Повести
«Охотники на привале. Бернар и Матильда», «Эгоистка. Дневник Марты: дети, внуки и прочие гаджеты», «Дайте мне другую маму!»
Виолетта Лосева

© Виолетта Лосева, 2020

ISBN 978-5-0051-3071-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

В сборник вошли три повести Виолетты Лосевой

«Охотники на привале. Бернар и Матильда»

«Эгоистка. Дневник Марты: дети, внуки и прочие гаджеты»

«Дайте мне другую маму»

ОХОТНИКИ НА ПРИВАЛЕ. Бернар и Матильда

Ко мне обратилась женщина…

Предисловие или Моя беда в том, что…

Не знаю точно, пишут ли предисловия к рассказам, но… Хочу сразу предупредить. Мадам Жужу, о которой, среди прочих, пойдет речь, советовала мне назвать это произведение «Охотники на привале», что показалось мне весьма уместным и даже «цепляющим». Особенно, если вспомнить утверждение о том, что «все мужчины – по своей природе – охотники».

Но… Если мудрый издатель вдруг порекомендует мне поменять название ввиду того, что одни «охотники» уже есть в Третьяковской галерее, я, конечно же, его поменяю. Не люблю спорить с издателями, тем более, в данном случае, речь может идти о моей же безопасности и авторской репутации.

Таким образом, если вы увидите другое название, не удивляйтесь. Я всегда следую рекомендациям мудрых советчиков, особенно, если это не обходится слишком дорого. Поверьте, помириться всегда дешевле, чем поссориться. Это – факт.

А может быть, со временем, я придумаю новое название, и издатель будет совершенно не причем. Все станет понятно, когда книга будет уже написана. Или прочитана. Для кого – как…

Ну а если на обложке все-таки останется первоначальное название, то… значит я ничего не нарушила, тем более, речь-то пойдет совсем о других охотниках. Даже, скорее, охотницах. На эту мысль меня натолкнула та же мадам Жужу, которая играет не последнюю роль в истории, которую вы прочитаете. И, как обычно говорят или пишут гуру современного обучения, «обязательно дочитайте (дослушайте, досмотрите) мое выступление до конца. Ведь именно в конце я поделюсь с вами своим «главным секретом». Если быть честной до конца, то я совсем не уверена в том, что открою для вас секрет. Возможно, вы об этом давно знали. Но… Должна же я разместить здесь какой-нибудь скрытый призыв для того, чтобы вас заинтриговать? Правда?

Моя беда в том, что я все время сбиваюсь на какой-то дурашливо-ироничный тон, в то время как задумка моего повествования достаточно серьезна. Но… пусть это остается моей бедой.

Трудно предположить, что вы до сих пор еще не сгорели от нетерпения и любопытства. Не будем же тратить время на прелюдии и предисловия, и сразу перейдем к делу.

Итак,

В салоне мадам Жужу можно было приобрести различного рода сведения, сувениры-безделушки, душевное равновесие и репутацию. Все вышеперечисленное было самого высокого качества. Особенно душевное равновесие.

– Я глубоко убеждена, – говорила мадам Жужу, – рассказы о том, что все, абсолютно все, мужчины по природе своей – охотники, сильно преувеличены. В крайнем случае – это охотники на привале. Особенно после сорока. Особенно в наше время.

И с этим совершенно невозможно было не согласиться.

Фиксируйте мысли и состояния, девочки. Это помогает.

Ну что ж, придется фиксировать:

– Помириться всегда дешевле, чем поссориться

– Есть места, где вместе с сувенирами можно приобрести душевное равновесие. Судя по всему… вполне приличные места.

– Рассказы о том, что все мужчины, по природе своей, – охотники, сильно преувеличены. В крайнем случае – это охотники на привале.

– Фиксируйте мысли и состояния, девочки. Это помогает.

– Дурашливо-ироничный тон не всегда отвечает серьезности замысла. Особенно, если речь идет о любви.

Глава 1. Парк Лэнд. Знакомство или Как все устроено внутри

Лика Прокофьева возвращалась с заседания женского клуба в хорошо приподнятом настроении. Ранняя весна медленно и неохотно вступала в свои права, напоминая о себе тоскливым мелким дождиком. «Дворники» приходилось включать время от времени. На обочинах дороги уныло подтаивал снег с землей, а с голых веток придорожных деревьев свисали то ли сосульки, то ли капли, то ли чьи-то старые воспоминания.

Но настроение все равно было «то, что надо», как говорила мадам Жужу, заряжая девушек всех возрастов пониманием того, что много хорошего еще может быть впереди. Нужно просто его рассмотреть, не пропустить и зафиксировать. Лика вела машину, бережно фиксируя свое приподнятое настроение.

– Беда в том, – рассуждала мадам Жужу. – что люди в семейной жизни, сближаясь, постепенно перестают… нет, не любить друг друга, а производить друг на друга впечатление. Заметьте, я не говорю о застиранных халатах и бигудях. Это – пережиток прошлого. Просто стереотип, который застрял в сознании и крепко держится, как пример. Вы же не ходите дома в грязном халате, правда? И я не хожу. Я – о другом. Представьте только… Что было бы, если бы ваш любимый муж сказал о том, что бутерброды в театральном буфете баснословно дорогие, в то время, когда вы только начинали встречаться? Стал бы он после этого вашим мужем? Вот именно! Да и он бы никогда в жизни так не сказал.

А сейчас? Вы просто выпиваете по чашке кофе в антракте и идете дальше смотреть спектакль. И не делаете вывод о том, что ваш горячо любимый муж – скуп или ему жаль денег вам на еду. А ведь вывод можно было бы сделать: возможно, он и не скуп, но… он перестал заботиться о том, какое впечатление на вас произведут его действия или слова. То же самое можно сказать и о вас. Одним словом, могу только посоветовать: продолжайте производить на него впечатление даже если он этого не замечает. И тщательно следите за тем, чтобы и он хотел произвести на вас впечатление. Что получится, а что – нет, знает один Бог. А… может быть, и он не знает…

Мадам Жужу, в целом, любила «блеснуть красным словцом», хотя и презирала весь этот «мусор суфийских практик», считая, что за 20 минут онлайн-вещания еще никто никого не сделал счастливым и, тем более, не разбудил и не затронул тех тайных струн, которые должны стройно и, главное, выгодно, зазвучать внутри вас после какого-нибудь вебинара или консультации.

«Как же это верно, – думала Лика, – мы – близкие люди, но… мы перестали производить впечатление друг на друга. И речь, действительно, не идет о застиранных халатах».

В отличие от мужа, Лика трепетно относилась к одежде и внешнему виду людей. Считала, что «по одежке» можно было и встречать и провожать. Делила гардероб по своим личным категориям. «зелененькое – к зелененькому», «надевай и ничего не бойся, ты прекрасна!», «еще один разок – и в архив», «надену когда будет грустно»…

Женщина в модном пальто – судя по походке, достаточно молодая, – шла по обочине дороги, тщательно стараясь обходить лужи. Лика притормозила аккуратно, чтобы не забрызгать светлое пальто дамы, явно находившейся в неподходящем месте, и приоткрыла окно.

– Вы в Парк Лэнд?

Женщина удивленно подняла глаза и, как показалось Лике, ответила с облегчением:

– О, да.

«Наверное, боится садиться в незнакомые машины, – подумала Лика, – Обрадовалась, что я – не мужчина».

– Вас подвезти?

– Спасибо большое! Я даже не предполагала, что тут такой кусок нужно пройти от маршрутки. Спасибо!

– Здесь всего три километра, – пояснила Лика, трогаясь с места, после того, как попутчица аккуратно устроилась рядом с ней и также аккуратно закрыла дверцу. Казалось, она все делает очень аккуратно и деликатно. Вызывает доверие. – Но, конечно, в такую погоду мало кто ходит тут пешком. Вам нужно было дождаться той маршрутки, которая заходит к нам в Парк Лэнд. Тогда бы доехали прямо до центра.

– А вы там живете?

– Да. Уже больше года.

– Значит, мне очень повезло. Собственно говоря, я и приехала, чтобы походить, посмотреть все своими глазами, возможно, поговорить с теми, кто уже живет здесь. Мы с мужем собираемся купить здесь дом, и в отделе продаж нам так красиво все рассказали, кучу картинок показали, планы, карты, схемы. И предложили привезти нас сюда в субботу. Мы, в общем, так и запланировали. А потом я подумала, зачем мне ждать субботы и смотреть то, что мне будут показывать риелторы. Лучше поехать самой и подышать этим воздухом. Почувствовать место, понимаете?

– Конечно, понимаю. Думаю, вы правильно сделали. С удовольствием расскажу все, что знаю.

Лике очень понравилась новая знакомая. Хорошо было бы иметь такую соседку, и даже подружиться. От Анны просто веяло какой-то мягкостью, деликатностью, воспитанностью и даже каким-то изяществом. Несмотря на плюс-минус сорок лет, как определила для себя Лика. «Наверное, мы – ровесницы».

Только недавно Лика думала о том, что, взрослея, человек реже приобретает новых знакомых, не говоря уже о друзьях. В юности казалось, что вся жизнь состоит из чего-то нового – новые встречи, новые приятели, новые места, новые компании… А потом человек все больше концентрируется на более близком круге. Нет, не всегда становится домоседом или скучной личностью. Просто, круг знакомых так или иначе уже сформирован, и, как правило, нет ни необходимости, ни желания, его расширять. А потом вдруг понимаешь, что многие отсеялись – или сами, или жизнь отсеяла – и приятелей, которые входят в твою орбиту просто «для души» (не по работе, не из родственных чувств) – осталось совсем мало. И новые не появляются.

Когда выехали на центральную улицу коттеджного поселка, Лика успела рассказать своей новой знакомой уже достаточно много. Рассказывала честно, понимая что может интересовать женщину, переезжающую из многоквартирного дома в коттедж и из города – в пригород.

– Как говорится… Весь мир уже давно стремится «на травку», поближе к земле и чистому воздуху. Но… Нам до «всего мира» еще далековато. Вот этот кусок дороги, например, – рассказывала Лика, – Хотя, все, кто тут живет, страшно любят Парк Лєнд. Весной, летом, ранней осенью здесь такая красота, что просто глаз не оторвать. И вокруг, и в каждом дворе. Что еще важно: у нас не элитный поселок, то есть олигархов за двухметровыми заборами здесь нет. Все плюс-минус одного достатка, так что нет смысла друг перед другом что-то демонстрировать или прятать. Это важно.

– Это очень важно, – согласилась Анна, – быть равным среди равных.

Лика улыбнулась. Она любила таких людей – не слабых, а мягких, деликатных, интеллигентных. Иногда казалось, что они живут в каком-то своем мире, и у них нет необходимости писать прямо на лбу «я вам всем докажу!» Она и сама была такой.

– Анна, может вам интересно зайти и посмотреть как все устроено внутри? На участке, конечно, сейчас мало красоты, но вы получите общее представление. Они ведь все типовые эти коттеджи.

Анна посмотрела на нее, как на спасительницу.

– Может быть, это неудобно? У вас свои планы, я – чужой человек.

– Ну что же тут неудобного? Посмотрите обжитой дом. Планировку. Отделку. Пошли?

– Я об этом и мечтать не могла. Но… Конечно. С удовольствием.

О, какие интересные жалюзи! Поневоле вспомнишь о ревности. Здесь была стена? Как удачно вы ее перенесли. У вас очень уютно. Нам здесь очень хорошо живется. Возле коттеджей больше земли. Здесь есть еще несколько рядов таунхаусов. Да, мы смотрели планировки… Какие приятные заботы и хлопоты!

Через полчаса, после осмотра дома, участка и короткого чаепития, обменялись телефонами, перешли на «ты» и расстались почти подругами.

«Как здорово будет, если они купят дом где-то неподалеку, – думала Лика, провожая гостью, – редко с кем так удачно попадаешь «на одну волну»…

Быть равным среди равных – это круто. При определенном складе характера.

– Поверьте мне, я повидала много прекрасных женщин и сильных мужчин в своей жизни, – иногда мадам Жужу говорила тоном наставницы, – И, когда мне говорят о равных возможностях для всех, я нагло смеюсь прямо в лицо тому, кто так говорит. Справедливость – вещь однобокая и временная.

Когда мадам Жужу начинала говорить о справедливости, на ее значительном лице всегда проступала печать утраченной безвозвратно юности, хотя выглядела она, нужно сказать, просто великолепно.

– Удобно и приятно не может быть для всех… То, что справедливо для одних, абсолютно несправедливо для других, и это – факт. Факт, с которым можно только смириться. Не более. Один родился красивым, другой – с обычной внешностью. Вот так природа распорядилась. И никто не знает, сколько усилий прилагает тот, другой, для того, чтобы соответствовать хотя бы своим понятиям о красоте. Это я еще не беру крайних случаев.

Полненькая девочка стоит перед зеркалом и старательно втягивает щеки. Худенькой даже в голову такое не придет.

Зато…

Худенькая девочка надевает три пары колготок, чтобы ноги не казались худыми. Полненькая девочка не знает таких забот.

Люди с плохим зрением всю жизнь тратят деньги на очки или линзы для того, чтобы что-то видеть. Это их постоянный расход. Или инвестиция в нормальную жизнь. Зависит от того, с какой стороны смотреть. И видеть. Людям с нормальным зрением этого в жизни не понять.

Что толку сожалеть?

Да, мне нравится, когда у молодых девушек из-под блузки выглядывает голый животик. Но… Могу ли я себе это позволить? С одной стороны – конечно, могу! Кто ж запретит? С другой стороны…

Один родился в столице, другой – в глухой провинции. Поступили в один университет, допустим. И что? У одного – своя комната, теплый ужин, мама-папа, у которых всегда можно взять (или хотя бы попросить) денег, дяди-тети, которые посоветуют, если нужно, знакомые родителей, к которым можно, при необходимости, обратиться, «тетя Валя», которая много лет проработала в хорошей организации и знает куда позвонить в случае необходимости, и собственные друзья-знакомые по детскому саду, двору, школе и общим интересам. А у другого? Общежитие, совершенно чужой город, неумение распоряжаться деньгами, даже если они есть, необходимость самому заботиться о том, чтобы не заработать гастрит и не ходить в рваных кроссовках. И – ни одной родной души вокруг. Твоя «тетя Валя» со связями осталась там, в глухой провинции. И опять же. Это я не беру еще крайних случаев…

Лика мысленно почти всегда соглашалась. Не нужно брать крайние случаи.

Мадам Жужу умела просто очаровательно встряхивать волосами. Как потом выяснилось, она училась этому всю сознательную жизнь. Но я подозреваю, что в той части жизни, которая считается бессознательной – младенчество, детство – Ленка Жукова-Журавлева уже умела делать движение волосами, от которого у многих останавливалось дыхание. Некоторые девочки прямо рождаются с этой способностью – быть женщиной. Правда, не все. И в этом тоже была та самая несправедливость мира, о которой любила говорить мадам Жужу.

Своими беседами она как будто пыталась восстановить справедливость. Иногда ей это удавалось. Мадам Жужу была честной женщиной и никогда не давала никаких гарантий.

Провожая гостью, Лика старалась зафиксировать в себе это милое состояние. Не нужно ждать справедливости от жизни. Мир несправедлив, но бывает вполне уютненько. Нужно пригласить эту Анну к мадам Жужу…

Стой, не уходи, не расплескивайся, не теряйся состояние покоя, умиротворения и предвкушения чего-то хорошего. А умные мысли мадам нужно просто принять к сведению.

– В семейной жизни люди часто перестают производить друг на друга впечатление. Однако, нужно стараться, чтобы было не так. Что получится, а что – нет, знает один Бог. А… может быть, и он не знает…

– За 20 минут онлайн-вещания еще никто никого не сделал счастливым и, тем более, не разбудил и не затронул тех тайных струн, которые должны стройно и, главное, выгодно, зазвучать внутри вас после какого-нибудь вебинара или консультации. И дело не в периоде времени. И даже не в тренере. Счастья по инструкции просто не бывает.

– С возрастом понимаешь: многие друзья-приятели отсеиваются сами собой. И новые не появляются.

– Быть равным среди равных – это дорогого стоит.

– У некоторых людей нет необходимости писать прямо на лбу «я вам всем докажу!» Это – очень приятные люди, скажу я вам.

– Справедливость – вещь однобокая и временная.

– Удобно и приятно не может быть для всех… То, что справедливо для одних, абсолютно несправедливо для других, и это -факт.

– Полненькая девочка стоит перед зеркалом и старательно втягивает щеки. Худенькой даже в голову такое не придет. Зато… Худенькая девочка надевает три пары колготок, чтобы ноги не казались худыми. Полненькая девочка не знает таких забот.

– Некоторые девочки прямо рождаются с этой способностью – быть женщиной. Правда, не все.

Глава 2. Крещендо. Woman Next Door или Открытие супермаркета

Гармония взрослой жизни – это найти баланс между «хочется» и «надо». И все. Просто, не правда ли? А на самом деле это-то и есть самое сложное – найти баланс.

– Недавно ко мне приходила одна дама, – этими словами мадам Жужу предваряла многие свои истории, при этом мы никогда в жизни не могли догадаться о ком идет речь – мадам Жужу была высоким профессионалом в своем нелегком деле организатора женского клуба и консультанта по всем вопросам, которые могли возникнуть как у молоденьких девочек с пухленькими щечками, так и у роковых волчиц с излишне накачанными губами, – Так вот… Недавно ко мне приходила одна дама, которая активно жаловалась на несправедливость: имея склонность к полноте, ей всю сознательную жизнь приходилось себя ограничивать в том, что она считала самым вкусным, и довольствоваться только «полезной» низкокалорийной едой. И даже при этом, она так и не могла достичь «стройных» результатов. И однажды ее ближайшая подруга (по определению этой дамы – плоская доска, кащей бессмертный, анорексичная селедка, имеющая возможность жрать пирожные на завтрак обед и ужин) застала ее за преступным питьем сгущенки прямо из банки. Нужно ли говорить о том, что они не поняли друг друга в данной ситуации? И вы хотите говорить мне о справедливости?

Я могу сколько угодно мечтать о коротких шортах… Думать: ну, может, хоть на пляж? А потом строго сказать себе: не дано – значит не дано! Нужно уметь сказать себе так, девочки.

…Новый супермаркет в коттеджном городке блистал всеми цветами радуги. Молодые модные дизайнеры приложили тысячу усилий, чтобы открытие магазина достоялось «на ура». Так и было: витрины сверкали блестящей мишурой, громкоговорители, перебивая друг друга, соблазняли покупателей акциями и скидками, клоуны в цветастых костюмах заигрывали с детьми, раздавая шарики и игрушки.

Приходите, покупайте, ловите праздничную выгоду, наслаждайтесь жизнью, у нас – здорово!

Лика с мужем заехали за хлебом и, как водится, застряли на полчаса.

– Может, я в машине посижу? – спросил Андрей, когда увидел все это великолепие.

– Пошли-пошли, – Лика потянула его за рукав, – Во время открытия всегда можно купить что-нибудь хорошее со скидкой. Я знаю.

– Что-нибудь ненужное, – пробурчал Андрей.

– Ненужное, но хорошее, – улыбнулась она и подумала: «Ворчи-ворчи, все равно будет по-моему».

– Я недавно подвозила такую интересную женщину. Они будут покупать дом здесь, в нашем поселке. Я ей так расхваливала нашу жизнь.

– Да? – Муж покачал головой..

Ммм… Тема интересных попутчиц была, как будто, тоже не актуальна… Как и выгодные покупки…

Андрей нехотя вышел из машины. Лика знала, что он будет ходить за ней с недовольным видом, но решила, что можно и потерпеть. В честь открытия.

– Лика! Лика! Здравствуйте! – Анна стояла у стойки молочных продуктов. Рядом с ней стоял высокий мужчина, судя по всему, муж. Судить можно было по тому, с каким обреченным видом он стоял, – Какая встреча! Как здорово!

Начали обниматься и знакомиться. Лика. Андрей. Аня. Амиран. Можно просто Амир. Очень приятно. Очень рад. Очень рада. Где бы мы еще встретились?

Мужчины смотрели друг на друга с пониманием. Из супермаркета вышли все вместе.

– А мы уже второй день здесь живем. В вашем прекрасном Парк Лэнде. В нашем! – щебетала Аня, – Только позавчера переехали. Как здорово! Даже вещи еще не все разложили. Лика, это встреча с тобой поставила точку в нашем решении. Я так тебе благодарна!

– В нашем, – улыбнулся Амиран.

– Я просто влюбилась в Парк Лэнд, правда! Слушайте, а поехали к нам пить кофе? Так хочется еще поболтать!

Так непредсказуемо вечер превратился из «заедем за хлебом и поужинаем дома» в «приятная компания за чашкой кофе с коньяком после праздничного открытия супермаркета».

Бывает и так. Хорошо, что не наоборот.

Компания и в самом деле оказалась на редкость приятной. Что называется, на одной волне. Все пришли к выводу, что это большая редкость и удача: вот так случайно познакомиться и попасть на одну волну. Темы для разговоров сменяли друг друга без пауз.

Как хорошо жить в Парк Лэнде! И супермаркет открылся. Теперь продукты можно покупать прямо здесь. Не нужно везти из города. Красота!

На территории городка работает очень хороший электрик. Нужно с ним посоветоваться, прежде чем подключать отопление. Уже советовались? Это правильно!

О политике не говорим, да? Да! Это негигиенично! И ни один спор не закончился мирно.

Дети взрослые. У них своя жизнь. Это нормально отпускать взрослых детей в свою жизнь. Наш – доучивается за границей, вероятно там и останется. А наши – в городе. Наотрез отказываются ехать сюда. Сказали, может, как-нибудь в выходные заедем на полчасика. Это нормально? Абсолютно!

На выходные иногда выбираемся в театр. Вы тоже? Супер! А может теперь «девочки» будут ходить в театр вдвоем? Надеюсь, это шутка, любимый? Ну еще бы, любимая, конечно шутка!

У вас такое необычное имя – Амиран. Это что-то восточное? Бабушка была грузинкой. Все планируем съездить в Грузию, но еще не выбрались. Там уже никого не осталось. Бабушка уехала оттуда, когда ей было 19 лет. Но внука назвала грузинским именем. Молодец, бабушка. Очень красивое имя!

А маршрутки здесь ходят по расписанию? Или как везде? Стараются соблюдать график. Некоторые жители даже обходятся без машины. Иногда так получается даже быстрее. Электричка тоже недалеко. Прекрасное место!

О, сколько книг по психологии! Я тоже не понимаю людей, которые стараются избавиться от «бумажных» книг. Так и не смогла перейти на «ридер». На бумажных страницах остаются не только слова и предложения, но и впечатления читателей. Чем больше человек прочитали книжку, тем больше впечатлений осталось. О, как прекрасно вы сказали! В самую точку. Некоторые книги я вожу за собой со студенческих лет. Наверное, это неправильно.

Студенческие годы! Наши студенческие годы! Романтика, стройотряд, общежитие, вьетнамцы с жареной селедкой, одна кастрюлька макарон на целый этаж, поцелуи на лавочке, рваные кроссовки и сумасшедшая любовь на всю жизнь. Разве сегодня дети могут насладиться таким прекрасным временем? Хорошие дети начинают подрабатывать чуть ли не с первого курса и рационально думают о будущем. Ставят цели и разрабатывают механизмы достижения. А плохие? О плохих говорить не будем. У нас прекрасные дети.

А, может это признак старости – вспоминать нищенскую юность и ностальгировать? Да еще ворчать на молодежь… Чего-чего? Старости? Ты о чем? Максимум – взросления! Какая старость?!

Здесь будет стоять фортепьяно. Еще не привезли. А кто у вас играет? А никто… Аня когда-то училась, но потом… Только перевозим его за собой… Воспоминания о детстве.

Лика, ты похожа на Фанни Ардан. Те же волосы, тот же поворот головы. Правда? Да, что-то есть. Амиран, ты смотрел фильм «Соседка»? Нет? Там Матильда и Бернар… Андрей, ты тоже не смотрел? Ну вы даете… Впрочем, это чисто женский фильм. В конце она убивает его и себя. Но фильм очень красивый. А зачем нам смотреть чисто женские фильмы? Мы теперь будем смотреть на Лику, раз уж она так похожа на эту самую Матильду. Окей, смотрите на меня, это грустный фильм, а нам так весело…

А знаете, как название этого фильма звучит по-английски? «Woman Next Door». Красиво, правда?

Какие милые люди! Оказывается, бывает и так… Слушай, кончай с этим «выканьем», будем «на ты», хорошо? Конечно, иначе было бы странно…

Салон мадам Жужу? О, это что-то очень интересное, наверное? Это необыкновенный клуб! Аня, пойдем вместе в следующий раз? А мальчиков туда берут? Нет-нет, советы мадам годятся только для девочек.

Мадам Жужу (в девичестве – Ленка Жукова, в первом замужестве – Журавлева, откуда и пошло ее прозвище, которое потом стало брендом в рамках женских клубов и форумов) любила говорить о себе:

– Ничего не могу с собой поделать: не могу удержаться от того, чтобы не раздавать всем вокруг добрые и мудрые советы. Пришлось сделать это своей профессией. Именно так появляются специалисты, страдающие излишними знаниями в области человеческих отношений. Я долго пыталась быть порядочной женщиной, но, увы, живя в борделе, это невозможно. Только не нужно понимать все слишком буквально.

– Дорогая моя, да кто тебе сказал, что ты имеешь право его воспитывать? Ты встречаешь его оглушительно-ласкательным тоном и думаешь, что вы оба делаете шаг в развитии ваших отношений? Ты схитрила, а он поверил? Глупенькая… Сначала мы приобретаем… Вещи, иллюзии, отношения. Потом избавляемся от лишнего, ненужного, отягощающего… От вещей, иллюзий, отношений. Умение избавиться еще более важно, чем умение приобрести.

– Многие счастливые семьи живут по принципу «Я тебя ненавижу чуть меньше, чем всех остальных. Поэтому мы и вместе». Одно дело – знать, что он с тобой от большой любви, и совсем другое – знать, что он с тобой от того, что ему деваться некуда. Есть разница… Сколько бы ни говорили о том, что любовь – или она есть, или ее нет – все не так однозначно… Иногда с другим мужчиной нужно переспать хотя бы для того, чтобы понять: твой – лучше. Ко мне недавно приходила женщина, которая собиралась взять кредит в банке для того, чтобы купить новый байк своему бой-френду, опираясь на то, что у нее – хорошая кредитная история. Когда же я стала расспрашивать ее о других историях, то… Стало понятно: все остальные истории не так уж и хороши.

Итак, история продолжала начинаться. Странное сочетание времен, правда?

Какие милые люди!

– Политика – это негигиенично! Ни один спор о политике еще не закончился мирно.

– А, может, это признак старости -ностальгировать по прошлому? Может и так…

– Если не можешь удержаться – давай советы. Добрые и мудрые. Иногда полезно сделать это своей профессией.

– Есть специалисты, страдающие излишними знаниями в области человеческих отношений. Мадам была не из таких.

– Я долго пыталась быть порядочной женщиной, но, увы, живя в борделе, это невозможно. Только не нужно понимать все слишком буквально.

– Иногда с другим мужчиной нужно переспать хотя бы для того, чтобы понять: твой – лучше.

– Одно дело – знать, что он с тобой от большой любви, и совсем другое – знать, что он с тобой от того, что ему деваться некуда.

– Ты схитрила, а он поверил? Глупенькая…

– Умение избавиться еще более важно, чем умение приобрести…

Глава 3. Встреча цвета «нюд» или «Зарядившись женственностью»

Выходя из офиса Лика заметила, как поздно стало темнеть. Всего несколько дней назад, казалось, что весь светлый день проходит на работе. Утром едешь по темноте и так же возвращаешься. А сегодня… Вышла с работы, а тут – солнце только начинает садиться. И впереди еще теплый приятный вечер. Теплый и приятный.

Дорога домой в мягком кашемировом пальто. Легкая музыка в машине без всяких новостей. Теплый закат и приятные планы на выходные. Салат с креветками по новому рецепту из интернета – только что скачала и поняла, что дома есть все ингредиенты. И Андрей сегодня должен приехать пораньше. Теплый семейный вечер с вкусным салатом, легким сериалом и закатом за окном

Новое кашемировое пальто нюдового цвета.

Хотя… Кажется, пальто уже было в списке приятностей?

А неважно… Такое пальто можно упомянуть и два раза.

Лика оглядела себя в стеклянном окне офисного центра. Хороша, черт возьми! Вылитая Фанни Ардан. Соседка. Матильда.

– О, Лика, привет, а ты что тут делаешь? – Амиран приближался к ней широко улыбаясь, – Вот так встреча! Ты здесь работаешь?

Он тоже был одет и, в целом, выглядел, как-то по-весеннему. Романтично.

Лика улыбнулась, смутившись от того, что он застал ее, когда она разглядывала себя в окне. А, может, и не только от этого? Но Лика решила объяснить себе свое смущение тем, что любовалась собой. Пусть будет так.

– Привет. Да, работаю. Ты тоже где-то рядом?

– А у меня здесь встреча была с клиентами. Только закончили.

– Надо же…

– Красиво выглядишь, – заметил Амиран, оглядывая ее с ног до головы.

«Все-таки заметил», – подумала Лика.

– Еще одна случайная встреча? Как мило!

– Посидим где-нибудь? Нужно же, наверное, поговорить, в конце концов?

– Наверное, нужно. Пошли, здесь есть одна хорошенькая кавярня-книгарня.

– Ты по-прежнему любишь такие места? Хорошенькие и уютненькие?

– Ага. Это не проходит.

– Пошли.

Оказывается, бывает и так: ты оставляешь человека с тяжестью на сердце и много лет мучаешься от того, что он страдает по твоей вине. Иногда вспоминаешь и ругаешь себя – может быть, можно было как-то по-другому? Смягчить свой уход. Сделать расставание не таким болезненным? Ищешь себе оправдание. Надеешься, что у него все хорошо.

А потом встречаешь его и понимаешь – у него и в самом деле все хорошо. Просто отлично. Он успешно вылечился от тебя. И становится обидно. Теперь уже за себя. Спрашивается, чего ругала себя? Портила свои прекрасные моменты жизни, вспоминая ту боль, которую ты нанесла.…

А он смотрит на тебя как на приятное воспоминание из прошлого и ничего… ничего нет в его глазах, что напоминало бы о ТОМ времени. Ничего… У него все хорошо.

Нужно поговорить? Думаю, да.

Такое необычное имя – Амиран. Это что-то восточное? Бабушка была грузинкой. Все планирую съездить в Грузию, но еще не выбрался. Там уже никого не осталось. Бабушка уехала оттуда, когда ей было 19 лет. Но внука назвала грузинским именем. Молодец, бабушка. Очень красивое имя!

Сколько лет прошло? Страшно представить.

Ты Ане что-нибудь говорил? О нас с тобой тогда? О том, что у нас был роман? Или как правильно сказать? История?

Нет. Зачем? Это было так давно и так безнадежно закончилось. Сколько времени прошло? Да больше 15 лет! Почти двадцать! Представляешь? Ты думаешь, нужно сказать?

Иронизируешь?

Ну что ты? А ты своему что-то говорила?

Своему? Нет. Как-то случая подходящего не было. В принципе, о чем говорить-то?

Вот именно.

Просто… Будет неловко, если потом это как-нибудь откроется. Получается, что скрыли. Непонятно что и непонятно зачем. А это вызывает подозрения. И чем дольше мы молчим, тем хуже будет, когда Аня или Андрей об этом узнают.

О чем узнают-то? Был просто красивый юношеский роман. И закончился.

О том, что мы были знакомы. И даже не просто знакомы. А если молчим, значит, это имеет для нас какое-то значение. Значит, значение… Угрожающе звучит, правда?

Есть немного… Ты по-прежнему любишь цепляться к словам?

Ты по-прежнему называешь это «цепляться к словам»? Я, может, просто замечаю, когда что-то звучит коряво.

Woman Next Door…

Просто узнаю ту прежнюю Лику. Я сильно изменилась? Конечно. И я – тоже. Нужно сказать, что мы стали прекрасными актерами.

Актерами? И в чем же наше актерство?

Когда я увидел тебя и понял, что это – ты, я собирался сразу же «узнать» тебя. Как-то не видел в этом ничего страшного. Подробности всем знать необязательно, но показать, что были знакомы, можно было бы. А потом мне показалось, что ты не хочешь этого. Мне показалось?

Даже не знаю… Я, наверное, растерялась. А когда уже собрала мысли в кучку, то поняла, что ты «знакомишься» со мной как в первый раз.

Трудно сказать, кто первый «сделал вид», да? Невозможно… Ну так что, будем признаваться? Или будем держать в тайне наш старый роман? Чтобы не нарушать покой наших половинок?

Думаю, надо молчать. Теперь уже поздно признаваться. Да и в чем признаваться-то? Все давно закончилось. Мне очень понравилась твоя Аня. Я уверена, мы будем дружить. А мне – твой Андрей. Милейший человек! Обожает тебя? Я бы не сказала, что обожает… Но любит. А ты, как всегда, позволяешь? Не понимаю, откуда взялось это твое «как всегда»…

Хорошо, что мы сюда зашли, правда? Уютное место. Да, и место хорошее, и поговорили все-таки. А где у тебя машина? Вон там, за углом, через две улицы. Возле вашего офис-центра трудно припарковаться. Да, точно, я приезжаю обычно минут за двадцать до начала рабочего дня. Иначе, приходится ставить машину на соседних улицах, а там тоже мест нет. И знаки. Вот и мне пришлось. Но сейчас вроде бы уже все разъехались? Почти. Ты через проспект будешь выезжать? Да. Ну значит приехать «паравозиком» в наш Парк Лэнд не получится? Ха-ха, паровозиком не получится. Передавай Ане огромный привет. А ты – Андрею. Обязательно…

«И ничего даже не шевельнулось. Как будто, – думала Лика по дороге домой, – А какие были страсти! Казалось, что еще минуту не увижу его и умру. Или он умрет, не увидев меня. А, смотри-ка ты, все живы. Мило беседуем. Живем по соседству. Может, все-таки рассказать Андрею? Что рассказать? Как все началось, поблестело-посверкало-помучало и прошло бесследно? Или как я думала, что заставила его страдать? Зачем?»

– Не рассказывайте своим настоящим о своих бывших, – вздыхала мадам Жужу, – это опасно не только из-за возможной ревности. Начнете вспоминать. Начнете прикидывать. Начнете сравнивать Зачем вам это нужно? Вовремя отказаться – значит приобрести. Особенно, если речь идет о прошлом.

Иногда мадам Жужу просто заносило, и она начинала сыпать мудрыми цитатами, практически не связанными между собой. Создавалось впечатление, что ты листаешь ленту в социальных сетях. В таких случаях ничего не оставалось делать, кроме как хвататься за карандаш и записывать то, что можно было записать.

– Кстати об историях… Одна из них – просто великолепна! И даже если это легенда, то… Это очень мудрая легенда.

«Один драматург очень любил свою жену. И написал пьесу, где, как он надеялся, главную роль будет играть его любимая жена. Когда он принес свое произведение главному режиссеру театра, тот ответил ему: «Пьеса хороша. Мы готовы поставить ее. Но не можем дать главную роль твоей жене. У нас в театре есть актриса, которая прекрасно справится с этой ролью. Ты согласен, чтобы твоя жена играла второстепенную роль в твоей пьесе?»

Драматург ответил отказом и вернулся домой ни с чем.

Прошло десять лет. Драматург по-прежнему мечтал о том, чтобы его жена играла в его спектакле главную роль. Жена поддерживала его в этом, и они вместе мечтали о триумфе на сцене. Правда, ему пришлось переписать всю пьесу, сделав героиню на десять лет старше. Она стала мудрее и еще красивее. Драматург снова принес свое творение в театр и услышал ответ:

– Великолепная пьеса! Диалоги блестящи, герои – просто живые, а сюжетная линия – на редкость динамична. У нас в театре есть прекрасная актриса, которая отлично сыграет эту роль… А твоей жене мы можем дать интересную роль с выходом во втором акте…

Но драматург не согласился.

Прошло еще десять лет. История повторилась.

Потом – еще десять лет… И каждый раз драматург переписывал пьесу, меняя возраст, образ мыслей и отношение к жизни главной героини. И жена активно поддерживала его каждый раз.

Нужно ли говорить о том, что на закате жизни они проживали в бедности, в любви и согласии, но… Его пьеса так и не была поставлена. А она так и не сыграла главную роль.

О чем эта история? О любви? О принципиальности? О возрасте? Кто должен был что-то сделать иначе? И зачем только он ее так сильно любил?»

С этими вопросами ученицы разошлись по домам. «Зарядившись женственностью», шутила Ленка. Мадам Жужу любила озадачить своих девочек такими неоднозначными историями.

– Однозначные ответы не принимаются, – смеялась она, – это не урок математики. Любая жизненная ситуация – даже в легенде – это комбинация. Не та, которая с кружевами – поясняю для девочек-девочек, а та, которая состоит из взаимодействия нескольких составляющих…

– И заодно, давайте подумаем на досуге над вопросом: быть женщиной – это великое благо или наказание?

Нужно ли говорить о том, что с каждого занятия мы уходили с мудрыми мыслями мадам Жужу, своими выводами и хорошо приподнятым настроением? Записи были сбивчивыми, но мудрость мадам Жужу, была видна в каждой строчке.

Итак,

– Не нужно менять возраст актрисы и главной героини. Он меняется сам.

– Большая любовь – это не всегда правильно. И даже не всегда приятно. Я уж не говорю про… «выгодно».

– Сколько бы ни говорили о том, что любовь – или она есть, или ее нет – все не так однозначно…

– Трудно сказать, кто первый «сделал вид». Куда уходит искренность?,

– Не рассказывайте своим настоящим о своих бывших. Это опасно. Зачем вам это нужно?

– Вовремя отказаться – значит приобрести. Особенно, если речь идет о прошлом.

– Нужно ли говорить о том, что на закате жизни они проживали в бедности, в любви и согласии? Но… Его пьеса так и не была поставлена. А она так и не сыграла главную роль.

– Любая жизненная ситуация – даже в легенде – это комбинация. Не та, которая с кружевами – поясняю для девочек-девочек, а та, которая состоит из взаимодействия нескольких составляющих…

Глава 4. Уличный праздник или Зеленое платьице

И еще одна встреча…

На этот раз – не случайная.

А вполне запланированная.

Аня позвонила в субботу.

– Мы хотим погулять по Андреевскому спуску завтра. Там проходит грузинский фестиваль. Поехали с нами? Амиран, в кои-то веки тоже хочет прогуляться. Мы редко выбираемся куда-то просто пройтись. Но грузинский фестиваль сделал свое дело. Мы едем!

– Ой как здорово! Давайте встретимся на Контрактовой часов в 12 и пойдем пешком вверх? Посмотрим картины, а потом пообедаем где-нибудь.

– «За двумя зайцами» – отличный ресторан. Давайте там? Ни один ресторан не передает так дух Андреевского спуска, правда? Я лично знаю хозяйку. Удивительная женщина! Все, кто живет в городе, на выходные едут «на травку», а нам хочется культуры и цивилизации, да?

– Да, все-таки хочется! Только одеться нужно потеплей, обещают всего плюс 12. Нам еще нужно заехать в Оушен-плаза, посмотреть Андрюшке ветровку. А то он так и будет до лета в зимней куртке ходить. Но к 12-ти мы уже будем свободны.

– Отлично!

О, эти уличные праздники!

Когда взрослые люди чувствуют себя детьми, пританцовывая прямо на мостовой, теряясь в толпе и предвкушая мороженое, которого можно покупать «сколько хочешь»!

Когда идешь в ресторан, но не против пожевать по дороге гамбургер, держа его «немытыми руками».

Когда, смеясь над собой, умничаешь насчет современной живописи и разглядываешь раскладки с сережками и браслетами.

Когда подошвы туфель чувствуют тайны истории, которые хранит каждый камень на мостовой, а Маргарита вот-вот вылетит из окна какого-нибудь старого дома с современной вывеской.

Когда муж обнимает тебя прямо на улице, и ты понимаешь, что, идя в паре, вы мешаете прохожим, занимая слишком много места на тротуаре. И прижимаешься к нему еще крепче. Пусть толпа обходит стороной.

Когда друзья – еще одна пара симпатичных людей – улыбаются глядя на вас и держатся за руки.

Бернар и Матильда.

– Эй вы, влюбленная парочка, – смеется Аня проходя мимо серии картин, – обратите внимание… Вам не кажется, что этот кот похож на Амирана?

– Просто одно лицо, – улыбается Амиран и наклоняет голову к великому творению, давая сравнить.

– Особенно усы, – Лика кивает головой.

Художница в странном наряде – мексиканское пончо с мужскими украинскими шароварами – тоже одобрительно кивает. Она еще не определила точно, это покупатели или просто зеваки. Пока что на всякий случай не нужно делать недовольное лицо.

– И в самом деле… Что-то есть, – говорит Андрей.

– Тебе не жарко? – спрашивает Лика с любовью и заботой в голосе и во взгляде.

– Нет, нормально.

– Так вы купили ветровку? – задает вопрос Аня, – Заезжали в Оушен-плазу?

– Да, вернемся к машине – покажем. Я уговаривала ее сразу надеть, но Андрей любит вещи немного поберечь. Пусть, мол, еще полежит пока совсем потеплеет.

– Да мне пока не жарко, – еще раз поясняет Андрей, сжимая руку Лики, и говоря глазами «мне – отлично, не приставай с ветровкой, ладно?»

«Ладно, – она тоже отвечает глазами, – опять не даешь о себе позаботиться, да?»

Как можно так относиться к тому, что приносит радость? К нарядам, одежде, украшениям? Как?

А, может, это радует не всех?

И, тем не менее…

Лика, я тебя не узнаю. Ты просто сверкаешь! Ты всегда неотразима, но сегодня… Ты – это просто фейерверк.

Я старалась.

Не понимаю одного…

Почему он смотрит на меня, как на случайную знакомую? Амиран. Красивое имя. Можно просто Амир. Прошло столько лет. Я уже забыла обо всем. Но почему же и он, как будто, забыл? И почему мне это небезразлично?

Аня… Ну зачем быть такой симпатичной? И зачем смотреть на меня так по-доброму? Зачем хвалить мой наряд? И то, как я выгляжу? Зачем любоваться тем, как Андрей меня обнимает? Зачем быть такой хорошей? Ты что, не знаешь, Аня, что слишком хорошей быть тоже вредно?

Хотя…

Причем тут ты, Аня? Ты не имеешь сейчас никакого значения. Ни-ка-ко-го!

Андрей смотрит на меня с удивлением.

Амиран смотрит на меня с восхищением.

Я сверкаю и искрюсь. Вдоль и поперек.

Зачем?

Если бы я знала, зачем именно, то, возможно, все было бы по-другому.

Как-то иначе.

А впрочем…

Зачем задумываться? Иногда нужно идти на поводу у своих ощущений. Я хочу блистать и я блистаю. Без особых усилий.

Woman Next Door.

Аня держит в руках бокал с грузинским вином в полумраке ресторана. Две пары сидят друг напротив друга. Наискосок.

Все происходит наискосок.

Потому что Лика находится перед Амираном, а Аня – напротив Андрея.

Как это лучше описать? Перекресток взглядов?

Для того, чтобы посмотреть на Аню, которая говорит сбивчивый тост, что-то вроде «выпьем за приятное знакомство», Амирану нужно повернуть голову. Он держит жену за руку, но смотрит перед собой.

А перед ним – ну, вы помните – Лика. Во всей красе.

Зачем он держит ее за руку?

– И еще я предлагаю выпить за Лику, – продолжает Анна, – Лично за тебя, дорогая. Ты такая классная! Вот что значит роль случайности в нашей жизни! Если бы ты тогда не остановилась и не подвезла меня, может быть мы бы и не встретились вообще. Лика, за тебя! Хотя Амиран меня ругал еще потом за то, что поехала без него.

– Амиран тебя ругал? – улыбается Лика, – Даже звучит странно.

– Почему? Думаешь он всегда такой мягкий и пушистый? Извини, Амир, что в третьем лице…

– Ничего-ничего, говорите обо мне, говорите, мне нравится, – шутит Амиран, подмигивая Андрею, дескать «пусть чешут языками сколько хотят, эти наши хорошенькие жены».

Не очень молоденькие, но хорошенькие. Модные. Нарядные. Счастливые. Просто женская болтовня. А ведь они даже немного похожи…

– И тебе, Анечка, спасибо большое за то, что поехала тогда смотреть Парк Лэнд, несмотря на то, что муж ругал. А то бы и не познакомились, – Лика откидывает волосы назад.

– Вы даже немного похожи, – говорит Андрей, улыбаясь.

– Да? – удивляется Лика.

– Щебечем одинаково? – шутливо уточняет Аня, – Я не думала, что это так заметно. При том, что внешне мы, как будто бы, совсем не похожи.

А может ты, Амиран, можно просто Амир, выбирал жену, которая похожа на меня? Внутренне похожа?

С одной стороны, это льстит. С другой стороны… Значит на свете есть еще хотя бы одна женщина, которая «пахнет конфетками» и любит ходить босиком?

– Анечка, а ты любишь ходить босиком? – спрашивает Лика, глядя на Аню и чувствуя на себе взгляд Амира.

– Обожаю, – смеется Аня.

– Ну вот, – подводит черту Андрей.

А ты ведь знаешь об этом, Амиран, можно просто Амир. Почему бы тебе не признаться в этом сейчас? Ты знаешь, что я люблю мыть посуду и ездить в метро. Знаешь, что я люблю спать в обнимку и читать детективы, люблю зеленый цвет и крупные украшения, люблю запах бензина и ромашки.

– У тебя обалденное платье, – замечает Лика, глядя на Аню, – Тебе очень идет. Редко кому так идет зеленый цвет.

Амир улыбается. Ты забыл, что это мой цвет?

Почему ты не смотришь на меня? Почему ты отводишь глаза, когда мы встречаемся взглядом? Почему ты обнимаешь ее, а не меня? Ах да, понятно, она же твоя жена, и мы здесь вчетвером! Может, она тоже пахнет конфетками?

– Какие приятные люди, правда? – говорит Лика мужу дома, – Как хорошо, что мы подружились! Это такая редкость – завести новых друзей в нашем возрасте. Тебе не скучно было?

– Ну что ты…

– Но тебе же неинтересна такая болтовня и картины, и бродить по улице, и…

– Ничего страшного. Развлекайтесь, девочки. Мы потерпим.

Какой ты милый. Снисходительный. Даже галантный иногда.

Но… Почему же он на меня не смотрит? А, может, нужно поставить перед собой какую-то цель?

– О планах и целях сегодня не говорит ну разве что о-о-очень ленивый, – заметила мадам Жужу, – Рассказать о том, как ставить цели и составлять планы гораздо проще, чем выполнить их или достичь. И, как правило, речь идет о действиях: сделать, напомнить, купить, разработать, проанализировать, узнать, приготовить и так далее.

…Хотите посмотреть мой план на сегодня? Правда хотите? Так вот. Обрадоваться солнечному дню. Испытать восторг. Пожалеть тех, кто не так уверен в себе, как я. Обрадоваться. Испытать. Пожалеть. Попробуйте-ка составить себе такой план и его реализовать!

…Сразу хочу предупредить, что это – не для всех… Ко мне недавно приходил один красавчик с вопросом: «Что делать, если она сама на шею вешается?» И знаете, что я ему ответила? «Не от хорошей жизни, мой мальчик, она это делает. Поверь мне…»

…А ведь провинциальность, девочки мои, выражается прежде всего в страстном и явном желании избавиться от нее, той самой провинциальности. Чем больше стараешься, тем больше видно. И в тот момент, когда ты, наконец, махнешь на все рукой и перестанешь стараться,… все может стать как ты хочешь. А может и не стать.

…Хорошо иметь имидж истерички. Говори что хочешь, делай что хочешь, ори, падай в обморок, бейся головой об стенку – никто не удивится. Имидж такой!

То ли дело мы – воспитанные уравновешенные женщины! Иногда приходится просто словами объяснять – господа, у меня тоже есть нервы!

И эмоции!

Хорошо еще уметь отделить одно от другого!

– О, эти уличные праздники! Когда муж обнимает тебя прямо на улице, и ты понимаешь, что, идя в паре, вы мешаете прохожим, занимая слишком много места на тротуаре. И прижимаешься к нему еще крепче. Пусть толпа обходит стороной.

– Заботиться приятно о тех, кто разрешает о себе позаботиться.

– Ты что, не знаешь, что слишком хорошей быть вредно?

– Зачем задумываться? Иногда нужно идти на поводу у своих ощущений. Я хочу блистать и я блистаю. Без особых усилий.

– Иногда просто необходимо признать, что на свете может быть еще хотя бы одна женщина, которая «пахнет конфетками» и любит ходить босиком.

– Хотите посмотреть мой план на сегодня? Обрадоваться. Испытать. Пожалеть. Попробуйте-ка составить себе такой план и его реализовать!

– «Что делать, если она сама на шею вешается?» «Не от хорошей жизни, мой мальчик, она это делает. Поверь мне…»

– Провинциальность выражается, прежде всего, в страстном и явном желании избавиться от нее, той самой провинциальности.

– Хорошо иметь имидж истерички. Говори что хочешь, делай что хочешь, ори, падай в обморок, бейся головой об стенку – никто не удивится. Имидж такой!

Глава 5. Шарлатаньё или Магия себя не предлагает

– Ну-с, чем нас сегодня потчевала мадам Жужу? – спросил Андрей через несколько дней вечером, целуя Лику перед ужином. Как всегда ласково. Как всегда, с оттенком иронии. Как всегда, чуть снисходительно. Как всегда…

– Сегодня у нас был настоящий маг, – похвасталась Лика, поправляя просто волшебный ярко-красный пеньюар на плече, – Симпатичный такой. Большой и добрый. Лет тридцати.

– Клуб мадам Жужу процветает?

– Не клуб, а салон. Это вам не что-нибудь… И маг был просто замечательный.

– Все барышни ахнули?

– Еще как! А когда рассказывать начал, так вообще присели и рот раскрыли.

– А где же его нашли? Такого замечательного?

– О, мадам Жужу найдет что хочешь! И кого хочешь! Наши дамы стали говорить о приворотах в прошлый раз, а мадам Жужу решила привести к нам настоящего мага. Мадам не любит дилетантства. Ни в чем…

– А как ты поняла, что он – настоящий? Фокусы показывал?

– Не иронизируй. Как раз наоборот. По нему в жизни не скажешь, что он… ммм… практикует. Знаешь, без этой мишуры, которую многие на себя наматывают, чтобы выглядеть значительнее. Таинственнее. Интереснее. Этот – вообще не интересничал. Сел и стал рассказывать. А мы застыли, как мумии, и внимали.

– Профессионал?

– Да, причем, высокого класса. Он так и сказал: нужно понимать, что есть огромное количество шарлатанья, которое дискредитирует профессию. Так прямо и сказал: шарлатаньё. Хорошее слово. Так вот: деньги там сумасшедшие крутятся. В этой области. А почему? А потому, что все хотят чуда. И готовы верить шарлатанью. Потому что очень хотят. А шаралатаньё этим пользуется. Девушка идет в интернет и находит сайт. И платит 1000 долларов в надежде что что-то получится. И вот так, сразу, без каких-то усилий с ее стороны (за исключением долларов, которые нужно потратить) она станет счастливой с тучей поклонников и тонкой талией.

– Так это и происходит. Я вообще во все это не верю.

– Можно не верить пока не столкнешься.

Лика поняла, что вопрос «чем потчевала мадам Жужу» был задан просто для поддержания разговора. А хотелось поделиться с кем-то…

И все равно… Как уютно. Как тепло. Красный пеньюар замечен не был. Но… Пахнет какао. И он такой… Иронично-снисходительный. Как будто мякеньким пухом обволакивает.

– А что у тебя нового? Сдали проект? – Нужно же поинтересоваться делами мужа, как учат нас всякие руководства по созданию идеальных отношений!

– Все по-старому…

Ясно…

После ужина Лика включила запись. Просто так. Для себя. Маг был симпатичным и его хотелось послушать еще раз.

«…Не нужно строить иллюзий о том, что все, на кого вы делаете или заказываете приворот, – приворожатся. А вот сделать плохо себе или объекту своих действий, вы можете очень просто. Я знаю одного парня, который, как ни странно, до сих пор психически здоров. Когда он пришел ко мне, там была просто жесть. Человек двадцать „клепало“ на то, чтобы он был с НЕЙ. Причем, в каждом случае это была разная „она“. Но мужская психика так не работает: влюбиться сильно одновременно в нескольких женщин – невозможно. У мужчины начинает ехать крыша…»

«…Я много лет живу в магии. И были случаи, когда на меня делали приворот одновременно несколько женщин. Даже если учесть то, что я знаю что нужно делать, я ходил и понимал, что у меня реально „едет башня“. Могу сказать одно: сначала нужно снимать то, что было. Женщины обычно не думают о последствиях…»

«…Привороты есть разного уровня и способа действия. Они разные по степени жесткости. Ломают волю. Ломают желание. Привороты делать нужно грамотно. Что делать девушке, которая хочет привязать к себе мужчину? Прежде всего, не нужно влиять на мужчину. Нужно делать обряд на счастливое замужество. И снимать различные деструктивные программы, которые вредят замужеству. Нужно „делать“ на благополучие в семейной жизни…»

…Меня иногда спрашивают, как отличить шарлатана от настоящего мага. Так вот: настоящие маги не дают 100% гарантию. Правильный маг смотрит на уровень дохода человека, который обратился с просьбой. Маг понимает степень чувствительности человека. Часто приходят с мыслью «а попробовать» или «хуже не будет» или « пусть покажет на что он способен.

А разве настоящие маги не берут денег?

Берут. Важно – как берут. Для обряда ведь понадобятся какие-то материалы, инструменты, подношения и т. д. Расходные материалы, одним словом.

Как правило, те, кто серьезно относится к своему делу, говорят примерно так: «Получится – заплатите. Не получится – нет». Был один случай. Я встречался с девушкой. Потом мы расстались. Через какое-то время она позвонила и спросила, не бросил ли я великое искусство. Потом добавила: «Тут такое дело: я замуж выхожу, но и мои и его родители против нашего брака». Нужно сказать, что ее отец – крупный бизнесмен, а отец ее парня – тоже крупный бизнесмен, да еще руководитель одного из крупных кланов, с которым конкурирует ее отец. Мотекки и Капулетти, одним словом. И она хотела выйти замуж за парня из другого бизнес-клана. Враждующего. И спросила меня, можно ли что-то сделать.

Я сказал ей, что попробую сделать так, чтобы родители не были против.

Не гарантирую, но попробую.

Она спросила о стоимости моей работы. Я назвал ей 300 долларов (для нее это было немного). Она несколько раз переспросила, когда можно и нужно заплатить. Я не ради денег это делаю, поэтому сказал, что она может произвести оплату когда хочет.

Проходит какое-то время, она звонит и сообщает, что у нее все прекрасно, просто «с ума сойти», все между собой помирились и через пару недель – свадьба.

Я поздравил ее и не стал напоминать про 300 долларов, которые она так и не заплатила. Забыла, наверное.

И вот, в день свадьбы, когда родители уже обожают друг друга и не чинят никаких препятствий, гости приглашены, столы накрыты, кольца выпрыгивают из коробочек, а белое платье так и просится на невесту, она ссорится со своим парнем, да так, что свадьба отменяется.

Прямо в день росписи. На фоне родителей, которые помирились.

Нужно сказать, что к их ссоре я не имел никакого отношения. То есть я не делал что-то специально. Я «делал» только на то, чтобы помирились родители. Но… Ей нужно было соблюдать договоренность с магом. Если нужный эффект достигнут, то… Нужно соблюдать договоренность.

– А разве не бывает так – человек думает: «Ой, у меня все сложилось, у меня все хорошо, и причем тут его работа?»

– Бывает. Если, например, речь идет о примирении, то… Теоретически он может помириться сам. Но если вы уже обратились к магу, то… нужно верить. Ведь, как правило, человек обращается в несколько инстанций. Как человек может понять, что это именно магия помогла? Да никак

Что еще нужно понять?

В принципе, маг, который не шарлатан, он, как правило, не бегает за вами. Это вы за ним будете бегать. Магия не предлагает себя… Обратите внимание, что люди, которые могут реально помочь, не сильно «светятся».

Важен ваш настрой. Есть люди, которые делают это «на всякий случай». А на самом деле, при обращении к магии, нужно быть максимально нелицемерным.

…Один таксист мне сказал: я 25 лет работаю, я людей «вижу» по тому как они на сиденье садятся.

…Некоторые люди видят просто насквозь. Понимаешь, что ты от них ничего не скроешь.

Недавно я был на одном из семинаров. Был урок ясновидения. Пришел парень, чтобы его «глянули». Одна девочка, как только его увидела, сразу сказала: «ну ты и кобель». Мы ей, конечно, сделали потом замечание, что она так грубовато о нем сказала, но… Он и в самом деле был кобель.

Почему опытные опера и следователи хорошо видят людей?

Здесь объединяются магия и психология.

– Еще один вопрос: очень часто встречается мнение о том, что если человек верующий, то ему нужно держаться от магии подальше. Что магии нужно бояться и не подходить близко. Но те, кто занимается магией, обращаются к церковным обрядам и каким-то религиозным моментам… Это две части одного и того же или это несовместимые вещи?

– Это зависит от религии. Например, буддизм запрещает только нести осознанный вред живым существам… В иудаизме нет запрета на магию. Некоторые обряды раввинов, например, есть в свободном доступе в интернете.

Удар молнией или божий гнев.

…Некоторые народные целители получали грамоты и ордена от священников. Я говорю не о тех, кто «с одной стороны молитву читает, с другой – яйцом выкатывает». Я говорю о тех, кому церковь благодарна «за целительство людей божьих». А ведь душевные болезни тоже нужно лечить…»

Да, душевные болезни нужно лечить, правда, Амир?

Я верю магу. Этому симпатичному магу я верю.

Бернар и Матильда.

Нельзя нести вред живому существу, а все остальное – можно…

Неужели и правда нельзя влюбиться по-настоящему сразу в нескольких женщин? Наверное, так и есть… А зачем мне нужно, чтобы ты влюблялся в нескольких? Мне это совершенно ни к чему.

И еще одна мысль. Женщины не думают, как правило, о последствиях. Это точно. Даже если речь идет не о приворотах. А просто так. А нужно было бы. Вот взять и сказать себе: остановись. Интересно, хоть одной женщине это удалось?

Нужно просто понимать, зачем все это.

И в самом деле, Лика, зачем?

Ну отдай себе отчет. Тебе нужно, чтобы Амиран ушел от Ани? Да Боже упаси! Тебе нужно, чтобы ты рассталась с Андреем? Да никогда в жизни! Тогда зачем ты сверкаешь и искришься всеми цветами радуги, несмотря на то что твой любимый цвет – зеленый? Зачем?

А чего он делает вид, как будто вообще ничего не было? А зачем я в эти годы вспоминала его с чувством вины и думала, что он страдает?

Очнись, Аня, разве ты не рада, что он не страдает? Что у него все отлично? И у тебя тоже все отлично? Разве ты не рада?

Я? Очень рада. Я просто безумно рада, что у нас все так хорошо сложилось. И Аня очень миленькая. И мой Андрей – самый лучший человек на свете. И мы с Амираном – тоже прекрасны.

Мы с Амираном? Ты не ошиблась, Лика? Даже выражения сейчас такого нет для тебя – «мы с Амраном».

Вот поэтому, наверное, мне и плохо.

А тебе плохо, Лика?

Нет, неправильно выразилась. Мне отлично, но… Почему он смотрит на меня как на старую милую тетушку?

А-а-а, так вот в чем дело, милая Лика! Хочешь красивыю историю, Лика? Ты хочешь, чтобы он смотрел на тебя влюбленными глазами, и каждую минуту помнил о том, как любил тебя когда-то? А ты понимаешь, что это опасно? Ты хочешь, чтобы вы, как почти двадцать лет назад, обменивались многозначительными взглядами и играли словами, балансируя на лезвии ножа в своих играх?

Я не хочу, чтобы он делал вид, что ничего не было.

А зачем тебе это?

Просто не хочу.

Логично.

Даже не так.

Я хочу, чтобы внешне все оставалось, как есть, но… Чтобы внутри мы оба хранили нашу красивую тайну… И чтобы я знала, что та старая история не прошла бесследно. Как в кино.

И чтобы, в конце концов, он не обнимал постоянно у меня на глазах свою бледную Аню. Да-да, не нужно взывать к справедливости! Андрей пусть меня обнимает, а Амиран пусть смотрит на это и вспоминает как это здорово – меня обнимать.

Лика, у тебя с головой все в порядке?

А где вы видели женщину, у которой все в порядке с головой?

Ну что ж, Лика…

– Хочешь? Иди сам. А если призываешь других, то… будь любезен, нести ответственность за тех, кто пошел. Реальную ответственность. А как же «каждый решает за себя»? Да, каждый решает за себя, но без твоего призыва, он, возможно, решил бы по-другому. Ибо любое слово, сказанное вслух – не важно по телевизору, перед стадионом зрителей или в тихом семейном кругу – это уже влияние. Благодаря или вопреки.

– Магия есть вокруг нас. Но настоящие маги предупреждают: есть огромное количество шарлатанья, которое дискредитирует профессию.

– Не нужно строить иллюзий о том, что все, на кого вы делаете или заказываете приворот, приворожатся. А вот сделать плохо себе или объекту своих действий, вы можете очень просто.

– Влюбиться одновременно в нескольких женщин – невозможно. У мужчины начинает ехать крыша…

– Женщины обычно не думают о последствиях…

– Магия не предлагает себя…

– Что такое «Удар молнией или божий гнев»?

– Душевные болезни тоже нужно лечить…

– Вы в самом деле видели женщину, у которой все в порядке с головой?

Глава 6. Ярмарка тщеславия или Остынь, Амиран

И снова – ярмарка.

Будем дружить домами? Или семьями?

– Может быть, я останусь дома? – спросил Андрей без особой надежды на положительный ответ.

– Ни за что! – Лика активно собиралась, доставая удобную обувь и одежду для себя и для мужа. Удобную и практичную. В доме царила приятная суматоха. Лика обожала такие походы, – Звонила Аня. Амиран тоже не хотел идти, но она его уговорила. Вы можете устроиться где-нибудь на солнышке с пивом пока мы будем…

– Скупать без разбора все ненужное? – подсказал Андрей.

– Экономить семейный бюджет, – сформулировала Лика, – Между прочим, мы с Аней могли бы потянуть вас в какой-нибудь дорогущий бутик. Но мы этого не делаем. Будем ходить по ярмарке, считай, по базару, и…

– Скупать все ненужное? – еще раз спросил Андрей.

– Нет, выгодно покупать прекрасные вещи за полцены. Понятно? Ты же знаешь, что только дорогие женщины могут позволить себе покупать недорогие вещи! Я же у тебя дорогая женщина?

– Бесспорно!

– Шутишь?

– А нисколько! Про недорогие вещи – это что-то новенькое.

– Ну ты же знаешь поговорку: мы не настолько богаты, чтобы покупать дешевые вещи?

– Слышал когда-то. А что это значит?

– Это значит, что небогатый человек должен покупать дорогие качественные вещи, чтобы они служили долго. А недорогие вещи – просто капризы, которые просто хочется надеть пару раз – служат недолго. Поэтому их могут себе позволить только дорогие женщины. Теперь понял?

– Твоя личная философия?

– Ага. Философия, которая должна быть выгодна и тебе. При моей-то любви к шопингу… Ты же знаешь, что мне лучше иметь восемь пар недорогих туфель разных моделей и цветов, чем одну универсальную пару. Ты же знаешь…

– Это да…

– Ну так собирайся и пошли.

– А вы не будете таскать нас по рядам и заставлять примерять все подряд?

– Обещаю, не будем.

Ярмарка была организована по всем правилам увеселительных мероприятий – музыка, зазывалы, баранки, сувениры, экологически чистые продукты, вышиванки и сарафаны в фольклорном стиле, старинные и современные ремесла, горшки-кувшины, мед «со своей пасеки» с заводской этикеткой и, как водится, обувь, одежда, галантерея – почти все с этническими мотивами внутри или снаружи – все высшего качества из натуральных материалов и за полцены.

– Сумасшествие какое-то, – хором смеялись Аня и Лика, – хорошо хоть ехать далеко не пришлось. Вся эта красота – в двух шагах от Парк Лэнда.

– По-моему сюда приехал весь Киев, – кивнула Аня на вереницу машин, выстроившихся вдоль дороги.

– А мы тут – как дома!

– Все, девушки, у нас тут привел, – Андрей повернул голову в сторону импровизированного кафе – пластмассовые столики, одноразовая посуда, дымок от мангала, – Если будут тяжелые сумки, звоните. Найдем. Дотащим. Но не раньше.

– Примитивная кафеша, – рассмеялась Аня, – Вы тут долго не высидите.

– Все равно это лучше, чем ходить по тряпичным лавкам, – проворчал Андрей, – Альтернативы-то нет!

Лика вздрогнула. Кафеша. Это же было наше с тобой словечко, Амиран! Зачем ты научил и ее так называть всякие заведения? Зачем?

– Как мило, – Лика улыбнулась, глядя на Амирана, – Где-то я уже слышала это слово. Кафеша.

– Амир всегда так говорит, – Аня погладила его по рукаву.

Я знаю, что он всегда так говорит. И не нужно меня об этом предупреждать. Я уже давно, раньше тебя, Аня, знала, что он так говорит.

Лика посмотрела Амиру прямо в глаза. Хорошо, что Аня в это время о чем-то переговаривалась с Андреем. И что-то искала в сумке.

Прямо в глаза.

– Возвращайтесь скорее, девочки, – голос Амира показался ей хриплым и каким-то чужим.

Лика опустила взгляд на его рот и прикусила губу. Очень соблазнительное движение. Хорошо, что Аня продолжала копаться в сумке.

– Ну что, пошли?

И они пошли. Нет, не пошли, а просто рванули по рядам ярмарки. Лика оглянулась только один раз. Посмотреть на Амира. Андрей помахал ей рукой. Издалека невозможно было понять, на кого именно, она смотрит.

И они пошли.

Шли, смотрели по сторонам, мерили всякие нужные и ненужные вещи, обсуждали сумочки из почти натуральной кожи, договаривались что нужно купить по дороге обратно, чтобы не носить с собой.

Через час решили разойтись ненадолго – чтобы не ждать друг дружку у каждой раскладки. Если увидишь что-то стоящее, зови, звони, хорошо? Конечно! Куда ж я без тебя! Ты сюда? Окей. А я – вон туда, к саженцам. Посмотрю что почем. Хорошо? Хорошо!

Еще через час Лика наткнулась в толпе на Амира.

– Вы уже нас ищете?

– Да, пора вас уже забирать отсюда. А то потом придется нести на руках.

– Было бы неплохо.

– Устала?

– Ужасно.

– А где Аня?

– Мы разошлись в разные стороны. Договаривались созвониться. Но здесь звонок не слышен. Из-за музыки. Я пыталась набрать ее.

– Я – тоже.

– О, и Андрей звонил.

– Да, мы пытались дозвониться. Но вы ничего не слышали. Давай пакеты.

– Держи. Думаю, имеет смысл продвигаться к выходу. Там и встретимся. Иначе будем ходить друг за другом до вечера.

– Хорошо.

– Постоим минутку, ладно?

– Конечно. И зачем нужно было так долго бродить?

– Теперь уже сама не понимаю.

– Я говорил тебе, что ты прекрасно выглядишь?

– Сегодня еще нет.

– Сегодня?

– Ну-у-у… Ты мне уже давно такого не говорил.

– Да. Но выглядишь ты просто великолепно. Даже в этих старых джинсах.

– Я старалась.

– Ты старалась? У тебя получилось. Я засыпаю и просыпаюсь с мыслью о тебе. Зачем ты это делаешь?

– Я? Делаю? Опомнись, Амиран. Какие высокопарные слова! Раньше ты просто говорил, что я пахну конфетками. Это было очень мило. И не так пафосно.

– Ты и сейчас ими пахнешь.

– Ах оставьте, это духи. Дорогущие, между прочим.

– Нет, это не духи. Это – ты.

– Возможно. Не буду спорить. Ну что, идем?

– Что, уже?

– Пора.

– Да? А зачем ты сказал, что засыпаешь и просыпаешься с мыслью обо мне?

– Потому что это правда.

– А я только хотела предложить тебе все рассказать нашим.

– Нашим?

– Ха-ха, ну… твоей и моему.

– Зачем?

– Чтобы это не вылезло наружу в самый неподходящий момент. Случайно. Тем более, что это было давно. И уже прошло.

– Видимо не прошло.

– Остынь, Амиран. Твоя Аня – просто прелесть.

– Ни секунды в этом не сомневался и не сомневаюсь.

– Вот видишь?

– Вижу.

Ну что, Лика, можно праздновать победу? Гей-гей, я победила, я добилась своего? Он засыпает и просыпается с мыслью о тебе? Правда, и то и другое происходит в обществе Ани, но мысли-то о тебе, Лика? Радуешься?

Да, радуюсь. Как радовалась тогда Матильда из фильма «Соседка», автор сценария и режиссер Франсуа Трюффо… Радовалась и боялась одновременно.

Да, какие-то звонкие пузырьки лопаются внутри. Один за другим. Как в бокале с шампанским. И немного страшно. И сладость победы с привкусом безусловного торжества. Сладость и слабость… Ты и в самом деле похожа на эту актрису, Фанни Ардан. На Матильду из фильма «Соседка». Грустный фильм. Мелодрама. Чисто женское кино. Страсть. Любовь. Убийство.

– О, опять звонит Андрей. Сейчас попытаюсь ответить. Да, дорогой. Мы уже двигаемся к выходу. Встречаемся возле кафешки, да? Отлично провели время. Честно. Устала, конечно, до чертиков. Я тебя целую. Соскучилась. О, вот и Аня. Все, мы идем…

Почему ты смотришь в сторону, Амиран? Встречаешь взглядом свою Аню? Или тебе не нравится то, как я сказала «целую» своему мужу?

Удар молнией или божий гнев?

Или это просто ярмарочная суета благополучных дамочек неподалеку от уютного коттеджного городка?

– О, как хорошо, что я вас нашла, – простонала Аня, нагружая мужа своими пакетами, – сейчас придем куда-нибудь, покажу, какие кеды с цветочками мне попались! Необыкновенные просто! И саженцы георгинов с инструкцией как сажать!

– Как хорошо, что ты нас нашла, – рассмеялась Лика, – Как хорошо!

Почему ты смотришь в сторону, Амиран? Мне показалось или…?

– Задумывались ли вы когда-нибудь о том, что в глазу обязательно должна быть слеза, – мадам Жужу была необыкновенно серьезна, – Иначе – глаз не живет. Когда ты попадаешь в старинную усадьбу или какое-то другое уютное место, поневоле думаешь – как прекрасно, и чего ж не жить?

А вот нет. Люди ссорятся, делят что-то назло друг другу, влюбляются безнадежно, говорят тяжелые слова… А почему бы и не жить? Мирно, в любви и согласии…

Какое странное выражение – протянуть руку… Можно протянуть ее для приветствия, а можно – для милостыни. Жесты разные, слова одни и те же. Все-таки не все решают слова и буквы, правда?

Ну что ж…

– Слабость и сладость… Одна буква…

– Дорогие женщины могут позволить себе покупать недорогие вещи!

– В глазу обязательно должна быть слеза… Иначе – глаз не живет.

– Когда ты попадаешь в старинную усадьбу или какое-то другое уютное место, поневоле думаешь – как прекрасно, и чего ж не жить? А вот нет. Люди ссорятся, делят что-то назло друг другу, влюбляются безнадежно, говорят тяжелые слова… И красота вокруг не помогает.

Глава 7. В мыслях, на устах, в сердце… или Я – с тобой?

– Не смотри на меня так.

– Как? Что ты сейчас чувствуешь?

– Я еще не разобралась. Пока все очень сумбурно.

– Я – тоже.

– Что теперь будет? У меня сложилось такое впечатление…

– Ну разве я отвечаю за впечатление, которое ты сама себе сложила?

– А разве нет?

– Не знаю.

– О чем-то жалеешь?

– Нет. А ты?

– Я еще не решила. Но чувство вины есть.

– Перед Андреем?

– И перед Аней тоже. А что вообще это было? Эпизод?

– Давай решим, был ли это эпизод или начало интересной истории.

– Начало?

– Продолжение.

– Ужасно не хочется ничего решать.

– Узнаю мою любимую Лику.

– Да, это точно. Моя черта: всегда надеюсь, что все решится само собой. И даже иногда так и происходит. Нужно только подождать. Я редко берусь что-то предпринимать.

Гостиничный номер, несмотря на внешнюю чистоту и аккуратность, казалось, хранил следы всех предыдущих постояльцев. Возможно не всех, но многих. И запах в комнате стоял тоже какой-то гостевой, инородный, не домашний. Запах чужой любви. Хотя и белье, и покрывало, и паркет, и даже какие-то безделушки на ночном столике – все было новым, чистеньким, довольно милым. Вроде бы даже создавало уют.

С одной стороны…

Бернар и Матильда.

С другой стороны…

Лика натянула на себя простыню. Платье, колготки, шарф свисали со стула. Уныло и безнадежно. Не имели никакого значения!

Люди постоянно меняются. Банально звучит, правда?

Проходит час – и ты уже другой человек. Человек, проживший этот час. Даже если ничего не произошло. Даже если ничего не случилось. Даже если ни одной новой мысли не пронеслось у тебя в голове. Час прожит. Он – позади. Ты – другой человек.

А иногда та-а-ак хочется вернуться во вчерашний день. Знакомое чувство, правда?

А уж если за этот час что-то произошло…

Что-то произошло…

Амиран сидел рядом с ней на кровати и гладил ее плечо. Потом приложил руку ко лбу, к губам, к груди.

– Помнишь?

Помню. Это был наш с тобой знак. «Я – с тобой в мыслях, на устах, в сердце». Конечно, они не сами придумали этот прекрасный жест. Прочитали где-то и стали использовать. Фу, какое неподходящее слово. Использовать.

Они говорили друг другу этим жестом все, что не могли сказать словами. После ссор, после размолвок и разногласий, перед разлукой кто-то один должен был подойти к другому и приложить руку ко лбу, к губам и к груди. Это означало: я – с тобой. Несмотря на то, что ты – вредная и, конечно же, опять наговорила много лишнего. Несмотря на то, что ты опять задержался после лекций и даже не извинился. Несмотря на то, что ты беззастенчиво улыбалась профессору, хотя ему едва ли не стукнуло восемьдесят лет. Ты же видела, что мне это неприятно. Несмотря на то, что ты отказался наотрез заниматься со мной бальными танцами, хотя там ужасно не хватало парней. А ты отказался. Наотрез. Несмотря на…

Я – с тобой. В мыслях. На устах. В сердце.

Я – с тобой.

Это было красиво. Тем более, можно было ничего не говорить вслух. Это означало: я простил и я простила, я больше не злюсь, я надеюсь, что ты все понял и поняла…

Я – с тобой.

Они вместе посмотрели фильм «Соседка» с Жераром Депардье и Фанни Ардан. В кинотеатре. Потом шли по темной весенней улице и наперебой обсуждали главных героев. Обсуждали страсть, боль, убийство и красоту…

А потом? А потом за ней начал ухаживать один из преподавателей. Молодой. Симпатичный. Перспективный. Лика не принимала ухаживания, но и не отталкивала его.

Они с Амиром снимали комнатку в коммуналке, главной радостью была любовь на продавленном диване, и в этой грошовой студенческой жизни появился какой-то лучик шика: преподаватель в галстуке, в костюме, с дипломатом. Ухаживал красиво. Зачеты ставил автоматом. Целовал ручки прямо в институтском коридоре. Лика посмеивалась. Было приятно.

Амир злился и ревновал.

Лика посмеивалась.

И где-то переборщила.

Ставила сама себя в тупик вопросами. Я что, делаю что-то плохое? Я что, виновата, что он – преподаватель, а ты – студент? Он всего лишь подержал меня за руку, а ты думаешь Бог знает что. Почему ты ревнуешь так некрасиво? Ведь это можно делать гораздо изящнее?

Выход, конечно, был. Даже два. Остаться с Амираном на продавленном диване, понимая, что теперь будет ревновать к каждому столбу. Или разорвать отношения полностью и не мучить друг друга. Собственно говоря, не так уж нужен был ей этот преподаватель. Просто надоело все: и бедность, и ревность, и…

«Какая же ты модница!» – говорил Амиран с ноткой осуждения. Считал, что наряжаться можно только для него. Для остальных лучше быть серой мышкой. Чтобы, как говорится, никто не позарился…

Амиран собирался ехать в стройотряд чтобы за лето заработать денег. Лика решила, что будет нечестно, если он будет вкалывать на стройке ради них двоих, а потом обнаружит, что любовь прошла.

Поэтому она объявила ему свое решение до его отъезда.

Это было грустно. Но честно.

Амир сказал «ну что ж…» и вышел хлопнув дверью.

Лика подождала минут двадцать. Он не вернулся. Не сказал жестом «я – с тобой». Не спросил в чем причина. Наверное, ему было все и так понятно.

И Лика тоже сказала «ну что ж…»

Больше не виделись. Почти двадцать лет она винила себя в том, что заставила его страдать. Потому что тогда, почти двадцать лет назад, у нее все наладилось достаточно быстро. Причем, не с преподавателем, а с новым парнем, который тоже ревновал, но очень изысканно. А потом встретила Андрея. Тут уж вообще все стало на свои места.

И вот…

Три часа назад. Лика спокойно сидела в офисе и просматривала бумаги.

– Привет, это Амиран. Можешь спуститься? Я здесь, внизу.

– Что-то случилось?

– Нет, не волнуйся. Просто спустись вниз. Можешь? У тебя нет никакого там совещания?

– Хорошо. Сейчас.

Лика подкрасила губы, подхватила сумку и вышла на крыльцо. Погода располагала к романтическим приключениям. Весна, знаете ли, еще и не на такое способна.

– Ты откуда здесь, Амир? Опять деловая встреча?

– Нет.

– А что?

– Только не смейся, ладно?

– Ну что ты?! Объясни, зачем ты приехал?

– Так захотел тебя увидеть, что не было сил оставаться на месте.

– Да неужели?

– Я же просил: не надо хихикать.

– Хорошо, не буду.

– Пошли.

– Куда?

– Расскажу по дороге.

И тогда Лика поняла, что это неизбежно. Как говорил умный маг? Женщина никогда не думает о последствиях? Так, да? Она вдруг поняла, что должна, просто должна испытать еще раз то, что вычеркнула из жизни почти двадцать лет назад.

Так захотел увидеть тебя…

У Амира дрожали руки, когда он брал ключи от номера. А Лика старалась смотреть в сторону и не встречаться глазами с дежурной по этажу.

Потом все было как в сказке. Сказки же тоже разными бывают. Это была сказка-вихрь. Суматошная, нежная, острая до потери сознания.

– Не смотри на меня так.

– Как? Что ты сейчас чувствуешь?

– Я еще не разобралась. Пока все очень сумбурно.

– Я – тоже.

– О чем-то жалеешь?

– Нет. А ты?

– Я еще не решила. Но чувство вины есть.

– Перед Андреем?

– И перед Аней тоже. А что вообще это было?

Что же это было, Амиран?

– Лика, любимая, давай встретимся завтра здесь же?

– Амир, мы сходим с ума. Это невозможно.

– Почему?

– Это неправильно. Невозможно. Одно дело – гулять по ярмарке, и совсем другое – встречаться в номерах. Я должна подумать.

– Подумай.

– Я не знаю, как буду Ане в глаза смотреть.

– Почему мы должны лишать себя того, что нам нужно? Нам двоим! Почему?

– Потому что у тебя есть жена, а у меня – муж. Дай мне встать, пожалуйста. И отвернись.

– Лика, разве ты не хотела этого с того самого момента, когда мы встретились в супермаркете? Разве нет?

– Не этого. Нет. Не знаю. Возможно, хотела. Но это ничего не значит. Спать друг с другом, а потом грызть себя за это? Хорошенькое удовольствие.

– А давай не грызть? Мы отняли себя друг у друга много лет назад. Так давай вернем себя друг другу?

– Ничего не нужно возвращать…

Но, выходя из номера, она уже знала, что придет сюда завтра.

– Неужели Аня ни о чем не догадывается?

– Не знаю. Не похоже. Не думаю. Вчера опять рассказывала мне как ты похожа на Фанни Ардан.

– Я чувствую себя ниже плинтуса.

– А Андрей?

– Молчит. Я как-то мало замечаю его в последнее время.

– А что тебя мучает постоянно? Я же вижу.

– Неужели непонятно? То, что происходит между нами, должно возносить до небес, а у нас… Ужасно неприятный осадок. Видишь, я не могу не говорить об этом. Подозреваю, что скоро тебе это надоест.

– Что надоест?

– Слушать о моих угрызениях совести. Странное слово – угрызение, правда? Используется только с совестью.

– Мне не надоест. Но… Лучше не будем об этом говорить.

– Я вчера пересматривала старые фотографии. И нашла парочку таких, где ты есть на заднем плане. В группе. Хорошо, что Андрей не любит смотреть старые фотки со мной. Аня бы, наверное, узнала.

– Да ладно… Кто рассматривает чужие фотографии так уж внимательно? Не думаю.

– Тяжело на сердце.

– Не печалься, любовь моя.

– Скажи еще раз.

Вместо ответа Амиран приложил руку ко лбу, к губам и к сердцу.

Но она все равно подумала: «Будущего нет»…

Бернар и Матильда…

Ведь…

– Проходит час – и ты уже другой человек. Человек, проживший этот час. Даже если ничего не произошло. Даже если ничего не случилось. Даже если ни одной новой мысли не пронеслось у тебя в голове. Час прожит. Он – позади. Ты – другой человек.

– Иногда та-а-ак хочется вернуться во вчерашний день. Знакомое чувство, правда?

– Хороший знак: «Я – с тобой в мыслях, на устах, в сердце». Я – с тобой. В мыслях. На устах. В сердце. Я – с тобой. Очень хороший знак.

– Почему ты ревнуешь так некрасиво? Ведь это можно делать гораздо изящнее?

– Одно дело – гулять по ярмарке, и совсем другое…

– Тяжело на сердце. Не печалься, любовь моя. Скажи еще раз. Не печалься. Нет, про любовь скажи… Будущего нет…

Глава 8. Шикарные птицы или Бернар и Матильда

– Зачем ты позвал меня сюда?

– Ноги не промочила?

– Какая разница? Причем тут мои ноги? Чего молчишь?

– Холодно. Не хочу, чтобы ты простудилась.

– Тем более… Зачем мы пришли сюда?

– Не знаю. Может быть, для того, чтобы объясниться. Или посмотреть друг на друга. Или что-то сказать. Не знаю. Ты замерзла?

– Мы пришли сюда, чтобы это выяснить?

– Послушай…

– Я слушаю.

– Наверное, не все можно сказать словами.

– Скажи не словами. Скажи как-то по-другому. Зачем все это? Ты же понимаешь, что у меня создается впечатление… Что ты хочешь мне сказать что-то очень важное… Вот в одной строчке получилось «что» три раза. Некрасиво как-то.

– В какой строчке?

– Не важно. У меня создается впечатление… Ты, конечно, скажешь, что не отвечаешь за впечатление, которое создается у меня. Ты так скажешь?

– Нет. Я отвечаю. И за впечатление тоже. Потому что оно создается у тебя.

– Ты смеешься?

– Нет.

– Тебе меня жалко?

– Нет.

– Ты меня ненавидишь?

– Нет.

– Так что же?

– Очень захотел тебя увидеть. Вот и все.

– Мы что, больше не увидимся?

– Увидимся.

– Никогда?

– Нужно постараться, чтобы никогда. Но увидимся.

– «Зачем же с ней, как с нищенкой?..»

– Что?

– Я не помню автора. Но это цитата. Стихотворение. Смысл такой: если любовь приходит поздно, на закате, зачем же с ней поступать как с нищенкой…

– С любовью?

– Да.

– Не называй это так.

– Почему? Это так и есть. Бросаешь монетку и хочешь отделаться поскорее. Чтобы не смотреть, какая она несчастная. Чтобы потом не стояла перед глазами в своих лохмотьях.

– Да, что-то в этом есть.

– Что-то в этом есть. Всего-то навсего мир взял и пошатнулся. Не рухнул, нет. Просто пошатнулся.

– Ты не замерзла?

– Спроси еще разок.

– Хорошо, больше не спрошу.

– Замерзла. И ноги промочила, пока добиралась сюда, в эту глушь.

– Какая же это глушь? Это даже и не лес. Просто посадки. Вон даже дорога видна.

– Видишь, как все глупо и поверхностно. Даже и не лес.

– А чего ты без шапки?

– Прическу берегла. Накинь мне капюшон. Все равно от укладки ничего не осталось. А, впрочем, я сама надену. Не помогай. Я справлюсь. Раз уж ничего не осталось.

– Ничего не проходит бесследно. Осталось.

– Да? Что? Эти голые ветки даже не леса, а каких-то посадок вдоль дороги? Эта унылая сырость и серость? Эти тоскливые сосульки, которые тают прямо на глазах?

– Воспоминания, наверное. Ты спрашивала, зачем я позвонил и привез тебя сюда? Думаю¸ именно для этого: зафиксировать воспоминания. Вот такая ты и будешь стоять у меня теперь перед глазами: в капюшоне, без прически, мокрая и замерзшая, среди голых веток.

– Как нищенка?

– Ну зачем ты так?

– Ой, и правда, зачем я так? Посмотри на этих ворон, которые ходят грязному снегу. Не правда ли, они прекрасны? Они просто шикарны. Каждая из них – в маленьком черном платье. И никогда не скажешь, сколько им лет. Ну а то, чем они питаются, так это просто предрассудки. И потом… Нужно же им как-то жить? И еще: что, лучше живую жертву заклевывать? А во всем остальном… Очаровательные птицы. Разговаривать умеют. Посмотри… Видишь?

– До твоих слов – не видел. Теперь – вижу.

– Ну что, кто из нас первый скажет «поехали по домам»?

– Думаешь уже пора?

– Думала, ты скажешь «давай побудем здесь еще немного».

– Давай побудем здесь еще немного?

– Думаю, пора…

– Окей, поехали. Не хочу, чтобы ты заболела.

– Конечно. Уже темнеет.

– А что все-таки это было?

– Кино такое. Все, как в кино.

– Почему?

– Нет, в кино все еще хуже.

– Почему?

– Приедешь домой – посмотри фильм «Соседка». Легко найдешь. Там блистают Фанни Ардан и Депардье.

– Я смотрел.

– Посмотри еще раз. Я тоже включу. Посмотрим вместе. Ты – у себя, я – у себя.

– Хорошо.

Оказывается, можно и так:

– Можно ведь делать что-то вместе, только… Ты – у себя. Я – у себя…

– Кто отвечает за впечатление, которое у меня создается? Я или ты?

– Если любовь приходит поздно, на закате, зачем же с ней поступать как с нищенкой?

– Всего-то навсего мир взял и пошатнулся. Не рухнул, нет. Просто пошатнулся.

– Посмотри на этих ворон, которые ходят грязному снегу. Не правда ли, они прекрасны? Они просто шикарны. Каждая из них – в маленьком черном платье. И никогда не скажешь, сколько им лет.

Глава 9. Репейное масло или Я – с тобой!

– Ну что, малыш, ты уже дома? – голос Андрея в трубке, как всегда, звучал мягко и заботливо. И – чуть снисходительно.

– Да, давно.

– Как съездила? Хорошо провела время?

– Просто погуляла. Отлично провела время.

– Умничка. Чем занимаешься?

– Жду тебя. Копаюсь в шкафу. Разбираю платья.

– Отличное занятие!

– Когда приедешь?

– Уже скоро. Ужасно соскучился.

– Правда соскучился?

– Правда. Не веришь?

– Верю.

– А чем еще занималась, пока меня не было?

– Фильм смотрела.

– Грустный?

– Ага.

– А зачем ты смотришь грустные фильмы?

– Сама себя об этом спрашиваю.

– Когда сама себя спрашиваешь – это хорошо. Это значит – не безнадежно.

Андрей приехал через два часа.

Лика посмотрела ему прямо в глаза.

– А ты ни о чем не хочешь меня спросить?

– Нет.

– Почему?

– Потому что я холодный и бесчувственный.

– Но ты же не такой?

– Это я твои мысли цитирую.

– Почему ты не спрашиваешь что со мной происходит?

– Потому что я вижу что происходит.

– А почему ты ничего не делаешь?

– У меня есть выбор?

– Выбор есть всегда.

– Ну да, конечно. И сейчас у меня есть целых три варианта. Оставить все как есть. Взять тебя в охапку и увезти на край света. Или одному уехать на край света. Я еще не выбрал.

– Ты меня ненавидишь?

– Мне тебя жалко.

– Ты знаешь, я не люблю, когда меня жалеют.

– Это не тот случай.

– Ты прав. Слушай, как здорово ты сказал! Ты даже сам не представляешь, как необыкновенно ты выразился. Обычно, цитируют слова, фразы. А ты цитируешь мысли! Да ты просто волшебник какой-то!

– А ты не догадывалась?

– «Слова были просты до примитивности, а мысли – глубоки красивы и пафосны. Кто ж виноват в том, что такие мысли превращаются в такие слова? А процитируй еще что-нибудь? В предыдущей цитате ты ошибся. Я не считаю тебя ни холодным, ни бесчувственным.

– А я процитировал с сарказмом.

– А-а-а, понятно. Такого я еще не слышала. Ну давай, какие у меня еще есть мысли?

– А нужно ли? Ты же знаешь, я не силен в словесных изысках.

– Знаю. Все эти словесные изыски – такая ерунда.

– Правильно. Я – с тобой. Без всяких красивых выражений.

– И жестов.

– Что?

– Да так, ничего. Ерунда.

– А что это ты тут вывалила на кровать?

– Это одежда, не видишь что ли? Я ее сортирую по разным критериям.

– Интересно…

– Вот эта стопочка называется «набросила и побежала». Это гладить не нужно. Можно повесить на плечики и держать наготове.

– А это?

– А это – «Купила? Теперь носи!»

– Что?

Лика улыбнулась.

– Так называется раздел. Что же непонятного? Раз уж имела глупость купить, теперь – носи.

– Замечательная рубрика. Раздел.

– Мне тоже нравится.

– А здесь что? О, здесь еще даже этикетки? Это новые вещи?

– Это новые вещи. Но… Это раздел НПВШ.

– Что-что?

– Какой ты милый, когда переспрашиваешь по десять раз. НПВШ значит «Надоело еще пока висело в шкафу». Нужно спрятать с глаз долой. Пусть вещички отдохнут немного. И глаза тоже.

– Класс! Мне нравится. А здесь?

– О, здесь моя боль. Называется «Вещь крутая, но мне не идет. Но вещь крутая».

– И много таких?

– Как видишь. Немало.

– А зачем покупать то, что не идет?

– Ну… Бывает в магазине, пока примеряешь, – идет, а дома – нет.

– Так тоже бывает, да?

– Да!

– А в этом пакете?

– А здесь… Старые вещи, которые когда-то были любимыми.

– А сейчас вышли из моды?

– Нет, просто прошло их время.

– Хочешь их спрятать?

– Хочу выбросить.

– Так может еще понадобятся? Ведь когда-то же были любимыми?

– Поэтому и нужно решительно выбросить. Или отдать кому-то. Чтобы не было соблазна откопать их опять и в них нарядиться. Их время прошло, и точка. И вообще… Пятый пункт моего плана на сегодня звучит так: обрадоваться солнечному дню.

– А если день будет пасмурным?

– Я все равно ему обрадуюсь.

– Это трудно.

– Но выполнимо. Для того, чтобы обрадоваться солнечному дню, солнечный день не очень-то и нужен, понимаешь?

– Понимаю.

Так что там говорила наша мудрая мадам Жужу?

– Довольно странный случай, – проговорила мадам Жужу, решительно откидывая волосы со лица и качая яркими сережками. Черт возьми, она категорически умела произвести впечатление, эта сложная и неповторимая Ленка Жукова-Журавлева, – Мед и репейное масло – вот ваши лекарства, девочки. Ну, с медом, я думаю, вам все понятно, а вот с репейным маслом – тут дело несколько сложнее. Репей, в принципе, нормальное растение со слегка подмоченной репутацией. Дискредитировали его колючки. Понимаете? А ведь можно выжать масло и тогда никто не скажет: прицепился или прицепилась как репей. И польза – налицо.

– Я немного отвлеклась. В чем странность этого случая, спросите вы? Это напоминает ситуацию, когда ты живешь и никого не трогаешь, и, в принципе, вполне доволен своей жизнью. Или не совсем доволен, но… строишь какие-то планы, мечтаешь, как-то действуешь. И вдруг: появляется кто-то, кому сходу кажется, что жизнь твоя скучна и неинтересна. Причем, этот «кто-то» может быть и внутри тебя и снаружи. И он всеми возможными и невозможными способами хочет оживить и подрумянить твое серое (по его мнению) существование. Ты пытаешься объяснить, дескать, у меня все хорошо, меня все устраивает. И слышишь в ответ: бедняжка, как можно не понимать, что ты просто прозябаешь? И тут перед тобой встает вопрос: кому и зачем я должна доказывать, что моя жизнь – это моя жизнь?

Андрей посмотрел в окно.

– А давай без лишних слов?

– А давай!

– Ты почему не надела свой красный пеньюар? Я собирался сорвать его с тебя со всей силой своей страсти.

– Ты не замечал его полгода. Я решила нет смысла его надевать.

– И в самом деле… Нет никакого смысла его надевать…

Лика закрыла глаза. Андрей одним движением смахнул все с кровати на пол.

Зачем же с ней, как с нищенкой?

Каждая ворона была в маленьком черном платье. Какая же ты модница!

С голых веток деревьев свисали то ли сосульки, то ли капли, то ли чьи-то старые воспоминания.

Может быть, слишком старые?

Оказывается, страсть бывает теплой. Вот такой парадокс. Теплая страсть.

– Девочки, оставьте в покое прошлое. Пусть живет где-то там уютненько в старых воспоминаниях без боли, без досады, без сожалений. Не стройте планы на прошлое! Это же абсурд! – Мадам Жужу была очень убедительна.

…Старые вещи, которые когда-то были любимыми.

…Просто прошло их время.

…Нужно решительно выбросить. Или отдать кому-то. Чтобы не было соблазна откопать их опять и в них нарядиться. Их время прошло, и точка.

…Для того, чтобы обрадоваться солнечному дню, солнечный день не очень-то и нужен, понимаешь?

…Репей, в принципе, нормальное растение со слегка подмоченной репутацией. Дискредитировали его колючки. Понимаете? А ведь можно выжать масло и тогда никто не скажет: прицепился или прицепилась как репей. И польза – налицо.

…Кому и зачем ты должна доказывать, что твоя жизнь – это твоя жизнь?

…С голых веток деревьев свисали то ли сосульки, то ли капли, то ли чьи-то старые воспоминания.

…Оказывается, страсть бывает теплой.

…Не нужно строить планы на прошлое. Это – абсурд.

Возможно, вы ошибались, соседка-Матильда и ее возлюбленный Бернар…

О, как же вы ошибались!

ЭГОИСТКА или Дневник Марты: внуки, дети и прочие гаджеты

Пролог

Раньше я считала, что бабушки – это те же девушки, только с большим «пробегом».

После того, как я познакомилась с Мартой, мнение мое слегка изменилось.

О чем эта книга?

О куриной ножке из супа или о великой любви, которая заслоняет все?

О женщине, которая полностью растворилась в своей семье, или о «сумасшедшей» бабушке из поколения Х?

Для того чтобы лучше понять, о чем пойдет речь, давайте начнем с маленького теста «только для бабушек».

Представьте себе, что ваш маленький внук говорит: «А вдруг ты, бабушка, умрешь, и мне не с кем будет посоветоваться?». Выберите первую мысль, которая пришла к вам в голову после такого вопроса.

Одни бабушки, после такого заявления, задумываются, не пора ли объяснить ребенку, что все мы смертны. Другие переправляют этот вопрос маме или дедушке, параллельно думая «как же я постарела, наверное». Третьи умиляются со слезами на глазах – ах, ну и заявление!

И только Марта, прежде всего, услышала вторую часть вопроса.

Ему больше не с кем посоветоваться!!!

Ах, Марта, Марта…

Когда говорят, что «в жизни всё зависит только от тебя», – не верьте.

Не всё и не только…

Бабушками мы становимся помимо нашего желания.

Вернее, даже так: от нас тут ничего не зависит.

Бабушками мы не становимся сами.

Бабушками нас делают наши дети.

Да-да-да, конечно, я прямо слышу хор голосов: не хочешь стареть – не старей! Сейчас есть такие бабушки, что любую девушку за пояс заткнут! Бабушка – это состояние души! И так далее…

Ребята, я вообще-то не о старушках…

А о бабушках.

А это – разные вещи.

Короче говоря…

Уважаемые дети! Когда вы рождаете (да-да, я не ошиблась, именно рожДаете, а не рожаете) себе детей, помните, что, тем самым, вы делаете свою маму бабушкой.

Помните об этом!

Дневник Марты

1

Ну вот. Мы едем на дачу всей веселой компанией.

Тут нужно было бы написать – ура-ура, как хочется подышать свежим воздухом. Но… рука не поднимается…

Несмотря на исключительную эрудицию и некоторую склонность к здоровому образу жизни, я – типичный диванный житель. И все эти птички, морской воздух и нежное солнышко, вместе с шашлыками на травке для меня сводятся к нулю после первой же сковородки, помытой холодной водой.

Но я еду. Так как все хотят. И, считается, что это полезно.

Едем вчетвером.

Итак… действующие лица и исполнители…

Кира – моя «свежеразведенная» дочь с отвратительным характером (по моему мнению), модельной внешностью (что категорически ею не признается) и полным презрением ко всяким условностям, типа уважения к родителям…

Петя – мой обожаемый муж, профессор и обаятельный зануда.

Ярослав – внук, мое счастье, моя радость, смысл моей жизни и лучший мальчик в мире…

Ну и я… Мирное домашнее существо… Хотела написать – животное, но решила, что это будет уже слишком. Родные считают, что я из любого «ровного места» могу сделать поле боя, но я категорически с этим не согласна… Более подробно обо мне – позже…

Сейчас – о даче.

Ну что ж… Приехали, перекусили.

Ну не радует меня природа – и все.

Полезли мы с Яриком спать на второй этаж.

Дача у нас маленькая, но – двухэтажная. Предмет гордости профессора.

Забрались мы с моим сладким на второй этаж и – давай обниматься! Пообнимались, картинками с корабликами какими-то полюбовались, уснули «в обнимочку». Выспались хорошо, правда, замерзли немного. То ли дело – дома!

ОК, наслаждаемся природой.

Спустились вниз: Петя шашлыки нажаривает, а Кирка нас подорвала: пошли, говорит, наконец, на море сходим.

Дача у нас, вроде как, «на море», но не совсем близко. Пешком еще не ходили.

Дорожку расспросили у соседей, нам сказали, что тут минут двадцать пешком… Ну мы и пошли… Двадцать минут идем, сорок, уже и час идем – чего-то моря не видно. Стал дождик накрапывать, я куртку сняла, Ярославушку накрыла, несу его на ручках.

Паникую, естественно, как же без этого? Ну, вы понимаете, кто виноват в этом кошмарном ужасе… Говорю Кирке, чтобы звонила отцу, пусть все бросает и едет за нами.

После десятиминутных уговоров, типа, это не дождь, а жалкое подобие, сейчас все закончится, начинает-таки звонить. Но на ее высоком прекрасном девическом лбу (или лбе?) написано – мммама, ну ты как всегда! Именно так, с тремя буквами «м». Короче, отношение ко мне – как к лопнувшей финансовой пирамиде. Сплошное презрение и пренебрежение.

Пока я, нервничала, таща на плечах закутанного Ярославика, прямо-таки, телом своим и дыханием прикрывая его от дождя, непогоды и других жизненных невзгод, Кирка с презрением, налегке, шагала рядом.

А тут и дождь закончился.

Море показалось.

Дошли – на песок попадали.

Я упала, а они вдвоем пошли к воде, стали камушки бросать, да чаек гонять…

Повалялась я, пришла в себя немного. Хорошо, все-таки вокруг… Кирка подходит и спрашивает с «ильичевским добрым» прищуром: «Тебе хоть немного стыдно? Как ты себя вела?» Я говорю: «Стыдно».

Мне, и правда, стыдно за такую панику. А что я могу сделать, если каждая капля дождя, упавшая на Ярослава, мне – как гвоздь по мозгам?

Пока она читала мне мораль, Ярик в это время так бесился, что потом дома песок сыпался из всех отверстий и карманов, включая попу под памперсом.

Ночевать решили ехать домой.

Не могу я ребенка в таких условиях держать. На меня, конечно, остальные члены компании поворчали, «пошикали», но – послушались.

2

А на следующее утро встали и поехали на дачу без меня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.