Полет

Все дети мечтают научиться летать. Однако, многие ли всерьёз размышляли об этом в зрелом возрасте? Не ясно, когда пройдена грань, за которой стало понятно, что летать невозможно. А ведь достаточно просто немного разбежаться и прыгнуть. Без усилий. Просто взять и прыгнуть. Каждый следующий раз немного выше.

В голове становиться приятно прохладно и уже нет иных нелепых целей. Все вокруг немного замедлилось и не представляет прежнего интереса. Как же иногда хочется шоколадного мороженого. От него мгновенно проясняется мысли. Точнее они как бы пропадают. Не хочется думать ни о чем, только наслаждаться вкусом и живительной прохладой. Ноги стали лёгкими и слегка… Нет. Показалось.

Вокруг цветника порхали бабочки, а дама позднего зрелого возраста смотрела на них. Все психологи мира за все свои миллионы жизней не смогли бы описать в всей полноте её чувства. Хотелось одернуть её и спросить. Но увы её взгляд не позволит Вам разорвать эту связь. Связь её естества с этими крохотными порхающими существами. Она их не видит и даже не смотрит на них. Ощущает их собой, вне себя и внутри. Слившись в единое целое, они вместе парят над миром. Соединение без смысла и цели. Просто они нужны друг другу.

Пыльца ромашек золотистыми пылинками медленно поднимается. Поднимая и без того парящий тёплый свежий воздух. Со стороны не совсем ясно, крылышки будто бы машут к земле. Будто бы бабочка не взлетает, а ныряет в восходящий густой поток.

Дама сделала жест лакею и тот подал ей что-то в свёртке. Обычный свёрток из бумаги определенно представлял ценность. Она положила его перед цветником и с явной досадой развернулась и ушла прочь. Её грудная походка, при все ещё здоровом теле, говорила о множестве перенесенных жизненных тягот. Деловых встреч на сегодня больше не назначено, а значит и спешить не куда.

Вдруг из-под стола выскочил оборванец, со скоростью пули выхватил её ридикюль, пролетел под столом и вылетел в щель парапета. Охрана, едва не хватаясь за пистолеты, покатилась спотыкаясь о стулья за ним. Куда им, дуболомам.

Дама плакала и задыхалась. Побелевший лакей трясясь вспоминал второй курс медицинского, с которого его выгнали за пьянство. Тут дама начала издавать странные звуки. На вроде лягушки. Ей богу помирает, подумал лакей. Как доктор подумал, серьёзно. Слезы, покраснение и трясучка. Агония. Лакей уже не спешил. Одев маску благочинного смирения, он наблюдал, как его госпожа катается по полу от смеха и не может остановиться. Лишь её умоляющий взгляд принудил лакея спросить,-"С Вами всё в порядке?"

Когда они уходили, казалось не он придерживал её, а наоборот. И с каждым шагом она поднималась всё выше, выше…

Покой

Наступила мягкая осень. Все вокруг приобрело оттенки покоя и удовлетворения. Казалось бы, невзрачные дома приобрели благородную осанку и возвышались над морем плавно скользящих машин. Не замечая друг друга люди, растворяясь в собственной самодостаточности, степенно вышагивают по влажным тротуарам. Время замедлилось. Спешки нет, все дела остались в суете душного лета. Нет телефонных звонков. Нет желаний. Есть только чистое созерцание при отсутствии собственного «я».

Золотистый свет обеденного солнца, отражаясь от желтых листьев, озаряет пыльные стены, превращая дома в загадочные обелиски. Звук тонет в наполненном вязком воздухе. Запах исчез. Вместо него остался какой-то ненавязчивый клубничный привкус.

Ребёнок идёт по бульвару и тянет за собой веревочку. Он закутан не по погоде заботливой мамой. Но это его не беспокоит. Его беспокоит кончик веревочки, на который он, озираясь, поглядывает украдкой.

Сколько загадок кроется в его мыслях. Быть может, он представляет щеночка. А быть может он крутит планету в нужную, правильную сторону. Как быстро его фантазия прокручивает колесо мироздания. Образы лавинами вращаются вокруг него, создавая свой ярко-зеленый мир внутри этого дремлющего благодушия.

Навстречу идёт подросток. Озадаченный вид и быстрая походка резко контрастируют с происходящим. Он мчится прямо на беззаботно шаркающего ребёнка. Длинные ноги, как ножницы, бездушно режут воздух.

Мгновение до столкновения. Подросток увидел ребёнка, но остановиться уже не успевает. Спотыкаясь о невидимый бордюр, падает с высоты своего роста, перелетая через малыша. Тот философски наблюдает за происходящим.

Поранил ладони и испачкал брюки. Малыш в порядке. Неказистый отрок стоит на четвереньках и исступленно смотрит на рисунок брусчатки. Взор его медленно поднимается к горизонту. Разбил телефон. Во взгляде пустота. И вот впервые на лице появляется тень эмоций. Вслед за тенью, по щеке из холодных глаз покатилась слеза.

Ведьма

За окном стоял трескучий мороз. Казалось, от холода воздух твердел и редкие снежинки с трудом проваливались через него. Сосны копьями рассекали голубое небо. Солнце бриллиантовым блеском наполняло снег. Он устало лежал на ветвях, ожидая своего часа упасть вниз.

Потрескивание дров в печи оживляло эту немую картину. За печью грелся сверчок, а на печи сушились самодельные сигары. Аромат новогодней ёлки смягчал крепкий пряный запах самосада. Огромный кот пристально смотрел в окно. Над ним гирляндами висели какие-то корешки и грибы.

В комнату вошла старушка, подошла к печи и принялась медленно помешивать странный зелёный суп в круглом чугунке. Потом она взяла с полки сухие косточки и разложила ими пасьянс. По всему видно, что она давно привыкла к одиночеству. Гости были редки, люди из деревни побаивались заходить к ней.

Когда знахарке было 20 лет, она слыла первой красавицей в городе. Но выйти замуж ей не позволила гордыня. Все воздыхатели были какие-то не такие: то нос кривой, то обувь грязная, то мама назойливая и так далее. А годы шли и шли. Время всегда было к ней благосклонно. Неизвестно, сколько ей было отпущено лет. В городке меж тем поговаривали, что она ещё царей лечила…

Иногда приезжали бездельники из больших городов посмотреть на диковинку. Останавливались у края деревни. Выходили из машин. Шумные, пьяные, дерзкие. Пройдя по единственной в деревне улице до середины, внезапно притихали и останавливались. Долго шушукались и потихоньку, оглядываясь, возвращались.

Вот так и в тот день остановился у края деревни джип Порше. Из него вышла молодая шикарно одетая женщина. С ней явно было что-то не так. На каблуках в такую погоду. Наверное, тоже пьяна.

Старушка спала, когда в дверь постучали. Открыв дверь, она увидела эту женщину с годовалым ребёнком на руках. Дама только успела промямлить: "Врачи сказали", как старушка одной рукой выхватила ребенка, а другой ударила в грудь дамы с такой силой, что та врезалась спиной в землю. Дверь захлопнулась, едва не слетев с петель, и весь снег с крыши скатился на мадам, накрыв её целиком.

Старушка перестала походить на себя. С дьявольской скоростью принялась за дело. Заплаканный мальчик успокоился, глядя в глаза кота. Кот медленно подошёл и сел ему на грудь. Знахарка стригла, терла, отрезала кусочки от уймы странных комочков. И шептала. Шептала так громко, как отдают приказы. Это был проклятый хеттский язык.

Вокруг малыша на столе образовался завал из сплетённых веточек, вперемешку с вонючим зелёным мусором. Варево бурлило, отдавая запахом индийского базара. Из тени вынырнула сова и впитывала своими круглыми глазами происходящее. В клюве у нее болтался какой-то шнурок. Да, именно болтался, потому как сама сова замерла, словно чучело.

Ведьма прыгала и тряслась в трансе. Внезапно схватила лопату, подняла на неё малыша и засунула в открытую печь. Кот, явно не ожидая такого расклада, с визгом выбил конфорку и вылетел, опрокинув чан с варевом. Зелье вылилось внутрь печи. В этот момент ведьма одной рукой выдернула лопату, одновременно другой рукой схватила со стола нож и метнула его в голову совы, от чего у той открылся рот и оттуда выскочила мышь.

Ритуал окончен. Изба в дыму. Закопчённый малыш, улыбаясь, смотрит на кота. Дымящийся кот смотрит на мышь. Мышь грызет сигару. Старуха обмякла. С большим трудом она протерла мальчика, завернула его в единственную чистую тряпку и вынесла во двор. Там стоял телохранитель. Он дрожал. Но не от холода. По приказу хозяйки, он подглядывал в окно за происходящим.

Через две недели около дома знахарки появилась куча еды и всякого разного добра. И так гора пополнялась раз в неделю. Большую часть растащили собаки. Старуха не выходила до весны. Она спала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.