Оскар Уайльд
Портрет Дориана Грея

1

Легкий летний ветерок развивал занавески, а из сада доносился приятный запах цветов. Где-то издалека был слышен уличный шум Лондона. В студии художника было тихо и мирно.

Лорд Генри Уоттон развалился в кресле с сигой в зубах, наблюдая, как дым парит к потолку. Его кореш, художник Бэзил Холлуорд, уставился на почти законченную картину. Это был портрет молодого парня – очень красивого парня.

Бэзил и лорд Генри были хорошими дружбанами, вместе пыхтели над знаниями в Университете Оксфорда. Сейчас им обоим уже было под тридцать. Бэзил много работал и стал известным художником. А лорд Генри, среди друзей Гарри, всегда был безработным парнишкой с баблишком. Так что он тратил деньги на дорогую еду и шмот, ценные книжки и искусство.

Лорд Генри указал на картину.

– Это лучший портрет из всех твоих, Бэзил. Ты должен выставить его в лучшей галерее Лондона. Его должен увидеть каждый.

– Так-то я не собираюсь этого делать, – ответил Бэзил.

– Не собираешься? – удивился Генри. – Вы художники идиоты. Хотел стать знаменитым – стал. А сейчас не хочешь быть знаменитым. Пораскинь мозгами, Бэзил. Хреново, когда люди говорят о тебе, но намного хуже, когда они не говорят. Что за фигня на счет портрета?

– Ты будешь смеяться, Гарри, – ответил Бэзил. – Но я не хочу выставлять портрет, потому что в нем слишком много от меня.

– Что за чушь?! Портрет вообще на тебя не похож. У тебя черная шевелюра и волевой подбородок. Но ты не красавчик, Бэзил. А вот парень на картине – блондин с бледным лицом. Вот он красавчик.

– Ты меня не понял, – ответил Бэзил. – Я не имел в виду, что похож на Дориана Грея.

– Дориан Грей? Это парнишка с картины?

– Да, это он. Не хотел говорить тебе его имя, – насупился Бэзил. Он замолчал и вышел в сад.

Гарри рассмеялся и последовал за ним.

Они уселись на лавочке под лавровым деревом, радуясь теплому летнему ветру.

Гарри глянул на часы.

– Мне скоро надо будет уходить, Бэзил. Но сначала я хочу получить ответ на свой вопрос, – сказал Гарри.

– Какой вопрос? – спросил Бэзил.

– Почему ты не хочешь выставлять картину?

– Я уже сказал. В ней слишком много от меня.

– Что ты имеешь в виду? – удивился Гарри.

Бэзил пояснил.

– Короче я художник. А художники рисуют других людей. Но мне кажется, что они вкладывают в свои работы часть своих чувств. Такая же фигня приключилась со мной, когда я писал портрет Дориана.

– И каковы твои чувства, Бэзил? – Гарри наклонился, сорвал маленький белый цветочек и повертел его в руках.

– Я встретил Дориана на приеме у леди Брендон, в толпе людей. Наши взгляды встретились. Я даже испугался в тот момент, в душе не чаю почему. Мне показалось, что он уже очень важен для меня, будто мы знаем друг друга тысячу лет. Нас представили друг другу. Ржали весь вечер как кони. Короче так мы и стали друзьями.

– Что ж, смех лучшее начало дружбы, – сказал Гарри. – И лучший ее конец кстати.

– Гарри, ты, блин, никогда не бываешь серьезным, – насупился Бэзил. – Дориан мой самый важный лучший друг. Он даже важнее моей работы!

– Я думал, работа для тебя важнее всего, Бэзил.

– Она важна. Но я буквально нуждаюсь в Дориане. Теперь я лучше после знакомства с ним. Помнишь ту картину с лесом и полем? Все говорят, это лучшая моя картина. А знаешь почему? Потому что Дориан был там. Он смотрел, как я рисую ее. У него какая-то неебическая власть надо мной. Но я не хочу, чтобы он знал об этом. И вообще чтобы кто-либо знал. Теперь ты понимаешь, почему я не хочу выставлять ее в галерее. В ней слишком много меня.

– Мне кажется, ты не прав, – ответил Гарри. – Поэты вкладывают свои чувства в стихи. И зарабатывают этим деньги. А художники вкладывают чувства в свои картины. И потом тоже могут получать за это деньги.

Гарри задумался.

– Ты устанешь от этого красивого молодого человека. В один прекрасный день его красота испарится, и Дориан перестанет быть таким интересным.

– Это не правда! Не говори так! Не его красота важна для меня, а он сам.

– Дориан Грей, должно быть, очень интересный молодой человек, – усмехнулся Гарри. – Я хочу с ним познакомиться.

Бэзил и Гарри заспорили, стоит ли знакомить Гарри с Дорианом. Тут в сад вышел слуга Бэзила и сообщил о том, что Дориан прибыл и ждет художника в его студии.

Бэзил повернулся к другу, он был расстроен.

– Пожалуйста, будь осторожен с ним. Он красив и очень юн. А ты никогда не бываешь серьезен и говоришь всякие странные вещи. Это повлияет на него. Твое влияние будет пагубно для него. А я нуждаюсь в нем, чтобы закончить свою работу.

– Что за хуйню ты несешь! – с этими словами Гарри взял Бэзила под руку и направился в студию.

2

Красаучик сидел за пианино, уставившись в ноты, когда Бэзил и Гарри вошли в гостиную. Не поворачиваясь, он сразу заговорил о том, что не хотел бы позировать сегодня. Но как только он обернулся и увидел Гарри, то сразу смутился и замолчал.

Бэзил представил их друг другу, и они пожали руки.

Это был (кто бы мог подумать) высокий бледный блондин с голубыми глазами лет двадцати. Действительно красавчик.

Как только знакомство произошло, Бэзил сел за работу. Он не хотел, чтобы Гарри разговорился с Дорианом, поэтому сразу приступил к делу, попросив друга свалить.

Но Гарри тоже был не так прост. Он спросил Грея, не против ли он его присутствия. И, получив разрешение остаться, сразу же развалился в кресле и закурил.

Бэзил приступил к работе, и в студии стало тихо.

– Правда ли, что вы плохо влияете на людей, как сказал Бэзил? – спросил Дориан, нарушая тишину.

– Не бывает плохого или хорошего влияния. Любое влияние плохо. Плохо менять человека, вкладывать в него свои собственные мысли и идеи.

– Почему?

– Потому что каждый человек уникален. Нехорошо влиять на человека, делать его таким же как ты сам. Вы должны жить свою собственную жизнь. Наслаждаться ею – делать и плохие вещи, и хорошие. Не стоит париться, кто и что о вас подумает.

Дориан смутился. Гарри не стоило говорить этого. Но он был умен. У него было узкое лицо и умные темные глаза. И голос у него был приятный и низкий. Такой, что Дориану хотелось слушать его. Он никогда не встречал такого человека.

В свою очередь Гарри не стал нарушать молчание. Он поглаживал свою острую бородку и наблюдал за юношей. Он знал, что тот сейчас обдумывает его слова.

Вдруг Дориан заговорил. Он пожаловался на жару и усталость от долгого позирования.

Погруженный в работу Бэзил не слушал разговор. Он очнулся от голоса Дориана и предложил им выйти в сад и прогуляться, пока он заканчивает картину.

Гарри и Дориан направились в сад под то же самое лавровое дерево.

– В его тени ты не обгоришь, – пояснил Гарри.

– Разве это важно? – спросил Дориан.

– Твоя кожа очень бледная. Ты не должен обгорать, потому что должен заботиться о своей красоте. Ты молод и красив. А молодость очень дорогое удовольствие.

Дориан смотрел на длинные белые пальцы Гарри и слушал его низкий бархатный голос.

– Однажды ты постареешь. Твое лицо сморщится. Ты будешь старый, морщинистый и некрасивый. Ты уже не будешь молодым, а следовательно и красивым. Поэтому уже не сможешь получать от жизни всё. Так что, мистер Грей, ты должен получать удовольствие от жизни, пока ты молод и красив. Ты должен делать всё, что бы ты ни захотел, узнать больше о жизни и людях. И не париться о мнении окружающих.

3

Внезапно они услышали радостный голос Бэзила. Он звал их назад в студию, чтобы он мог закончить портрет.

Дориан вернулся обратно к позированию. В студии было тихо, все молчали. Был слышен только шорох занавесок, и аромат садовых цветов витал в воздухе.

Через четверть часа Бэзил остановился. Сначала он надолго уставился на Дориана, а потом на картину.

– Я наконец закончил, – воскликнул Бэзил. Он взял кисть и размашисто расписался в уголке картины.

Гарри и Дориан подошли посмотреть на законченный портрет. Гарри восхитился и сказал, что это лучший портрет, который он когда-либо видел.

Дориан же долго вглядывался в свой портрет. Поначалу он улыбался, ведь действительно парень на портрете был молод и красив. Но понемногу улыбка стала сходить с его лица. Он вспомнил слова Гарри в саду о том, что со временем он постареет и станет морщинистым старикашкой.

Бэзил не мог понять, что случилось с Дорианом. Ему показалось, что корешу не нравится его работа. Однако Гарри рассмеялся и уверил его в обратном, даже захотел купить картину. На что художник ответил, что картина принадлежит Дориану.

Юноша словил грустинку. Он думал о том, что он будет превращаться в старого пердуна, а его портрет навсегда останется молодым. Как бы он хотел, чтобы этого не произошло! Он готов был душу продать за это! Дориан в отчаянии сказал об этом друзьям.

– Это было бы не очень честно по отношению к Бэзилу, – рассмеялся Гарри.

Но Дориан не засмеялся. Он был в полном отчаянии, ему казалось, что Бэзил больше беспокоится о картине, чем о нем самом. От обиды он бросился на кресло и разрыдался, уткнувшись в свои руки.

Художник был расстроен происходящим. Он обвинял Гарри в том, что тот напиздел пацану, отчего он загнался по полной. В порыве чувств Бэзил схватил нож, чтобы разрезать только что законченный портрет. Но в этот момент Дориан схватил уже занесенную руку художника, останавливая ее.

– Не делай этого, Бэзил! Это будет убийством. Пожалуйста…

Когда каждому из них удалось успокоиться, Бэзил вызвал слугу и попросил подать чай. Они пили его в тишине, когда Гарри предложил сходить вечером в театр. Бэзил отказался от предложения и стал отговаривать Дориана. Но парнишка был очарован Гарри и согласился тут же составить ему компанию на вечер.

4

Гарри не очень много узнал о Дориане из рассказов Бэзила. Так что он навел справки у некоторых своих знакомых и остался доволен тем, что узнал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.