Трепетный рассвет
Алана Катализ

© Алана Катализ, 2023

ISBN 978-5-4498-9767-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Чтобы изменить что-то в себе или что-то, что

окружает тебя, нужно начинать всегда с небольших вещей, ведь

впоследствии они перерастут в глобальные изменения твоей жизни.

Глава 1

Порой я чувствую себя одинокой и от этого мне не по себе. В моей жизни в последнее время ничего не меняется. Это угнетает и заставляет о многом задуматься. Но как изменить то, что не представляешь. Мне очень трудно поверить в то, что все-таки это произойдет когда-нибудь.

По своей природе я очень впечатлительна и эмоциональна. Для многих людей в моем небольшом окружении – это явление кажется чем-то не нужным и не обязательным в нашей жизни. Но как можно жить с серьезным лицом до конца дней и на различные события смотреть снисходительно и бездушно? Такие люди у меня вызывают жалость, так как в столь юном возврате я могу понять, что жить под маской – это ужасное наказание, которое они сами выбрали для себя же.

Поэтому, когда я встречаю поистине интересных людей своего возраста или старше себя, мне всегда интересно понаблюдать за ними и послушать об их жизни. У таких светлых людей обычно интересная насыщенная яркая жизнь, которая их вполне устраивает. Некоторые из них для этого проделали огромный путь, а другие наоборот всего один шаг. Поэтому после их рассказов у меня появляется ощущение, будто бы я жила до этого разговора как-то неправильно, не так ярко как нужно, не так весело как следует. Такое же ощущение у меня появлялось после прочтения книг, просмотра фильмов или сериалов, которые эстетичны и со своим посылом.

В такие моменты мне хочется бросить все, чем я занималась, увлекалась, интересовалась и переключится на что-то другое, на что-то масштабное, на что-то невыполнимое. Чтобы потом доказать себе же, что я могу сделать большее в этом мире. Что я уверенная, не смотря на то, что порой могу вести себя застенчиво. У меня есть желание, амбиции и ум. Для кого-то эти слова покажутся высокомерными, но я считаю что я, правда, могу изменить свою жизнь, но пока не могу понять каким именно способом это лучше сделать.

Мне кажется, пора представиться. Меня зовут Ева Куинси, и я учусь в обычной школе, в обычном городе, это шумный городок, который мне не сильно нравится. Каждый мой день проходил, словно день сурка. Менялись лишь небольшие элементы, которые не изменяли ничего в моей жизни и в моем будущем. Я пыталась побороть это чувство и поэтому начала больше проводить время с семьей и друзьями, а не с новыми знакомыми, которые заставляют меня задуматься о своем бытие.

В один из таких обычных тихих дней ко мне в комнату зашла моя мама – Сильвия. Она была безумно счастлива, а я не понимала, почему она радуется.

– Ева, я до сих пор не верю в это. Меня повысили на должность выше, и мой руководитель требует переезда. Я, конечно же, согласилась, ведь это такой шанс, он выпадает точно один раз в жизни. Я помню твои слова, как ты тоже много раз говорила о переезде, так что собирай потихоньку вещи, мы уезжаем в Америку. Через четыре месяца мы уже будем там. Наконец-то мы уедем из этого холодного места!

– Мне кажется, ты меня разыгрываешь, – встав с постели, сказала я грустным голосом.

Хоть у кого-то из нашей семьи все хорошо. Мне не верилось, что мои мыли, будут услышаны вселенной и что все-таки я смогу выбраться из этого города куда-то, хоть и не так как я хотела. Я представляла себя героем, когда задумывалась о переезде. Думала, что вот сейчас я открою какую-нибудь звезду или совершу важное открытие, и все сразу заметят меня, и, тогда уже как герой могла бы отправиться навстречу своим мечтам.

Не подумайте, что мне так сильно не нравилось в моем городе, напротив, в этом городе было что-то свое, атмосферное. Мне казалась, что такой образ жизни вполне соответствует моему характеру. Здесь у меня были друзья, и я не представляла, что я буду делать в другой стране без них. Но желание изменений и увидеть новую страну взяли вверх надо мной. Америка, да и другие страны пробуждали во мне желание путешествовать и изучать мир, культуру и просто наслаждаться всем, чем только можно.

В самом начале июля мы уже переехали на новое место, в наш новый дом. В тот день, когда это произошло, был потрясающий закат, около четырех часов вечера. Пока мама разбирала коробки на кухне и говорила с кем-то по телефону. Я пошла на второй этаж и перенесла свои коробки с вещами в новую комнату.

Забегая вперед, хочу отметить, что моя комната находилась именно в том расположение, в котором видно напротив соседские дома, если посмотреть в окно. А если поднять голову к небу в солнечный день, все еще, смотря в окно, например, утром, то можно увидеть всю красоту природы и ее многообразие. Особенно облака, которые переливаются постоянно разными оттенками цветов и птиц, щебетание которых было порой слышно даже с закрытым наглухо окном.

Облака были такие пушистые, что мне хотелось просто взять и потрогать их или даже попробовать на вкус.

Моя комната в день переезда, как и последующие дни, заливалась солнцем, я не могла не удержаться и не сделать пару фотографий, перед тем как открыть большое окно, чтобы почувствовать летний теплый ветерок и насладиться очаровательным моментом дня.

Я смотрела на прохожих подростков-парней и на безумно яркое солнце, думаю, они меня увидели, ведь один из них мне улыбнулся так искренне, что я покраснела и быстро отвела взгляд на коробку, что стояла у меня в комнате на подоконнике. Не осмелившись посмотреть вновь на улицу, я закрыла окно и принялась разбирать вещи.

Именно одежды у меня было не слишком много, так что заполнения шкафа заняло у меня всего минут сорок, не более. Еще до переезда я приняла решение, что куплю все там, где буду жить, и меня эта идея вполне устраивала. Что касается бытовых принадлежностей, которые мне, конечно же, нужны в обиходе я разбирала намного дольше, постоянно бегая на первый этаж к маме, чтобы узнать, что и в какой коробке находится. Всех больше я пережевала, что навсегда потеряю свои журналы и книги, хоть их было не много, они были частью меня, и поэтому мне было бы больно узнать о том, что они просто исчезли из-за невнимательности.

Мне очень сильно нравился наш штат и люди, которые там жили. Они не были друг на друга похожи, что редкость. В том городе, где раньше я жила было совершенно по-другому. Мои соседи и друзья отличались друг от друга только мнением и то не все. А здесь у каждого свои увлечения и принципы, моральные ценности. Они так не похожи, но живут все рядом друг с другом и никогда не начнут спор первыми или по пустяку. Полная идиллия и спокойствие. О таком я слышала только от подруг, когда те уезжали куда-нибудь на юг, так сказать отдохнуть от шумного города или когда сама отправлялась к озеру за город, совершенно одна на велосипеде, чтобы почитать книгу.

Мне самой нравится очень солнце и моей маме, поэтому каждый год мы уезжали путешествовать в небольшие страны, где много солнца и тепла. У меня много сохранилось воспоминаний и фотографий с этих мест. Как по мне жить ради новых ощущений и путешествий – это то, что нужно человеку в молодости? Когда еще ты сможешь почувствовать все эти эмоции? Если не сейчас, то когда?

Я ждала начала августа, ждала учебного года. Мне хотелось уже с кем-нибудь по-настоящему подружиться и повеселится в этом солнечном городе, а не с соседом Джоном, который постоянно дразнит меня за мой акцент. Порой ловлю себя на мысли, что могу ему надоесть своими рассказами или еще чем-нибудь и поэтому просто решаю отстраниться. У него есть отличные друзья и мне пару раз становилось не по себе от мысли, что они меня не примут, как это сделала Джон. Он мне понравился сразу, такой милый высокий парень с кудряшками на голове, который катается на скейтборде. Как я потом уже узнала от него кататься на скейтборде он начала относительно недавно, но могу сказать, что он настоящий профессионал. Если бы он сейчас услышал меня, он бы давно потрепал меня по голове, как старший брат или же рассмеялся, как дурачок, не понимая, почему же я его так хвалю.

Мы оба решили, что в школе я буду держаться первый дни рядом с ним, пока не найду себе подружку или друга. Он сам предложил мне такую небольшую «помощь». Я не хотела его отвлекать от своих приятелей, ведь у него своя жизнь, а я боюсь быть лишней в ней.

Джон прекрасный парень, а его доброжелательность и его юмор, только дополняли его. Я могла часами проводить время с ним и ничего не делать только, слушать истории про разных его друзей или вообще вымышленные. Я любила гулять с ним везде и думаю, что ему тоже было комфортно со мной. За последние месяцы лета мы успели многого понаделать, и как следует узнать друг друга. Именно он показал и рассказал мне все подробно про этот город, каждый его переулочек и каждая спетая песня с Джоном ночью на этих самых улицах города будут очень долго запомнены мной.

У него были красивые тонкие губы. Прекрасный нос с очень явной горбинкой, если честно его внешность напоминала мне настоящего француза, но я не могла осмелиться все никак и спросить его об этом. Так что это лишь только догадки. Его кучерявые волосы сводили меня с ума в прямом смысле этого слова. Я не могла на них налюбоваться. На его лбу находился небольшой шрам, и каждый раз, когда я спрашивала Джона историю его появления, он каждый раз выдумывал историю все лучше, и лучше другой. Такое ощущение будто бы он настоящий писатель своей жизни, а я лишь читатель, который пытается выжить из книжки все соки, чтобы добраться до концовки. Но каждый раз конец истории был разный, так же, как и истории. Может он вообще бессмертный? Раз я верю каждому его слову.

Чтобы мои ожидания школьной жизни меня не тревожили и не заставляли думать об этом каждую минуту, я решила изменить что-нибудь во внешнем виде, но не знала что именно. От скуки мы подвластны, творить глупости. Поэтому я за неделю до пятого августа весь день смотрела в большое зеркало, которое стаяло на полу, и больше ничего не делала. Если честно мне все нравилось в себе, но дни тянулись слишком долго и это угнетало. Когда чего-то сильно ждешь, не о чем другом мыслить не можешь. Именно под этим предлогом я начала действовать.

Я смотрела в свое отражение, еще пару часов, чтобы окончательно принять решение. Я рассматривала свои небесно-голубые глаза с длинными черными ресницами, свой маленький милый носик, немного пухлые губы, которые меня затягивали, чем-то гипнотизирующим. Мои скулы казались, мне превосходны, я боюсь, что это самолюбие приведет к чему-то плохому, ведь только я так вижу себя, но не знаю, как видят меня окружающие со стороны. Но думаю, там, где сейчас я, мало кого – это волнует и мало кому – это важно. Я подумала, что неплохо будет изменить что-то в прически. Тогда я взяла, после долгих раздумий, ножницы и отрезала себе свои длинные волосы чуть ниже плеч. Я надеялась, конечно, на худшее, но результат мне понравился.

После стрижки я приняла душ и перед сном решила высушить свои русые волосы полотенцем и наконец, посмотреть конечный результат. Волосы были пышные и очень мягкие. Они казались темнее из-за того, что волосы были еще немного мокрые. Как не странно, мое преображение оказалось мне к лицу и получилось прекрасным, совершенно без уродства и излишек. Видимо небольшие статьи из интернета и, правда, могут сделать свое волшебство. Теперь меня хоть что-то отвлекло от предвкушения моего будущего, и тогда уже успокоившись, я укуталась в свое одеяло, лежа уже на кровати. Я думала о Джоне, ведь мы не говорили друг с другом около пяти дней. Для меня это было настоящей мукой. Я беспокоилась о его здоровье и состоянии. Мне казалось, что у такого радостного и искреннего человека как он – все хорошо, но я могла быть в этом не уверенной. Мне нужно, наверно, поговорить с ним, но я больше думала о том, что я что-то сделала не то, и поэтому получаю такое наказание в виде игнорирования.

На следующий день я проснулась около десяти часов утра и недолго думая, быстро надела свои светло-синие шорты, футболку и наверх лиловый свитер. Выглянув в окно, я увидела, что сегодня было пасмурно и немного прохладно, так как соседи уезжали на работу в свитерах и пиджаках. Сделаю небольшое открытие: я не всегда доверяю прогнозу погоды, а вот человеческим факторам наивно верю. Мне нужно было увидеть Джона и поговорить с ним, нельзя так заканчивать общение, которое только началось.

– Ева, куда ты спешишь? И что с твоими волосами? Когда ты успела? И даже ничего не сказала. Ева! – встав передо мной и положив свои руки на свою талию, начала мама.

– Я сделала это вчера. Брось, что в этом такого? Мне захотелось что-то поменять, и я решила, что немного подстричься будет отличной идей. И посмотри, получилось очень даже ровно.

Уже мысленно в голове я понимала, что сейчас начнется диалог о том, что хорошо, что плохо. Как же мне этого не хотелось слушать.

– Ева ты могла сходить в салон, а не резать волосы в своей комнате, никого об этом не предупредив! – уже отойдя от меня к холодильнику, продолжала мама.– Ну, раз ты встала раньше, чем обычно может, позавтракаем вместе? – она произнесла это с небольшой усмешкой.

Я прекрасно понимала ее ведь все дни как мы переехали, я вставала ближе к обеду.

– Мам, я бы с удовольствием, но мне нужно поговорить с Джоном. Поэтому позавтракай, сегодня без меня. Я уверенна, что время наверстать еще будет.

– Надеюсь у вас двоих все хорошо, передай ему привет и скажи, чтобы чаще заглядывал к нам, он что-то давненько не заходил. И да, возьми ключи от дома мне нужно будет уехать по работе, думаю, приеду к вечеру, и телефон не забудь. Он у тебя?

Черт. Я забыла его в комнате, придется опять возвращаться в комнату.

Решив промолчать на ее вопрос, я быстро вышла из дома уже с рюкзаком и с телефоном в руках, направляясь к Джону. Он жил в ста метрах от моего дома.

В нашем районе все практически дома двухэтажные, есть, конечно, и одноэтажные, но точно не на моей улице. Мне больше нравились здесь квартиры. Может это потому, что я сама жила в шумном районе города, и поэтому порой не могу свыкнуться с тишиной здесь. Пару раз я специально не закрывала свое окно в комнате, чтобы услышать шум хотя бы машин доносящийся прямо из центра города.

Настроения у меня не было не для чего, но если я уже решила это сделать, то сделаю. Смысла не было продолжать играть в молчанку, словно нам по пять лет.

Через минут шесть я стояла у него на пороге дома и не осмеливалась постучать в дверь. Мое сердце начало биться, будто сейчас я буду прыгать в пустоту совершенно без страховки только я и пустота, которая ждала бы меня внизу. Еще меня окутала тревожность. Страх неизвестности – вот что это было. Но пересилив свои же эмоции, конечно, не быстро, потребовалось несколько минут, я подняла совершенно спокойно свою холодную руку и постучала в дверь.

Видимо некто не собирался открывать дверь или никого не было дома, ведь открывать ее мне не сильно-то хотели. Я не собиралась уходить после первого поражения и поэтому постучала вновь, но уже сильней и чаще. В этот раз я услышала шаги приближающего человека с той стороны к темной двери, перед которой стояла я совершенно с серьезным лицом. Лишь размерные томные шаги заставили меня вспомнить, что сейчас я могу увидеть миссис Клар или вовсе отца Джона. Если верить его словам они были очень консервативны и очень строги. Мне кажется такой набор характера и так свойственен каждому взрослому человеку.

Дверь передо мной открывалась довольно медленно, значит, я зря точно пришла. При виде его карих глаз мне захотелось скрыться и вовсе не говорить с ним.

– Для чего ты пришла? – прислонив свою голову к дверному проему, тихо произнес Джон. Настолько тихо, что казалось, что он шепчет это себе под нос, а не задает мне вопрос.

Он выглядел совершенно не похожим на себя и в этот момент я уже карала себя за то, что пришла и дождалась, когда мне откроют дверь.

– Джон, – после небольшого молчания выдала я.– Ты меня избегаешь и мне совершенно не понятно почему. Я пришла поговорить с тобой. Как нормальный человек я переживаю за тебя и за себя.

Он не смотрел даже мне в глаза.

– Джон! Боже, почему ты молчишь? Это уже не выносимо, тебе так сложно посмотреть на меня и ответить? – уже не подавляя свои порывы эмоций, вымолвила я.

– Я сейчас не в духе, мне кажется не лучшее время сейчас выяснять отношения. Сейчас приедет мой отец с совещания, он будет не рад увидеть меня рядом с тобой. Пожалуйста, просто уйди. Прошу просто сделай так, как я сказал.

От его холодного голоса и равнодушия мне захотелось на него накричать. Он даже не назвал причину, так ведь можно и с ума сойти, выдумывая постоянно различные причины его поведения.

Я не сказала ему больше ничего и просто пошла в сторону парка и реки. Мне нужно было развеяться – это я знала точно. Проходя мимо последнего дома на этой улице, я не удержалась и обернулась к человеку, который только что изгнал меня из своей жизни. Джон стоял на крыльце, словно хотел крикнуть мне что-то ну или, по крайней мере, так выглядел. Поняв, что сейчас я могу вернуться к его дому, этого я правда хотела, он зашел в дом и закрыл за собой дверь.

Завернув уже за угол и выйдя на главную улицу, идя по которой можешь найти все, что душе только угодно, начиная с магазинчиков бытовой техники и заканчивая салоном для домашних животных, я глубоко вздохнула и теперь у меня на душе были лишь злость и на него, и на себя.

Это чувство появилось из неоткуда. Прокручивая в голове наш с ним диалог еще пару дней назад при любом удобном случае, я считала, что после разговора с ним я буду чувствовать боль или отчаянье, уверенность или вовсе счастье, но не как не злость.

Проходя мимо красных цветов, я почувствовала их аромат, это, оказалось, осуществить довольно трудно и получить результат у меня получилось, когда я уже остановилась и закрыла свои веки, опрокинув голову к небу, тогда я вздохнула полной грудью. Я почувствовала, что все мои проблемы и раздумья оказались мне совершенно малозначимыми. Из-за Джона я по немного начинаю влюбляться в одиночество…

Открыв глаза и немного сощурившись от яркого солнца, которое вышло из облаков столь быстро, что только в тот момент я его заметила. Все это время пока я была на улице оно: то скрывалось, то вновь появлялось. Эта игра природы меня позабавила, и я улыбнулась краем своих губ. Совершенно случайно я заметила на другой стороне дороги, из всех магазинов и баров, одно кафе, у которого на входе красовалась вывеска в теплых тонах, точно не похожая на другие вывески соседних заведений. И название, именно оно еще больше заинтересовало меня: «Believe in miracles and iced tea», что означало – «Верь в чудеса и холодный чай».

Перейдя дорогу, я зашла в это кафе. Я не осмеливалась сразу подойти к стойке и заказать себе напиток. Мое внимание привлекли люди. За одним из столиков сидела пара уже довольно взрослого возраста, даже ближе к пожилому. Можно было сразу понять, что они счастливы друг с другом, обычно такие люди заставляют меня как раз верить в любовь. Справа от меня около огромных панорамных окон сидели за стойкой двое молодых парней и что-то бурно обсуждали, рядом с одним из них сидела милая собака, она была с ошейником и ей, наверно порядком надоело слушать разговор хозяина с каким-то посторонним человеком. С улыбкой на лице и сделав два-три шага вперед, я повернула голову налево. За такой же стойкой сидел парень совершенно один. Он выглядел очень молодо, не смотря на его небольшую щетину, которая ему очевидно шла. Он держал в руках телефон и что-то увлеченно читал. Мои глаза уже начали скользить по его силуэту, мне хотелось понять кто он такой, как вдруг поняла, что очень долго стою посреди кафе. Мои щеки сразу же загорелись от смущения и некого стыда и я, молча пошла к стойке, где заказала холодный зеленый чай с лимоном и мятой.

Выбор места был многогранен, но я также могла взять и уйти из этого кафе, но тогда я бы не увидела его снова. Я решила остаться и наперекор своему страху выбрала место за стойкой около окна, где сидел парень. Я попыталась как можно тише сесть, чтоб он не обратил на меня никакого внимания, при помощи такого плана мне удалось подвинуть стул без единого скрипа и отодвинуть его немного подальше от него.

Когда я уже села, я сделала тихий глоток и, поняв, что он не смотрит на меня, решила кинуть взор на него. Я не смотрела на него пристально, нет. Такое поведения я считаю простым неуважением. Именно поэтому я чередовала. Сначала я смотрела в левую сторону окна и пыталась рассмотреть девушку, которая пробегала мимо, по-видимому – это была утренняя пробежка. После я смотрела на облака пару раз, отводя свои глаза на него, и тогда я обратила внимание на его ладони, они казались мне большими, если сравнивать их с моими руками. Не упуская еще одного шанса, я посмотрела на его лицо, хоть это длилось несколько секунд, я успела отметить его красивые скулы, которые еще больше выделяла щетина и его нос с горбинкой, она была совершенно не заметна. Я посмотрела на его губы и увидела, что он улыбается, его глаза начали блестеть и, не решив продолжить на него смотреть дальше, я отвернулась к своему почти допитому напитку, и будто я очень заинтересована происходящим на улице, начала смотреть на девушку, которая курила прямо около дороги. Это заставило меня почувствовать некую грусть, о которой я как раз только забыла. Ее вид и действия меня, почему то разочаровали.

Я опять начала прокручивать все, что произошло за столь небольшой период времени. Тогда я уже было решила, что уйду и направлюсь туда, куда планировала. Нет смысла тут сидеть и чего-то ждать. Посмотрев на выход и взяв в руки свой стакан, я услышала голос, который точно обращался ко мне. Я повернула голову направо, и это говорил тот самый незнакомец, которого я безжалостно разглядывала, хоть и делала это с особой осторожностью. Он успел поправить свои взъерошенные темные волосы, пока я не переспросила его.

– Я говорю, ты так смотришь на эту девушку, будто бы отобрала бы у нее эту сигарету и сказала бы что-нибудь прямолинейное. Мне кажется, она тебя расстроила, – он говорил, это улыбаясь, и смотрел своими зелено-голубыми глазами прямо мне в душу.

Когда он это успел понять? Неужели он все заметил? И тогда, та улыбка совершенно искренняя была из-за моих действий. Неужели он наблюдал тайком, когда я пару раз отвлекалась на телефон или когда увлекалась делами прохожих. Что если его заставило улыбнуться мое любопытство? Он мог сказать совершенно любые слова, но сказал именно это. Мне захотелось быть с ним открытой, это я и сделала.

– Знаешь наполовину ты прав, – я ответила слишком серьезно на его замечание, произнесенное с улыбкой.– Я не считаю ее поступок хорошим. Я вовсе после прочтения научных статей из интернета на счет экологии стала думать об этом чаще. И теперь, когда ее сигарета становиться все меньше, и меньше, я хочу чтоб она ее выкинула лишь только в бак, а лучше бы вообще не курила.

Он повернулся к окну и принялся выжидать, каковы будут ее действия дальше вместе со мной. Такой реакции на мои слова я, очевидно, не ждала, но мне понравилось эта заинтересованность.

– Я думаю, ей за это выпишут штраф. Смотри, кто к ней идет, – облокотившись немного на стойку, он дотронулся своим локтем до моего.

Это действие могло быть безукоризненно случайным, но в тот момент я не хотела так думать и поэтому, посмотрев на его губы, я отвернулась к окну и продолжила смотреть, как патрульный полицейский остановился рядом с девушкой и очень быстро достал из кармана блокнот. Незнакомец оказался прав, ей выписали штраф. Надеюсь, она усвоила некий урок жизни.

– Теперь ты рада? Нарушитель не сумел скрыться с места преступления, – говоря это, он повернулся ко мне с широкой улыбкой, и немного зажмурив свой нос.

Наши лица оказались, друг напротив друга в тот момент я жалела, что перед тем как сесть за это место отодвинула стул от него, наверное, слишком далеко.

Я улыбнулась ему в ответ и произнесла:

– Да, я спокойна.

Он продолжал смотреть на меня, от такой открытости я поняла, что мои щеки начинают розоветь. Он ждал чего-то, но я сама прекрасно понимала, что не знаю о чем его спросить. Скорее, наоборот, в моей голове перемешались все возможные слова, и вопросы, так что я не смогла выбрать какой-то один.

– Я хочу узнать твое имя.

Он сказал только что те слова, о которых я только что подумала в своей голове. Но так должна была сказать я, но точно не он. Я никогда, по-видимому, не попаду в точку, чтобы мои мысли и действия происходящего сошлись в одном мнение.

– Да, прости, – сказав это, я посмотрела в окно и потом снова в его глаза. Сама для себя я не понимала, почему я извиняюсь перед ним.– Ева… Куинси.

Моя растерянность давала о себе знать.

– Очень приятно, Ева. У тебя красивое имя. Мое имя навряд ли оригинальное, – ответив мне, он посмотрел вниз, немного помотал головой, будто в замешательстве и опять улыбнулся.

– Мне кажется, оно мне понравится.

Я хотела, чтоб он понял, что моя искренность такая же как его.

– Томас Эванс. Можешь звать меня просто Том, как тебе удобней.

Мои слова подтвердились, его имя было прекрасным. Как странно смотря на него, мне казалось, будто мы знакомы уже тысячу лет и просто давно не виделись. Если бы только я встретила его раньше…

– Ты живешь в этом городе или ты не местный?

Зачем я спросила его об этом, если сама приехала месяц назад? Если он ответит, что я глупа, то я соглашусь и просто уйду отсюда, и мы больше никогда не увидимся в этой жизни.

– Я переехал сюда работать, если честно я очень рад, что сумел так быстро найти работу после окончания университета. Конечно, я скучаю по Англии, там мой дом и семья, друзья. Но отказаться от работы хоть и на год я просто не мог.

Это единственный раз за наш разговор, когда я увидела, как он слишком долго думает над моим вопросом, чтобы в конечном итоге сказать ответ, который устраивал бы его и меня. Я подумала, что затронула, видимо слишком личную тему или же он просто не хотел отвечать на него и вовсе сделал это из вежливости. Но потом он приоткрыл свои губы и сделал глубокий выдох, а после когда уже решился что-то сказать, опять наткнулся на мои глаза.

– Что тебе нравится? – сказав это, он поправил свои волосы, который постоянно его не слушались.

Признаюсь, он может задавать вопросы не то, что я.

– Я не думала об этом так масштабно и не представляла, что меня будут спрашивать о таком когда-нибудь прямо в открытую, – ответив ему, я мило улыбнулась.

– Что!? Это же так просто! Хорошо просто подумай, представь, вообрази…

– Хорошо, хорошо я поняла! – перебив его и рассмеявшись, сказала я.

Я закрыла глаза и зажмурилась ведь солнце светило прямо на нас, это предавало разговору некую открытость.

– В последнее время мне нравится очень рисовать. У меня есть и другие хобби, но…

– Я бы хотел, чтобы ты меня нарисовала, – он перебил меня, будто ждал этого ответа с самого начала разговора, чтобы ответить мне именно так как это сделал он.– Каждый видит нас по-разному и мне интересно, как видишь меня ты.

Мое сердце от его слов будто обливалось кровью. Я хотела остановить этот разговор, но при этом хотела ему рассказать все, что знаю и о чем думаю.

– Я не так хорошо рисую, как ты думаешь, – отнекиваясь, тихо произнесла я.

– Это не имеет значения, но что если ты нарисуешь шедевр. Что тогда? Еще спасибо скажешь, – дотронувшись до моего плеча своей теплой рукой, ответил он и засмеялся.– Ну так что договорились?

– Только потом не говори, что тебе не понравилось я этого даже не прощу, – засмеявшись, но с долей правды и серьезности в ответ, выдала я.

– Уверен, что такого даже не случится. Приходи в парк завтра в это же время что и сегодня пришла в кафе, я буду ждать тебя там.

– Ты уже уходишь?

– Да мне уже пора. Я очень рад нашей встречи. И вот что хочу еще сказать перед тем как уйти: относись к вещам не так серьезно, как следует, твоя молодость потом тебе не простит этого, если будешь забывать об этом.

– Обещаю, что буду помнить эти слова настолько долго, как только смогу.

Перед уходом он опять дотронулся до моего плеча. После его прикосновений я не собиралась стирать этот свитер вечно, пусть он помнит Томаса.

Его слова дали понять мне еще раз, что время скоротечно и все что у нас есть так это мы сами. Том заставил меня почувствовать облегчение ведь он прав.

Когда он выходил, я почувствовала шлейф его ароматных духов, которые просто не передать словами. Это смесь всего, что только вкусно пахнет. В окне я видела как он, немного спеша шел, направляясь к своей машине, и правой рукой поправлял свои волосы, так будто нервничает, или же ему стало жарко.

Мне показался этот разговор слишком коротким, была бы у меня возможность, я бы с удовольствием еще поговорила. Просидев с ним около двух часов, мне хотелось еще. Просто говорить и не думать не о чем. Просто слушать и наслаждаться моментом. Просто делиться идеями, может безумными, но зато настоящими.

Его голос был не похож не на один, который я только слышала. С такими людьми обычно приятно: читать книгу у костра в обнимку, причем одна книга на двоих, тогда одна история делится пополам; смотреть фильм, когда на улице не погода; думать о жизни, порой это необходимо, прижавшись, друг к другу темной ночью на одной кровати в теплых пижамах, под теплым пуховым одеялом.

Я не стала долго сидеть одна в кафе. Уже выйдя на улицу, я сняла свой свитер и осталась в просторной в футболке. Сложив хоть и не аккуратно свитер в рюкзак, я надела наушники, включила музыку и пошла вдоль улицы. Я не хотела сразу идти к реке, завтра мне предстояло нарисовать человека, который глубоко запал мне в душу, а у меня нет даже хороших простых карандашей.

Людей на улице стало довольно много. Город сразу оживился. Я чувствовала себя нужной и не потерянной, вероятно следует чаще выбираться в оживленные места города.

После долгих колебаний с самой собой я зашла в магазин творчества. Каково же было мое удивление увидеть там огромный стеллаж во всю стену с книгами. Это же не книжный магазин, для чего столько книг?

Подойдя к стенду для начинающих художников, не думаю, что здесь закупаются профессионалы, мне в руки попался ежедневник, чья обложка была в фиолетовых тонах. Он привлек мое внимание и тем, что на самой обложке была изображена сама игра цвета. Лиловый плавно переходил в бежевый, а от бежевого к белому. С другой стороны если отталкиваться от лилового, но уже вниз, то тогда цвет переходил в фиолетовый с разводами малинового. Перевернув его можно было продолжить наблюдать, как один цвет плавно и нежно переходит в другой, а позже превращается совершенно в иной.

Это была отличная сделка, ведь он стоил пару долларов, что меня очень порадовало. Нужно баловать себя порой малыми вещами. Схватив карандаши и ежедневник, я отправилась на кассу.

После я отправилась в парк к реке, как и планировала. Я шла довольно медленно, никуда не торопясь. Сев на скамейку, что находилась около воды, я вытащила из ушей наушники и решила просто порисовать в своем новом ежедневнике. Хоть я его и купила совсем для других целей, в тот момент я очень хотела порисовать, запечатлить всю красоту этого места. Тем более это успокаивает. Закончив рисовать, я посмотрела на рисунок вовсе не снисходительно и поняла, что обычным карандашом я еще не так хорошо владею, как например акварелью. Блики воды мне не сильно удалось передать на бумаге, но зато облака получились очень объемными.

Завтра я буду рисовать Томаса, сама мысль вынуждала прокручивать его образ снова и снова в голове, точно так же как и его имя.

Положив рюкзак на зеленую траву, и бросив на него свой ежедневник, я улеглась на скамейке. Приподняв свою руку немного, я ощутила прохладный ветерок реки, что доносился от ее журчания. Другую руку я положила под голову, чтобы было удобней смотреть на небо. Щебетание птиц доносились со всех сторон. А я смотрела на облака и пыталась понять, что за фигура получиться на этот раз. Закрыв глаза, я полежала немного еще, но жара, которая образовалась как раз к обеду, не давала мне покоя. Я бы с удовольствием сейчас искупалась в реке, но этого делать было нельзя, за это обычно выписывают не малый штраф. Как же я хочу доехать до любимого озера, он находится в четырех или даже пяти часах езды отсюда. Сейчас бы я предложила Джону отправиться туда вместе на его желтом пикапе, но его здесь рядом нет…

Глава 2

Вернувшись, домой часов в семь вечера я пошла наверх и легла сразу же спать. Когда я пришла домой, никого не было. Поэтому я понятия не имею, во, сколько часов пришла мама.

Я быстро заснула и так же быстро встала с утра. Я надела летнее короткое платье, фисташкового цвета. Для ясности, почему именно его надела я: вчера Том в кафе был в толстовке этого цвета, я так и не смогла и не успела разглядеть надпись на ней. Надеюсь, он заметит мои старания и придаст этому какой-нибудь мотив.

Перед выходом, я успела плотно позавтракать вафлями, и горячим чаем с молоком. Собрав свой рюкзак со всеми необходимыми вещами, я отправилась в парк, я думала если приду раньше, то он не заметит, как я буду волноваться и смущаться при каждом его слове произнесенное ко мне в адрес, ведь смогу немного подготовиться и собраться.

На улице уже в десять утра пылало солнце, в этот раз я была более рассудительной и взяла солнцезащитные очки. Я шла по улице и была счастлива видеть соседей, которые по обыденности собирались на работу. У моей мамы сегодня был выходной. Разве люди, что работают в субботу, на самом деле счастливы? Я понимаю, это их обязанность, но как можно в выходные не думать о том, как быстрей уехать домой и насладиться временем с семьей. Тем самым работники все равно отвлекаются на свои мысли и мечтают быстрей, хоть как, закончить работать. Конечно, для некоторых работа – это спасение от суматохи в доме, а для других работа – это счастье и путь к достижению жизненной цели. Но отдыхать тоже нужно. Может, когда я повзрослею я пойму, каково это работать по субботам, может это не так плохо, как кажется сейчас.

Доходя уже практически до парка, в меня чуть не врезался парень, который ехал на велосипеде. Я бы не желала сейчас оказаться в больнице, если бы это все-таки произошло.

Перейдя дорогу, я даже не знала, где мне сесть. Что если он уже где-то сидит и ждет? Что если я пришла слишком рано, чем следовало бы? Что если он это сказал. чтобы просто объяснить свое поведение, но вовсе не собирался это выполнять? Наверно не следовало приходить раньше его, он говорил, что будет ждать меня. Я все испортила.

В парке было столько пар и одиноких людей, что я точно бы не нашла его среди стольких лиц. Многие просто лежали на траве и загорали, другие сидели и беседовали друг с другом, а третьи вообще играли в догонялки. Мне очень понравился одинокий мужчина, который читал толстую довольно книгу, по обложки я поняла, что эта книга Рэя Брэдбери¹ «451 градус по Фаренгейту»². Его вид указывал на то, что книга ему нравится. Он жадно пытался уловить каждую мысль этого произведения. Как я это поняла? Легко. Его звала девушка, которая шла мне на встречу, а он все не отвлекался от книги. Правильно расставить приоритеты не каждый может в своей жизни. Хочу отметить его красивое имя, которое услышал каждый кто, находился в парке, ну или мне так показалось – Агнус. Меня это позабавило.

Дойдя до фонтана, который обозначал ровно центр парка, я окончательно замешкалась. Не решив перед всеми развернуться и поменять свое местоположение в этом парке, я уселась на холодный бетон фонтана. Я сняла очки и положила их в свой небольшой рюкзак. Это был не тот рюкзак, что я брала вчера с собой на прогулку, тот был настолько большой, что я смогла бы поместить туда весь мир. Оперившись руками на бетонное покрытие, я принялась ждать. Ждать пока он объявится.

Минуты длились вечно. Меня клонило в сон, но я видела плюс в этом томительном ожидание: я могла позагорать на солнце даже в платье. Такая погода отлично подходила для игр на природе. На самом деле мне не нравится ждать, никогда не нравилось, чем больше жду, тем быстрее остываю. Этот раз был исключением, чем больше я его ждала, тем больше мне было интереснее, что он мне скажет при встречи. Интересно, как он будет себя вести со мной, так же как при первом знакомстве или совершенно по-другому? Я наверно наивно верю, что он все-таки придет. Я опять повелась…

Взглянув на часы, я заметила, что прошло всего пятнадцать минут, а я вновь не знаю чем себя занять. Я встала и отряхнулась, а после дотронулась до холодной воды в фонтане обеими руками. Вода была ледяной, мне это пришлось по душе. Поняв, что вокруг, среди сидящих на лавочках людей, его нет, я решила отойти вглубь парка и сесть под деревом в тенечек.

Я влюбилась в этот день и мне совершенно неважно придет он или нет. Мне нравился запах деревьев, и реки неподалеку, мне нравилось все, что я видела перед глазами. Но опустив глаза на тропинку, разглядывая интересный узор выкладки плитки, а после, вновь подняв голову, я увидела его. Он шел в таком настрое, в каком люди ходят на премьеру фильма. Томас смотрел прямо на меня, а я и сдвинутся, не могла, просто смотрела, как он приближается ко мне с каждым шагом все ближе и ближе по тропинке. Мой пульс, вероятно, участился, ведь я слышала его даже в голове.

– Хорошо, что мы встретились быстро, я думал уже что не найду тебя, – произнес он своим серьезным голосом и поправил рюкзак, который весел на одном его плече.

Я не осмелилась сказать ему, что пришла раньше и за это время с собой сумела засомневаться во всем.

– Ты прав, – немного улыбнувшись, ответила я.

– Сегодня жарко достаточно, может, пойдем ближе к реке?

– Мне нравится этот вариант, так что пошли.

У реки было многолюдно, видимо это правда, не свидание. Я не рискнула предложить ему остаться под деревом, где щебетание птиц было слушать гораздо слаще, нежели около реки.

Я пошла вперед него, он шел позади. Мы шли в тишине, я была разочарована его выбором, ведь напридумывала себе слишком многое.

– Где ты учишься? На каком курсе? – после долгой тишины вымолвил он.

Как странно, он думает, что я в колледже. Я может, разобью ему сердце, сказав правду, а может его это никак его не смутит, а может, мы не увидимся больше с ним никогда, и тогда этот разговор никакой роли в нашей жизни не изменит и мой ответ ничего не решит. Все же этот вопрос вынудил меня остановиться и обернуться к нему.

– Я не учусь в колледже.

– В каком смысле? – он поправил свои волосы и остановился тоже.

Мне кажется, он все как раз понял быстрее меня и уже знал, но просто решил убедиться в этом еще раз.

– Я в выпускном классе, мне восемнадцать, – после ответа, я нагло посмотрела в его глаза и не отводила их.

– Извини, это был, вероятно, неуместный вопрос. Я никак не хотел тебя обидеть.

– Ничего страшного в этом нет. Я вовсе не обижаюсь.

Мне понравилась его реакция на мой возраст, только поэтому я так ответила. Хотелось ли мне узнать его возраст? Безумно. Но когда ты ждешь человека, будто бы вечность, неохотно начинаешь заниматься глупостями, в теории я посчитала его возраст основываясь только на внешний вид, и у меня получилось около двадцати пяти лет. Этот ответ мог спокойно быть неправильным, но я ведь не на занятиях, мне просто было нечем заняться.

– Как давно ты сюда приехал? – уже сидя на траве, друг напротив друга около воды, спросила я Тома.

– В середине июня. Еще весной начал выбирать квартиру в центре города и быстро нашел ту, которая меня устраивает. Если честно, я никогда не думал работать по этой профессии, какую уже получил, мне было интересно учиться, не более.

Пока он говорил, я достала из рюкзака свой небольшой альбом с толстыми листами и простые карандаши.

– Можешь сесть как тебе угодно и замри ну или попытайся.

– Как долго это займет времени?

Зачем он спросил. Он только пришел и уже собирается уходить? Нужно было еще в кафе сказать, что я не смогу или соврать еще какую-нибудь глупость. Я выгляжу очень по-глупому в этой ситуации.

– Ты куда-то спешишь? В таком случае я попытаюсь, как можно быстрей закончить не волнуйся.

Он посмотрел на деревья, которые были настоящими великанами, а после на меня и улыбнулся.

– Наоборот, если это займет много времени, то в таком случае у меня есть с собой перекусить разные ягоды и фрукты. Если же ты никуда не спешишь, – договорив, он приподнял одну бровь и пристально смотрел на мою руку, пытаясь понять, что именно я пытаюсь запечатлеть.

Я улыбнулась от его нахальства, и умения перевернуть ситуацию против человека в свою пользу.

– Я никуда не тороплюсь. Прошу не двигайся, – все еще улыбаясь, ответила я.

– Мне нужно достать ягоды, как я могу не двигаться? Или это хочешь сделать ты?

– Думаю, ты сам отлично справишься.

Он дотянулся до рюкзака, в порыве момента я успела разглядеть его фигуристое тело хоть он, и был в просторной свободной серой футболке. Мне напомнило это чем-то Джона, обычно он такое носит, но Тому больше шло, возможно, из-за мускулистого тела. Были бы мы одни, я могла бы его нарисовать и без футболки, только бы он попросил. Предложить такое самой очень постыдно.

– Откуда эти слова? – указав карандашом на футболку, спросила я.– Мне кажется, я где-то слышала их.

Я прекрасно знала, откуда эти слова, но я хотела послушать его.

– Строчка из песни.

– А песня из фильма, а фильм снят по книге…

Том положил между нами большой контейнер, полностью наполненный ягодами, и добавил немного фруктов просто, положив рядом.

– Угощайся, бери что хочешь.

Взяв клубнику, я продолжила рисовать. Мне было приятно разглядывать его каждый миллиметр лица, ведь я не заботилась, что он обо мне подумает.

– У тебя слишком серьезное лицо.

– Я просто слишком увлечена процессом.

Его слова меня вновь приземлили на землю.

Я хотела его спросить встретимся мы еще или теперь уже никогда, но решила, что слишком рано об этом говорить. Оставались последние штрихи и все – готово. Мне стало страшно. Поставив свою роспись, я перевернула альбом и отдала ему в руки, чтобы он посмотрел, оценил и сделал все, чтобы молчание прекратилось.

– Ева, – не отрывая глаз от портрета, обратился он ко мне.

– Да.

Наверняка мой холодный ответ никак не задел его.

– Мне нравится, безумно нравится. Могу я оставить себе портрет?

Я рисовала для него, не для себя. Оставить часть его и меня на бумаге у себя мне даже в голову это бы не взбрело, что за глупый вопрос он задал.

– Я рисовала для тебя и только.

Сейчас мы разойдемся по разным сторонам парка и направимся каждый туда, куда ему надо. Может, следовало бы правда спросить его контакты или может, не хочет ли он пойти в кино со мной, если бы он не хотел со мной идти, я бы сказала, что будут еще пару человек. Томас сам мог спросить меня об этом, но все еще не делал.

Мы говорили о людях в парке и в целом о городе. После нашего разговора я понял, что все еще плохо его знаю, что город, что Томаса.

– Для чего ты меня позвал сюда? – доедая последнюю черешню, за которую я немного поборолась с Томом зрительным контактом, спросила я.

– Тебе не нравится проводить время со мной?

Он лежал на траве и жмурился от солнца, которое было прямо над нами. Прохлады от реки однозначно не хватало, чтобы не пыхтеть как паровозы.

– Вопросом на вопрос нельзя отвечать.

Он улыбнулся и посмотрел вновь на меня.

– У меня здесь мало друзей и знакомых, а наша встреча точно была не случайна. Поэтому ты здесь сейчас со мной.

Я улеглась рядом, но не слишком близко к Тому. Мне нравился его запах одеколона. В тот миг я поняла, что он любит природу точно так же, как я.

– Так теперь ты ответишь на мой вопрос?

– Я уже его забыла, – повернувшись к нему, ответила я и продолжила смотреть на птиц, которые летали туда-сюда.

Он рассмеялся. Его смех очень красив, как и его голос, как и он сам…

– Мы встретимся еще? – спросил он довольно тихо, будто бы стеснялся этого вопроса или боялся моего ответа.

– Если ты этого захочешь.

Пристав я взяла в руки альбом, на котором нарисовала Томаса и написала внизу свой номер телефона. Я дала ему шанс распорядиться нашим будущем.

– Я буду ждать твоего звонка, но если ты не позвонишь, я это пойму, так что не переживай по этому поводу.

Пролежав так до обеда, мы отправились в закусочную, что была неподалеку. Он купил нам обоим пирог, чья начинка была из персика. Я испачкала щеку сладким джемом из-за его шутки про новый рекламный плакат, который вывешивали на противоположной стороне улицы. Он медленно подошел ко мне и вытер салфеткой мою щеку. Мы расхохотались от происходящего вокруг нас и от нелепости самих себя.

Мы бродили вдвоем по городу и постоянно смеялись. Если бы это только длилось вечность. Он не устал ничуть. Но время шло, и наступил вечер. Мне следовало возвращаться домой, и я об этом ему сказала.

– Я могу тебя проводить, – поправив свои волосы, произнес он.

– Не нужно, моя мама дома, не думаю, что ей это понравится.

Говорить правду тяжелее, чем врать. Я дала себе обещание быть с ним правдивой, так пусть слушает.

– Может хотя бы половину дороги, уже темно.

– Я не боюсь.

– Ты уверена?

– До скорой встречи, Томас. Я буду ждать.

Пока он не ответил мне, я подошла к нему и обняла его, как делают при встречи дальние родственники, которые приехали погостить или просто на ужин. Я бы обняла его сильнее, если бы только могла. Он положил свои руки мне на спину и придвинул к себе.

Это было похожее прощание на всю жизнь, а не на несколько дней. Я быстро привязалась к нему, что говорило лишь о том, что долго не смогу без него.

Разойдясь, как в море корабли, я направилась к себе домой.

Последующие дни я ничего в основном не делала. У меня была какая-то хандра. С Джоном я так и не говорила, да и он со мной. Наверное, он не хочет больше общаться и решил разорвать дружбу по-свински. Мы хорошо ладили друг с другом, почему именно так тогда поступает по отношению ко мне? Мне очень обидно, когда так человек поступает со мной, и даже толком не объяснившись. Может он думает, то я буду в истерики и прибегу к нему снова? Ведет себя как настоящий глупец. Это он так решил и раз не хочет разъяснять свои действия, то пусть будет так, как есть.

Том мне тоже не звонил и не писал. От него я не ожидала такого предательства. Но в первый день встречи я уже готовила себя к боли, которую причинит мне он. Сейчас я ее не чувствую, но уверенна позже она прибудет и со страхом, и с неуверенностью в себе. Встреча с Томасом никогда больше не произойдет. Надежда увидеть его была столь сильной, что несколько раз я хотела заплакать, но ни разу не плакала. Для моих слез – это было не достаточно.

Несколько раз я проходила мимо парка намеренно и порой мне, казалось, что вижу его сидящего на скамейки, читая то ли журнал, то ли еще что, но приглядываясь, я понимала, что это все тот же Агнус.

Через пару дней начнется школа, и Джон все равно не сможет меня избегать, поэтому ему придется отвечать на мои вопросы, которых становилось с каждым днем все больше и больше.

Последняя ночь каникул была дождливая. Я плохо спала и долго не могла заснуть. Я думала о завтрашнем дне, я так ждала этого дня, что когда поняла, что он совсем близко, он резко стал мне не интересен и не нужен. Я хотела прогулять первый день школы, но тут прозвенел будильник, и моя мама крикнула с кухни бодрое и немного яростное – «вставай».

Мне пришлось встать и пойти в ванную комнату. Я пробыла там довольно долго и после пошла думать, что же надеть. Я решила, что надену платье с поясом, это единственное, что было поглаженное и чистое. У этого платье был потрясающий узор ближе к моим коленям, это были розово-красноватые цветы. Они напоминали мне сакуру. Его я купила в новом магазине, который находился не далеко от моего дома. Я быстро расчесала волосы, побрызгалась духами и выбежала из комнаты с рюкзаком, понимая, что уже опаздываю на десять минут. Отличное начало дня.

– Мам, я побежала, опаздываю. Вечером увидимся, – сказала я, уже стоя в прихожей.

– Удачного дня, будь аккуратней. Ева, придешь домой, уберись в комнате, там бардак. Просто настоящий хаос.

Быстро зашнуровывая кроссовки, я крикнула свое любимое – «как скажешь». И убежала в школу.

Подходя к забору школы, на улице уже никого не было. По рассказам Джона, когда мы еще общались, многие опаздывают или вообще сидят на зеленой траве, пока идет урок, тем самым прогуливая его. Порой, я бы тоже хотела иметь больше смелости в своей жизни и не ходить на занятия, как это делают другие.

Я быстро зашла в школу, прошла мимо охранника, так чтобы он не заметил, на цыпочках. Взяла листовку с предметами моего класса, и пошла на второй этаж в кабинет литературы. Именно там у меня должен быть первый урок в понедельник и среду. Я знала, что расписание изменят и у каждого оно будет свое.

Поднявшись на второй этаж, уже стоя около двери в кабинет, я начала волноваться ведь никого не знаю, да и еще и опоздала, не знаю даже точно насколько. Джон учится в параллельном классе и это немного успокоило меня, ведь сейчас я не хотела его видеть.

Джону уже девятнадцать и он уже определился, куда будет поступать, а я даже не думала об этом вовсе. Если бы мне было, как ему, думаю, я бы творила глупости похлеще, ощущая себя полностью свободной.

Наконец, я смогла открыть эту проклятую дверь и зайти в кабинет, после, конечно, небольшого стука.

– Извините, можно, пожалуйста, войти. Я заблудилась в кабинетах, долго искала нужный. Можно мне сесть за парту? – говоря все это, я не поднимала глаза на учителя, а скорее смотрела на доску и потолок, мне было немного стыдно, ведь я только что соврала.

– Думаю, я не буду выписывать тебе бумажку в этот раз, как нарушительнице правил.

Я услышала знакомый голос, и посмотрела на лицо учителя.

– Понимаю первый день, но следует в следующий раз узнать заранее, какой урок у тебя, – он не смотрел на меня вообще, ведь заполнял классный журнал.

Я была в шоке от увиденного, но ничего не сказала, думаю, этого и не нужно было делать.

Видимо, я ничего не пропустила, весь класс сидел в телефонах. Поэтому я быстро прошла в класс и села за свободную парту, что была в самой середине класса. И как только я села, наконец, он посмотрел на меня, а я на него. Это был Томас. Такой встречи не ожидал никто: ни он, ни я. Мы оба были в растерянности, но мне казалось, что он больше растерялся, чем я.

Он медленно встал из-за стола и подошел к доске. Том написал свое имя и фамилию, очень даже красиво. А после обратился к нам всем. Все сразу же убрали телефоны и стали внимательно слушать, что он скажет.

– Я ваш новый классный руководитель и учитель литературы в этом году. Думаю, мы найдем общий язык и хорошо проведем время в этом году. Сегодня нам не помешало бы как следует познакомиться друг с другом. Это будет вводный урок. Так что, кто хочет начать?!

– Давайте я, – сказала девушка, которая сидела слева от меня. Она широко улыбнулась всем и начала говорить.– Меня зовут Элайза Логс, я учусь в этой школе довольно давно и я удивлена, что в этом году столько новеньких в двенадцатом классе.

Когда она закончила я отвернулась к своей парте, чтобы достать телефон и посидеть в нем пока все будут рассказывать свою мини историю. Сидели мы все за отдельными партами, так что никто мне не мог помешать в моем маленьком плане. Но видимо за меня все давно решили.

– Эй, давай ты, а то сейчас будем долго думать с кого начать. Давай не ломайся, – сказала Элайза с ухмылкой, дотронувшись до моей парты. В тот момент она меня просто взбесила.

– Хорошо, хорошо. Только не надо строить из себя плохую девчонку, – обернувшись к ней, вымолвила я.– Доброе утро всем, меня зовут Ева Куинси, я переехала в этот город относительно недавно из Великобритании, поэтому мало кого знаю здесь, но видимо уже нажила себе врага в виде Элайзы. Надеюсь, вам будет интересно наблюдать за тем, как мы будем часто ругаться.

Когда я уже договаривала, я услышала, что многие начали посмеиваться от моей маленькой ироничной шутки, меня это успокоило. Повернув голову влево к Элайзе, я увидела, что она не знала, что ответить мне, поэтому я добавила.

– Да ладно, не будем же мы сейчас выяснять отношения!?

– Лучше это сделать на перемене, не правда ли?

В этот момент парень с последней парты начал говорить о себе. А я смотрела на Томаса, периодически опуская глаза на парту. Он был одет в легкую рубашку синего цвета. Он ее не застегнул. Под низом красовалась белая футболка. Он стоял, прислонившись к столу. Его брюки были черного цвета, они были по щиколотку. Только сейчас я заметила, какой он высокий. Я поняла, что влюбляюсь в него все сильнее. Его волосы переливались от солнца, которое освещало весь класс.

Мое желание узнать причину, по которой он мне не позвонил, усиливалось. Я не слушала, что говорят мои одноклассники. Я смотрела на него и пыталась понять ход его мыслей. В тот момент я поняла, что моя жизнь так далека от него.

Выслушав всех, он поправил свои немного волнистые волосы. И приступил к заполнению уже какой-то бумажки.

– Примерно через два дня мы должны съездить на экскурсию. Экскурсия будет проходить с еще одним классом, пока не известно с каким именно, позже вам сообщу. Поэтому чтобы не было ссор, завтра вы придете с идеями, куда можно съездить всем нам. Из всех предложенных выберем одну лучшую. Все поняли?

– Мистер Эванс вы тоже поедете? – сказала девушка, которая сидела впереди меня.

– Да, если вы все поедете, – он посмотрел на меня, а после продолжил.– Сегодня сокращенный день, так что попытайтесь не опаздывать на уроки.

Что я чувствовала в тот момент? Я сама толком не пойму. Думаю, мне просто хотелось поговорить именно с ним, расспросить его о том, как прошли его последние дни лета. Дотронуться до него рукой, чтобы окончательно понять, что мы с ним находимся в одном времени, в одном городе, в одном классе.

Больше меня поражало то, что его заинтересованность ко мне исчезла после двух встреч, теперь я чувствовала горечь последствий, о которых обычно читала в книгах.

Прозвенел звонок, все потихоньку начали собираться, я специально делала все медленно, чтобы подойти к Тому.

– Ева ты идешь? Ты как черепаха идем уже, – сказала Логс, стоя уже при выходе из класса.

После ее слов Томас вышел из класса.

– Не думала, что мои слова воспримешь как должное, куда мы идем? – спросила я, смотря на ее темно-золотые волосы.

– То ты медленная, то ты не можешь подождать. Просто, что с тобой? Куинси ты бы успокоилась, – она сказала это, уже не замечая меня.

Мы вышли из класса в шумный коридор полностью забитый подростками.

– Так ты ответишь Элайза Логс? Мне эти секреты не по душе. Давай говори.

– Ой, как официально, – сказала она мне, перегоняя меня и встав напротив меня, остановила, а после взяла меня за плечи своими руками.

Я не поняла, почему мы остановились, но не успела я задать ей вопрос, как она опять начала говорить.

– Чтобы тебе легче было, мы идем к моим друзьям в кафетерий. Нужно же тебя познакомить со всеми, а то будешь букашкой в этом большом лабиринте сплетен и историй, – закончив, она взяла меня под руку и мы побежали по лесенки.

– Ты с ума сходишь, настоящая чудачка! – чуть не споткнувшись, крикнула я ей в ухо.

– Все мы безумны в душе. И я уверена, что ты тоже. Просто хорошо скрываешь, – договорив, она задела меня локтем в бок.

Запыхавшись, я начала поправлять свои волосы. Мы уже зашли в кафетерий, как я увидела двух парней, которые начали кричать Элайзе, они сидели за столом около стойки с напитками.

– Эй, ребят привет, знакомьтесь это наш новый птенчик, модам Ева Куинси. Прямиком из самой Великобритании!

– Привет, знайте, она меня заставила сюда прибежать и не говорила до последнего, куда мы направляемся, – сказала я, обращаясь к парням, и в этот момент, сев за стол выдохнула.– Как вы справляетесь с ее бешеными демонами, которые я уверенна, живут в ней?

– Да, мы привыкли уже, – ответил парень с веснушками.– Меня, кстати, зовут Сэм Фирн. Хочу заметить у тебя красивое платье.

– Спасибо большое, Сэм. Мне, правда, приятно, – я сразу начала смущаться.

– Вот ребят, смотрите, один комплимент в ее сторону, и она уже красная, как помидор, – сказала Элайза, поправляя свой коричневый комбинезон и села рядом со мной.

– Что ты на нее накинулась? Элайза это для тебя даже перебор, начни заниматься важными вещами, а не строить из себя слишком важного персонажа. Например, спортом, – сказал парень во всем черном и сразу начал есть свое яблоко.

– Если что я давно уже бросила все это. Так что Дэрек замолчи лучше, ешь сове яблоко, молча, – проворчала Элайза.

Я слушала их, но потом увидела, что в кафетерий зашел Джон, он шел с каким-то парнем совершенно подавленный. Я раньше не встречала его и вообще не похоже, что они отличные приятели. Они медленно прошли мимо нашего стола, где я сидела и сели на диванчики. Парень с длинными волосами осталась сидеть, а Джон пошел, по-видимому, за кофе.

– Ребят я пойду, что-нибудь возьму себе попить, а то в горле пересохло. Если хотите, можете не ждать у меня все равно сейчас урок в другом крыле корпуса, у меня химия, так что пожелайте мне удачи.

– Я могу сходить с тобой, если хочешь у меня тоже следующий урок химия, – сказала Элайза.

– Нет, все хорошо иди с парнями, увидимся на уроке.

Быстро взяв в руки рюкзак, я пошла к стойке. Я не успела встать за ним, чтобы случайно коснуться его и начать разговор. Передо мной встала девушка с пышной копной волос, так что я видела лишь плечи и руки Джона. Он не оборачивался назад вовсе. Взяв свое кофе, он пошел к своему приятелю совсем серьезный.

В какой-то момент мне стало жаль его. Так как я владею навыком сочувствия, я хотела сцепиться со своих принципов и подойти к нему и спокойно обнять и поговорить.

– Девушка, что будете брать?

– Вы это мне?

– Кому же еще, вы последняя в очереди, – улыбнувшись, ответила милая женщина.

– Извините, я буду черный чай с чабрецом.

Расплатившись, я взяла стакан и не в силах смотреть на его грусть, я пошла в коридор в соседнее крыло. Перемены уменьшили, и я боялась опоздать еще на один урок.

Сев на лавочку рядом с каким-то кабинетом, я решила написать Джону. Написав короткое сообщение, я не смогла его отправить, поэтому стерла его так же быстро, как и написала.

Из кабинета, рядом с которым я сидела, я услышала звуки фортепиано, посмотрев на надпись на двери, я увидела, что это кабинет «музыкального искусства». Я тихонько приоткрыла дверь, чтобы увидеть, кто играет. И увидела там Томаса. Я зашла в кабинет наполненный светом солнца, в этом классе были огромные окна, он сидел и играл. Я села на один из стульев, которые стояли в этом кабинете. Том даже не заметил, он играл не останавливаясь. Я смотрела отдаленно от него на его ладони, как они плавно двигались по клавишам то черным, то белым. Закончив играть, он обернулся в мою сторону.

– Вы прекрасно играете, – сказала я, смотря прямо ему в глаза.

– Спасибо, но я не знал, что у меня будут зрители, и почему ты говоришь со мной на «вы». Мне сразу кажется, что я слишком старый, не нужно.

– Извини, запомню. Ты играл Людвига ван Бетховена³ или я ошибаюсь? – пытаясь сменить тему, спросила я.

– Да, мне нравится его восьмая соната⁴. Ты тоже играешь?

Его явно удивило мое познание в музыкальной индустрии.

– Да, верней играла раньше. Сейчас из-за переезда мне просто не на чем, у нас в доме нет инструмента, он остался в прежней квартире.

– Ты можешь играть здесь в школе. Думаю, что очереди огромной не будет, только придется делить его со мной, – он улыбнулся так же как при первой встречи.

– Звонок, мне нужно идти ну урок. До встречи.

– Еще увидимся.

Все разговоры с ним казались мне бесчеловечно короткими. Разве это справедливо? Мне было мало его сказанных слов, мне хотелось говорить с ним часами, сутки напролет.

Глава 3

Придя домой, уже ближе к девяти часам вечера, я прошла в комнату и решила, так как мамы еще не было, включить послушать музыку. Музыку я слушала где-то до часу ночи при этом, ища место, куда можно съездить с классом. В это время мне пришло сообщение от Элайзы, и то, что в пятницу намечается вечеринку у одной знаменитой девчонки из нашей школы. Я согласилась, конечно же, я ни разу не была на таких событиях, видела только в фильмах. Поняв, что уже засиделась, я отключила музыку, что играла на всю комнату и улеглась спать. Не успела я положить телефон на тумбочку, как мне пришло уведомление от Джона, он написал: «Привет, как ты? Извини, если обидел, могу я позвонить тебе, если ты не спишь? Ответь, пожалуйста, как прочитаешь это сообщение. Прости меня за мои глупости».

Это было бы не справедливо, если бы я отказалась от того, чтобы он мне позвонил, но я не могла после того как он со мной обошелся, просто так вернуть все, что только начиналось. Я ничего ему не ответила, я просто хотела разобраться в себе и понять прощаю ли я его.

Порой мои друзья делали тоже самое, но я ведь не виновата в их проблемах. Может я сама того не замечая так обходилась с ними, что они потом делали так же. Все это глупости, но когда человек тебе важен ты начинаешь копаться в себе, чтобы понять какие причины у него есть, чтобы обходиться с тобой так, как делает сейчас Джон.

Это вторая ночь, как я плохо сплю, мне кажется, скоро я вообще перестану спать. Я пролежала около часа, смотря в окно на звезды. В это время пришла мама, я не стала спускаться вниз, потому что понимала, что она устала.

Я взяла в руки телефон и просто не знала, что делать. Все же написать или не делать ничего. Я не понимала, что со мной происходит и почему такой выбор для меня сейчас очень тяжелый. О чем мы бы говорили? Чтобы я ему сказала или чтобы он мне сказал? Когда я хотела поговорить, он даже слушать не стал, а я теперь не сплю и все думаю, и думаю о том, как поступить. Нужно ли мне все это? Нет. Я просто хочу свободы и просто хочу, чтобы мы понимали друг друга.

Проснувшись по будильнику, как не странно я выспалась, я пошла умываться. Сегодняшний день был пасмурным и наверняка сегодня будет дождь. Поэтому выйдя из ванны, я надела джинсы и серую толстовку с надписью «morality»⁵.

Даже здесь меня нашел холод. Я так безжалостно пыталась от него убежать, но он все равно догнал меня. Порой здесь погода сменялась также быстро, как эмоции человека во время ссоры.

Я заделала быстро пучок и пошла вниз. Сегодня я никуда не опаздывала, поэтому у меня было время позавтракать.

– Доброе утро милая, – она поцеловала меня в лоб.– Вчера после работы меня позвали на свидание, я не могла отказать. Он такой прелестный и заботливый и еще он подарил мне мои любимые белые розы, – она указала на вазу, что стояла на столе.

– Я рада. Надеюсь, он заботливый, – сев за стол и откусив мамин шедевр, я продолжила.– Очень вкусные блинчики, можешь подать ягоды.

– Да, вот держи. Как прошел твой первый день в школе? Завела друзей? Как тебе учителя? Что там с Джоном?

– Слишком много вопросов для утра, – с улыбкой ответила я.

– Давай отвечай и не торопись, сегодня ты рано встала, – сказала мама, сев напротив меня за стол.

– Ну, я подружилась с Элайзой, мы с ней в одном классе. Она познакомила меня со своими друзьями, так что пока все хорошо. Учителя все хорошие, есть, конечно, строгие, как например преподаватель физики, но думаю, я найду с ними общий язык. С Джоном пока все трудно.

– Не беспокойся, вы так отлично ладили, так что все будет у вас хорошо. Может он просто переживает за школу, даже не знаю, может, переживает за себя. Ты его спрашивала, почему он так себя ведет? – положив в рот кусочек блинчика, она запила апельсиновым соком.

– Да, но он даже не стал отвечать. Он просто сказал, чтобы я ушла и то, что он не в духе. Вчера он написал мне, а я решила, что лучше будет разобраться в себе для начала, наверняка он так уже сделал и поэтому готов. А я упустила этот момент, постоянно выдумывая и делая себя виноватой.

– Неважно, что сейчас происходит главное то, что он понял, что тебе не просто так. Ты обязательно поговори с ним, когда будешь готова. Порой людям нужно давать время.

После душевного разговора с мамой, я почувствовала себя намного лучше и больше не беспокоилась о Джоне и о своем поступке. Я встала из-за стола и пошла обуваться.

Я вышла из дома, и не успела пройти около пяти домов, как пошел дождь. Мне нечем было накрыться, поэтому я сняла рюкзак и, держа его двумя руками, над головой побежала в школу.

Быстро добежав до школы, я побежала к входу. Уже поднимаясь по лесенкам, я столкнулась с Томасом, который до этого вышел из своей машины. Вот это я понимаю, повезло.

– Привет, ты вся промокла. У тебя есть запасная одежда с собой? Так ведь и легко заболеть, пошли быстрей внутрь.

– Привет, да ладно, только рукава мокрые, высохнут, – сказала я, когда он открыл мне дверь.

Он зашел за мной следом. Том сказал мне идти за ним. Я не стала перечить ему, поэтому послушно пошла за ним на второй этаж. Томас сказал мне подождать его около учительской. Поэтому я села рядом с кабинетом, откуда уже вышли двое учителя. И как раз после них вышел Том в руках которого была кофта.

– Держи, это моя толстовка, она будет немного велика, но все же лучше, чем ничего.

Он протянул мне ту толстовку, которая была на нем в первый день нашего с ним знакомства в кафе.

– Спасибо, но не нужно. Правда, они высохнут. Тем более мне не холодно, – сказала я, отодвигая его руки от себя.

– Бери и переоденься в туалете. Какой у тебя сейчас урок?

Том все равно положил мне толстовку в руки.

– Должна быть биология, а что?

Я, правда, не понимала, зачем ему это нужно.

– Отлично я зайду на урок, чтобы проверить переоделась ли ты.

Мне понравилось его серьезное лицо. Его хмурые брови, его уголки губ которые были не приподняты как всегда, а наоборот были немного опущены.

– Хорошо, но не обязательно себя утруждать, тем чтобы проверить это.

– Мне будет легче, если я увижу сам, а не просто поверю тебе.

В этот момент я приоткрыла рот, чтобы ответить ему хоть что-нибудь, но не смогла. Мне показалась или это была его некая забота обо мне. Если это так, то этой ночью я, по-видимому, тоже не засну.

Так и ничего не ответив ему, я пошла в туалет, чтобы переодеться. Его толстовка пахла его духами. Этот запах сам по себе манил. А это его кофта, в которой он ходил наверняка не раз, он отдал именно мне, а некому-то другому. Я не могла думать больше не о чем, только о его словах. И то, как он это говорил, мне хотелась слушать его вечно. Его голос, его тембр, его различные интонации. Его даже спокойное лицо не давало мне безмятежно думать о другом. Его образ всплывал в моей голове ежесекундно. Я как маленький ребенок, который помешан на сахаре, только помешана на человеке. Я поняла, что влюбилась. Влюбилась в того, в кого лучше не следует.

Выходя из туалета в коридоре, я увидела Элайзу, которая что-то искала в своем шкафчике. Я решила, что следует с ней поздороваться и поговорить.

– Привет. Я ужасно сожалею, но я сейчас не в том настроении, чтобы веселится, поэтому я не смогу все-таки прийти на вечеринку той девчонки. Ты же найдешь с кем провести время?

– Приветик! Не волнуйся так, все хорошо. Это твой выбор и твое решение. Если не в этот раз, то значит в другой, когда ты уже будешь готова. А теперь иди сюда я тебя обниму птенчик! – закончив, Элайза начала идти на меня прямо в упор.

– Хорошо, хорошо. А вот сейчас, Элайза все остановись!

Я поняла, что сейчас она может сломать мне ребра, если не прекратит.

– Малышка, да от тебя пахнет мужскими духами. Признавайся, с кем обнималась или может, целовалась!? Что я о тебе еще не знаю?

– Да ни с кем. Моя толстовка намокла, и мне любезно одолжил один человек свою кофту, вот и все, – сказала я, понимая, что мои слова больше похожи на оправдание, чем на правду.

– Да, ладно. Я пошутила.

Мы шли по коридору, болтая о новом фильме, который скоро должен выйти в кинотеатре.

Зайдя в нужный нам кабинет, я села за первую парту, Элайза же села за последнюю. Кроме нас в классе был еще один парень. Не зная чем себя занять, я решила посидеть в телефоне, пора отучивать себя от этой привычки, постоянно вытаскивать телефон, когда можно занять себя чем-то полезным. Я увидела новое сообщение от Джона: «Не нужно поступать так же как я. Я признаю, что повел себя как дурак, но мне было ужасно плохо. Прошу, давай увидимся на третьем уроке в спортивном зале». Мне стало стыдно, что я так поступила, не дала ему высказаться. И он прав. Теперь, когда хочет говорить Джон, я убегаю от разговора также как он от меня. Я соскучилась по его шуткам и по тому, как мы проводили вместе время, по его улыбки, и по его объятьям. Вспомнив слова мамы, я ответила ему: «Не беспокойся, я приду».

Когда уже все сидели на местах, зашла учительница биологии и рассказала, что в этом году мы будем изучать в основном природу и животный мир. Меня это в неком роде обрадовало, в прежней школе мы все изучали поверхностно, а здесь видимо будем углубленно, потому что она предупредила, что мы будем выбираться в небольшой сад школы. В этот момент, когда я сравнивала прежнюю школу с нынешней, в класс зашел Том.

– Здравствуйте, извините вы руководитель выпускного класса? – сказал он, поправляя свои волосы.

Сейчас я увидела, что он был одет, как обычный подросток лет девятнадцати. Теплый свитер, черные джинсы, черные кроссовки. Я улыбнулась, думаю, он этого даже не заметил.

– Да, мистер Эванс. Вы насчет поездки? Не волнуйтесь мы, уже написали список кто точно поедет. На перемене занесу к вам в кабинет, – ответила Маргарет Чернестон, не отвлекаясь от плакатов, которые она вешала на специальное приспособление, около доски.

– Хорошо, буду ждать.

Перед тем как уйти он посмотрел на меня. Я видела, как его глаза скользят по мне. От моей макушки головы, переходя к шее, и ближе к моей груди он остановился, и посмотрел мне в глаза. На его лице появилась нежная улыбка. Я чувствовала его аромат от толстовки, представляя, что он совсем рядом. Хотя он и стоял в шести шагах от меня. Я начала нервно поправляться, так как когда он смотрит на меня своими глазами, которые в большинстве случаев блестят, я становлюсь уязвимой. Но я не хотела, чтобы он уходил – это чувство меня совсем не раздражало. Улыбнувшись еще раз, смотря на мои странные движения на стуле, он ушел.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Рэй Брэдбери (1920—2012) – американский писатель-фантаст, создавший более 800 литературных произведений.

Вернуться

2

451 градус по Фаренгейту – роман-антиутопия, выпущенный в 1931 году Рэем Брэдбери.

Вернуться

3

Людвиг ван Бетховен (1770—1827) – немецкий композитор, пианист и дирижёр, последний представитель «венской классической школы»

Вернуться

4

Соната для фортепиано№8 – музыкальное произведение, написанное немецким композитором Людвигом ван Бетховеном в 1798—1799 годах.

Вернуться

5

«мораль»

Вернуться