Когда я был маленький, то довольно часто мыл посуду. Да-да, не удивляйтесь. Мы жили с мамой вдвоем и надо было ей помогать. Сейчас, конечно, этим занимается моя жена, однако, и я не считаю зазорным помыть посуду за собой – все-таки, это наш общий дом. Но расскажу я совсем не об этом.

Представляете, мне нравилось мыть посуду! Конечно, если бы я рассказал об этом своим друзьям, они бы меня засмеяли. Но вам я расскажу, я знаю, что вы не станете смеяться над этим.

Так вот я любил мыть посуду. Особенно интересно этим было заниматься тогда, когда я был один. В начале я мыл стеклянные или хрустальные вещи – у нас было немного хрусталя, совсем чуть-чуть. Например, хрустальная вазочка для варенья. Вы не представляете, насколько вкуснее варенье в хрустальной вазочке! Кстати, у нее была чудесная история. Когда-то таких вазочек было 7 – одна большая и 6 маленьких пиалочек, в которые каждый мог налить себе варенье. Но прошли годы, некоторые из них куда-то подевались и их осталось две – большая и маленькая.

Потом я мыл кружки – они не такие грязные, как остальная посуда и мама говорила, что нужно их мыть первыми. Я тер их содой, чтобы смыть круги от чая и представлял, как кружечки и чашечки радуются, что стали чистые и красивые.

Затем я мыл тарелки, начиная от тех, которые были самыми чистыми и до самых грязных. Мыл я их и внутри, и снаружи. Снаружи часто тоже приходилось чистить старый налет содой и вскоре тарелочки становились ослепительно белыми!

Странное занятие для мальчика, скажете вы? В остальном я был такой же мальчик, как все – лазил по деревьям, катался зимой на коньках и делал лук со стрелами. Но в мытье посуды я был экспертом хоть куда. Иногда я представлял себя на теле-шоу, где учу людей мыть посуду правильно.

Однако, мы еще не помыли ложки, вилки и ножи. Их я мыл следующими. Сначала ножи – они были главными, опасными, потом – вилочки, далее большие и маленькие ложки. Наконец, я мыл всякие поварёшки, веселки и лопатки. Самым последними были кастрюли и сковородки.

Однако, на этом дело не заканчивалось!

Я очень не любил есть в посуде, которая мне казалось не совсем чистой, поэтому я наливал воду в тазик (я не сказал, что у нас никаких раковин не было – я мыл все в большом тазу, налив горячую и холодную воду) и начинал полоскать перемытую посуду. Причем, в той же последовательности: стекло и хрусталь, кружки и чашки, тарелки, ложки, вилки и ножи, кастрюли и т.д.

Потом чистая посуда сушилась на белом полотенце несколько минут. За это время надо было вытереть все столы на кухне, немного протереть полочки в шкафу и вот – начинался самый волшебный процесс.

Хрусталь и стекло вставали на верхнюю полку за застекленной дверцей, чтобы всем было видно, какие они красивые. Кружки на полочку пониже – их уже почти не было видно, зато они вставлялись одна в другую. При этом я соблюдал порядок (если вы подумали, что я все делаю идеально, что я перфекционист, вы ошибаетесь. Выдели бы вы, как я застилаю постель…) – большие кружки в маленькие, чтобы не упали. Кружки из разных наборов друг в друга я себе вставлять запретил.

Тарелки стояли в ровных стопках в нижней части буфета (у нас не было никаких «стенок» или как теперь называются кухонные шкафы. Наша посуда жила в буфете. А похож он был, как мне казалось, на дворец. Может, на Версальский, или на Зимний, сложно сказать.

На самой нижней полке нижней части буфета помещались кастрюли, тазики, сито и сковородки.

И конечно ножи! У них был особый ящик. Ложки, вилки и ложечки тоже в ящичке, уже другом. Но там они лежал в разных отсеках и не поздоровилось бы человеку, который положил бы вилки в отсек для ложек!

Но вы, наверное, устали. Может, вы не любите мыть посуду или вам это просто неинтересно. Да и с чего придавать такое значение этому ежедневному и не столь приятному занятию? Однако, рассказ сегодня пойдет о посуде. Дело в том, что в детстве я был уверен, что посуда оживает, когда я ставлю ее в буфет. Это значит, что она живет особой кухонной жизнью. Об этом я и хочу вам рассказать, потому что и сейчас, будучи взрослым, я до конца не уверен, что был неправ. Иногда, когда все спят, я слышу, как звенит хрусталь в нашем буфете или стукаются кружки. Часто мне кажется, словно тарелки ведут тихий разговор, а ложки с вилками царапают ящичек, захотев выйти на стол, где уже начался Большой Кухонный бал.

Глава 1. О жизни посуды при королевском дворе.

Давным-давно, в прекрасном королевстве где проживала посуда случилось важное событие. В скором времени в главную крепость королевства – Большой буфет – должна была прибыть новая прекрасная Ваза. Как говорили она была стройна и красива, словно песочные часы. Правда никто из посуды никогда не видел песочные часы, но были уверены, что и они стройны и прекрасны. В честь прибытия Прекрасной Вазы решили устроить великолепный пир и Большой кухонный бал, который было принято устраивать каждый раз, принимая новую посуду. Правда, эта традиция уже ушла в прошлое. Например, когда в Большой Буфет попали пять великолепных тарелочек, с ягодами малины по краю, никто и не подумал устраивать праздник.

В Стеклянном зале – на самой верхней полке Большого Буфета, где проходили балы, столпились придворные. Надо сказать, что на самом деле балы проходили только в честь Хрустальной династии. Но они были закрытые и не такие большие. Посмотрите, в Стеклянном зале посередине стоит высокая и стройная ваза Розалия. Это королева Хрустальной династии. Ее фрейлины столпились рядом – это были изящные рюмочки из одного набора, поэтому жутко друг на друга похожие – они только смеялись и звенели своим наипрозрачным хрусталем. Напротив Розалии стоял очень озабоченный предстоящим балом господин Графин. У него была хрустальная шапочка и он был советником королевы, самым знатным и приближенным к королеве графом.

Чуть поодаль находился очень задумчивый Кувшин. Надо сказать, что он был интересной фигурой среди Хрустальной династии. Никто не знал, когда он появился и был ли он из хрусталя или из толстого стекла. Поэтому графы из Хрустальной династии не торопились отдавать за него своих великолепных стройненьких Рюмочек или пышных Пиалок. Но сами девушки с радостью осчастливили бы грустного Кувшина. Дело в том, что он был невероятно красив – высок и строен, прямой, как солдат, с узким гордым горлышком и необычной формы ручками. И был он не прозрачен, как почти все в хрустальной династии. Вся его загадка была в фиолетово-зеленом цвете, но не сплошном, а с прожилками черного, красного и белого. Прожилки сплетались в необыкновенные узоры его фрака, от чего все рюмочки были без ума. В общем, это был, несомненно, неординарный кувшин. Поговаривали, что в него наливали отнюдь не простую воду, но сам он ничего не говорил о своем прошлом.

Позади королевы размеренно разговаривали ее подруги из знатных семей – большие и широкие Вазы, Пиалы. Их мужья – не столь разговорчивые, но почти такие же пышные Бокалы, стояли поодаль с сигарами.

Королева держалась, как и полагается, величаво и гордо. Дело в том, что она была очень знатной Вазой. И такой высокой, что ставили в нее только Розы. Она этим очень гордилась, ведь розы – самые что ни на есть королевские цветы, о чем королева сама так часто говорила. Однажды, королева Розалия отсутствовала несколько дней, а потом вновь появилась в Стеклянном зале, рассказывая, что на этот раз в нее поставили целых 35 оранжевых роз. При этом она всегда являлась тщательно вымытой и натертой. Хрусталь ее был прозрачен и переливался словно бриллиант.

– Господин Графин, – королева говорила с легким французским акцентом, – поведайте, какие почтенные гости приедут к нам на бал, почтить своим присутствием?

Графин рассказывал об этом уже в четвертый раз, но королеве нравилось слушать все, что говорило о ее величии и знаменитости.

– Ваше Величество, – Графин поклонился и откашлялся. – На балу будет присутствовать множество иностранных гостей: династия Китайского фарфора (Рюмочки ахнули), династия Французского хрусталя (королева улыбнулась, желая подчеркнуть свое с ними родство), династия Хохломского сервиза, династия Английского серебра и, наконец, (Графин многозначительно посмотрел на Бокалы) династия Итальянских фужеров. На балу будут присутствовать … – Граф откашлялся еще раз. Он всегда так делал, когда пытался придать значительность своей речи. – У нас произошли некоторые изменения.

Как только прозвучали эти слова, все стали слушать настолько внимательно, что установилась абсолютная тишина.

– Итак, на балу по случаю приезда ее Высочества Прекрасной Вазы (при этих словах королева слегка помрачнела) династии Хрусталя, из всех знатных семей королевского двора будут присутствовать: семейство Ваз для варенья (Вазы захлопали и выдохнули), род Пиаловых (молодые Пиалочки запищали), братья-Бокалы (мужчины утвердительно закивали головой), род Рюмочных (на этот раз запищали Рюмочки), Хрустальные Рыбницы, Хрустальные Тарелочки, Госпожа Супница (молодые Пиалочки засмеялись), Господин Хрустальный Рог и, конечно, Господин Графин и его род Графиновых.

Все зааплодировали и засмеялись.

– Но Ваше Величество… – раздался тихий и вежливый голос.

Все повернулись в дальний угол Зала. Оттуда тихонько ступала Большая Стеклянная Тарелочка по имени Софи. За нею тихо и грациозно ступали ее дочери – пять похожих один в один на мать: Надежда, Вера, Любовь, Верность и самая маленькая и самая любимая дочь, которую звали также как мать – София.

– В чем дело, моя старая подруга? – Розалия знала, что будет нелегкий разговор и предусмотрительно закрыла лицо веером.

– Дорогая Розалия, – так обращаться к королеве действительно могла только ее старая подруга. – Я не услышала в списке приглашенных своей фамилии и фамилии моих дочерей. Быть может, нас не внесли по ошибке?

– Ошибки быть не могло. – Отрезал Господин Фужер.

– Ошибки быть не могло… – повторила королева.

– Дорогая, но в чем же причина столь … странного факта? – Софи выглядела скорее удивленной, чем возмущенной.

Все в зале зашушукались, только Господин Кувшин недовольно сдвинул брови.

– Понимаешь, милочка… – Королева сделала ударение на последнем слове. – Скоро прибудет важная персона, у нас будет очень много гостей и может быть, кто-нибудь из них останется у нас, ведь династический брак – дело нехитрое. Тем более, всем известна красота Прекрасной Вазы. А вы… понимаешь, вы стали занимать слишком много места…

При этих словах Рюмочки и Пиалочки захихикали и стали показывать пальцами на пышных дочерей – Стеклянных Тарелочек. Милые тарелочки покраснели, а самые маленькие даже заплакали.

– Успокойтесь, мои любимые дочери. – Софи приняла гордый вид – Вам известно, Ваше Величество, что мы можем находиться одна в другой и почти не занимать места. Точнее не занимать его больше, чем я сама.

– Да, как матрешки! – Сказал какой-то молодой Фужер и все засмеялись.

Стеклянные Тарелочки с достоинством выдержали это унижение.

– Так значит, все дело в том, что мы из Стеклянной посуды. – Софи посмотрела на королеву в упор.

Господин Кувшин нахмурился, но ничего не сказал.

– Допустим, – Королева почти полностью прикрыла глаза веером. – Вы не из Династии Хрусталя и еще этот пошлый цветочный принт на вашем платье!

Дамы в зале утвердительно закивали – у каждой из них были великолепные хрустальные узоры.

– Раньше наши уникальные платья приводили Вас в восторг, Ваше Величество, ведь на них – маленькие красные розы! Королевские цветы. – сказала Стеклянная Тарелочка-мать.

Все в зале ахнули и посмотрели на королеву в изумлении.

– Это ложь. Вы всех обманывали, это не розы, а красные бегонии! – сказала королева.

На этот раз все ахнули и посмотрели на Софи.

– Но… это не так… – Сама Стеклянная Тарелочка была в изумлении.

– Хватит перечить Ее Величеству! Стража! – Закричал Господин Графин.

В Стеклянный Зал влетело два высоченные Ножа и, угрожая лезвиями, вывели всех Стеклянных тарелок. Девушки плакали и жались к матери, а грозные ножи молча стучали своими каблуками.

Королева, вздохнув глубоко и облегченно, убрала веер от лица и объявила:

– Подготовка к балу продолжается! Все должно быть идеально, особенно теперь, когда нет никого лишнего. – И она удовлетворенно улыбнулась.

Все гости перешептывались и хитро переглядывались. Только хрустальный Кувшин помрачнел еще больше. Может, только он один понимал, что стать лишним в дворцовой жизни довольно просто. Пока все были заняты придворными сплетнями, Кувшин вышел из Стеклянного зала и направился в сторону помещения для стражи.

Там он нашел Софи и ее дочерей. Они плакали и жались друг к дружке, издавая тихий звон. Стражники явно наслаждались своей ролью: около пяти ножей окружали Cтеклянную семью, а старый перочинный нож Пероччио переписывал Указ Королевы о переходе имущества тарелочек в казну. А это означало, что все, чем они владели, королева просто забирала себе. Позади Перочио стоял Тесак – королевский палач.

Стеклянная Тарелочка-мать пыталась казаться сильной, но было видно, что ей не по себе. С каждой минутой она все больше была уверена в худшем исходе дела.

– Здравствуйте, Господин Кувшин! Вы изумительно прекрасны! – льстиво приветствовал Перочио. Солдаты-ножи выпрямились в присутствии Кувшина.

– И вам не болеть, Господин Перочио. – Ответил Кувшин. И, не слушая, как, покраснев, Перочио отвечал «Ну какой же я господин?..» спросил писаря: – Можно ли взглянуть на обвинительный акт?

– Конечно! Разумеется! – Перочио подвинул поближе к Кувшину листок бумаги.

Кувшин недолго читал написанное, его брови сначала насупились, а потом он спокойно произнес:

– Это какая-то ошибка. Королева велела только забрать все их имущество и направить обвиняемых в далекий Кухняград. Там, конечно, не так хорошо, но довольно сносно. – И, наклонившись к писарю, пояснил: Это, разумеется, ссылка.

Писарь улыбнулся во весь рот и стал переписывать акт.

– Остальным придворным об этом знать не полагается, королева поручила это лично мне. – закончил Кувшин. – Я отведу обвиняемых к карете.

Пока Перочио раскланивался и выгонял охрану, Кувшин вывел Стеклянных тарелочек из Большого Буфета. Недалеко от черного хода стояла карета, запряженная четырьмя мышами. Дело в том, что в Посудном королевстве давным давно приручили мышей, которых использовали и для поездок, и для уборки полей, и для перевозки грузов.

– Как вы могли, господин Кувшин! – пропищала самая маленькая тарелочка София. – Мы вам доверяли, а вы оставили нас нищими!

– Молчи глупая, – мягко сказала мать. – Господин Кувшин спас нам жизнь. – Обращаясь к нему, Большая Стеклянная Тарелочка утерла слезы. – В очередной раз вы выручаете меня, господин Кувшин. Вы всегда были добры к нашей семье. Я буду молиться, чтобы с вами все было хорошо. Дело в том, что таким, как вы – честным, благородным людям – будет все сложнее и сложнее жить в нашем королевстве.

– Спасибо, дорогая Софи. – ответил Кувшин. – Во дворце более не осталось посуды, от которой можно было услышать такие мудрые слова. Теперь, без вашей семьи, я одинок. – Он подсадил Стеклянную Тарелочку-мать и ее дочерей в карету. – Прощайте! В карете вы найдете припасы и немного денег. Этого хватит, чтобы обосноваться в Кухняграде.

Карета понеслась по пыльной дороге.

Глава 2. О том, как живется простопосудинам в провинции..

А тем временем жизнь в королевстве протекала своим чередом. Простая посуда, как обычно, занималась ежедневными делами, трудясь на благо королевы. Вот мы видим в нижних ярусах Буфета фарфоровые тарелочки, которые могли вмещать и кашу, и суп, и второе. Ложечки, вилки, поварешки и веселки тоже на месте не сидели – они помешивали, кормили, мылись в раковине и снова принимались за дело. Кастрюли трудились в столовых и гостиных домах, ведра и ушаты носили тяжелые жидкости, баночки – от мала до велика – занимались садом и огородом, незнатные ножи и топоры рубили, тесали и резали.

На столовых приборах мы, так уж необходимо, остановимся подробнее. Ложки и вилки ведь бывают разные: все зависит из чего они сделаны. Так вот среди наших были простые алюминиевые (очень старые и вредные), стальные (закаленные и очень сильные), и даже деревянные. Ложки и вилки считались обычной простой посудой. Их так и называли – простопосудины. Однако здесь, среди простого народа, ходили разные легенды, о прошлом столовых приборов.

Так поговаривали, что раньше королевством правила не заносчивая Хрустальная династия: у власти находились представители Серебряной династии – посуда из чистого серебра. Тогда был, так называемый, Серебряный век. Среди серебряной посуды можно было встретить кувшины, кубки, тарелки, и даже вилки с ложками – все из серебра. Тогда все были равны и ложек с вилками не считали простопосудинами. Серебряная династия устраивала балы по каждому случаю прибытия новой посуды, из чего бы эта посуда не была изготовлена – и стеклянной, и фарфоровой, и деревянной. Девиз этой династии звучал так «Мы разные внешне, но суть – одна». Это было время равенства всей посуды. Представители самой династии не хвастали своим происхождением, а мирно и мудро правили королевством. Они отдавали должное всей посуде, которая выполняла самую сложную работу и чаще бывала на Гостином столе. Серебряная посуда появлялась на столе только в Праздничные дни – это было ее единственное превосходство. Однако, с приходом Хрусталя, жизнь изменилась. Новой прозрачной посуде удалось убедить королевство, что править должна самая красивая и крепкая династия. Именно она может построить стабильное будущее в Едином посудном королевстве. Серебряная династия исчезла и больше никто серебряной посуды не видел. А Хрустальная династия все хвасталась своей красотой и силой. Никто не догадывался, что хрусталь, в действительности, хрупок, если его сбросить.

Итак, мы оказались в провинции Посудного королевства. Здесь занимались простой, но важной работой вилки и ложки. Но, кроме них, здесь жила жила и другая посуда. Стеклянные банки садили огороды и ухаживали за овощами, а также занимались изготовлением консервов для всего королевства. Кастрюли и сковородки содержали столовые, в которых можно было сытно и вкусно поесть. Здесь каждая посуда находила себе занятие, даже самые маленькие трудились, не покладая рук.

Вот и ложечка Малинка помогала родителям по хозяйству. Она была простой алюминиевой ложкой, покрытая, от грязной работы, черным налетом. С большим трудом на ее платьице можно было разглядеть малиновое украшение.

– Малинка! Ты скоро освободишься?

К девочке пришел ее друг – вилка Остряк. Он был юркий и словоохотливый мальчик.

– Работа скоро закончится. А потом я хочу почитать книжку. Ты будешь читать ее со мной? – Малинка была очень примерная девочка, но не лишенная духа приключений. При слове «книжка» Остряк помрачнел, но Малинка уверила его:

– Это книжка о приключениях. Можно ее почитать, а потом поиграть в эти приключения!

Остряк повеселел и принялся изображать из себя героя, который с мечом спасает целое королевство от злых кружек-оборотней «Вот я вас!», «Защищайтесь!», «Иду на Вы!» – кричал он, пока Малинка заканчивала раскладывать варенье по баночкам.

Наконец, она освободилась, и они побежали играть. Сначала они прочитали несколько страниц увлекательного приключенческого романа, в котором мальчик Том прогуливал школу, вместо уроков играя в лесу.

– Если бы я учился в школе, я бы тоже ее прогуливал! – решил Остряк.

– А вот я бы с удовольствием поучилась. – немного грустно сказала Малинка. – Когда у нас была школа, мне нравилось ходить на уроки и слушать учителя. Он рассказывал много необыкновенных вещей! Иногда хотелось спать, но все же…

– А почему ты сейчас не ходишь в школу? – бойко поинтересовался мальчик.

– Ее закрыли, а ближайшая находится в дальней деревне. Вот и не получается… – вздохнула его подруга.

– Да, жаль. Я бы тоже походил в школу. Было бы что прогуливать. – заключил Остряк.

Вдруг они увидели, как по дороге едет карета, от которой во все стороны летят камни. Признаться, дороги в королевстве были очень плохими: неровные, они были посыпаны только камнями. Причем везло той деревеньке, в которой дорожные камни были мелкие. Ибо если на дороге лежали большие камни, так и следи, чтобы вслед за господской каретой тебя не огрел по голове молот-булыжник. Карета остановилась неподалеку и из нее вышли два толстых богато разодетых фужера.

– Господин Фужер, – обратился один к другому.

– Да, барон Фужер. – ответил другой первому.

– Вы не находите, что в провинции скучно и очень некрасиво? – спросил Барон Фужер.

– Нахожу, уважаемый Барон. Здесь так грязно, везде эта необразованная посуда.

– Кто же у нас занимается образованием в королевстве? Почему нельзя построить школу, чтобы эта простопосудины были, хотя бы, просто грязными, но образованными! – заявил Барон.

– Образованием, с позволения сказать, занимаюсь я. – Признался Господин Фужер. – Пришлось закрыть в этом местечке школу, ибо содержать ее было нецелесообразно.

Два Фужера с пониманием посмотрели друг на друга и закивали.

– Позвольте заметить, – позволил заметить Господин Фужер. – Что в этом местечке стоило проложить дорогу, чтобы эти необразованные простолюдины хотя бы были не такими грязными от придорожной пыли!

– Отнюдь. – Барон Фужер принялся разглядывать дорогу в монокль. – Дело в том, что дорогами в нашем королевстве занимаюсь я. И именно я пришел к выводу, что в этом местечке дорогу делать слишком дорого.

Раздалось неловкое молчание. Было слышно, как жужжат ленивые мухи.

– Впрочем, здесь не так уж и плохо. Пусть все остается так, как есть. – Заключил Господин Фужер.

– Пусть все остается так, как есть. – Согласился Барон Фужер.

Они прошли мимо детей, не заметив их, словно те были прозрачные. Малинка при этом махнула косичками, а Остряк показал им язык.

– Нам необходимо заняться сбором налогов. – Напомнил Господин Фужер. – Налоги мы подняли ровно в три раза. Это не так уже много. Тем более, что я приобрел потрясающую полку, на которой намерен поселиться. Кстати сказать, моя супруга живет при дворе. Это, признаться, очень экономно.

– Я бы поднял налоги в 4 раза, учитывая какой намечается в скором времени бал! – Многозначительно поднял брови Барон Фужер. – Тем более, что мне причитается крупная премия. Я рассчитываю вложить деньги в банки. Это очень выгодно, так как трехлитровые банки поставляют много продукции. Целых два литра. А то и два с половиной. Оставшегося им вполне хватит, чтобы прожить…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.