Ольга Меккинг
Niksen. Голландское искусство ничегонеделания

Olga Mecking

NIKSEN

Embracing The Dutch Art of Doing Nothing

© Olga Mecking, 2020

© Eva Gans, иллюстрации, 2020

© Buro Blikgoed, дизайн обложки, 2020

© Кузнецова Е. А., перевод на русский язык, 2020

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2020 КоЛибри®

* * *

Введение. О нет, только не очередной велнес[1] -тренд!

Я сижу на диване и размышляю о своем обычном дне. Каждое утро я просыпаюсь – точно вовремя – от радостного пения птиц. Прежде чем встать с постели, я произношу мантру Вселенной, что-нибудь вдохновляющее, например: «Будь благословенно это чудесное утро» или «Весь мир принадлежит тебе». Я готовлю себе здоровый завтрак и планирую свой день с улыбкой и бодростью.

Я идеальная мать, потрясающая жена, воплощение спокойствия. Мой дом, конечно, сверкает чистотой. Я всегда нахожу правильные слова, когда мои дети расстроены, никогда не ору и не раздражаюсь. Мои дети выполняют работу по дому без нытья и остаются спокойными и собранными в течение дня.

Мой день проходит плавно, пока мой дом сам организуется вокруг меня. Я иду спать с чувством, что я изменила мир – по-крупному и в мелочах.

Моя жизнь не всегда была такой. Было время, когда я постоянно ощущала усталость. Я думала, что не могу все успеть, и чувствовала себя неудачницей. Я была убеждена, что не могу победить. Но сейчас я сильнее и увереннее в себе, чем когда-либо. Что бы ни встречалось мне на пути, я все без труда обращаю в успех. Сегодня люди восхищаются мной и ищут у меня совета и вдохновения.

«Как тебе все удается, Ольга?» – спрашивают они меня. Меня тянет ответить, что это врожденное. Я просто просыпаюсь идеальной каждое утро и ничего не могу с этим поделать! Однако истина в том, что я обрела полный контроль над своей судьбой и стала лучшей возможной версией себя благодаря удивительному маленькому секрету, который я открыла. Вы спросите, что же это за секрет? Никсен[2], или голландское искусство ничегонеделания.

Не обычный велнес-гуру

Что, поверили? Нет? Отлично.

Единственная правда в этой истории – пение птиц по утрам, и то потому, что мой дорогой муж, годами наблюдавший, как обычный будильник резко вырывает меня из сна, пожалел меня и купил будильник, который звучит как пение птиц. И хотя это, конечно, прогресс по сравнению со звуками пожарной сирены, мои утра по-прежнему очень тяжелые. У меня трое детей, которых я должна разбудить и отправить в школу к 8 утра, желательно накормленными и одетыми. Обычно к прибытию школьного автобуса я уже теряю рассудок. И это только начало. Пока дети в школе, я едва ли нахожу минуту для себя.

Разрываясь между детьми, домом, работой, мужем (который постоянно на работе) и другими членами моей семьи и друзьями, я пытаюсь вспомнить, когда в последний раз я абсолютно ничего не делала, – и не могу.

А ведь когда-то у меня получалось. Когда я была ребенком, я могла сидеть на своей кровати или в любимом кресле отца и разглядывать узоры на ковре или смотреть в окно, ни о чем не думая. Иногда родители спрашивали меня, чем я занимаюсь, и отправляли помогать по дому или делать уроки, но у меня оставалось достаточно времени, чтобы просто мечтать. И это было потрясающе.

А сейчас? Мать троих детей, жена, писательница, хозяйка бизнеса, я всегда тороплюсь. Порой кажется, что одной рукой я пишу, другой занимаюсь детьми, левой ногой готовлю ужин, а правой – убираю дом.

Конечно, я в курсе, что сама это выбрала. Я хотела эту жизнь. Но признание этого не делает ситуацию проще. Я, как и многие мои знакомые, просто… очень… занята.

Последний раз я сидела на диване, ничего не делая, когда я просто рухнула на него. Был конец школьного года, и я, совершенно истощенная, страдала от недосыпа и была не способна функционировать. Единственное, на что меня хватало, – лежать на диване, уставившись в пространство. В таком состоянии меня обнаружил муж, когда вернулся домой с работы.

Тогда мне не пришло в голову, что свалиться вот так было единственным социально приемлемым способом ничего не делать. «Привлекательность болезни заключается в ее способности искупить один из величайших пороков нашего общества: ничего не делать», – пишут профессора в области управления Карл Седерстрём и Андре Спайсер в книге «Синдром велнес» (The Wellness Syndrome).

В чем же дело?

Что-то происходило, и мне это совершенно не нравилось. Я очень уставала и чувствовала себя подавленной, но не представляла, что с этим делать. В те годы, когда я писала о родительстве, я заметила, что стресс имеет огромное влияние на жизни людей и что многие чувствуют себя так же подавленно, как и я. Потребовалась одна короткая статья в неизвестном журнале, чтобы я осознала, что это лишь симптом гораздо большей проблемы, касающейся не только родителей.

Два года назад репортер Гебке Верховен опубликовала статью под названием «Никсен – это новая осознанность» (Niksen Is the New Mindfulness) в голландском журнале Gezond Nu. Мне очень понравилась идея, я помню, как подумала: «Класс, наконец кто-то говорит мне, что ничего не делать – нормально. Вот велнес-тренд, который я могу поддержать».

Но я тут же задалась вопросом: а как это – ничего не делать? Когда бы я ни позволила себе присесть отдохнуть, мой дом начинал говорить со мной. «Займись мной, займись мной», – шепчет стирка абсолютно не сексуальным образом. Совесть спрашивает, напомнила ли я детям об уроках. Оглядываясь вокруг, я вижу книги на полу и грязные тарелки на кухне. Я знаю, что дома нечего есть, и не имею понятия, что приготовлю на ужин. Как я могу просто сидеть на диване, когда я чувствую, что должна встать и позаботиться о доме и всех, кто в нем живет (кроме самой себя)? Новые задачи постоянно материализуются как будто из воздуха. Если я хочу отдохнуть, кто-то из моих детей непременно заболеет, или мне нужно будет назначить встречу, или мне вдруг напомнят сделать что-то еще. Как, во имя всего святого, я должна найти время для никсена?

И все же после той статьи меня одолело любопытство. Что же такое голландцы называют niksen? И почему у меня оно не получается? Я начала подробно исследовать вопрос и обнаружила, что обычное безделье может оказать огромную пользу, особенно тем из нас, кто, как я, чувствует себя придавленными своей ответственностью. Ничегонеделание, или никсен, действительно стоит того, чтобы попробовать.

Мои любопытство и исследование вылились в несколько статей. Затем в мае 2019 года в New York Times опубликовали мою колонку «В защиту ничегонеделания» (The Case for Doing Nothing). Через пару дней она распространилась в сети – ее ретвитнули, перепостили и ею поделились по электронной почте почти 150 000 раз. К июлю никсен был везде. Стало ясно, что я затронула острую тему.

Весь мир хотел узнать о никсене. СМИ отовсюду посылали мне запросы на интервью. Литературные агенты и издатели просили возможности представлять меня. Я была готова отказаться от всего этого как от шума из ничего (в буквальном смысле), но выяснилось, что тема откликнулась в людях повсеместно.

Начав собирать и анализировать реакции на никсен, я обнаружила, что люди сыты по горло велнес-трендами, говорящими, что мы делаем недостаточно и следует трудиться больше, чтобы улучшить себя. Вот одна из причин, почему концепт никсена нашел отклик в людях. Это самый простой вид велнеса, который можно представить.

Что меня поразило: мы просто-напросто не знаем, как это делать. Казалось бы, что может быть проще, чем ничего не делать? Но на самом деле всё далеко не так. Если бы мне платили по центу каждый раз, когда кто-нибудь спрашивает меня, как делать меньше, я бы уже стала миллионершей. Я поняла, что большинству из нас требуется помощь, чтобы научиться тому, как перестать быть такими занятыми. Я написала эту книгу в надежде, что смогу пролить свет на то, как ничего не делать, чтобы люди повсеместно осознали: это нормально – позволить себе просто так посидеть на диване.

Занятые люди повсюду

Правда в том, что мы постоянно заняты и мы в стрессе. Мы подавлены повседневными делами и поэтому чувствуем тревогу, загнанность и нехватку воздуха. Мы отчаянно ищем выход из ситуации, отправляясь за ответами даже за пределы своей страны, надеясь, что следующая книга или статья помогут стать спокойнее и жить в соответствии с нашими ожиданиями и обязанностями.

Согласно опросу Gallup 2019 года, в котором приняли участие 150 000 человек по всему миру, американцы особенно подвержены стрессу. Этот опрос, цель которого – анализировать человеческие эмоции по всему земному шару, собирает данные как по позитивным переживаниям (в вопросах типа «Вы много улыбались вчера?», «К вам относились с уважением весь день?»), так и по негативным («Вы испытывали вчера боль, грусть, тревогу или гнев?»).

Американцы не только испытывают стресс больше, чем жители других стран. Они также стали беспокойнее и раздраженнее, чем были десять лет назад. Опрос Gallup показал, что возраст моложе 50 лет, низкий доход и недовольство президентом Дональдом Трампом коррелируют с проблемами в психическом здоровье. А по всему миру показатели негативных эмоций оказались примерно на том же уровне, что и в 2017 году – самом депрессивном из всех, когда проводился опрос.

В статье, опубликованной на сайте Psychology Today, психолог Джин М. Твенге объясняет, что, хотя люди могут не признавать у себя депрессию, наблюдается заметный рост психосоматических симптомов. «Студенты колледжей на 50 % чаще говорят, что они подавлены, а взрослые чаще указывают на беспокойный сон, плохой аппетит и что все дается с трудом – классические психосоматические симптомы депрессии. Но, когда у людей спрашивают напрямую, чувствуют ли они себя в депрессии, ответы с 1980-х до 2010-х практически не отличаются».

Твенге получила известность благодаря ставшей популярной статье в The Atlantic, в которой она утверждает, что смартфоны ответственны за эпидемию депрессии у подростков. По ее мнению, всплеск депрессии связан с тем фактом, что наши отношения и социальные связи стали слабее, мы больше сосредоточены на осязаемых, материальных целях (таких как деньги) и наших постоянно растущих ожиданиях. Нетрудно догадаться, что с такими ожиданиями и целями люди вряд ли станут предаваться никсену.

Ситуация в Великобритании ненамного лучше. YouGov, международная компания по сбору мнений и данных, изучала уровень стресса в этой стране и обнаружила, что в 2017 году 74 % британцев испытывали такой сильный стресс, что не могли справляться с психологической перегрузкой. Почти половина ответивших заявила, что стресс стал причиной нездоровых пищевых привычек. Треть призналась в чрезмерном употреблении алкоголя, а 16 % сказали, что курят ежедневно из-за стресса. Почти половина опрошенных чувствовали себя в депрессии, а две трети ощущали тревогу. Особенно беспокоит то, что одна треть отметила у себя суицидальные мысли. Проблемы в финансах, социальное требование успеха, домашние заботы упоминались как главные причины стресса наравне с ухудшением здоровья близких людей. Опрос 2000 человек, проведенный газетой The Mirror, показал, что половине британцев постоянно не хватает времени, а большинство «слишком напряжены, чтобы развлекаться».

Так что неудивительно, что статья о ничегонеделании в New York Times была встречена с таким энтузиазмом. Жители большинства западных стран, вероятно, соскучились по выходным и отдыху. Пример Нидерландов – с их большим числом выходных дней, прекрасной системой социальной поддержки и комфортным балансом жизни и работы – был бы многим полезен. В такой стране никсен, или искусство безделья, занимает твердое и уважаемое положение.

Может быть, я ошиблась?

Критики, в большинстве своем голландцы, обвинили меня в создании тренда на пустом месте. Я искренне мечтаю, чтобы у меня было достаточно власти и креативности собственноручно запустить мировой тренд, но у меня их нет. Вы меня вообще видели? Я ношу джинсы и футболки каждый день, во мне нет ничего от законодательницы трендов.

Однако я убеждена, что, будучи сторонним наблюдателем, я могу предложить свой уникальный и объективный взгляд на эту страну и местные традиции, которые я изучаю уже десять лет с момента переезда. Несомненно, у голландцев есть глубокое понимание собственной культуры, но иногда нужен взгляд со стороны, чтобы осветить некоторые вопросы, которые местным могут казаться совершенно обычными. Для меня никсен – как раз такой случай, настолько обыденный, что сами голландцы его даже не замечают.

Тем не менее критика заставила меня задуматься: а действительно ли никсен – голландское изобретение? Я родилась не здесь, и нидерландский – не мой родной язык. Может быть, я поняла никсен неправильно? Моя американская подруга, которая вышла замуж за голландца и живет здесь, сказала, что не знает никого, кто бы так делал. Но несмотря на скепсис, все голландцы, с которыми я говорила о никсене, моментально понимали, о чем идет речь. Так что по крайней мере им ясно, что означает этот концепт, хотя некоторые утверждают, что не практикуют его.

Как писательница и журналистка, я тщательно наблюдаю за этой страной и ее обитателями, и могу сказать, что «никсен» – как минимум нидерландское слово, а слова обычно не появляются без привязанного к ним концепта или философии. Его значение не обсуждается в Нидерландах. Я также вижу, что у голландцев, как и у многих из нас, бывают сложности с никсеном. И меня это обнадеживает.

Сознательно или нет, голландцы определенно создали идеальные условия для того, чтобы люди приняли никсен легче, чем многие другие культуры и страны. По моему мнению, Нидерланды – идеальное место для никсена. Но что мне больше всего нравится в никсене – хотя это и нидерландское слово, оно не принадлежит Нидерландам. На самом деле, как вы увидите, в разных культурах есть свои концепты ничегонеделания.

В фокусе:

Привилегия стороннего наблюдателя

Я родилась в Польше в мультикультурной и многоязычной семье, а последние десять лет живу в Нидерландах. Я выросла в Германии, откуда родом мой муж, и меня многое связывает с Францией и Нидерландами, где мои отец и мать соответственно провели часть своего детства. У меня есть также еврейские корни, а бабушка по маме была из Украины.

Людям не всегда понятно, что со мной делать. Они как будто спрашивают меня: «Ты кто? Как нам тебя называть?» Куда бы я ни отправилась, я везде оказываюсь чужой, и это может быть непросто. В конце концов, мы все хотим принадлежать к какому-то сообществу.

Тем не менее в моей ситуации есть свои плюсы. Лучше всех их выразила художница и писательница из смешанной семьи Дженни Оделл. «Быть чужаком полезно, потому что это позволяет находить незнакомый взгляд на предположительно знакомые вещи», – написала она мне в электронном письме. И я соглашусь.

Дженни говорит: «Как бы ни было неудобно не попадать ни в одну категорию, это качество помогает мне не только наблюдать эти категории со стороны, но проводить связи между ними, которые бы иначе остались незамеченными».

Исследование Хаджо Адама показало, что парадоксальным образом переезд за границу может помочь человеку развить более ясное представление о себе. Адам называет это «ясностью Я-концепции» и определяет ее как степень, до которой чье-либо понимание себя «ясно и уверенно определено, внутренне устойчиво и стабильно во времени».

В книге «Диапазон: почему универсалы побеждают в мире специализации» (Range: Why Generalists Triumph in a Specialized World) писатель Дэвид Эпштейн утверждает, что многие экспаты становятся успешными именно благодаря своему диапазону. Вместо того чтобы уходить вглубь, как делают местные, человек со стороны собирает широкий спектр опыта. Некоторые находят свою карьеру позже и обходными путями (буквально и фигурально выражаясь). Они экспериментируют с разными профессиями и с личной жизнью. Ко многим из них успех приходит не вопреки, а благодаря их уникальному видению и опыту.

Проблема с велнесом

Прежде чем мы продолжим, я бы хотела внести ясность: я не велнес-гуру, а это не обычная книжка про велнес. На самом деле я такая же, как вы (может быть, чуть меньше: всего лишь 160 см, то есть по многим стандартам невысокая, а для Нидерландов совсем крошечная). И как бы я ни верила в никсен, я сомневалась, стоит ли добавлять свое исследование к уже и так переполненным полкам с книжками по велнесу.

Однако за последние годы я убедилась, что это необходимо. Большинству из нас нужно больше никсена, и поразительно мало из нас умеют отпустить свои задачи и ничего не делать. Хотя я не претендую на звание эксперта, я подробно изучила никсен для своих статей и этой книги.

Я подхожу с определенным опасением к тому, чтобы убеждать вас добавить этот концепт в вашу жизнь, потому что я скептически отношусь к велнес-трендам. За редкими исключениями мне удалось остаться в стороне от книг по велнесу и саморазвитию. Но я попалась в ловушку другого жанра книг с советами – о родительстве. Десять лет назад, когда я впервые стала матерью, я чувствовала такое давление быть хорошим родителем, что я читала буквально все, что можно было найти на эту тему.

Интересным образом ничего из прочитанного не придало мне уверенности в моей способности быть матерью. Наоборот, я стала чувствовать себя хуже. Книги о родительстве и велнесе похожи: они говорят нам (а не с нами) в покровительственном тоне и с умеренной озабоченностью. Эксперт непременно стремится показать вам, как ошибочны ваши методы и насколько лучше может быть ваша жизнь. У меня ушло какое-то время, чтобы понять, что эти книги делают меня не счастливее, а только неувереннее. Когда я увидела эту закономерность, я перестала их читать. Мои навыки родительства стали лучше, чем когда-либо.

Я знаю, в критике велнес-трендов в книге по велнесу есть своя ирония, но она – важная часть этой книги. Я верю, что никсен отличается от велнес-трендов, и я уверена, что к концу книги вы со мной согласитесь. Во-первых, в отличие от других трендов, никсен не требует от вас изменить себя или стать лучше. Разве не обнадеживает?

Многие согласятся, что велнес-тренды могут быть вредны. Если, например, мы ожидаем, что кристаллы вылечат рак или вагинальное пропаривание приведет к гормональному балансу (не смейтесь! Это реально существует и популяризовано Гвинет Пэлтроу), то мы обрекаем себя на разочарование, а возможно, и боль.

А сейчас велнес повсюду. «Велнес укоренился во всех аспектах нашей жизни. ‹…› Он указывает нам, как жить и работать, как учиться и как заниматься сексом», – пишут Карл Седерстрём и Андре Спайсер в «Синдроме велнес». Они сравнивают велнес с идеологией, приносящей вред самым уязвимым: «Когда здоровье становится идеологией, невозможность соответствовать становится стигмой». Одновременно принято считать, что «здоровые тела – это продуктивные тела», и то же самое касается счастья. Быть счастливым и здоровым стало социальной обязанностью, иначе мы превращаемся в обузу для общества.

От нас ожидают, что мы возьмем на себя ответственность за свое счастье, говорит Пол Долан, профессор экономики и автор книги «Счастливы когда-нибудь. Почему не надо верить мифам об идеальной жизни» (Happy Ever After: Escaping The Myth of The Perfect Life). В реальности оказывается, что наша погоня за счастьем часто лишена радости. Это все труд, труд, труд. Долан видит в таком подходе общественный нарратив, который «указывает, чего людям следует хотеть, о чем думать и что чувствовать». И он не делает нас счастливее. Более того, я считаю, что во многих случаях велнес можно рассматривать как часть движения, заставляющего людей брать все больше ситуаций в свои руки и искать альтернативы традиционному лечению. Отчасти это позитивное развитие, потому что крайне важно понимать, как образ жизни влияет на здоровье и самочувствие. Однако это не только личное дело каждого. Здоровое питание имеет огромное значение, но оно не вылечит от рака. Надежная и доступная система здравоохранения и социальная защищенность жизненно необходимы. А велнес, по моему мнению, перекладывает ответственность с институтов, правительств и общества в целом на самих людей, нуждающихся в помощи и поддержке.

Некоторые критики согласны со мной. В рецензии на «Естественные причины: эпидемия велнеса, неизбежность смерти и самоубийство, чтобы жить дольше» (Natural Causes: An Epidemic of Wellness, the Certainty of Dying, and Killing Ourselves to Live Longer) Барбары Эренрайх в The New Republic Габриель Уинант описывает велнес как «принудительную и эксплуатирующую обязанность: череду бесконечных медицинских обследований, лекарств, велнес-практик и моды на спорт, которые рискуют стать смыслом жизни, а не инструментом ее поддержания».

Вдобавок, велнес говорит людям, особенно женщинам, постоянно улучшать себя. Мы должны работать над собой: не важно, над своим разумом, телами или окружением. Иди в тренажерный зал, занимайся йогой! Убери свой дом! Работай упорнее, иначе останешься неудачником и лентяем! «Требование быть ВСЕМ заставляет большинство из нас чувствовать себя НИЧЕМ», – говорит Мэри Уиддикс, психолог, писательница и мать троих детей, чьи тексты можно увидеть в таких престижных изданиях, как Washington Post.

Помимо всего прочего, каждый велнес-тренд хочет заставить вас поверить, что именно он – лучшее решение для всех и каждого. «Если вы подстраиваетесь под чью-то чужую модель, это может помешать приближению к более глубинным ценностям», – считает Гретхен Рубин, писательница, которая регулярно обращается к темам счастья и продуктивности в своих книгах из серии «Проект счастье» (The Happiness Project) и подкасте. Если вкратце, то вы – это вы.

В фокусе:

Мировые велнес-тренды

В последние годы и даже десятилетия появлялись и исчезали велнес-тренды со всех концов Земли. Я уверена, что в будущем появятся новые. Вот некоторые из самых важных и популярных.

Осознанность

Осознанность, или внимательность (mindfulness), чаще всего в форме осознанной медитации, обсуждается уже довольно давно. Она берет свое начало в древних буддистских учениях, а ее способность смягчать симптомы стресса и тревоги помогли ей закрепиться в западном мышлении и повседневных практиках. Основная идея заключается в том, чтобы обращать внимание на состояние разума здесь и сейчас и восстанавливать внутреннее равновесие, фокусируясь на дыхании и наблюдая за приходящими мыслями без осуждения и стыда. Это может сделать вас спокойнее и внимательнее к себе и окружающим.

Дзен – похожая философия. Как объясняет японская писательница Наоко Ямамото, «в практике дзен вы должны сосредоточиться на настоящем моменте и постараться забыть о прошлом и будущем».

Hygge, gezelligheid, koselig, Gemütlichkeit

Несколько лет назад появился большой интерес к хюгге (hygge). Это непереводимое датское слово означает что-то вроде «проводить время с друзьями в приятной расслабленной атмосфере и наслаждаться простыми радостями, которые приносит жизнь». Хюгге – это прятаться дома от суровой зимы, завернувшись в плед и надев теплый свитер, желательно в интерьере от датских дизайнеров.

Норвежский концепт koselig очень близок к хюгге. Веб-сайт Life in Norway описывает его так: «В первую очередь koselig – это чувство: уюта, интимности, теплоты, счастья, полноты. Чтобы достичь такого ощущения, вам нужны соответствующие вещи. В темные месяцы кафе кладут пледы на стулья снаружи, а магазины освещают вход свечами».

Другая похожая философия – немецкое Gemütlichkeit. Как объясняет The Local, «это слово включает в себя ощущение уюта, удовлетворенности и теплоты». Этим термином можно назвать также чувство принятия в обществе и благополучия.

КонМари

Когда метод организации и уборки дома КонМари набрал популярность, все стали оценивать свои вещи на предмет радости, которую они приносят, и по итогам оставлять или выбрасывать.

Метод получил известность благодаря его основательнице Мари Кондо. Ее книга «Магическая уборка. Японское искусство наведения порядка дома и в жизни» (The Life-Changing Magic of Tidying Up) стала мировой сенсацией. Кондо обратилась к потребности людей избавиться от хлама и их стремлению к более минималистичному образу жизни.

«Шведская уборка смерти» – своего рода мрачная сестра метода КонМари. Этот подход предполагает разбор и избавление от вещей перед смертью, чтобы люди после вас не должны были разбираться, что с ними делать.

Еще несколько модных трендов

Недавно медиа заговорили о корейском концепте нунчи, который предполагает чувствительность к эмоциям других людей, и о японском концепте икигай – способе обретения смысла жизни, названном секретом счастья, здоровья и долгой насыщенной жизни.

Так зачем нужен никсен?

С таким разнообразием трендов, философий и быстрых решений зачем нам еще одно модное течение? Меня часто спрашивают об этом в интервью, и я не удивляюсь. В конце концов, безделье едва ли кажется революционной идеей. Но, как вы скоро узнаете, никсен – это гораздо больше, чем просто ничего не делать. Гораздо, гораздо больше. Сегодня, когда все ведут невероятно занятую жизнь, отказаться бежать куда-то сломя голову – нестандартно. Когда вы почувствуете себя комфортно с никсеном, вы также ощутите, что вам комфортно отказаться от чрезмерной занятости. Никсен поможет вам избавиться от загруженности, вместо того чтобы добавлять к ней.

Однако загруженность – только часть проблемы. Есть еще и постоянное давление, требование быть на высоте во всех сферах жизни. Мы ждем от себя полной отдачи на работе (никогда не терять времени и становиться все более продуктивными), после которой мы должны приходить в безупречный дом (пожалуйста, расскажите, если вы знаете, как это сделать!), воспитывать вежливых и творческих детей (прочитайте список вещей, которыми вы наносите вред своим детям) и всегда иметь время отвозить их в спортивные секции, кружки и студии. И давайте не забывать, что еще от нас ждут, что мы будем понимающими супругами и партнерами. А что насчет вашего здоровья? Там тоже высокие требования. Пищевые привычки: вы пробовали спирулину или кейл? Когда вы в последний раз были в фитнес-клубе? Вы готовы к следующему марафону? Если эти вопросы вас раздражают, то, может быть, следует записаться на семинар по осознанности, который превратит вас в более спокойного и доброго человека?

Мы ждем от себя, что станем, как говорят немцы, eierlegende Wollmilchsau – свиньей, которая в придачу к мясу дает молоко, яйца и шерсть. Мы требуем от себя быть всем для всех и всегда. Быть современным человеком – очень утомительно.

При таком мировоззрении мы чувствуем, что недостаточно хороши такими, какие есть, и это порождает запрос на совершенство, заставляющий нас читать про хюгге, или КонМари, или какой угодно новый тренд. Но какое новое усилие потребуется от нас? Что мы должны будем делать? Что мы должны будем купить?

Никсен отвечает на стремление к более простому, минималистичному образу жизни. Избавление от лишнего обрело популярность в последние годы, и поэтому я не думаю, что интерес к никсену появился из ниоткуда. Желание ничего не делать старо как мир. Оно просто было скрыто, как будто отсутствие у него названия делало невозможным разговор о нем. Все изменилось, когда люди открыли для себя никсен – легкопроизносимое слово – и развернулась дискуссия.

Так кто же тогда решает, что станет трендом? Человек, который хочет его запустить, или люди, которые его воспримут, начнут читать и писать о нем, или те, кто воплотят его в жизнь? Словарь Merriam-Webster определяет тренд как, среди прочего, «преобладающую тенденцию или направление, всеобщее движение, актуальный стиль или линию развития».

Движутся ли люди к тому, чтобы включить никсен в свою жизнь? Это тенденция или направление? Если да, то я надеюсь, что эта книга поможет внести чуть больше ясности в вопрос, что такое никсен и как его практиковать.

Что вы найдете в этой книге?

Я собираюсь поделиться всем, что я узнала с того момента, когда начала исследовать никсен, или голландское искусство ничегонеделания. И хотя я редко провожу свои дни расслабленно, я могу сказать, что у никсена действительно есть потенциал изменить вашу жизнь. Если мы перестанем быть вечно занятыми, мы сможем стать счастливее, креативнее, продуктивнее и принимать более грамотные решения. Это вряд ли будет легко, и потребуется больше, чем одно наше усилие, но я верю, что все возможно.

Каждая глава посвящена отдельному аспекту философии никсена. В книге вы найдете вставки, которые я назвала «В фокусе», с интересными фактами, историями или комментариями экспертов – от людей с опытом жизни в Нидерландах до исследователей разных сторон никсена. Я приведу данные из широкого спектра дисциплин, включая социологию, биологию, психологию, историю, межкультурную коммуникацию, а также из моего собственного опыта. Так как никсен – очень новая идея, информации о ничегонеделании нашлось мало и до многого мне пришлось дойти самостоятельно.

Каждая глава заканчивается тремя никсен-вопросами для вас, чтобы поразмышлять над ними в свободное время.

В первой главе вы поближе познакомитесь с концептом никсена, узнаете, что это (и чем это не является), как мы относимся к ничегонеделанию и что мы по этому поводу думаем. Осторожно, спойлер! Может быть, не всегда осознанно, но мы все делаем это.

Вторая глава посвящена Нидерландам и моим наблюдениям за этой маленькой, но плотно населенной страной. Вы узнаете о ее особенностях и образе жизни. И хотя некоторые ее жители могут со мной поспорить, вы увидите, что это место идеально для никсена.

Третья глава объясняет, откуда берется наша постоянная занятость и как она влияет на наше здоровье и общение. Несмотря на то что я фанатка технологий, я расскажу о том, как экраны управляют нашей жизнью, поглощая наше время. Из этой главы вы также узнаете, что делает стресс с телом и разумом.

Четвертая глава показывает, как никсен может позитивно влиять на нашу жизнь. Здесь вы прочитаете, как он делает нас продуктивнее, креативнее и расслабленнее и как он укрепляет навыки принятия решений.

Пятая глава – практическая, она научит вас, как включить никсен в самые важные сферы жизни: работу, дом и общественное пространство. В ней вы найдете полезные советы, как выкраивать больше времени для ничегонеделания.

Шестая глава говорит о ситуациях, в которых никсен не работает, и отвечает на критику. Мой вывод прозрачен: никсен работает для многих из нас, но не для всех. Если вам он не подходит, не переживайте. У меня есть советы, что вы можете делать вместо него.

И если вы дойдете до конца книги, я поделюсь ответом на вопрос, получилось ли у меня самой освоить голландское искусство безделья или я с треском провалилась. Вы также может ожидать некоторых предсказаний о будущем работы, досуга и человечества в целом. Если у вас возникает вопрос, какая у этих рассуждений связь с никсеном, отвечу: самая прямая.

Подумайте:

1. Вы чувствуете себя слишком занятыми и напряженными?

2. Когда вы в последний раз абсолютно ничего не делали?

3. Что вы чувствуете, сталкиваясь с разнообразием популярных велнес-трендов?

Глава 1. Что такое никсен?

Я сижу на своем потрясающе удобном коричневом диване. Держу в руках чашку горячего чая, ощущая пальцами тепло. Это моя любимая кружка, расписанная вручную, с цветочными узорами в зеленых, коричневых и голубых тонах. Скорее всего, рядом лежит белая электронная книга, которую муж подарил мне на прошлое Рождество. На самом деле я в этом уверена: я не выношу долгой разлуки со своими книгами.

Я удобно устроилась на диване. Я сижу, подобрав ноги и облокотившись левой рукой на подлокотник. Эта поза для меня абсолютно естественна.

Часто, когда я сижу вот так, я читаю книгу или редактирую статью. В обоих случаях довольно очевидно, что я делаю: я либо читаю, либо работаю. А теперь представьте себе такие три варианта:

1. Я сижу на диване в той же самой позе, но размышляю о статье, которую хочу предложить редактору.

2. Я по-прежнему на диване, но мысленно погружена в повседневные задачи, я планирую ужин, вспоминаю, не нужно ли чего-нибудь детям, или беспокоюсь о них.

3. И наконец, я на диване. Я смотрю на ковер, перевожу взгляд в сад и замечаю, что розы все еще цветут, несмотря на холодную погоду. Мой муж включил музыку, и я слушаю голос певца и ритм ударных.

Что из предложенного вы бы назвали никсеном? Даже если вы еще точно не знаете, что это, я уверена, что вы сразу угадаете, какая из трех ситуаций – пример настоящего ничегонеделания.

Никсен – как это едят?

Когда я учила немецкий в Варшавском университете, у меня была возможность брать уроки нидерландского. Но это значило бы еще один год учебы, а мой парень ждал меня в Германии. Я пропустила курс, будучи уверенной, что он мне никогда не понадобится. Но по иронии судьбы я оказалась в Нидерландах и все-таки должна учить этот язык.

Нидерландский – непростой язык, особенно в том, что касается произношения. Как-то в начале его изучения я пошла в мясную лавку и попросила полкило фарша. По крайней мере, я так думала. Но, к своему большому удивлению, я пришла домой с маленьким пакетиком мяса. Очевидно, я произнесла viif (пять) как twee (два). Вот и разбирайся с этим. Я была слишком усталой, чтобы возвращаться. К счастью, в кладовке нашлась чечевица. Результат: почти вегетарианские фрикадельки. Креативности мне не занимать.

Помимо того, что это сложный язык, нидерландский еще и смешной и причудливый. «Я могу сравнить нидерландский с картиной, написанной огромной палитрой красок», – говорит моя учительница Марьян Симонс.

Я особенно в восторге от уменьшительных слов, например hondje, huisje и bompje, которые означают соответственно «собачка», «домик», «деревце». Просто добавляете -je, и слово становится маленьким. «Мы самая высокая нация в мире, но наша страна маленькая. И все, что нам нравится, становится уменьшенным», – поясняет Марьян.

Еще я очень люблю, что все что угодно можно превратить в глагол. Играть в теннис? Нет, tennissen! Расплачиваться карточкой? Нет, pinnen! Пойти с друзьями пропустить по стаканчику (borrel) и разделить какие-то закуски? Нет, borrelen! Возьмите любое слово или выражение и сделайте из него глагол, просто прибавив -en. Ничего не делать? Нет, niksen! Действительно потрясающе. В моем родном польском, когда сталкиваются с чем-то новым, спрашивают: как это едят? Итак, как же едят никсен?

Делают ли голландцы niks?

По-нидерландски niks значит «ничего». От существительного niks до глагола niksen – всего один маленький шаг. Так что никсен означает буквально «ничего-ть». Марьян Симонс предложила другое объяснение: никсен происходит от niks doen (ничего не делать), которое затем сократилось до niksen.

Когда я исследовала никсен, я узнала другие нидерландские слова с похожим значением. Например, lantefanten. Голландская писательница, редактор и предпринимательница Элиза де Брес объясняет на своем сайте BoekCoach.nl, что lantefanten похоже на никсен тем, что «ты можешь делать то, что нравится, без какой-либо цели».

Другой синоним – luieren (попробуйте только произнести все эти гласные! Я здесь уже десять лет, и все еще не научилась). Между прочим, заголовок голландского издания этой книги – Niksen: De Dutch art of luieren[3]. Сначала я думала, что это слово значит «лениться», потому что lui значит «ленивый», но оно также означает «болтаться без дела». Encyclo.nl, онлайн-словарь нидерландского, определяет его как «сознательно ничего не делать или делать не очень много».

Как писательница, переводчица и лингвист, я знаю, что язык – это окно в культуру. Мне интересно, как получается, что в народе, богато одаренном словами для ничегонеделания, находятся люди, не готовые признать, что время от времени предаются никсену, пусть даже не осознавая этого?

Японская писательница Наоко Ямамото живет в Нидерландах последние 15 лет. Она согласна с тем, что голландцы очень преуспели в никсене. «В отпуске они могут провести целый день, ничего не делая: лежать на пляже, сидеть в парке или просто остаться дома. А в солнечный день многие люди сидят на верандах и пьют пиво или кофе», – написала она мне.

Японцы, говорит Ямамото, совсем не сильны в никсене, однако идея звучит знакомо. «Японцы на самом деле знают, что нужно отдыхать, так что концепт никсена уже не совсем нов, но то, как голландцы практикуют его, может быть очень вдохновляющим для нас», – сказала она.

Возможно ли, что голландцы и сами не осознают, как много и успешно они предаются никсену? Иногда нужен взгляд со стороны, чтобы увидеть истину.

В фокусе:

Голландцы и никсен

Моя подруга Тесса Лагеман, писательница, живущая в Гааге, говорит, что ей не дается никсен, и она в этом не одинока. «Многие люди не могут ничего не делать. Они бы и хотели, но чувствуют необходимость быть полезными», – говорит она. Еще добавляет, что до появления интернета голландцы предавались никсену довольно легко.

Моя учительница нидерландского Марьян Симонс говорит, что редко видит голландцев ничего не делающими. «Мы очень активные. Мы катаемся на коньках, играем в хоккей, любим спорт. Кроме этого, мы заняты своими хобби и волонтерством», – утверждает она. Когда я спрашиваю ее, как голландцы расслабляются, она отвечает: «Мы занимаемся спортом и много читаем».

Именно поэтому Тесса Лагеман считает, что никсен может быть привлекателен для голландцев в наши дни, когда столько всего отвлекает внимание. Она считает никсен позитивным словом и приводит выражение lekker niksen – «вкусно ничего не делать» – в качестве доказательства. Когда я задаю ей вопрос, предаются ли голландцы, которых я часто вижу сидящими на скамейках в парке или лежащими на пляже, никсену, она сомневается, прежде чем ответить: «Это просто часть пешего или велосипедного путешествия, плавания, чтения книги на пляже. Может быть, это вид никсена, но не воспринимается таковым».

В отличие от Тессы, Антон де Йонг считает себя экспертом по никсену (я лично предпочитаю слово «никсенист»). Он определяет никсен как «сидеть и купаться в солнечном свете». Я спрашиваю его, имеет ли никсен позитивное или негативное значение. Он отвечает: «Зависит от ситуации. Человек может быть затерян в глубоких мыслях или может готовиться перейти в храпящий режим».

Я долго и упорно думала о том, как лучше всего использовать это слово в книге. «Заниматься никсеном» звучит неуклюже, «никсенить» ощущается как-то неправильно. Так что я дала себе немного пространства для творчества. Иногда я использую никсен как существительное – например «философия никсена» или «лучшее в никсене». Иногда я говорю «мне нравится делать никс», но вы можете услышать, как я говорю «никсенить» (niksening). И хотя грамматически это не очень верно, в английском слово работает. Наконец, так как я считаю, что должно быть слово, обозначающее человека, который ничего не делает, я буду использовать слово «никсенист». Я даже запустила группу в Facebook с таким названием. Присоединяйтесь!

После определения значения слова niksen в нидерландском языке мне нужно было прояснить, что же такое никсен на самом деле. Что мы делаем, когда мы ничего не делаем? Оказалось, что на этот вопрос ответить гораздо сложнее, чем я думала, потому что про никсен почти не было информации, когда я начала его исследовать. Может показаться, что ничего не делать – просто и понятно, но это не так. Копая глубже, я смогла получить кое-какие ответы.

Каролин Хамминг, коуч в CSR Centrum – организации, объединяющей голландских экспертов в битве со стрессом и выгоранием, – говорит, что никсен – это «делать что-то без цели, например смотреть в окно, гулять, слушать музыку». Хамминг – эксперт по никсену, и ее цитировали во многих статьях на эту тему.

Делать что-то без цели? Звучит великолепно. Вы не смотрите в окно, чтобы стать более спокойным и расслабленным человеком, вы делаете это просто так.

Но мы всегда что-то делаем

Когда я спросила Манфреда Кетс де Вриса, известного голландского исследователя управления и психоаналитика, что значит ничего не делать, он ответил: «Это очень хороший вопрос. Вы не можете ничего не делать. Потому что, если вы ничего не делаете, вы мертвы».

В ходе моего исследования быстро стало понятно, что ничего не делать – чрезвычайно сложно, а то и вовсе невозможно. Даже во время сна или отдыха в теле и мозге происходят многочисленные бессознательные процессы, большинство из которых мы не замечаем. Легкие дышат, сердца бьются, желудочно-кишечный тракт переваривает пищу и вырабатывает гормоны. И это прекрасно, потому что я уверена: если бы мое дыхание и сердцебиение не регулировались телом, я бы про них забыла. «Упс, я забыла сегодня дышать», – вздохнула бы я. И не могли бы вы, пожалуйста, запустить мое сердце при случае?

Мы можем не замечать, как растут наши волосы и ногти. В мозге происходит постоянная активность – одни воспоминания мы теряем, другие закрепляем и получаем новые. Мы обдумываем проблемы, строим планы на будущее, мечтаем. Удивительно наблюдать, сколько энергии и деятельности требуется, чтобы просто быть живым – пусть даже спящим – человеком.

Можно взглянуть на человеческую активность как на непрерывный континуум. «Вы начинаете с нуля, у вас нулевой расход энергии, и вы по сути мертвы. Затем, в один год, вы ничего не делаете, только дышите и сидите. А затем вы встаете – очень небольшая физическая активность, а затем и идете, и бежите – это уже серьезная активность», – говорит Матье Буагонтье, физиотерапевт, увлеченный нейронауками, и автор исследования, показавшего, что люди – ужасно ленивый вид. О его работе вы узнаете больше в третьей главе, когда мы будем говорить о том, почему никсен – это так сложно.

Гретхен Рубин, писательница, известная благодаря книге «Проект счастье», дает свое собственное определение никсену: «Я бы назвала это валять дурака или слоняться». Я спрашиваю ее, как для нее это выглядит на практике, она дает такое описание: «Я бесцельно брожу по квартире или своему району. Я должна была срочно сделать какие-то дела, а теперь просто бездельничаю. Без спешки, без мыслей о других задачах. Просто смотрю кругом. Дома я просматриваю почту, но только потому, что она случайно оказалась под рукой». Я согласно киваю. «Такое ощущение воскресного утра. Просто болтаться без дела. Свободно, неупорядоченно», – рассказывает она мне, и я вздыхаю, потому что нахожу это восхитительным.

Когда я собрала определения никсена и мнения экспертов, я обнаружила, что многие из них не согласны между собой. Некоторые из специалистов, с которыми я консультировалась, связывают никсен с чувством скуки. «Я понимаю скуку как момент, когда нет никаких планов, кроме того, чтобы просто быть. Ваш разум и тело приходят к точке, в которой вы можете абсолютно бездействовать», – говорит Дорин Доджен-Маги, психолог и автор книги «В устройствах: уравновешивая жизнь и технологию в цифровом мире» (Deviced: Balancing Life and Technology in a Digital World). Я прошу привести пример, и она отвечает: «Смотреть на облака, просто смотреть в окно. Быть со своими мыслями без оценивания, без мысли “Я должен осознанно медитировать”, а просто пребывать в настоящем». Размышляя о ее ответе, я должна сказать, что это похоже на никсен, а не на скуку.

Как бы ни были занимательны эти разнообразные определения, было бы неплохо прийти к чуть большему консенсусу, что же такое ничегонеделание. Но пока что каждый понимает никсен по-своему. Как отмечает художница и писательница Дженни Оделл, автор книги «Как ничего не делать» (How to Do Nothing), «ничего не делать значит для каждого разное». Оделл определяет это как «находить даже самые маленькие возможности, чтобы делать что-либо без цели. Их можно обнаружить, когда едешь в автобусе, ждешь в очереди и в другие промежуточные моменты: просто примите решение наблюдать как можно больше, без оценки и с готовностью удивляться».

В фокусе:

Ничегонеделание в мире

Во всем мире люди нашли оригинальные способы ничего не делать. Давайте взглянем на некоторые примеры из разных стран, чтобы сравнить, как люди обращаются с праздностью. Этот список не исчерпывающий. Я уверена, есть еще много того, чего я не знаю.

Dolce far niente

Италия знаменита вкусной едой и расслабленным подходом к жизни. Неудивительно, что оба признака объединились в одном чудесном выражении: dolce far niente. Дословно оно значит «сладкое ничегонеделание». Оно похоже на английское sweet, sweet nothing и на нидерландское lekker niksen, потому что описывает праздность как нечто сладкое, вкусное.

«Тут нет негативных коннотаций. Dolce far niente может быть чтением книги. Это непродуктивная приятная активность. Может быть, вы смотрите кино. Выражение не значит, что вы ленитесь», – объясняет итальянка Сильвия Беллецца, преподавательница маркетинга в бизнес-школе Колумбийского университета.

Сиеста

Идея сиесты распространена во многих средиземноморских странах, особенно в Испании и Франции. Это время в середине дня, когда на улице слишком жарко, идеально подходит для короткого дневного сна – или для никсена.

Шаббат

Шаббат начинается с заходом солнца в пятницу и заканчивается на закате в субботу. В иудаизме это особое время для молитв, семьи и общности. Еду готовят до начала шаббата, потому что работа в субботу запрещена, так же как использование электричества и любых экранов, рассказала мне Ребекка Бек, представительница хасидской семьи из Антверпена.

Хотя в еврейской культуре на безделье смотрят с подозрением, шаббат – важнейшая часть традиции, которую сохраняют многие евреи. Разве не был бы нам всем полезен один полный день в неделю без электронных девайсов, проведенный в тишине и размышлениях?

Встречайте бездельников

У голландцев есть никсен, а у британцев – движение бездельников (the idler movement). В интервью журналу Mother Jones основатель движения Том Ходжкинсон заявил, что идеальный мир «был бы полон людей, разъезжающих по улицам на велосипедах, посвистывая и приподнимая шляпы в знак приветствия друг другу [смеется]. Все бы подолгу гуляли на природе и дурачились целыми днями». По-моему это очень похоже на Нидерланды.

У-вэй

Китайский концепт у-вэй можно перевести как «недеяние». Он берет свое начало в даосском учении Лао-цзы, одного из самых значимых китайских философов. «Некоторые считают этот концепт пессимистичным и пассивным. Однако его можно понимать и позитивно», – объясняет Аманда Хсиюнг Блоджетт, преподавательница мандаринского и блогер в Miss Panda Chinese. Один из аспектов у-вэй – бесцельность, а как вы помните, среди определений никсена есть «делать что-либо без цели».

Выпустить свою внутреннюю свинособаку и другие забавные выражения

Некоторые культуры и страны с неодобрением смотрят на ничегонеделание. В Германии эффективность, усердный труд, мастерство и непревзойденное качество ценятся превыше всего. Одно из моих любимых немецких выражений – den inneren Schweinehund auslassen, буквально его можно перевести как «выпустить свою внутреннюю свинособаку». Schweinehund корректнее переводить как «кабан», но мне нравится идея свинособаки. Если вы погуглите innerer Schweinehund, то найдете множество статей, объясняющих, как бороться с внутренним ленивым чудовищем. Слово Schweinehund в Германии считается оскорбительным.

Словарь Wictionary дает такой перевод выражению innerer Schweinehund: «слабая, ленивая часть природы человека». Но хотя делать правильные выборы в жизни – действительно важно, иногда совсем не плохо выпустить на волю свое внутреннее ленивое чудовище.

В других частях мира никсен воспринимается более позитивно. На языке суахили слово starehe значит быть «довольным и в комфорте», например греться на солнце, ничего не делая, и чувствовать себя хорошо. Вот что такое starehe, говорит мне писательница Ваканьи Хоффман. Думаю, звучит точь-в-точь как никсен.

Илзе Левина, автор блога Let the Journey Begin, родилась в Латвии и живет в Германии. Она говорит мне, что в ее родном языке есть слово gurķoties, которое можно перевести как «валяться как огурец». По-моему, очень смешно!

Люди по всему миру подходят к ничегонеделанию по-разному, иногда весьма творчески. Валяетесь ли вы огурцом или выпускаете на волю свою свинособаку, способы выражения нашего желания иметь время для праздности бесконечны. Как видно, в никсене нет ничего странного, это нормальная часть жизни.

Чем никсен не является

В интервью про никсен меня редко просят дать ему определение кроме перевода с нидерландского. Каждый сразу более-менее понимает, что это значит, по крайней мере в рамках собственного опыта. Однако я считаю важным уточнить. Я часто встречаю людей, которые говорят, что ничего не делают, в то время как они определенно делают что-то: листают Facebook или смотрят телевизор. Так я обнаружила, что, чтобы максимально четко определить никсен, нужно сначала определить, чем он не является.

Никсен – это не работа

Мой отец – физик-теоретик. Я писательница. Большая часть нашей деятельности заключается в том, чтобы сидеть с бумагами, думать, может быть, что-то записывать. Но в основном думать. Со стороны это может выглядеть очень похоже на ничегонеделание.

Как люди могут почувствовать разницу?

Никак. Разве что – спросить или быть в курсе нашей работы.

Однако хотя может казаться, что вы иногда занимаетесь никсеном на работе, никсен – это не работа. Различать их бывает сложно, особенно для людей творческих профессий, таких как я. «Если вы занимаетесь творчеством, вы никогда не не работаете, потому что всегда есть проблемы, которые вы пытаетесь решить. Мы размышляем о насущных задачах или ситуациях, в которых застряли», – рассказывает эксперт по продуктивности и признанный автор Крис Бэйли. Он считает, что идеи приходят не только из внешнего мира, как, например, когда мы находим книгу, которая нам нравится и которая помогает решить запутанную проблему, но и изнутри блуждающего разума. Поэтому думать – это работа, а не никсен.

Никсен – это не эмоциональный труд

Увлеченная идеей, что некоторые виды деятельности выглядят как ничегонеделание, я рассказываю Рюту Венховену, известному социологу и пионеру в исследованиях счастья, о тех многих моментах, которые я провела, сидя на диване и будучи занятой не видимой остальным работой. Я говорю ему о беспокойстве, планировании, заботе о счастье моих домочадцев. «Нет, ты просто размышляешь. Я бы не назвал это никсеном», – отвечает он мне. Я соглашаюсь, что беспокойство – это не никсен, потому что оно точно не ощущается таковым, но мне не нравится, что его обесценивают словами «просто размышлять».

Журналистка Джемма Хартли, автор книги «Достало! или Крепкое женское плечо» (Fed Up: Women, Emotional Labor, and the Way Forward), дает этому гораздо лучшее название: эмоциональный труд. Если я сижу на диване и беспокоюсь, назначила ли я следующий прием у стоматолога для детей, это не никсен – и не «просто размышления». Я занимаюсь эмоциональным трудом – невидимым ментальным грузом и эмоциональным менеджментом, необходимым для обеспечения комфорта и счастья близких. Эмоциональный труд может иногда выглядеть как никсен, потому что не заметен со стороны и им можно заниматься, сидя на диване.

«Это вычисления в уме, активная эмпатия, планирование, отслеживание и мониторинг в нашей голове, необходимые, чтобы поддерживать плавный ход повседневной жизни», – объясняет Хартли. Лично я испытала одновременно облегчение и раздражение, когда узнала, что все то обдумывание, планирование и мониторинг, которыми я занимаюсь, имеют название.

Изначально я хотела отнести эмоциональный труд к никсену, но это бы означало отрицание и пренебрежение всей важной работой, отнимающей столько времени, энергии и мыслительного пространства у многих женщин (потому что обычно ею занимаются именно женщины). Благодаря ей так много жизней идут гладко.

Так что я предлагаю всем признать существование эмоционального труда и помочь тем, кто его выполняет, найти больше времени для никсена.

Никсен – это не осознанность

Хотя они могут выглядеть похоже, осознанность – не никсен. Их объединяет состояние спокойствия, но по своей сути это совершенно разные вещи.

«Я бы не назвала медитацию ничегонеделанием, – рассказывает мне Гретхен Рубин, у которой большой опыт с этой практикой. – Я принимаю определенную позу, я концентрируюсь, я настраиваюсь делать что-то, пусть и неподвижно. На самом деле это очень особенный вид активности». Я думаю, что осознанность и медитация включают в себя много работы, а вовсе не только расслабление и спокойствие. Недавно я заметила, что меня очень раздражает летняя жара и я абсолютно не готова присутствовать в таком моменте. Вместо этого я сделала нечто, чего обычно не делаю: я убралась в гараже. Я выкинула пять мешков мусора, пропылесосила, навела порядок на полках.

Не скажу, что получила огромное удовольствие, но дело было сделано быстро и эффективно. Почему? Потому что я не была осознанной. Я не концентрировалась ни на том, что делаю, ни на дыхании, ни на чакрах, ни на своем теле. Я просто отключилась от мира, напевала песенку про себя, планировала свой день и думала о чем-то приятном, не имевшем ничего общего с настоящим моментом.

Никсен можно даже описать как антиосознанность, потому что он не требует от вас внимательности к телу, дыханию, настоящему моменту или вашим мыслям. Напротив, никсен можно использовать с противоположной целью: убежать внутрь своей головы и потеряться там на время.

Никсен – не лень и не скука

Если вы прилегли отдохнуть днем, вы можете почувствовать себя ленивым, но немного никсена совершенно не делает вас лентяем.

В детстве я часто наблюдала, как моя мама, профессор генетики и самый талантливый и амбициозный из известных мне людей, расслабляется после долгого рабочего дня, между рецензированием диссертации и новым проектом, переводом патента и чтением научной книги. В результате я знаю, что можно заниматься никсеном и не быть ленивым. Как говорит моя подруга, писательница Самара, «никто не назовет меня ленивой. Я упорно работаю и упорно предаюсь праздности».

«У лени негативные коннотации, разговор об эффективности кажется более приемлемым. Мы должны быть осторожны в том, как говорим об этом», – говорит Матье Буагонтье.

Хотя многие эксперты, с которыми я консультировалась по поводу никсена, специализируются на скуке, между этими понятиями есть огромная разница. Никсен значит «ничего не делать без цели», а скука может быть определена как «желание заняться удовлетворяющей активностью, но неспособность это сделать», согласно исследованию Джона Иствуда, психолога из Йоркского университета. То есть во время никсена вы ничего не делаете, потому что так хотите. Но, когда вам скучно, вы бы предпочли заняться чем-то другим. Именно поэтому мне скучно убираться дома, но никогда не скучно предаваться никсену.

Никсен – это не книги, телевизор или социальные сети

Несомненно, есть соблазн назвать чтение, просмотр Netflix или зависание в соцсетях «ничем». Когда кто-то спрашивает нас в такой момент: «Эй, чем ты занимаешься?» – мы часто отвечаем: «Ничем!» Но книги или Netflix – не никсен.

«Люди думают, что делают перерыв, когда на самом деле это не так. Они просто переходят от одного отвлекающего фактора к другому: от рабочего контекста к погружению в телефоны на десять минут или около того. Так мы все время отвлечены чем-то», – говорит специалист по продуктивности Крис Бэйли.

То, что мы делаем онлайн, – не «ничего». Это работа, нетворкинг, поиск информации или прокрастинация (как у меня сегодня, когда я застряла на просмотре смешных видео).

То же самое можно сказать о телевидении. Оно может быть развлечением, расслаблением, способом развеяться или узнать что-то новое, но не никсеном. Это важное разграничение, потому что я не утверждаю, что следует заменить развлечения на никсен. Соцсети нужны нам не без причины. И не без причины мы пересматриваем все шесть сезонов «Хора» (или только я так делаю?). Эти причины важны, и мы имеем на них право.

Как мы говорим об этом

Первый шаг к пониманию и принятию силы никсена – осознать, как мы оцениваем ничегонеделание и как говорим о нем. Подумайте, когда вы используете слово «ничего»? Мы склонны говорить о ничегонеделании, как будто стыдимся его, особенно в сравнении с работой. «О, это ничего», – скажем мы тогда, когда, по нашему мнению, должны были бы работать, а не прокручивать ленту в Facebook. Слово «ничего» часто превращается в «не важно». Или еще хуже – «нежелательно». Представьте себе ребенка, который говорит, что «ничего» не сделал, когда ваш любимый ковер весь в шоколаде и крошках, а дорогие конфеты, которые вы купили себе, куда-то пропали.

«Это кажется негативным термином, не так ли? Люди говорят: я такой ленивый или обвиняют друг друга в лени», – отмечает Сэнди Манн, британский психолог, возвращая лень в уравнение. Но лень не всегда плоха, «потому что иногда мы скажем: “У меня было такое ленивое утро”, и это воспринимается как нечто хорошее». Лень доставляет беспокойство, считает Манн, «только когда ее слишком много».

Когда моя статья про никсен в New York Times распространилась, люди отовсюду спрашивали у меня совета, как найти больше времени для никсена. «Я не знаю, – обычно отвечала я, – присядьте на пять минут и просто сделайте это!» Боюсь, мой совет не очень полезен. Ничегонеделание не приходит само по себе.

«Просто сделайте это» оставляет без внимания важные вопросы. Почему мы не можем ничего не делать? Почему это так трудно? С тех пор я пересмотрела эту часть совета. Когда меня спрашивают сейчас, я отвечаю: «Просто сделайте это, когда можете. И не переживайте, если это невозможно, или очень сложно для вас, или удается только на несколько минут. Попробуйте и посмотрите, работает ли никсен для вас. И помните, даже пары минут достаточно».

Одна из причин, почему никсен – это так сложно, заключается в том, что мы испытываем стыд, если предаемся очевидно непродуктивной активности. Мы придаем мало значения занятиям, которые можно счесть пустой тратой времени, например смотреть в окно, сидеть спокойно, рассматривать комнату. Поэтому деятельность, не приносящая немедленного результата, дается нам с трудом. Сложно увидеть (моментальную) пользу от ничегонеделания, особенно учитывая все то, чем мы могли бы заняться вместо никсена. Сказать «просто сделайте это» – слишком просто, когда требуется радикальная смена перспективы.

Нам нужно начать видеть никсен как он есть и ту потрясающую пользу, которую он предлагает. Давайте называть вещи своими именами.

Никсен – не какое-то случайное, неважное занятие. Он имеет значительные моментальные и долгосрочные преимущества. Голландцы говорят: «Ничего не делать не хорошо ни для чего». Но я бы попросила различать: «Ничего не делать – определенно не ничего».

Новая перспектива

Впуская никсен в жизнь, люди наконец позволяют себе делать меньше, а не больше. Мы начинаем осознавать, что нужно замедлиться и перестать быть вечно занятыми. И хотя никсен требует определенного усилия, чтобы найти время на него в течение дня, он не требует, чтобы мы изменили что-то в себе или своей жизни.

С другой стороны, среди нас есть те, кто хочет уделять больше времени никсену, но чувствует, что не заслуживает этого. Такие люди попадаются в ловушку мыслей типа «я займусь никсеном после того, как закрою все рабочие дела, приведу дом в идеальное состояние, приготовлю ужин из пяти блюд и уложу детей спать».

Если вы узнали себя, то, пожалуйста, поймите: вам не нужно мое разрешение, чтобы ничего не делать (но на всякий случай вот оно). Вы не теряете своей ценности от того, что позволяете себе взять паузу.

А если и это неубедительно, то ниже я даю несколько вариантов, как переосмыслить никсен. Надеюсь, вы увидите, насколько он может быть полезен.

Сделать перерыв

«Что такое перерыв?» – спрашиваю я Криса Бэйли, коуча и эксперта по продуктивности. Его ответ звучит точь-в-точь как никсен. «Я называю перерывом нечто, что позволяет нашему разуму хотя бы недолго бесцельно бродить. Мы не сосредоточены на чем-либо, и мы не должны управлять своим вниманием». Хотя вы не всегда ничего не делаете во время перерыва на работе, важный элемент такого перерыва, как и безделья, согласно Бэйли, – это рассеянное внимание.

«Когда вы действительно расслабленны, вы обычно не сфокусированы ни на чем, ваш ум блуждает, пока вы делаете что-то, на чем не нужно заставлять себя концентрироваться», – говорит коуч. Чем не никсен?

Британский психолог Сэнди Манн рассказывает мне, что, когда она помещает людей в ситуацию сенсорной депривации, когда ничто не воздействует на их органы чувств и им нечем себя отвлечь, они сначала сопротивляются, затем привыкают, а после говорят, что пережили нечто вроде мини-отпуска.

Отпуск – несомненно, прекрасное время для никсена, если он проходит без давления. Пляжи, леса и горы – не только отличные места для пеших прогулок, плавания и гурманства, но и идеальный фон для ничегонеделания. Например, расслабляться у моря, просто наблюдая, как волны накатывают на песок, – голландцы часто так делают летом. Вдыхать запах сосен в лесу и наслаждаться моментом тишины перед пикником. Никсен – время спокойствия, молчания, когда можно забыть о проблемах и расслабиться, а возможно, немного порефлексировать.

Забота о себе

Я не люблю термин «забота о себе», потому что забота о ком-либо не должна быть только личной ответственностью. Кроме того, он вызывает в сознании образы дорогих спа-курортов и пенных ванн. Но так как термин очень популярен, я не против использовать его в случае, когда вы хотите ничего не делать, но испытываете чувство вины за непродуктивность. Забота о себе означает сделать перерыв в работе или домашних обязанностях и дать себе минуту расслабиться. Писательница Брианна Уист назвала это «строительством жизни, от которой не хочется сбежать».

«Я смотрю на ничегонеделание как на потенциальную форму заботы о себе, но заботы о себе в активистском смысле, который описывает Одри Лорд, а не коммерческую ее форму, которую мы сейчас находим повсюду. Для меня это важное различие, потому что идеи заботы о себе и самопомощи могут легко работать на коммерческую версию себя: нечто оптимизированное и конкурентоспособное», – говорит художница и писательница Дженни Оделл.

Хотя забота о себе направлена на самого себя, она не имеет ничего общего с эгоизмом. «Я не рассматриваю ничегонеделание как способ защиты или утешения своего эго, скорее для меня оно значит открытость окружению, приспособление себя к среде», – написала мне Дженни Оделл в электронном письме. При таком раскладе в никсене можно увидеть услугу обществу, нечто совершенно неэгоистичное.

Забота о себе не всегда связана с гламуром и роскошными спа. На самом деле она может быть ужасно скучной. Подумайте о здоровом питании, регулярных упражнениях, поддержании чистоты дома – все это забота о себе. К этому списку можно добавить немного никсена – и не чувствовать стыда за безделье. Я более чем уверена, что вы не вините себя из-за здоровой еды. И хотя я говорила, что никсен – это не работа, здесь я сделаю исключение: это работа по заботе о себе.

Фантазировать

Ребенком я обожала это. Я сидела на диване и ничего не делала. Хотя не совсем ничего. Я представляла себя в будущем, размышляла о сюжете романа, который читала, или просто думала в свое удовольствие. Другими словами, витала в облаках.

Это было одно из моих любимых занятий, я до сих пор с радостью предаюсь ему, когда могу. И я не одинока. Нашему разуму нелегко оставаться в настоящем, он предпочитает вспоминать прошлое или переноситься в будущее. Мы проводим почти 50 % дня фантазируя. И хотя не все грезы наяву совпадают с никсеном, частично эти активности пересекаются.

В отличие от осознанности, мечтания, как и никсен, не требуют подготовки, тренировки, специальной комнаты или музыки. Напротив, заметьте, как они уже хорошо вам удаются. Начните отмечать, когда вы фантазируете, и позвольте себе наслаждаться этим! Находя время для никсена в мечтаниях, вы почувствуете, что никсен стал доступнее.

Подводя итоги

Пришло время называть вещи своими именами. Если мы листаем Facebook или расслабляемся перед телевизором, давайте так это и называть, а не говорить, что мы «ничего не делаем». Есть время и место для Facebook, для Netflix – и для никсена. Мы делаем все это по какой-то причине, и мы имеем право на все эти занятия. Вам не нужно мое разрешение, чтобы ничего не делать (но на всякий случай вот оно). Вы не теряете своей ценности от того, что позволяете себе взять паузу.

В этой главе вы узнали, чем является и чем не является ничегонеделание. Вы отправились в мировой тур по никсену и представили себе альтернативные взгляды на него. Вы увидели, что у людей во всем мире есть свои слова и концепты, чтобы описать безделье. Но никсен – нидерландское слово. Вам любопытно узнать о его стране и культуре?

Подумайте:

1. Что значит для вас никсен, или ничегонеделание?

2. Какой из предложенных способов его восприятия оказался для вас наиболее полезным?

3. Каково это – знать, что у людей во всем мире есть специальные слова и время для безделья?

Глава 2. Что, если голландцы все правильно поняли?

Я сижу на диване и пытаюсь вспомнить интерьер квартиры моего детства в Варшаве. Она принадлежала родителям моей мамы, которые когда-то жили в Нидерландах. Стены украшали тарелки из делфтского фарфора, на комоде в спальне родителей стояла разноцветная маккумская ваза для тюльпанов (мой отец называл ее «тюльпанатор»). Еще до того, как я выбрала Нидерланды своим домом, Нидерланды были у меня дома в самом буквальном смысле.

Я живу здесь десять лет, но моя связь с этой страной началась гораздо раньше. В 1950–1960-х мой дедушка был польским послом в Нидерландах и прожил здесь с семьей восемь лет. Он даже написал книгу о проведенном здесь времени, «Азбуку Амстердама» (Amsterdamskie ABC) – гид по жизни в Нидерландах от политики до культуры.

С тех пор как я переехала, мои родители и брат регулярно навещают меня. Мы часто садимся на трамвай № 1 и едем на пляж в Схевенингене. Проезжая мимо польского посольства, мама всегда рассказывает истории из тех лет своего детства, которые она провела здесь. Ее любимое занятие – лакомиться poffertjes, маленькими голландскими оладушками, которые подают с изрядным количеством сливочного масла и сахарной пудры.

Как я здесь оказалась

Я переехала в Нидерланды в 2009 году с полуторамесячным младенцем. Не лучшее время для смены страны, но мне пришлось выбирать: жить вдалеке от мужа или переехать.

Сначала я оказалась полностью поглощена материнством, и главной задачей по прибытии в Нидерланды было просто выжить. Я должна была найти еду, одежду, игрушки и миллион мелочей, необходимых в домашнем хозяйстве. Соответственно, я должна была также узнать, как все это называется по-нидерландски, что только добавляло фрустрации. Лишь когда мой ребенок пошел в ясли в возрасте полугода, как многие голландские дети, я стала чуть больше спать и, наконец, замечать страну, в которой я поселилась. Кое-что казалось мне знакомым, а кое-что – странным и новым. Кое-что мне понравилось, кое-что – нет.

Мы жили тогда в Делфте, маленьком, причудливом и невероятно романтичном городке недалеко от Гааги. В XVI веке Делфт был столицей независимых Нидерландов, но сейчас он больше всего известен благодаря бело-синей керамике. На 24 км² площади города вместилось все, что вы слышали о Нидерландах: очаровательные старинные дома вдоль живописных каналов и великолепные церкви.

Когда я понемногу пришла в себя, я увидела красоту вокруг и поняла, что Нидерланды – действительно уникальное место. Я наслаждалась захватывающими дух видами каналов и домов и замечала высоких голландцев на велосипедах повсюду. Мы с мужем ходили в те же старомодные кафе, что и местные жители, и там я быстро научилась заказывать gemberthee – имбирный чай, который обычно подают с печеньем speculaas и медом.

Маленькая страна, большие люди

Нидерланды – страна в Западной Европе. Население – примерно 17 миллионов человек, из которых 820 000 живут в столице – Амстердаме. Впечатляет, учитывая, что площадь страны – всего 42 508 км². Вы можете называть ее Голландией, но на самом деле это неправильно, следует говорить «Нидерланды».

Для сравнения, США в 237 раз, а Великобритания – в 6 раз больше Нидерландов. Эта страна такая маленькая – я люблю говорить, что, когда вы приезжаете на поезде или машине, едва успеваете произнести «Мы в Королевстве Нидерландов», как уже пересекли границу с Германией или Бельгией. Кроме этих двух стран Нидерланды граничат по морю с Великобританией и в основном окружены водой. Неудивительно, что водная стихия занимает важное место в нидерландском самосознании.

Меня поражает, какие Нидерланды маленькие, потому что голландцы (особенно мужчины) – самые высокие люди в мире, средний рост – 183 см. Я же всего 158 см ростом. Когда я стою за голландцем, приходится надеяться, что он не станет двигать руками, иначе я рискую получить локтем по голове, чего стараюсь избегать.

Когда мой ребенок пошел в ясли, я стала по-настоящему свыкаться со страной. Я счастлива, что у меня было время, чтобы понять, чем тут заниматься. В стране с более быстрым ритмом жизни я бы наверняка почувствовала себя ошеломленной, подавленной и неспособной на какое-либо творчество.

Мне нравится, что это очень безопасная и семейно-ориентированная страна. Мне нравится, что я могу дойти пешком или доехать на поезде, трамвае или автобусе куда угодно, будь то Делфт, который я по-прежнему очень часто посещаю, или Гаага (сейчас мы живем между двух этих городов). Мы часто отправляемся в однодневные путешествия по стране, каждый раз открывая что-то новое.

Я быстро заметила, что голландцы… счастливы. Хотя, может быть, «счастливый» – неточное слово. Соседи здороваются друг с другом на улице, люди улыбаются мне и моим детям. Мало кто выглядит измотанным или напряженным. Иногда я жалуюсь на медленный (и часто плохой) сервис, но мой брат говорит, что на самом деле приятно находиться там, где никто никуда не торопится. В общем, похоже, что голландцы довольны своей тихой и спокойной жизнью.

Это подтверждено исследованиями. Год за годом Нидерланды занимают топовые позиции во Всемирном индексе счастья.

Как такое возможно? Я что, умерла и проснулась в раю? В чем дело – в тюльпановых полях, частично легальной марихуане или сыре (не смейтесь, одно исследование показало, что сыр воздействует на те же участки мозга, что и опиаты, хотя такие заявления и следует принимать с некоторой долей скептицизма)? Уж точно не в погоде. Так в чем же секрет голландцев?

Почему голландцы такие довольные

Когда я спрашиваю Гретхен Рубин, создательницу «Проекта счастье», что нужно людям, чтобы быть счастливыми, она моментально отвечает – отношения. «Нам нужны глубокие долгосрочные связи, возможность положиться на кого-то, чувствовать свою принадлежность. Мы должны получать поддержку и, что не менее важно для счастья, давать ее другим», – объясняет она. Поэтому все, что укрепляет отношения, делает нас счастливее.

Еще один фактор счастья – самопознание. «Мы должны знать, каковы наши собственные интересы, ценности, темперамент. Только зная самих себя, мы можем устроить свою жизнь так, чтобы быть счастливыми», – говорит Гретхен.

Я задумываюсь: можно ли найти оба этих ключа к счастью в Нидерландах? Выглядит именно так.

Многие экспаты жалуются, что с голландцами сложно подружиться. «Это крепко спаянное общество, в котором люди состоят в закрытых дружеских группах. Они к тому же часто живут в одном городе или районе всю жизнь», – замечает Бен Коутс, британский писатель, автор книги «Почему голландцы другие: путешествие к скрытому сердцу Нидерландов» (Why the Dutch Are Different: A Journey Into the Hidden Heart of the Netherlands).

Крепкие отношения поддерживают голландцев разными способами. Каролин Хамминг из Центра изучения стресса CSR отвечает на вопрос, почему голландцы такие счастливые: «Социальная защищенность. В этом огромная разница с США, где человек может оказаться на улице».

Ап Дейкстерхёйс, психолог-бихевиорист, который также интересуется исследованиями счастья, соглашается: «Что общего у счастливых стран – стабильная демократия, хорошая социальная система, отсутствие бедности и коррупции, правительство, которому люди доверяют, и определенный уровень благосостояния». Все это, без сомнения, применимо к Нидерландам.

Всемирное исследование счастья определяет его как то, «насколько вам нравится ваша жизнь», объясняет социолог Рют Венховен. Важно не то, как люди показывают свое счастье, а скорее то, как они ощущают свою жизнь. Поэтому слово «довольный» больше подходит голландцам, чем «счастливый». «Речь не столько о том, как вы проявляете счастье, потому что вы можете быть счастливым и не показывать этого, – объясняет Венховен. – Мы живем в процветающей и безопасной стране. Она идеалистична, в ней много свободы. Люди живут той жизнью, которая подходит им». Голландцы знают об этом – и довольны этим.

Американцы, напротив, бывают слишком сфокусированы на счастье, что делает их несчастными. «Несчастные люди думают о счастье больше, чем счастливые, точно как пациенты больше озабочены здоровьем, чем непациенты. Исследования показали, что счастливые люди ценят счастье больше и более открыты к приятным переживаниям», – говорит Венховен.

Для меня действительно трудно не быть счастливой в столь красивой стране. Иногда я думаю, что жить в Нидерландах – все равно что жить внутри путеводителя. И я не так уж преувеличиваю. По рейтингу Lonely Planet, Нидерланды входят в десятку лучших мест для путешествий в 2020 году. Все, что вы читали об этой стране, – правда. Старые домики вдоль каналов? Они настоящие. Поля тюльпанов? Выглядят точь-в-точь как на фотографиях. Ветряные мельницы? Да, и они настоящие. Когда мы были в Нидерландах с отцом в середине 1990-х, мы пытались их считать, но сбились со счета. Я чувствую, что мне невероятно повезло жить здесь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Велнес (англ. wellness) – концепция душевного и физического благополучия, включающая в себя здоровый образ жизни и психологический комфорт. – Прим. перев.

Вернуться

2

Niksen (нидерл.) – ничего не делать, бездельничать. – Прим. перев.

Вернуться

3

Никсен: голландское искусство бездельничать (нидерл.). – Прим. перев.

Вернуться