Из истории Химии

Песня

На свете много химиков,

Лишь одному из них,

Секреты Русской водочки

Во сне открыл старик.

Он видел, что измаялся,

С таблицей химик сам.

Помог ему все атомы

Расставить по местам.

Припев:

Белее, чем лебёдушка,

Огнём горит слеза.

Откушай Русской водочки,

Раскроется душа.

«Во здравие», «За память» … -

Напитка лучше нет.

Секрета Русской водочки

Не знал бы белый свет.

Он осчастливил Химика

И с радости такой:

– А ну, давай, записывай! -

Махнул старик рукой.

Проснулся утром парень,

Старик чудной исчез.

–А может быть всё это

На самом деле есть?

Припев.

Сначала элементы все

В ячейки распихал.

– Всё сходится, как надо! -

Учёный закричал.

«Еще мы что-то пили -

Как чистая слеза?

Скорее нужно вспомнить!»-

Зажмурил он глаза.

Припев.

Смешал ингредиенты

И градус заодно.

«На вид – прилично очень.

Похоже, что оно!»

Поднёс ко рту пробирку:

– Была, эх, не была! -

И проглотил напиток,

Минута замерла.

Припев.

Исчез куда-то воздух!

–Ха! – выдохнул, – пошёл.

А дальше, вдоль по жилушкам,

Как Боженька прошёл!

– А, славная вещица!

Ох, молодец – старик!

«…И точно сорок градусов…», -

Он вспомнил его лик.

Припев.

Наш химик признан Гением,

А как хотели вы?

Рядами строят атомы

Лишь Гениев умы.

Таблиц, периодических-

Кто в курсе, а кто – нет.

А, водкой будет славен

Наш Гений сотни лет.

Воскресенье – выходной

С добрым утром, Добрый День!

Значит вечер будет добрым.

Отступили колготень

С беспокойством ненадолго.

Суета ушла куда-то.

Заблудилась бы совсем.

Расползаются туманом

Все кудели из проблем.

Расползлись и растворились

Словно утренний туман.

В Воскресенье нужен отдых

Телу, делу и умам.

Я же – снова на "работу

Как на праздник" – в выходной.

Вот, скажите мне, ребята,

И кому же это надо,

Срочно куртку, в день такой?

Добрый вечер, Добрый День!

Хоть сказал бы,

Что работа В Воскресенье –

Колготень.

Вчера была на кладбище

Вчера была на кладбище.

О, нет – не на обычном.

На очень старом кладбище

Истории обычаев.

Вокруг гуляли зомби,

Но не было мне страшно.

Когда луна не полная,

Они не так опасны.

Как на обычном кладбище:

Портреты, цифры с датами,

Перегородки древние.

А зомби все с наградами.

Искала Неразменный Рубль.

Нашла в одном окошке.

Да, плюнула! Ведь не взяла

Продать, я черту, кошки.

«… И мёртвые восстанут!».

Они и не ложились.

С айфонами, айпадами,

И «очень даже живы».

Я встретила Священника,

Довольного такого.

Я слышала, что «мёртвые»

Для них – прокорм для дома.

Потом концерт был скуШный,

С певицей – шансоньеткой.

Потом награды нужные

И важные, наверное.

Болтала я с соседкой,

Та, от меня устала.

И было ощущение,

Что – посреди вокзала,

А поезд всё не едет,

Я жду – он не идёт.

А я все жду надеюсь,

Что Зомби увезёт.

Погрузятся в вагоны и

С ветерком поедут.

И вдруг исчезнет кладбище,

И расцветет Победа!

А люстры две хрустальные

В патриархальной пЫли,

Осыпятся осколками –

И не были, как были.

Все Окна распахнутся

И впустят Новый Свет.

Он не оставит «пыли»

Ни шанса, ни совета.

Ну, а Живые Люди,

Те, что со мной останутся,

Поймут, что молодцы они,

И что не зря старались.

Улыбки их лукавые

Заменятся обычными.

Слова – метаморфозные…

(Но это уже личное))

Водителю автобуса

Вот это действительно Радость -

Что люди вокруг еще шутят.

Не хмурятся, не напрягаются,

Не буркают, не озлобляются,

А запросто так улыбаются,

А значит – Жить дальше будем!

И не с "ха-ха"– покурили,

А после тяжелой смены,

Когда весь день за баранкой,

На наших дорогах «отменных»,

Водителем пассажирского,

Автобуса (на минуточку).

Когда все время – по графику,

Когда любые попутчики,

Когда – работа по сменам,

А утром вставать – сон самый,

Чтоб развести по работам,

Детишкиных пап и мам.

Да! Я удивилась радостно,

И строчки ему посвящаю:

Водителю "Триста пятнадцатого",

Что улыбнулся вначале.

Во саду ли в огороде

"Во саду ли, в огороде", -

Пели в старину в народе.

Ноне сад и огород -

Дачею зовет народ!

А, бывало ч, господа

Ездили на дачи.

Скраб, с собою забирали,

С дворнею, в придачу.

Сами там чаи гоняли,

Думая о вечном.

Ну, а дворня им справляла

Жизнью человечию:

Постирать, намыть, погладить,

Деткам подтереть носы,

Приготовить дяде Ване

Пену, чтоб побрить усы,

Полотенце подержать,

Слить его водицей,

Да, и напряженье снять –

Дворня пригодится.

Ну, а баре – господа -

Завсегда при деле:

Чтобы дворне той жилось

В радости – радели:

Шаль на плечи, или шляпу,

Кисти в руки – за мольберт.

И по целым дням галдели,

То, что жизни дворне нет.

Что нужна свобода ей,

Развязать чтоб руки,

Чтоб дышалось веселей.

Так вот – раз от скуки,

Как-то сильно расшумелись –

Эмоционально,

И вверх дном перевернулся

Жизни строй банальный.

Баре – что? Пахать не могут –

В генах йихних нет того.

Не особо то и знали

Где рождалось молоко.

Ну, а языком чесать,

Да с мольбертом бегать,

Может всякий, да не знают,

Правильно как делать.

Так с тех пор и порешили:

Мужики в искусстве,

А как тонкий человек,

То – сиди в капусте.

Как со стари повелось:

Правильно по Божьему -

Все теперь переплелось:

Лица вкупе с рожами.

И теперя отдыхают,

Там, где садят огород,

И такие огороды

Дачами зовет народ.)

Дешево и сердито

Очень хочется быть модным?

Денег нет – расклад такой:

Хочешь к модным затесаться -

Озаботься бородой!

Не священник? Не профессор?

Не геолог? Не лесник?

Борода сейчас в фавОре!

Да и бриться бы отвык.

Экономия во всем:

Бритвы, время, пена…

И зимою с ней тепло,

Если – до колена.

Пусть рогатится, свербит,

Салится, потеет -

С бородою хорошо,

И удобно с нею:

Можно руки обсушить,

Подтереть под носом,

Чтобы крошки не летели

Бороду мы носим:

Вместо шарфа – чтоб не дуло,

Чтобы не могли узнать,

Чтобы ум мужской обычный,

С космоса могли питать,

Чтобы было что покрасить,

Или даже причесать,

Чтобы комары и мошки

Не могли в лицо кусать,

Чтоб из длинных – сделать сети,

На худой конец – силки,

Чтобы если "загрузили",

Было что подрать с тоски.

Чтобы думали, что зрелый,

А не просто молодой.

Ну, а главное – что Модный,

Сразу станешь с бородой!

Дорожные инсинуации

Гремят запарики как маракасы:

"Еда доступная народу – в массы!".

На полустаночках эклеры нонча.

Эх, где вы, бабушки, где ваша пиСЧа?

Где малосольные, как мед, огурчики,

И где картошечка, и с жару- курочка,

Где пирожки с начинкой разной.

Хоть бутербродик бы с икоркой красной!

Теперь не слышно зазывных криков.

Теперь культурно вкушать привыкли.

И пусть зима сейчас, и очень холодно -

В дороге пиво пьют. Кисель – не модно.

Теперь дорожные инсинуации:

Эклеры к пиву, да "Марс" по акции.

Ах, где вы, бабушки, с едой домашней?

Скучают станции без кухни вашей.

День Валентина

На подоконнике у нас,

С утра, амуров стая.

Щебечут что-то на своём,

С окон перелетая.

И ведь не страшен холод им,

Как есть – все голопузы.

А оперения у стрел -

В цвет спелого арбуза.

Мы распахнули им окно:

– Замерзли? Залетайте -

Согреетесь, но только, чур,

В нас стрелы не пускайте!

Влетели. Где места нашли,

Там хитро щурясь, сели.

Какой был в доме шоколад,

До крошки – весь поели.

Болтали мы о том, о сём,

Смеялись и вздыхали.

Следила строго я за тем,

Чтоб стрелы не пускали.

Смеркалось. Впереди у них,

Ох, не простая ночка!

Оставили нам за постой,

Пурпурное сердечко:-)

Жандармы – инопланетяне

Этеншион, этеншион…

Ночью темной прилетали астронавты ихние.

Для начала засветились в небе, но по-тихому.

А потом, как распустили во все стороны лучи.

Ну, как есть – тарелка в небе – хошь, молчи, а хошь, кричи!

Знаю точно – все молчали – мы народ подкованный!

А они нас изучали сверху: снизу доверху.

Затаив дыхание ждали, сколько все продолжится?

Уложились в пять секунд. Наши – не уложатся!

Опустились низко-низко, всех пересчитали.

Из мозгов все связи тайные, для себя списали.

Засосали в НЛО растопырки – щупальца.

Вроде, братцы, пронесло! Можно и очухаться.

Улетели космонавты чужедальней стороны.

Дальше все пошло по плану. Мы им больше не нужны.

Как – то! Для чего? Зачем? – мучают сомнения,

Но осталось на душе удовлетворение.

Уф! Успела записать искорку мгновенную:

В космосе жандармы есть – сберегут Вселенную!

Зарисовки из магазина

Давно ль вы были в магазине?

А я здесь каждый день бываю.

Казалось – всё уже слыхала.

Но всё ж бывает, удивляют.

Сегодня нежное пальто,

То, что почти шуршит туманом,

Доярки курткой, обозвали,

И были не в угаре пьяном.

И ладно бы, какая Дива,

Что хоть стервозна, но красива.

А то «нелепица» в трико.

Знать ей приелось молоко.)

А вот вопрос еще забавный:

«Что за страна у вас их шьёт?».

– Норвегия – текстильщик главный.

– Да, ну? – и на бок скосит рот.

– Норвегия? Не может быть.

Они не могут куртки шить.

Ну, там … седёдка, или крабы…

– И куртки – чтобы в них, ловить.

Опять посмотрит: правда ль… нет?

И над собой же рассмеётся:

– Норвегия! А Вы, однако … -

И тут же новою займётся.

Их много – тех, кто вопрошают.

Есть те, что говорить хотят:

– Да есть же у меня такая,

И вот такая, и такая,

И та, и эта – дорогая.

И эти – десять штук подряд.

А у меня ещё в шкафу,

Есть пара шубок «на мороз»,

И две дублёнки, или три -

Не помню. Мне их муж привёз.

Все финские.

– Что, с той войны?

– Да, нет. Мы там когда-то жили.

Теперь таких у «пол–страны».

А как мы ими дорожили:

Сервиз на дюжину персон.

О, да! «Мадонна» – кобальт – как-же!

И термос весь в цветах, китайский.

Конечно жив. Ну, ты как скажешь!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.