Екатерина Георгиевна Вахнина, Елена Сергеевна Новикова
Политическая культура и политическая социализация
Учебное пособие

© Вахнина Е. Г., Новикова Е. С., авторы, 2020

© Фонд развития конфликтологии, 2020

Введение

Современная Россия переживает непростой период своей истории. Процессы трансформации затрагивают интересы каждого человека. В сложившихся условиях особое значение приобретает формирование политического сознания, политической культуры гражданина.

Термин «политическая культура» был введен в научный обиход в XVIII веке немецким мыслителем И. Гердером. Однако начало научных исследований политической культуры было положено лишь в 1956 году американским политологом Габриэлем Алмондом (1911–2002), который впервые изложил свое понимание политической культуры в статье «Сравнительные политические системы»[1].

Политическая культура – составная часть общей культуры, совокупный показатель политического опыта, уровня политических знаний и чувств, образцов поведения и функционирования политических субъектов, интегральная характеристика политического образа жизни страны, класса, нации. Главной особенностью политической культуры является ее нетождественность политике и политическому процессу, ибо она лишь отражает и объясняет их. В политической сфере значение имеют не только реальные действия и меры государства, но и то, в каком контексте они предъявляются обществу и как они воспринимаются и оцениваются гражданами.

Политическая культура, как часть духовной культуры общества, охватывает те ее элементы, которые связаны с деятельностью политической системы, поэтому существующие ценностно-нормативные, этнокультурные и религиозно-культурные, религиозно-этнические и подобные им коллизии неизбежно сказываются на ее характере, повышая или понижая градус ее конфликтогенности. Обеспечение единства и целостности социокультурного пространства с целью снижения вероятности возникновения конфликтов, заложенных в самой природе политической культуры, характеризующей политическое сознание и поведение разнообразных социальных групп, является весьма важной проблемой как для властвующих элит, так и для сферы политики в целом.

Таким образом, политическая культура, влияя на функционирование и развитие государственных и политических институтов, определяя политическое поведение гражданского населения, задает направление всему политическому процессу.

Усвоение норм и ценностей политической культуры граждан происходит посредством политической социализации. Важную роль в указанном процессе играет образование. Авторы, работая над учебным пособием, учитывали сложные политико-экономические условия современного Российского государства, самостоятельность которого немыслима без подготовки высококвалифицированных специалистов. Сегодня представители различных профессий принимают активное участие в общественной и политической сферах. Исходя из этого, культура специалиста не должна ограничиваться только его профессиональными знаниями.

В пособии представлен процесс формирования и развития концепции политической культуры, который отражает многообразие подходов к ее осмыслению начиная от античных политических учений и заканчивая современными теориями. Значительное внимание уделено структуре, типологии и конфликтогенному потенциалу политических культур, в том числе в условиях модернизации и глобализации.

Особое место в пособии занимают проблемы российской политической культуры, ее генезиса и особенностей развития, ее конфликтных аспектов и характера проявления в современных условиях.

Один из разделов посвящен политической социализации. В частности, рассмотрены социально-политические и психологические теории, которые легли в основу концепции политической социализации; этапы, институты и модели политической социализации. Кроме того, проанализированы особенности политической социализации в России.

Цель авторов учебного пособия – помочь в освоении актуальных вопросов политической культуры и политической социализации с учетом достижений современной мировой и отечественной науки. Пособие является прекрасным дополнением к изучению проблематики культуры и социализации в рамках освоения общественно-гуманитарных дисциплин, прежде всего политологии, социологии, философии.

1. Формирование концепции политической культуры

1.1. Политико-культурная мысль Античности

Попытки понять, почему народы со схожими политическими системами, но с разными системами ценностей и символов, мифологиями, обладающие разным историческим опытом и т. п., по-разному воспринимают одни и те же политические явления и неодинаково ведут себя в однотипных политических ситуациях, были предприняты еще в Античности. Вопрос о связи между культурой человека и его политическим поведением и еще многое из того, что мы сейчас относим к понятию политической культуры, можно обнаружить в Библии, в трактатах Конфуция, Платона, Аристотеля, Николо Макиавелли, Шарля Луи Монтескье.

В рамках древнегреческой культуры, где возникают первые институты демократии, формируются и начала политической культуры, которые получают отражение в философских системах Платона и Аристотеля – основоположников учения не только о политической культуре, но и о политике вообще.

Свобода – базовая ценность древнегреческой культуры – была главной проблемой всей античной философии и практики государственной жизни, а идея гармонии между телесным и духовным (идеал калокагатии), приоритет духовности, «второй природы» составляли основу мировоззрения древних греков. Поэтому доминантой политического сознания была установка на идею высшей справедливости как торжества добра над злом, что ориентировало поведение людей на правопорядок и законопослушание. Представления греков o свободе и разумной человеческой справедливости, которая не может быть навязана насильственно, нашли свое преломление в их культуре, назначение которой – содействие духовному, умственному и физическому развитию человека, а также политическому и нравственному становлению его как гражданина.

Следует отметить, что в диалогах Платона и трактатах Аристотеля отсутствовало не только понятие политической культуры, но и понятие культуры как социального института. Но их труды содержат многие компоненты рассматриваемых понятий. Так, в связи с культурным аспектом человеческой жизни Платон использовал понятие «искусство», трактуемое им крайне широко, понимая под ним совершенствующуюся деятельность людей, направленную на освоение природы и развитие собственных творческих возможностей.

Согласно Платону (427–347 до н. э.), политика – это тоже искусство, причем самое великое, «царственное» искусство, искусство избранных. Политические деятели должны быть наиболее высокоразвитыми в культурном отношении гражданами. То есть собственно культура и политическая культура были едины, их нельзя было отделить друг от друга.

Платон приводил целый ряд требований к политикам и считал, что политика – это дело философов, людей образованных и высоконравственных (калокагатийных), а не черни, тем более рабов. Человек, не соответствующий идеалу калокагатии[2], не должен допускаться к политике и участвовать в принятии властных решений. Определяющим элементом «правильного» поведения человека политического Платон считал, что служение государству есть обязанность и ответственность за социальную справедливость, а не средство достижения личных целей гражданина. Культура, аккумулировавшая опыт прошлого, нравственные устои и идеалы, ценности цивилизованного поведения, – гарант мира и справедливости, верное средство противостоять разрушительной стихии массового недовольства и насилия, «войне всех против всех».

Платоновское учение об идеальном государстве оказало огромное влияние на дальнейшее развитие мировой политико-философской мысли. Вслед за Сократом Платон отождествлял знание и добродетель, утверждая, что идеальный режим базируется на знании и обладании истиной, благодаря чему правление осуществляется на основе добродетели. Заметим, что идея верховенства права, опирающегося на добродетель, положила начало современным теориям правового государства. К подобным утопическим конструкциям идеального общества прибегали впоследствии Т. Кампанелла, Ш. Фурье, Т. Мор, К. Маркс.

Учения Платона и Аристотеля об идеальных формах государственного устройства и политическом поведении людей послужили основой будущих концепций политологии, в том числе и политической культуры. Важнейшей заслугой обоих мыслителей считаются их типологии политических режимов. Аристотель (384–322 до н. э.) составил историю и описание строя не менее 158 греческих полисов (до наших дней дошла только «Афинская полития» – трактат о государственном устройстве Афин). Для него идеальной формой государственного правления была полития – режим, сочетающий в себе элементы демократии и олигархии.

Римские философы, в особенности Полибий и Цицерон, продолжили традиции политической мысли, созданные великими эллинами. Полибий, в частности, переработал принципы правовой и политической философии Аристотеля применительно к Риму, а Цицерон разработал некоторые идеи теории естественного права, то есть права, основанного на природе вещей. В данном контексте следует подчеркнуть, что Древний Рим знал не только произвол власть имущих. Известно, что в эпоху республики в Риме действовали законы, допускавшие достаточную степень свободы граждан, гарантировавшие невмешательство государства в их частные дела. Это – свидетельство того, что политическая культура Древнего Рима существенно повлияла на характер современной западной политической культуры.

Таким образом, особенности древнегреческой культуры с ее базовыми ценностями свободы и справедливости, с требованиями калокагатийности в отношении к человеку как гражданину, полисная организация государственной власти, предполагавшая равноправное участие граждан в решение политических вопросов, а также римское право, утвердившее суверенитет личности, положили начало развитию политической культуры в современном ее понимании.

1.2. Развитие понятия политической культуры в эпоху Нового времени

Понятие политической культуры получило дальнейшее развитие в эпоху Нового времени, когда в европейских странах стали постепенно развиваться конституционные формы правления. На этом фоне возникают и распространяют свое влияние на умы современников теории общественного договора. Вместе с ними складывается и новый тип политической культуры. Приоритетными становятся права человека, подкрепленные законом. Такие перемены получили отражение в трудах мыслителей XVII–XVIII вв. Томаса Гоббса, Джона Локка, Жан-Жака Руссо, Шарля Луи Монтескье и др.

Стремление к господству, с точки зрения английского философа Т. Гоббса (1588–1679), является сущностной чертой человека, которая определят его образ мышления и стиль поведения в политике. Гоббс утверждал, что суверенная власть государства избавляет общество от хаоса и насилия, предотвращая «войну всех против всех». Дж. Локк (1632–1704) же писал, что любое легитимное правительство основывается на согласии граждан передоверить государственной власти свои естественные права в целях защиты жизни, личной свободы и частной собственности. Позже, уже в XX веке Т. Парсонс, Г. Алмонд и Д. Истон неоднократно подчеркивали, что согласие в обществе является гарантией стабильности демократического общества.

Данная идея получила первую детальную разработку в трудах Ж. – Ж. Руссо (1712–1788), а другие философы Просвещения сформулировали основные принципы демократии. Важность этого периода в том, что именно в это время была поднята проблема раскола и согласия в обществе, которая стала центральной в современной теории политической культуры.

Труд «О духе законов» (1748) Ш. Л. Монтескье (1689–1755) посвящен анализу политических систем разных стран. Его автор был убежден, что любой закон, даже кажущийся на первый взгляд произвольным, обязан своим происхождением не случаю и не капризу людей. Его причины заложены в окружающей обстановке (религия, климат, особенности расселения) или в его свя́зи с другими существующими законами. Иначе говоря, общество подчиняется тем законам, которые выражают общие характерные тенденции.

Важное место в истории становления и развития понятия политической культуры принадлежит немецкому философу-просветителю И. Г. Гердеру (1744–1803). Как было уже отмечено, именно он ввел понятие «политическая культура» в научный оборот. В труде «Идеи к философии истории человечества» (1784–1791) Гердер пытается обосновать подход к пониманию нации как органической этнической группы, которой свойствен единый «национальный дух», язык и культура. Культура – важнейший элемент «народного духа», отражающий самосознание народа, проявляющийся в сохранении и уважении традиций и достижений прошлого. Будучи сторонником политического объединения Германии, Гердер ратовал за сохранение традиций и развитие национального сознания как наиболее важных задач, чем цели политических властей отдельных ландтагов. Именно в данном контексте Гердер формулирует ряд проблем политической культуры, как мы ее понимаем сегодня, например, вопрос о влиянии национальных традиций и обычаев на политику и политическое поведение.

Согласно Г.В.Ф. Гегелю (1770–1831), яркому представителю немецкой классической философии, история человечества – это «прогресс духа в сознании свободы». В «Лекциях по философии истории» (1822–1831) он утверждает, что мировой дух последовательно воплощается в культурные миры «исторических» народов (I. Восточный мир – Древний Китай, Индия и Персия; II. Греческий мир; III. Римский мир; IV. Германский мир), становясь их народным духом. Человечество, развиваясь, постепенно приходит ко все более глубокому пониманию свободы. Германский мир (христианские народы Западной Европы) – высшая стадия развития мирового разума и воплощения идеи свободы – свободы гражданина в «гражданском обществе».

Рассматривая генезис представлений о политической культуре, нельзя обойти вниманием вклад, внесенный А. де Токвилем (1805–1859). Он дал подробный анализ американской демократии с ее фундаментальными принципами и характерными особенностями, составляющими необходимую основу для понимания современной политической культуры США. «Нравы» американцев, понимаемые (не только в узком смысле) как «привычки души», но в большей степени «…для обозначения различных понятий, имеющихся в распоряжении человека, различных убеждений, распространенных среди людей, совокупности идей, которые определяют привычки ума»[3], Токвиль считал одной из важнейших причин существования демократической республики в США. Термин «нравы», очевидно, применен в смысле политических ориентаций. Токвиль подробно описал те «нравы», которые способствовали укреплению демократических институтов в Америке[4].

Заметное влияние на формирование концепции политической культуры вообще и американской в частности оказал немецкий социолог, политический экономист и культуролог М. Вебер (1864–1920). Сконструированные им идеальные типы политического господства – традиционный, харизматический и рационально-легальный – легли в основу основных типов политической культуры – парокиальной, подданической, партиципаторной, выделенных и проанализированных американскими политологами Г. Алмондом и С. Вербой.

Следует отметить, что экспансионистская и колониальная политика западноевропейского капитализма в эпоху Нового времени привела к накоплению европейской наукой большого количества сведений о малоизвестных культурах, начиная от африканских племен и американских индейцев до индийской и китайской с их великой древностью. Это побуждало ученых не только рассматривать по отдельности, но и сравнивать социокультурные и политические особенности разных стран, вскрывать причины их различия. Подобные исследования, поначалу носившие случайный характер (в XVIII веке, как уже отмечалось, к сравнительному методу обращался Монтескье, но стоит подчеркнуть и вклад В. Гумбольдта, занимавшимся сравнением языков), привели к образованию на рубеже ХIХ-ХХ веков ряда новых научных дисциплин, таких как культурология, культурная антропология, семиотика, аксиология и др.

Вторая половина ХХ века в силу тех же обстоятельств отмечена появлением целых отраслей политологического знания, в том числе и сравнительной политологии, методы которой активно используются при изучении политических систем, политической культуры и политического поведения в разных странах.

1.3. ХХ век: возникновение научной концепции политической культуры

Итак, как уже отмечалось, первая концепция политической культуры принадлежит американскому политологу Г. Алмонду (1911–2002). В связи с этим стоит подчеркнуть, что именно в США возникла политология как наука, в частности и политическая социология.

Алмонд был сторонником и ярким представителем системно-теоретической и структурно-функциональной школ в политологии, и это объясняет, почему главной целью работы «Гражданская культура: политическая культура в 5 странах» (1963) было выяснение причин и условий стабильности демократической политической системы. Можно без преувеличения сказать, что структурно-функциональный анализ и системная теория во многом предопределили появление концепции политической культуры.

Политическая культура стала областью научного исследования во многом благодаря тем событиям, которые происходили в послевоенные годы, прежде всего широкомасштабная деколонизация целого ряда стран Африки, Азии и Латинской Америки. Обретение независимости странами, уровень политического, экономического и культурного развития которых был существенно ниже, чем в бывших государствах-метрополиях, породило целый ряд проблем как в аспекте их внутреннего положения, так и по отношению к новой геополитической ситуации в послевоенном мире. Во многих развивающихся странах после обретения ими независимости довольно быстро возникли диктаторские режимы.

Кроме того, ведущие мировые державы, прежде всего Советский Союз и США, стремились вовлечь молодые государства в сферу своего влияния, навязывая им, каждая на свой лад, социалистическую или либерально-демократическую модели развития. Американские политики и ученые пытались найти причины того, почему в одних государствах либерально-демократические формы государственного устройства приживались и развивались, а в других не принимались и отмирали. Нетрудно было предположить, что причины данных явлений кроются в особенностях исторического, культурного и политического развития этих стран и населяющих их народов. Разработка теории политической культуры была призвана найти объяснение таких феноменов.

Послевоенные десятилетия примечательны и появлением ряда работ П. Лазарсфельда, Б. Берельсона, А. Кэмпбелла, У. Миллера, П. Конверса, посвященных результатам исследований политического и электорального поведения граждан США, проведенных социологами Мичиганской и Колумбийской школ в политологии. Основным и неожиданным их результатом было открытие электоральной пассивности граждан Америки, которые, как оказалось, обладают гораздо меньшей заинтересованностью и политической информированностью, чем думали ученые. Идеалы демократии, предполагавшие, что для существования демократической системы необходима политическая активность и заинтересованность граждан, тем самым ставились под сомнение. Граждане демократических стран на деле весьма далеки от рационально-активистской модели политической культуры. Г. Алмонд и С. Верба впоследствии писали, что «их нельзя назвать ни хорошо информированными, ни глубоко включенными в политику, ни особо активными; а процесс принятия электоральных решений является чем угодно, только не процессом рационального расчета»[5].

Анализ данных обстоятельств и попытка найти причины политической пассивности большинства граждан Америки привели к созданию Алмондом концепции «гражданской культуры» – политической культуры «идеальной демократической личности».

Таковы основные научно-теоретические и социально-политические условия, в которых Г. Алмонд, С. Верба и их последователи создавали концепцию политической культуры.

Контрольные вопросы и задания

1. Когда были предприняты первые попытки понять расхождения в политическом поведении людей в зависимости от их принадлежности к различным культурам?

2. В рамках какой культуры и в связи с чем начинается формирование основ политической культуры?

3. Усвоение каких базовых культурных ценностей, с точки зрения древних греков, способствуют политическому и нравственному становлению человека как гражданина?

4. Платон считал, что политика – это дело людей калокагатийных, а не черни и тем более рабов. Согласны ли Вы с его точкой зрения?

5. Расскажите о вкладе Аристотеля в становление понятия политической культуры.

6. В чем заключается влияние политической культуры Древнего Рима на характер современной западной политической культуры?

7. Какой тип политической культуры возник под влиянием теорий общественного договора, получивших распространение в эпоху Нового времени?

8. Какая идея, ставшая центральной в современной теории политической культуры, возникла в эпоху Нового времени?

9. Кто из мыслителей Нового времени впервые употребил термин «политическая культура» и поставил вопрос о влиянии национальных традиций и обычаев на политику и политическое поведение?

10. Кто из представителей немецкой классической философии утверждал, что высшее воплощение идеи свободы – это свобода гражданина в «гражданском обществе»?

11. Кто из известных политиков первой половины XIX века дал подробный анализ американской демократии с ее фундаментальными принципами и характерными особенностями, в том числе и политико-культурными ориентациями, способствовавшими укреплению демократических институтов в Америке?

12. Объясните, в чем заключается заслуга М. Вебера в создании типологии политической культуры.

13. Кому принадлежит первая научная концепция политической культуры?

14. Какие значимые исторические события, происходившие после Второй мировой войны, обусловили появление научной концепции политической культуры?

15. Какие особенности политического и электорального поведения граждан США, обнаруженные в результатах политических и социологических исследований в послевоенные десятилетия, не соответствовали ожиданиям ученых-политологов? Какое они имеют отношение к появлению концепции политической культуры?

2. Многообразие подходов к пониманию политической культуры

Политическая культура – сложный, многогранный феномен, проявляющийся во множестве разнообразных аспектов – национальном, религиозном, геополитическом, историческом, индивидуальном, групповом и т. п. Поэтому разнообразны и подходы к ее осмыслению и пониманию.

Так, в рамках узкоспециализированного подхода политическая культура рассматривается как сфера субъективных ориентаций и установок индивидов, социальных групп и наций по отношению к политической системе и к политике вообще. Данный подход, выработанный Г. Алмондом и характеризуемый как психологический, получил развитие в трудах его последователей, которые отождествляли политическую культуру со всем массивом духовных явлений политической жизни, лишенных поведенческих аспектов. Его можно рассматривать как субъективистский.

Другой подход к трактовке политической культуры исходит из того, что ее содержание составляют нормативные требования, типичные образы действий, или паттерны (модели) политического поведения. Такой подход называют объективистским, или нормативным.

Расширенный подход к политической культуре заключается в ее понимании как неповторимой системы ценностей, символов, а также норм, образцов и установок поведения, лежащих в основе политики. По сути, происходит объединение двух предыдущих противоположных подходов.

Существует также комплексный (обобщающий) подход, согласно которому политическая культура охватывает все происходящее в политике, включая политическую систему и политические отношения.

2.1. Субъективистский подход к пониманию политической культуры

Наиболее признанным, ставшим классическим, является определение Г. Алмонда и С. Вербы: политическая культура – это «специфические политические ориентации – установки (attitudes) граждан по отношению к политической системе, ее различным элементам, и к собственной роли в данной системе»[6]. Данное определение впоследствии было взято за основу и существенно дополнено другими учеными политологами, такими как Л. Пай, У. Розенбаум, Р. Инглхарт, Р. Роуз и Д. Каванах, А. Браун, Р. – Ж. Шварценберг и М. Дюверже, Д. Пол, С. Чаморро, Д. Элазар, Х. Доменигер, С. Хантингтон и многими другими.

Американский политолог А. Браун утверждает, что политическая культура – это субъективное восприятие истории и политики, фундаментальные убеждения и ценности, фокусы идентификации и преданности, политические знания и ожидания, которые выступают продуктом специфического исторического опыта наций и групп.

Люсьен Пай дает несколько другое определение рассматриваемому термину: «политическая культура – совокупность установок, убеждений и чувств, которые задают политическому процессу порядок и смысл, а также создают основные допущения и правила, которые управляют поведением в политической системе», уточняя далее, что данное явление в одинаковой степени укореняется и в публичных событиях, и в личном опыте[7].

Несмотря на то, что данные авторы связывают политическую культуру с наличием ценностной мотивации, идеалов и убеждений, вероисповедных особенностей и фокусов идентификации, характеризующих национальный характер и вовлекающих человека в политическую жизнь данного общества, все они относятся к первому варианту трактовки политической культуры, фиксирующим исключительно субъективный контекст политики.

2.2. Объективистская трактовка политической культуры

Противоположной точки зрения придерживаются те авторы (Стивен Уайт, Джек Плейно, Ежи Йозеф Вятр), которые утверждают, что политическая культура – это совокупность нормативных требований, типичных образцов поведения в политике, его конкретные схемы и модели. Политико-культурный процесс предстает как некая устойчивая, воспроизводящаяся матрица поведения людей, которая ориентирует их на наиболее часто встречающиеся в данном обществе нормы и правила политической игры. В частности, польский социолог и политолог Е. Вятр в своей книге «Социология политических отношений», заявляет: общее понимание культуры, а также исследовательская интуиция подсказывают, что устойчивые образцы поведения как важнейшие черты культуры детерминируют общественные и политические действия.

Поэтому нельзя осуществить редукцию политической культуры лишь к состояниям психики, а целесообразно включить в ее содержание и политические образцы поведения. Американский политолог Д. Пол, критикуя Г. Алмонда и С. Вербу за психологический редукционизм, исключавший поведение из политико-культурного анализа, заявляет, что политическая культура представляет собой конфигурацию ценностей, символов, а также образцов и установок поведения, лежащих в основе политики общества.

Придерживаясь такой же трактовки данного понятия, итальянская исследовательница С. Чаморро пишет, что «политическая культура – это система исторически сложившихся, относительно устойчивых, воплощающих опыт предшествующих поколений людей установок, ориентаций и моделей поведения, проявляющихся в непосредственной деятельности субъектов политического процесса, фиксирующих принципы их отношения к этому процессу в целом, его основным элементам и тем самым обеспечивающих воспроизводство политической жизни общества»[8].

В данное направление вписываются и интерпретации политической культуры Е. М. Бабосова, Э. Я. Баталова, Е. А. Егорова, Н. М. Кейзерова.

Э. Я. Баталов, например, утверждает, что политическая культура – это исторически сложившиеся, относительно устойчивые установки, убеждения, представления, модели поведения, которые проявляются в непосредственной деятельности субъектов политического процесса и обеспечивают воспроизводство политической жизни общества на основе преемственности.

Тем самым возможность регуляции политического поведения связывается с подчинением массовых действий устоявшимся стандартам, схемам, моделям взаимодействия властей с обществом. Данный подход можно назвать также нормативным.

2.3. Комплексный подход к пониманию политической культуры

Приведенные два доминирующих направления в истолковании политической культуры не исчерпывают собой весь их спектр. Заметным влиянием среди политологов (достаточно назвать ее наиболее известных сторонников – Уолтер Розенбаум, Иен Шапиро, Парматма Шаран) пользуется точка зрения, согласно которой рассматриваемый феномен – это прежде всего стиль, способ политической деятельности, реализующий базовые принципы, идеалы и убеждения человека в его поведении. Политическая культура в данной интерпретации обнаруживает себя в качестве системы поведенческих ценностей – внутренних глубинных регуляторов политической жизни и поведения людей, выражающих наиболее устойчивые формы, «духовные коды» политической деятельности, которые указывают на степень владения ими общепризнанными нормами и традициями, характерными для данной политической системы, совмещения творческих и стандартных приемов осуществления своих прав и обязанностей в качестве субъектов политической деятельности и т. д.

Отдельные исследователи, реализующие свой вариант комплексного подхода (например, Д. Мервик, Р. Такер, Л. Дитмер), предлагают рассматривать политическую систему в культурном плане и включают в политическую культуру структуры, институты, роли и т. п., практически отождествляя политическую культуру с политической системой (Д. Мервик), или же сводят ее к политическим отношениям (Р. Такер). В итоге понятие политической культуры лишается специфического содержания.

Российские исследователи Ф. М. Бурлацкий и А. А. Галкин предлагают свой, отличающийся от перечисленных, подход, понимая под политической культурой «институционализированный и неинституционализированный исторический и социальный опыт национальной и наднациональной общностей, оказывающий большее или меньше воздействие на формирование политических ориентаций и в конечном счете на политическое поведение индивидов, малых и больших социальных групп». Другими словами, акцент делается не на ориентации, и не на поведении, а на «опыте» и «национальной исторической памяти»[9].

Принципиально важным является вопрос о том, выступает ли политическая культура одним из атрибутов политической системы или же она – относительно обособленный феномен культуры данного общества, взаимодействующий с другими ее феноменами (правовой, религиозной, нравственной, экономической культурой и т. п.), т. е. сфера общей культуры, непосредственно связанная с политикой.

Дело в том, что термин «политическая культура» объективно противоречив, так как объединяет в себе два различных понятия – «политическое» и «культура». Это порождает прежде всего вопрос о том, какое из них является ведущим? По мнению В. М. Строгецкого, политическая культура, представляющая собой систему государственно-политических и правовых ценностей и выражающая отношение к ним человека, является составным элементом культуры.

С. Чаморро склонна объединять обе позиции, утверждая, что политическая культура представляет собой составную часть культуры человечества, непосредственно связанную с политикой, и добавляет, что ее целесообразно рассматривать в качестве составляющей политической системы общества.

Резюмируя, можно утверждать, что политическая культура отдельных индивидов и их сообществ формируется в том числе и в процессе переработки культурно-исторического опыта. В этом смысле политическая культура является аспектом общей культуры, но все же достаточно автономный. Вместе с тем, как совокупность собственно политических ориентаций и образцов поведения, она выступает в качестве важного элемента политической системы.

Итак, в современной политологии трактовка политической культуры отличается широким спектром применяемых подходов. Перечислим основные:

– психологический подход (политическая культура рассматривается как набор психологических установок и ориентаций на политическую систему и политические процессы);

– субъективистский подход (фиксирующий весь спектр явлений, составляющий субъективный срез политики) включает и психологический подход.

– объективистский (нормативный) подход (политическая культура – это совокупность норм и образцов политического поведения человека в политике).

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Almond G. A. Comparative Political Systems // Journal of Politics. Gainesville, 1956. Vol. 18, No. 13.

Вернуться

2

См.: Лосев А. Ф. История античной эстетики. Т. 4. Аристотель и поздняя классика. М., 1975.

Вернуться

3

Токвиль А. де. Демократия в Америке. М., 2000. С. 220.

Вернуться

4

Там же. С. 220–237.

Вернуться

5

Алмонд Г., Верба С. Гражданская культура и стабильность демократии // ПОЛИС. 1992. № 4. С. 122.

Вернуться

6

Almond G. A., Verba S. The Civic Culture: Political Attitudes and Democracy in Five Nations. Princeton, 1963. Р. 13.

Вернуться

7

Pye L. W. Political Culture // International Encyclopedia of the Social Sciences / еd. by D. L. Sills. Vol. 12. New York, 1968. P. 218.

Вернуться

8

Чаморро С. М. Общее и особенное в развитии политической и правовой культуры обществ Запада, Востока и России. М., 1998. С. 3.

Вернуться

9

Бурлацкий Ф. М., Галкин А. А. Современный Левиафан. М., 1985. С. 197.

Вернуться