпала ее черникой и малиной, фоткала, потом выковыривала ягоды, а кашу выливала. Не есть же эту дрянь.

Оставив Стивена Кови скучать на столике, Лиза занялась любимым делом – просмотром ленты «Инстаграма». Что произошло за тот час, пока она туда не смотрела? Вечером, конечно, постят меньше, но у Лизы были виртуальные друзья в самых разных концах света, например, в Австралии, где сейчас как раз день-деньской. Вот шеф-повар Микки из ресторана в Сиднее запостил фото сибаса, а вот Николай, работающий в Торонто каким-то там разработчиком чего-то онлайн, поделился видами горных озер. Ах, какая красота… Лиза смотрела и не могла наглядеться: чистая вода, заснеженные пики, небо с облаками! Когда она тут, в центре Москвы, в последний раз видела небо с облаками? А, позавчера. Мусор выносила – и видела. Но то совсем неправильное небо, словно пленкой залитое или винтажным грязноватым фильтром. Не то что далекое канадское, будто вымытое с шампунем.

Расслабившись, свернувшись клубочком под одеялом, Лиза листала ленту обновлений, и тут из панкейков, селфи и цветущей вишни на нее выпрыгнуло ЭТО.

Лиза даже не сразу поняла, что изображено на картинке. А когда сообразила, взвизгнула, подскочила и сбросила одеяло. Три омерзительных комочка на грязной картонке, гноящиеся уши, слезящиеся глаза. На спине одного комка – открытая рана. Всё снято криво, со вспышкой, что вызывает ассоциации с криминальной хроникой. Лиза сглотнула. Ее сильно затошнило.

Подпись тоже была хороша. В «Инстаграме» отображается лишь пара строк под фотографией, для прочтения всего текста нужно его развернуть, поэтому все стараются в эти строки впихнуть самую важную информацию. «ПОМОГИТЕ СПАСТИ КОТЯТ! – было написано под омерзительным снимком. – Бедняжки страдают!»

– Страдают? – завопила Лиза, засовывая телефон под подушку. – Страдают, значит?! А люди, которых вынуждают на это смотреть, – они не страдают?!

Сон слетел с нее, будто сдернули прозрачную кисею; Лиза вскочила и ринулась на кухню – надо чем-то закрыть это впечатление, забыть, заесть… хотя нет, есть ничего не нужно, иначе и вправду стошнит. Лиза поспешно добралась до банки с порошком какао, включила чайник. Она металась по кухне, и взгляд цеплялся за привычные, красивые, успокаивающие вещи – вот салфетки мятного оттенка на столе, вот вазочка с тремя кремовыми розами, вот синий узор на плитках у раковины – похоже на азулежу…[4] Лиза вспомнила, как выбирала их, как долго и вдумчиво бродила вдоль образцов в строительном магазине, представляла, насколько стильной и спокойной станет кухня… Кухня и спальня – два главных помещения в доме, где ремонт был просто необходим. Там всё идеально. Там всё сделано под Лизу, до последнего уголочка. Там нет и не может быть темноты, ран и кривых вспышек.

Лиза передернула плечами, развела себе какао и щедро сыпанула сверху маршмеллоу.

Она глотала горячий напиток, обжигаясь; языку и губам стало больно, однако это отрезвляло, возвращало в уютную запрограммированную реальность. Постепенно Лиза приходила в себя, страх и отвращение отступали, а на место их приходила злость. Она вливалась в Лизу с каждым глотком, и когда чашка опустела, девушка просто кипела.

Как так-то? Как так можно поступать по отношению к своим друзьям, пусть виртуальным, но всё же – живым людям, которые на это смотрят? От шока Лиза даже не поняла, кто именно запостил мерзость (потом надо будет посмотреть и удалить человека из друзей, такие ошибки не прощаются), но это и неважно.

Вдохновленная внезапной идеей, Лиза решительно прошествовала в спальню, достала из-под подушки ни в чем не виноватый айфон, утешительно погладила его по корпусу и снова открыла «Инстаграм». Лента обновилась, кошмарная фотка исчезла. Ладно, с ней можно потом разобраться. А сейчас надо поделиться своим возмущением с единомышленниками. Лиза быстро отыскала в закромах фото (у нее имелся большой запас на случай, если понадобится срочно написать нейтральный пост), полюбовалась – красивая чашка стоит на красивом блюдце рядом с красивым пирожным! – и застрочила:

«Не понимаю, как можно выкладывать в Сеть кошмарные фото (с брошенными животными), которые влияют на психику! А если дети увидят? Сейчас так много деток сидят в „Инстаграме“! Здесь масса интересного, есть развивающая информация, разные онлайн-курсы… Ну, и не будем забывать о взрослых людях, которым в жизни хватает проблем. Они приходят сюда расслабиться, посмотреть на красивые снимки, почитать что-то приятное перед сном.

И вдруг – спасите котят или щенков, и ужас-ужас на снимке! Я вообще не понимаю, отчего все так сходят с ума по котикам, по-моему, обычные домашние животные. Я больше цветы люблю. И помогать предпочитаю людям. А то, что на улицу выкинули котят и они там сдохнут, так это естественный отбор. В конце концов, есть тематические форумы и блоги! Все об этом знают! Почему бы не размещать информацию там? Пусть любители посмотреть на гадости и ужасы подписываются и видят это в своей ленте, а я не хочу. Я имею право выбирать, и я говорю „нет“ такому контенту. А чтобы увеличить количество прекрасного в мире и в лентах своих друзей, показываю кофе, который я пила в „Мадам Флёр“ на прошлой неделе. Как вам?»

Лиза перечитала пост и осталась довольна. Всё правильно, острые темы иногда тоже нужно поднимать, и, понадеемся, любители таких вот фоточек сами отвалятся! Нервная дрожь почти ушла. Лиза отправила чашку из-под какао в посудомойку, занесла напиток в счетчик калорий, отправила пост во Всемирную сеть и выключила телефон. На ночь всегда приходилось отключать, иначе замучает пиликающими уведомлениями. А теперь пара абзацев творения Стивена Кови, и можно спать. Что ж он такой великий и такой занудный…

Глава 3

Лиза вечером позабыла задернуть шторы, и солнце разбудило ее около восьми.

В их старый дом солнце прокрадывалось тайком. Когда-то во дворе росли большие деревья, закрывавшие кронами небесные светила, зато летом в комнатах всегда был зеленоватый таинственный свет, как в аквариуме. Потом в очередном порыве мэрского энтузиазма деревья в рамках благоустройства исторического центра вырубили, но солнце продолжало немножко стесняться. Лиза приглашала его всячески, заменила тяжеленные бабушкины портьеры на легкие шторы, оставляя солнцу лазейки, и вот иногда весной, если везло, просыпалась от щекотания в носу. Такое щекотание предвещало длинный хороший день, полный улыбок и приятных вещей.

Отличная фраза. Надо запомнить и использовать.

Лиза просыпалась, потягивалась и думала о том, чем заняться сегодня. Конечно, первым делом посылку вчерашнюю разобрать, потому что спонсоры долго ждать не любят, а деньги платят вполне ощутимые. Кажется, там было несколько масок для лица, одну можно опробовать и написать отчет. Заглянуть в переписку с «Face Beauty», чтобы вспомнить, на сколько обзоров договаривались. Стребовать-таки с Глеба обещанные фотки, сколько можно тянуть, в самом деле! А если день хороший, то прогуляться. Фото из центра Москвы всегда хорошо котируются.

Наметив, таким образом, план, Лиза дотянулась до телефона и включила его.

Смартфон взорвался звуками. Его буквально тошнило уведомлениями, в основном – из «Инстаграма», и Лиза, вспомнив вчерашний вечер, передернула плечами. Правильно она подумала, что ее пост вызовет резонанс. Вон сколько единомышленники понаписали!

Ну, это можно почитать потом, за завтраком. А вот сообщение от любимой подружки Асии надо открыть сразу. Вдруг намечается какой-нибудь ивент и у Асии есть приглашения? Хорошо бы засветиться на модной тусовке. Лизе такие штуки перепадали редко.

Асия писала странное: «Ты с ума сошла, мать??? Немедленно перезвони мне». Лиза, недоумевая, нашла номер подружки в списке контактов.

– Ну ты даешь, – сказала Асия без приветствия, что было совсем на нее непохоже. – Ты что, под веществами какими-то вчера была или приняла лишнего?

– Какими веществами? Ты о чем вообще?

– О твоем выступлении против бедных маленьких котят, которое ты устроила в ночи! Или тебя взломали? – в голосе Асии вдруг появилась совершенно непонятная Лизе надежда. – Лизка, скажи, ты вчера что-то вечером в Инсту писала?

– Ну, писала. Про котят, всё верно. А что?

– Тогда точно обдолбалась или с ума сошла, – сделала выводы Асия. – Молодец. Поздравляю.

– Да в чем дело-то?! – не выдержала Лиза.

– А ты не смотрела еще? Там на тебя скоро войной пойдут, и останутся от тебя, как от того козлика, рожки да ножки.

– Почему войной? – Лиза похолодела. Она уже понимала: происходит нечто незапланированное, но откуда оно взялось? – Что такого? Я просто написала свое мнение.

– А с чего ты его решила писать?

– Я пост в ленте увидела. Там какие-то дохлые котята были, кошмар, меня чуть не стошнило.

– А чей это пост был, не помнишь?

– Н-нет.

– Ники Барто, – припечатала Асия. – Ну как тебе в голову пришло-то, а?!

Лиза застонала и сползла по спинке кровати вниз, накрывшись подушкой.

Ника Барто была суперпопулярным московским блогером. Или блогершей? Лиза до сих пор не знала, как правильно. Впрочем, формулировка – такая мелочь по сравнению с Никиной популярностью! И Лизе, и Асии, которая тоже уже несколько лет развивала свой «Инстаграм», было пилить и пилить до рейтингов Барто. Каждый пост Ники вызывал шквал влюбленных эмоций аудитории, каждое ее фото обсуждалось, вылизывалось, сохранялось на сотнях девайсов. Ника путешествовала по миру, открывая одну страну за другой, она успела побывать ведущей нескольких телепрограмм, в прошлом году заполучила свое шоу на канале «Суббота» и постоянно давала интервью. Она вела здоровый образ жизни, изобретала рецепты смузи (кстати, вкусных – Лиза готовила), занималась в спортзале пять раз в неделю и успела выпустить две книги. О таком мечтали многие, достигали подобного успеха единицы. И когда однажды Ника добавила Лизу в друзья, девушка позвала Асию и обе распили две бутылки шампанского. Быть в друзьях у такого человека – это высокая ступенька на карьерной лестнице. Напишешь или сделаешь что-нибудь заметное, Нике понравится, она тебя отрекламирует, и вот у тебя уже не двадцать тысяч подписчиков, а, скажем, сто тысяч. За один день, без всякой накрутки. Мечта.

Лиза с тех пор часто думала, чем бы таким впечатлить Нику, но пока в голову ничего особенного не приходило.

– А… а она видела? – прошептала Лиза в нагревшийся от переживаний телефон.

– Видела. Она тебе комментарий оставила. Очень короткий.

– Какой? – Лиза зажмурилась.

– Сама посмотришь. Слушай, ну как ты умудрилась, а?

Вчерашние переживания ярким солнечным утром и вправду показались Лизе надуманными. Правда, что на нее нашло? Гадостей она не видела, что ли? Могла бы промотать и забыть. Острые темы в Сети – они такие, могут тебя бумерангом по голове стукнуть. А ведь она даже пока не знает, насколько сильно стукнуло…

– Асия, я должна почитать, что там пишут, – проговорила Лиза быстро и выбралась из-под одеяла. – Я должна знать.

– Узнаешь, – зловеще пообещала подружка. – А пока узнаёшь, давай-ка собирайся и дуй в «Мадам Флёр». Через полтора часа там встречаемся, будем пытаться тебя спасать, дуру! А до тех пор ничего не делай, никому на комменты не отвечай и постов не пиши. Поняла?

– Да, – проблеяла Лиза.

– Точно дошло? А то знаю я тебя, – и, не дожидаясь ответа, Асия положила трубку.

Дрожащими пальцами Лиза открыла «Инстаграм» и сглотнула. Комментариев было около тысячи, а вот лайков мало, очень мало… всего-то десятка два. Ужас. Обычно по-другому. Обычно всем лень писать, а вот на сердечко нажать и отметить понравившийся пост – тут много усилий не требуется.

Ладно, надо это сделать. Лиза открыла свой вчерашний пост.

Первым был именно комментарий Ники – через несколько минут после публикации поста. Видимо, тоже листала ленту на ночь глядя и увидела Лизино выступление.

Комментарий, как и сказала Асия, был коротким и ёмким.

«Некрасиво».

И ничего больше. Зато лайков у этого комментария – триста штук.

А дальше – хуже.

«Как вы можете такое писать?! У вас совсем нет сердца?! Была о вас лучшего мнения!»

«Елизавета, вы всегда казались умной девушкой, а тут порете несусветную чушь. Разочарован».

«Да ты, блин, как доктор Менгеле! Он тоже, наверное, был за естественный отбор!»

«Фашистка! Тебя бы саму выкинуть на улицу и без еды оставить!»

«Никто не обязан любить котиков, но, кажется, вы и людей не очень…»

Сотня, вторая, третья… Некоторые комментарии были с ненормативной лексикой, некоторые и вовсе неприличные. Кто-то грозился узнать, где Лиза живет, и приехать разобраться. Кто-то грозил пожаловаться на нее в полицию (хотя за что, Лиза так и не поняла). Больше всего было комментариев из серии «да как вас такую земля носит». К концу чтения Лиза уже тоже не понимала – как.

Вчерашний пост, казавшийся мудрым и логичным, теперь выглядел… не очень. Очень не очень. Лиза дочитала комментарии и опустила телефон. Хотелось зареветь, однако смысла в слезах Лиза не видела. Уже довольно давно.

«Напортачила ты, – сказал внутренний голос, который иногда просыпался в ее голове и говорил, в общем-то, правильные и разумные вещи. – Не подумала, не отложила на утро, поддалась эмоциям – и вуаля. Давай-ка собирайся, может, Асия что-то придумала».

Лиза тряхнула растрепанными волосами и решительно направилась в ванную. Асия варится в соцсетях гораздо дольше, наверняка и не такое переживала. Она знает, где спасение. Всё будет хорошо.

С Асией Снеговой Лиза познакомилась в спортзале.

Она тогда только начала заниматься своим блогом и придумывала, в каком бы направлении податься. Одно было ясно: без здорового образа жизни, регулярных фоток тренировок и обнимашек с тренером прожить не удастся. «Инстаграм» любит модные вещи, а если ты отстаешь, тебя никто не заметит.

В ближайшем спортклубе цены были космическими, однако полагалось одно бесплатное ознакомительное занятие. Лиза купила себе красивый костюм для тренировок и обалденные кроссовки, взяла все, что нужно, – наушники, телефон и бутылку с водой – и полтора часа потела на тренажерах под руководством унылого качка. Зато интерьеры в спортзале были божественными, как раз для селфи. Лиза немного отошла от тягания гантелей, отдышалась и крутилась перед зеркалом в поисках выгодного ракурса. Возвращаться сюда она не собиралась: цена была для нее заоблачной. Но, может, если сделать побольше фоток…

За этим занятием ее и спалила Асия.

Высокая брюнетка нарисовалась за спиной Лизы в тот момент, когда та делала сто пятидесятую фотографию. Незнакомка выпучила глаза и высунула язык, Лиза от неожиданности «щелкнула», и фотка сохранилась. Асия заглянула в смартфон и ухмыльнулась:

– А ничего так получилось. Скинешь мне?

– Скину, – пообещала Лиза растерянно.

– Ракурс хороший подбираешь? Тут свет не очень. Пошли, здесь второй зал есть, там в это время дня свет отпадный и вид на московские крыши. Давно занимаешься?

– Я в первый раз, – созналась Лиза, идя следом за новой знакомой.

– Да ну? – Асия обернулась, окинула ее внимательным взглядом темных глаз. – А фигурка хорошая. Кардио делаешь?

– Много гуляю.

– Это похвально. Научишься штангу поднимать, вообще загляденье будет. Вот, смотри. Хочешь, сфоткаю тебя?..

Потом Асия созналась, что в крутящейся перед зеркалом Лизе будто увидела себя несколько лет назад. Точно так же пришла в клуб, чтобы обрести хорошую фигуру и показывать ее миру, привлекая подписчиков… А затем настолько увлеклась, что стала фитнес-тренером. Бросила секретарскую долю, ушла преподавать в клуб и зарабатывала этим неплохие деньги.

Асия выбила для Лизы огромную скидку, так что даже клуб не пришлось менять, и сама стала ее тренировать. Ну, и наставлять в инстаграмных делах, конечно. Там Асия была как рыба в воде.

Кафе «Мадам Флёр» находилось, к счастью, недалеко от Лизиного дома, буквально в трех кварталах – маленькая прогулка в хороший день. Солнце припекало, на асфальте сверкали лужицы после вчерашнего короткого дождя, и машины мимо ехали блестящие, веселые – радовались весне. На Садовом уже привычно стояла пробка, и в другое время Лиза поразмышляла бы, есть ли удовольствие сидеть в машине, когда вокруг такой прекрасный весенний день, – однако сегодня ее подгоняло нетерпение и страх.

Пока собиралась, посмотрела статистику: подписчиков убавилось на несколько сотен, и новые продолжали «отваливаться». Тревожный знак, когда тебя покидают, как «Титаник».

В кафе Лиза влетела за десять минут до означенного срока, плюхнулась за любимый столик у окна, заказала лавандовый раф[5] и принялась ждать, постукивая по столу пальчиками с идеальным маникюром. Потом спохватилась и стучать перестала: не дай бог, ноготь сломается, а лишних денег нет. И за квартиру скоро платить нужно. И неприятности еще эти…

Асия появилась ровно в десять, ослепительная, как всегда: фитнес-тренер должен выглядеть потрясно, иначе никто ему не поверит. Асия тренировалась в два раза больше, чем Лиза, работавшая над своим телом для поддержания формы. И результат налицо: обтягивающее платье подчеркивало каждый изгиб, роскошные темные волосы струились по открытым плечам, а карие глаза сверкали, словно драгоценные камни. Отец у Асии был восточных кровей, мать – русская, и, как обычно бывает, смешение дало удивительный по красоте результат. Нет, Лиза не завидовала, смысл? Она просто восхищалась.

Асия поставила на стол крохотную сумочку с гигантским замшевым цветком, уселась, подперла подбородок ладошками и, прищурившись, уставилась на Лизу. Та вздохнула, заерзала и отвела взгляд.

– Доброе утро, – сказала Асия зловещим тоном и, не меняя выражения лица и не поворачиваясь, бросила подошедшему официанту: – Мне то же, что и коллеге, пожалуйста.

Лиза съежилась. Коллегой подружка ее называла, когда намеревалась отчитать. Головомойка намечалась нешуточная. Однако Асия, побуравив Лизу взглядом, вдруг выпрямилась и спросила нормальным тоном:

– Что на тебя нашло? Ты же никогда такую фигню не творила. Лизка, случилось что-то?

– Я… – Лиза не знала, как объяснить. Вот как передашь всю глубину омерзения, охватившего ее при виде той фотографии? Даже сейчас, стоит вспомнить, по коже мороз. – Просто я так занервничала… Лежала себе в кровати, смотрела фотки у народа, и вдруг… это…

– А с чего тебя распробрало-то? Ну, мерзкие котята, согласна. Но такой ерунды в Сети каждый день навалом. Помогите котеночку, помогите щеночку, улетел попугайчик, задавили ёжика, дайте похмелиться… Я вот сейчас шла, – она неопределенно помахала рукой, – вышла из «убера», смотрю – стоит «мерс» высокого класса, а рядом два бомжа спят. Один еще прям во сне кашляет, наверняка туберкулезник. Противно? Очень. Но я же в Инсту об этом не пишу. И ты обычно не пишешь. У тебя там тюбики с кремом, старая Москва, книжки, зал, цветы и кофе. Откуда ненависть к братьям нашим меньшим?

– Ну… Неприятно. А еще… – Лиза сглотнула и решилась на правду: – Я их боюсь.

– Кого?

– Кошек.

Асия похлопала длинными ресницами и уточнила:

– Это ты сейчас всерьез? Не прикалываешься?

Лиза кивнула с несчастным видом.

– С детства боюсь. У маминых друзей была дача в Подмосковье, мы туда ездили часто, когда я маленькая была. И у этих знакомых жил огромный дворовый кот. Боевой такой, знаешь, весь в репьях, половины хвоста нет, ухо обгрызено, лишайный… Размером был с джек-рассел-терьера, не меньше. Мне говорили его не трогать, да я и сама бы не подошла. Но он меня невзлюбил. Как приезжали, подкарауливал где-то и кидался. Реально кидался, когти выпускал. Лицо не трогал, а ноги и руки располосовать мог. Я его боялась до жути. А родители и их друзья мне не верили, что он сам кидается. Говорили: это ты его дразнишь. А я не дразнила. Я от него убежать не могла, он был сильнее. Потом мама с папой с этими друзьями поссорились и ездить перестали, и я только радовалась, счастлива просто была. Но кошек с тех пор боюсь. Мне даже смотреть на них неприятно. Вот так.

– Мать, как ты живешь-то в этом мире, помешанном на котиках? – сочувственно спросила Асия, и за это сочувствие Лиза была ей так благодарна, что слезы подступили к горлу. Нет уж! Никто не рыдает, когда глаза накрашены! – Я и не знала. Ты мне почему не говорила?

– Как-то к слову не приходилось, – пожала плечами Лиза. – Ну и… глупо это – кошек бояться.

– Может, это лечат? Вот как боязнь на самолетах летать? Не помню, как она правильно называется. Клаустрофобия?

– Нет, клаустрофобия – это если ты замкнутых пространств боишься. А летать… я тоже не помню.

– Но лечат же, и успешно. Может, и тебе походить на какие-нибудь сеансы гипноза?

– Возможно, – уныло согласилась Лиза. – Только теперешнюю проблему это никак не решит.

Чтобы утешиться, она отпила глоточек рафа. Как всегда, кофе помог. Кофе не может не помочь, особенно такой вкусный, с лавандовой пенкой! Спохватившись, Лиза взяла смартфон и сделала несколько фото. Пригодится.

– Да уж, каша заварилась – никому не пожелаю, – вздохнула Асия и поболтала ложкой в своей чашке. – Комменты один другого краше. Надо что-то делать, иначе к вечеру от тебя останутся рожки да ножки. Несколько лет работы псу под хвост… то есть коту.

– У тебя есть идеи? – с надеждой поинтересовалась Лиза.

– Есть, но смотрю я на тебя – и все они какие-то глупые. Извинения писать не будем, это непривлекательно и личному бренду не на пользу. Ты его пока еще даже не обозначила толком, а я тебе всё время твержу, что пора, иначе скоро начнешь терять подписчиков…

– Асия, – перебила Лиза, – черт с ним на сегодня, с личным брендом. С котятами что делать?

– Котята, наверное, действительно подохли, только тебе это не поможет ничем, – сказала подруга и посмотрела в окно. За окном бежали машины, торопились люди – жила сверкающей жизнью центральная Москва, и было в этом мельтешении что-то привычное и успокаивающее, как в пляске солнечных зайчиков. – Публичное покаяние и самобичевание – прошлый век. Тебе нужно совершить нечто героическое и безрассудное. С пользой для общества непременно. Например, открыть счет для пожертвований в поддержку себя, проехать на одноколесном велосипеде по всей Европе, а собранные деньги пожертвовать котикам. Ты умеешь ездить на одноколесном велосипеде? Неважно. Научишься.

– Я… я на такое не готова.

– А похерить три года кропотливой работы готова? – жестко сказала Асия. Ее восточные глаза с умопомрачительными уголками, приподнятыми к вискам, смотрели так, что хотелось спрятаться под стул и не вылезать. – Ты пахала как проклятая на то, чтобы сделать себе красивый «Инстаграм» и превратить его в бизнес. На курсы ходила, инста-фотографии училась, себя в порядок привела, хотя ты и раньше была красотка. Ты в тренде, у тебя подписчики есть, осталось стать гуру – и хорошие заработки в кармане. Ты близко к тому, чтобы перестать перебиваться частными заказами, повысить ценники и начать жить безбедно. Я через это уже прошла, я знаю, в какой ты точке. И вот сейчас, на взлете, не просто крылья себе подрезать – шею перерубить? Глупо, Лиза. Очень глупо.

Лиза молчала. Она знала, что Асия кругом права, но что делать сейчас – понятия не имела. Одноколесный велосипед – не выход, Лиза это чуяла. То, что она совершила, надо как-то перебить в глазах общественности, сделать изящный ход, как бы отменяющий ее вчерашний поступок и слова. Сказать, что это была ложь и проверка? Нет, просто так ей не поверят, нужно чем-то подкрепить…

Смартфон загудел, и Лиза вздрогнула. Звонил сосед Павел (он был без картинки, только имя).

– Привет, – послышался соседский голос. – Не отвлекаю?

– Немного. У тебя что-то срочное?

– Ага, – уныния в Пашкином голосе хватило бы на трех депрессивных девочек. – Слушай, у тебя не найдется часок во второй половине дня? Мама сказала, что вечером заедет. Я знаю, что ты пылесосишь по пятницам, но…

– Я поняла. Конечно, сделаю.

– Я тебе денежку дополнительную дам, – обрадовался Пашка. – На столе в кухне оставлю. Спасибо! И лоток почисти, ладно?

– Ладно.

– Я сегодня до пяти на работе, потом приду. До пяти управишься?

– Всё будет в порядке.

– Спасибо еще раз. Что бы я без тебя делал?

– Подработка? – спросила Асия, когда Лиза положила айфон на стол.

– Угу. Заказчик. – О своих истинных отношениях с Павлом Соболевым Лиза не говорила даже заклятой подруге. Стыдно. – Надо кое-что сделать сегодня. Но сначала…

Сначала придумать, как вернуть подписчиков. А потом уже – еще раз протереть антикварный сервиз, пройтись по квартире пылесосом и сменить наполнитель в лотке…

Лоток.

Лоток, черт побери, к которому прилагается…

Озарение было подобно лучу света в темном царстве. Про этот луч учительница литературы всё твердила, хотя Лиза так никогда и не поняла, почему какая-то Катерина им является. Луч света в темноте – это гениальная мысль, посещающая тебя за чашечкой кофе. Да где угодно пусть посещает, главное, что эта мысль есть! План сложился за секунды и предстал перед Лизой во всей его простоте и величии.

– Асия, – медленно проговорила Лиза, – я, кажется, знаю, что делать.

Глава 4

Открыв дверь в квартиру Павла, Лиза прислушалась. Тишина, но это ни о чем не говорит. Девушка знала, что монстр здесь. Кто-то же загадил лоток, наполнитель в котором придется сегодня сменить. Кто-то ест еду из миски, оставляет шерсть на всех поверхностях и точит когти о диван. Чудовище, тварь из мира иных, с которым Лизе никогда не хотелось бы соприкасаться.

Белый кот Тихон.

Всё ведь как получилось. Полтора года назад Павел переехал в эту квартиру, которую до того старшие Соболевы сдавали. Младший Соболев жил где-то на съеме, жениться успел, потом с женой разбежался и затребовал себе дедово наследство в безраздельное пользование. Двушку в доме недалеко от Садового кольца Павлу оставил дед-академик, просто до определенной поры родителям сдавать ее было нужнее. Павел маме с папой сумму компенсировал каждый месяц, Лиза знала – слышала однажды, как они ругались по телефону. Непростые отношения были в этой семейке, ой, непростые…

Квартиру после безответственных съемщиков наскоро привели в порядок, но капитальный ремонт Пашка делать не стал, решил, что пока и так сойдет. Старый дом сыпал пылью с потолков, и сосед, зайдя как-то к Лизе за солью, посетовал, что не может найти нормальную уборщицу. С завистью оглядел Лизину трешку, где ни пылинки не было, и поинтересовался, чьими услугами она пользуется. А когда выяснил, что своими собственными, предложил нехилую сумму за еженедельную уборку.

У Лизы тогда со средствами было совсем туго, пришлось согласиться. Ей всегда нравилось наводить порядок, складывать вещи так, что они не противоречили друг другу, находились в гармонии и сверкали. Вот посуда – это да, посуду мыть противно, а остальное… Все это время уборки раз в неделю хватало, чтобы Пашина квартира выглядела как на картинке.

А потом Соболев зачем-то приволок кота.

Взял он его в каком-то приюте, о чем с гордостью Лизе сообщил. Приютский кот Тихон был громаден, относительно бел (отмыть полностью его не успели), разноглаз и категорически глух. Пашка подозревал в нем ангорские корни, а Лиза – альбиноса из потомства собаки Баскервилей. Или Чеширского кота, тот тоже отличался внушительными габаритами. Зловеще улыбаться Тихон умел, даром что звуки издавал редко и всё сплошь какие-то странные. То есть кот мяукал, зазря не орал, общался исключительно по делу – например, если в миске закончилась еда или он случайно уронил пуансеттию. Хотя Лиза подозревала: с этим чудовищем о случайностях следует забыть.

После прибытия из приюта кот отмылся, отъелся, почувствовал себя хозяином и принялся изводить приходящую прислугу. Каким-то образом Тихон, видимо, догадался, что Лиза его отчаянно боится, и приложил все усилия, чтобы ее фобия росла в геометрической прогрессии. Он бесшумно подкрадывался к девушке и, когда она оборачивалась, невинно смотрел на нее дьявольскими глазищами. Лиза отпрыгивала, кот ухмылялся. Он забирался на шкафы, на высокие полки и неожиданно высовывался оттуда. День у монстра считался удачным, если он подкрался к Лизе и потрогал ее лапкой. Хорошо, что в старом доме стены толстые и никто не слышал громкого визга. Тихону-то всё равно, он глухой.

Нет, он ни разу ее не поцарапал. Но Лизе с ее фобией и обычного присутствия кота хватало. Она стойко не жаловалась Пашке, нахваливавшему своего питомца – дескать, и ласковый, и играть умеет, хотя и не как другие кошки, – и не поддавалась соблазну перехватить Тихона под пузо и отправить в окно. Это не ее кот, а пару раз в неделю (убираться с появлением животного пришлось чаще) можно и перетерпеть. Денег, опять же, больше. Хотя и нервов – тоже.

Павел в своем чудовище души не чаял. Научил его разным трюкам – например, гулять на поводке и спокойно сидеть на плече, когда хозяин выходит на улицу. Громких звуков Тихон, что логично, не боялся, а окружающий мир как таковой своим наличием его не пугал. Казалось бы, приютский… А вот.

Но Лиза Пашу не понимала. Во всем сосед был хорош и даже чуточку нравился Лизе в романтическом плане (ах, эта мужественная щетина, как у Джейка Джилленхола[6]!), однако поступок с котом был… за гранью. Зачем кот программисту? Зачем людям вообще коты? Ладно в деревне, где мышей полно, а в городе-то…

И вот с этим белым монстром предстояло найти общий язык. Иначе «Инстаграму» труба.

– Кис-кис, – неуверенно сказала Лиза и поморщилась: ужасно глупо звать глухого кота. Он небось дрыхнет где-то, у него есть нычка на антресолях, и если придется извлекать его оттуда, Лиза с ума сойдет.

Ладно, сначала надо просто осмотреться.

– Не ветер бушует над бором, не с гор побежали ручьи, – бормотала Лиза, осторожно заглядывая в кухню, – мороз-воевода дозором обходит владенья свои!

Вот же чушь лезет в голову из школьной программы! Давно забыть пора.

К счастью, долго искать кота не пришлось. Внушительную белую меховую шапку Лиза обнаружила в гостиной, она же столовая, она же Пашкин рабочий кабинет. Пока хозяин отсутствовал, протирая штаны на офисных стульях, кот занимал его компьютерное кресло перед троицей громадных черных мониторов. Это было одно из любимых мест Тихона: шерсти отсюда выгребалось немерено.

Так, отлично, кот найден. Теперь следовало подготовить фон. Что бы выбрать? Если все правильно снять, подписчики ни в жизнь не догадаются, что это не Лизина квартира, тем более что свои владения полностью она не показывала в соцсетях никогда. Только отремонтированную часть, и ту урывками. Ага, вот монстера на полу, разросшаяся до неприличия. Этот цветок Лиза не так давно фоткала, и подписчики его видели. Вот и отлично. А какие за ней обои адские советские, никто не разберет.

Оставалось самое противное – взять кота на руки. Лиза положила айфон рядом с цветочным горшком и подкралась к креслу. Шапка мерно вздымалась. Кот величественно дрых.

«Как его ухватить-то? – подумала Лиза. Ее аж в дрожь бросало от мысли, что придется прикоснуться к мерзкой кошачьей шерсти. – За бока? А он меня сразу убьет или через минуту?»

На всякий случай Лиза надела симпатичную домашнюю маечку. Если кот издерет сей предмет гардероба, не жалко будет. Хотя Пашка говорил, Тихон дружелюбный, а силу когтей применяет к углам и диванам. Но это Соболев так утверждает, он в кота влюблен. Что животное сотворит с нарушителем сладкого сна, оставалось только догадываться.

Может, его погладить сначала? Кажется, люди так делают.

Лиза осторожно опустила ладонь на кошачий бок, и в это время Тихон пришел в движение. Как дракон в фильме «Хоббит»: только что тишина стояла в сокровищнице, и вдруг появляется глаз, ноздря, бок, хвост – и пред тобою чудище, способное сожрать тебя в один укус.

Тихо развернулся и медленно сел. Поморгал сонно, потоптался лапами по креслу и зевнул, до отказа распахнув пасть. Лиза увидела частокол белых зубов, розовое нёбо и шершавый даже на вид язык. Язычище. Все-таки кот был на редкость огромен. Пашка говорил, килограммов десять.

Зевнув еще раз (видимо, для профилактики), кот уставился на Лизу. Глаза у него были, конечно, фантастические – один голубой, второй зеленый. Воланд мира кошачьих. Лиза как-то прочитала в «Фейсбуке», что такое явление называется гетерохромия и встречается как у животных, так и у людей. Завораживает. А может, это взгляд охотника, прикидывающего, как лучше разделать добычу?

Нападать Тихон не спешил. Поняв, что Лиза его трогать не собирается, он поступил так, как делает любое уважающее себя кошачье существо в непонятной ситуации, – начал вылизываться. Следующим шагом, видимо, будет еда или новый здоровый сон. Нужно решаться.

– Можно, я тебя возьму на руки? – спросила Лиза, хотя и знала, что кот не слышит. – Я быстро. Мне на две минуты. Только фотку сделаем, и всё.

Кот лизал бок и никоим образом не препятствовал Лизиным коварным планам. Девушка, сглотнув, протянула руки и перехватила кота, замерла на мгновение – и оторвала от кресла.

Она ожидала, что Тихон начнет выворачиваться, выпустит когти и вцепится в нее, ведь взяла она его неловко, привычки нет, – однако кот ничем подобным страдать не стал. Он просто висел на Лизе, ожидая, что девушка станет делать дальше. Лиза сделала шаг, другой. Тихон не сопротивлялся. Лиза плюхнулась под монстеру, схватила телефон и повернула экраном к себе, в две секунды включив камеру.

С монстром под монстерой. Гениально.

Слегка осмелев и поудобнее перехватив Тихона, Лиза начала снимать. Для начала сделала несколько фоток, чтобы было что выложить, если кот сейчас вывернется и убежит. Всегда нужен запасной план! Несмотря на страх и отвращение, от которых тряслись коленки, Лиза улыбалась профессионально. Уж это она за столько лет освоила! «Казаться улыбчивым и простым – самое высшее в мире искусство».

Наснимав себя и кота с разных ракурсов, Лиза включила запись видео. Текст она придумала, пока бежала из «Мадам Флёр» домой. Много говорить не нужно: длина видео в «Инстаграме» – минута, да никто и не станет смотреть километровые видяхи. Итак, поехали.

– Всем привет! – заговорила Лиза, скалясь на камеру. Кот возился у нее на руках, но пока не убегал. – Как я видела, многие из вас были возмущены моим последним постом, где я написала, что не стоит помогать бездомным животным. И возмущались вы правильно! Но не совсем, потому что это была проверка! Я хотела узнать, разделяют ли мои подписчики мои интересы, и потому немного спровоцировала вас. Простите меня за это! – Лиза мило похлопала ресницами. Так, теперь ракурс чуть сверху, чтоб обои в кадр не лезли. – А зачем была такая провокация, я вам сейчас расскажу. Сегодня в моей жизни произошло огромное, важное событие. Я взяла из приюта кота! Познакомьтесь, это Тихон. Ему три года, у него разные глаза, и он глухой. Я не боюсь трудностей! Его никто не хотел брать, – тут Лиза вдохновенно сочиняла. – И я решилась. Буду узнавать, как воспитывать глухих котов и чем они отличаются от обычных. А вам всем спасибо за то, что вы неравнодушны! Следите за новостями и хорошего дня! Пока!

Лиза выключила запись и перевела дух. Вроде ничего получилось… Она опустила Тихона на пол, и кот немедленно потрусил по своим делам. Лоток разгребать или корм жрать… ага, судя по хрусту – корм. Потом и до лотка очередь дойдет. Лиза стряхнула с джинсов белую шерсть. Гадость, гадость, гадость!

Хотя, следует признать, кот вел себя прекрасно. Лиза пересмотрела фотки и видео: Тихон сидел смирно, даже несколько раз посмотрел в камеру, а под конец записи вообще зевнул! Класс! Лиза немедленно скинула Асии видео по WhatsApp.

Подруга ответила через минуту: «Офигеть! Какой котяра! Вешай немедленно, ни минуты терять нельзя!»

Так, видео – отдельным постом, и напишем «Секрет вчерашней провокации» в первой строчке, пусть народ сразу кликает. А фотку с котом – в сторис, и надпись: «Я и мой новый лучший друг». Куча смайликов. Вот так.

Загрузка прошла, видео залилось в Сеть. Лиза съежилась под монстерой, почти полностью укрытая ее большими листьями. Она чувствовала себя уродливой гусеницей, готовой превратиться в бабочку. Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пускай сработает!

Айфон завибрировал. Уведомление, еще одно и еще. Лайк, лайк, лайк. Первый комментарий: «Блин, ну ты нас всех и развела!!! А я повелся». Следующий: «Вау! Вот это поворот! С провокацией, конечно, странно вышло, но оно того стоило». И еще один: «Кот космический. Когда ждать еще фоток?»

А потом в сообщения пришел смайлик – от Ники Барто. Больше ничего, но Лизе и этого было достаточно.

Шмыгая носом, она ответила подмигивающим смайликом и начала печатать ответы на комментарии: «Да, будут фотки, много, скоро. Кот пока осваивается дома, потом расскажу, как прошел его первый день. Это мой первый настоящий кот, буду благодарна за советы. Кто держал приютских?»

Телефон звякал непрерывно, и Лиза так увлеклась, что не сразу поняла: она снова не одна. Тихон вернулся и стоял, облизываясь, напротив. Белый монстр, Лизино спасение. А у Пашки «Инстаграма» нет. Пашка в жизни не узнает.

Икнув от неожиданности и страха, Лиза храбро подняла телефон и сфоткала крупным планом наглую кошачью морду.

Вот так. Пригодится.

Глава 5

Вечером позвонил Глеб. Лиза думала, будет на кино уговаривать, но друг начал с места в карьер:

– Лиза, кот? Откуда?

– А, в «Инстаграм» заглянул… – Врать Глебу девушка не собиралась. Но и по телефону такое рассказывать неудобно. – В общем… это долгая история.

– Ты же никогда не держала кошек. Ты хоть знаешь, что с ними делать?

– Ну, ты совсем за дурочку меня не держи, – обиделась Лиза. – Как-нибудь разберусь.

– Так, вот что, – сказал Глеб, – жди, через полчаса буду у тебя. – И повесил трубку, не слушая возражений.

Лиза хотела было перезвонить и объяснить, что так торопиться вовсе не обязательно, и вообще, с котом есть нюансы, а потом подумала – может, оно к лучшему? Сразу и объяснит, в чем дело, и попросит крепко держать язык за зубами. На Глеба можно положиться, он ее никогда не сдавал, никому, даже родителям – ни своим, ни ее.

Друг появился ровно через полчаса. В чем Глеба Еремеева никогда нельзя было упрекнуть, так это в непунктуальности. Когда он снимал свадьбы, на него не влияла ни погода, ни пробки в Первопрестольной, ни капризные заказчики. Сказано, что с фотосессии молодожены должны вернуться в три часа, значит, вернутся. А уж вовремя в гости прийти…

Лиза как раз заварила чай (молочный улун!) и сервировала красиво ужин: приготовленный в пароварке рис, индейка с семенами чиа, а на десерт – домашний шоколадный торт. Готовить Лизе нравилось чуть ли не больше, чем держать всё вокруг в порядке. Когда из-под ее рук выходили маленькие кулинарные произведения – называть их шедеврами Лиза опасалась, чтобы не зазнаться, – девушка чувствовала, что делает что-то хорошее для этого мира. Ну, или для себя, любимой, или таких прекрасных гостей, как Глеб.

– Пахнет вкусно, хоть и новомодно, – сказал друг, помыв руки. – Где кот? Знакомь давай.

– Подожди. – Лиза взяла его за бока и немного покрутила туда-сюда. – Ты изменился как-то… Еще похудел, что ли? Или массу набрал?

– И то и другое, – усмехнулся Глеб, с удовольствием поворачиваясь из стороны в сторону. – Надо же мне соответствовать образу модного фотографа, как завещала мне великий блогер Елизавета Алферова…

– Да ну тебя! – Лиза огрела его полотенцем по спине. – Давай, садись, есть будем.

– Погоди. Кот-то где?

Девушка немного замялась, однако долго тянуть с правдой не стоило. Толку-то.

– Кота нет. В смысле, он есть, но…

– Лизонька, – проникновенно произнес Глеб, глядя на нее серыми, как северное море, глазами, – сознавайся, во что ты впуталась?

– Я сглупила, – покаялась Лиза и поморгала, глядя на Глеба, как обычно подписчикам. Невинно так, чуточку флиртуя, чтобы простили сразу и за всё. – Написала вчера ночью ужасный пост. Все на меня ополчились, пришлось выкручиваться…

– А кота откуда взяла?

– Одолжила у соседа.

– А сосед в курсе?

– Нет, – Лиза покачала головой, – и не будет. Садись, я тебе за ужином всё расскажу.

Глеб был единственный, кто знал, что она боится кошек, – и то не знал, насколько. Ему казалось, будто Лиза их недолюбливает, а тут… Пришлось сознаваться. День откровений, да и только. Слава всем высшим силам, хоть в «Инстаграме» процесс наладился: убежавшие подписчики раскаялись, вернулись и новых с собой привели. Тихона хвалили, задавали Лизе кучу вопросов, и она, наконец, пообещала через некоторое время написать о белом коте серию постов. Придется побольше фоток сделать. А кстати…

– Глебушка, солнышко, – Лиза улыбнулась жующему товарищу, – а ты ведь меня поснимаешь с Тихоном, да?

– Где? – деловито осведомился Глеб. – В соседской квартире? А ты не боишься, что хозяин вернется в разгар процесса и застанет нас за этим пикантным занятием у себя на ковре?

– Не-а, не боюсь. Пашка – трудоголик, он с утра до ночи пропадает в своей конторе. А кот, оказывается, довольно смирный. Может, удастся его ко мне притащить на полчасика, пофоткаем в моих интерьерах…

– И что мне за это будет? – поинтересовался практичый Еремеев. Он, конечно, был добрым и преданным боевым другом, однако выгоды своей тоже не упускал.

– Ну… В кино пойдем!

– Кина, Лиза, за такое мало. Ты меня подбиваешь на преступное проникновение и узурпацию вверенного твоим заботам чужого животного. А также на обман и подлог, который будет происходить публично. Причем, полагаю, неоднократно, ведь одной фотосессии тебе мало, да?

Лиза кивнула. Она смотрела на Глеба, такого знакомого, уютного, и ужас сегодняшнего утра отступил, растворился окончательно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Роберт Тору Кийосаки – американский предприниматель, инвестор, писатель и оратор-мотиватор. Автор ряда книг по инвестированию.

Вернуться

2

Энтони Роббинс – американский писатель, предприниматель, оратор-вдохновитель и бизнес-тренер, занимающийся темой саморазвития.

Вернуться

3

Marvel Studios – американская киностудия, занимающаяся в основном выпуском фильмов по комиксам Marvel, например, «Люди Икс», «Человек-паук» и др.

Вернуться

4

Азулежу – название португальских изразцов. Традиционный азулежу представляет собой расписанную глиняную плитку, чаще всего квадратной формы, обожженную, глазурованную, размером 14 на 14 см.

Вернуться

5

Раф-кофе – горячий кофейный напиток на основе эспрессо, ванильного сахара и жирных сливок, которые смешиваются в питчере и взбиваются паром с помощью кофемашины.

Вернуться

6

Американский актер, самые известные фильмы – «Горбатая гора», «Принц Персии: Пески времени», «Эверест». Номинировался на «Оскар».

Вернуться