Лариса Вединская
Из жизни иных миров

ИЗ ЖИЗНИ ИНЫХ МИРОВ

Первая стычка между людьми и рептилоидами произошла по незначительному поводу. Один из курсантов посмел отпустить неуместную реплику самке рептилоиду – дочери хозяина небольшой забегаловки, расположенной на Тархе, одной из планет Млечного Пути, граничащих с неустойчивыми, порой агрессивными мирами. Неустойчивые не подчинялись Светоносным. Тархе мало чем отличалась от тогдашней Земли. Только эволюция здесь пошла другим путем, для экспериментов она выбрала деревья. Их разнообразие поражало, хотя многие из них походили на земные. Все они обладали одной отличительной чертой – хвойные, лиственные деревья и даже кустарники имели мощные висячие корни, уходящие вглубь земли. По ним лазали трудолюбивые жучки, издающие негромкий цокот. Сутки здесь равнялись двум земным, времена года состояли из короткого лета и долгой зимы. Как только пригревало местное Солнце, деревья быстро оживали и отдавали большую часть накопившейся за зиму энергии необычным почкам, больше походившим на коконы. Наряду с коконами, вызревали и почки, дававшие впоследствии вкусные, сочные плоды. Коконов было немного. Вызрев, они падали в траву и тут же транспортировались жучками вглубь почвы. Впоследствии из них выходили молодые бесполые особи с развитым интеллектом. Их распределяли в своеобразные ясли, где они адаптировались к внешним и социальным условиям жизни. Многие коконы по различным причинам давали жизнь новым деревьям. Бывали годы, когда неожиданно наступал мор и уносил все коконы. Тогда долго длился траур по погибшим, и до следующего сезона вызревания коконов все население молилось своим богам, храмы которых обустраивались в висячих корнях.

Сколько было видов деревьев, столько и было рас местного населения. Больше всего аборигены походили на огромных насекомых. Они бережно заботились о деревьях: в засушливое лето поливали их и защищали от вредителей, впрок заготавливали сушеные плоды деревьев. Из коконов кустарников выходили мелкие насекомые, часть из которых шла на корм. Вот такой своеобразный симбиоз.

Строгая иерархия царила в рядах разумных насекомых, во главе которой был Совет Умнейших. Совет четко распределял обязанности между гражданами. Физический и умственный труд ценились одинаково, может, поэтому недовольные отсутствовали. Дома строились из глины, залежи которой были во многих местах. Отапливали и освещали помещения горючими кристаллами. Их плантации выращивались в огромных подземных залах гористой местности. Тягловой силой телег, нагруженных кристаллами, были крепко сложенные существа очень похожие на богомолов.

Земляне давно установили дружеские отношения с аборигенами и обустроили базу на ровном плато. Вслед за звездным флотом потянулись торговцы. Они, с разрешения Совета, установили мобильные забегаловки. Местное население сначала с опаской посматривали на странные сооружения с их ассортиментом блюд и напитков, но потом постепенно стало заполнять их. Платили кристаллами, сушеными фруктами, обладающими удивительными косметическими свойствами и сушеными жуками, вытяжка из которых была панацеей от многих серьезных болезней и пробуждала у людей необычные способности.

Вот на такой странной планете проходил практику курсант звездной Академии Моран. Он окружил себя товарищами, в которых зрела неприязнь к рептилоидам. Они брезгливо относились и к разумным насекомым, интеллект которых пугал и поражал. Аборигены общались на ментальном уровне и непостижимым образом сразу же стали общаться с землянами на их языке.

В забегаловке местные сидели на стульях, подстраивающихся под седока. Странно смотрелся кузнечик в сюртуке, потягивающий коктейль из трубки. Еще экзотичнее смотрелась группа из людей, рептилоидов и разумных насекомых всех мастей. Они мирно вели беседу: люди и рептилоиды говорили вслух, а аборигены, прицокивая и треща, как сверчки – ментально.

Моран и его друзья заказали блюда и напитки. Обслуживала их молодая самка рептилоид. Она была пухленькой и, видимо, стеснялась своих габаритов.

– Какая аппетитная попка, – отпустил пошлость Моран.

Компания загоготала. Самка, позеленев, выбежала из зала.

Курсант рептилоид, сидевший в компании разумных насекомых, молча поднялся, и приблизился к веселой компашке.

– Извинись! – прошипел он. Металл в голосе и блеск в его глазах заставил друзей Морана притихнуть.

– За что? – удивился Моран. Он нагло окинул взглядом собеседника. Перед ним стоял молодой рептилоид мощного телосложения. Крупный расплющенный нос переходил на лбу в высокий чешуйчатый гребень. Увеличенные вертикальные зрачки круглых глаз говорили о крайней степени раздражительности.

– За непристойное поведение курсанта Академии звездного флота, – ответил рептилоид, приблизившись вплотную к Морану.

– Ошибаешься, – принял вызов Моран, вставая, – ничего не пристойного, наоборот, я похвалил ее зад.

Смачный удар кулаком свалил Морана с ног. Две кровяные струйки вытекли из его носа. Вытерев их платком, он осмотрелся.

Его друзья махали кулаками. Образовалась куча – мала из тел людей и рептилоидов. Напуганные аборигены выскочили из забегаловки. Один из курсантов передал сообщение об инциденте на базу.

Служба безопасности отреагировала сразу. Обездвиженные драчуны были доставлены в камеры. Судили участников драки быстро и жестко.

МЫС МЕГАНОМ

Меганом – самая засушливая местность полуострова. Постоянно дуют сильнейшие ветра. Из-под земли бьет ключом магнитная аномалия. В древности считали, что здесь находится вход в царство Аида, а Одиссей повстречал в этом таинственном месте одноглазого циклопа. Мифы, мифы. Иногда они оживают…

Проводник шел впереди. Мужчина средних лет невысокого роста. Удобная обувь на ногах, отличная ориентация на местности выдавали в нем профессионала. За ним с задумчивым видом шел молодой мужчина, лет тридцати. Зачесанные назад смоляные волосы, цепкий взгляд карих глаз – все указывало на столичного мажора. Замыкал цепочку бычок с бритым затылком. Он постоянно озирался по сторонам.

Процессия шла долго. Им то и дело встречались выложенные булыжниками каменные мандалы, алтари и лабиринты. Неожиданно недалеко зависли небольшие огненные шары. Исчезая и вновь появляясь, они пролетели небольшое расстояние и исчезли под землей.

– Там! – воскликнул проводник, ускоряя шаг.

Проводник, мажор и его охранник стояли на краю узкого колодца.

– Это, конечно, ваше дело, но я бы не полез туда, – предостерег проводник.

Мажор бросил злобный взгляд на мужчину.

– Твоего мнения не требуется. Жди нас здесь, – приказал он, готовясь к спуску.

На дне колодца молодой человек и его охранник оказались перед широким тоннелем. Двигаясь по нему, они попали в зал с окаменевшими драконьими яйцами.

Мажор с восхищением смотрел на окаменевшего дракончика.

– Какая прелесть! – восторгался он.

Охранник бросил хмурый взгляд на хозяина. Он не понимал его восторга и решил обследовать обнаруженный узкий лаз.

Молодой человек последовал за ним. Но их встретило ужасное существо. Сошедший со страниц страшной сказки циклоп, сидел на камне к ним задом и качался из стороны в сторону. Прислушавшись, мажор услышал еле уловимые нежные звуки флейты.

Мужчины в ужасе дали задний ход. Вернувшись в зал с окаменевшими яйцами, они со скоростью несвойственной им, в скором времени оказались в начале пути. Зацепившись за веревку, они включили подъемный механизм, но он оказался неисправным. Шум под землей заставил их самим подниматься по веревке. Проводника как ветром сдуло.

Мажор и его охранник, выбравшись из колодца, отошли на безопасное расстояние.

– Какого х…на ты полез туда? – набросился молодой человек на охранника.

– А вы?! – набычился охранник.

– Значит, мифы не лгут, – остывая, заметил мажор. – Мы наткнулись на стража нижних миров. У него был один лаз? – обратился он к охраннику.

– Один, – пробурчал бычок.

Мажор, гонимый жаждой наживы и преодолевая страх, вновь полез в колодец. Впереди он толкал охранника. Тот с обезумившими глазами всячески сопротивлялся. Спустившись, они двинулись по тоннелю. Охранник, останавливаясь и прислушиваясь, еле передвигал ноги. Мажор торопил его. Наконец, они вновь оказались в злополучном зале с окаменевшими драконьими яйцами. Стены зала были гладкими и без признаков лаза.

– Тупик, – тупо проговорил охранник.

В это время на глазах мажора и охранника образовался лаз. С той стороны послышалось мощное сопенье. Огромная рука циклопа яростно прочищала лаз от камней. Охранник и мажор вновь дали деру. Циклоп, двигаясь на четвереньках, догонял их. Молодой человек обогнал охранника и кубарем выскочил на дно колодца. Подъемный механизм быстро поднял его на поверхность. Охраннику не повезло. Циклоп догнал его. Свернув обезумевшему мужчине шею, одноглазый поволок его по тоннелю. Вскоре мощный победный рык чудовища вызвал камнепад. Колодец чудесным образом исчез.

ЛЕШАК

От лесничего пахло крутым дубовым настоем из листьев и желудей.

– Русалки с ума сошли, – пожаловался Лешак. – Обстригли головы налысо, сидят на камнях, и злые гляделки таращат – жуть!

Яга и Котофеич переглянулись.

– Бастуют, что ли? – буркнул Котофеич. – Видать, шибко ты их в ежовых рукавицах держишь.

– Без строгости в лесу нельзя, – обиженно произнес Лешак.

– Ладно, – похлопал Котофеич друга по плечу. – Веди, посмотрим.

Лешак, Котофеич с таксой на руках и Яга, подошли к лесному озеру. Но прибрежные валуны были пусты.

– Где же твои русалки? – спросил Котофеич.

– Волосы сбрили, расчесывать нечего, что уж теперь на камнях загорать, – засмеялась Яга.

– Вас, баб, не поймешь! – в сердцах воскликнул Лешак.

Сидевший смирно на хозяйской груди Макс, неожиданно заерзал. Котофеич опустил его на землю. Тот, обнюхав прибрежные валуны, заливаясь громким лаем, бросился в лесную чащу.

– След, Макс, след, – заорал Котофеич, бросаясь за таксой.

Яга и Лешак последовали за ними. Пробравшись через бурелом, они вскоре оказались на небольшой поляне, в центре которой стоял огромный дуб. Его мощные ветви были обсыпаны крупными желудями и лысыми русалками. Под дубом рыл носом землю большой кабан. Макс, не переставая, облаивал русалок и невозмутимого кабана.

– С ума сойти! – увидев лысых русалок, присвистнул Котофеич. – Сочувствую! – бросил он Лешаку. Тот скривился.

Увидев незваных гостей, кабан недовольно хрюкнув, скрылся в кустах, а русалки заверещали, как сирены. Лешак и Котофеич заткнули уши. Такса жалобно застонала. Только Яга могла выдержать высокий звук крика. Она вошла в ментальный контакт с русалками, те постепенно стихли, и Яга выяснила много интересного.

– Они не русалки, – заявила она, выходя из транса, – а существа из другого мира.

– Где же мои русалки? – рассвирепел Лешак. – Что они сделали с моими девочками?

– Да погоди ты, – успокаивал друга Котофеич, – найдутся твои русалки.

– Они живы и от испуга попрятались на дне озера, – заверила Яга. – Отойдите, я открою портал и отправлю незваных гостей домой.

Колдовство Яги не прошло даром. От излучения чужого мира, прорвавшегося через портал и затянувшего чужих русалок, досталось и дубу-великану. Его листья пожухли. Чтобы прийти в себя ему пришлось сбросить все желуди.

– Вот, пакости какие! – возмущался Котофеич, поглаживая кору дуба. – Такое дерево чуть не загубили! Я еще котенком ходил вокруг него. – На его глазах навернулись слезы.

– Ничего, дело поправимое, – теперь уже Лешак успокаивал Котофеича. – Через несколько дней будет, как новенький.

ЗМЕИНАЯ БАЛКА

– Что скажите, Семен Васильевич?

– Ну что, Светочка, при беглом осмотре вижу те же симптомы остановки сердца, как и в прошлый раз, – ответил судмедэксперт, – в лаборатории, может быть, откроется что-то еще.

Старичок достал из кармана носовой платок и, сняв круглые очки, которые совершенно не шли к его худому сморщенному, как печеное яблоко лицу, старательно вытер капли пота.

Труп мужчины сорока лет сидел на заднем сиденье рейсового автобуса, прислонившись к стеклу. Его синюшное лицо выражало ужас.

– Странно, что его напугало? – оглядываясь, спросил Семен Васильевич.

– А мне странным кажется, что и та пожилая женщина и этот мужчина умерли от остановки сердца в одном и том же автобусе, – медленно проговорила Светлана Игоревна – следователь городского отдела полиции, – для нашего городка, это уже слишком.

Она была еще совсем молодой, лет двадцати пяти не больше, но уже на хорошем счету у начальства и эти два случая портили ее послужной список.

В автобусе под номером «11», курсирующем между центром города и небольшим поселком «Змеиная балка», помимо следователя, судмедэксперта, полицейского, проверяющего документы и почившего, находились: напуганный водитель автобуса, нервно пересчитывающий мелочь и два пассажира-свидетеля, мужчины бомжицкого вида и неопределенного возраста сидели с ничего не выражающими лицами, уже привыкшие к подобной сцене.

– Выносите, – сказал Семен Васильевич двум санитарам с носилками, которые стояли в ожидании около автобуса и нервно курили.

Светлана Игоревна подошла к водителю.

– В вашем автобусе и именно в вашем рейсе уже два трупа, – констатировала она.

Водитель, спрятав паспорт в карман, с интересом окинул стройную фигурку следователя, ее светлые волосы, аккуратно уложенные в каре, отметил ее полные губы, красивые глаза и небрежно ответил:

– А я здесь, причем! Последний рейс, набитый под завязку, нечего было сердечникам сюда соваться.

– У вас каждый раз, как вы говорите рейс под завязку? – строго спросила Светлана.

– У меня – да, как у других, спрашивайте у них, – огрызнулся водитель.

Поняв, что больше ничего не добьется от него, Светлана Игоревна подошла к свидетелям. Мужчины напряглись.

– Что вы видели, – следователь слегка запнулась, – нет, не так, что вы странного заметили?

– Да, ничего, – ответил бомж с кривой улыбкой.

– Я выходил последним, обернулся, а он сидит, – поведал второй бомж с большими грязными руками. – На мой окрик он не ответил, я подошел ближе, а он сидит весь такой синий. Тут подошел Кривой и сказал, что ему кранты.

– Клещня позвал водителя, а он вас, вот и все, – закончил рассказ Кривой.

– Пока свободны, но никуда не уезжайте, – предупредила Светлана.

Полицейский, молодой человек только что приступивший к служебным обязанностям, держался изо всех сил. Учась в академии, он уже успел насмотреться на жмуриков, но этот образчик с жутким застывшим выражением лица, подействовал на него крайне негативно. Лейтенант, проверив документы и скопировав их, поспешил из автобуса. Глотнув свежего воздуха, он немного пришел в себя.

– Да уж, Серега, видуха не из приятных, – Светлана сочувственно похлопала парня по плечу.

– Слышал, что «Змеиная балка» имеет дурную славу, – прокашливаясь, сказал Сергей.

– Поселок запуганных стариков и бомжей, облюбовавших заброшенные здания, – добавила Света. – В основном кражи и мошенничество.

– Дурная аура, – проговорил лейтенант и запнулся.

– Точно, – прищурив глаза и с интересом посмотрев на парня, согласилась девушка.

– Надо бы проехать туда, разнюхать,– предложил лейтенант.

– Вот тебе и карты в руки.

– Слушаюсь, товарищ капитан, – подобрался Сергей.

Название «Змеиная балка» говорит о многом, в первую очередь сразу представляется балка, кишащая змеями, тварями, вселяющими многим ужас одним своим видом, а если их много – то панический ужас. В стародавние времена так оно и было, затем змеи неожиданно исчезли, и пустующие земли постепенно заселили, оставив память о былых временах в названии поселка.

Когда-то добротные кирпичные дома выстраивались в ряд, образовывая аккуратные улочки, ведущие в центр поселка, где располагалась поселковая власть, дом культуры, универмаг и продуктовые магазины. Теперь улицы с остатками асфальтовой дороги утопали в грязи, а в рядах обветшалых домов зияли дыры развалин. Дом культуры и универмаг приказали долго жить, превратившись в прибежище дурного люда, и только в продуктовом магазинчике теплилась жизнь за счет старушек, которые собирались здесь, чтобы узнать последние новости и сплетни. Именно сюда направился Сергей, выйдя из рейсового автобуса. Его высокая, слегка сутулая фигура в форме полицейского слегка напугала постоянных обывательниц магазина. Старушки, бойко обсуждающие последние происшествия, мигом смолкли при его появлении, поджав губы. Нечасто можно было встретить полицейского в здешних местах, даже участковый редко наведывался.

– Здравствуйте, – поздоровался Сергей и направился к прилавку. Окинув взглядом ряд продуктовых полок, он остановился на леденцах. – Триста грамм барбариса, пожалуйста.

Полная продавщица средних лет была ярким представителем тех прежних времен, на ней красовались белый фартук и накрахмаленный чепчик. Она взвесила конфеты и, улыбнувшись ярко-красными губами, спросила певучим голосом:

– Что-нибудь еще?

Обернувшись к старушкам, чей взгляд чувствовал спиной, он ответил:

– Хотелось кое-что узнать.

– Вы, наверное, по делу местной ведьмы? – спросила услужливая продавщица, кокетливо поправляя светлый завиток волос, выбившийся из-под чепчика.

– Ведьмы?! – удивился Сергей, расплатившись за конфеты.

– Ну как же, – проскрипела одна из старух, – местная достопримечательность.

– Откуда ему знать, Михайловна, – перебила ее бойкая старушенция, сверкнув озорными глазами, – пойдем, касатик, я провожу тебя к ней.

Сергей сунул в карман пакет с конфетами и, попрощавшись, вышел из магазина.

– Клавдия Ивановна, – представилась провожатая, поднимая ворот старой вязаной кофты.

– Скажите, Клавдия Ивановна, я так понимаю, ваша ведьма как-то связана с происшествиями в автобусе?

– А как же! – воскликнула старушка.– Еще как связана. К ней со всей округи все едут и едут.

– Зачем?

– Ты, мил человек, с луны, что ли, свалился? – насмешливо спросила Клавдия Ивановна. Посмотрев на незадачливого полицейского, она сказала: – Будущее свое хотят узнать, порчу снять, одним словом, ведьмовские штучки.

– Те двое тоже ходили к вашему экстрасенсу? – догадался Сергей.

– Экстрасенс или ведьма – все едино темная сила, – констатировала старушка, подводя парня к красивому дому из красного кирпича с черной черепичной крышей. Из трубы торчала деревянная швабра.

Сергей усмехнулся и спросил:

– Почему не метла?

Но Клавдии Ивановны уже и след простыл.

– На швабре удобнее, – произнес голос из-за сиреневого куста.

Сергей смутился и, покашливая, представился:

– Младший лейтенант полиции Моисеев Сергей Львович.

– Местная ведьма, Краснова Розалинда Степановна, – произнес голос.

Из-за куста вышла молодая женщина с модной стрижкой каштановых волос. Обтягивающее черное платье подчеркивало точеную фигурку Розалинды. Она открыла резную калитку и внимательно посмотрела на лейтенанта.

– Заходите, – пригласила она.

Молодой человек, придя в себя, последовал за ней. Розалинда привела его в беседку с вьющимися розами, где уже были расставлены чашки, в которых дымился кофе, а на блюдце лежало любимое пирожное Сергея.

– Что хотели узнать те двое? – спросил Сергей, усаживаясь удобнее.

– Страх.

– Что, простите?

– Их убил страх, – Розалинда, уставившись на него округлившимися зелеными глазами, наклонилась к нему, глубокий вырез платья еще больше оголил ее грудь. Сергей почувствовал, как что-то сдавило его горло и ему стало страшно. – Страх – живое существо и оно всегда охотится за жертвой.

Успокоившись, Розалинда откинулась на спинку стула. Сергей, тяжело дыша, постепенно пришел в себя, горло отпустило.

– Чего они боялись? – хрипло спросил он.

– Чего боятся люди? Неизвестности, болезни…, да чего угодно, даже своей тени.

Сергей почувствовал, что на сегодня хватит. Он встал и, попрощавшись, направился к выходу. В этот момент из дома с криками: «Мама, мама, я голоден», – выскочил мальчик лет девяти, очень похожий на свою мать.

– В дом, сейчас же в дом! – закричала на сына Розалинда. Мальчик повернулся и сердито уставился на Сергея. В этом взгляде было как в омуте – темно и пусто.

Сергей передернул плечами и, пробурчав: «Темное дельце намечается», поспешил было на автобусную остановку, но оклик неизвестно откуда взявшейся Клавдии Ивановны его остановил.

– Ну, что, милок? Все узнал? – старушка, прищурив глаза, внимательно смотрела на него.

– Да, так, – замялся лейтенант, – сынок у нее странный.

– Какой сынок?! – удивилась Клавдия Ивановна. – У нее детей нет.

Сергей резко развернулся и вновь направился к местной ведьме.

– Ты ее хорошенько тряхни-то, – посоветовала ему бойкая старушенция.

Вернувшись к дому Розалинды, лейтенант обнаружил открытую калитку, воспользовавшись этим фактом, он вошел во двор дома. Краем глаза Сергей заметил, как в большом окне шевельнулась розовая занавеска. Он уже хотел постучать в дверь, но услышал звуки стона, доносившиеся из глубины двора. Среди яблоневых деревьев и малиновых кустов лейтенант обнаружил основательный кирпичный погреб, двери которого также были открыты. Первой мыслью, которая пришла ему в голову была: «ловушка»,– но, тронув рукой кобуру, он слегка успокоился и сделал первый шаг вглубь погреба. Стон повторился и Сергей, нащупав выключатель, включил свет и быстро спустился по ступенькам. По выбеленным бокам погреба стояли деревянные стеллажи с выстроенными в ряд банками купорки и варенья. Пустые кадушки ждали нового пополнения. Одна из них слегка качнулась, напугав лейтенанта. В этот момент кто-то выключил свет и закрыл двери погреба. В темноте бочка заходила ходуном и повалилась набок. Крышка отскочила в сторону. Сергей успел включить фонарь в телефоне, заметив, как серая лохматая тень, выбравшись из бочки, приготовилась к прыжку. Лейтенант не успел раскрыть кобуру, существо шапкой накрыло его голову, и он отключился.

Очнулся лейтенант на лавочке около городского отделения полиции. Не помня, как попал сюда, он первым делом проверил наличие табельного оружия. Пистолет, а также телефон оказались на месте. «Надо больше отдыхать», – подумал он, и, подняв глаза, увидел, выходящую из отделения Светлану Игоревну. Вечерние сумерки заставили ее накинуть джинсовую куртку. Заметив Сергея, она подошла к нему.

– Что-то ты не спешишь на доклад, расселся тут, – недовольно произнесла Света.

– А что докладывать-то? – рассеянно спросил Сергей.

– Не смешно, – раздраженно заметила девушка, – как съездил, что узнал?

– Куда съездил?!

– Серега, ты что, издеваешься! И без тебя тошно, начальство давит, ты тут еще в непонятки вздумал играть.

– Светлана Игоревна, – всхлипывающие нотки в его голосе говорили о том, что парень растерян и подавлен, – объясните, пожалуйста, куда я должен был съездить и что узнать?

Света заметила нездоровый румянец, и, попробовав его горячий лоб, воскликнула:

– Да, у тебя жар!

Сергей отключился, пришлось вызывать скорую.

Светлана Игоревна, в джинсах и ветровке сидела на переднем сиденье ниссана, за рулем была ее подруга Галка, серьезная девица из администрации города.

– Давно я не была в «Змеиной балке», там собирались строить элитные коттеджи, да что-то не заладилось и решили строить в «Роще».

– Галчонок, сейчас будет поворот вон за той сосной, не пропусти, – напомнила Светлана.

Вскоре они въехали в поселок и остановились в так называемом центре .

Бросив взгляд на неухоженные дома, Света грустно произнесла:

– Теперь понятно, почему перенесли стройку.

– У кого ты собираешься получить информацию, здесь же никого нет, не в дома же стучаться? – спросила Галка, сдувая со лба короткий черный завиток. Она вышла из машины, и, потянувшись, огляделась. – Глухо, как в танке.

– Продуктовый магазин, Галчонок, кладезь информации, – смеясь, ответила Светлана, показывая на вывеску небольшого кирпичного строения. – Ты оставайся здесь, а я сама в разведку.

– Не очень-то и хочется идти в этот сарай, – буркнула Галина. Ее брючный костюм фисташкового цвета, обтягивающий полноватую фигуру молодой женщины, сильно выделялся на фоне местной серости.

Светлану Игоревну в магазине встретили угрюмо. «Еще одна краля приехала своего хахаля привораживать», – услышала за спиной она шепот старух.

– Я так думаю, не за банкой же кофе вы приехали сюда? – ехидно спросила дородная продавщица в чепчике.

– Что вы к девушке пристали? – укоризненно спросила одна из бабуль. – Клавдия Ивановна, – вежливо представилась она.

– Светлана, – улыбнулась капитан полиции, подмечая озорные искры в глазах старушки, – не покажите, где проживает ваша…

– Розалинда? – перебила ее Клавдия Ивановна. – Отчего же не показать? Пойдем. Недавно молодого человека провожала к ней.

– А ему, зачем понадобилась колдунья?

– Да, нет, – махнула старушка, – он по другой части. Клиенты ведьмовские стали умирать, – наклонившись к девушке, прошептала Клавдия Ивановна, – ты там осторожнее.

– Что-то я слышала, – протянула Света, – в автобусе.

– Вот-вот, полицейский и дознавался у Розалинды, потом вышел и говорит, что у нее странный какой-то сын, а какой сын? У нее отродясь не было детей.

– А потом что?

– Не знаю, больше я его не видела.

Светлана вышла из магазина под ручку со старушкой и взглядом дала знать подруге, чтобы та ждала ее. Галка, поджав и без того тонкие губы, села в машину.

Вскоре Света, дождавшись своей очереди, уже сидела напротив Розалинды, рассматривающей магический шар на столе. Комната, в которой принимала ведьма, была в стиле вамп, т. е. сочетала в себе красные и черные тона и сразу настраивала на мистический лад. Свечи, карты Торо и череп дополняли магический антураж.

– Вы ищете своего друга? – неожиданно спросила ведьма, уставившись на Светлану.

– Да, – решила подыграть Светлана, – не видели его?

Розалинда покрутила в руках шар.

– Вижу, но расплывчато.

– С ним все в порядке?

– Не совсем, – осторожно произнесла ведьма, – все зависит от тебя. На этом все.

Светлана вышла во двор, заполненный народом. Она решила пройтись по двору и забрела на погреб. Профессиональное любопытство заставило ее спуститься в него. Среди бочек она заметила пуговицу, подняв ее, она поняла, что пуговица от кителя Сергея, при последней встрече с ним, она отметила ее отсутствие.

– Что вы ищете здесь? – послышался голос Розалинды. Ведьма спустилась и зло посмотрела на нее.

– Это пуговица моего друга, – сказала Светлана, – что вы сделали с ним?

– То, что собираюсь сделать с вами.

Свет неожиданно потух, двери захлопнулись, и живая меховая шапка накрыла голову следователя.

Очнулась Света в рейсовом автобусе. Память вспышками постепенно восстанавливалась. Девушка осмотрелась, кроме нее в нем, сидели два знакомых бомжа, Клавдия Ивановна и мальчик лет девяти. Клавдия Ивановна дремала, мальчик возился с телефоном, а бомжи о чем-то спорили.

Страх липкими лапками коснулся Светы и как умелый паук, нитями стал пеленать ее. Неожиданно белесая пелена закрыла кабину водителя, бомжи резко выпрямились, а мальчик, перестав играть, повернулся к Светлане. Паук был готов наброситься на жертву, но ждал, когда страх полностью ее запеленает. Вместо мальчика на девушку смотрело лохматое существо, навевающее ужас. Жизненная энергия тонкими струйками уходила к отвратительному существу и только вспышка где-то вдали говорила голосом Клавдии Ивановны:

– Борись, деточка! Страх боится, когда от него отвлекаются. Подумай о чем-нибудь хорошем.

Светлана вспомнила материнские руки. Она всегда удивлялась, какие они теплые и нежные, в небольших морщинках с непонятными извилистыми линиями на ладонях. Вспомнила детство, когда мама гладила по голове и все неприятности забывались. Еще первая школьная форма, сшитая мамиными руками. А мамины пироги, всегда такие вкусные. Она любила смотреть, как мамины руки месят тесто.

Светлана открыла глаза и спокойно, без страха в упор посмотрела на существо, оно, взвизгнув, разбило окно, и бросилось в лес. Пелена спала, автобус дал по тормозам, и открылись двери. Света, вытащив пистолет, бросилась за существом. Она все больше удивлялась своему бесстрашию, похоже, теперь существо боялось ее, охотничий азарт завладевал ею. Так быстро она никогда не бегала. Серая шерсть мельтешила впереди среди деревьев. Первый выстрел – мимо, второй – прошел совсем рядом, но существо успело увернуться и скрыться за деревьями, третий – попала! Страшный крик ударил по ушным перепонкам. Подбежав к раненому существу, Светлана увидела темную тень, сползающую с него в землю. На месте потустороннего существа лежал мальчик, раненый в руку. Пуля слегка задела ее. Мальчик открыл глаза и сказал:

– Мама!

Света обернулась. Розалинда, оттолкнув ее, склонилась над сыном. Она подержала руку над неглубокой раной, затянувшейся на глазах. Мальчик неожиданно заснул. Ведьма взяла его на руки и села на поваленное дерево.

– Кто вы? – отдышавшись, спросила Светлана.

– Я всегда противилась своему дару. Но, однажды, прорвало и знания заполнили меня, мне было мало, и я перешла черту. Моя неосторожность отразилась на ребенке, в тот момент я была беременна. Существо завладело им еще в утробе, родился монстр. Пришлось прятать его, в девять лет он проголодался, и появились первые жертвы. Как вы поняли, он питался страхом. Я молилась всем богам, чтобы забрали у меня дар, чтобы послали Избавителя.

– Кого?!

– Избавители появляются крайне редко. Не каждому дано побороть страх, – объяснила Розалинда, целуя сына, – меня услышали и послали тебя. По щекам молодой женщины текли слезы.

– Не поняла…

– Да, ты теперь Избавитель и твоя миссия, избавлять этот мир от подселенцев.

– Серебряными пулями, – усмехаясь, спросила Светлана.

– Обычными, главное, пущенные тобой.

– Ты серьезно? – не веря ушам и глазам, спросила девушка.

– Фома неверующий, – сердито бросила Розалинда.

– А ножом? – не унималась Света, пораженная своему таланту.

– Да хоть кулаком, – эхом отозвалась исчезающая Розалинда.

Светлана впопыхах и не заметила, что подрала ветками бок. Ссадины ныли и болели. Кривясь, она вышла из леса и направилась к автобусу. Около автобуса стоял ниссан Галки. Заметив ее, подруга со всех ног помчалась ей навстречу.

– Осторожнее, бок! – крикнула Света, когда Галка кинулась ее обнимать.

– С тобой все нормально? – оглядывая подругу, спросила заплаканная подруга. – Больше ни в какую балку тебя не отпущу, – причитала она. – Водитель сказал, что заснул за рулем и съехал с обочины, благо, что автобус не перевернулся, но стекло разбилось, а ты, как сумасшедшая помчалась в лес, приспичило, что ли.

– Угу, – быстро сообразила Света.

– А почему в автобусе поехала, меня не предупредила? – подозрительно спросила Галка.

– Прости, Галчонок, так надо было, – подлизалась Светлана.

– Это все твоя работа, бросай ее!

– Не могу.

ПРОДАННАЯ МЕЧТА

Воскресный базар гудел. Ветер перемен сдул горожан с насиженных мест и собрал их в самом популярном месте города. Небольшие прилавки утопали в ворохе заграничной одежды сомнительного качества. Улицы были запружены людьми. Они торговали с рук. Перед ними на земле красовались газеты, на которых лежали польские сервизы вместе с гаечными ключами. Это было безумие! Народ, опьяненный призрачной свободой, бойко торговал.

Шахтерский городок славился тружениками, но время их трудовых свершений заканчивалось. Шахты еще работали, а зарплату уже задерживали. Городские кумушки покупали понравившуюся обновку у знакомых в долг. Впервые в обиходе появилось слово «челнок».

Терриконики были визитной карточкой города. Около них в свое время образовались поселки. В царские времена миллионер Парамонов владел ими. Для рабочих он построил бараки. Позже они стали называться квартирами барачного типа.

Это было время крутых перемен и в головах предприимчивых людей строились грандиозные планы по обогащению, особенно в головах молодых людей.

В одном из многочисленных бараков собралась молодежь. За засаленным столом сидело трое парней. Несмотря на выпитые градусы, разговор не клеился. Хлеб, открытые дешевые консервы, огурцы с погреба – вот и вся закуска. Двое уговаривали третьего.

– Нужны быстрые деньги! – восклицал, стуча кулаком по столу, рыжеволосый детина. Его волосы соломой торчали в разные стороны.

– Витек, такие перспективы! – увещал другой, худой и длинный. Хитрые глазки собеседника изучали реакцию напротив сидящего парня.

– Согласен, – по-деловому проговорил Виктор, – нам нужен первичный капитал. Парень был начитан. Перемены звали и манили его.

– Чего?! – выпучив и без того круглые глаза, удивился рыжеволосый.

– Первичный капитал – это стартовые денежные средства, – объяснил Виктор.

– Вот я и говорю, бабло нам нужно, а где его взять, как не таким способом!

– Правильно Леха говорит, – поддержал друга длинный, – хорош интеллигента строить.

Виктор действительно пошел в мать, ее корни были голубых кровей. Чернявый, стройный с горящими глазами он всегда был генератором идей. Леха и Андрей подбивали его на очень нехорошее дело попахивающее криминалом. Виктор понимал и выстраивал в голове другой план.

– Идиоты! В тюрьму захотели! – не выдержав, вспыхнул он. Немного успокоившись, – Горожане сами понесут нам бабки.

– В твоей умной башке созрел план? – вскакивая со стула, спросил длинный Андрей.

– Креативный, – смеясь, ехидно ответил Виктор. Ему нравилось издеваться над необразованными друзьями.

– Ты, умник, попроще нельзя! – возмутился Леха. Его скулы заходили ходуном.

Виктор сжалился над ним и в подробностях описал план по отъему денег у населения.

– Ну, ты, голова! – похлопывая друга по плечу, одобрительно произнес Андрей.

– Думаешь, прокатит? – засомневался Леха.

– Еще как! – широко улыбаясь, пообещал Виктор.

У входа в рынок образовалась толпа. Она шумела и возмущалась. Из нее вышла заплаканная женщина. Она недоуменно смотрела в открытый пустой кошелек. Слезы ручьями текли по щекам. Она проиграла последние деньги, а до зарплаты еще далеко. Чем теперь кормить детей! Ее ноги подкосились, и она чуть не упала. Рядом шедшая девушка успела подхватить ее.

– Вам плохо? – спросила она.

– Я проиграла деньги, – всхлипнула женщина.

– В наперстки играли? – поинтересовалась девушка. Ее сердитый взгляд упал на толпу.

– Да, – выдохнула пострадавшая.

– Как же вас угораздило! Они же мошенники!

– Не знаю, была как в тумане, – тяжело вздыхая, оправдывалась женщина.

Недалеко от них стояла скамейка. Девушка повела охающую женщину к ней.

– Присядьте, – предложила девушка. – Как вы? – озабоченно спросила она, присаживаясь рядом с ней.

– Спасибо, уже легче.

В это время из толпы вышел пожилой мужчина. Он возмущенно выкрикивал бранные слова.

– Еще одна жертва, – усмехаясь, произнесла женщина.

– Сколько их таких еще будет, – задумчиво произнесла девушка. Ее не по возрасту мудрые глаза гневно блеснули. – Все деньги отдали?

– Да, – удрученно ответила пострадавшая. Она вновь раскрыла кошелек и не поверила глазам. В нем оказалась крупная купюра. – Ничего не понимаю, он же был пуст?

Она подняла глаза и хотела обратиться к девушке, но ее не оказалось рядом, как будто испарилась. Женщина, перекрестившись, спрятала кошелек в сумку и поспешила к остановке.

А девушка, улыбаясь, шла по центральной улице. Ветер нежно перебирал ее длинные русые волосы. Неожиданно его сильный порыв приподнял подол длинного платья и на мгновение обнажил стройные ноги.

Толпа у рынка постепенно редела, пока полностью не иссякла. Трое потирали руки от радости. Они подсчитали барыши. Сумма оказалась значительной.

Милиционер, неизвестно откуда взявшийся, нарисовался перед ними. Его молчаливый тяжелый взгляд говорил о многом. Виктор отсчитал определенную сумму и, отведя стража порядка в сторону, передал ему деньги.

– Все в порядке, командир? – весело спросил он.

– Работайте, – буркнул милиционер.

За этой сценой следил еще один персонаж. Цепкие глаза видели то, что другие не видели, а гениальный ум набрасывал развитие сценария.

Виктор заметил этот взгляд. Сердце неприятно кольнуло. Ему не понравился его обладатель. Худощавая крючковатая фигура не вязалась с жестким красивым лицом. Гладко зачесанные смоляные волосы придавали некоторый лоск этому странному наблюдателю.

Пытливый ум Виктора подмечал все и откладывал картинки и ощущения в подсознание.

– Виктор, ау! – кричали ему друзья. Они уже собрались и усаживались в старенький Жигуль.

Виктор вышел из оцепенения и направился к ним. В детстве у него были видения. Матери приходилось приводить его в чувство, а потом она водила его с собой в церковь и отпаивала святой водой. С возрастом он перестал придавать им значение. В конце концов, они от него отстали и вот на тебе! Раньше он видел только взгляд, а теперь он во всей красе увидел его обладателя. Брр!

Анна Ивановна сидела в кресле и горько плакала. Из соседней комнаты слышался храп пьяного мужа. Совсем спился! Лучиком счастья для нее был сын. Красивый, умный, целеустремленный, правда, в последнее время он бросил работу и связался с подозрительными личностями. Материнское сердце ныло и болело.

Неожиданно кто-то постучал в дверь. Она открыла. На пороге стояла соседка Зойка. Язык у нее был, как помело.

– Слышала, соседушка, что твой сынок вытворяет? – подбоченившись, ехидно спросила женщина.

– Некогда мне с тобой лясы точить! – пыталась выпроводить соседку Анна Ивановна.

– Да ты, послушай, – не унималась Зойка, – в наперсточники подался твой Виктор! Народ обманывает! Видели его сегодня с дружками на базаре! – на одном дыхании выпалила Зойка, придерживая дверь.

Анна Ивановна молча вытолкнула соседку и закрыла дверь. Казалось, вагон груза свалился на ее плечи. Она плюхнулась в кресло и с новой силой зарыдала. К приходу сына ее слезы еще не высохли.

– Опять плакала? – спросил вошедший Виктор.

Анна Ивановна бросилась на колени перед сыном.

– Я умоляю, брось ты это поганое дело, не позорь меня! Вернись на работу!

– За копейки вкалывать и гнить в бараке, как вы! – обозлился Виктор, поднимая мать с колен и усаживая ее обратно в кресло.

– Мой сын обманывает людей, – причитала Анна Ивановна.

– Мать, ты что слепая?! Вас с отцом государство не обмануло? Квартиру так и не дали!

– Бог с ней, с квартирой. Есть где жить, с голоду не умираем и на том спасибо. Зато перед богом честны! – выкрикнула она в лицо сына.

– Ничего, скоро заживем, если все получится, заживем, как цари, – подойдя к окну, мечтательно проговорил Виктор. За окном в грязной луже купались воробьи. Виктор сморщился и отошел от окна.

– Да ты не слышишь меня, – возмущенно всплеснула руками Анна Ивановна.

– Наперстки – это так, начало, чтобы быстро заработать, – продолжил мечтать Виктор, усаживаясь на скрипучий стул.

– А дальше что, – ужаснулась мать.

– Менял поставим на рынке. На разнице валют можно хорошо заработать. Банк откроем. Будем давать деньги в долг под большие проценты. Скоро люди обеднеют и потянутся за кредитами.

– Как же они будут возвращать кредиты, если обеднеют? – от ужаса округлила глаза Анна Ивановна.

– Домами, квартирами, машинами, драгоценностями будут расплачиваться, – объяснил Виктор.

– Кошмар! – только и смогла сказать Анна Ивановна, хватаясь за сердце.

Виктор побежал за лекарством. Капая его в стакан, проговорил:

– Такие перспективы! Деньги сами пойдут ко мне в руки.

Он принес матери лекарство. Она выпила и прилегла на диван. Тревоги дня и действие лекарства постепенно сомкнули ее глаза. Бедная женщина провалилась в липкую яму беспокойного сна.

– Сахар можно гнать вагонами, выкупить маслобойню, хлебопекарню, – уже засыпая, продолжил Виктор перечень обогащения.

Все больше людей, бросаясь в разные авантюры, оставались ни с чем. Могущественная Империя развалилась. Она, перестав производить, превратилась в огромный рынок потребления чужих тряпок, продуктов и ценностей. Все это стало благодатной почвой для бандитских структур и продажных чиновников. Начались лихие 90-е.

Вскоре умер отец Виктора, а мать, перестав совестить сына, усердно молилась за него. Была собрана кругленькая сумма. Для Виктора и его друзей эпоха наперстничества закончилась. Теперь этим занимался молодняк и отстегивал своим боссам. Виктор, Леха и Андрей важно прохаживались по рынку и были уважаемыми людьми. Дорогие шмотки, иномарки, рестораны, девочки стали их атрибутами.

Менялы надолго оказались новой визитной карточкой города. Накаченные бычки были их мощной крышей. Виктор стоял у руля и продолжал фонтанировать идеями.

Стояла глубокая ночь. Яркая Луна освещала большую спальню в добротном доме. На широкой кровати ворочался Виктор. Он недавно с матерью перебрался в этот красивый большой дом. Жизнь в бараке казалась ему страшным сном. Теперь он крутой бизнесмен и уважаемый человек в городе. Его казна непрестанно пополнялась.

Мать ворчала при переезде, но он-то видел, как при переходе из комнаты в комнату блестели ее глаза. Знала бы она, каким образом достался ее сыну этот дом. Какие проклятия сыплются на его голову.

Где-то там, в глубоком потаенном подвале его подсознания еще рождались терзающие душу мысли, но он быстро загонял их обратно и сажал на цепь, чтобы не мешали жить.

Около кровати стоял журнальный столик в окружении двух кресел. В одном из них лунный луч нарисовал крючковатую фигуру мужчины в клетчатом костюме. Смоль гладко зачесанных волос блестела в лунном свете. Мужчина едва заметным пасом над столом материализовал шахматную доску с расставленными фигурами.

Виктор открыл глаза. Увидев незнакомца в кресле, протер их и уставился на мужчину.

– Прошу, – жестом пригласил мужчина Виктора начать игру.

– Вы кто?

Незнакомец, усмехаясь, удобнее уселся в кресле. Виктор, откинув одеяло, сел в кресло напротив незваного гостя.

– Да знаю, кто вы, – он бросил сердитый взгляд на мужчину, – и играть с вами не буду!

– Ты и так уже играешь, – махнул рукой незнакомец. – Ты игрок! Для тебя люди, как и для меня всего лишь шахматные фигуры. Я же не предлагаю тебе заключить со мной договор, подписанный кровью. Просто сыграем, а я в процессе игры подкину тебе в голову несколько гениальных идей.

Виктор смутился. Заманчивое предложение застало его врасплох.

– Хорошо, – решился он. – Мои белые!

– Ха-ха-ха! – рассмеялся скрипучим голосом незнакомец.

Игра пошла. Виктор хорошо играл в шахматы, но, как и ожидалось, проиграл.

– Должен сказать неплохо, – потер руки искуситель, – Жизнь – сплошная клетка. Я даже костюмчик соответствующий подобрал, – он похлопал по карманам пиджака.

– Вы говорили, что подкинете идеи, – напомнил практичный Виктор.

– Они уже в твоей голове, – загадочно произнес незнакомец.

– Не чувствую.

– Заплатить надо, – проговорил мужчина.

– Так, начинается, – протянул молодой человек, – пошел я спать, – он приподнялся с кресла.

– Погоди, – остановил его незнакомец, – заплати своей мечтой.

– Мечтой!? – насторожился Виктор, возвращаясь в кресло. – Какой из них?

– Самой сокровенной детской мечтой.

– Я уже и не помню, – задумался Виктор. – Мечтал о велосипеде.

– Тем более если не помнишь, то легко с ней расстанешься, – оживился незнакомец. Его глаза запылали огнем.

– Да забирай! – решился Виктор. Все о чем он мечтал уже сбылось, а самую сокровенную детскую мечту он действительно не помнит. Ну и бог с ней!

– По рукам? – спросил мужчина, протягивая руку.

– По рукам! – согласился Виктор, пожимая холодную ладонь незнакомца.

Мужчина в клетчатом костюме растворился в воздухе. Под мышкой он держал шахматную доску.

Виктор, зевая, лег в постель и быстро заснул. Утром его разбудил будильник-кукушка. Ее «ку-ку» раздражало его. Он давно собирался заменить, да все как-то не доходили руки. После ночного происшествия «ку-ку» звучало зловеще. Виктор комнатным тапком угомонил ее.

– Приснится же такое, – возмущался он в ванной. – Детскую мечту ему подавай!

Завтрак был накрыт. Анна Ивановна с нежностью наблюдала, как Виктор уплетает ее блинчики. Сын был задумчив. Неожиданно он спросил:

– Мать, какой у меня была детская мечта?

– Так, – растерялась женщина, – у тебя их было много.

– Самая заветная, – уточнил Виктор.

Мать, вспомнив, улыбнулась.

– Ты хотел превратить город в большой аттракцион, в котором все были бы веселы и счастливы.

Вскоре Виктор забыл о ночном кошмаре. Жизнь продолжалась, и пришло время устраивать свою личную. Он давно приметил одну девушку. Стройная, с длинными каштановыми волосами. Улыбка не сходила с ее красивого лица. Она жила в добротном доме и училась на третьем курсе института. Экономический факультет славился своей перспективностью. Ее отец был начальником участка некогда передовой шахты. Одна загвоздка – крутился около нее один хмырь.

Юрий тоже поддался ветру перемен. Челночил он к китайской границе и стал первым возить игровые приставки. Его палатку у входа в рынок постоянно атаковали девчонки и мальчишки. Юрий за минимальную плату позволял им играть. Ребетня шумела, создавая отличную рекламу. Шла бойкая торговля.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.