Илья Фогелль
Орден «Чёрная Роза»

Иногда мы засыпаем в надежде не проснуться.

Но чаще мы бодрствуем, молясь, чтобы это был сон.

Глава 1 – Снежный шар

Город Эльазар: День первый

04:47 – Квартира Итана Гемельтона

– Проснись, – нежным, но уверенным, давно забытым женским голосом отразилось звонкое эхо в сумрачном полумраке предрассветной зари.

Утро определённо начинается не с кофе. Солнце ещё не успело полностью выползти из-за горизонта, как в холостяцкого вида однокомнатной квартире зазвонил личный телефон лейтенанта Итана Гемельтона. Служитель порядка не был заядлым алкоголиком, однако выходные есть выходные. Вот только когда ты работаешь на благо общественного порядка, отдых – это скорее субстанция временная, или вовсе мифическая.

– Алло, – хриплым, заспанным голосом ответил офицер. – Гемельтон у аппарата.

– Простите, что беспокою вас в такой ранний час, лейтенант, но у меня важное сообщение от капитана Делвинка, – ответил на другом конце провода милый голос диспетчера. – Вас вызывают на место преступление, срочно. Адрес отправлю в смс.

– Спасибо, Вики. Я приеду как можно скорее. – Сбросив вызов, Итан ещё несколько секунд пристально смотрел на экран телефона и, убедившись, что звонок завершился, немного на выдохе, добавил: – Когда-нибудь мне придётся жениться на этой работе. – В это мгновение экран устройства засветился, и звуковой сигнал оповестил владельца о полученном сообщении.

Прочитав название улицы, офицер быстро вычислил, сколько ему потребуется времени добраться до места преступления и принялся не спеша одеваться. Параллельно, повесив на левое ухо гарнитуру, Итан набрал номер диспетчера и, пока ждал ответа, наскоро прополоскал рот специально для этого подготовленным средством.

– Диспетчер Западного отделения отдела убийств слушает. Чем могу вам помочь? – зазвучал приятный улыбающийся голос молодой девушки.

– Вики, это Итан.

– Снова здравствуйте, лейтенант, ваш голос уже намного бодрее, чем пять минут назад. Что я могу для вас сделать?

– Вызови, пожалуйста, сержантов Ламарка и Лорика, если, конечно, они уже не там.

– Нет. Распоряжения на вызов ваших сержантов не поступало. Так что я с радостью передам им ваши указания.

– Вики, ты просто лучик счастья в это суровое утро. До связи.

– Удачи вам, лейтенант.

– Вот же странная женщина, – произнёс вслух Гемельтон, после того как убедился в завершении разговора. – Подобную жизнерадостность необходимо приравнять к федеральному преступлению.

Перед тем как выйти, Итан на несколько секунд остановился у зеркала, висящего справа от входной двери. Он внимательно, насколько это было возможно при тусклом свете одинокой лампочки, изучил свой внешний вид. Небольшие, но заметные мешки под глазами, несколько лопнувших капилляров окрасили белок в красный цвет. Тёмно-синяя кожаная куртка, которую ему выдали, когда он получил звание лейтенанта два года назад – немного потрёпанная временем, но всё равно придающая солидность тому, кто её носил. Спереди, слева, был нанесён герб их отдела и обозначено звание. Более никаких отличий от такой же гражданской версии в ней не было. Под куртку Итан любил надевать водолазку, преимущественно чёрную, и, естественно, не забывая накинуть поверх неё нательную кобуру с табельным оружием. На ногах – синие джинсы и мощные чёрные берцы.

– Что ж, погнали, – сказал он сам себе и, медленно выдохнув, направился в гараж, где его ждал личный, но в тоже время служебный автомобиль.

05:21 – Место преступления

Несколько служебных машин уже стояли по периметру, и младшие сотрудники следили за тем, чтобы внутрь оцепления не проник никто посторонний, благо желающих заглянуть в переулок было не много: утро выходного дня, да и время не самое популярное. Подъехав на место, Итан ещё из машины принялся искать глазами капитана. Заметив его возле трупа, Гемельтон отправился на сближение.

– Капитан, – кратко поприветствовал своего начальника Итан.

– Лейтенант, вы чертовски припозднились. – Йозеф Делвинк, капитан Западного отделения отдела убийств города Эльазара. Человек серьёзный, исполнительный, но явно не выспавшийся в этот день, о чем говорил большой стакан с кофе. Его крепость была настолько сильной, что запах напитка перебивал вонь переулка. Это также означало, что капитан будет, мягко говоря, не в духе.

– Простите, Йозеф, но, если бы первым позвонили мне, я был бы здесь раньше вас.

– Справедливо. Узнаёшь? – Капитан задал этот вопрос скорее навскидку, потому как, не сделав паузы, продолжил говорить. – Это Илайда, дочь старшего епископа Остина.

– Потрясающе, – сквозь зубы процедил лейтенант. – Кому могло понадобиться убивать дочь епископа? – Удивлению Итана не было предела. Присев рядом с телом, он принялся рассматривать его.

– Это нам и придётся выяснить. Медики уже посмотрели. У неё пробита грудина насквозь, со стороны сердца, которое убийца вырвал и, по всей видимости, забрал себе. Итан, обыщи здесь всё, что только возможно. Нужно максимальное количество деталей. Епископ не слезет с меня, пока мы не разберёмся с этим делом.

– Похожее уже бывало, вам не кажется? Пару лет назад. Тогда были замешаны полукровки.

– Я помню, но опять пускать в расход всех подряд не получится. К тому же в тот раз были веские улики. А сейчас их нет. Только тело, и всё. Если окажется, что это не они, у нас может начаться гражданская война, а времена и так ни разу не спокойные.

– Хорошо. Постараюсь разобраться как можно более качественно. Раз лишняя шумиха нам ни к чему.

– Прекрасно, а я пока навещу её папочку. Он ещё не в курсе. Итан, это, конечно, дело такое щепетильное, но если вдруг понадобится что-то срочное и… ну ты сам понял, дай знать. Нельзя просто так спускать с рук подобные выходки. Но и устраивать охоту на ведьм тоже не стоит. Если люди решат, что полукровки опять пустились во все тяжкие… Короче, будь осторожен.

– Так точно, капитан.

Йозеф кивнул в ответ и направился к своей машине, а Гемельтон продолжил внимательно изучать тело жертвы.

Молодая девушка, шатенка, одета в чёрное платье, чёрные лакированные сапоги. Рядом с телом лежал красный ободок. Волосы растрёпаны, взгляд устремлён в небо. Разглядывать её здесь уже нет смысла, остальное можно будет узнать только в морге.

– Лейтенант! – Голос принадлежал сержанту Ламарку И, невысокому пареньку азиатской наружности. На вид молодой, но по азиатам всегда сложно сказать, сколько им лет. Рядом с ним стоял сержант Лорик Рубенштерн, крепкого телосложения мужчина сорока одного года, с сильным взглядом и уставшим выражением лица. В сравнении с напарником он был сильно крупнее, смотрелись они оттого несколько комично. Оба полностью одеты по форме, черные куртки с определёнными знаками отличия, тёмно-синие штаны, черные берцы и, естественно, фуражка с гербом.

– Вы как раз вовремя. Убитая – Илайда, дочь епископа. Требуется срочно проверить все ближайшие заведения, которые работают после полуночи, вдруг её там видели.

– Лейтенант, это что же получается? Как в прошлый раз, сидеть нам двадцать четыре на семь, и, пока не разгребёмся, не отдохнём? Без обид, конечно, но тот факт, что она дочь влиятельного человека, не делает её более приоритетной. – Ламарк не очень любил дела, связанные с влиятельными людьми. Они всегда хотели всё контролировать и вечно совали свой нос куда не следовало.

– Ты слишком рано бьёшь тревогу, сержант. Если мы все будем делать свою работу, то всё решится быстро и без лишних проблем. Главное, не поднимать шумиху.

– Дай бог. – Он осторожно заглянул за лейтенанта и окинул взглядом жертву.

– За каким хером понадобилось убивать её? – Рубенштерн не хотел смотреть на труп девушки, у него самого была дочь примерно её возраста. – Она ведь даже веса в политических делах не имела.

– Может, товарищ Остин кому-то дорогу перешёл очень сильно, надо бы с ним поговорить, как считаешь, лейтенант?

– Этим вопросом уже занимается Йозеф. У него больше опыта в беседах с подобными людьми. К тому же, скорее, проще назвать людей, которым Совет епископов дорогу не перешёл. Ладно, вернёмся к насущным проблемам. Как я уже сказал, начнем с поиска ближайших увеселительных заведений. А дальше посмотрим.

05:48 – Западный собор

Западный собор был огромным комплексом, построенным после Святой Войны. Впрочем, как и любой другой собор и сам город. Это было пристанище для тех, кто искал покоя в душе, для тех, кто ещё верил и желал, что мир вернётся в прежний вид. Основное здание собора находилось в центре огороженной высоким каменным забором территории и могло вместить в себя несколько тысяч человек. Помимо самого собора на этой территории находились жилые строения для всех верующих чинов, несших службу в этом месте. А также небольшой парк для раздумий, отдыха и вообще приятного времяпрепровождения.

Воскресные службы были, как правило, самыми обширными. Не все желающие помещались внутри здания, многие стояли на улице, перед входом, и чтобы они не пропустили ни буквы, сказанной старшим епископом, на стене собора был прикреплён огромный экран, с которого Остин был виден всем. Его голос, монотонный и слегка надменный, транслировался из динамиков.

– …Господь с нами. Все эти годы он направлял нас на верный путь. Вместе мы смогли пережить открытие адских врат и нашествие демонов. Построить этот город на пепле цивилизации, возродить наш с вами быт и продолжить жить с верой в сердце. Однако это далеко ещё не конец. Как вы знаете, рыцари Эльазара до сих пор сражаются на передовой, под демонскими вратами. И нет занятия достойнее того, что делают наши рыцари. Со словом божьим на устах и верой в сердцах они ведут бой с отродьями дьявола, которые изо дня в день пытаются прорваться в наш мир и вновь заполонить его. Напомню, что вы в любое время можете присоединиться к ним, пополнить ряды славный рыцарей и сражаться на благо всего человечества…

Примерно в это время подъехал Йозеф. Он не любил все эти проповеди, потому как прекрасно понимал, что в целом ничего не изменилось: и до, и после Святой Войны люди какими были, такими и остались, наличие его отдела – живое тому подтверждение. Нехотя покинув своё транспортное средство, капитан отправился в Собор с целью отвлечь Старшего Епископа от столь содержательной речи и уделить немного внимания теперь уже его проблеме. Для этого, правда, предстояло найти способ попасть внутрь. На счастье офицеру удалось поймать не слишком занятого монаха, который с должным почтением согласился выслушать его.

– Доброе утро. Меня зовут Йозеф Делвинк, я капитан ЗООУгЭ, вот моё удостоверение. Мне необходимо переговорить с епископом Остином, это очень важно.

– Простите, но вы как никто другой должны понимать, что прерывать воскресную службу Старшего Епископа нельзя, каким бы важным ни было ваше дело.

– Передайте епископу, что его дочь убили этой ночью. Я думаю, что в этом случае он сможет найти время для меня. – Лицо монаха из блаженного превратилось в наполненное ужасом. – Мне подождать здесь?

– Нет. Пойдёмте скорее за мной. – Развернувшись, монах засеменил к одному из черных входов в собор. Двери были на электронных замках, и у каждого служителя ордена был свой код допуска. Доверие во всей красе. – Идите за мной, только осторожно, не споткнитесь.

Монах вёл офицера плутающими коридорами несколько минут, но вскоре они вышли к месту за сценой, на которой стоял Остин и продолжал вещать своим последователям.

– Постойте здесь, я поговорю со Старшим Епископом. – Было заметно, что голос монаха подрагивал от волнения, хоть он и старался это скрывать. Не торопясь он вышел на сцену и, не поворачивая головы к слушателям, устремился прямиком к Остину. Подойдя на максимально близкое расстояние, монах тихо прошептал что-то ему на ухо. После чего второй, кратко ответив, вновь обратился к залу и продолжил свою проповедь. Монах же вернулся обратно за кулисы.

– Простите, капитан Делвинк, но Старший Епископ сказал, что он не может прервать чтение, так как оно для тех, кто ещё может повлиять на свою судьбу. Он обратится к вам лично, как только закончит.

– Что ж, я даже не сомневался. Епископ знает, где меня найти в случае чего. Покажите мне, пожалуйста, как выбраться отсюда, чтобы я отправился на поиски убийцы.

Монах молча вывел капитана на улицу тем же путём, что они пришли ранее. Обратная дорога явно заняла меньше времени, причиной тому была полная погружённость Йозефа в мысли о предстоящем расследовании и о том, как епископ отреагировал на новость о смерти дочери.

– Не серчайте на Старшего Епископа, у него есть обязательства и ответственность не только перед семьёй, но и перед всеми этими людьми, – начал объясняться монах. – В душе он, без сомнения, переживает, и, как только служба закончится, он с вами свяжется.

– Да, конечно, я буду ждать, а пока займусь делами. Будем надеяться, что к тому моменту, как у епископа появится время, я уже смогу передать ему не только скорбь, но и утешительные новости. До встречи.

– Всего вам хорошего, капитан Делвинк. Бог на вашей стороне, не забывайте этого.

– Надеюсь, что так, – тихо ответил сам себе Йозеф. – Может, хоть в этот раз он и правда поможет.

Добравшись до своей машины, капитан ещё раз бросил взгляд на возбуждённую толпу слепо верующих людей, внимающих каждому слову, покидающему уста старшего епископа. Капитан прекрасно понимал, что без подобных личностей, возможно, всё было бы ещё хуже. Народ необходимо держать в узде, найти для них точку опоры и убедить, что без неё они нормально жить не смогут. Тогда все их мысли будут направлены только на то, чтобы следовать новым заповедям, и у них не останется времени заниматься нарушением спокойствия. Жаль, что не все придерживаются этих постулатов.

07:30 – ЗООУгЭ

В отделении, как всегда, царило спокойствие. Это не означало, что у офицеров не было дел, просто все были людьми опытными и, конечно же, соблюдали основные правила приличия. Суматоха только сбивала с толку и мешала здраво мыслить. Помимо этого, в данный момент все оперативные сотрудники были собраны в зале для собраний, в котором проводился быстрый срез по имеющимся делам. Когда все текущие вопросы были решены и остались только лейтенант Гемельтон и его команда, Йозеф приступил к разбору свежего убийства.

– Что удалось выяснить за это утро?

– Мы опросили всех владельцев ночных заведений, и они согласились оказать всяческую поддержку следствию, – взял слово сержант Ламарк. – Видео с камер предоставят после обеда, ближе к вечеру.

– Прекрасно. Что по самому месту преступления, получилось отыскать хоть что-нибудь?

– Мы облазили всё вдоль и поперёк. Единственное, что удалось понять, – её убили не там, – продолжил доклад Итан. – Чёрт, да там даже следов никаких, кроме наших, нет.

– Негусто. Чуть позже сегодня, надеюсь, со мной свяжется епископ и приоткроет завесу тайны, хоть немного. Возможно, ему известно что-нибудь, что поможет нам в расследовании. – Йозеф явно недолюбливал вести дела с управляющими органами власти, но что поделать, выбора особого нет.

– Из отчёта экспертов, сердце было вырвано одним быстрым ударом. – Что касалось расследований, Гемельтон был достаточно дотошным, любил по нескольку раз заострять внимание на одних и тех же фактах. – Также патологоанатом подтвердил, что жертву убили не в этом переулке. Вероятней всего, что её привезли туда, просто чтобы скинуть тело, в какой-нибудь машине, возможно грузовике. Следов шин, однако, мы так же не обнаружили.

– Прекрасно, осталось найти грузовик или любое другое транспортное средство. Что-нибудь ещё? – Йозефу этого явно было мало, он хотел больше информации, ведь если его спросят вышестоящие чины, ему, по сути, нечего будет сказать, кроме как констатировать уже известные факты.

– К сожалению, это пока всё, – осторожно произнёс Итан. – В переулке камер нет, ровно как и на выезде из него. Окна жилых домов туда так же не выходят. На данный момент остаётся только ждать видео с местных заведений и надеяться, что это даст результат.

– Хорошо, – отрывисто ответил капитан, и его взгляд устремился за спины присутствующих. Все, кто это заметил, обернулись и увидели старшего епископа в сопровождении двух средних епископов. – Тогда продолжайте следствие, а я пока лично побеседую с мистером “Я веду проповедь”. – После этих слов он встал из-за стола и направился к гостям.

– Мистер Делвинк, рад вас видеть, – безрадостно поздоровался епископ.

– Мои соболезнования по поводу вашей утраты. Пройдёмте ко мне в кабинет, там мы сможем всё обсудить и принять какие-нибудь решения.

– Хорошо. Только вы должны понимать, что мне сложно будет чем-то помочь. – Горе было не наигранным, по крайней мере Йозефу хотелось в это верить, ведь в противном случае епископ мог только усложнить дело.

– Присаживайтесь, – предложил капитан, когда они зашли в кабинет, обставленный крайне сдержанно. Ничего лишнего: стол, два стула, книжный стеллаж, пара небольших пальмоподобных растений в углах. – Скажите, Остин, может, у вас недавно появились недоброжелатели?

– Признаюсь честно, несогласных с моим мнением, а значит, и с мнением всего нашего города, предостаточно. Вот только не думаю, что кто-либо из них способен на подобное. – Он говорил размеренно, но не так, как во время проповеди: так говорят люди, старающиеся тщательно выбирать слова, дабы не сказать лишнего или грубого. – Как мне кажется, вам не помешало бы обратить внимание на более серьёзных противников нашему новому режиму.

– Вы имеете в виду полукровок? – Йозеф очень любил задавать вопросы, на которые неловко отвечать, но самой главной была его способность, не дождавшись ответа, продолжить говорить. – Просто ими занимается другой мой лейтенант, и если там будет пахнуть жареным, то она это унюхает.

– Как мне кажется, этого более чем достаточно для успешного раскрытия преступления. Со своей стороны я постараюсь оказывать всяческую поддержку вашему отделению, особенно если вы отыщете этого грешника и покараете его.

– Безусловно, так всё и будет, в конце концов расследованием занимаются мои лучшие люди. От вас мне необходим список всех известных и возможных знакомых Илайды.

– Неужели вы думаете, некто, знающий её лично, мог совершить что-то подобное? – Епископ заметно напрягся на этом вопросе, и Делвинк отметил это наблюдение.

– Вам ведь известны все, кто общался с ней, не так ли? – Остин сдержано кивнув в ответ, сопроводив согласие коротким выдохом. – Я ни в коем случае не хочу бросить тень на знакомых Илайды. Однако долг обязывает меня проработать все возможные варианты, для того чтобы увидеть общую картину.

– Я понимаю ваше рвение и благодарен Господу за то, что вы на нашей стороне. Вы проницательный человек и, без сомнений, докопаетесь до правды. Виновник будет наказан, ведь Господь направляет нас только по верному пути. Если бы не все эти прихвостни сатаны, издревле склоняющие людей во грех… – При этих словах он осёкся и на пару секунд закрыл глаза, погрузив кабинет капитана в тишину. После чего протяжно выдохнул и продолжил: – Гневаться – это путь неверующих, путь грешников. Прошу простить меня за эту несдержанность.

– Ничего страшного, я всё понимаю и думаю, что Господь так же с пониманием отнесётся к вам. – Йозефу не очень нравилось вести подобные диалоги. Только лишь потому, что перед ним был старший епископ, который несколько часов назад потерял свою дочь, он держал себя в руках. Вера была понятием сугубо личным, но, по правде говоря, в нынешние времена граница между личным мнением и общей необходимостью сильно истончилась.

– Вы упомянули полукровок. Почему именно их? – неожиданно перевёл тему Остин.

– Есть мнение, что нечто подобное уже происходило ранее, и там был замешан отряд полукровок. Вы должны помнить об этом происшествии и чем оно закончилось.

– Да, точно, я вспомнил. Но мне казалось, что все причастные были преданы суду и впоследствии казнены. Разве не так?

– Безусловно, всё так. Тем не менее, как я уже говорил, мы должны проработать все варианты, даже маловероятные. Лучше пускай это окажется неверной теорией, чем приведёт к другим трагичным последствиям. – Делвинк умел завести разговор в нужное русло, этого у него не отнять.

– Простите мою назойливость. Но не могли бы вы информировать меня о ходе расследования и в том случае, если у вас будут проявляться детали, открывающие новые варианты развития событий? – Вопрос был задан с такой интонацией, что капитану сразу стало понятно: ответа “нет” епископ не потерпит.

– Как вам будет угодно, – уважительно ответил он и одновременно с епископом поднялся со стула, предугадав завершение беседы.

– Спасибо, мистер Делвинк, за то, что исправно несёте службу в эти и без того тяжёлые для всего человечества времена. Совет не забудет ваших заслуг.

– Что ж, последнее, что хотел спросить: вы не знаете, куда Илайда могла вчера пойти?

– К сожалению, с вечера я готовился к утреннему чтению и, по сути, узнал о том, что с ней случилось, только когда брат Сэм передал мне ваши слова. Но с ней должна была присутствовать её личная охрана. Так что, как только я переговорю с ними, думаю, многое станет ясно.

– Буду ждать этих сведений. А пока, пожалуй, я больше не буду вас задерживать, и как можно скорее приступлю к своим прямым обязанностям.

Попрощавшись, старший епископ вернулся к своим коллегам, и все вместе они удалились из отделения капитана Делвинка, который молча стоял в дверном проёме кабинета и сверлил взглядом их удаляющиеся спины. Заговорил он, лишь когда вся свита покинула помещение.

– Итан, – обратился Йозеф к лейтенанту, ожидавшему начала этого диалога. – Это будет очень опасное дело, и я хочу, чтобы мы работали максимально скрытно и оперативно. – Капитан говорил тихо, но при этом у Гемельтона не возникало желания переспросить, он слышал каждое сказанное им слово. – В противном случае на нас свалится такое количество говна, что до второго пришествия не отмоемся.

– Понято, принято, капитан. Есть ли ещё что-нибудь, что мне необходимо знать?

– Есть. Полукровками сейчас занимается Рида, ей нужно передать информацию по этому делу – кратенько, в общих чертах, и чтобы она проверила, причастны полукровки или нет. В остальном действуем как всегда. Просмотреть записи с ночных мест, опросить знакомых, родственников и обязательно проверить её жизненный цикл за последнюю неделю или даже месяц. Вдруг она начала откланяться от своего обычного расписания.

– Хорошо, немедленно займусь этими вопросами. – Итан говорил без особого энтузиазма. Его можно было понять: ранние подъёмы по утрам и наваливание кучи проблем, связанных преимущественно с рабочим процессом. Это со временем начинало превращаться в рутину, но что поделать, работа есть работа.

23:15 – Ночной клуб “Мортус Маре”

Ночные клубы в городе запрещены не были, ведь где-то же людям, пережившим жесточайшую войну, нужно было отдыхать, потакая своим низменным порокам. Громкая музыка подливала адреналина в кровь, а полуголые официантки радовали глаз человека любого пола. Конечно, главное, чтобы за совершенное под покровом ночи, в сумраке тусклых ламп, душных и пошлых помещений, никому не было стыдно наутро.

Эвелин была скромной особой, старалась сильно не выделяться. Многие коллеги могли описать её как серую мышку, ничем не примечательную. На работе она носила строгий брючный костюм, который совершенно не подчёркивал её фигуру, стягивала волосы в хвост и часами просиживала штаны на своём рабочем месте оператора службы психологической помощи, которая была очень популярна в последние годы. Голос у Эвелин был максимально нейтральным, впрочем, как и у большинства сотрудниц этого учреждения. Это было сделано специально, чтобы постоянные клиенты не пугались разных голосов и с большей вероятностью шли на контакт при повторных звонках.

Помимо работы, серость жизни Эвелин расползалась и на её повседневное существование. Она жила одна, не было даже кошки. Небольшая квартирка обставлена скромно, но в то же время уютно. Ничего лишнего, только то, что необходимо для жизни. За исключением маленькой тайны, которую незаметная днём Эвелин хранила в своём бельевом шкафу. Раз или два в месяц она открывала его и перевоплощалась в совершенно не свойственную ей ипостась. Накладывала выразительный макияж, надевала красное мало что скрывающее платье, того же цвета туфли. Распускала свой повседневный хвост и превращалась в роковую брюнетку с невероятно голубыми глазами. После чего Эвелин отправлялась в ближайший ночной клуб в поисках приключений.

И это была её ночь. Она чувствовала на себе вожделенные мужские взгляды всех возрастов. Эвелин, словно бабочка, порхала по танцполу и никому не попадалась, уворачиваясь от цепких рук возбуждённых кавалеров. Она ощущала себя живой, уровень эндорфинов зашкаливал в ней и бил в голову покруче любого алкоголя, который могли предложить в этом месте.

Ночь для неё заканчивалась тогда, когда кто-либо преступал черту, которую она сама определяла, выходя на охоту. Сегодня это была какая-либо грубость в её сторону. И вот – неловкое движение, некто слишком крепко сжал Эвелин за руку, и всё, через минуту бабочка со сложенными крылышками уже стоит на улице и ловит такси.

– Добрый вечер, мне нужно на Сдельную улицу, дом двадцать четыре, – спокойно, с отрепетированной речью Эвелин обратилась к подъехавшему таксисту.

– Без проблем, мэм, садитесь, – лаконично ответил водитель, всем свои видом показывая, что ему всё равно куда, лишь бы платили.

Эвелин села в машину на заднее сиденье и позволила себе немного расслабиться. В салоне играла тихая приятная музыка, а в воздухе витал лёгкий, еле заметный успокаивающий запах черешни. Дорога до её дома занимала, как правило, минут десять, за которые сложно было случайно уснуть, даже после рабочего дня, а сегодня был выходной, и молодая охотница была полна сил и бодра как никогда. Тем не менее её веки предательски начали закрываться, поначалу она пыталась бороться с этой сонливостью, но все попытки были тщетны. Уже через пару минут Эвелин уснула.

Очнулась молодая искательница приключений в незнакомом месте. Оглядевшись, она поняла, что находится в небольшой хорошо освещённой комнате. Белые стены без окон. Слева вдоль стены расположился ряд шкафов с прозрачными стеклянными дверцами, внутри которых можно было увидеть различные инструменты и пустые стеклянные банки. Сама Эвелин лежала на холодном металлическом столе, привязанная к нему плотными кожаными ремнями. Справа от неё была дверь, рядом с которой стоял стол, протянувшийся метра на два. Остальное место до угла занимал большой холодильник, его дверцы были не прозрачны, и увидеть, что находилось внутри, не представлялось возможным.

Через несколько минут после пробуждения Эвелин, в комнату вошёл человек в белом халате. Он пристально посмотрел на испуганное выражение лица девушки, после чего с легкой улыбкой сказал:

– Не переживай, всё закончится быстро. – Голос его был низким и спокойным, словно бархат, он нежно проникал в ухо девушки. В обычной обстановке такой голос мог стать причиной совершения достаточного количества глупостей и ошибок. Но в этой ситуации он, скорее, внушал ледяной страх.

– О чём вы? Подождите, пожалуйста, не надо! Что вы собираетесь делать?! – Эвелин не понимала, как себя вести. Место, в котором она очнулась, слишком напоминало больничную палату, точнее операционную. Всё было чисто, убрано, аккуратно. Плюс человек в халате. Девушка не знала, как реагировать на всё это. К сожалению, она не видела лужу запёкшейся старой крови под этим самым столом, тогда бы она сразу же поняла, что её ждёт. – Пожалуйста, ответьте мне, что происходит, где мы?

– Послушай, тебе это никак не поможет, более того, это, по сути, не имеет никакого значения. Но если так хочется это знать, мы находимся в подвале некоторого публичного заведения развлекательного характера, – спокойно ответил незнакомец, его голос эхом прокатился по комнате, укутывая холодным одеялом, что заставило девушку покрыться мурашками.

– Значит, это не больница? – неуверенно спросила она, а во взгляде читался самый настоящий страх, нарастающий с каждой секундой, готовый в любой момент перерасти в неконтролируемую панику. Голос её начал дрожать, словно струна от неосторожного касания. – Что вы собираетесь со мной делать?

– Успокойся. – Тем временем мужчина достал из шкафа банку, на вид литра три-четыре, и подошел к столу, на котором лежала девушка. – Ты послужишь важной цели.

– Какой ещё цели, что происходит? – Слёзы непроизвольно навернулись на глаза Эвелин и, смешавшись с тушью, черной струйкой покатились по щекам.

– Знаешь, ты даже не представляешь, как сложно найти непорочную деву. Словно люди перестали ценить своё тело, а только и делают, что постоянно вступают во грех. – Незнакомец не обращал внимание на слова пленницы. – Раньше с этим тоже были проблемы, но выбор явно был больше.

– Пожалуйста! – Эвелин уже даже не кричала, это больше походило на скуление.

– Но если быть до конца честным, – продолжал мужчина, – то нет никакой разницы, девственница ты или нет. Мы столько лет сражались, не жалея себя, и всё оказалось зря. Война уже проиграна. Теперь мы лишь пытаемся выжить.

Поставив банку в изголовье на стол, мужчина одной рукой взялся за голову девушки, а второй молниеносным движением пробил грудную клетку и, схватившись за сердце, вырвал его. Он так быстро это сделал, что кровь практически не покинула тело девушки, разве что только несколько капель с самого органа окропили красное платье и белоснежную кожу. Поместив сердце в банку, незнакомец закрыл её крышкой и отнес в холодильник, в котором уже стояла другая, с сердцем Илайды.

Город Эльазар: День второй

06:00 – Переулок

Когда долго занимаешься одним и тем же, со временем привыкаешь видеть во всём рутину. Так и в этом случае, новый труп в переулке уже не кажется таким ужасным зрелищем. Тем не менее сержант Лорик, находясь на подобных местах преступлений, где жертвами были молодые девушки, чувствовал себя крайне дискомфортно.

– Молодая девушка лет двадцати пяти. Обширная рана в области сердца. Орган отсутствует, как и в прошлый раз. На правом запястье виднеется синяк, предположительно от верёвки или ремня. Точнее смогу сказать только при осмотре в морге. – Винсент, бездушный патологоанатом, однако один из лучших в своём деле.

– Винс, ты, наверное, заканчивай здесь, а мы пока походим по округе, посмотрим, что может показаться странным. – Глядя на Лорика, Ламарк решил не мучать бедного родителя и пройтись по окрестностям, в любом случае там от него толку будет больше.

– Хорошо, – коротко ответил Винсент, не отрываясь от пристального изучения трупа жертвы.

– Ты как? – спросил Ламарк своего напарника, когда они покинули переулок.

– Всё в порядке, просто… Она такая молодая, что же за урод это делает? И самое главное, зачем? Он ведь так заморачивается со всем этим. Что-то здесь нечисто.

– Итан сегодня встретится с Ридой, а она уже в свою очередь перетрёт с полукровками. Если дело связано с чем-то оккультным, они точно в курсе.

– Кто бы мог подумать, что мы будем всерьёз рассматривать мистические составляющие во время расследований. Раньше всё опиралось лишь на то, что возможно с точки зрения естественного порядка вещей. А теперь что ни дело, то к этому причастны сатанисты, вновь пытающиеся выпустить демонов.

– С другой стороны, всё стало максимально прозрачно, мы теперь берём во внимание все возможные варианты, а не как раньше. Глядишь, знай мы тогда, можно было всего этого избежать, не будь мы скептиками.

– К дьяволу, давай разбираться с насущными проблемами. Смотри. – Подойдя к перекрёстку, Лорик заметил камеру наблюдения, расположенную на столбе, над светофором. – Она как раз смотрит в сторону переулка, может нам повезёт?

– Отлично, я отправлю запрос в дорожную службу. А ты глазастый! – Ламарк достал телефон и набрал номер диспетчера. Пока шел вызов, сержант внимательно оглядывался по сторонам, размышляя над тем, откуда могли привезти девушку. Город был немаленький, её могли поймать и на другом конце района.

– Диспетчер Западного отделения отдела убийств слушает.

– Вики, это сержант Ламарк. Могла бы ты послать запрос дорожникам на предоставление видео с камеры светофора на пересечении улицы Золотой Розы и Третьей Дальней, за последние двое суток?

– Да, конечно, – всё таким же улыбающимся голосом отвечала молодая диспетчер. – Ещё что-нибудь?

– Нет, это всё. Как получишь информацию, дай знать. До связи.

– Поехали в отдел, пускай район младшие патрулируют, нам ещё записи смотреть. – Лорик хотел поскорее убраться с этой улицы, напарник не стал спорить, и вскоре они уже ехали в отделение.

12:00 – Западный район полукровок

Полукровки жили в закрытом, отгороженном от остальной части района месте. Небольшое пространство, в которое согнали тех, кто не представлял угрозу из оставшихся после Святой Войны. Полукровками их называли потому, что они буквально были рождены от разных видов, матерями всегда были человеческие женщины, а семя им доставалось от демонов. Большинство таких выродков полностью преданы сатане. Некоторые вообще неспособны были контролировать свои животные порывы. Их сектанты не выпускали вплоть до Судного дня. Они обладали невероятной силой, даже в облике человека, но при желании могли обращаться в полудемонических тварей, тогда их потенциал раскрывался на полную. Повезло, что во время Святой Войны некоторые полукровки в один из переломных моментов встали на защиту человечества и если не помогли выиграть эту войну, то уж точно не помешали в её успешном завершении.

После окончания основных сражений полукровки стали не у дел, их называли отродьями сатаны, простые смертные не желали жить с ними в одних и тех же домах. Они стали изгоями. Изгоями, способными раздавить человеку череп одной рукой. Совет епископов принял решение основать для полукровок отдельные мини-районы, и в какой-то степени это было правильным решением. Всё было спокойно вплоть до происшествия, в котором была завязана группа радикально настроенных полукровок. Тогда много мирных жителей пало в сражении с этими экстремистами, что, естественно, не пошло на пользу всему сообществу полукровок. И даже тот факт, что они помогали в расследовании и отлове своих собратьев, никак не улучшил отношение к ним.

Два года прошло с тех событий, но поиск причастных к ним лиц до сих пор продолжается. Этим расследованием занимается лейтенант Рида Лефевр, отчасти потому что в её группу входят два брата Ейц, полукровки. В своё время именно Йозеф Делвинк настоял на том, чтобы принять их на службу, и ещё ни разу не пожалел об этом решении.

Итан договорился встретиться с Ридой на территории полукровок, в кафешке под названием «Рука Господа», чтобы обсудить свежие убийства и исключить или подтвердить причастность полукровок. Зайдя в зал, Итан сразу заметил Риду, которая уже успела заказать себе обед и приступить к его поглощению. Как всегда, она была одета в свою гражданскую одежду. Светлые, слегка желтоватого оттенка джинсы, голубые с белыми вставками кроссовки, белая футболка и светло-коричневая кожаная куртка. Длинные рыжие волосы были убраны в хвост, который свисал практически до пояса. Полукровки были неестественно светлыми, в отличие от большинства людей, поэтому Рида со своим аристократично белым цветом кожи не сильно выделялась на их фоне.

– Привет, – коротко поздоровался Гемельтон.

– И тебе, Итан. Что за срочность? – Рида была из числа людей, которые симпатизировали полукровкам, и всячески пыталась доказать, что они должны иметь такие же права, что и обычные люди. При этом не забывала о том, что она служитель порядка, и в случае неопровержимых доказательств поступала так, как велит закон города Эльазар.

– Сегодня у нас произошло второе убийство. – Итан сразу приступил к делу: он хорошо знал Риду, она никогда не любила рассусоливать. – Снова молодая девушка, откровенный наряд, сердце отсутствует. Есть мысли?

– Ты считаешь, что это полукровки? – Осуждающие зелёные глаза впились в Итана.

– Мне хочется ошибаться, но сама подумай, много ты знаешь людей, способных рукой пробить грудину и вырвать сердце? – Итан нарочно сделал ударение на слово “людей”.

– И то правда. Есть ещё что-нибудь, что может помочь?

– Есть мнение, что это может быть подготовка к какому-нибудь ритуалу.

– Похоже на то. Знаю одного специалиста по сатанинской хрени, можем прокатиться до него, если ты не торопишься.

– Всё моё время отдано этому расследованию, так что, если это поможет, я готов прокатиться куда угодно.

– Это вся информация? – Рида была слишком проницательна, она чувствовала не только когда ей врут, но даже то, что недоговаривают.

– Чёрт! – Гемельтон обреченно вздохнул, пару секунд посмотрел на методично уничтожающую свой обед Лефевр и выложил всё как есть. – Первой жертвой была Илайда.

После этого заявления Рида перестала есть и внимательно посмотрела на Итана, в надежде увидеть признаки шутки. Убедившись, что он говорит чистую правду, она огляделась, словно шпион в стане врага, где их могли подслушивать, и негромко сказала.

– Кто-нибудь в курсе? – Итан отрицательно покачал головой. – Убийство любого человека это не есть хорошо. Но дочь епископа! Он же теперь имеет полное право следить за ходом расследования. Если он ещё не начал давить на отдел, это только вопрос времени.

– Поэтому необходимо найти виновных как можно быстрее и тише. И если нам повезёт, отделаемся лёгким испугом. – Так же на полтона тише произнёс Гемельтон.

– Ладно, поехали, узнаем, что всё это может значить.

– А кто он, этот твой знакомый? – Итан решил узнать побольше о связном Риды, когда они сели к нему в машину. Информация лишней не бывает.

– Во время войны он служил в отряде полукровок. Они занимались зачисткой тех мест, куда руководство не хотело посылать обычных людей, как правило это были самые горячие точки. Простой человек там бы не выжил.

– Все они воевали похлеще нашего. И как ему на гражданке?

– Спокойно, как говорит он сам, “Навоевался на десяток жизней”. – Заметив волнение Гемельтона по тому, как он сжал рулевое колесо, Рида добавила. – Не переживай, он весьма уравновешенный и достаточно лоялен к органам правопорядка, можно сказать образцовый гражданин. Он держит свой магазинчик, торгует различными вещичками из прошлого.

– Старьёвщик, значит. Без обид, но всегда, когда дело доходит до общения с ними, у меня это плохо получается.

– Поэтому говорить буду я, а ты не нагнетай обстановку. Он много чего знает. Если в твоём деле замешаны полукровки, он должен быть в курсе, надеюсь.

– Слушай, может, мы как-нибудь посидим, как в старые добрые времена, в нерабочей обстановке? – После этого вопроса в машине повисла неловкая тишина.

– Мы уже всё решили, разве нет? – Атмосфера в салоне так резко поменялась при этом ответе, что Итан немного пожалел, что вообще задал этот вопрос.

– Да, точно, коллеги, я помню. Просто, я подумал, может ты захочешь?

– Итан, – только и сказала она, и Гемельтон сразу всё понял.

– Хорошо. Показывай дорогу. – Итану было тяжело, но он прекрасно понимал, что ей тоже несладко. Между ними словно была непробиваемая стена или гигантская пропасть, не докричаться и не допрыгнуть.

Рида не хотела заводить разговор на личные темы, для неё проще было абстрагироваться от подобных проблем. Поэтому всю оставшуюся дорогу до места они провели в тишине.

– Приехали, – наконец-то сказала она. – Пошли разбираться с твоим делом.

Итан припарковался рядом с неприметным магазинчиком, у которого даже не было названия, лишь простая деревянная дверь в цоколе трёхэтажного кирпичного дома, с вывеской “Открыто”, которую не пощадило время.

Внутри всё было так же, как и снаружи, просто и ничего лишнего. Небольшое помещение, уставленное различными вещами из довоенного времени. Две трети комнаты занимал основной торговый зал, оставшуюся часть разделяла стеклянная витрина примерно в метр высотой, посередине которой стояла касса. По ту сторону сидел крупного телосложения полукровка, связной Риды, больше никого магазине не было. Когда офицеры зашли внутрь, мужчина отложил в сторону книгу, прочитанную уже наполовину, и, встав со стула, расплылся в улыбке.

– Рида, всегда приятно видеть тебя в моём магазине, хотя ты приходишь не за покупками. – Переведя взгляд на Гемельтона, связной стал немного серьёзней. – И тебе привет, Итан. – В ответ на приветствие лейтенант сдержано поднял правую руку и, показав ладонь полукровке, кивнул головой.

– Привет, Тигини, у меня и вправду есть к тебе дело. Мы можем поговорить?

– Как видишь, у меня сегодня не самый популярный день, так что спрашивай.

– Ты знаешь что-нибудь про обряды или ритуалы, в которых необходимым ингредиентом являются сердца молодых девушек?

Улыбка окончательно спала с лица связного.

– Таких обрядов множество, всё зависит от количества и качества органа. Сколько их?

– Пока что две, обе молодые. – Рида всегда обращала внимание на состояние людей, и в этот раз от неё не смогло ускользнуть нарастающее волнение, исходящее от Тигини.

– Рад бы помочь, но мы разве что будем тыкать пальцем в небо. Вам известно хотя бы то, были они девственницами или нет?

Рида перевела взгляд на Итана.

– На этот факт мы не проверяли, но могу с уверенностью сказать, что одна точно была не тронута. Ну, с большой вероятностью, так будет точнее.

– Что ж, хоть это и не имеет большого значения, но так будет всё же поменьше вариантов. Это что-то вроде ритуального принципа, многие староверы его соблюдают. Но всё равно, без точного числа главных органов я не смогу сказать, какой именно ритуал подготавливается. Однако, все эти обряды нацелены на призыв.

– Призыв кого?

– Демонов, кого ещё? Причем не просто каких-то там, а, как правило, среднего и высшего порядков. Ох чёрт, если они доведут дело до конца, добром это не кончится. Я постараюсь узнать что-нибудь. – Полукровка уже не пытался скрывать волнение.

– Хорошо, только будь осторожен, если эти ребята нацелены на что-то подобное, вряд ли они позволят информации просто так вылезти наружу.

– Милая моя, я же не первый день на этом свете, не переживай. Всё будет в лучшем виде. Как только узнаю то, что заслуживает внимания, сразу дам знать.

– Отлично, удачи тебе. Пошли, Итан.

Половину обратной дороги до кафе, где была припаркована машина Риды, офицеры провели в гнетущей тишине, и всё же Гемельтон не выдержал.

– Почему ты не сказала, что он тирфектор?

– А какое это имеет значение? Теперь он такой же гражданин, как все остальные полукровки. И если уж на то пошло, то это даже хорошо, ведь у него остались связи, и он на нашей стороне.

– Всё равно будь осторожна. Правда, я не очень хорошо помню, кто он такой, но… Тигини? Вроде мы пересекались уже.

– Возможно, ты его знаешь, так как он помогал вам в расследовании года полтора назад? – После слов Риды Гемельтон сильно задумался, он вспомнил это имя.

– Да, точно. Теперь всё встало на свои места. Я буду присматривать за ним.

– Дело твоё. Высади меня здесь. – Рида хорошо знала Итана, прекрасно умела его читать – он знал больше, чем говорил. Если он не хотел о чем-то рассказывать, значит, на то были причины, а если он не хотел говорить с ней, причина была очень серьёзной. Естественно, она была в курсе, что Тигини не был святым, но и в сражениях она не участвовала, в отличие от Гемельтона.

– Итан, слушай, если хочешь, можем завтра посидеть где-нибудь, на той стороне.

– Это было бы прекрасно, я позвоню тебе попозже и договоримся, – повеселев, ответил лейтенант.

Когда Рида закрыла дверь, Итан ещё несколько минут провожал её взглядом, пока она не села в свою машину. Старые воспоминания всегда будут преследовать его, но сейчас он думал не об их совместном прошлом, а о том, что эта девушка водит знакомство с такими, как тирфектор Тигини, и это сильно волновало его. Оставалось лишь надеяться, что этот полукровка не втянет её в какую-нибудь глупость.

14:00 – Кафе при ЗООУгЭ

Капитан любил иной раз посидеть за открытым столиком уличного кафе, расположившегося у подножья здания его отдела. Хоть осень была не очень доброжелательной в этих местах и забиралась под куртку без тени застенчивости в попытках отобрать всё тепло, какое только имеется у объекта её интереса, горячий кофе помогал бороться с этой проказницей и попутно согревал израненную душу. Йозеф сидел молча, в одиночестве, полностью погруженный в свои мысли касаемо нависших расследований и прочих более мелких проблем человечества. Благодаря этому капитан убойного не заметил, или просто не обратил внимания, как к нему за столик подсел молодой парень. Он был одет в гражданском стиле, но выдержанно строгом: чёрные брюки, тёмно-коричневая кожаная жилетка поверх белой рубашки, толстый пиджак в цвет брюк и тёмно-серое длинное пальто. На пиджаке красовался медный орден в виде головы совы, расположенной анфас – это говорило о его принадлежности к должности младшего епископа. С виду парню было около двадцати пяти, в таком возрасте получить подобное назначение было невероятной удачей, или же это говорило о его высокой предрасположенности к подобному служению.

– Добрый день. Не возражаешь, если я присоединюсь? – Парень аккуратно начал диалог, так, чтобы не застать собеседника врасплох, но и дать понять, что этот разговор крайне необходим.

– Приветствую, младший епископ, – холодно поздоровался Йозеф, не повернув голову в сторону парня. Он узнал голос, ему не было нужды идентифицировать его ещё и визуально.

– Я хочу поговорить с тобой о вашем деле. – Парень говорил спокойно, его словно совершенно не заботило, что Йозеф не выказывает никакого интереса к диалогу. – Мне кажется, я могу помочь вам.

– В таком случае, ты можешь подать официальный запрос, написать заявление, которое будет рассмотрено в кратчайшие сроки и проанализировано. – Выпалив на одном дыхании стандартную фразу, капитан отпил уже еле тёплый кофе и слегка скривился от возросшей кислоты.

– Эта информация не совсем для… как вы говорите? Не для протокола.

– Ты что, в шпионов решил поиграть? – На этот раз Йозеф развернулся к парню и, посмотрев ему прямо в глаза, увидел в них лишь пустоту, которая остаётся после того, как у человека отрывают часть души.

– Отец, я могу помочь. – Глаза парня слегка задрожали, и в одном из них начала наворачиваться слеза. Почувствовав это, он резко отвернулся и, осторожно коснувшись большим пальцем перчатки кончика глаза, стёр слезинку.

– Чёрт, ты серьёзно? С дочерью Остина? – Йозеф несколько раз отрицательно качнул головой, после чего в один глоток допил свой остывший кофе и продолжил: – Пошли в кабинет, там всё расскажешь.

Они молча встали и направились к входу в отделение, оставив за собой лишь одинокий опустевший стаканчик. Всю дорогу до кабинета отца Кевил шел молча, слегка опустив голову, но не сильно, чтобы окружающие не заметили его поникшее состояние. Политика нынешних органов власти была такова, что если тебе показалось, что ты что-то видел, то, скорей всего, – ты что-то видел. И хотя отделение Йозефа было под его контролем, нельзя было сказать наверняка, что приближённые Совета епископов не следят за ним в маниакальной попытке всё контролировать. Тем более сейчас, когда отдел вел дело о смерти дочери Остина.

Зайдя в кабинет, Йозеф сел на своё место за столом. Парень снял пальто и, повесив его на небольшую ветвистую вешалку, занял стул для посетителей, напротив отца. Несколько минут они сидели молча, лишь лёгкое гудение ламп нарушало эту неловкую тишину. Капитан не любил подолгу молчать, но, несмотря на это, очень хорошо умел это делать. Практически бесшумно он достал из куртки пачку сигарет и едва заметным щелчком бензиновой зажигалки подкурил одну из них, и лишь когда он прикончил её на половину, парень начал говорить.

– Мы познакомились не случайно, это была официальная процедура. Нет, я, конечно, и до этого знал, кто она такая, и видел её, но представлены мы не были, таковы правила. – Было видно, что ему тяжело говорить, каждое слово давалось с трудом. Но привычка скрывать эмоции на службе так же давала о себе знать. Можно было подумать, что это просто такая манера речи. – Естественно, и тот факт, что мы начали встречаться, приходилось держать в тайне. Мы виделись лишь изредка и только на нейтральной территории.

Йозеф тихо слушал сына, не перебивал. Он уже понял, к чему ведёт отпрыск, но необходимо было дать ему высказаться.

– Это продолжалось чуть больше года. Мы уже были готовы к тому, чтобы рассказать о нас Ости… старшему епископу, и будь что будет. Но случилось это… – Парень осёкся, ком боли подкатил к горлу. Перетерпев его, он продолжил: – Мы должны были встретиться в ту ночь, как и всегда, чтобы просто провести время вместе. Естественно, мы всё чаще затрагивали тему, как именно рассказать, чтобы это было максимально лояльно, и тот день не должен был быть исключением. Однажды нам всё равно пришлось бы решиться на это. Но она так и не пришла. Тогда я решил, что она передумала, но, когда я утром увидел тебя за сценой, и потом всё это, я… – Эмоции захлестнули парня. Наконец-то, первый раз за много лет Йозеф видел не фарфоровую маску, которую носят все служители ордена, а настоящие эмоции на лице своего сына. – Это я виноват. Если бы я сразу рассказал про нас старшему епископу, нам бы не пришлось прятаться, и тогда она бы не попалась в лапы этого… животного. – И всё же он старался себя сдерживать хотя бы в словах.

– Не вини себя. Лучше расскажи, где и когда вы должны были встретиться. – Капитан услышал достаточно, пора было направить рассказ в направлении, важном для следствия.

– Мы каждый раз встречались в разных местах, так что, думаю, это место и есть рассадник тьмы. Это клуб “Мортус Маре”.

– До скольких ты там был в тот день? – Сказанной сыном информации уже было достаточно, чтобы провести обыск, даже учитывая, что эта история никогда не должна покинуть стен кабинета.

– Я пришел примерно в двенадцать. Пробыл там пару часов, наверное, потом ушёл. Если бы я только знал! – У парня непроизвольно начали дрожать руки, а из глаз потекли слёзы. Сколько он держал всё это в себе? – Это всё из-за недостатка веры, если бы я был уверен в ней, я бы никогда не предположил, что она может передумать. Это всё моя вина, отец, я виноват в смерти Илайды.

– В смерти твоей девушки виноват только тот, кто это совершил, твоей вины здесь нет. Но зато твои показания могут спасти других, тех, на кого эти ублюдки охотятся. Можешь пока посидеть здесь сколько нужно, а я пойду разберусь с ордером на обыск. – Йозеф словно говорил в пустоту, парень пытался взять себя в руки, но у него плохо получалось. – Кевил, приди в себя.

– Всё хорошо, отец, я справлюсь, просто мне теперь надо побыть одному некоторое время. Спасибо, что выслушал.

– Хорошо. Смотри не натвори глупостей. Как только дело закроется, мы сможем всё обговорить, сделать правильные шаги, а пока никому не рассказывай то, что рассказал мне. Понял? – Йозеф говорил без нажима, но с некоторой отцовской строгостью.

– Да, я понимаю. Найди этих грешников и предай их правосудию, пожалуйста. – Капитан молча кивнул на эти слова и отправился подготавливать операцию по обыску клуба “Мортус Маре”.

19:36 – Ночной клуб “Мортус Маре”

Итан со своей командой уже стояли возле клуба, готовые ворваться туда в любую секунду, пока Йозеф получал разрешение на проведение обыска. Это был не самый большой клуб, но достаточно популярный, чтобы на входе образовывалась огроменная очередь, даже в будний день. Здоровые охранники, из полукровок, на входе проверяли наличие документов, но и в этом случае пускали не всех.

– Строго как у них. Думаешь, это всё-таки здесь происходит? – Лорик внимательно следил за происходящим снаружи клуба и не мог не заметить работу охраны.

– А что, они кажутся тебе слишком усердными и добропорядочными? – Как бы Итану ни хотелось, он больше не верил в светлое будущее и единорогов. Когда открылись врата из ада и оттуда повалила вся эта нечисть, он как раз только перевёлся из армии курсантом в убойный. Тогда в нём ещё теплились остатки надежды на то, что он сможет изменить мир к лучшему.

– Я не про охранников. Я про полукровок в принципе, что, если это всё-таки не они, это же глупо, так рисковать. – Не упускающий возможности отвлечься от мыслей, что некий маньяк убивает молодых девушек, Лорик пытался говорить на любые темы, кроме этой.

– Неужто ты проникся любовью к полукровкам, или ты боишься их? – решительно подколол напарника Ламарк.

– Они меня не то чтобы пугают, но… – задумчиво протянул Лорик. – Мне бы не хотелось, скажем так, вступать с ними в конфронтацию, если у меня не будет чего-нибудь покрупнее пистолетика.

– Во время войны насмотрелся на то, как они действуют. Такое впечатление, что им всё равно. Перекинулся в чудовище и погнал. – Хоть первые сражения начались, когда Ламарк был студентом, он не отсиживался в тылах, а сражался на равных с прочими мужиками.

– С Ридой сегодня общался по поводу этого дела. – Начав говорить про лейтенанта Лефевр, Итан не сразу, но заметил многозначительные взгляды своих коллег. – Серьёзно? Хватит уже, это был рабочий разговор. Так вот, о чем это я? Ах да, познакомила она меня со своим связным, а им оказался тирфектор, представьте себе.

– Ну мы же приняли решение, что они тоже могут получить право на гражданство.

– Знаешь, Ламарк, я не считаю, их угрозой. Но тем не менее они могут стать целью и, как следствие, всё равно быть угрозой. Тирфекторы – это машины-убийцы, специально обученные каратели, их на передовую надо, к вратам, пускай сражаются, сдерживаю демонов.

– Это расизм, чувак. А как же свобода, ради которой мы воевали? – Оба офицера внимательно посмотрели на Ламарка, возраст которого был меньше, чем у каждого из них. – Что, я тоже был там, правда не долго.

– Расслабься, Итан, каждый видел эту войну по-своему. Но одно точно было у всех одинаково – никому она пользы не принесла. – Лорик посмотрел на лейтенанта не как коллега, а как друг, который понимал его негативный настрой. – Главное, помни, что они не просили для себя такой участи.

– Знаю, и мне начинает казаться, что это не они, и надеюсь, мы что-нибудь здесь найдём, тогда многое станет ясно. – Единственное, во что Итан теперь безоговорочно верил – их капитан способен на всё, а за таким человеком можно было и в огонь, и в воду, и в ад.

– Может, начнём без него, а там, глядишь, всё как надо пойдёт? – Неугомонный Ламарк уже извёлся сидеть на одном месте в ожидании.

– Нет, будем ждать. Если мы пойдём против закона, то ничем не лучше будем… Хм, – мысль Итана прервал телефонный звонок. – А вот и наш подарок. Алло. Понял. Так точно, – отрывисто отвечал он и после завершения разговора надел фуражку и вышел из машины.

– Ну наконец-то, – измождённо прогудел Ламарк.

Из соседних машин на улицу повыходили рядовые сотрудники, которые были готовы к тщательному обыску. Заметив приближающихся полицейских, охрана принялась что-то быстро передавать по рации. Итан увидел это и, подойдя на достаточное расстояние, обратился к одному из здоровяков.

– Передай, что клуб закрыт до тех пор, пока мы не закончим разбирательства. – Охранник непоколебимо смотрел на лейтенанта. Его губы были напряжены и крепко сжимались от плохо скрываемой неприязни. – Нет? Тогда мы сами во всём разберёмся. С дороги! – Хоть на лице охранника и читалось вполне очевидно, что он хочет сделать со всеми представителями порядка, оказалось, что идиотом он не был, и поэтому молча отошёл в сторону, пропуская офицеров.

– Лейтенант! – послышалось из тёмного коридора, на входе в клуб. Через секунду за голосом в проёме появился и источник звука. – Меня зовут Генрих, я владелец и управитель этого заведения. – Он был одет невычурно, ничего примечательного: синие джинсы, светлые кеды, футболка с нейтральным принтом, лысый. Внутри клуба он, может, и выделялся своей локальной известностью, но в целом от простого смертного его отличали разве что дорогие часы, и то понятные только тем, кто в них разбирается.

– Крайне приятно с вами познакомиться, но мне бы хотелось осмотреть это место в отсутствии предполагаемых подозреваемых. Если вы понимаете, о чем я, – закончив фразу, Итан расплылся в улыбке.

– Конечно, без проблем, но могу я увидеть ордер и узнать причину?

– Человек, которому нечего скрывать, не попросит ордер, – спокойно выговорил лейтенант, доставая планшет и открывая на нём фото ордера, оригинал которого в данный момент находился у Йозефа, и показал его Генриху.

– Оу! Правда? – Удивление управляющего сменилось на непонимание, он явно был не готов к подобному происшествию. – Э-м, я…

– Мы ведь можем войти? Двое стойте здесь, ждите капитана, остальные – за мной. – Перебив нечётко сформированную мысль владельца клуба, Итан забрал планшет и, отодвинув ошарашенного Генриха в сторону, прошёл внутрь заведения.

Капитан подъехал примерно через полчаса после начала обыска. Он не спеша вышел из машины и направился к входу. Стоявшие там офицеры чётко отдали честь Йозефу, после чего тот прошёл внутрь. Некогда ломившийся от посетителей, теперь клуб больше напоминал средней паршивости бомжатник. Свет был включен на полную и открывал взору все изъяны, которые скрывал полумрак тусклых ламп. Грустные, вольно одетые официантки сидели за столиком и вели неинтересную для них беседу с одним из рядовых, а ему и в радость поглазеть на симпатичных девчонок. Йозеф вспомнил, как он кадрил девушек, будучи ещё патрульным, и улыбка появилась на его лице от этих тёплых воспоминаний.

– Капитан! – подбежал слегка озадаченный Итан.

– Что случилось? – Вмиг став опять серьёзным начальником, Йозеф устремил всё своё внимание на лейтенанта.

– Пойдёмте, покажу кое-что. – Итан повёл капитана через подсобные помещения клуба, по дороге рассказывая о том, что ещё они смогли найти. – Помимо всего прочего, нам удалось задержать нескольких торговцев наркотиками и не только. Но самое главное – мы смогли отыскать потайную комнату. Винсент уже там со своими ищейками, и мне кажется, что мы на верном пути. Генрих, это владелец клуба, задержан. Сейчас он под наблюдением Лорика, в своём кабинете. – Йозеф внимательно слушал всё, что ему говорил Итан, пока они не дошли до той самой комнаты, в которой расстались с жизнью Илайда, Эвелин и, возможно, ещё кто-нибудь.

– Просто потрясающе. – Серьёзным взглядом капитан обвел помещение, которое уже кишело различными экспертами, пытающимися найти хоть что-нибудь, что выведет на след убийцы. – Винсент, что нашел?

– О-о-о! Капитан! – Радостный парень подскочил к Йозефу и принялся, яростно жестикулируя, рассказывать, что, по его мнению, здесь происходило. – В общем, он или они привязывали жертв сюда, после чего весьма жестоко и, я бы даже сказал, небрежно, убивали их прямо на этом столе, пробивая грудную клетку и вырывая сердце. Далее они помещали органы, вероятней, в одну из подобных банок и ставили их вон в тот холодильник. По части образцов будет не то чтобы легко. Здесь не совсем тщательно убирались, и кровь, которая стекала со стола, перемешивалась с кровью предыдущих жертв. Так что максимум, что можно будет понять – это возможное их количество. Конкретизировать, кто именно? Не знаю, попробую, но я не уверен.

– Что с сердцами? – задал самый важный для себя вопрос капитан.

– Ничего, нет их. Были бы – было бы просто, – перехватил инициативу Итан. – Может, наш новый друг знает что-нибудь?

– Проводи, мне есть что у него спросить.

Без лишних разговоров Итан отвел капитана в кабинет местного владельца, где его охранял бдительный взгляд Лорика.

– Сержант, – обратился к офицеру Йозеф, зайдя в кабинет, – позволишь переговорить с подозреваемым с глазу на глаз? – Лорик, не проронив ни слова, лишь сдержано кивнул и покинул помещение. Закрыв за ним дверь, капитан присел на кресло для гостей, и, достав сигарету, закурил.

– Мои офицеры нашли в твоём подвале операционную. Не хочешь объяснить, откуда она там взялась?

– Я ничего не знаю. Это здание не я строил, я лишь арендатор. – Генрих отвечал спокойно, настолько, насколько это было возможно.

– Понимаю. Ты, скорей всего, думаешь, что тебе ничего не будет.

– А что ты со своими офицерами мне сделаешь? Ничего у тебя на меня нет. Подумаешь, какая-то комната. Это ничего ещё не значит.

– Ты прав, комната это ничто, всего лишь помещение, неучтённое в твоём договоре аренды. Видимо, мне придётся обратиться к арендодателю, и в итоге я, скорей всего, зайду в своём расследовании в тупик.

– Вероятно, ведь никто ничего не знает про эту комнату. И да, кстати, если вы закончили наконец-то делать меня бедным, может я всё-таки вернусь к своим обязанностям?

– К каким это, если не секрет?

– Развлечение. – Генрих восторженно развёл руки в стороны и улыбнулся во всю ширь. – Неужели это настолько не очевидно, товарищ капитан? Я занимаюсь тем, что дарю развлечение людям, которые погрязли в серости этих дней.

– Интересное занятие. Да ты прям мессия, как ни посмотри. Последний шанс, расскажи мне про ту комнату и кто всё это делал, и тогда сможешь дарить свою радость до тех пор, пока солнце будет вставать из-за горизонта.

– Капитан, мне нечего тебе сказать, я ведь ничего не знаю.

– Я хотел по-хорошему, но, видимо, придётся по-другому с тобой поговорить.

– Ой боюсь-боюсь! – картинно запищал Генрих и слегка поднял руки вверх.

– Хм, ты, видимо, и вправду много не знаешь. Скажи, слышал ли ты о таком органе власти в нашем городе, как Совет епископов? – Владелец клуба без особого интереса посмотрел на Йозефа и, закатив глаза, угукнул в ответ. – На каждый район города выделен свой старший епископ. Как правило, это люди семейные и с виду очень набожные, мне даже хочется верить, что они и правда верят во всё то, что говорят со сцены и вообще. Но дело сейчас не в проповедях. Наличие семьи подразумевает наличие жены и детей.

В этот момент Генрих стал очень внимательно следить за тем, что говорил капитан, потому как в его крохотном и жадном мозгу промелькнула страшная догадка. А Йозеф тем временем продолжал.

– Как ты думаешь, чисто гипотетически, что случится с человеком, который, возможно, будет виновен или, например, обладает некоей информацией о том, кто именно каким-то образом навредил или может навредить семье епископа?

– Нет, этого не может быть! – Теперь ему стало страшно. Руки его затряслись, на сверкающей лысине от волнения выступили капельки пота.

– Сколько подобных тебе деятелей пропадает бесследно, потому что они преступили черту?

– Но я ничего не знаю! – почти перейдя на крик, произнёс Генрих, который практически уже не сдерживал себя.

– Да какая разница. – Йозеф понимал, что он уже победил в этом диалоге. – Лишь один орган власти имеет право выписывать ордера на обыски – досудебный отдел. Это подчинённые Совета епископов. Возможно, не сейчас, но завтра утром эта информация дойдет до того, кому она нужна, и всё. Так что, в принципе, я и мои люди уже можем уезжать отсюда, скоро ты сам всё расскажешь. Вот только лишь от тебя зависит, будут это твои последние слова или первые. Удачи. – Резко встав с кресла, капитан быстро зашагал к двери. Секунды для Генриха растянулись в минуты, сердце было готово выпрыгнуть из груди и упасть на стол окровавленным ошмётком бесформенного куска мяса.

– Филин, – выпалил владелец клуба, когда Йозеф коснулся ручки двери. – Этого мужика зовут Филин, это всё, что я знаю, клянусь. Он заметил вас раньше, чем мои люди, и, собрав вещички, быстро смотался через черный ход.

– Это всё?

– Да! Пожалуйста, сделай так, чтобы за мной не пришли. Это правда всё, что я знаю. – он чуть ли не плакал, умоляя Йозефа.

– Хорошо. Не покидай клуб. Если заметишь что-то странное – сразу звони в участок. Всё понял? – Испуганный собеседник быстро закивал головой. – Прекрасно, тогда на сегодня мы закончили. – Сказав это, капитан наконец-то покинул кабинет, как оказалось, трусливого, но, что более важно, абсолютно бесполезного Генриха.

Город Эльазар: День третий

08:04 – ЗООУгЭ

На этот раз на утреннем собрании присутствовали только те, кто принимал участие в деле об убийствах девушек. Все были максимально сосредоточены на том, что готовился рассказать капитан.

– Вчера мы выяснили предполагаемое имя преступника, это некто Филин. Теперь нам необходимо действовать максимально осторожно. Если у Филина есть сообщники в верхних слоях населения, возможно они будут следить за ходом расследования. Поэтому, сержант Лорик, тебе придётся провести расследование в сторону допроса арендодателя этого клуба, с целью расслабить Филина, чтобы он думал, что Генрих не сдал его. Сержант Ламарк, тебе нужно установить максимально осторожную слежку за клубом. Если заметишь что-нибудь неладное, сразу сообщай. Всё понятно?

Оба офицера утвердительно кивнули головами.

– У меня есть что добавить. – Гемельтон встал со своего стула и подошёл к доске для информации. – Вчера вечером я передал имя подозреваемого Риде. Сегодня она переговорит со своим связным, и, возможно, у нас будет больше информации о Филине, потому как поиск среди личных дел ничего не дал. Ни один полукровка не имел такого позывного, да и настоящего имени тоже. Так что мы до сих пор не знаем, как он выглядит. Фоторобот, составленный со слов Генриха, по сути, ничего не дал. По нему можно каждого второго полукровку тормозить. Тут либо он бездарь, либо ещё что-то. В целом у меня пока всё.

– Спасибо, Итан. Что ж, тогда все за работу.

Покинув зал совещаний, Йозеф вернулся к себе в кабинет. Его разрывала изнутри мысль о том, что произойдёт, если вдруг старший епископ узнает об интрижке его сына и Илайды. Добром это точно не кончится, нужно как можно быстрее найти исполнителя, тогда совет немного ослабит слежку за отделом, и можно будет заняться рутиной в более спокойной обстановке.

Поток мыслей капитана прервал звонок Риды, которая обычно не связывалась с капитаном по телефону. Это означало – информация важная.

– Алло, – коротко начал разговор Йозеф.

– Капитан. У нас есть некоторые проблемы. – Голос Риды был взволнованным, но даже не это насторожило офицера, а скорее то, как именно говорила Лефевр. Полушепотом, растянуто, с короткими, но ощутимыми паузами.

– Что случилось? Ты ранена? – Параллельно оставаясь на связи, Йозеф, так и не успевший сесть за свой стол, вышел из кабинета. Глазами он искал Итана, надеясь, что тот ещё не уехал.

– Да, меня порезали. Я сейчас нахожусь в районе полукровок. Не могу точно сказать где, какой-то склад или типа того. – Отдышавшись, Рида продолжила: – Я бежала через переулки, на северо-восток от своего дома.

– Оставайся на связи, мы отследим звонок. – Капитан наконец-то нашёл Гемельтона, который стоял в буфете и наливал себе чай. Прикрыв микрофон рукой, он негромко обратился к лейтенанту: – Риду порезали. Твоя машина здесь? – Глаза Итана в мгновение налились кровью, после чего он кивнул. – Тогда погнали, набери отдел связи, пусть отследят её телефон.

Вдвоём они быстро направились к выходу. По дороге Итан перехватил пару рядовых и приказал следовать за ними, на всякий случай, попутно дожидаясь ответа от оператора отдела связи.

– Рида, я вернулся, ты с нами ещё? – Йозеф говорил максимально спокойно, чтобы лишний раз не волновать девушку.

– Да, я ещё тут. – Её голос заметно слабел.

– Мы уже выехали, держись. Оружие при тебе?

– Да, но руки холодеют. – Рида резко затихла, а на фоне стали различимо слышны цокающие звуки, такие обычно издают ботинки на металлической или армированной подошве.

– Подожди ещё немножко, мы скоро будем. – Капитан взглянул на мобильный. Убедившись, что девушка на связи, он отключил микрофон, приставил телефон к уху и обратился к Итану. – Похоже, она притаилась или сознание потеряла. Как у тебя успехи?

– Продиктовал номер, жду, когда они ответят. – Гемельтон отвечал сдержанно, всё его внимание было отдано дороге. Включив звуковое сопровождение и проблесковые маячки, он погнал на всех парах, всё же стараясь быть осторожным. – Наконец-то. Да, говори, я запомню. Ага, спасибо. Вызови дополнительную группу по этому адресу. – Завершив вызов и бросив телефон на приборную панель, Гемельтон схватил руль двумя руками и увеличил скорость, теперь уже полностью сконцентрировавшись на том, чтобы доехать быстрее и не убить никого по дороге.

8:00 – Западный Район Полукровок.

Рида любила пробежать с утра километр-другой для поднятия тонуса, в качестве разминки. Прохладное сентябрьское утро было отличным временем для того, чтобы пробежка была не в тягость, как в летнюю жару, и не опасной для лёгких, как зимой. Хотя в этой местности зима, из-за адских врат, отличалась разве что сильным снижением температуры, и не более. О снеге здесь давно не слышали.

Пробежка завершалась примерно за полкилометра от дома, и остаток пути девушка шла спокойным шагом, восстанавливая дыхание и просто наслаждаясь. Не сказать, что район полукровок – большая достопримечательность. Он был маленьким, с большой плотностью построек. Здания в основном одно- или двухэтажные, построенные самими полукровками и людьми лояльными к ним. Некоторые из обычных людей, кстати, так и остались жить здесь, по своим причинам.

Восемь утра было ещё ранним временем для этого района. Жизнь здесь начинала кипеть примерно поле девяти. Встретить на улице местного можно было лишь изредка, поэтому, когда за Ридой возник некий неизвестный гражданин, это было странно. К сожалению, музыка в наушниках не позволила ей услышать звук цокающих об асфальт подошв, приближающихся к ней. Только когда незнакомец подошёл слишком близко и тень от руки с ножом промелькнула сбоку, девушка смогла заметить его.

Тренировки не прошли даром, и, скорее на рефлексах, нежели осознано, она смогла увернуться от первого удара, но вторая рука преступника схватила Риду за предплечье. Кости сдавило, боль заставила на секунду отвлечься, что позволило незнакомцу дважды ударить ножом ей в живот. Рида, собравшись с силами, выхватила пистолет с поясной кобуры и несколько раз выстрелила в нападавшего. Он упал, но девушка заметила, что в её сторону приближается ещё двое с оружием. Свободной рукой держась за рану на животе, она дала пару выстрелов в их сторону и побежала в переулок, пытаясь найти место, где можно спрятаться.

Плутая между домами, ей удалось отыскать незапертую дверь в складское помещение, заставленное разным непродовольственным хламом. Бежать к местным жителям просить помощи она не хотела, это могло подвергнуть их опасности: если кто-то решил напасть на сотрудника охраны порядка прямо на улице, вряд ли их остановит квартира какого-то гражданского. Просто уберут и его за компанию. Поэтому безлюдный склад был самым подходящим укрытием.

Уже слегка затуманенным взглядом Рида высматривала место, куда можно залезть и оставаться незамеченной. Как назло, в тёмном помещении не было ничего подобного. Прохромав вдоль стены, девушка увидела кучу рыболовецких сетей. Недолго думая, она закопалась в них так глубоко, как только смогла, после чего наконец-то достала телефон и, удержав кнопку экстренного вызова, автоматически дозвонилась до Йозефа.

08:37 – Западный Район Полукровок.

Визг резины о дорогу был настолько пронзительным, что разбудил каждого, до кого смог дотянуться своими неумолимыми звуковыми щупальцами. Итан остановил машину на тротуаре, перед входом в здание склада, по адресу которого должен был находиться телефон Риды. Выскочив из салона, офицеры с оружием наперевес направились к двери.

– Итан, Ник, обойдите здание, если есть второй вход, зайдите с него, – Йозеф не хотел медлить, каждая секунда была на счету. В то же время он прекрасно понимал, что, если поторопиться, жертв может стать больше. Приходилось не обращать внимания на эмоции и действовать согласно правилам. Благо, что лейтенант, даже учитывая все свои чувства по отношению к Лефевр, тоже понимал это и не противоречил чётким приказам своего капитана, зная, что это лучшее, чем он сейчас может помочь ей.

Йозеф осторожно посмотрел через запачканное окошко двери в тёмное помещение. Мало что можно было разглядеть, но, главное, внутри не было видно противников. Не зная, радоваться этому или нет, капитан повернул ручку двери и с надеждой потянул её на себя, молясь, чтобы она была открыта. Но, увы, дверь не хотела так просто сдаваться.

Тем временем Итан с рядовым добрались до черного хода склада, дверь которого была открыта. Без тени сомнений лейтенант стремительно ворвался в сумрачное складское помещение. Держа в руках пистолет, он внимательно огляделся, дав глазам несколько секунд, чтобы привыкнуть к недостатку света. После чего Итан осторожно, но по возможности быстро приблизился к центральному входу, где стоял капитан. По мере сокращения расстояния до двери Гемельтон как мог вглядывался во мрак, чтобы заметить хоть какой-нибудь след, любую подсказку, куда могла подеваться Рида. Однако всё было тщетно до тех пор, пока он не открыл дверь и вместе с Йозефом и вторым рядовым не впустил яркий солнечный свет. Он осветил помещение достаточно для того, чтобы заметить пятна крови на куче рыболовецких сетей.

Итан, недолго думая, бросился к ним, он знал, что Рида там, он не желал верить в то, что её там может не быть, или в то, что она уже мертва. К лейтенанту подошел Йозеф, который не без надежды во взгляде смотрел на копошащегося в сетях Гемельтона.

– Вы двое, осмотрите здесь всё, может, ещё что найдёте.

Оба рядовых кивнули и отправились выполнять приказ капитана.

– Итан, ну что там?

– Нашёл, она здесь! Не дышит, погоди, – откидывая в сторону всё, что мешало, Итан осторожно достал из кучи раненую Риду.

– Я вызову скорую, – Йозеф не успел достать телефон, как Гемельтон вскочил с девушкой на руках и быстро направился к машине.

– Они не успеют, я отвезу её к Тигини.

– Куда? – капитан чуть было не поперхнулся от сказанного.

– Она ещё жива, а он должен знать, что делать, если не сейчас, то никогда, до больницы она не дотянет, – отвечал лейтенант, попутно кладя Риду в машину на заднее сиденье.

– Итан, ты уверен? – Йозеф внимательно посмотрел в глаза своему подчинённому и сразу всё понял.

– Да, я уверен, – сев на водительское место, Гемельтон так быстро, как это только было возможно с учетом нахождения раненой девушки в салоне его машины, рванул в лавку Тигини. – Только подожди ещё немного, пожалуйста. Ещё чуть-чуть.

В памяти предательски всплыли все те моменты их совместной жизни, за которые Итан так и не попросил прощения у неё. Во многом он был не прав, а она терпела его, потому что любила. И он любил её улыбку, разговоры ни о чём. Любил просыпаться с ней утром и тихонько, словно нашкодивший мальчишка, стараясь не разбудить её, собирался и уходил на работу. Да, они оба прекрасно понимали, их служба – это очень опасное предприятие, и мало кто заканчивает на пенсии, особенно в этом новом мире. Однако они ведь смогли найти друг друга в непрекращающемся кошмаре, который с каждым днём становился только лишь мрачнее. Казалось, всё уже не важно – адские врата, демоны, полукровки и прочие твари, с которыми они сражались ради выживания. Теперь было важно только одно.

За несколько минут офицеру удалось достичь магазинчика связного Риды. Он старался делать все быстро, но так, чтобы не навредить и без того ослабленному организму умирающей девушки. Достав её с заднего сиденья, Гемельтон подошёл к двери и хорошо поставленным ударом ноги открыл её вовнутрь. Сидевший за прилавком Тигини, даже учитывая то, кто он, от неожиданности не успел ничего сделать, как в зале появился запыхавшийся лейтенант с гримасами боли и злости на лице.

– Помоги ей! – только и смог выдавить из себя Итан.

– Заноси её сюда, – серьёзным тоном сказал тирфектор и повёл офицера за собой в подсобку, где находился достаточных размеров деревянный стол. – Клади.

Итан без вопросов исполнял короткие приказы полукровки и положил девушку на стол. Тигини тем временем доставал из ящика какие-то неизвестные Гемельтону артефакты и принялся раскладывать их вокруг тела Риды, после чего он коснулся её лба и, посмотрев на Итана, спросил.

– Чем ты готов пожертвовать?

– Всем, – не колеблясь, ответит он, и Тигини невольно улыбнулся уголком рта.

– Хорошо, возьми её за руку обеими своими руками и не отпускай, что бы ты ни услышал и что бы ни произошло здесь. Понял?

Офицер кивнул в ответ и беспрекословно выполнил всё, что велел полукровка, который после этого взял Риду за вторую руку и принялся что-то произносить на неизвестном Итану демонском языке.

Поначалу Гемельтону показалось, что земля начала дрожать под его ногами, после у него появилось лёгкое головокружение. Он несколько раз тряхнул головой, чтобы скинуть это наваждение, но получалось не сказать, что хорошо. После в комнату стал пробиваться неестественно яркий свет, а в ушах постепенно нарастал однотонный высокочастотный писк. В тот момент, когда офицер перестал видеть окружающие его объекты из-за яркого свечения, исходившего словно из ниоткуда, писк сменился абсолютной тишиной. Даже голос Тигини куда-то пропал. В ярком, словно бесконечном пространстве были только он и стоящая рядом с ним Рида, которую Гемельтон держал за руку.

– Итан, – произнесла девушка и открыла глаза. – Что происходит?

– Рида, ты жива! Слава Богу! – ему так хотелось её обнять, поцеловать, но он ещё помнил, что говорил ему полукровка: не отпускать руку, что бы ни происходило.

– Точно. Меня же ударили ножом, и я спряталась в каком-то тёмном, грязном месте, – девушка огляделась, явно не понимая, где она находится.

– Мы с Йозефом нашли тебя, ты была практически мертва, и я решил, что лучше всего будет обратиться к Тигини за помощью, ведь до больницы ты бы не дотянула.

– Тигини? – она почему-то нахмурилась при упоминании этого имени. – Итан, когда ты видел меня в последний раз, разве я была жива?

– О чём ты говоришь? Конечно, ты была жива, ты же и сейчас жива.

– Ты ведь прекрасно знаешь, что это за место. Не надо притворяться.

– Нет, это не то же самое, просто он пытается вылечить тебя, а я помогаю, чем могу, – на глазах Итана выступили слёзы. Конечно, он всё понимал.

– Любовь моя. Это последняя ступень. Пространство между нашим миром и небесами. Вернуться отсюда сможет только один из нас, тот, кто всё ещё жив.

– И угадай, кто это будет? – Гемельтон попытался выдавить улыбку на заплаканном лице, но это лишь ещё больше его расстроило. – Рида, я не хочу, чтобы ты умирала. Я ещё столько тебе не сказал. Мы ещё столько не сделали вместе.

– Мне приятно, что ты готов отдать жизнь за меня, но мне уже нельзя уйти отсюда. Слишком поздно. Зато мы наконец-то можем нормально попрощаться.

Было заметно, что ей тоже тяжело даётся этот диалог, но она уже давно смирилась.

– Прости меня за все, пожалуйста! – слёзы уже просто лились из глаз Итана, он, не отпуская руки Риды, упал на колени и уткнулся лицом ей в грудь. – Я не хочу жить без тебя!

– Итан, – девушка подняла свободную руку и провела ею по волосам Гемельтона. – Тебе придётся, другого выбора я тебе не дам. Тебе придётся жить дальше. Чтобы делать этот мир лучше. А я буду ждать тебя столько, сколько потребуется.

– Хоть один плюс от появления демонов, – сказал Итан, приподняв голову, чтобы в последний раз взглянуть в глаза той, которую он любил больше всего. – Мы теперь точно уверены в том, что смерть – это ещё не конец.

Эта мысль даже немного его успокоила.

– Всё верно. Это далеко ещё не конец.

Весь разговор Итана не покидало чёткое, осязаемое чувство дежавю, от которого он не мог отделаться, как бы ни старался.

– Твоя рука такая тёплая. Ты ведь не просто в моей голове, правда?

– Правда, но тебе нужно проснуться и идти дальше. Я люблю тебя, Итан Гемельтон.

– И я люблю тебя, Рида Лефевр. Увидимся, – задержавшись ещё на секунду, Итан в последний раз утонул в её глазах и отпустил руку.

11:24 – Западный Район Полукровок

Комната, в которой скончалась Рида, теперь была пуста. Тигини сам вызвал медиков, а также позвонил в отдел убийств. Расследовать что-то в лавке бывшего тирфектора не было нужды, поэтому тело лейтенанта забрали да уехали. Остались только хозяин этого места, Итан и капитан Делвинк, который подъехал немногим позже своего лейтенанта. Гемельтон основательно ушел в себя. Вернувшись обратно с последней ступени, он не проронил ни слова. Сев напротив стола на какой-то стул, он сидел так всё это время, бесцельно глядя в никуда. Слёз уже не было, лишь высохшие солёные еле заметные полосы и красные глаза выдавали состояние полной печали, которое навалилось на Итана.

Капитан тем временем вел беседу с полукровкой, находясь в общем зале. Ему было больно смотреть на Гемельтона, да и сейчас помочь ему было нельзя, необходимо ждать и надеяться, что он не надумает ничего такого, за что придется однажды надеть на него наручники.

– Есть мысли, кто мог это сделать? – Йозеф решил не терять время на болтовню и сразу приступил к делу.

– Она занималась поиском радикальных групп, отрицательно настроенных по отношению к настоящим органам власти. Возможно, слишком близко подобралась, и они что-то узнали, – он был хорошо осведомлён о том, чем занималась Рида, и капитан незамедлительно воспользовался этим.

– А ты много знаешь, Тигини. Может, ты сможешь и имена назвать? – Йозеф, конечно, не хотел устраивать резню, как два года назад. Но, судя по всему, действовать всё равно придётся более жёстко, чем задумывалось изначально.

– Скорей всего, да, – полукровка слегка задумался, но уже через секунду его лицо показало, что он что-то вспомнил. – О, кстати, она просила меня узнать по поводу того, кто вырывает сердца у молодых девушек.

Капитан выразил весьма явный интерес относительно этой информации.

– В общем, действительно ходит слушок, что появился какой-то заказчик, который неплохо платит за сердца женщин. Зачем они ему, пока не понятно, но за это, по сути, мог взяться кто угодно.

– Выясни, кто заказчик, остальное мы сами от него узнаем. По поводу радикальных групп, я чуть позже пришлю к тебе своего офицера, который будет заниматься делом Риды, расскажешь ему всё, что знаешь.

– Конечно, капитан, я буду помогать так, как только смогу, – Тигини не скрывал своей печали по поводу смерти подруги. Ему даже было несколько не по себе от того, что он ничего не знал про покушение на неё. А ведь он был в курсе практически всех делишек, проворачиваемых на территории района полукровок.

– Да, кстати, тебе не знаком полукровка с позывным Филин?

– Никогда не слышал о таком. А что?

– Есть мнение, что он исполнитель, узнай и про него всё, что только сможешь. Ладно, пойду заберу Итана.

Зайдя в комнату, где сидел Гемельтон и отрешённо глядел вперёд, Йозеф старался не смотреть на него. Но потом, обратив внимание на стол, понял, что в этой комнате больше и бросить взгляд-то некуда. Куда ни глянь, тебя сразу накроют эмоции.

– Итан, надо идти.

На удивление, офицер отреагировал на голос своего капитана и повернул голову в его сторону.

– Пошли, я понимаю, что тебе сейчас нелегко, но надо идти, – повторил Йозеф уже более настойчиво.

– Ты прав, – подметил лейтенант и, встав со стула, направился на выход. Проходя мимо Тигини, он коротко посмотрел полукровке в глаза и молча кивнул ему на прощание. В этот момент бывший тирфектор понял, что Итан не держит на него зла за то, что произошло.

Капитан тоже без лишних слов, попрощавшись рукопожатием, проследовал на выход из магазина, возле которого сейчас стояла лишь машина Итана, небрежно припаркованная у обочины. Сам лейтенант подошел к открытой задней двери и, прежде чем закрыть её, на несколько секунд замер, зацепившись взглядом за заднее сиденье, которое впитало кровь Риды.

– Может, я поведу?

Заметив, что Итан опять уходит в себя, капитан решил не рисковать жизнью ещё одного своего лейтенанта.

– Да. Так будет лучше, – спокойно ответил Гемельтон и, закрыв дверь, занял переднее пассажирское место.

Сев за руль, Йозеф завел машину оставленными в зажигании ключами и плавно направил автомобиль по дороге к выезду из района полукровок.

16:30 – Западный Собор

Старший епископ Остин сидел в своих покоях и предавался увеселительным утехам с парочкой прихожанок, которые были готовы на всё, лишь бы получить благословение одного из самых влиятельных людей. Под этим словом подразумевалось, что они в течение неустановленного времени должны делать всё, что пожелает его святейшество. После того как старший епископ решал, что уже достаточно, прихожанок отвозили обратно в их семьи вместе с внушительными дарами и весьма недвусмысленным предупреждением о том, что желательно не говорить лишнего. В противном случае рекруты в ряды рыцарей всегда требовались вне зависимости от пола и возраста.

Учитывая, что действие это было добровольным, а желающих посетить покои старшего епископа, мягко говоря, не мало, все они проходили тщательный контроль и досмотр, прежде чем епископ, ответственный за безопасность, допускал их до всего этого. Сам Остин, на удивление, всегда вёл себя крайне учтиво и осторожно, никогда не позволял себе лишнего. Если, конечно, измена своей жене и вообще подобное действие уже само по себе не являлось чем-то из ряда вон выходящим, тогда всё действительно было в порядке. В общем и целом, всё это мероприятие не являлось таким уж и секретом, однако распространяться о том, что именно происходило внутри, участницам процесса не разрешалось.

Вот и сейчас искренне довольные жительницы западного района лежали на кровати в спальне Остина, пока он сидел за своим рабочим столом и пролистывал отчет, предоставленный ему епископом по безопасности, в котором вполне подробно описывались действия его дочери за последний месяц. Лейтенант Итан просил передать эти данные ему, но проверить самому тоже не помешает. Он очень внимательно следил за своей семьёй, как раз для того, чтобы избежать чего-то подобного. Но, увы, всё получилось, как получилось, а ответственные за сохранность его дочери уже были наказаны. Отправлены в самый ближайший к вратам блокпост, чтобы присоединиться к местному гарнизону и нести там службу до конца своих дней.

К сожалению, никаких странностей в пределах временного отрезка, запрошенного Итаном, Остину обнаружить не удалось. Илайда делала всё примерно одинаково. Не за что было зацепиться ровно до тех пор, пока он не обратил внимание, что его дочь не всегда просила своих охранников сопровождать её, мотивируя это желанием не выделяться. По долгу службы, старшему епископу, помимо всех прочих обязанностей, связанных с ободрением народа и направлением его по нужному пути, также приходиться составлять расписание для проведения проповедей, проводимых средними и младшими епископами. Остин знал это расписание не хуже священного писания, ведь это было очень важно знать, что и когда проводить, а самое главное, кто будет читать эти проповеди. Далеко не каждый епископ мог сделать ту или иную работу. Дабы удостовериться в своей правоте, он отыскал у себя на столе записи о проведённых в этом месяце мероприятиях и, убедившись в том, что он не ошибся, достал телефон и набрал номер младшего епископа Кевила.

Пунктуальность была одним из важнейших качеств любого служителя ордена, опаздывать было не в правилах епископов, более того, за нарушение их жестоко карали, вплоть до отсылки к вратам. Само собой вполне естественным было то, что они привыкали к этому и впоследствии крайне щепетильно относились к тому, чтобы выполнять свои дела точно в срок. Именно поэтому Кевил, находящийся на территории собора, прибыл к покоям Остина уже через несколько минут. Осторожно постучав в массивную деревянную дверь, он, дождавшись разрешения в виде щелчка электронного замка, зашёл внутрь.

Сразу за входной дверью находилась небольшая комната, заставленная стеллажами, наполненными различными книгами, преимущественно религиозного или исторического содержания. В центре стоял деревянный стол, без особых внешних излишеств, за которым лицом ко входу сидел Остин. За его спиной было две двери, одна в спальню, вторая в комнату для совещаний и прочих дел, которые невозможно было уладить в первой комнате.

– Старший епископ, вызывали? – максимально спокойно спросил вошедший в комнату Делвинк-младший.

– Кевил, присаживайся, – Остин был осторожен, хоть он и считал, что тем фактам, которые открылись ему, можно верить, всё равно стоило услышать другой вариант истории, возможно, он что-то упускает. – Со следующей недели я планирую увеличить тебе количество чтений. Как ты на это смотришь?

– Если вы считаете, что я готов, то не вижу причин отказываться от такого предложения, – младший епископ всё ещё не совсем понимал, к чему клонит его начальник. Подобный разговор предполагал скорое повышение, но стоило ли начинать радоваться?

– Я интересуюсь, потому что в прошлом месяце заметил, что ты время от времени покидал пределы собора и отправлялся в город, для того чтобы, я так полагаю, посещать различные заведения, – спокойный и монотонный голос старшего епископа не выказывал даже намёка на то, что он на самом деле пытался узнать. Он говорил так, словно проводил собеседование на должность, будто это была очередная рутина. Но в мозгу Кевила щелкнул переключатель, отвечающий за воспоминания и подозрительность. Обычный человек, может, и не заметил бы этого, но Остин был не просто человек, другой бы не смог занять тот пост, на котором он находился сейчас. Он весьма четко заметил, как фарфоровая маска его младшего сотрудника треснула после этой фразы.

– Я не считаю, что это будет проблемой в моём дальнейшем несении службы.

Многие годы, что Кевил провёл в соборе, научили его не только скрывать эмоции, но также привили ему смирение, он понемногу начинал понимать, в чём его подозревают, и, если его обвинят, он не будет препираться, но до тех пор тайна будет тайной.

– Думаешь? Что ж, если ты и вправду сможешь так легко отказаться от своих привычек. От того, чем ты хотел заниматься в свободное время. Тогда не вижу причин откладывать твоё повышение. В ближайшее время я подготовлю всё необходимое для того, чтобы официально заявить об этом. Вероятней всего, на ближайшем слушанье. Можешь идти.

– Благодарю вас, старший епископ, за такую честь, оказанную мне. Хорошего дня, – слегка поклонившись, Кевил встал со стула и как можно быстрее покинул покои своего начальника, чей тяжелый взгляд он чувствовал до тех пор, пока не закрыл дверь.

Оказавшись в коридоре, Кевил всё ещё пытался сохранять невозмутимый вид, чтобы остальные жители собора не заметили его волнения. Максимально быстрым шагом он добрался до своей комнаты и, лишь оказавшись внутри, за закрытой дверью, смог расслабиться. Его руки и ноги начали трястись от переизбытка эмоций и страха. Он понял, что этот разговор был не просто так, это был самый настоящий допрос, и он его провалил, полностью. Сев на свою кровать, Кевил и минуты не смог провести в этом положении, вскочив, он принялся метаться по комнате. Мысли топили его изнутри, и из-за этого ему в реальности не хватало кислорода, голова начала туманиться, а слёзы безвольными ручейками стекали по лицу. Упав в конечном итоге на колени, Кевил уткнулся в матрас и принялся скулить, как раненый щенок. Он ничего не мог сделать, чтобы хоть что-то исправить. Илайды больше не было, и он винил себя в этом, а сейчас он ставил под удар положение отца, ведь если Остин узнает о том, что Йозеф в курсе ситуации, то он не слезет с него до тех пор, пока не уничтожит. И, по его мнению, выход был только один…

12:10 – Западный Район Полукровок

Сразу после ухода офицеров, Тигини принялся шерстить свой личный архив, в котором были записаны знакомые ему тирфекторы и прочие полукровки, которые могли быть опасны на гражданке. Список постоянно обновлялся ввиду гибели или других обстоятельств, которые имели место быть. В данный момент его интересовал не Филин, а те, кто мог быть исполнителями убийства Риды. Мало кто из полукровок решится в открытую выступить против органов правопорядка, по крайней мере, просто так, без совершения следующих шагов. И вот чтобы не допустить этих шагов, Тигини необходимо было найти в своём списке тех, кто ещё был жив, но до сих пор точил зуб на обычных людей. Новость о том, что в районе убили офицера, моментально разнесётся по городу, и было бы неплохо к тому времени предоставить виновника на суд, а иначе добром это не закончится.

В списке лишь одно имя не вызывало у Тигини сомнения по поводу причастности к покушению – Церкен. Он тоже был тирфектором и до этого сражался на стороне демонов. После некоторых событий он переметнулся, принеся руководству головы трёх центурионов. Обстоятельства, описанные им, ввиду которых ему удалось одолеть трёх адских командиров, звучали сомнительно, но, так как головы были настоящими, руководство людей оказалось не против. Ранее Церкен был под командованием Тигини, именно поэтому он хорошо знал о предрасположенности своего подчинённого к радикальным методам решения проблем. По сути, Церкен был одним из первых, кто взялся за меч угнетённых и принялся отстаивать свои права. Ранее именно это стало первопричиной появления маньяков-полукровок, на которых потом устроили охоту. Церкен был достаточно умен, чтобы отсидеться в стороне и убедить всех, что он ни при чем. Якобы он никогда не пропагандировал убийство людей, а только хотел равных с ними прав. Но Тигини знал истину, именно он, вступив в ряды охотников, выследил и убил основной костяк радикалов. Они-то ему всё и рассказали, ведь он умел правильно задавать вопросы. Вот и сейчас ему предстояло задать некоторое количество вопросов бывшему товарищу.

Тигини был крайне осторожным полукровкой. Обычно он старался подготовиться к максимально возможному количеству вариантов развития событий. Именно поэтому он взял с собой не только заряженный пистолет, но и набор, так сказать, для развязывания языка. В него входили приспособления различного вида и применения, способные удовлетворить даже самого большого фантазёра среди любителей вести допросы. Конечно же, он не забыл и свой кинжал, который также хранил несколько секретов, прям, как и его хозяин. Впрочем, этого, по мнению опытного тирфектора, должно быть достаточно для того, чтобы встреча с Церкеном прошла максимально продуктивно. Сложив набор в рюкзак, а кинжал с пистолетом поместив в нательную кобуру, полукровка надел кожаную куртку, хорошо скрывающую, что под ней оружие, и выдвинулся на своё задание.

Автомобилем Тигини не обзавёлся, не было нужды, да и желание тоже отсутствовало. Район полукровок был небольшим, при необходимости его можно было пробежать от края до края за час, полтора. Плюс, машина всегда привлекает внимание в этом районе, а пеший гражданин был более незаметен. Именно так, не торопясь, осторожно, полукровка дошёл до дома, в котором с некоторых пор жил Церкен. Это был большой по меркам района трёхэтажный домина, с одним входом, здесь помимо самого Церкена также проживали и прочие важные личности. Своей значимости они старались сильно не показывать, дабы не привлекать лишнего внимания. Тем не менее, на лужайке перед домом расположились несколько здоровых полукровок, по-видимому, охрана. Необходимо было убедиться в том, что Церкен внутри, в противном случае его могут предупредить, что значительно усложнит поиски. Тигини, зная небольшой секрет, направился в кафе, находившееся через дорогу от необходимого дома. Усевшись возле бара, он заказал себе кофе и шоколадные блинчики, любимое лакомство. На раздаче работал не знакомый ему полукровка, понадеявшись, что тот его тоже не знает, он осторожно завёл беседу.

– Послушай, друг, чертовски отличные блинчики, передай мою искреннюю благодарность тому, кто их приготовил.

– С радостью приму её, брат, – расплылся в улыбке молодой с виду бармен. – Ты здесь первый раз, не припомню тебя?

– Я живу на южной окраине, недалеко от въезда. Там шумно и воняет, решил вот наконец-то оторвать свою задницу и пройтись.

– Прогуляться никогда не бывает плохо, особенно если ты теперь будешь чаще сюда заглядывать, – бармен был крайне приветлив, причем Тигини подметил, что он не полностью носил маску, а источал искреннее дружелюбие.

– Позволь полюбопытствовать, друг, а кто живёт в том огромном доме с кучей бравых ребят во дворе?

Этот вопрос явно вызвал у бармена некоторую неприязнь, но не к нему, а, скорее, к самому дому.

– Да, местные воротилы. А ты что, переехал недавно?

– Нет, просто старался не отсвечивать. Сам знаешь, после тех событий, лучше не привлекать к себе лишнего внимания.

– Это точно, брат. На твоём месте я бы не стал с ними связываться, если не хочешь привлекать внимания. Та ещё компания. Но чаевые оставляют неплохие, за это их сложно винить, даже учитывая, что ведут они себя не всегда корректно.

– Слушай, раз уж речь зашла о подозрительных делишках, – Тигини сделал небольшую паузу и аккуратно огляделся, поле чего слегка придвинулся и на пониженных тонах спросил. – Ты не знаешь, мог бы я раздобыть у этих ребят что-нибудь для вдохновения?

Он знал, что Церкен занимался наркотиками, вряд ли что-то изменилось за последнее время.

– Знаешь, на самом деле у меня сейчас перерыв, и я собирался выйти покурить с черного хода, что за зданием, так что давай поговорим в другой раз, – парниша явно был в теме, тирфектор уже в этом не сомневался. Он с пониманием кивнул, ещё раз картинно поблагодарил за блинчики и, попрощавшись, покинул заведение, чтобы обойти его с черного хода.

Когда он дошел до задней двери, парнишка-бармен уже стоял там с подкуренной сигаретой и внимательно озирался по сторонам. Задний двор кафешки был огорожен со всех сторон, кроме той, что смотрела на проезжую часть. Тигини не спеша подошёл к посреднику.

– Ну что, друг, что ты можешь мне посоветовать?

– Слушай, ты точно уверен, что хочешь этого? – его манера речи заметно изменилась. Он стал говорить чуть быстрее, а голос зазвучал выше, чем раньше.

– Ты так не переживай, я ведь всё-таки не просто так отлепил зад от дивана, не только ради прекрасных блинчиков, скажем так.

– О, так, значит, ты в курсе, кто там живет, просто тебе нужен поручитель, я понял, – парень заметно нервничал, видимо, он совсем недавно этим занимается.

– Расслабься, друг. Я давненько в этом деле. Просто мой курьер куда-то пропал, уже неделю его не видел. Сам знаешь, каково это, ждать целую неделю, к тому же у меня уже почти закончилось. Пойми, я просто не хочу однажды проснуться и увидеть пустую банку.

– Хорошо, сам решил, не серчай потом на меня. Мужика зовут Церкен, вот тебе жетон для пропуска, покажешь его ребятам во дворе, они тебя проведут куда надо, – парень достал из кармана небольшую латунную монету, гладкую с обеих сторон.

– Спасибо, друг, думаю, я ещё загляну к тебе на блинчики.

Парень быстро кивнул и, не прощаясь, выбросив окурок, спешно спрятался за дверью.

Тигини ещё раз внимательно посмотрел на монету. С виду обычная, ничего примечательного. Скорей всего, нанесён какой-то скрытый рисунок, или зачарована по-особенному. Гадать можно было долго, нужно было действовать, поэтому спрятав руки в карманы куртки, он отправился переходить дорогу, чтобы попасть в этот злачный дом. Стоило ему ступить на лужайку, как несколько пар глаз полукровок обратили на него внимание. Он остановился и осторожно, не слишком явно достал из кармана пропуск. Увидев монету, один из бойцов подошел, попутно одев солнцезащитные очки, и, забрав монету, несколько секунд внимательно её осматривал. После, убедившись, что всё правильно, молча махнул гостю следовать за ним и направился к дому.

– Квартира три, – четко, но не громко сказал охранник и, открыв входную дверь, отдал монету обратно.

Тирфектор решил ничего не отвечать ему, а просто молча зайти внутрь и оглядеться. Большой холл с широкой лестницей на второй этаж напротив входа. Справа и слева было по одной двери, видимо, дом на шесть квартир, и третья находилась этажом выше. Помимо мебели, на первом этаже также расположились несколько охранников, все были полукровками. Они, не обращая внимания на постороннего, занимались своими делами, двое смотрели телевизор, четверо сидели за столом и играли в карты, ещё один трахал на диване справа от лестницы какую-то женщину, темноволосую.

Решив не задерживаться возле дверей, он уверенно проследовал к лестнице и поднялся на второй этаж. Там, взглядом отыскав необходимую дверь, на которой красовалась металлическая цифра три, подошел к ней. Возле входа сидел залипающий в ноутбук охранник.

– Уважаемый, Церкен у себя? – спокойно спросил Тигини и продемонстрировал монету. Полукровка с недовольным выражением лица посмотрел на того, кто отвлекал его от важного занятия, после чего просто махнул на дверь и опять провалился в экран.

Словно к себе домой, он без стука открыл дверь и вошел в просторную, хорошо освещённую искусственным светом комнату. Минимум мебели, и в отличие от того, что он видел в коридоре, здесь было достаточно чисто, хоть сам дом снаружи выглядел не очень. В центре комнаты стоял небольшой круглый журнальный столик, вокруг него в форме подковы расположился качественный разноцветный диван, обшивка которого словно была соткана из кусочков заплаток различных материалов и цветовой палитры. Прорезь подкововидного дивана смотрела на стену справа от двери, открывая обзор на огромный телевизор, на экране которого проигрывался боевик из прошлого. Пол был полностью покрыт однотонным тёмно-зелёным ковром с крупным ворсом. На диване сидел хозяин этого помещения, в одной руке он держал бутылку пива, а другой за волосы неизвестную девушку-полукровку, которая делала ему минет, пока он, откинувшись на подголовник дивана, постанывал от удовольствия под звуки выстрелов и отборного мата из телевизора.

Как и следовало ожидать, он не заметил, что к нему в комнату зашёл гость, и поэтому Тигини решил воспользоваться этим моментом. Тихо пройдя к дивану, он сел на него с краю и, достав из рюкзака свой набор, положил его на стол. В этот момент девушка, видимо, приоткрыла глаза и, увидев постороннего, попыталась прекратить процесс и что-то сказать, но хозяин не разделил её рвения.

– Ты что, сука, я же ещё не… – начал было он, но, подняв свою голову, увидел гостя и осёкся. – Тигини? – только и смог сказать полукровка, которого застали врасплох.

– Привет, Церкен, – спокойно сказал бывший товарищ, положив руку на сумку от своего набора, пока ещё закрытую. – Мне кажется, она будет лишней при нашем разговоре, ты так не думаешь?

– Да, точно. Иди отсюда, – Церкен смотрел исключительно на своего гостя, он знал, что, если этот полукровка здесь, значит, случилось что-то серьёзное. Девушка была не совсем глупа и быстро, без лишних слов ретировалась. – Зачем пришел?

– Прикройся.

Наркодилер вслепую нащупал диванную подушку и положил её на причинное место.

– У меня есть к тебе разговор, и от того, насколько ты будешь честен, зависит то, как он будет протекать.

– Ты же знаешь, Тигини, я сама честность, мне нет причин врать, тем более врать тебе, – Церкен не понимал, о чем может пойти речь, и поэтому слегка нервничал.

– Что ты знаешь о радикалах, которые готовят восстание или нечто подобное?

– Ничего.

Слишком короткий ответ не слишком удовлетворил гостя.

– Так, всё, я теряю терпение, – сказав это, Тигини открыл сумку с инструментами.

– Я честно, бля. Ни хера не знаю. В смысле, ничего не происходит. О чем ты?

Страх и смятение главаря банды были натуральными, но ещё более правдоподобно проглядывался мыслительный процесс в его глазах, он старательно пытался вспомнить хоть какую-то информацию, чтобы ответить на заданный вопрос.

– То есть ничего не происходит? – он внимательно следил за своим бывшим подчинённым. Ведь даже несмотря на явное превосходство в силе, отрицать того, что какая-нибудь хитрость могла сильно осложнить ему жизнь, было нельзя, как и не стоило забывать, что перед ним тоже тирфектор, хоть и не самый сильный.

– То и есть, – выделяя каждое слово, ответил Церкен. – Никто ничего не делает, да и зачем. Сейчас же всё нормально. Смысл рыпаться? Особенно после той заварушки с охотой на полукровок, – в этот раз он ответил более спокойно и уверено.

– А что насчет заказчика на сердца девственниц?

– Эм, ну был какой-то вброс, что некто хочет нанять ребят для добычи сердец, но своим я сразу сказал, что четвертую, и они не пошли.

– Имя, контакты?

– Могу поспрашивать у своих, кто-нибудь да в курсе, – откинувшись на спинку дивана, Церкен немного успокоился и позволил себе принять удобную позу. – Слушай, Тигини, брат, мы же с тобой в одном котле варились. Скажи честно, зачем тебе лезть в это гавно?

– Это личное, – коротко ответил он. – Мне нужна вся имеющаяся у тебя информация касательно поиска сердец.

– Знаешь, ты ведь не со шпаной на улице разговариваешь, – хозяин квартиры говорил вполне дружелюбно, в его речи прослеживалось некое уважение к собеседнику. – Я могу узнать для тебя любую информацию, но мне нужны более точные данные. Что ты ищешь?

– Кто-то устроил покушение на мою хорошую знакомую, – подумав, что Церкен будет более полезен, если направить его в нужном направлении, он решил, что и правда стоит приоткрыть завесу тайны. – Она скончалась, я хочу найти этих ублюдков.

– Чёрт возьми, здесь, в районе? – Тигини положительно кивнул в ответ, и наркодилер, нахмурив брови, задумался. – Из наших?

– Нет, она человек. Полицейская.

– Да быть того не может, – Церкен прекрасно понимал, к чему приведёт убийство сотрудника полиции внутри района полукровок. – Брат, я, правда, не знаю ничего. Я бы никогда такое не одобрил, это, скорей всего, какие-нибудь гастролёры, я уверен.

– Мне нет разницы, кто они. Нужно только их найти, дальше разберусь, как с ними поступить.

– Дай мне слово, что передашь их в руки полиции, не устраивай самосуд. Нам сейчас не нужны проблемы, отношения и так натянутые. Эти хреновы антиполукровщики только и ждут повода обрушить на нас вал дерьма.

– Предоставь мне информацию, с остальным я разберусь сам.

– Да, конечно. Всё будет в лучшем виде, вот увидишь, брат, – слегка улыбаясь и в меру жестикулируя, ответил Церкен.

– Надеюсь, – вернув набор обратно в рюкзак, он выложил монету на стол, молча покинул дом и, оказавшись на улице, немедленно позвонил Йозефу, чтобы договориться о встрече.

12:48 – ЗООУгЭ

Капитан Делвинк отвез отрешенного Итана домой и настоял на том, чтобы тот взял хотя бы день отгула, чтобы собраться с мыслями. Сам же он отправился в отделение назначить лейтенанта Филча Донтона на расследование убийства Риды. Винсент уже должен был провести вскрытие и подготовить отчёт, возможно, это что-то да даст. Было совершенно неясно, кто мог совершить подобное.

Ещё до того, как подъехать к зданию отделения, Йозеф позвонил братьям Ейц, подчинённым Риды, и также попросил их прибыть в участок. Он не стал говорить ребятам по телефону, что случилось, потому как считал это не совсем правильным, подобные вещи необходимо было сообщать лично. Других родственников у Риды не было. Так что вся её семья, по сути, работала в этом месте.

Когда капитан поднялся на второй этаж своего отделения, все, кого он вызвал, уже были там. Заметив грустное выражение лица Йозефа, присутствующие заподозрили неладное.

– Всем привет, пойдёмте в мой кабинет, – коротко поприветствовал офицеров капитан и, только сев за свой рабочий стол, продолжил. – Случилось несчастье. Сегодня утром в районе полукровок была жестоко убита лейтенант Рида Лефевр, – голос Йозефа дрожал на каждом произнесённом им слове, а взгляд был устремлён в никуда.

– То есть? Как это произошло? – взял слово сержант Леонид Ейц.

– Её ударили ножом. Это произошло на улице во время утренней пробежки.

– А более точно, есть хоть какая-то информация? – Леонид не унимался, в отличие от своего брата, который и так был не особо разговорчивым, а теперь и вовсе сидел, погрузившись в свои мысли. Но можно было не сомневаться, он прекрасно слышал каждое слово, сказанное рядом с ним.

– Я надеюсь, что Винсент уже составил отчет о вскрытии, и мы сможем узнать больше, пока всё, что я знаю, это лишь предположения. Она позвонила мне, и по её рассказу можно судить, что нападение было совершено возле её дома. Число нападавших неизвестно, но их точно было больше одного.

– С чего такая уверенность? – вступил в диалог Филч.

– Когда мы нашли её на том небольшом складе, где она пряталась, там же я отыскал её пистолет, в нём не хватало несколько патронов. Позже недалеко от её дома мы обнаружили на асфальте кровь, вероятно нападавшего, но тела мы не нашли. Значит, его кто-то унёс.

– Может, она не смертельно его ранила, а он просто ушёл? – после своего первого вопроса Филч сразу достал блокнот для записи данных и теперь активно им пользовался, прерываясь лишь на то, чтобы задать очередной уточняющий вопрос.

– Была такая мысль, но потом я вспомнил, как слышал в трубке, перед тем как Рида отключилась, чьи-то шаги. Пол на складе кафельный, и подошвы этого кого-то издавали звонкие звуки, словно металлические. Так вот, крови, помимо той, что оставила сама Рида, на складе мы не обнаружили. Вывод напрашивается самостоятельно, их должно быть, по меньшей мере, двое.

– Раз тело не нашли, значит у них была машина. Я проверю камеры, какие только смогу найти в том районе, и проведу опрос свидетелей, может, кто что видел, – заключил Филч и, спрятав блокнот, уже был готов отправиться в поля.

– Подожди. У Риды был осведомитель, Тигини. Вы, парни, его знаете? – этот вопрос Йозеф адресовал братьям Ейц, которые утвердительно кивнули в ответ. – Отлично. Он должен был узнать кое-какую информацию, загляните ещё и к нему. А я пока схожу в морг, узнаю, как там дела.

Троица, попрощавшись с капитаном, отправилась работать в район полукровок. Йозеф тем временем спустился на минус первый этаж, чтобы поговорить с Винсентом, который как раз присел пообедать.

– Приятного, Винс.

Жующий патологоанатом кивнул в знак благодарности и, не отрываясь от трапезы, передал папку с отчетом на имя Риды.

– Что-нибудь необычное?

– Разве что синяк на правой руке, в районе предплечья, можно сказать, что это было самым странным. Больше вообще ничего. Из нестранного, следы пороха на запястье, значит, дала отпор. А вот с кровью с асфальта есть пара странностей. Во-первых, это кровь обычного человека. А во-вторых, в крови найдены различные примеси, скорей всего, наркотические или психотропные, в данный момент не могу сказать точно, но это определённо то, чего в организме человека быть не должно.

– Хочешь сказать, что на неё напал обычный человек?

– Могу сказать, что она застрелила обычного человека. Остальное уже ваша работа.

– Спасибо, Винс. Если вдруг ещё что-нибудь узнаешь, сообщи.

В это время в кармане Йозефа зазвонил телефон, это был Тигини.

– Да, слушаю.

– Капитан, у меня есть некоторые новости касательно утреннего происшествия. Надо бы обсудить.

– Я уже выслал к тебе своих людей. Можешь передать всё им.

– Это, конечно, хорошо, но лучше бы и тебе поприсутствовать, потребуется покопаться в воспоминаниях со времён войны, – Тигини говорил крайне серьёзно, это чувствовалось даже через телефон.

– Хорошо, подъеду как смогу.

Завершив вызов, капитан позвонил Филчу и предупредил его о том, что в первую очередь надо заехать к Тигини и что он сам туда сейчас выдвигается.

22:45 – Ночной клуб “Мортус Маре”

В будние дни клуб не пользовался такой популярностью, как в выходные, однако всё равно народу было больше, чем во многих других подобных заведениях. Персонал, привыкший к аншлагу в выходные дни, вполне спокойно чувствовал себя при сниженном потоке людей. Именно поэтому присутствие Генриха в зале не требовалось. К тому же после того, как его посетили сотрудники правопорядка, у него не было большого желания веселиться. Он сидел в своём кабинете и вмазывался всем, что только смог достать, – наркотики, алкоголь, травка. Правда, нервишки всё равно пошаливали, и, когда к нему заглянула его секретарь и сообщила о том, что в заведение пожаловал очень важный гость, Генрих не сразу на это отреагировал. Не столько потому, что он был под кайфом, сколько потому, что он находился глубоко в своих мыслях, размышляя о том, что его ждёт в ближайшем будущем.

– Мистер Генрих, к вам пришли, – тем временем повторила секретарь, на этот раз хозяин клуба обратил на неё внимание.

– Да, я слышал. Пускай заходит, чёрт с ним, – достаточно громко высказался он.

– Как же это грубо с вашей стороны, высказываться подобным образом в сторону тех, кто пришёл навестить вас и справиться о вашем здоровье. Не правда ли, мистер Эдкинс? – в кабинет не спеша зашел Остин в сопровождении двух рыцарей из личной охраны и среднего епископа, отвечающего за безопасность. Все были одеты в гражданскую одежду, дабы не привлекать лишнего внимания.

Выражение лица Генриха принялось демонстрировать гримасу ужаса, которую он даже не пытался скрывать. Его руки похолодели и стали слабыми и тяжёлыми. Поэтому он лишь коротко кивнул, не проронив ни слова.

– Я так понял, что вы осведомлены о том, кто я такой?

Генрих вновь молча кивнул.

– Хорошо, это сэкономит массу времени. И раз так, перейдём сразу к делу. У меня есть к вам предложение. Мне стало известно, что моя дочь последним посетила именно ваше заведение, перед тем как её обнаружили мёртвой в одном из переулков нашего города.

С каждым сказанным Остином словом, Генрих пытался всё больше и больше слиться с окружением в надежде, что он просто растворится и исчезнет, чтобы его не постигла участь тех, кто однажды перешёл дорогу совету епископов.

– Мне известно также, что вы не являетесь заказчиком и уж тем более исполнителем этого ужасного поступка. Но вы должны быть в курсе, кто виновен в этом. Для начала назовите мне имя.

– Филин, его зовут Филин. Он сам так сказал, но я уже всё рассказал офицерам. Я больше ничего не знаю, честно. Я клянусь, – Генрих говорил громко, практически выкрикивал слова. Часто вдыхая, словно ему не хватало воздуха. – Мы не были друзьями, он просто арендовал у меня помещение.

– Помещение, в котором он убил мою дочь и бог его знает сколько ещё невинных девушек, – железная воля Остина проступала даже через его фарфоровую маску, которую он никогда не снимал в присутствии других людей. Разве что мог сменить одну на другую. Сейчас на нём была маска жесткого, властного отца, который мог раздавить любого человека, словно клопа. Стало даже казаться, что рыцари были здесь не для защиты Остина, а чтобы в случае чего остановить его, если тот предпримет попытки физического диалога.

– Я не знал, что он там делает. Пожалуйста, поверьте мне. Простите меня, – Генрих заплакал и начал мямлить. Чем больше он умолял о прощении, тем более неразборчивой становилась его речь.

– Заткнись! – не громко, но достаточно жёстко произнёс Остин, и Генрих притих. – Посмотри на меня. Я никогда не смогу простить тебе то, что ты сделал. А именно, ты проявил безразличие. А значит, виновен не меньше остальных. Но господь наш, он милосерден, и он простит тебя, если ты искупишь свой грех. Свяжись с этим Филином и скажи ему, что расскажешь о нём всё, что знаешь, если он, скажем, не заплатит тебе. Или что угодно, лишь бы он вышел на тебя.

– Он убьёт меня просто. Я ничего не смогу сделать. Я не хочу умирать, пожалуйста.

– Поверьте, есть множество вещей пострашнее смерти, поэтому вы свяжетесь с ним и будете ждать. Не волнуйтесь, за вами приглядывают мои рыцари, они помогут, если что-то пойдёт не так. Вы всё поняли?

– Да, – Генрих выглядел не лучшим образом, теперь он больше походил на наказанного ребёнка.

– Что ж, отлично. Думаю, нет нужды говорить о том, что вам не стоит пытаться меня обмануть и тихонько улизнуть из района. Как я уже сказал, за вами будут следить. Надеюсь, вы всё сделаете правильно. До встречи, мистер Эдкинс.

Остин покинул клуб сразу после разговора с его хозяином, не желая ни секунды оставаться там, где погибла его дочь. Сев в свою машину на заднее сиденье, он сказал водителю, чтобы тот отвёз его домой. Хоть ему и не хотелось, но жене требовалось утешение не меньше, чем ему. И никто, кроме как он, не мог дать его ей.

Тем временем Генрих судорожно набирал номер телефона своего арендодателя, у которого он снимал данное помещение. Потому как он был в курсе сделки с Филином и мог знать больше информации, ведь Филин рассчитывался с ним самостоятельно. Арендодателя он не сдал только потому, что тот тоже мог усложнить ему жизнь, и неизвестно, кто ещё был хуже, Нико или Остин.

– Алло! – случайно на повышенных тонах начал разговор хозяин клуба.

– Генрих, ты что, ебанулся там? Ты время видел? – лёгким шепотом в трубке прозвучал голос арендодателя. Он не выглядел сонным, но явно был от чего-то отвлечён.

– Нико, помоги мне, у меня большие проблемы. Только ты мне можешь помочь, – оттараторил Генрих на одном дыхании.

– Подожди, – на фоне послышался звук закрывающейся двери, после чего Нико продолжил уже более громко. – Рассказывай, что произошло?

– Ко мне приходил Остин, сегодня, сейчас, только ушел, сказал, что, если я не найду ему Филина, он что-нибудь со мной сделает.

– И чего ты хочешь от меня? – невозмутимо спросил арендодатель и закурил сигарету.

– Как чего? Ты же имеешь контакт с ним, помоги мне, давай сдадим его, – умоляющий тон Генриха сменился на что-то другое, словно он практически начал требовать.

– Послушай, это твои проблемы и только твои. Меня они особо не интересуют. А если попытаешься начать вставлять мне палки в колёса, ты знаешь, чем всё закончится, – Нико завершил вызов и, подумав пару секунд, набрал другого абонента. Несколько гудков, и в трубке прозвучало хриплое, гортанное «Угу». – Привет. Генрих стал проблемой, разберись, пока он не начал говорить.

В ответ прозвучал тот же звук, и звонок оборвался.

Нико, докурив свою сигарету без лишних нервов, вернулся к жене в комнату, чтобы продолжить смотреть фильм. Они любили посмотреть кино перед сном, маленькая семейная традиция.

В это самое время в “Мортус Маре” в кабинет к Генриху зашли двое парней Нико, которые как раз и находились в клубе для подобных случаев. У обоих на руках были одеты резиновые на вид перчатки. Первый держал в руке стеклянную бутылку без опознавательных знаков. Вместе они подошли к хозяину клуба, который разве что не обмочился от страха на своём стуле. Второй достал из кармана электрошокер и ударил им несчастного, тот почти сразу отключился, видимо, был сильно морально истощён и уже не мог сопротивляться или не хотел. После всё тот же парень, спрятав шокер, посадил Генриха обратно на стул и, запрокинув голову, открыл ему рот. Первый в этот момент откупорил бутылку и принялся вливать содержимое в глотку владельца клуба. Практически сразу жидкость запенилась и начала разъедать шею изнутри, затем перемешавшись с кровью, вытекла на одежду и образовала небольшую шипящую лужицу на полу. Когда бутылка опустела, первый поставил её на стол, второй то же самое проделал с головой Генриха, которая уже не держалась на теле.

14:42 – Западный Район Полукровок

Филч с братьями Ейц уже были на месте, когда подъехал Йозеф. Они сидели в машине, припарковавшись напротив входа в магазин Тигини. Остановившись за ними, капитан вышел на улицу и, подойдя к офицерам, закурил сигарету.

– Что сидите? – спокойно спросил он, не сразу осознав, что происходит.

– Да нет вашего связного дома, вот ждём, – ответил Филч и тоже закурил, выйдя из машины.

– Странно, сейчас позвоню ему.

Достав телефон, Йозеф набрал номер полукровки, но спустя несколько гудков, когда автоматический оператор сбросил вызов из-за долгого ожидания, до него вдруг дошла одна крайне неприятная мысль.

Отбросив сигарету, он подбежал к входной двери в магазин Тигини и выбил несчастную дверцу внутрь, вырвав часть двери и откоса там, где располагался замок. Остальные офицеры не сразу успели среагировать на подобное поведение их капитана, поэтому присоединились к нему несколько секунд спустя, когда тот уже осматривал магазин внутри.

– Господи, что здесь произошло? – Филчу на глаза сразу бросилась одна из стен, которая была вся измазана в крови, а рядом валялись, на первый взгляд, кусочки человеческой головы, и небольшое пятно крови в центре зала. – Филип, смотри за входом, мало ли что, – отдал он указание рядовому Ейцу, а сам, достав пистолет, отправился за капитаном в подсобку.

Леонид тем временем осматривал основной зал на предмет наличия хоть каких-нибудь улик, указывающих на то, кто мог подобное сотворить. Все прекрасно знали, что Тигини был тирфектором, а это означало, что с ним не просто справиться, даже когда он в человеческом облике. Здесь же без стеснения были оставлены глубокие царапины от когтей на полу и стене.

Капитан вместе с Филчем осматривали подсобку, которая осталась максимально чистой, не считая следов от ботинок, которые, возможно, оставили преступники, и нескольких открытых ящиков, содержимое которых преимущественно валялось рядом.

– Они что-то искали и, видимо, нашли, – опытным взглядом подметил Йозеф.

– С чего вы взяли, что нашли? Может, их спугнул кто? – принялся было оспаривать капитана Филч, попутно пряча оружие в кобуру.

– Не все ящики открыты, они остановились где-то на половине. Значит, в дальнейших поисках не было смысла. Заметать следы, судя по общему залу, эти ребята не собирались. Так что запутывать кого бы то ни было ложными разбрасываниями лишних вещей не имело смысла, мы ведь все равно не знаем, что Тигини хранил у себя, – Йозеф ещё раз огляделся и тоже спрятал оружие. – А по поводу, что их спугнули. Эти ублюдки напали на тирфектора, и смею предположить, что они знали, кто он. Ты, правда, считаешь, что таких мог спугнуть какой-то прохожий? Больше верится в то, что он просто составил бы Тигини компанию.

– Капитан! Филч! Вы должны на это посмотреть! – выкрикнул из общего зала Леонид. Когда они подошли к сержанту, тот стоял возле кассы и указал им на маленькую, еле заметную камеру, висящую среди различных аксессуаров.

– Хочу заметить, что ты чрезмерно наблюдательный.

Ейц-старший расплылся в улыбке, от похвалы капитана.

– Теперь надо найти видеосервер и надеяться, что он в рабочем состоянии, – эта фраза звучала, скорее, как указание к действию, чем случайная идея. – А я пока позвоню Винсенту, работки у него будет немало сегодня.

Долго искать не пришлось, сервер был спрятан в ящике под кассой и, судя по мерцающим лампочкам, должен был работать. Филч быстро сориентировался, покопался на рабочем столе кассового компьютера и, найдя ярлык, похожий на видеокамеру, запустил его. Это оказалась программа для просмотра сохранённых записей. Загрузив архив в несколько кликов мышкой, лейтенант нашел необходимое время, с которого всё началось, и позвав капитана, они приступили к просмотру записи с места преступления.

13:04 – Западный Район Полукровок

К магазину Тигини подъехал серый минивэн, из него вышли четверо неизвестных, водитель остался на своём месте. Все они были одеты одинаково: берцы на армированных подошвах с металлическими носками, свободные брюки темно-коричневого цвета, короткие кожаные куртки, скрывающие под собой оружие. У одного через плечо накручена верёвка. Все четверо достаточно крупного телосложения, коротко стриженные. Отличать их друг от друга можно было разве что при помощи позывных.

Не спеша, периодически осматриваясь, они подошли к входной двери с вывеской «Закрыто».

– Лис, приступай, – скомандовал один из них, видимо, командир. Тот, к которому он обратился, достал из кармана набор отмычек и принялся взламывать замок. В умелых руках всё получилось очень быстро, через несколько секунд дверь была уже открыта.

– Заходим. Кот, отъедь в соседний квартал, когда будет нужно, позову, – передав сообщение водителю по рации, командир зашёл в магазин последним, закрыв за собой дверь. – Бык, встань у окна, смотри в оба, остальные ищем кинжал.

Без лишних слов все приступили к поискам оружия.

Спустя несколько минут неудачных поисков все собрались в общем зале на разговор.

– Волк, может, он его спрятал где-нибудь или вообще с собой носит, – предположил Лис.

– Вероятно, такой вариант возможен. Что ж, тогда придётся дождаться его, всем приготовиться. Лис, запри дверь. Кот, мы остаёмся для засады, так что будь готов быстро подъехать к нам.

– Так точно, – кратко ответил водитель.

Двое встали в углах справа и слева от двери, спрятавшись среди вещей, чтобы их нельзя было сразу заметить, и достали свои пистолеты. Командир зашел в подсобку и приготовил специально зачарованную верёвку. Четвёртый член команды сел на пол, за кассой, тоже вооружившись пистолетом. Оружие было заряжено специальными дротиками с транквилизатором, которые были созданы для усмирения таких, как Тигини, на обычного человека они тоже действуют, только намного быстрее. Заняв свои позиции, отряд затаился.

Ожидание заняло немного времени, каких-то минут десять, может, пятнадцать. Преодолев две ступеньки крыльца, Тигини вставил ключ в замочную скважину и, открыв дверь, вошел внутрь. К своему несчастью, он был слишком сильно погружен в свои мысли и не заметил двух незнакомцев в углах магазина. Поэтому, оказавшись внутри, он запер дверь на ключ и, лишь повернувшись в сторону зала, случайно заметил тень от командира, стоящего в подсобке. Но было уже поздно. С двух сторон в него было совершено несколько выстрелов.

Мгновенно осознав, что сейчас будет бой не на жизнь, а на смерть, Тигини зарычал и одновременно с тем бросился на ближайшего незнакомца. Соперник успел разве что сделать пару выстрелов, прежде чем тирфектор, уже начавший превращаться в свою полудемоническую форму, пробил Быку грудь насквозь вместе с бронежилетом одной рукой, а второй резко вдавил голову в стену, с такой силой, что она лопнула словно арбуз.

Тем временем, пока Тигини расправлялся с одним из оперативников Волка, командир выбежал из подсобки, в секунду оказавшись возле не закончившего превращение полукровки, накинул на него верёвку с заранее подготовленными кольцами и стал затягивать их. Было видно, как верёвка слегка обжигает кожу тирфектора, касаясь её там, где из-за превращения, порвалась одежда. Благодаря верёвке он начал обратно принимать человеческую форму. Волк тянул полукровку на себя к центру зала, чтобы его бойцам было легче целиться. Тигини же, в свою очередь, пытался освободиться от пут, цепляясь за стены и пол остатками демонических когтей, но всё было тщетно, верёвка делала своё дело. Двое оставшихся бойцов не прекращая выпустили два полных магазина в тирфектора. Из последних сил, Тигини достал кинжал и, первым движением перерезав верёвку, вторым по рукоять воткнул его в брюхо командиру, после чего окончательно потерял сознание.

– Здоровый чёрт, – сквозь зубы рыкнул Волк и принялся искать в карманах Тигини ключ от двери. – Кот, быстро подъезжай ко входу. Лис, хватай тело Быка, Крот, бери полукровку. Наконец-то он теперь у нас, – подвёл итог командир, вытащив из себя зачарованное оружие. Погрузившись в свою машину, группа с пленником ретировалась.

15:51 – Западный Район Полукровок

Четверо офицеров продолжали смотреть запись, даже когда все участники представления уже покинули сцену. Они не могли поверить, что обычный человек может быть причастен к такому. Самый главный вопрос, который крутился в их головах, это зачем.

– Я знаю, кто они такие, – нарушил тишину Йозеф, и все развернулись к нему с немым вопросом на устах. Тем временем он продолжил. – Когда начались все эти события, некоторые добровольцы согласились на участие в проекте ТГЛД. Тактическая Группа Ликвидации Демонов. На них ставили бесчеловечные эксперименты, но они были не против, они знали, на что шли. Часть, безусловно, погибла в процессе. Да что там, лишь шестеро из десяти выживали. Проект официально прикрыли, а тех, кто остался в живых после всего, орден направил в авангард. Я знаю, потому что сам принимал участие в этом проекте во время войны.

– Черт, тогда выходит, что всё это время мы думали не в ту сторону? – Филч был серьёзно озадачен происходящим. – Что же это получается? Военная организация? Но кто они, чёрт возьми? Будь совет епископов к этому причастен, разве пустили бы нас по их следу?

– Столько вопросов и никаких ответов. Зато теперь понятно, кто исполнитель в деле с вырванными сердцами. Мне сразу казалось странным то, что к этому могут быть причастны полукровки, хотя признаю, не хотелось верить во что-то другое, – добавил свои мысли Йозеф.

– В этом случае получается, что совет точно ни при чем. Вряд ли старший епископ допустил бы, чтобы его дочь попала под раздачу, – выдвинул своё предположение Филч.

– Дочь Остина убита? – чуть ли не в один голос спросили братья.

– Да, мы старались сохранить это в тайне, чтобы общественность не начала охоту на ведьм, и, видимо, правильно сделали, – прояснил ситуацию Йозеф. – И кстати, насчёт непричастности совета, я бы не спешил. Теперь стоит думать, что всё возможно. Особенно после этого представления. В противном случае у нас в городе присутствует некая неизвестная организация, которая готовит нечто страшное. И главный вопрос, против кого именно.

– Из отчета Винса, по найденной крови в тайной комнате клуба, где, предположительно, разделывали всех девушек, ясно, что было больше двух жертв, – процитировал Филч свои записи. – Почему мы нашли тела только двоих из них? А точнее, какова причина, что именно эти тела выставили напоказ?

– Возможно, что тело Илайды показали для того, чтобы привлечь к этому делу Остина, а значит, и епископов, – Йозеф крепко задумался. – Может, это вообще связано только с нашим районным управлением? А кем была вторая девушка?

– Эвелин? Никем, по сути. Работала в телефоне доверия по приёму входящих вызовов, – Филч быстро ознакомился со всеми деталями дела, что было очень полезно в оперативной работе.

– Ой, да ладно, – Ейц-старший аж ударил себя по лбу от пришедшей в голову идеи. – А что если она, как точка в предложении, находится на своём месте, – на лицах присутствующих явственно читался знак вопроса. – Ну, эм… Как объяснить. Маньяки действуют исходя из каких-то своих правил и законов. Самое противное, что они зачастую более логичны, чем нормальные люди. Так что, возможно, обе эти девушки не случайны, просто мы не можем понять причину. Мы что-то упускаем в этой истории.

– Из отчета по опросу сотрудников отдела, в котором она работала, её описывали как скромницу, – Филч продолжил цитировать информацию по делу. – Никогда не участвовала ни в каких корпоративах или подобных мероприятиях. Но скромницы так не одеваются и по ночным клубам не ходят. Что это, она не та, кем казалась? Это хочет сказать нам этот ублюдок?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.