Привет всем, кто это читает! Признаюсь сразу: я не писатель, от слова «совсем». Я не знаю, с чего нужно начинать и как заканчивать свое, с позволения сказать, произведение. Я просто очень хочу рассказать историю, которая не дает мне покоя по сей день. Историю о моей семье, о маме и папе, об одном нерассказанном стихотворении… И на самом-то деле я буду выступать скорее как ваш проводник, время от времени дающий свои комментарии, чем как рассказчик. В качестве него будет мой отец, а точнее большая часть его записей, которые от него остались. Записи эти были посвящены моей маме, а конкретней тому, как они с папой познакомились и начали жить вместе. Казалось бы, ничего такого заурядного из вышенаписанного, но по поводу этого папа всегда молчал и за него, так сказать, отдувалась мама. И то, что она рассказывала всем нам и вообще всем, кто спросит, и то, что написано папой, – это две разные истории. Мамин вариант вполне обычный, краткий, не лишенный романтического компонента, конечно, а вот папин… В него, мягко сказать, не верилось, и я даже не смогу сейчас ответить, в какой из вариантов я верю больше.

Эти свои записи он начал после того, как мама ушла из дома и не вернулась. Никто ее не видел, никаких улик, следов ее присутствия в радиусе нескольких километров от нашего дома найдено не было. Ни следователи, ни милиция, ни народные патрули, прочесывавшие местность, не дали абсолютно никаких результатов и зацепок. В конце концов, расстроенный отец уже ходил один по округе после работы, все больше увеличивая радиус поиска, но и это не помогало. Он иногда разрешал нам с сестрой пойти с ним и постоянно твердил о том, что не может поверить, что какие-то «Они» ее нашли и забрали. Мы с сестрой ничего не понимали, да и он ничего толком не объяснял. В конце концов, руки его опустились. Он постарел и помрачнел буквально за несколько месяцев, лет на десять точно, но о нас заботиться не переставал, однако не было в его глазах более той искры, того задора и желания жить и наслаждаться жизнью в полной мере, как это было тогда, когда мама еще была с нами. Для меня и сестры это тоже был очень сложный период… черт, когда вспоминаю об этом, на глаза наворачиваются слезы…

В общем, примерно в это ужасное для всех нас время он и написал то, что я буду приводить вам ниже, как он сам это назвал, будучи на смертном одре – «Настоящая история». И так же твердил опять, что «Они» нашли ее и забрали, что мы должны знать правду и прочитать эти его записи, которые он никому не показывал. И, конечно, я и моя сестра нашли их и прочитали. Она не верит до сих пор и считает папу сумасшедшим, и что сумасшествие это началось из-за пропажи мамы, хоть она всегда любила его, но напрямую не говорила этого никогда. Она выбрала сторону и успокоилась.

Я же никак не мог определиться. Не могу и сейчас…

Собственно, началась эта удивительная история со стихотворения, которое отец написал примерно за сутки до того, как они с мамой нашли друг друга. Когда мы обнаружили эти записи, оно было вложено первой страницей на смятом и потертом от времени листке. Вы уж простите горе-рассказчика, но его я приведу в конце папиной истории.

Ну а теперь к делу:

«Здравствуйте мои дорогие и любимые дети! Простите меня за все это вранье, которое мы с мамой придумали и скармливали вам по крупицам всю вашу жизнь! Если бы наша с вами прекрасная и неземная мама была с нами, я уверен, она тоже бы очень сожалела и извинялась. Это наш крест, и мы его будем нести до скончания дней. Но мы боялись, что мир этого не поймет и вы не поймете, так как являетесь его частью, а тут бездоказательно не верят никому и ничему, да и доказывать уже нечего: ее нет с нами, и я уже не надеюсь…

Встретил я ее совершенно не так, как вы знаете. Этой встрече предшествовало то, что я написал стихотворение. Волшебство началось уже с этого, так как я отродясь не писал никаких стихов и чего-то подобного, и оно пришло из ниоткуда в мою голову. Мне оставалось лишь его записать… Такого со мной не случалось. И после уже было как-то не до стихов, так что прочитайте его обязательно, чтобы понять все. Меня как никогда гложет мысль о том, что его не видел никто. Да я и сам о нем позабыл до недавних пор, пока не нашел случайно. Прочитал и понял, как все сходится. Больше всего я жалею о том, что его не видела ваша мама. Моя самая любимая, самая родная на всем белом свете неземная женщина. И, наверное, она его никогда не увидит, так как она уже слишком далеко отсюда. Я не представлял жизни без нее, но теперь повторяю этот стих про себя, твержу уже практически как молитву, и становится не так плохо, хоть и очень тоскливо.

Так вот, в тот день, второго декабря вечером, я решил выйти за сигаретами в ближайший магазин, который находился минутах в десяти-двенадцати ходьбы от того общежития, где я, еще будучи студентом, делил комнату с двумя сокурсниками».

Ну, собственно, начало истории знакомства родителей одинаково для обеих версий…

«И вот иду я, значит, уже где-то на середине пути по заснеженной тропинке через парковую зону. По правую сторону деревья, по левую – небольшое заснеженное поле. И остается не особенно долго гулять, дойти прямо по этой тропинке до большой дороги, перейти, и вот стоит ближайший ларек! Но вижу что-то странное впереди, правее, ближе к деревьям! Лежит груда чего-то непонятного, как будто обломки, а рядом силуэт, вроде больше на женский похож, маленький, худенький, и вроде даже дрожит, стоит, переминаясь с ноги на ногу. Я еще подумал тогда, что зима же на улице, как этот кто-то не озяб совсем в таком виде? Подхожу ближе и вижу, ну точно – девушка! И такое ощущение, что голая совсем! Но когда подошел совсем близко, понял, что не голая, а в каком-то костюме, обтягивающем все тело. Как вот лосины, только не на ногах, а везде, от сугроба, в котором не было видно, что у нее в качестве обуви надето, и вплоть до подбородка. Стою и разглядываю ее, значит, а она в свою очередь разглядывает меня и дрожит. И чем дольше я на нее смотрел, тем больше понимал, что она просто совершенство какое-то неземное! Вот просто пялюсь и не знаю, что сказать! Она же, переминаясь с ноги на ногу, хмыкнула и говорит: «Здравствуй, человек, не мог бы ты мне помочь?» С каким-то странным акцентом, но голосок тонкий, нежный, певучий, немного подрагивающий, видимо, ввиду мороза. Я, конечно, сказал, что помогу, чем только смогу, и, собственно, так я и бросил курить, потому как до ларька я так и не дошел, и c тех пор как-то и не тянуло совсем».

Это правда! На моей памяти ни разу не видел, чтоб отец курил! Да и запаха табака не ощущал, и, что уж говорить, сам никогда не баловался сигаретами по его примеру и не собираюсь начинать.

«Ну, в общем, сгреб я ее в охапку и поволок отогревать к себе! Даже и не помню уже, говорили ли мы о чем-то или нет. Помню только, как ее зубы постукивали, когда мы шли, даже моя куртка не особенно ей помогала. И еще вот прямо четко помню, как обернулся, и уже обломков никаких не было на том месте, где я на нее наткнулся.

Когда мы пришли, соседей моих не было: либо кутили где-то, либо подрабатывали.

Первое, что я сделал по приходу, это укутал ее всеми одеялами и вообще всем, чем только можно было накрыться, и кинулся на кухню кипятить чайник. И только когда принес чай, уже окончательно ее разглядел, и дыхание мое сперло настолько, что мне, кажется, забылось совсем, как дышать. Она была словно ангел какой-то! Волосы светлые, прямые и длинные! Глазища голубые-голубые, как небо! Носик, губки, все идеально, как с картинки просто! Таких девушек я не видел до того момента, да и после тоже, если честно. Я даже слов не нахожу, чтоб описать ее тогда и свои впечатления от увиденного. Мне, причем, показалось, что от нее как будто свет какой-то исходит, и потом казалось не раз. И еще я разглядел, наконец, что было у нее на ногах, торчащих из-под груды одеял. Это были как будто носки, длинные такие, почти до колен, но как бы резиновые, что ли, и даже что-то похожее на подошву по рисунку».

Как вы уже, скорее всего, догадались, примерно отсюда-то и начинаются расхождения в историях! По маминой версии, встретились они в этот же день. И да, отец вроде как тоже выходил за сигаретами, но наткнулся на нее возле ларька, продрогшую и заблудившуюся студентку из другого города. Да и еще в придачу отогнал местную шпану, заприметившую ее и пытавшуюся «докопаться» в стиле «а что это мы тут одни такие красивые делаем?». Да и курить он бросил, потому что ей вроде как пообещал.

«В общем, пока она не произнесла ни слова, да и чай пить не стала. Только держала горячую кружку в руках, пока с поверхности ее не перестал пар исходить. Да и я молчал, в основном пялился на нее украдкой, пытаясь делать вид, что что-то делаю по дому. В конце концов, не выдержал. Присел на край койки и спросил, почему она не пьет чай. На что она с тем же странным акцентом сказала, что не знала, что это нужно пить, и думала, что это какой-то примитивный способ для обогрева рук. Я удивился, но все-таки настоял на том, чтобы она попробовала. Как так? Старался, кипятил, да и чай хороший со слоном на пачке и двумя ложками сахара. Она с недоверием, как-то очень неуверенно отхлебнула немного остывшего чая, проглотила и через секунду расплылась в улыбке. Да такой милой, что у меня опять сперло дыхание. А еще через две кружка уже была пуста, и я в срочном порядке был отправлен на кухню за добавкой. За второй кружкой мы разговорились окончательно, и то, что она рассказывала, было похоже на бред сумасшедшего. Я не понимал, смеяться мне или нет, хотя на тот момент она не особенно-то походила на человека, который шутки шутит. Уверенно так говорила, что она не с этой планеты и что прилетела к нам в спасательной капсуле, а если проще, то просто сбежала. Сбежала от… Она говорила – «Они». Что эти самые «Они» вроде как инопланетные захватчики и сначала долго вели переговоры с ее мирной цивилизацией. Потом захватили власть при помощи силы и начали устанавливать вроде как свои порядки, которые много кому не понравились. Много кто из ее расы бежал из-под их гнета, но не всем удавалось, и что она точно не знает, есть ли на земле еще ее сородичи. А если и есть, то прячутся и стараются лишний раз не высовываться. Поэтому попытки найти еще кого-то для нее точно не окончатся успехом. Потом она спросила, верю ли я в то, что она мне говорит. Видимо, мое обалдевшее лицо как-то наталкивало на такие мысли. Я не нашелся что ответить, но сказал ей, что, кем бы она там ни была, она очень красивая. И, кажется, покраснел. На что она улыбнулась и сказала, что для моего вида я тоже весьма неплох, и что, видимо, мы должны были встретиться. Так, якобы, было предрешено Вселенной. Ну а я, в свою очередь, был абсолютно не против, так как влюбился по уши и мысленно орал в голос, благодаря эту самую Вселенную!»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.