Вселенское Немолчание
Коллективный сборник поэзии

Авторы: Масловская Алина, Лапаева Елена, Кавун Вита, Челлини Константин, Парфенов Александр, Акопян Карина, Митрофанов Александр, Валентинова Настасья, Ткачук Денис, Барсук Евгения, Торлов Егор, Пришедшая Из Снов, Анохина Юля, Татарчук Дарья, Воробьева Аэлита, Новосельцева Катя, Володькин Сергей, Просто Людмила, Кулинич Светлана, Альмалибре Елена, Полянин Павел, Невзгодова Наташа, Ермоченко Елена, Бреслав Анна, Пан Мюхкюря, Лагошный Александр, Некрасов Алексей, Нефедова Арина, She's all that (Это все она), Усачев Виктор, Танцующая В Ночи, Аникина Ирина, Раевский Дмитрий, Карамазова Трина, Лисина Милана, Никитина Дарья, Регентова Надежда

Редактор Алина Масловская

Дизайнер обложки Маргарита Максимова

Иллюстратор Елена Лин

Корректор Алина Масловская

© Алина Масловская, 2022

© Елена Лапаева, 2022

© Вита Кавун, 2022

© Константин Челлини, 2022

© Александр Парфенов, 2022

© Карина Акопян, 2022

© Александр Митрофанов, 2022

© Настасья Валентинова, 2022

© Денис Ткачук, 2022

© Евгения Барсук, 2022

© Егор Торлов, 2022

© Пришедшая Из Снов, 2022

© Юля Анохина, 2022

© Дарья Татарчук, 2022

© Аэлита Воробьева, 2022

© Катя Новосельцева, 2022

© Сергей Володькин, 2022

© Просто Людмила, 2022

© Светлана Кулинич, 2022

© Елена Альмалибре, 2022

© Павел Полянин, 2022

© Наташа Невзгодова, 2022

© Елена Ермоченко, 2022

© Анна Бреслав, 2022

© Пан Мюхкюря, 2022

© Александр Лагошный, 2022

© Алексей Некрасов, 2022

© Арина Нефедова, 2022

© She's all that (Это все она), 2022

© Виктор Усачев, 2022

© Танцующая В Ночи, 2022

© Ирина Аникина, 2022

© Дмитрий Раевский, 2022

© Трина Карамазова, 2022

© Милана Лисина, 2022

© Дарья Никитина, 2022

© Надежда Регентова, 2022

© Маргарита Максимова, дизайн обложки, 2022

© Елена Лин, иллюстрации, 2022

ISBN 978-5-0051-3241-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Алина Масловская

М. К. С. (Море, Космос, Совы)

С новым видением

И каждый день меняя лица,
Ища с надеждой в чувства дверь,
Хотела б я освободиться,
Жить с новым виденьем теперь.

И, может быть, нет больше «завтра»,
Как нету больше «нас» у нас,
Ведь только ты у жизни автор,
Ее поток, ее «сейчас».

Не поздно что-то начинать,
Не поздно что-то переделать,
Твоя душа – речная гладь,
А мысли – шумный, буйный ветер.

Ты знаешь, как бороться делом,
Что сила вся лишь в нас самих.
Вершина покорится смелым,
И, верь мне, ты одна из них.

27 апреля

Мне не понять твое молчанье,
Моя стихия – ветер слов.
Мы далеки с тобою стали,
Но знаем тайны наших снов.

И в самый теплый день апреля
Свой взор ты к небу обрати,
И вспомни, кем на самом деле
Первично ты была внутри.

Ты рождена, чтоб рисовать
Свой мир и краской, и душой,
И никогда не забывать
Все чудо прожитых времен.

Ты рождена, чтоб верить в силы,
Гореть, сиять, не сомневаясь,
И ощущать мгновенья жизни,
Чтоб в сердце навсегда остались.

Ляг на траву, я лягу следом.
Пусть мы и в разных городах,
Но если смотришь ты на небо
Со мной – не одинок тот взгляд.

Так много линий к горизонту
Ведут неведомо куда.
Когда находишь жизни контур,
То видишь – ценность высока.

И все, что было, есть и будет…
О, в этом прелесть есть своя!
Ты рождена, чтоб жить минутой,
Почувствовав в ней всю себя.

Ты рождена, чтоб быть весной,
Бросать и начинать сначала,
И чудо прожитых времен
Пылать в тебе не перестало.

Голос твой

Не бывает полусчастья, полуболи,
Не бывает жизни вполовину силы.
Не бывает полусвободы, полуневоли,
Нет, не бывает, не существует в природе.

Не бывает – я чуть-чуть не уверен,
Не бывает – я чуть-чуть люблю.
Немного не умею, немного не верю,
Немного не знаю и немного боюсь.

Но если подпрыгнуть повыше,
Так легко увидеть и понять —
Ничего не было лишним,
В себя что удалось вобрать.

Ходить вокруг да около,
Отстранившись от всего —
Лишь злиться все время на себя самого.
Ведь жизнь – голос твой,
Что то к небу летит,
То падает в самую пропасть, путь продолжать велит.

Как не разорваться меж двух миров,
Как понять себя и сделать выбор свой,
Чтоб тайные мысли освободить
Пением, рвущимся из груди?

Есть нечто в нас, что не вернуть,
Но некого в этом упрекнуть.
Бывает внутри так пусто, отсутствует всякое чувство,
И духу не хватает ветра, а сердце слепо.

Но если подпрыгнуть повыше,
Так легко увидеть и понять —
Ничего не было лишним,
В себя что удалось вобрать.

Ходить вокруг да около,
Отстранившись от всего —
Лишь злиться все время на себя самого.
Ведь жизнь – голос твой,
Что то к небу летит,
То падает в самую пропасть, путь продолжать велит.

Станем песней

Кружится мир, и мы вместе с ним,
Ловим ладонями ветра.
Внимая зову мыслей своих,
Песню нашу поем у костра.

Мы пытались понять и пытались найти
Самих себя, свое место.
Но кажется, сбились в этом пути,
И здесь теперь мы, вместе.

Когда-нибудь мы станем песней,
Той самой, что каждый день поем.
Быть может, увидим, что мир не так тесен,
Свободу и правду с тобой обретем.
И голоса станут ярче звучать
На пороге грядущих перемен.
Это место не нужно на карте искать,
Там оно, где горит новый день.

Важно не то, кем были мы раньше,
Важно лишь то, кем можем мы стать,
То, какие с тобой у нас мысли,
То, что способны сейчас ощущать.

Так много желаний и чувств что-то сделать,
Вдали запылал зарей горизонт.
Зачем нам мечте ставить пределы,
Когда наяву сбывается сон?

Минут сплошная полоса,
И в ней мы создаем себя…
Нас за собой ветра зовут.
– Здравствуй, утро!
– Друг мой, в путь!

Когда-нибудь мы станем песней,
Той самой, что каждый день поем.
Быть может, увидим, что мир не так тесен,
Свободу и правду с тобой обретем.
И голоса станут ярче звучать
На пороге грядущих перемен.
Это место не нужно на карте искать,
Там оно, где горит новый день.

О, этот запах от земли…

О, этот запах от земли… Корица и имбирь.
Осенняя пора, а ты и не заметил,
Как заиграли краски здесь. Открой глаза свои,
Вдохни поглубже и впитай в себя минуты эти.

А духу так свободно… Нас осень осенила.
И мысль то упадет, то с листьями взлетит.
Последний урожай, последний шепот года,
Последний крик и плач. И вдруг все замолчит.

Природа сбросит тяжесть. Как чисто станет вновь!
И можно строить дальше цепочку тех времен,
Которыми дышать нам, которыми дышать им,
А все, что так мешает жить – сотри то золотым.

Елена Лапаева

Стихи севера

*** (Два слова о тебе, Север…)

Два слова о тебе, Север.
Два слова о воде стылой.
Ты берег родной, верно?
Ты горечь моя, милый.

Мне б руки в твои воды
Опустить, как и прежде, в детстве.
И слушать: поют народы
Свою песнь окрыленным сердцем.

Меня город другой держит.
Заковал, не пускает ночью.
Я вернусь, как и было прежде.
Темноты не страшусь больше.

Чайка

Крылатая, бейся о скалы.
Зови, будем петь вместе
О лете, которого мало,
О низком седом поднебесье.

Скучать не пристало, знаю,
Ты ждешь и с криком пронзающим
Бросаешься в скалы, на скалы,
Когтистые лапы вонзая в них.

Сентябрь, но белеет изморозь
По утрам у морского вокзала.
Я вернулась, встречай истово,
Говори, что еще не сказала.

Дети Севера

Дети Севера, о, дети Севера.
Вы закутаны в снежных плащах.
У вас руки замерзшие, серые.
Вы поете о свете и днях.

Дети Севера, о, дети Севера.
Почему не идете к огню?
Я костер развела. Дальше берега
Искры сыплются к старому пню.

Дети Севера, милые дети.
Не гасите плащами костер.
Скоро ночь придет, и на свете
Будет виден лишь неба шатер.

Тьма окутает реки и горы,
Тьма заплачет метелью тугой.
Дети, дети, оставьте раздоры.
Вам еще возвращаться домой.

Вита Кавун

*** (Отзовитесь, живущие в дальних мирах!)

Отзовитесь, живущие в дальних мирах!
Я с уставшей земли вижу гордые звезды,
В их лучах неземной обжигающий страх
Чужеродных ночей, незнакомых и грозных,

В их лучах отголоски чьего-то тепла
И безропотность чья-то, единая с битвой,
В их лучах от кого-то скрываемый плач,
В их лучах чье-то небо и чья-то молитва.

Я грущу, глядя вверх, и беззвучный вопрос
Устремляется в непокоренную вечность.
Где же вы? Отзовитесь, я жду вас всерьез.
У нас Космос один и одна Бесконечность.

У нас разум один. Море звезд для нас крест,
На котором раздумья ночные распяты,
И мы мысленно часто срываемся с мест,
Начиная полет свой в простор необъятный.

Вспомнив знаний предел, потерпев вскоре крах
Каждый в мире своем, мы мечтаем, как прежде.
Отзовитесь, живущие в дальних мирах!
Я безмолвно кричу, не теряя надежды.

*** (Мир добрее как будто, и звуки я слышу…)

Мир добрее как будто, и звуки я слышу
Тишины, на мгновенье окутавшей нас.
Солнца луч веселится, танцует по крыше,
Луч прощальный, но в сердце бушует весна.

И, почувствовав вновь обретенные крылья,
Я безмолвно кричу: «Я счастливее всех!»
День октябрьский когда-то с тобой мы просили
Злые ветры унять, не дарить нам их смех,

Удержаться от слез и не сыпать листвою,
Вздох последний дать нежного лета поймать,
Но нависло свинцом над усталой Москвою
Безразличное небо. Поникли дома.

Но мы грели друг друга, случилось вдруг чудо,
И зажглась во мне искра, не гаснет она.
Поняла я тогда: я тебя не забуду,
До конца своих дней тебе буду верна.

И сегодня, тебя хоть давно не встречала,
Хоть пути наших жизней давно разошлись,
Дал мне Бог вспомнить дней самых лучших начало,
Чтоб согретой душой воспарила я ввысь.

*** (Я сказала «прощай» одноцветному миру…)

Я сказала «прощай» одноцветному миру,
Предпочла его осени, яркой, живой,
Поиграет со мной снова ветер-задира,
Но скажу ему я: «Не желаю домой!»

А потом мне дорога расстелется в сказку,
Красно-желтый ковер снова будет на ней,
В октябре над душою смогу я быть властной.
В этот раз я не стану мечтать о весне,

В этот раз буду звонким дождям благодарна
И к себе несомненно найду новый путь.
Мир осенний мне станет богатым подарком,
Я в листве золотой захочу утонуть,

Позабыть захочу утомленные тени,
И дыханье неровное жарких ночей
Благодатного холода всплески заменят
В море ласковом солнца прощальных лучей.

И любовь безответную вспомню со смехом,
В эту осень лишь в золото улиц влюблюсь.
Вновь настанет пора для духовных успехов,
Станет робкой пред мудростью горькая грусть.

Константин Челлини

В отраженьях чувственного света…

В отраженьях чувственного света,
Где гармоний высших слышу лад,
Загорится яркая комета,
Подсознанья ведая уклад…

В ритмике фантазий предрассветных
Ощущаю летних красок суть,
Акварельной нежностью согретых,
Создающих новых смыслов пульс.

Странностей рассветных небылицы,
Где сомненья с чувствами сплелись,
Убегают, словно кобылицы,
Будто наспех сверстанная жизнь…

Облекая смыслы в оболочку,
Новых фраз, как будто в мягкий плед,
День продлит сполна, без проволочек,
Лета явь, даря его букет.

Продрогший луч прорвется сквозь стекло…

Продрогший луч прорвется сквозь стекло,
стремясь придать гармонии абсурду.
Искринками разгладится чело,
И жар души проявится подспудный…

На быстротечность жизненных затей
струит он свет земного воплощенья,
Напомнив отраженный свет камей,
художника заветное творенье…

Преодолев сомнений лабиринт,
тот луч сулит философу познанье,
и он, забыв печаль мирских обид,
и вспомнив об истории преданьях,

Напишет светоносную главу
где нет мучений и замшелых истин,
и радость возрождения дождем
прольется, словно в святости обитель…

Нездешней кротостью маня…

Нездешней кротостью маня
мой дух в печали отражений,
ты продолжаешь, возлюбя,
идти средь тягостных сомнений…

И пусть тревожный лабиринт
нам с гордой не пройти главою,
есть высший смысл и жизни спринт
осознаем с молвой людскою…

Разумных помыслов канат
пусть сохраняет равновесье,
Тогда и чувств мирских фрегат
мы сбережем от лихолетья,

И с каждым мигом бытия
наполним дух сердечным благом,
пусть будет легкою стезя,
в сосудах плещется пусть влага…

Среди пустыни наугад
найдется и тебе оазис,
где утолишь тоску услад
и испытаешь ты катарсис…

Звездопад твоих желаний…

Звездопад твоих желаний
в строчках нежных сокровенных,
чрез сомнения и тайны
мимолетности прозрений.

Дуновения фантазий
в лунных бликах отразятся,
словно отблески на стразах,
яркой вспышкой загорятся.

После ночи наваждений,
заструится сказ рассветный,
в постиженье параллелей
тихих радостей планетных.

Иллюзорность вечных истин
ты в фантазиях оспоришь,
новый день подарит письма,
рифмы даст тебе в подспорье…

Александр Парфенов

Ночь

Ночь.
Люди крепко спят, видя тысячи снов.
Прочь
Ветер гонит листву мимо старых домов.
Дрожь
В хмурых лужах от капель немого дождя.
Рожь
На ветру шелестит и играет, шутя.

Свет
Уложила на кроны деревьев луна.
Плед
Расстелила в ночи облаков пелена.
Гриб
Постепенно собой покрывает роса.
Хрип
Еле слышен из будки старого пса.

Лист
Оторвался от ветки и падает ниц.
Свист,
Издаваемый парой не дремлющих птиц.
Вдаль
Устремился ручей, сквозь рыхлую почву.
Жаль,
Люди спят, и не знают, как сказочно ночью.

Карина Акопян

мне снилась птица

мне снилась птица,
мне никто не снится
в обычной сетке
рваных серых будней.
земля в воде,
стремящейся разлиться
по стертой коже
вызревшего студня.
среди воды —
короткий перешеек —
тонюсенькая ниточка
пунктира.
сжимала птица
в страхе лапы, шею
у самой кромки
маленького мира,
на самом крае
зыбкой ржавой суши…
и чернота ползла
в воде вуалью,
и горечь проросла
и въелась в душу,
а чернота росла
и так кристально
собою отражала
черный мир…

и позабыла птица привкус ветра —
в пространстве черноты немеет воздух…
и высохли серебряные слезы,
на оперенье проседь села фетром.

но взмах!
и распахнулись руки-крылья!
размах —
палитрой радужные перья!
и в этой яркой точке обнуленья
рассыпалось осколками бессилье.

и я смотрела молча, ниоткуда
на чистоту свободного полета,
на чудо сокровенного чего-то.
земля казалась крохотной и скудной.
искрились малахитовые перья
сверкали изумрудом руки-крылья!

мне снилась птица,
мне никто не снится,
безо́бразно
пространство пустоты.
мне снилась птица
уникальной красоты
и силы,
прорывающей границы.
и эта птица – Ты!

апрельская мантра

что-то больно заснеженный нынче апрель приключился…
это разве апрель, если воет метель волчицей?
и продуло всю душу, и уши, и шею, и даже ключицу!
неужели пучина путей и дорог вереница
до июня планирует снегом в ногах волочиться?

я мечтаю, как буду под куполом аквамаринном фаянса
на зеленой траве, распахнувшись душою, валяться,
тихо жмурясь от ласк и лучей золотого паяца,
арлекина небес, буду снова теплом окрыляться.
главное – только духовно не засоряться,
не засоряться духовно, духовно не засоряться…
не засоряться духовно, духовно не засоряться!
пусть несет ворох дней, что сутуло попрятали лица,
серых будней и сует седая до слез кобылица!
я ей вновь подчинюсь, приму правила, беспрекословно!
не замерзнуть бы только, не выцвесть,
не сжаться духовно!

черная пудра

через пальцы вода, через пальцы песок —
черной пудрой протертое время…
выцветают глаза, и в любимый висок
седины пробирается семя…
распростертое время… распахнута пасть,
только россыпью зубы-недели
выпадают и крошатся, черная масть
между искрами звездной метели.
и я слышу подкожным усилием хруст,
слышу шорох, шушуканье, гогот,
предвкушение, голод не кормленых уст
звук крадется ознобом под ворот…
колкий хохот упущенных дней…
звездоглазый твой лик, Водолей,
помилуй…

летучая рыба

когда у порога такой
бессердечной до дна глубины
разрывается слой вслед за слоем
мерцанием сетчатым свет,
я слышу пределы своей
темно-синей кипучей страны.
в руках тишины,
в глазах тишины
дрожит в толщах вод предрассвет.
но блики утонут,
запнувшись о грани
и сколы такой глубины…

я – рыба, глазенки на выкате,
присосочки-губки – молчу!
а крылья свербят,
чешуи режут панцирность – чу!
кричу – то мне кажется только,
богат мир фантазий-причуд!
лечу, плавники мои – крылья!
я – рыба! смотрите – лечу!
никто не увидит, никто не поверит…
ни каплей, ни вздохом, ничуть!

мгновение канет
в гортани скитаний —
соль пищи утроб тишины…
полет неприкаян
полет обрекаем…
а жабры взлохмачены…
и крылья проглочены…
и сказки просрочены,
мечты не домечтаны,
молчанием схвачены,
останутся искрами,
что светятся ночью и

черпнет кто-то темной ладонью
из омута-рта глубины
и, может, слегка утолит свою жажду
соленой моей немотой…

*** (в самых кончиках пальцев пульсирует колкая соль…)

в самых кончиках пальцев пульсирует колкая соль,
обжигает касание… вкрадчиво соприкасаюсь
с перламутром, сокрытым и сжатым
в ракушечник таинств.
мои руки – ветра и волны разгоняют бемоль.
взгляд открыт миллиардами лиц,
мириадами фетровых крыл
свод искрит и пестрит. нет границ!
сердце-кратер не может погаснуть,
пусть звучит оно эхом – бесчисленным омутом гласных.
шире! больше! до дна! до тончайшей черты немоты.

содрогнется реальность и скрипнет мурашками дверь…
послевкусие тайны растает до слова «бессмертна».
только нежность – всемерна, вселика,
до дрожи несметна,
без различий «вчера», «послезавтра», «когда-то», «теперь».
прорезь света окрасит прозрачную грань пустоты,
блики тонких сплетений из «я» неделимое с «ты».

Александр Митрофанов

Сад

Я выращу в душе прекрасный сад,
Чтоб кронами чесал он небеса.
Чтоб был он как в той самой поговорке —
Ни словом, ни пером не описать.

Нашел в ней солнцем выжженный пустырь
И стал сажать на нем свои кусты.
Чтоб выросли на нем, благоухая,
Цветы, а не могильные кресты.

Чай

Кружка греет подоконник.
Тихо в городе. Луна.
Старый ты ее поклонник,
И она тебе верна.

Кверху брюхом повсплывали
Стаи человечьих рыб,
Ветер руки потирает
В ожидании игры.

Двое ангелов продрогли,
Пробежав по проводам.
Фантастический иероглиф
Ночь рисует в небе. Снам

Чьим-то образы Лавкрафта
Не дают спокойно плыть,
Кто-то будет счастлив завтра,
А кому уже не быть.

Голова покинет гавань
С криком первого луча,
Тело скинет сонный саван,
Чтобы новый день начать.

В кухне свежий чай с жасмином
Наполняет утром дом,
Ржавым на стекле рябина
Нацарапана гвоздем…

Мне нужен лишь глоток тебя!

Мне нужен лишь глоток тебя!
Твоей любви всего частица!
Чтоб мог я допьяна напиться
В конце удушливого дня!

Мне нужен лишь глоток тебя!
Твоих голубоглазых тайн.
Чтобы понять, как неслучаен
И важен в твоей жизни я.

Рассвет

Мне разбавляют ночь
Кофе и пустота,
Тучи роняют грусть —
Небо на отходах.

Центр Вселенной лишь —
В стену забитый гвоздь.
Небо устало ныть,
Свой прекращает дождь.

Думаю, стоит раз
Шаг утопить в траве,
Солнцу взглянуть в глаза,
Встретить в лесу рассвет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.