Кладбище драконов
Игорь Фёдоров

Редактор и корректор Наталия Шутенкова

© Игорь Фёдоров, 2024

ISBN 978-5-0051-6061-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

Это книга о сильных людях. Не такая, как «Повесть о настоящем человеке» Бориса Полевого или – почему бы и нет – «Тёмная башня» Стивена Кинга, но – о сильных.

Такой уж я получился – не люблю нытиков и слабаков. Всем бывает плохо, а иногда и очень плохо. Больно? Устал? Обидели? Не обижайся! Поплакал, вытер слёзы и двигай дальше! Тебе не хуже, чем другим. Ты не жил в блокадном Ленинграде, не участвовал в Курской Дуге, не бросался на колючую проволоку, обеспечивая идущим за тобой проход к укреплениям неприятеля. Не для того наши предки жизни отдавали, что бы ты резал вены из-за несчастной любви. Да, и в наше время хватает испытаний, но, выйдя из дома, посмотри на небо. Это просто облака, а не пороховая гарь.

Безногие отправляются в горы, безрукие пишут картины, нам ли раскисать – здоровым, с полностью укомплектованным телом?

Не скажу, что я всегда с уверенностью смотрю вперёд, и выполняю поставленные задачи до конца – каюсь, грешен – но пытаюсь как можно реже доставать из гардероба жилетку, чтобы поплакаться, когда остаюсь один. Даже если очень хочется.

Герои этой книги сильные люди. Они не покоряют Эверест и не бьют мировые рекорды. Но они сильные. Кто-то с рождения, кто-то стал таким чуть позже.

И я приглашаю тебя, мой дорогой читатель, на приключения. Пусть и не такие масштабные, как во «Властелине колец» или в «Детях капитана Гранта». Более прозаические, более скромные. Но достаточно интересные.

Рискнёшь?

Зачётная находка

– Что хочешь на день рождения?

– Милого, доброго, заботливого парня.

– Загадай что-то более реалистичное. Дракона, например.

Из Интернета

Кладбище драконов отдалённо похоже на сталактитовую долину огромной площади, по которой прошла строительная техника, давя всё широкими гусеничными траками. Оно расположилось за городом на всех близлежащих холмах, заняло часть леса, оба берега реки и уходило за горизонт. Кости рёбер, предплечий, длинные изогнутые позвоночники, когти и гребни, всё смотрит в небо, в стороны, валяется на земле, всё это острое, холодное и безжизненное. Несмотря на поэтическое название – кладбище драконов, в действительности это просто свалка костей, и не всегда понятно, где заканчивается один скелет и начинается другой. Самые древние рассыпаются в прах от дуновения ветра, другие, относительно новые, выглядят так, будто готовы взмыться вверх, пролети над ними аппетитная птица. Одни размером с особняк, другие могут поместиться на ладони ребёнка. Драконы, как зоологический вид, очень разнообразны.

История этих животных не самая завидная. Если во времена средневековья – расцвет чудовищ – летающих ящеров было предостаточно, то теперь их популяция резко снизилась. Сказались войны и испытания новейшего оружия. Сейчас вместо драконов в небе всё больше самолётов, вертолётов и дирижаблей. Машины заполонили небо, а некоторые устремились покорять космос. В общем, драконов «пододвинули». Если добавить экологию и браконьерство, то картина становится очень печальной. В первую очередь для самих драконов.

Но эти гордые звери всё ещё существуют и также прилетают умирать на одни и те же места. Таких кладбищ на Земле – семнадцать больших и около сорока маленьких. Редко когда старый или больной дракон обессилено падает на крышу дома или в фермерском поле. В большинстве своём они долетают до ближайшего последнего пристанища, до драконьего кладбища. Или, в простонародии, лежака.

Да, эпоха драконов, эпических битв и освобождений принцесс из заточения прошла, оставив летописи и сказания. Романтика пропала, осталась обыденность. Здесь, на лежаке, находятся бесплатные декорации для кинофильмов. Здесь любимое место бомжей, наркоманов, толкиенистов и, как не странно, влюбленных пар. А уж сколько селфи сделано рядом с гигантскими черепами – Эйфелевой башне не догнать. И какой-нибудь гид-самоучка может провести вас по «особо интересным местам» и поведает историю «вот этого дракона и его противостояние с сэром Генри». Никто ему не поверит, но если он сможет заманить туриста увлекательным рассказом, то почему бы и не заплатить за такой талант? Даже в музей ходить не надо.

Но сам лежак вызывает только часть интереса у туристов, паломников-сектантов и почитателей творчества Толкина. Среди огромных костей часто попадаются небольшие скелеты – людей, водоплавающих и животных – то, что драконы проглотили незадолго до смерти. Именно останки людей, а точнее – то, что с ними связанно, и привлекает отдельное повышенное внимание.

Здесь, среди костяного хаоса, можно встретить доспехи и оружие разных эпох, старинные монеты, украшения, даже фамильные гербы и царские регалии. Ну, это если дракону уж очень повезёт съесть монарха или другую знатную особу, тут тоже надо постараться. Для коллекционеров, любителей старины и жаждущих наживы это огромное поле для деятельности. Другое дело, что исторических находок становится всё меньше и меньше, а конкуренция только растёт – сейчас купить металлоискатель проще простого. И люди ищут, копают, ходят с прибором. Видимо, прошлое интересней настоящего. По крайней мере, оно не хочет выйти замуж.

– Хочу замуж! – заявила Вера, не успев толком проснуться.

– Ну так иди, дорогая, иди, – пробормотал Денис, доставая из шкафа свою коллекцию.

– Пошли вместе, – девушка потянулась, раскинув руки-ноги, на время превратившись в морскую звезду.

– Ты ступай, а я следом.

Вера отбросила одеяло и потянулась за смартфоном.

– Хочешь оставить меня старой девой, так и скажи.

– Там кофе на плите…

– Ага, чую.

– …ещё горячий. Или в постель подать?

Вера села и принялась высматривать тапочки.

– Не принцесса, подожду Восьмое марта.

Она ушла на кухню, послышалось тихое позвякивание посуды. После началась переписка с друзьями, прочитывание комментариев под видео, а значит, есть время спокойно посидеть в тишине, рассматривая коллекцию. Нет, спокойно не получится.

– «Лайков» нет, – донеслось вместе со свежим запахом кофе.

– Я поставил!

– Ты не считаешься! Напомни детям!

– Ага, – пробормотал Денис.

– Слышишь меня?

– Позвоню!

Вера никогда не одобряла его поиски среди «дохлых драконов». Денис отказывался понимать её страсть к переписке, гаджетам, и соцсетям. И это понятно – ей девятнадцать, она начинающий бьюти-блогер, ему тридцать восемь, замдиректора. Разница ровно в два раза, в целую жизнь – даже представить такое сложно. Но, это ладно, бывает и хуже. Непонятно другое, что такие разные по возрасту и взгляду на жизнь люди находят друг в друге – вместе они выглядят как отец и дочь. Естественно, их родные и друзья были в недоумении. И особенно родители Веры. Опытный мужчина, который уже вырос из мальчишки и знает, что хочет от жизни, не ревнующий на пустом месте, не подверженный истерике, попыткам суицида и не ходящий на «эти дискотеки», это, конечно, здорово. Но если отец невесты чуть старше жениха, у которого, к тому же, двое детей от первого брака… пусть уж лучше будет мальчишка. Ровесникам проще найти общий язык и ужиться в социуме. Сейчас такое время, что надо самой пробиваться в жизни, а не зависеть от богатого старого спонсора, которого они видели в Денисе.

– Своих детей мало, так решил и нашу Верку удочерить, – невесело смеялась мама, жалуясь подругам.

Но, видимо, вместе с драконами по небу летают и амуры, пуская стрелы в кого попало, лишь бы выполнить план, подписанный Высшим руководством. Этому сложно сопротивляться.

Но не только родители недоумевали по поводу выбора их дочери. У неё есть старший брат, а братская любовь, как мы знаем, самая сильная любовь на свете. Так люди говорят. А значит ему положено вести себя с Денисом по-хамски и обязательно на «ты», хотя Толе недавно исполнилось двадцать один.

– Привет, Верка дома.

Денис чуть усмехнулся, стараясь не поддаваться на провокацию напыщенного молодого человека.

– Верка ушла к подругам готовить новый выпуск. Скоро придёт.

– А. Так я, может, здесь подожду?

– Проходи, – Денис пожал плечами и сел за стол.

– Сказала, что надо поговорить – сообщил Толя, скидывая туфли, – на улице ждать прохладно.

– На кухне чай, кофе.

– А пахнет спиртом, – заметил Толя.

Он прошёл в зал, походил взад-вперёд, держа руки в карманах брюк и умирая от скуки.

– А это у тебя что?

Он остановился за спиной Дениса и заглянул поверх головы.

На столе, на сложенной в несколько раз материи, лежали шесть предметов. Денис брал каждый из них по очереди и аккуратно протирал тряпочкой, пропитанной спиртом.

– Это так, хобби.

– Верка что-то говорила. Это, вроде, наконечники?

– Ага, – кивнул Денис, – наконечники от стрел.

– Прикольно, – одобрил Толя и его тон стал более дружелюбным, – можно?

– Бери, – нехотя разрешил Денис.

– Ништяк!

Толя вертел пальцами один из наконечников, отлитый, по виду, из бронзы и похожий на кристалл. На пяти гранях поочередно отражался свет лампы, то стекающий вниз, то поднимающийся, как по ступеням.

– Эти выемки нужны для крепления?

– Да, наконечник привязывали к стреле жилами животного. А такая форма придаёт острию большую ударную силу. Этот, судя по описанию, скорее всего из Англии. Вот, смотри.

Денис взял с полки толстую энциклопедию и принялся листать. Остановившись на нужном месте, он показал Толе картинку.

– Похож?

Толя приложил наконечник к странице.

– Вроде он.

– К сожалению, – Денис закрыл книгу, – драконы умирали не по порядку, а хаотично, кому где вздумается. Поэтому каждый новый наконечник приходится заново сравнивать с каждым рисунком, а их сотни и многие похожи друг на друга.

– А при чём тут драконы? – свет опять заскользил по граням вниз.

– За всю историю драконы съели много людей, и, в частности, всяких воинов. Среди них есть и лучники.

– Вон оно что!

– Какие-то стрелы застревали в чешуе дракона, в крыльях, надо же было их как-то сбивать. А боевые драконы так и вовсе были утыканы и стрелами, и дротиками, и копьями.

– Интересно.

– Хотя дракон, как боевая единица, был достаточно редким случаем.

– Но эффективным?

– Более чем.

Толя аккуратно положил первый наконечник и взял другой, железный, грубой обработки, но, безусловно, со своей интересной историей.

– Наш, отечественный, – сообщил Денис.

– Этот Маша нашла?

– Нет, у неё ещё не было практики.

Сегодняшний день для Дениса, как для коллекционера, был крайне удачлив. Он нашёл в Толе слушателя – не чета Вере – и напряженность в общении исчезла сама собой. Редко кому есть дело до старинных штучек, что валялись в земле столетиями, а теперь их внезапно извлекли на поверхность, чтобы просто любоваться. Ладно – музеи, туда ходят туристы, чтобы узнать о данном месте, об этом городе, его историю, развитие, культуру. Но там экспонаты показывают общую картину, от первых становищ и острогов до сегодняшних дней. А вот в частную коллекцию попадают предметы, объединённые одной тематикой – монеты, марки, редкие книги, или вот – наконечники стрел. Не дротиков, не копий – именно стрел!

– Запад современной России, – продолжил комментировать Денис, – примерно Х век, втульчатый трёхлопастный. Их использовали, в основном, для охоты.

– На драконов?

– Сильно сомневаюсь. На оленей, да кабанов. Хотя, если дракон небольшой, то вполне возможно… Честно говоря, не знаю.

Толя взял очередной, какой-то необычный наконечник.

– Тут есть два отверстия, – хитро улыбнулся Денис, – сможешь догадаться, для чего?

Толя осмотрел предмет со всех сторон.

– Наверно, чтобы стрела летела быстрее. Что-то вроде обтекаемости?

Денис взял у него наконечник, повернул острием к себе и подул. Послышался тонкий свист.

Толя засмеялся.

– Так это просто такая свистулька? Или нет?

– А это уже Азия, возможно Монголия. Представь, какой звук будет при полноценном запуске стрелы? Особенно ночью и всей оравой лучников сразу.

– Для устрашения противника?

– Одна из версий. Я думаю, что это как-то связанно с религией. А может монгольские кочевники были романтиками. «Поёт моя стрела в полёте, разит позорного врага», как тебе?

– Позорного?

– Что пришло в голову. Я не поэт.

Настало время четвёртого наконечника. II век от рождества Христова. Железо, грубая ковка, крючок.

– Это типа гарпуна, чтобы стрелу из тела не вытащить?

– Да, но есть и второе предназначение. Видишь колечко у основания.

– Рыболовный крючок?

– Точно. Любимое оружие пиратов Средиземного и Чёрного морей до изобретения пороха. По океанам тогда ещё не плавали, только вдоль берегов, а вот морские торговые пути были освоены вполне сносно. А где товар, там и пираты. Ну и рыбу половить в свободное время.

– Прикольно.

На примере этих наконечников Толя уже проникся их историей. Его глаза сверкали, лёгкая улыбка не покидала губ, руки мелко тряслись. Так бывает, когда человек открыл для себя что-то новое, что может завладеть им полностью. Но апогей ждал впереди.

– Ух ты! А этот красивее других.

– Франция, 15 век. И он не боевой.

– Да? А какой же?

– Парадный, что отличает его от всех остальных. Выиграв столетнюю войну у Англии, французский король устроил торжественные мероприятия. Солдаты были одеты в праздничное обмундирование, всё оружие было скорее декоративным, и даже такая мелочь, как наконечники, тоже была заменена.

– Для красоты?

– Ну, ты же знаешь, все французы модники.

– Ни фига себе.

– Как ты, наверно, помнишь из уроков истории, в столетней войне боевые драконы использовались с обеих сторон.

– Видел фильм со Сталлоне.

– Там, конечно, всё наврали. Но использование драконов показали убедительно. Вот благодаря таким драконам, англичане уничтожили французских флот при Слёйсе в тысяча триста каком-то году.

– Да, было такое.

– Но Франция, в итоге, победила. По этому поводу и был тот парад. Естественно, штамповать парадное оружие никто не будет, так что, этих наконечников и тогда было ограниченное количество, а сейчас вообще мало. Продать один такой, и можно безбедно жить лет двадцать. Кстати, там же я нашёл ещё и шлем какого-то рыцаря с черепом внутри. Даже испугался, когда он упал на землю. Редкая удача, по нашим меркам. Потом фотки покажу.

– А со шлемом что стало?

– Продал участнику постановочных боёв. Теперь он там самый крутой. Про череп я умолчал.

– У вас, кладоискателей, наверно, свой круг общения?

– Конечно. Сам я нашёл только три наконечника, остальные выменял или купил. В среднем надо обыскать три квадратных километра, что бы найти хоть что-нибудь, например изжёванный сандалий римского легионера, который никому не нужен, даже музею. Хотя один человек нашёл немецкий автомат Второй Мировой в хорошем состоянии.

– И сколько ты уже этим занимаешься?

– Лет двадцать пять, примерно.

– Ну, хорошо. Сам поиск – вещь интересная, я понимаю. Но вот просто так держать исторические артефакты у себя в квартире, любоваться ими в одиночестве…

– Вот для этого и существует круг общения. У меня много знакомых, которые разделяют мою страсть. Ходим друг к другу, беседуем, обсуждаем, хвастаемся достижениями. Планируем поиски, чтобы не мешать друг другу. Помогаем, чем можем. Что-то вроде клуба анонимных алкоголиков.

– Ладно, не в одиночестве. Но почему не отдать их в музей, чтобы люди видели.

– Уверяю тебя, на фоне египетской мумии или греческой баллисты, никто не обратит ни малейшего внимания на какой-то там наконечник. Ни один экскурсовод не расскажет тебе того, что рассказал я. Кстати, много экспонатов подарено музею именно искателями.

– А найденные монеты отдаешь Верке?

– У неё тоже страсть в какой-то степени, только сама не хочет ничего искать. Поэтому, если прихожу без монеты, значит, ходил зря. Хотя, опять же, они почти все куплены, значит, я занимаюсь всякой ерундой. А наконечники её не интересуют.

– Может, она и права, – улыбнулся Толя, – так, а этот?

Стальной наконечник обладал пятью лопастями, каждая имела волнистую гофрированную поверхность и напоминала плавник рыбы.

– Этот? А этот, Толя, я хрен знает, откуда. Все энциклопедии пересмотрел, весь Интернет перерыл. На форумах тоже не в курсе, но предлагают немалые деньги.

– И ничего?

– Нет. Остаётся только догадываться, где дракон побывал и что видел.

– Может, какое-нибудь государство было разрушено полностью, и не сохранилось ни одного упоминания о нём.

– Не знаю. Даже Герострат остался у людей в памяти, как бы его ни пытались забыть. Должно хоть что-то быть. Сказания, летописи, торговые книги. Карты, в конце концов. Скорее всего, это самоделка или частный заказ для изысканного князя.

– А может тебе продали подделку.

– Этот, как раз, я сам нашёл.

Нашёл… У Толи зачесались руки. Ему вдруг захотелось приключений, и пьяная драка на дискотеке сюда не входила. Что-нибудь более возвышенное.

О, это прикосновение к тайне, к чему-то необычному и загадочному! У любопытного, ищущего, страстного человека всегда возникает в груди это чувство – зудящая вибрация, горячая и сладостная. Стоит ли этот любопытный возле египетских пирамид, спускается в глубокую пещеру, или читает про сверхпустоту Эридана. Автор вообще не понимает, как можно спокойно спать по ночам, когда в мире так много интересного!

Вперёд! На поиски! Хватит пялиться в экран смартфона, пора оглянуться вокруг!

Через полчаса Вера нашла на столе записку:

«Ушли на поиски, вернёмся завтра вечером, холодильник опустошили, извини. Целуем».

И ниже неразборчивым Толиным почерком, практически медицинским:

«Пазвони завтра на работу, скажи, что я забалел. начальство все равно в камандеровке».

Грамотей!

Её подруги, Марина и Оксана, они же стилист и оператор пока никому не известного бьюти-блога, встали за спиной. Марина, невеста Толи, удивленно приподняла брови:

– А это что тут такое происходит?

Оба телефона лежали рядом. Там, куда их мужчины направились, сотовой связи нет.

– И этот туда же! – всплеснула руками Вера.

– А Толик-то где? Зря пришли, что ли?

– Они попёрлись на лежак!

А взял ли брат свои таблетки? – подумала Вера. Нехорошее предчувствие посетило её. Если забыл, то кто знает, когда был последний приём лекарства.

Для поисков Денис выделил для Толи что-то из своей одежды, более подходящей для путешествия. Толины вещи валялись на кресле, куртка висела в прихожей. Таблетки лежали во внутреннем кармане. Вера потрясла пластмассовую баночку. Судя по звуку, таблеток осталось немного. Его беспечность всегда раздражала Веру. Таблетки не взял, работу прогуливает. Ладно, сегодня ещё выходной, но завтра понедельник. И всё ради чего? Наконечников? Которые, к тому же, не на каждом квадратном метре зарыты!

Марина стояла в растерянности. Она знала, что Толя может просто так сорваться куда-нибудь, даже на ночь глядя, не опасаясь последствий. Но уйти невесть куда, да без таблеток!

Вера набрала поочередно номера детей Дениса, в ответ только гудки – длинные, как и предстоящие два дня.

– Семейный поход, что б вас!

Она раздосадовано плюхнулась в кресло. Именно плюхнулась, иначе не скажешь.

– Что будем делать? – поинтересовалась Марина.

– Без понятия.

– Кидай свою монетку.

Был у Веры один ритуал. Не просто так у неё есть своя коллекция древних предметов.

Она мысленно подкинула монетку. Орел, ждём мужчин с дубиной в руках. Решка, отправляемся искать. Итог был и так понятен, но ритуал есть ритуал. Если что, всё можно свалить на судьбу.

– Пойдём искать.

– А почему не ты одна?

– Потому что ты чувиха этого обалдуя. В твоих же интересах его найти.

– Допустим. Но ты надеешься прочесать весь лежак вдоль и поперёк?

– У нас завтра ресторан, – напомнила Оксана.

– Помню. Ты остаёшься. А мы можем догнать их, они копают вдоль Лебединки. Идут пешком, на такси быстро перехватим их и накормим Толю его чёртовыми таблетками!

Последнюю фразу она выпалила на повышенных тонах.

– Де-е-вки-и-и! – улыбнулась Оксана и показала камеру, – У меня идея!

– Ты остаёшься.

– Ага, скажи «пожалуйста».

Вера закрыла глаза.

Денис напросится – однажды она выкинет всю коллекцию на помойку. А ещё лучше, закопает на кладбище драконов, где ей и место.

А монеты останутся.

Маршрут трёх археологов-любителей и одного новичка начинался с широкой извилистой дороги, расчищенной местными жителями за долгие годы. Существует несколько подобных, но коротких и узких. А эта по праву называется Главной. У самого края, рядом с метеостанцией, соорудили импровизированную автостоянку. С обеих сторон от улицы возвышаются кости, уже всем надоевшие и изученные до малейших трещин в челюстях и рёбрах. Они привлекают внимание не больше, чем кусты акации в городском парке вдоль аллеи. Так же, как и на городской площади, по краям улицы стоят скамейки, с которых удобно кормить голубей. Ещё здесь расположились два киоска с мороженым, и несколько питьевых фонтанчиков. Да, городские власти провели водопровод, в надежде сделать из этого места парк развлечений. Даже хотели всё заасфальтировать, оградить бордюрами и поставить осветительные фонари, стилизованные под средневековые для привлечения туристов. Но дальше водопровода дело не пошло, что к лучшему. Здесь своя атмосфера и гораздо тише, чем на городской площади.

И, естественно, это место было излюбленным для жителей окраины. Здесь гуляли мамы с колясками, подростки на велосипедах разучивали новые трюки, влюбленные пары долго смотрели друг другу в глаза. Стаи голубей слетались на щедро рассыпанные семечки, а какой-нибудь дедушка рассказывал внукам, как видел последнего прилетевшего дракона, Испанского Чёрта, без сил упавшего во-о-он там.

Наши герои, все, как один, никого не известив и только оставив записки и телефоны, шли друг за другом в надежде, что в этом походе точно найдут что-нибудь стоящее.

Денис и Толя несли металлоискатели, Кирилл лопату и кирку, руки Маши были свободны. Новичок был одет в спортивную форму, остальные в камуфляжные костюмы. У всех за спиной был рюкзак, индивидуально подогнанный под каждого. На рюкзаках болтались привязанные берцы. Скоро их придётся надеть взамен лёгких и непрочных кроссовок. Так же, не считая такой мелочи как спички и ножи имелись GPS-навигатор, аптечка, фонари и ракетница – случись что, сотовой связи здесь нет. Мужчины несли спальные мешки. В общем, в поход шли серьёзные люди, а не те мальчишки, что в погоне за приключениями теряются на лежаке в среднем раз в неделю.

По мере продвижения вперёд дорога становилась уже и более извилистой. Иногда встречались молодёжные группы с музыкальными инструментами, причём вокалист с гитарой пел обязательно сидя или стоя на черепе. Рок-группы в других городах не могли похвастаться такими декорациями, а привозить настоящие или использовать бутафорию, больше напоминает мальчишечье позёрство. Дальше начиналась обитель бомжей, наркоманов, любителей тематических боёв. Услышав за очередным костяным курганом перестукивание деревянных мечей и восторженные крики, Толя остановился, потом махнул рукой и пошёл дальше.

– Это я на автомате, не обращайте внимания.

– Германика ещё машет мечом? – спросил Денис.

– Машет как раз по выходным, но сейчас у них с Веркой съёмки. Они все и хотели поговорить со мной. Ты не в курсе, о чём?

– Со мной лишней информацией не делятся.

– Надо было подождать.

– После поговорите. Итак вышли поздно, на место придём только к вечеру.

– Кто такая Германика? – поинтересовался Кирилл.

– Это Марина. Толина невеста. У них у всех псевдонимы.

– Толкиенистка?

– Они себя причисляют к совершенно другому сообществу, – ответил Толя, но я особой разницы не вижу. Цирк, да цирк, хоть и интересный. Особенно если кто-нибудь получит по тыкве и кровище веером в разные стороны.

– Ужас, – поморщилась Маша.

– Их никто не заставляет.

– Я имею в виду, что они тратят время на ерунду.

– А-а, тут я с тобой согласен.

Иногда навстречу попадались другие любители старины, уставшие от утомительных поисков. Узнавая своих коллег, они радостно приветствовали друг друга. В общем, кладбище драконов, это особое место.

– Как прошло? – звучал стандартный вопрос.

– Не поверите, отлично, но сегодня без улова, – говорили одни.

– Идём от левого берега, всё пусто, – вздыхали другие.

– Поймали, значит, сигнал, на, – ругались третьи, – бронза, по звуку. Ну, и радости полные штаны. Полдня убили, на. Глина, чтоб её! И чё думаете? Строительная арматура! Чугун, на! Как он там очутился? Строительная, же. Советская! Что за тектонические сдвиги, на? И почему сигнал, как у бронзы? Прибор в гарантийку надо отнести.

– Нашли, нашли, – улыбались другие, – десятка за просмотр.

Они осторожно достали из рюкзака свёрнутое полотенце, в котором лежал не какой-нибудь обломок лезвия меча или гнилая рукоять, а целый клинок. Маша благоговейно ахнула. Подобное сокровище встречается в среднем раз в месяц, учитывая, что поисковых отрядов, блуждающих по этим костяным холмам, около 20—25, не считая профессиональных одиночек, любителей и новичков, подвергнувшихся стихийному порыву.

– Зачётная находка, – оценил Кирилл, не испытывая особого восхищения.

Польщённые искатели улыбнулись:

– Кастрюльки не наш профиль.

– Что думаете? – спросил Денис.

– Швейцарский, скорее всего, – предположил один из группы, – судя по лезвию. Возможно, шестнадцатый век.

– В музей?

– Чтобы хлеб с колбасой порезать, у меня набор годных ножей есть. Пусть люди смотрят.

Толя всё больше и больше проникался симпатией к этим грязным, уставшим, но с блеском в глазах, людям. Раньше он их приравнивал к хиппи, безумным авантюристам, убивающим время без какой-либо пользы. Но теперь он смотрел на этот клинок, и сердце стучало учащенно.

– Можно? – спросил он, стараясь скрыть волнение.

– Нужно, – засмеялись искатели.

Казалось бы, кинжал да кинжал. Ржавый. Длинное треугольное лезвие. Очень широкое основание, почти с гарду. В сравнении с другим подобным оружием наносит больший урон, но уступает в лёгкости и элегантности. И где написано, что он именно швейцарский? Или поисковики таскают с собой иллюстрированный справочник, не в силах потерпеть до дома и утяжеляя свои рюкзаки ещё больше? Или настолько спецы в этом деле?

Для многих это просто старый хлам, тем более, грязный и тупой. Но, тяжелый и грубый, кинжал участвовал в битвах, потом преодолел тысячи швейцарских миль, затем тысячи российских вёрст в брюхе дракона, пролежал в земле несколько столетий, ожидая, когда возле кладбища появится город, когда кто-то откопает его и явит на свет Божий. Не у каждой вещи есть своя история. Современным ножам такое и не снилось. Они исчезнут из кухонного шкафа, попадут на городскую свалку и сотрутся в памяти людей. А кинжал станет экспонатом в музее, будет лежать под светом ламп, привлекая восхищённые взгляды мальчишек, сбежавших с урока математики.

Решено! Стоит попробовать их догнать!

Оксана вызвала такси, Вера бросила Толины таблетки в сумочку, и девушки выскочили из дома. До лежака всего пять кварталов. Не самое большое расстояние, но нет смысла устать заранее, добираясь пешком, а после плестись, спотыкаясь о кости. И хотя машина приехала через три минуты, как и было обещано, Вера успела посмотреть на часы раз сто, нервно похаживая вокруг равнодушного клёна.

– По объездной трассе, до моста через Лебединку, – сказала она водителю.

– Есть, до моста! – отозвался таксист, – Какой берег?

В последнее время Денис с детьми шарился вдоль Лебединки. История названия следующая – казаки атамана Эдуарда Еремеева, основавшие на этом месте первый острог, обнаружили в реке скелет самого красивого и изящного дракона – Лебедя, не чета Гаргулье или Железолобому. Даже после смерти его остов выглядел грациозно, с вытянутой вверх длинной шеей, словно исполняющий свою последнюю песню. Со временем скелет по косточкам унесло течением, но река сохранила название и даже стала шире. Но какой берег облюбовал её любимый искатель, Вера не знала. Дело не в самом берегу, а сотне-двух метрах от него. И если она выберет неверное направление… жизнь брата в ее руках.

– Левый! – первое, что пришло в голову.

– Есть, левый!

Если они встретят всю «эту толпу», а они обязательно встретят, обратно можно будет срезать путь по диагонали, а не возвращаться к мосту, чтобы перейти реку. Лебединка имеет ширину 70—90 метров, а будут ли вверх по течению ещё мосты, никто из них не знал. Левый берег в этом плане выглядел предпочтительней.

Пока машина ехала, девушки внимательно смотрели в окна, пытаясь не пропустить кого-нибудь с металлоискателем, вдруг появится новая информация – в большинстве своём поисковики знакомы, так или иначе. Но по обе стороны трассы в огромном количестве были только хаотично разбросанные серо-белые кости, сливавшиеся в одну неровную линию, не за что зацепится взгляду. Исключение составлял череп самого большого дракона – Левиафана, на поднятой шее, возвышающийся над останками драконов, словно наблюдатель за порядком, и являющийся ориентиром для проезжающих машин.

– Дорогой, ты где?

– Только что проехал Левиафана. Скоро буду.

И опять кости, ничем не запоминающиеся, как берёзы, сосны или кедры на лесном участке любой другой загородной трассы. Только в лесу больше красок и воздух свежий и приятный.

Наконец такси остановилось возле моста.

– Вас подождать? – спросил водитель.

– Думаю, не стоит.

Вера рассчиталась, и скромно улыбнувшись, протянула водителю визитку.

– У нас есть бьюти-блог.

– Что-что у вас есть? Блог, это понятно, а вот другое слово.

– Интернет-журнал, посвященный женской красоте. Косметика, парфюмерия, мода и прочее.

– Вы считаете, я ещё могу стать красивым? – засмеялся водитель.

– Ну, может, заинтересует вашу жену или дочку. Я не говорю, что они в этом нуждаются, но мы рассказываем о новинках и мировых тенденциях в этой сфере.

– Ну ладно, пусть посмотрят, – водитель порылся в бардачке и протянул свою визитку, – если что, звоните. Звать Вадимом.

– Запомним.

Девушки попрощались, вышли из машины и огляделись. Никого. Такси развернулось и поехало обратно. Они остались одни. Оксана достала сигареты и предложила Марине.

– Я завязала, – отказалась та.

– Опять? Надолго, на этот раз?

Оставив сарказм без ответа, Марина обратилась к Вере:

– Веди, невеста следопыта!

– Это же твоя территория.

– Мы собираемся в другом месте. И сегодня я без меча.

Если бы я была Денисом, – подумала Вера, – а я им никогда не стану, где бы начала поиски? По берегу, или сразу помчалась вглубь лежака?

– Денис! – крикнула она, – Толя!

Только ветер тоскливо свистит между рёбрами скелетов, гладит позвоночники и хочет рассказать историю этих драконов на своём языке, нашёлся бы слушатель. И если от города до моста ещё встречаются дачные домики, хозяйственные участки, картофельные поля, то после моста оба берега засеяны костями, которыми любуются только туристы, катающиеся на прогулочных катерах, было бы чем любоваться.

До чего же жутко стоять возле гигантского могильника, но ещё страшнее войти в него. Вера умеет обращаться с металлоискателем, но только в пределах своего двора, по всяким там кладбищам с Денисом она не шлялась.

– Монетку бросай, – предложила Оксана.

Вера вытащила коробочку с таблетками и потрясла ею возле уха, как напоминание, что надо двигаться, пока есть время.

– Доберусь, обоим влетит, – пообещала она подругам и сделала первый шаг, – и малолеткам тоже, за компанию.

– Малолеткам? – засмеялись подруги.

– А разве эти находки не принадлежат государству?

Начало поисков было где-то впереди, а идти молча не входило в Толины планы. Тем более, что ситуация была неоднозначной, а поиски могли быть незаконными. Зачем сразу интересоваться, да же? Мы вначале пойдём, а потом спросим. Но Денис уже был готов к таким вопросам.

– Дело в том, что кладбища драконов, по крайней мере, в нашей стране, не являются исторической ценностью, археологической достопримечательностью, национальным парком, или погребальным захоронением. Они не состоят на учёте в реестре памятников. Просто драконы прилетают сюда и дохнут. А те вещи, что они иногда с собой приносят, так здесь вам не аэропорт, таможня проверки не устраивает.

– Но это же незаконно!

– Мы ищем клад, и как раз законом это не запрещается. Согласен, если откопать драгоценности царицы Савской, тут же возникнет нешуточный спор о правах владения этим историческим и культурным наследием.

– Только кто их вернёт хозяевам? – усмехнулся Кирилл.

– Да там и хозяев уже не сыщешь, – уверенно сказала Маша, – а желающих будет много.

– Вот ты можешь, – продолжал Денис, – найти потомков швейцарца, которому принадлежал тот клинок?

– Клинок принадлежит самой Швейцарии, – предположил Толя, – наверно.

– В Швейцарии тоже есть подобное кладбище и пара комплектов матрёшек в чьей-нибудь коллекции, думаю, найдётся. Драконы не привязаны к одному месту, они вечные кочевники и выбирают маршрут на своё усмотрение. Может, когда-нибудь и придумают, что со всем этим делать, объявят лежак национальным парком, принадлежащим государству и любая самовольная поисковая и копательная деятельность будет преследоваться по закону, а пока это свободная зона.

– Не, да я и не против! Просто всё это для меня новое. Вдруг, нарвёмся на людей в форме!

– Вначале надо спрашивать, а потом идти, – заметил Кирилл.

– Так, романтика!

– Драгоценности – да, надо отдать государству и получить компенсацию, но наконечники… Кому они нужны?

– А другие, кто не сотрудничает с музеями?

– Это на их совести, – сказал Денис, – но среди моих знакомых никто не нашёл ни одной золотой монеты, хотя и такое бывает. Но уверяю тебя, если захочешь получить «открытый лист», тебе его попросту никто не выдаст. Незачем. Знаешь, что это за лист такой?

– А как же официальная археология? – не унимался Толя.

– Официальная пусть занимается раскопками культурных пластов Нижнего Новгорода, там ещё много чего не открытого. Москва, Питер, Рязань, курганы на Урале. Пусть отыщут захоронение Чингисхана, в конце концов. А тут им делать нечего, здесь нет культурных слоев и хоть какой-нибудь исторической информации. Этот кинжал попал сюда абсолютно случайно. Дракон мог запросто отправиться в Венесуэлу. Этот кинжал не расскажет, как здесь жили люди четыре тысячи лет назад. Вот смотри.

Денис подошёл к небольшому скелету, похожему на разобранный детский конструктор, и наступил на череп. Тот хрустнул и раскололся на мелкие кусочки, как кувшин, серая пыль поднялась над некогда свирепым хищником.

– Здесь так много костей, что приобрести ожерелье из когтей Острохвостого считается дурным тоном. Изготовить рукоятку ножа из бивня мамонта – круто. Дракона? Это вызовет лишь недоумение. Даже турист из Англии не возьмёт на память берцовую кость, у него на балконе уже пять таких. Кладбище больше нашего города в пять раз, и древнее в сто. Ученым в этих местах делать нечего. Кисточкой и аккуратностью здесь не возьмёшь. Только прибор и лопата. Ученые, к примеру, обнаружили черепки на берегу Волги, и давай разведывать всё вокруг. Ты же нашёл медную монетку 12 века и шпарь дальше за пять километров, здесь тебе больше ничего не светит.

– То есть, мы не чёрные копатели?

– Чёрные копатели работают по войне, на охраняемых государством местах. А мы просто собираем предметы, хозяева которых остались в прошлых веках. И, кстати, я уже говорил, большая часть отправляется в музей, некоторые из нас ищут ради поиска.

– Но не ты?

– Я коллекционер, – сказал Денис с некоторой гордостью, – для меня новый наконечник, никому больше ненужный, что для тебя лайк под очередной фотографией.

– Но ты же находишь и другие вещи?

– А их продаю другим любителям. Есть много ценителей древности. Один знакомый собирает мушкеты и у него довольно большая коллекция. За каждый найденный он готов отдать хорошую сумму, заказывает из-за рубежа у других коллекционеров. Причём работает директором частной наркологии. У тебя нет знакомых алкашей? Если что, обращайся, на халяву откапаем.

– У дяди Егора есть даже мушкет-топор, – радостно доложила Маша, – мощное оружие. И лезвие ржавое от крови.

– А ты точно девушка? – улыбнулся Толя, – Глаза блестят, как у пацана.

Главная улица закончилась небольшой площадкой, заваленной разным мусором. Сразу за ней проходила объездная трасса, по которой только что проехало такси, везущая бьюти-блог к мосту через Лебединку.

– Переобуваемся, – скомандовал Денис, – отдыхаем пять минут. Для сомневающихся ещё есть время вернуться.

Единственный, кто выглядел нелепо в этой команде, был Толя. Берцы и спортивный костюм вместе смотрелись не очень гармонично. Но романтика звала, сердце радостно стучало, а где-то их ждали находки, спрятанные под землёй. И хотя, по словам Дениса, далеко не каждый поход бывает удачным, новичкам всегда везёт.

– Не жмут? – спросил Денис, так как в городе его это не интересовало – очень торопились.

– Как раз, вроде.

– Смотри, в кроссовках по костям особо не полазишь.

Он подошёл к Маше и поправил лямки рюкзака, будто с ними могло что-то произойти.

– Ну, папа-а, – завозмущалась дочка, уже взрослая для себя, но ребёнок для отца, – ты мне ещё бантик повяжи.

– Всё нормально? – спросил Денис у Кирилла.

– Всё отлично, – поспешно ответил тот, лишь бы у него ничего не поправляли, учитывая, что он младше сестры.

– Сегодня возьмём левее, подальше от реки.

– Пойдёмте лучше к реке, – предложила Маша, – мы же собирались там продолжать.

– Не так жарко будет, – сказал Кирилл, глядя на безоблачное небо.

– В следующий раз, – возразил Денис, – если идти, то на неделю-две. Я же сказал – сегодня у нас ознакомительный поход. Проверим одного человечка на прочность.

Он подмигнул Толе.

– Сможет ли он пару дней прожить без телефона.

– Смартфона.

– Ну, тем более.

– Легко! У меня однажды сломался…

– Вперёд! – скомандовал Денис, – Наконечники вечно ждать не будут!

– Аллилуйя! – облегченно вздохнул Кирилл, устав слушать трёп отца и Толи, возможно, будущего родственника.

– Лучше бы на речку, – пробурчала Маша.

– Разговорчики!

Денис установил на GPS-навигаторе точку начала пути, и команда искателей двинулась вглубь кладбища.

Толя мысленно перекрестился. Когда-нибудь, если он сделает поиски частью своей жизни, походы станут для него увлекательным, но обычным делом. Сейчас же это было новым, неизведанным мероприятием. Ради этого можно и работу прогулять.

Решение идти с интервалом в 10—20 метров, тем самым более результативно прочёсывая местность, оказалось неудачным. Единственный путь движения вперёд, это продвигаться по заросшим травой открытым участкам земли, обходя горы костей, а иногда и перелезая через них. И если сейчас разделиться, то высока вероятность потерять друг друга в этом холодном и безжизненном костяном лабиринте.

После каждых пяти-десяти минут девушки звали ребят, но, естественно, им никто не отвечал. Марина посмотрела на время, уже час они ходят между скелетами, как в музее естествознания в секторе мезозоя, даже не уверенные, что их поисковики пошли именно в эту сторону.

– А если они ещё не дошли до моста? Или идут через поле по диагонали?

– Всё может быть, – грустно сказала Вера, – у Дениса навигатор, там зафиксированы все его маршруты. Они легко дойдут до места, где остановились в прошлый раз.

– Но, где этот прошлый раз? – спросила Марина, – И в эту ли сторону они сейчас идут?

«О, Господи! – подумала Вера, споткнувшись об чью-то огромную ключицу, – я здесь, потому что Денис увлекается абсолютно бесполезным делом. Что дают ему эти наконечники? Почему именно они, а не клинки или мушкеты, как у Егора? Мушкеты хотя бы выглядят солидно, особенно тот, что с топором на стволе».

– Денис! – крикнула она и добавила шёпотом, – Сволочь.

Первый час они просто шли, не останавливаясь и не обращая внимания на участки земли, свободные от скелетов. И хотя Толя предлагал их обследовать, экспедиция не задерживалась.

– Здесь уже давно всё пусто, – заверял Денис, – возможно и я приложил к этому руку, но масштабные раскопки начались в начале двадцатого века, когда померкла вера в Бога, а, следовательно, и уважение к любым подобным местам. А первые поиски были где-то в 1743 году.

– Откуда такая точная дата? – поинтересовался Толя.

– Маша, скажи что-нибудь умное.

– Прибытие казаков атамана Эдуарда Еремеева, – пояснила Маша, – по приказу императрицы Ольги Фёдоровой Победоносной здесь был заложен острог, первый пограничный гарнизон. Место удобно тем, что со стороны лежака ждать нападения не приходилось.

– Логично.

– Аэропланов в те времена, сам понимаешь…

Они вышли на поляну, на которой горел костёр. Вокруг сидели молодые люди в самодельных доспехах. Деревянные мечи и дорожные знаки в виде щитов лежали рядом. Толкиенисты, или кто там ещё, просто отдыхали, пили вино и слушали свою эпическую музыку.

– Добрый день, – поприветствовал Денис молодёжь, которая была недовольна чужим вторжением, судя по лицам.

– Здрасте, – недружно ответили они и вернулись к созерцанию огня.

От греха подальше искатели быстро и тихо пересекли поляну и скрылись за очередным костяным курганом.

– И много здесь вот таких? – спросил Толя, – я знаю только Маринино сборище.

– О! Тут можно встретить в большом количестве бомжей, наркоманов, фехтовальщиков, – ответил Денис, – вот так идёшь себе спокойно, а тут – раз, парень со шприцем сидит, делает вид, мол, это не то, что мы подумали. А некоторые даже внимания не обращают.

– Жуть.

– Попадаются и нормальные люди. Некоторые фотосессии устраивают, или на шашлыки семьями приходят. А кто-то однажды вообще страстным сексом занимался, а мы помешали.

– Папа!

– Ой, увлёкся… Обычно попадаются люди мирные, но иногда дело может дойти до поножовщины. Причины разные – от простого грабежа, до встречи с сумасшедшим.

– А если возникнет конфликт?

– Пока всё обходилось, но если что, пустим в ход ракетницу.

– Ага, – сказала Маша, – один заряд против двадцати мечей, это несерьёзно. Вмиг уроют, обшмонают и продолжат хлестать винище, восседая на наших телах.

– Всё возможно, – уверенно кивнул Денис, – но будем надеяться на лучшее.

– Быть убитым на кладбище драконов, это что-то, – сказал Кирилл.

– А вы находили трупы?

– Бог миловал.

– В прошлом году нашей группе попался один такой, – вставила Маша, – зрелище ужасное. Расчленили и так оставили. Говорят, маньяк появился. Такое началось! Кто-то упал в обморок, часть разбежалась, кто куда. Оставшиеся начали фоткать.

– И ты среди них? – спросил Толя.

– Конечно, я тебе потом фотки перешлю.

– Вот уж спасибо! А что за группа?

– Исторического факультета. Раз мы будущие историки, первую сессию решили отметить здесь.

– Пить на кладбище, это лучше, чем экскурсия по музею, – саркастически заметил Кирилл.

– Отмечать закончили в полиции.

Дым костра растаял в воздухе, музыка стихла. Реже попадались банки, бутылки, окурки, фантики и кострища. Птичье пенье растворилось в нагретом солнцем воздухе, и наступила полная тишина. Даже ветер был не слышен, только ощущалось его мягкое прикосновение к лицу и рукам. Так далеко Толе не приходилось забираться, а вот остальные чувствовали себя вполне привычно, петляя между громадными скелетами и перелезая нагромождения костей.

Иногда попадались открытые полянки, иногда непролазные завалы. Встречались островки сосен, заросли кустарников и одинокие березы. Один раз переступили через крохотный ручей, потом через другой, оказавшийся тем же самым по предположению Дениса.

Первое время Толя внимательно осматривал местность, желая отыскать какую-нибудь вещицу, непременно драгоценную. Потом был согласен на любую историческую находку. Но со временем внимание притупилось, стало рассеянным, а вокруг валялись только кости, кости, кости.

– А кто-нибудь видел живого дракона? – прервал он тишину, когда наблюдать однообразие стало просто невыносимо.

– Я видел, – улыбнулся Кирилл, – и неоднократно.

– «В мире животных» не считается.

– Папа видел, – сказала Маша, – если только не выдумывает.

Денис укоризненно посмотрел на дочь.

– Видел издалека. Он сидел у Лебединки, куда мы не пошли сегодня, и пил воду. Говорят, их только там и видят. Больше для них ничего здесь нет интересного.

– Очень большой?

– Маленький. Я бы сказал, с грузовик. А если опрокинуть кузов, то сходство один в один, будто приподнятые крылья.

– А класс какой?

– Ну, точно не Гаргулия, не Бегемот, не Сирена. Похож на Рогатого Медного, но хвост не такой длинный.

– А потом?

– Потом он полетел. Отсюда не видно, куда-то туда, за холмы. Крыльями махал тяжело, видимо старым был.

– А я не видел ни одного, – грустно сказал Толя.

– Ну, не ты один. Скоро они вообще переведутся, а в клетках их держать бесполезно.

– В Африке и Южной Америке их пока много, – поведал Кирилл, – и в Австралии прилично.

– Кстати, в музее стоит скелет кенгуру, найденный в скелете дракона, – вспомнила Маша.

– У нас глубоко в тайге тоже встречаются.

– А ты того дракона хоть заснял?

– В то время не было даже пейджеров.

– Чего не было?

– Не заснял, короче. Середина девяностых, фоткали больше на «мыльницы».

– Ты прикалываешься? – засмеялся Толя.

– Так фотоаппараты назывались.

– И ты тогда уже копал?

– Ну да.

– И за всё это время нашёл только шесть наконечников?

– Три, – поправил Денис, – остальные купил или обменял.

– Но это же так мало! Столько времени тратить!

– Ну, я находил не только наконечники, – без обиды сказал Денис, – там ещё было… А на что ты тратишь своё время?

– Да так, на всякие нужные вещи.

– Можешь не говорить, у меня тут двое ненамного младше тебя. Имею представление.

– А чё мы-то сразу? – возмутился Кирилл.

Не обращая внимания, Денис продолжил:

– Когда у тебя есть хобби, не приходится особо надеяться, что все поймут и поддержат. Но я был бы сейчас здесь, даже если бы за всё время ничегошеньки не нашёл.

– Почему?

– Потому что для меня это кайф!

– Сомнительный какой-то кайф.

– В своем четырёхстенном офисе ты сходишь с ума, медленно и неумолимо. А сейчас участвуешь в маленьком, но приключении.

– А вот это возможно, – согласился Толя, – только я работаю в столярном цеху.

– Неважно. А здесь, как нигде, можно отдохнуть от города и забыть про все дела. Вообще про все. На любом кладбище очень тихо и спокойно. А на этом, особенно. Здесь никто не оплакивает близких.

– На некрофилию смахивает.

– Я удовлетворяю не извращенные наклонности, а стремление души к этому… Как бы сказать?

– К единению, – подсказала Маша.

– Вроде того. Короче, скоро остановимся на ночлег. Уединись. Сядь где-нибудь неподалеку, закрой глаза и помолчи. Сам все поймёшь.

– Типа медитации?

– Ну, пусть будет так.

Они заблудились и слава Богу, что их трое. Паника, поделённая на равные части, не имеет той власти, что может сломить одиночку. Всегда есть с кем пошутить, поругаться, спеть ободряющую песню и поддержать друг друга. Втроём легче отбиваться от маньяка и переждать холодную ночь. А сломай одинокий искатель приключений шею, что тогда? То-то!

Кладбище превратилось в бесконечную пещеру под открытым небом. Непонятно, каким чутьём драконы выбирали своё последнее пристанище, может, просто падали где попало, но рядом с пустой полянкой возвышалась гора из сотен скелетов, на которую не взобраться по причине неустойчивости. Оксана дважды пыталась залезть наверх и дважды чуть не упала, после чего ей запретили повторять подобные восхождения. А если какую возвышенность и можно покорить, то за ней вставала ещё одна такая же, только выше. А вокруг множество тропинок, будто запутанный моток проволоки – одна идёт в одну сторону, другая в противоположную, делает крюк и выходит на новую полянку, а может на ту же самую. Бесконечные туннели и переходы в большинстве своём оканчивающиеся тупиками. Хуже, чем в незнакомом мегаполисе. А тут ещё и солнце скатилось вниз, освещая только самые верхушки костяных холмов.

Девушки подошли к сосне, на которую чудом не упал ни один из летающих ящеров.

– Назад идти уже поздно, – сообщила Вера.

– Имеет ли смысл помечтать о еде вслух? – спросила Марина, сев возле дерева, – у меня аппетитные мечты.

Оксана пристроилась рядом и полезла за сигаретами.

– Не стоит, – ответила она, вспомнив о своём холодильнике, – если завтра сможем выбраться, обещаю вечером пару бутербродов и салат. Мясо только без косточек. Теперь вообще всё без костей. Только сочная горячая мякоть. Слюни не потекли?

– А вот Денис с Толей экипированы под завязку, – предположила Марина, – мужики без еды в поход не пойдут.

Следом села Вера.

– Денис уже неоднократно терялся, – сказала она, – он шагу не ступит без полного рюкзака.

– Денис, ладно, – отозвалась Марина, – Толя-то как умудрился! Тоже был одной ногой там! Спасай его теперь!

– Не знаю, чем это закончится, – поделилась Оксана, – но ноги моей на лежаке больше не будет. Даже если здесь будет выступать Робин Уильямс.

– Ты пойдешь на такие жертвы? – округлила Марина глаза.

– Я никуда не пойду. Ни на жертвы, ни на концерт, ни на лежак. Это хуже, чем искать подснежники зимней ночью.

Сейчас, по крайней мере, лето в самом разгаре. Можно походить в футболке с шортами, в лёгком платье, но вот ночью…

– Кто-нибудь сможет залезть на сосну? – вдруг спросила Вера.

– Нет, – отозвалась Марина.

Оксана посмотрела вверх.

– Никто не сможет. А зачем?

– Надо поискать какой-нибудь кустарник и попытаться развести костёр. Ночевать будем здесь.

– Здесь? – изумилась Марина, – Да я не усну. Здесь и днём не уютно, а ночью вообще будет страшно.

– Уснёшь, как миленькая. А утром я вас выведу к дороге. Лишь бы солнце светило.

Она посмотрела на Оксану.

– И твой день рождения мы встретим на лежаке. Класс?

Оксана и хотела бы вылить всю обиду, всю досаду на подруг, но кто же её тянул с собой?

Медитация, так медитация.

Толя отошёл подальше от так называемого лагеря, чтобы не слышать шум горелки и разговоров отца с детьми. Отыскав большую длинную кость, способную заменить лавочку, он уселся на неё и вытянул ноги, чувствуя волну благодарности от уставших мышц. Отряд прошагал после обеда километров пять, если верить навигатору, и, несмотря на довольно небольшое расстояние, Толя порядком подустал, то ли от самого похода по этой полосе препятствий, то ли от до жути однообразного ландшафта.

В городе нет такого расстояния, как пять километров, сколько бы он сам ни был в длину и в ширину. Зато есть такси, маршрутки, троллейбусы и трамваи. В современном городе, где от шума транспорта невозможно скрыться даже на последнем этаже небоскрёба, пяти километров попросту не наберётся. Такова современная жизнь. Именно поэтому между городом и лежаком чувствуется существенная разница. И здесь нет машин.

Толя прислушался. Суета города, даже отдалённым гулом, не доносится до него, будто кости поглощают любой звук, несоответствующий этому месту. Странно, но это кладбище и близко не напоминает человеческое, в том плане, что все эти кости не ассоциируются с горем и утратой. Кости да кости, как деревья в парке. Когда-то драконы царствовали в небе, наводили на людей ужас, кто мог, тот сжигал целые поселения. А теперь они покоятся под ним, молчаливые и безразличные ко всему, что происходит вокруг.

На чём мы остановились? Ах, да. Медитация. Вот Марина, она начитанная, она объяснила бы, что это такое. А так, придётся действовать вслепую.

Толя глубоко вздохнул. Вечерний воздух был чист и лёгок, и спокойствие, будто тёплая морская волна, накрыло его. Действительно, здесь тебе не столярка. Что там дальше по инструкции? Он закрыл глаза и словно провалился в пустоту, в особое место, где любит отдыхать Бог. Ни звука ветра, ни движения, и даже твёрдая кость под задницей будто растворилась в темноте, а тело стало невесомым. Он представил себя выпущенным из ракетницы сигнальным зелёным огоньком, падающим в пустоту на фоне ночного неба, таким же тихим и спокойным, а вокруг ничего. Ни облаков, ни земли, ни реки с разрушенным мостом, ни позиции противника, которые надо бы осветить. Только он, темнота и медленный полёт. Если в раю так же здорово, подумал Толя, я готов стать верующим.

Девушки ободрали все кусты, какие попались в поле зрения, насобирали тонких драконьих косточек, в качестве бумаги Оксана предложила пачку из-под сигарет. Остатки сигарет бережно убрала в сумочку.

– Ты точно бросила? – обратилась она к Марине, – Твой вклад в общее дело был бы неоценимым.

– Уже жалею об этом.

Для розжига добавили влажные салфетки.

– Они проспиртованы, – сообщила Вера, – значит, запылают, дай бог как.

Будто ставя ей в укор некомпетентность, салфетки горели еле-еле, пачка занялась тоже неважно и обещала быстро прогореть.

– Сейчас потухнет.

Вера проверила сумочку и вытащила несколько своих визиток и одну таксиста. Не бог весть что – визитки тоже плохо горят, но этого хватило, чтобы занялись ветки кустарника. Следом нехотя загорели и кости. Чёрный дым потянулся к вечернему небу.

– А если развести большой костёр сразу на куче костей, может, нас заметят, – Оксана посмотрела вверх.

– Лежак и так каждый год горит на пару с городской свалкой, – сказала Марина, – и сам тухнет, его даже не пытаются тушить. Так что…

– Эти кости прогорят очень быстро, – прервала её Вера, – надо приготовить потолще.

– Да ты просто спец в разжигании костров. Денис научил?

– Прочитал как-то лекцию по выживанию вместо бурной ночи. Старичок не хотел сексом заниматься, зато теперь не замёрзнем.

– Одолжи своего на две ночи, – попросила Марина, – мало того, что Толя молодой, так ещё и мои бойцы намекают на всяческие непристойности. Хоть отдохну, послушаю про выживание.

– Чего у вас там, девчонок мало? – поинтересовалась Оксана.

– Ну, я самая аппетитная, видимо.

– Меня возьмите в качестве оператора, все пацаны будут моими.

– Да там своих хватает, со смартфонами. Весь Ютуб загадили.

– Что стоим? – прикрикнула Вера, – Впёред, за костями!

– Мы, прямо как людоедки, какие-то, – заметила Оксана.

Вскоре костёр запылал более подобающе. Дым стал гуще, черней, как и ночное небо. А звёзд-то, звёзд! Мамочки родные! Как грязи! И падали они так быстро, что загадать желание не было никакой возможности, а значит, скорое возвращение домой оставалось под вопросом.

Из длинных берцовых костей была сооружена самая неудобная лежанка в мире, под головы положили сумочки и девушки, тесно прижавшись друг к другу…

– Тихо, как в этом самом.

…уснули каждая со своими мыслями.

Утро встретило поисковиков густым влажным туманом. Он скрыл небо, рассвет и всю долину драконов, заретушировал кости, словно желая вычеркнуть их из истории.

– Чай горячий, налетай! – призвал Денис.

Дети нехотя вылезли из спальников.

Толя, не услышав сигнал будильника, автоматически хотел проверить смартфон и вдруг почувствовал лёгкий предательский озноб в пальцах рук, и это не от утренней прохлады.

– Анатолий!

– Сейчас.

Чёртовы таблетки! К вечеру они только-только выйдут к городу. Теоретически всё может обойтись, но один раз он уже очнулся в больнице, и это было его вторым рождением. Третьего может и не быть.

Все уже пили чай, грели руки горячими кружками, шутили и настраивались на поиски, пусть и ознакомительные, организованные исключительно для нового члена команды. Нет, подводить этих ребят нельзя. Надо вытерпеть. Главное – не думать о плохом, увлечься поисками, и всё будет тип-топ.

– В таком тумане вряд ли можно что-то найти, – улыбнулся Кирилл, явно обделённый при рождении чувством юмора.

Шутка ни на кого не произвела впечатления, но его голос звучал… отчётливо, что ли.

– Ты чего? – спросил Денис, видя, как Толя озирается.

– Если вчера вечером было тихо, то как назвать вот это?

– Молчание природы, – предложила Маша, – туман поглощает звуки, поэтому чувствуешь себя, как в вакууме. Я, правда, не знаю, что там в вакууме происходит, но иногда хочется помереть в таком тихом месте.

Ой, как не к месту такие мысли, подумал Толя. Тут поможет только оптимистический настрой. Он вскочил и потёр руки.

– Мне завтра на работу после прогула, предлагаю начать и вернуться пораньше. Душ надо принять, придумать причину для начальства.

– Давайте поспешать, – поддержал Кирилл, – всё равно вернёмся ни с чем.

– Тогда зачем пошёл? – спросил Толя, – Ты же знал расклад.

– Так, романтика.

Оксана открыла глаза и тихо ахнула. Всю округу заполонил туман. Как опытный разведчик, он преодолел огромный путь, неслышно вполз в их импровизированный лагерь, захватил всю территорию и взял девушек в плен, отчего перспектива вернуться домой казалась неосуществимой. Вот когда жалеешь, что нет ветра, сильного и быстрого, способного за шкирку уволочь эту безликую серую пасмурность куда-нибудь подальше, открывая людям солнце.

Рядом заворочалась Марина.

– Это мне снится, или мы уже на том свете?

– Что ж так холодно? – проворчала Вера, с тоской разглядывая остатки белых костей в остывшей золе, – И есть охота.

Оксана встала, зевая и растирая голые предплечья.

– Не будем показывать пальцем, но кто-то обещался по утру найти дорогу.

Какая тут может быть дорога, если соседние кучи костей еле виднеются!

– Тихо-то как! – изумилась Марина, – Будто…

Продолжать она не стала.

– Ждём, когда туман спадёт, – решительно заявила Вера, – по солнцу прикинем в какой стороне город.

– И чья была идея отправиться в это место? – спросила Оксана, – Кто этот дебил?

– Я, – улыбнулась Вера.

– Чёрт бы подрал этого Толю с его таблетками! – проворчала Оксана, – Они может уже домой идут с куском янтарной комнаты! А мы тут умрёт от голода, а наши кости смешаются со скелетами этих животных. А у меня сегодня день рождения! Поздравляю!

– Кричать будем? – поинтересовалась Марина.

– Не будем. Тут никого нет в радиусе трёх километров точно. Да и то, бомжи какие. А твои гоблины ещё спят.

– Мои гоблины в другом месте дерутся, сколь можно повторять?

– Тогда предлагаю заняться новым выпуском, – предложила Оксана, – специально камеру взяла.

– Я ужасно выгляжу, – сказала Вера, – а чувствую себя ещё хуже.

Марина просияла:

– Так в этом и весь прикол. Тема: как оставаться красивой, потерявшись на драконьем лежаке! Это будет бомба!

– Это будет чушь собачья, но… – Вера посмотрела вокруг, – у меня других вариантов нет.

– Так, оператор! Готовь аппаратуру!

Оксана достала из кофра камеру. Это у любителей футляр. У профессионала – кофр.

– Готово!

– Ну не так же быстро! Тогда настраивай.

– Уже настроила!

– Бали-и-ин! Тогда ищи экспозицию.

– Нашла! – засмеялась Оксана, – Его тут полно!

– Вот какая, а! – покачала головой Марина, – Ведущая! На передовую!

– Меня, может, накрасить сперва?

– В том-то и дело, что нет! Вставай тут! Оператор!

Оксана подскочила и направила камеру на Веру.

– Мотор! Давай, говори.

– Что говорить?

– Ты профессионал. Импровизируй. Ещё раз. Мотор!

Вера изобразила страдальческий вид, что в её состоянии было нетрудно.

– Дорогие девчули! Мои красавицы и те, кто стремиться к этому! Наш выпуск снимается в условиях чрезвычайного положения. Вы можете предположить, что это декорации, но факт – наш бьюти-блог потерялся на драконьем лежаке.

Вера обречённо обернулась вокруг и театрально всхлипнула. Марина показала большой палец.

– Наши координаты – двадцать шесть семнадцать северной широты и одиннадцать девяносто восточной долготы. Все на помощь! А пока вы спешите к нам на квадрациклах, а наши сигнальные огни только что заметили с МКС, мы кое-что для вас приготовили.

Изображение в камере дрожало, Оксана еле сдерживала смех.

– Итак! Что делать, если вы заблудились в густом тумане среди дохлых драконов, или попали в другую безвыходную ситуацию, а из еды только косметичка? Правильно! Оставаться красивой, несмотря ни на что! Сегодня мы вам покажем, как из Толстокожего Хвата, – она показала на себя, – превратиться в Изумрудного Лорда, в нашем случае – в Изумрудную Леди.

Вера сделала приглашающий жест.

– И поможет нам в этом наш постоянный и дипломированный эксперт по вопросам красоты – Марина!

Марина вышла вперёд и уже попала в кадр, как вдруг замахала руками, призывая остановить съёмку.

– Что случилось? – Оксана опустила камеру.

Марина расхохоталась.

– А я почему выгляжу как Толстокожий? Мне надо быть в форме, так что – ждите.

Она открыла косметичку и стала превращаться в Изумрудную Леди.

– Помолясь, начнём, – объявил Денис.

Толя стоял рядом, сжимая лопату обеими руками, как знамя. Немота прошла, или просто временно затихла. Зато заболели ноги и, слава богу, это мышцы заныли после вчерашнего перехода.

– Включаем тут. Вот здесь настраиваем частоту на тридцать сантиметров, больше не имеет смысла.

– А если что-то лежит глубже?

– То мы об этом узнаем в следующий раз, когда перенастроим прибор. Не будем же мы топтаться на одном месте, постоянно меняя частоту.

Маша уже прочёсывала свою часть поляны, приглянувшейся всей команде. Кирилл сидел неподалеку на корточках, ожидая крика «есть!». Лопата и кирка лежали в стороне. Опыт молодого человека подсказывал, что находок сегодня не будет, но, по крайней мере, он отдохнет от навязчивой материнской заботы. Сестра была с ним солидарна.

– Инструмент у нас не самый дорогой, – продолжал Денис обучение новичка, – поэтому ориентируемся исключительно на сигнал. Их девять. Каждый звук соответствует определённому металлу, со временем научишься различать. Есть приборы, визуально показывающие скрытый предмет.

– Но у нас не такой?

– Зато надёжный. Хочешь попробовать?

– Конечно.

Толя передал лопату, взялся за рукоятку металлоискателя, упор зафиксировался на локте. Возникло ощущение, будто рука удлинилась до самой земли.

– Удобно, – похвалил он.

– Теперь води усилитель влево – вправо, будто траву косишь, только не спеши.

И видя улыбку на лице Толи, добавил:

– Через пятнадцать минут надоест. Если не проникнешься всем сердцем, больше сюда не пойдёшь.

– Пока нравится.

– Где-то через месяц идём на неделю вдоль Лебединки. Будем продолжать начатый маршрут. Если что, место вакантно.

– Учту, – довольно улыбнулся Толя.

– А работа?

– Возьму отгул за свой счёт. Если проникнусь сердцем.

– Ты пока вникай, я отдохну немного со вторым копателем.

Улыбка не исчезала с лица Толи. Будто студент на производственной практике, добравшийся до профессионального оборудования, он внимательно следил за усилителем, стараясь делать амплитуду движения прибора одинаковой. Да, первый раз, это первый раз. Скоро ему надоест, а со временем станет обычным и не столь увлекательным делом – прочёсывать квадратные километры ради одной гипотетической монетки. Но пока азарт поиска не прошёл, надо ловить этот момент, ощущать его всем своим существом, ибо больше он не повторится.

Денис с сыном мирно беседовали, будто сидели на домашней кухне, затем к ним присоединилась Маша, а Толя шёл и шёл дальше, чувствуя, как колотится его молодое любопытное сердце.

– Вот так, дорогие мои…

– Наши! – улыбнулась Марина в камеру, – Дорогие наши!

– …дорогие наши! Теперь, даже перед опасностью умереть от голода, мы по-прежнему остаёмся красивыми и желанными. С вами были Вера, Марина, за камерой Оксана. У неё сегодня праздник, она постарела ещё на один год. Наши поздравления!

– Наконец-то, вспомнили!

– Итак, до новых встреч. Если, конечно, мы отсюда выберемся. Целуем!

Оксана опустила камеру.

– Предлагаю монтажом не заморачиваться, у нас здесь ЧП, как-никак. Доводку не делать, обрезку только чуть-чуть, малость «пригладить» и выложить, как есть, что бы по убедительней было. Может, когда-нибудь, это станет учебным пособием для начинающих режиссёров.

– Пусть будет так, – согласилась Вера, – порядок создается из хаоса.

– Сюда! – послышалось из-за кучи позвоночников, рёбер и черепов, и не определишь характер крика – радость, боль или страх, – Скорее!

Денис с детьми переглянулись и поспешили на зов.

– Ногу подвернул? – нахмурился Кирилл, – Или что-то нашёл?

– Ага, драгоценности царицы Савской, не иначе, – сказала Маша.

– Только бы не ногу. Не люблю на себе людей таскать. Они тяжёлые.

Толя стоял посреди открытого места и держал металлоискатель двумя руками, как винтовку. Нет, ног он, определённо, не ломал..

– Смотрите! – он указал на очередной костяной холм, подобно которому во всей долине было великое множество.

– Что там? – спросил Денис, не видя ничего особого.

– Ну, вон же! – Толя подошёл поближе, и указал пальцем – Вот, вот, и вон там ещё!

И тут-то они увидели.

– Это… тот самый, что ли? – прошептала Маша.

– Ага, – тихим голосом подтвердил Денис, – этот самый.

– Новичкам везёт, – добавил Кирилл, не веря своим глазам.

– Кто бы мог подумать.

– А разве такие существовали? – спросил Толя.

– Ну а ты как думаешь? Сам же нашёл.

– Теперь история претерпит некоторые изменения, – волнуясь, предположила Маша, – я напишу диплом на эту тему. А можно, будто я его нашла?

– Да пожалуйста, – улыбнулся Толя.

Нет, всё же не зря он, поддавшись романтическому искушению, отправился на приключения. Судя по реакции опытных искателей, находка оказалась более существенной, чем вся эта историческая мелочь с гербами и ржавыми лезвиями.

Лежак скрывал в себе много тайн и загадок. Любой искатель расскажет пару историй об огнях в небе или странных звуках по ночам с третьего по пятое июля. И вот теперь – останки этого дракона, мимо которого прошли многие искатели, но так и не обнаружившие его среди подобных.

– Сейчас зафиксирую место, – дрожащими руками Денис достал навигатор.

– Зря мы оставили телефоны, – с досадой произнёс Толя.

– У меня фотик есть, – сказала Маша, – в рюкзаке.

Она бросилась к оставленным вещам.

Перед ними лежал огромный скелет с тремя длинными шеями, с острозубым черепом на каждой. Левая шея была неестественно повёрнута назад, будто дракон оглянулся. Если присмотреться повнимательней, то по бокам можно разглядеть плечи, предплечья и длинные пальцы с когтями, как у летучей мыши – то, что осталось от некогда сильных красивых и ужасных крыльев. А вокруг всё ещё стоял туман и хозяйничала тишина. Можно только представить, что переживали наши поисковики.

Естественно, это событие не могло обойтись без фотосессии – а иначе, кто бы в такое поверил без доказательств! Каждого сфотографировали поодиночке, по двое, по трое, и, наконец, сделали групповой кадр на фоне Змея Горыныча. Маша была бы не Машей, если бы не захватила с собой палку для селфи. Эх, вот тот случай, когда можно обливаться шампанским, направляя горлышки бутылок друг на друга. Все радовались и шутя предлагали дальнейшие действия для славы и баснословных гонораров, и лишь у Толи улыбка была вымученная вежливым участием в общем веселье.

– Может, повёрнем назад, – предложил он.

Словно почувствовав приближение беды, Денис помрачнел.

– Что случилось?

– Всё норм, но мне надо в город.

Денис медленно и твёрдо произнес:

– Быстро выкладывай, в чём дело.

Толя виновато опустил глаза, но онемение в пальцах было только началом, а до города ходьбы четыре часа, если он сможет пройти этот путь сам.

– Я забыл дома таблетки. А без них я не могу.

– Наркота? – изумилась Маша.

– Нет. Но мне они необходимы.

– Приехали, – прошептал Кирилл, – как чувствовал.

– Последствия серьёзны?

– Самые серьёзные.

– Сам дойти сможешь?

– Всё может быть.

– А может и не быть?

Толя промолчал.

Не было ни секунды на упрёки, ругань или хватания за голову, а уж тем более для паники. Ни одной.

– Киря, прячь все инструменты под Горыныча, на днях заберём. Маша, рюкзаки оставляем на месте, просто отодвинь в сторону. Ты, – он обратился к Толе, – идёшь на своих двоих как можно дольше. Надо будет – понесём по очереди. Носилки нам делать не из чего.

Он взял с собой только навигатор, ракетницу и остатки воды.

– Вперёд! – Денис ободряюще улыбнулся, – И не делай такого виноватого лица, не ты разрушил Трою.

– Психологи рекомендуют использовать любую неблагоприятную ситуацию в своих целях, – поделилась Марина, – типа, жизнь подсовывает вам лимон, а вы…

Оксана уже подготовила выпуск на планшете, к счастью их блог не блистал навороченными спецэффектами и врезками, и поставила на очередь в эфир. Как только появиться связь, выпуск автоматически появиться в сети. Ну и, естественно, «лайки» и восхищенные комментарии.

– Да, да, да! – отозвалась Вера, – Делайте лимонад и продавайте литрами за полцены.

– Я предпочитаю только натуральные соки, – сказала Оксана, – и никаких консервантов.

– Соки, это ты про вино?

– Да хотя бы!

– Нет, ну серьёзно! – Марина не любила сидеть без дела и слушать препирательства подруг, – Туман спадет, дорогу найдём, а сейчас-то что делать?

– Давайте ещё один выпуск замутим, как мы все передрались и теперь замазываем ушибы тональным кремом.

– Ну, можно просто обсудить будущие выпуски. Надо как-то прорываться в нашем деле. Хотя, что обсуждать, если Интернета нет.

– Мы только что сняли уникальный материал. Вот вернёмся и оценим серьёзно. Это будет нечто эксклюзивное. Что-то я не помню, чтобы у кого-то были подобные выпуски.

– На кладбище драконов?

– Да в любой опасной ситуации. Все сидят в своих студиях и обсуждают новинки косметики и парфюмерии. Или учат краситься в машинах, застрявших в пробках. А мы всё-таки выбрались на природу, заблудились и не пали духом. Я думаю, это будет бомбой, если вернёмся.

– Когда вернёмся, – поправила Марина.

– Когда вернёмся.

– Может, если всё пойдет хорошо, нам закажут что-нибудь прорекламировать?

– Ой, смотрите! – Вера указала пальцем в сторону.

– Только не говори, что там кто-то вдруг ожил, – Оксана медленно обернулась, – ой, какой зайчик!

Даже в таком не самом приятном месте встречаются милые создания.

– Это кролик, – поправила Марина, – зайцы белые только по зиме. И уши у этого маленькие.

Из узкого прохода в костях на полянку выбежал белый кролик. Он смешно шевелил носом и, казалось, с интересом наблюдает за девушками. Хотя, попробуй, угадай, куда он смотрит.

– Какая няшка! – прошептала Оксана.

– Вы думаете, о том же, о чём и я? – спросила Вера.

– Если здесь водятся кролики, значит, хищников нет? – предложила Оксана.

– Нет, это же еда сама к нам припрыгала, – сказала Марина, – только бы его как-то подманить.

– Я не позволю его ловить, – возмутилась Оксана, – он же такой хоро-о-оший.

– Я хочу есть!

– Это значит, что мы ушли очень далеко от города, – сказал Вера.

– Фигня, – отрезала Марина, – зайцы могут жить недалеко от людей. Мы в деревне ловили таких прямо на окраине.

– И жрали! – поморщилась Оксана.

– А раз это кролик, значит, он сбежал от хозяев. Кролики больше домашние.

– А если этот дикий?

– Не важно, город близко. Или деревня. Среди костей для них очень мало травы, а зимой тем более. Они сами выбегают к людям в поисках съестного.

– Местные собаки всех бы переловили, – сказала Вера.

– Поверь мне, они по костям будут бегать лучше любого пса. Зайцы стараются жить среди колючих кустарников, кролики в норах. А собакам нужно открытое пространство. Книжек читать надо больше, а коменты к видосам меньше.

Кролик продолжал безмятежно жевать травинку, не обращая внимания на двуногих. Кролику хорошо, он не будет переживать, если вдруг потеряется. Так они устроены.

– Есть мы его не будем, – настаивала Оксана, хотя вектор разговора сместился в другую сторону, – а вдруг сейчас выйдет человек и спросит, не видели ли мы его кролика.

– А в руке у него поводок, – сыронизировала Марина.

– Я была бы только рада, – улыбнулась Вера, – хотя и охренела бы от такой ситуации.

И тут Марина, прирожденный генератор спонтанных идей, оценивающе посмотрела на кролика.

– Надо пойти за ним!

– Зачем?

– Пойдем очень осторожно, чтобы не спугнуть. Они в тумане ориентируются неплохо. Он выведет нас к городу.

– Как Алису?

– Ага, – ехидно заметила начитанная Марина, – Алису он, как раз, увёл ну о-очень далеко от дома. Но наш хороший, мы же его не съели.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.