Рената Окиньская
Жених, богатый ухажер и меркантильная подруга

– Полинка, наконец-то ты позвонила! – обрадовалась Олеся. – Господи, что там у тебя происходит?! Звоню, а ты все только перезвонить обещаешь! Сто лет тебя не слышала!

– Ой, Лесь, да до хрена всего происходит! Мозг уже кипит… – Полина остановилась у пешеходного перехода, чуть позади основной толпы, ожидающей «зеленого», поправила объемный вязаный снуд цвета топленого молока, поплотнее прижав его к шее – ветер сегодня был на редкость пронизывающий. Чтобы перекрыть разнопестрый шум улицы, ей приходилось почти кричать.

– Так, давай по порядку! У вас со Стасом все нормально?

– Да… В общем и целом да. Просто случилось кое-что… – Полина замялась. Ситуация с парнем в последнее время ее не особо радовала, но делиться этим с подругой она опасалась – та не слишком жаловала ее любимого мужчину, – Вообще, у нас с ним все нормально, просто возникли кое-какие обстоятельства.

– Да что случилось-то?

– Его отправили в командировку, – все же понуро призналась Полина. – Послали далеко и надолго.

– Так… Куда и насколько?

– На Дальный Восток. В Хабаровск. На полгода, – какой-то мужчина оглянулся и с интересом посмотрел на Полину.

– Ого, ничего себе! Это вообще где? Это за что его так?

– Да ни за что. Они там все так по очереди ездят, а сейчас его очередь, – Полина быстро зашагала по переходу, стараясь увернуться от встречных пешеходов, прущих плотным потоком. – Это далеко, другой край страны. Там Китай через дорогу и Япония близко… Стас говорит, местные в Китай на выходные ездят, что-то вроде тура выходного дня.

– А, понятно! – ответила Леся и испуганно добавила: – Только не говори, что ты с ним едешь!

– Нет, не еду. Он, честно говоря, и не звал особо…

– Ты из-за этого расстраиваешься, да? – прозорливо спросила Леся.

– Сначала расстраивалась, – кивнула Полина, поудобнее перехватывая телефон мерзнущими пальцами, – потом подумала – может и к лучшему. Пусть посидит там, на Дальнем Востоке, один, без меня, сравнит… А то он, кажется, подзабыл, что такое одинокая холостяцкая жизнь, когда тебя никто не ждет и никто о тебе не заботится. Так вот и пусть вспомнит!

– Ой-ой, что я слышу! – засмеялась подруга. – Какие громкие слова! А как же «Стасечка хоро-оший»?

– Стасечка хороший! – тут же встала на его защиту Полина и поспешила к остановке, заметив, как к ней причаливает почти пустая, до макушки покрытая налетом серой грязи, маршрутка. – Только мы с этим хорошим Стасечкой застряли на одном месте, никак не можем осилить следующий шаг!

– В смысле, ты имеешь в виду, что он тебя замуж не зовет? Полин, ты меня, конечно, прости за эту фразу, но я же тебе говорила! – с чувством воскликнула Леся. – Не надо было сразу к нему в объятия падать! Он тебя пальчиком поманил, пару слов ласковых сказал, а ты и побежала! Все, мужчина моей жизни, самый лучший, ля-ля-ля – три рубля! На фига ему вот это вот: свадьба-свадьба, кольца-кольца, когда у него и так есть все, что он хочет? Получать все, что хотят, они должны только после ЗАГСа!

– Ой, ну ладно-ладно, говорила ты мне это, говорила, а я тебя не послушала, вот такая вот я дурочка с переулочка! – Полина устроилась на сиденье, выдохнула и принялась разглядывать людей за чуть влажным, индивеющим в вечернем воздухе, окошком. Конец февраля слизал остатки снега, отлакировав сухой асфальт небольшими обледеневшими лужицами, которые коварно бросались под ноги, норовя заставить станцевать какую-нибудь джигу-дрыгу, а то и вовсе припасть к земле.

– Поль, не обижайся, пожалуйста, я же не для этого!

– Ладно, проехали, Лесь! Я не обижаюсь! Точнее, не на тебя обижаюсь! Я же понимала прекрасно, что ты кое в чем права, но ты ж знаешь, крышу сорвало… Такой мужчина к моим ногам приземлился! Да и потом, я же видела, что его тоже… вштырило не по-детски! Я была уверена, что вот-вот прибежит ко мне с кольцом, упадет на одно колено… ну и вот это вот все!

– Ага, ну да. Прибежал?

– Да конечно! Четвертый год уже бежит! Только с каждым днем все медленнее и медленнее…

– М-да… Может ты и права: сгоняет на Дальний Восток, мозги поправит… Если, конечно, там он себе никого не найдет!

– Да ну! Я не думаю, что он кого-то там искать будет. Лесь, так-то он меня любит, просто расслабился чуть-чуть. Так что я думаю, что пожить там без меня – это ему будет полезно. Пусть даже потусит, побухает, – женщина на соседнем сиденье бросила на нее презрительный недовольный взгляд, покачала головой и демонстративно отвернулась, – ничего! Там-то ему никто по утрам чаек с лимончиком и аспиринчик с похмелья таскать не будет! И котлетки домашние крутить, отбивнюшечки в духовке запекать… Пускай полопает полгодика бичики с мазиком и покупные пиццы, посмотрим, как заговорит! – в голосе Полины звучала искренняя обида. – А еще, слышишь, Лесь, я ему перед отъездом прямо сказала, что мне все это уже надоело и больше не устраивает. Так что если он что-то там собирается, то пусть уже тогда делает какие-то шаги.

– О-о-о! А он что?

– Сказал, чтобы я не переживала, и все нужные шаги он обязательно сделает. Посмотрим… Посмотрим, как он себя сейчас вести будет, на расстоянии! А то у него все шансы вернуться сюда, но не ко мне!

– Наконец-то! Узнаю прежнюю Полину! – с удовлетворением засмеялась Олеся. – Решительная и неприступная! А то все Стасик ми-ми-ми, Стасик мур-мур-мур! Главное, чтобы ты теперь все эти зароки не порастеряла, когда он через полгода на твоем пороге появится!

– Знаешь, это вряд ли, – вздохнула Полина. – Ненавижу эту фразу, но часики-то тикают! Да, мне было очень прикольно пожить так, но теперь я уже выросла из этого студенческого быта по съемным квартирам! Страшно сказать, но мне уже двадцать пять! А мы все раскачиваемся… Я хочу большего! Хочу семью! Хочу обосноваться где-то и строить все по-взрослому! Я… ну не знаю… Я наигралась и готова к серьезным переменам в своей жизни!

– А девочка дозрела! – поддразнила ее Олеся, слегка переврав Земфиру. – Дозрела… Да, слушай, новости, в самом деле, серьезные…

– Это еще не все! – перебила ее Полина, провожая глазами необычную машину кубической формы, да еще и с рулем с правой стороны. – Я тут как-то разговорилась с одной риэлтершой, и она мне такой вариантик предложила… Короче, Лесь, я собираюсь переезжать. Вместо той квартиры, где мы со Стасом жили, сняла комнату.

– Комнату? Какую комнату? В коммуналке что ли?

– Нет, не в коммуналке. То есть, не совсем… Короче, есть квартира – двушка, хозяйка – одна тетка, других жильцов нет. Тетка эта хочет через пару недель свалить в Москву, типа здесь у нее нет возможностей нормальную жизнь устроить, а там появятся. Так вот, уедет она как минимум на три года, это она сама сказала. А если все пойдет хорошо, то вообще там жить останется. И получается, что я буду платить за комнату, а жить по факту практически в однокомнатной квартире! Это все-таки дешевле, чем за целую квартиру платить! Да и хозяин меня уже достал, если честно! Раз в две недели как штык появляется, ревизию устраивает, все ли в порядке. К любой мелочи докапывается! Я ему уже не раз говорила, что мы у него не залу музейную снимаем, а жилую площадь!

– А надо было, чтобы ему это не ты, а Стас сказал, – заметила Леся.

– Со Стасом они не пересекаются, – Полина потерла кончик носа и полезла в карман за платочком. – Этот крендель любит сразу после работы припереться, а у Стаса вечно авралы, ты же знаешь. Он чтобы домой вовремя пришел, это же нонсенс! Вот я и подумала – лучше я две недели с незнакомой теткой поживу, но зато потом одна буду. И от этого придурка избавлюсь, и на аренде поэкономлю.

– Слушай, ну не знаю… – протянула Леся. – Если честно – авантюра какая-то! А если она вернется через месяц, что ты делать будешь?

– Придумаю что-нибудь! – уверенно воскликнула Полина.

– Понятно. А Стас что говорит?

– Стас… Ничего не говорит. Пожал плечами, сказал, если мне так удобнее, то он не против.

– Смелая ты, – протянула Леся. Решение подруги казалось ей спонтанным, но что сделано – то сделано.

– Я уже и с теткой этой встречалась. Ничего, прикольная такая… С «тараканами», конечно, но кто без них? Живет одна, я так поняла, давно в разводе. Знаешь, такие бывают с шилом в заднице, которые по жизни на одном месте долго усидеть не могут, у них от этого все чесаться начинает… – Полина поднялась, прошла к выходу и, легко выскочив на остановке, быстро зашагала к дому. – Вот и она такая же! Трещит фантастически! Как «присела» мне на уши, я уже не знала, как от нее избавиться! Но по характеру легкая, хохтушечка такая, постоянно заливается…

– Ты про «тараканов» скажи! Как она ржет ты мне потом опишешь!

– А, про «тараканов»! Знаешь, бывают такие тетки, которые считают себя вечными девочками? Вот и она, когда про себя рассказывала, мне чуть ли не с порога такая: «Ой, мне больше двадцати пяти никто не дает! Вот вы бы дали?». Лесь, вот ты мне скажи, на этот вопрос вообще как нормально ответить, чтоб человека не обидеть? Я бы ей сказала, но тогда мы с ней вряд ли уживемся. А если честно, то ей в полтора раза больше, и она так и выглядит.

– Фу, меня бесят такие тетки! – категорично заявила Олеся. – Вечная погоня за ускользающей молодостью – в этом что-то такое жалкое есть, противное прямо… Взрослый человек, а вечно из себя строит какую-то… Ей все кажется, что она выглядит как молодая козочка, а на самом деле она похожа на престарелую лошадь с седлом набекрень!

– Ты знаешь, она примерно так и выглядит, – засмеялась Полина, отпирая дверь в квартиру. В прихожей вдоль стенки уже стояли коробки и мешки, готовые к переезду, – хотя сама считает, что красивая… Ну да ладно, мне-то что? Я с ней жить-то почти не буду, я перееду, она уедет, и буду одна, как королева! Приглашу тебя на новоселье!

– Еще бы ты меня не пригласила!

***

Стаса Леся активно недолюбливала, еще с того самого первого дня, когда он подошел к ним познакомиться. Они с Полиной завернули в кафе, выпить по бокальчику вина после работы, но еще заказ не успели принести, а он уже нарисовался. Подошел вроде как к ним обеим, но общался больше с Полиной, смотрел на Полину, улыбался Полине, и на лбу у него было написано: «ПОЛИНА!!!». Большими буквами.

Он влюбился в Полину сразу, безоговорочно и до того искренне, что очаровал ее этим до глубины души. Когда уверенный в себе мужчина так простодушно влюбляется, в этом есть что-то трогательное и в то же время невероятно сильное. Он не боялся своих чувств, не пытался с ними бороться и не стеснялся их. Стас дарил их Полине щедро и бескорыстно, ничего не требуя взамен, но страстно надеясь, что его порыв найдет отклик в ее душе.

И Полина, плененная этой искренностью, подарила ему себя так же великодушно и бесхитростно. Она не стала разыгрывать из себя неприступную крепость, не стала морочить ему голову уловками в стиле: «не знаю, возможно, наверное, посмотрим, как вести себя будешь…».

Она просто стала его женщиной.

И только Леся возмущенно качала головой и предупреждала: «Смотри, Полька, торопишься! Легко нашел – легко потерял!».

Но Полина лишь отмахивалась. Несмотря на долгую дружбу, их взгляды на жизнь часто не совпадали, да и вообще, Олесин подход к отношениям нередко приводил Полину в недоумение своей требовательностью, непомерным самолюбием и даже циничностью.

Леся глубоко уважала в мужчинах умение зарабатывать деньги, и, соответственно, с пренебрежением относилась к тем, кто этого не умел. Ей хватило одного взгляда на подошедшего к их столику парня, чтобы понять: кроме привлекательного лица и пылкого сердца предложить он больше ничего не может.

– На кой тебе этот нищеброд? – возмущалась Леся позже, провожая взглядом Стаса, уносившего с собой Полинин номер телефона. – Ты посмотри, во что он одет? Это же дешманские шмотки! Китайчатина!

Но дешевые китайские джинсы смотрелись на Стасе очень соблазнительно. А еще, он был вежливым и улыбчивым парнем, симпатичным и с чувством юмора, и если бы Полина меньше знала Лесю, то решила бы, что та просто по-женски завидует, что все внимание не ей.

Вообще, Полина давно знала, что бойкая, уверенная в себе Леся, с ее каштановыми локонами, нежной бархатной кожей и кошачьими серыми глазами, считает себя интересней, привлекательней и даже в чем-то умнее нее, Полины.

Она, в противоположность Лесе, у которой в лице было что-то дерзкое (если не сказать – стервозное), была мягче и застенчивее. Полине часто не хватало решительности, но зато она была нежнее и женственнее, и это отражалось на ее тонком лице с загадочными зелеными глазами и аристократическими скулами, мягко подчеркнутыми волной прямых русых волос. Поэтому Полина, более рослая и крепкая, чем Леся, тем не менее, производила впечатление беззащитной и даже ранимой, чего никак нельзя было сказать о подруге – так сама могла запросто ранить кого хочешь.

Чуть снисходительное отношение Леси Полина воспринимала спокойно – им нечего было делить, и, кроме того, она была уверена, что Лесе и в самом деле есть чем гордиться. Кроме того, то, что Леся принимала за слабость, Полина видела, как свою женскую силу.

Однако Полина знала подругу очень хорошо, вплоть до маленьких постыдных тайн и страстишек, в которых обычно никому не признаются, а потому понимала, что Леся не завидует, а вполне искренне недоумевает: о каких вообще отношениях можно говорить с подобным голодранцем?

Полина же, наоборот, сразу разглядела в Стасе большой потенциал, ведь родиться в бедной семье – это не преступление, а сам по себе он был умным и честолюбивым. Пробиться на бесплатное отделение в ВУЗ у него не получилось, но он нашел выход, который привел Полину в восторг.

Четко определив для себя, чем он собирается заниматься в жизни, Стас составил список потенциальных работодателей и пошел по собеседованиям, предварительно забацав себе восхитительное «липовое» резюме, и разослав его всем, независимо от того, искали они сотрудников или нет.

На собеседованиях он честно признавался, что на самом деле он гораздо младше и не имеет должного образования, но тут же выступал с предложением: пусть работодатель оплатит ему учебу, а он взамен будет работать почти «за так» в свободное от учебы время, кем угодно, хоть грузчиком, хоть разнорабочим. А когда получит образование и станет специалистом, то все отработает, да еще и с верхом.

План был дерзкий, что и говорить, но, тем не менее, он сработал! Нашелся владелец завода, оценивший рвение, смекалку и выдающееся нахальство потенциального сотрудника. «Такие люди мне нужны!» – заявил он и оплатил первый год обучения. А на следующее лето он уже подписал счет на все оставшиеся года, ни разу не пожалев о своем решении. Парнишка и в самом деле оказался толковый, хваткий, учился с увлечением и работал с огоньком.

На момент знакомства с Полиной Стас уже отучился и вернул большую часть долга – оставался еще год работы в кабале…

– На кой тебе это надо? – возмущалась Олеся. – Он же даже в паршивое кино тебя пригласить не может! Комнату в коммуналке с двумя соседями делит!

Но Полина восхищалась его упорством и самоотверженностью, его целеустремленностью, и не соглашалась с подругой. Да, искупать ее в роскоши он не мог себе позволить, но перед каждым праздником обязательно находил себе какую-нибудь халтуру, и у Полины всегда были и цветы, и небольшие подарки.

На работе Стаса любили, ценили и уважали. Он был продуктивный и творческий сотрудник, «горевший» делом, которое делал, и он уже знал, что останется там и после того, как истечет срок его отработки за учебу.

После того, как он начал получать нормальную зарплату, жить стало веселее: они сняли квартиру и начали иногда выбираться куда-то. Впрочем, нечасто – Стас сильно уставал, и провести день с любимой девушкой дома было для него гораздо более привлекательным отдыхом, чем совместные выходы куда-либо.

Впрочем, он никогда не был ни скупым, ни жадным, скорее наоборот – старался дарить ей хорошие дорогие вещи, и если Полина чего-то хотела и решалась это попросить – она никогда не знала отказа.

Правда, просила что-то она редко. Ей хотелось, чтобы Стас сам ухаживал за ней, обеспечивал и одаривал.

Леся ругмя ругала ее, резонно замечая, что Стас отнюдь не телепат. Полина с этим доводом соглашалась, но поделать с собой ничего не могла – ей казалось зазорным выпрашивать подарки даже при условии, что Стас всегда без возражений предоставлял ей свою банковскую карту.

Вообще все было неплохо, только последний год Полина все больше волновалась: она Полина была уверена, что им пора двигаться дальше – они пожили вместе, узнали друг друга, притерлись… Все хорошо, все прекрасно, вот только обитание в съемной квартире, в этом вечно студенческом быте, стало ее беспокоить. Ей хотелось определенности, семьи, детей… Стас же, увлеченный построением карьеры, все откладывал: «Потом, подожди!».

На работе, вот уже почти год, у него из-под носа уплывало повышение, все что-то не срасталось и не складывалось – он из-за этого сильно нервничал. Он стал уделять ей меньше внимания, выходили они теперь совсем редко… А на прошлый день рождения он забыл ее поздравить. Вообще забыл, что у нее день рождения и вспомнил об этом только тогда, когда Полине уже оборвали телефон родственники и друзья. Конечно, он очень извинялся, тут же побежал в магазин, и Полина уверяла, что все понимает и совсем не обижается… Но осадочек оставался.

Она по-прежнему восхищалась его целеустремленностью, хвалила его за те успехи, которых он достиг, и была уверена, что это далеко не предел, и впереди у него много достижений.

Однако… Она начала ревновать его к работе. Достижения достижениями, а женщина рядом скучает и тоскует в одиночестве! Стас объяснял ей, что ему пока рано сбавлять темп – чтобы жениться и заводить детей, нужны деньги, а та зарплата, которую он получает сейчас, конечно, хороша, но все же маловата для всего этого.

Полина слушала его и соглашалась, радуясь, что их планы на жизнь совпадают, и старательно гнала от себя настырное чувство одиночества, с каждым месяцем все чаще заглядывавшее к ней в душу.

Все чаще ей приходило в голову, что это не самая лучшая его идея – ждать идеального момента, что люди связывали свои судьбы и в более сложных условиях – и ничего, прекрасно со всем справлялись! Ведь главное – быть вместе, а вместе они со всем справятся!

Иногда ее просто разрывало от противоположных чувств: с одной стороны – чем она недовольна? Парень ведь ради нее, по сути, старается, хочет их будущее обеспечить, тут не кукситься, тут радоваться надо! Но с другой стороны… Почему нельзя строить это самое будущее, имея штамп в паспорте?

А тут еще эта командировка!

Конечно, поначалу она страшно расстроилась, но потом стала надеяться, что может хоть время и расстояние расставят все на свои места и он поймет, что ему без нее плохо, что именно она создает в его жизни уют, привносит в нее тепло и радость… Поймет, и захочет, наконец, сделать следующий шаг!

***

На новом месте все оказалось совсем не так страшно, как пророчила Леся. Соседка Полины работала администратором на ближайшей автомойке по графику: день-ночь-отсыпной-выходной, что мало совпадало с Полининой пятидневкой. Кроме того, егоза-соседка любила куда-нибудь выбраться: то по магазинам прошвырнуться, то просто прогуляться, то, обычно это бывало по вечерам, Лариса, как она сама выражалась «начиперивалась», густо обливалась сладкими духами и отправлялась «тусить-балдеть». Что именно она подразумевает под этим определением, Полина не знала, но возвращалась со своих «тусовок» соседка поздно, под хмельком и в хорошем настроении, а несколько раз даже ночевала вне дома.

Полине это только нравилось – она быстро уставала от шумной и темпераментной болтушки, только и ждущей возможности пообщаться.

Одевалась та несколько своеобразно: ультракороткие мини – шорты или юбка в обтяжку (и это несмотря на то, что только-только начался март!), свободные футболки и свитера с открытыми плечами, броская и мощная бижутерия… Она сама называла это «молодежным стилем», но Олеся, с которой Полина беззастенчиво перемывала кости новой соседке, определила его как «панельный» и, по мнению Полины, была ближе к истине. Хотя передавать это определение Ларисе Юрьевне она, конечно же, не стала.

Лариса Юрьевна, в быту требовавшая называть себя либо Лара, либо Ларик, к своему новому статусу еще не до конца привыкла, в квартире по-прежнему чувствовала себя полновластной хозяйкой, к которой Полина приехала пожить в гостях. Полина считала дни до отъезда приветливого, но шумного и утомительного Ларика.

***

– Слушай, а ничего такая квартирка! – одобрила Леся, когда они, спустя неделю после долгожданного отбытия Ларика, пятничным вечером готовились отметить Полинино новоселье. – Для съемной так вообще…

Наконец-то оказавшись в новом пристанище своей подруги, она лучше поняла стремление той переехать. Квартирка и в самом деле была неплохой, хоть и несколько потрепанной: двушка, комнаты раздельные (одна из них сейчас была заперта на большущий висячий замок), планировка удобная. В Полининой комнате разместился складной диван, кресло у окна, рядом торшер и кофейный столик. Противоположную стену занимал огроменный встроенный шкаф, напротив дивана к стене прилип телевизор, под которым пристроилась узкая тумбочка. Обои, на Полинин взгляд, были темноваты и перегружены узором – золотыми цветами и райскими птицами, из-за чего у нее периодически возникало ощущение, что она живет в шкатулке.

В кухне было вполне себе уютно, кухонный гарнитур стандартный, «под дерево», и столешница «под камень», холодильник большой, весь усыпанный разнокалиберными магнитиками с преобладанием карточек с высказываниями в духе: «Ну вот, и слова я влюбилась! И снова, кажется, в себя…».

За неудачно расположенным угловым диванчиком имелся выход на балкон, куда приходилось протискиваться боком, с которого открывался чудесный вид на парк. Воздух был свежим-свежим, и, несмотря на сияющий в свете вечерних фонарей снег, жизнерадостно пах весной, талой водой и зеленью, которой пока и в помине не было.

Прелесть была не столько в самой квартире, сколько в ее расположении и вот в этом виде за окном.

– Симпатичненько! Только вот эти все фотки я бы лично убрала!

Она кивнула на стену, по которой плотно были развешаны большие и маленькие фотографии хозяйки в дешевых, выполненных «под золото» рамках, обильно усыпанных завитушками, цветочками и прочим режущим глаз безобразием.

– А я и сниму! – решительно кивнула Полина. – Пока еще руки не дошли. В моей комнате то же самое было, так она расстроилась, чуть ли не обиделась, что я все это убираю! Она искренне считает, что любоваться на нее – это такое неземное удовольствие…

– М-да… Если только неземное… Удовольствие, прямо скажем, сомнительное! – заметила Леся, рассматривая большой снимок хозяйки квартиры – женщина с короткими, тонкими и безжизненными от постоянных окрашиваний волосами, одетая в какой-то карнавальный костюм а-ля «Шамаханская царица», замерла в «соблазнительной» позе, отклячив бедро и выставив вперед костлявую коленку, и старательно (чересчур старательно, а потому несколько резиново) улыбалась в объектив. – Она что, реально считает, что выглядит на двадцать пять?!

В голосе Леси прозвучала такая по-женски унижающая снисходительность, что Полина подумала: «Если бы Ларик это услышала, она бы Лесю на месте прибила!».

– Интересно, давно фотка сделана?

– Она вроде говорила – лет пять назад, – заметила Полина.

– О-о, тогда все еще хуже, чем я думала!

– Да ладно тебе! – засмеялась Полина. – Можно подумать – ей сто лет!

– Да, если честно, бесят меня такие тетки, которые переваливают за тридцатник, но никак не могут поверить, что им уже не семнадцать, и начинается вот это вот… Паршиво это выглядит, жалко, глупо… позорят весь наш женский род!

– Вот прямо позорят! И потом, стареть-то тоже никому не хочется.

– Ой, можно подумать, есть только два варианта: семки у подъезда лузгать или дуру из себя строить! Можно и в шестьдесят, и в семьдесят, и в восемьдесят выглядеть очень хорошо, стильно и круто!

– Можно-можно! – миролюбиво поддакнула Полина. – Пошли за стол? Винишко стынет…

Ей было даже неловко от того, как азартно они обсуждали Ларика. Все-таки, как ни крути, теткой та была неплохой: открытая, общительная, веселая… Себе на уме, конечно, но это, в конце концов, не преступление!

А то, что гонится за молодостью… Вот действительно, мало ли у кого какие «тараканы»!

– Я, кстати, с ней созванивалась, – сообщила она, наблюдая, как Леся открывает упаковки с суши и роллами. – Ой, с угрем, какая прелесть! Обожаю!

– Ты с ней созванивалась? – удивилась подруга. – На фига?

– Да так. Хочу руку на пульсе держать! Знаешь, будет неприятно, если через недельку я как-нибудь вечером вернусь домой, а тут она сидит, меня поджидает…

– А, логично! Ну и что?

– Ничего. Говорит – уже на работу устроилась.

– На работу? Так быстро? А кем, если не секрет?

– Кассиром в супермаркет.

Леся хмыкнула в бокал:

– Кем ты говоришь, она до этого работала?

– Администратором на автомойке.

– Ну что ж… А теперь кассиром в супермаркете… Боже, какой карьерный рост!

Полина хихикнула.

– Она говорит, что это временно, пока не освоится и не найдет что-то более подходящее.

– Погоди-погоди, то есть я правильно понимаю, что имея здесь квартиру и работу, она все это бросила и уехала в другой город в никуда, где устроилась на такую же, по сути, работу, где она вынуждена снимать жилье, и считает, что это лучше? Даже места себе заранее не нашла? Так и поехала – наобум? Да-а, я смотрю, логика – не ее сильная сторона.

– В любом случае я желаю ей удачи! – Полина решила подвести черту под этим разговором. – Пусть у нее все там сложится хорошо, а у меня здесь все сложится хорошо! Она там устроится, найдет себе кого-нибудь, будет жить счастливо и от меня подальше!

– Вот за что тебя люблю, так это за оптимизм! – с чувством сказала Олеся. – Ладно, проехали, фиг с ней, с этой Ларисой твоей, расскажи-ка ты мне лучше про Стаса. А то я сижу и чувствую, что-то не то мы обсуждаем…

– А что про Стаса? У Стаса все нормально: приехал, обустроился, позвонил. Правда на бегу, сказал – работы много, у него сразу какой-то аврал начался, так что пашет по двадцать четыре часа в сутки… – Полина сосредоточенно расставляла палочками роллы в той последовательности, в которой планировала их есть, а заодно и от подруги глаза прятала. – Главное, сказал, что любит и скучает, и обещал позвонить, когда побольше времени будет. Зато каждый день сообщения шлет. Всякую милоту…

– Не, мать, подожди, а что голос-то такой тогда? – Леся знала Полину слишком хорошо, и одних спрятанных глаз было мало, чтобы ее провести.

– Какой «такой»?

– Такой как будто ты уже не любишь и не скучаешь!

– Нет, что ты! Люблю, конечно, Господи… Просто мы перед его отъездом поцапались немножко. Я думала, он прощения попросит, когда туда приедет, а он просто общается со мной, как ни в чем не бывало!

– Да? А из-за чего поцапались?

– Да просто… Он перед отъездом, такое впечатление, что вообще забыл о моем существовании! Я-то думала, волноваться будет, все-таки полгода не увидимся! Я посмотрела, сколько туда билеты стоят… Понятно же, что я туда прилететь не смогу! Я думала напоследок может хоть в кафешку сходим… Да элементарно дома хоть романтичок какой-нибудь забацать, ночь любви, все дела… А получилось, знаешь, как будто он не на полгода через всю страну уезжает, а в магазин за хлебушком пошел! Я его поехала в аэропорт провожать, так вообще как дура себя чувствовала! Думала, будут все эти обнимашки-целовашки, сюси-пуси… А он вел себя так, как будто он уже весь там – то созванивался с кем-то, то на сообщения отвечал, то в инете что-то смотрел. Я с ним рядом болталась, как вообще хрен пойми что! Такое впечатление, что он даже не замечал, что я с ним!

– М-да… Неприятно… – протянула Олеся, сосредоточенно приделала на суши с лососем горошину васаби и укрыла листиком имбиря. – А до этого вы не ругались?

– Нет, не ругались. Хотя я несколько раз говорила ему, что мне внимания не хватает, но он так знаешь, отвечал, типа: сама же видишь – я зашиваюсь! Конечно, когда мы созвонились, я ему все высказала!

– М-м-м! А он чего?

– Ну чего-чего… Извинился. Сказал, что любит, просто был занят и голова не тем забита.

– А чего тогда ты кислая такая?

– Да потому, что знаешь… все это для галочки было! Не всерьез, не искренне. Психуешь, Полина? Ради Бога, давай извинюсь, не вопрос, только не делай мне мозг!

– Красавчик! – Олеся неодобрительно посмотрела на Полину. – Ладно… Погоди, может посидит там еще пару недель и дойдет до него…

– Хотелось бы! А то я уже что-то устала на одном месте топтаться! Понимаешь, я же ему уже прямым текстом говорю, что хочу двигаться дальше, и меня просто бесит, что он ни «да» ни «нет»!

– Это ты про свадьбу сейчас?

– Да, про свадьбу!

– Полин, ты только не обижайся, но, по-моему, все должно быть совсем наоборот! Это мужик должен переживать о том, где вам жить, о свадьбе, переживать, как тебя в ЗАГС заманить, а не ты за ним хвостиком бегать и уговаривать: «Женись на мне! Женись на мне!».

– Я его не уговариваю! – с раздражением ответила Полина. – Я просто хочу, чтобы он понял: я не готова продолжать в том же духе! И либо мы движемся вперед, либо между нами все…

– Нормально ты ему даешь понять! Сама насчет жилья все решаешь, сама переезд организуешь. Сидишь, ждешь, пока он там «дозреет»… Прямо вообще логичненько!

– Лесь, ну хорошо, а как, по-твоему, мне себя надо вести?

– По-моему, тебе пора сворачивать все эти разговоры про свадьбу, отношения и семейную жизнь! Он от этого пятиться начинает уже только потому, что ты зациклилась и наступаешь на него по всем фронтам… А лучше всего вообще исчезнуть куда-нибудь, чтобы он за тобой побегал, понимаешь? Потусить где-то без него, на телефон пару раз не ответить, чтобы он понял, что ты и без него живешь прекрасно. А то он у тебя – единственный свет в окошке! А надо, чтобы он знал, что если продолжит валять дурака, то быстро найдется кто-то умный, кто тебя схватит и в ЗАГС отволочет, пока ты не опомнилась! А вообще, мне конечно интересно, сколько ты еще собираешься молча терпеть и верить, что однажды он проснется и поймет, что миг настал, и пора на тебе жениться.

– Нисколько! – буркнула Полина. – Я же тебе говорю – пусть в своей командировке подумает, чего он от жизни хочет! Приедет – будем решать!

– И что? А что будет, если он ну… не дозреет?

– Дозреет!

– Уверена?

– Надеюсь.

– И все-таки…

– Тогда мы расстанемся, – сухо ответила Полина.

– Ой, ли? Полиночка, а у тебя сил-то хватит? Ты же на него смотришь, как на солнышко! Пылинки с него сдуваешь!

– Леся, я очень его люблю и хочу за него замуж! Детей от него хочу! Может в чем-то ты и права, я его немного разбаловала и посадила себе на шею, но я хочу попробовать это исправить. Я хочу с ним быть, понимаешь? Я знаю, что он тебе не нравится, но на самом деле он реально хороший!

– Угу, хороший… – проворчала Олеся. – Когда спит зубами к стенке! Ну ладно, я понимаю тебя на самом деле… Тем более, тогда дай ему понять, что ты ценный экземпляр, а не: принеси, подай, иди на фиг, не мешай! Пусть знает, что ты не сидишь и не сохнешь тут у окошка, как бабка старая, а живешь веселой интересной жизнью! Чтобы он тоже захотел стать частью твоей веселой и интересной жизни!

– Это ты мне так намекаешь, что нам надо куда-нибудь сходить?

– Это я тебе так прямо говорю, что нам надо выбраться и потусить уже наконец-то!

– Ну… Хорошо, пошли! – подумав, согласилась Полина.

– Аллилуйя! – воскликнула Олеся. – Я прямо не верю своему счастью! Небо на землю упало! На елках апельсины зацвели!

– Ой, да ладно тебе, устроила тут целый концерт!

– Концерт я устроила! Полиночка, с тех пор как вы со Стасом встречаетесь, мы с тобой выбирались куда-то от силы раза два-три!

– Не, ну преувеличивать-то не надо! Какие два раза?

– Такие, Полин, такие! Попробуй сама вспомнить!

– Ладно-ладно! – смутилась Полина. – Хватит меня агитировать! Пойдем веселиться, хоть завтра! – она подняла бокал, предлагая подруге закрепить решение парой глотков вина.

На самом деле, хоть Полина и обижалась на Олесину прямолинейность, та была права: с тех пор как она сошлась со Стасом, она засела дома. Причем сделала это добровольно – Стас-то ее как раз ни о чем таком и не просил. Более того, те несколько раз, когда Полина у него отпрашивалась, он отпускал ее совершенно спокойно и без лишних вопросов, а по возвращении, даже если поздно и под хмельком, тоже прочистку мозгов не устраивал.

Сам Стас был не особым любителем публичных развлечений. Иногда они выбирались в кино или пили кофе в кафе, но это бывало редко. Ему гораздо больше нравилось дома, устроиться в обнимку перед телеком. Полине это было скучновато, тем более что Стас периодически собирался со своими друзьями – попить пивка или «порубиться» в какую-нибудь жуткую игрушку, или «зависнуть» в гараже, самозабвенно разбирая очередной мотор или ходовую. Понятное дело, Полина принимать участие в этих мальчиковых забавах не стремилась, но при этом сама ходить куда-то без него она не хотела – считала, что раз они пара, то и появляться должны вместе.

***

Ситуация со Стасом очень сильно беспокоила Полину. Последнее время в голове не переставая крутились вопросы: «Куда все ушло?», «Что с этим делать?» и «Что будет дальше?».

В том, что Стас ее любит, Поля не сомневалась. Ей никогда не приходило в голову, что он может ей изменить, или как-то по-другому оскорбить ее, она была абсолютно в нем уверена… Просто его любовь перестала ее устраивать.

Она долго подбирала слова для того, чтобы выразить это чувство и, наконец, поняла: он любит так, как это ему удобно! Он не хочет напрягаться, прилагать усилия, его устраивает, что все идет само собой. Все-таки в чем-то Леська права: после того, как он услышал от Полины полное восторга: «И я тебя люблю!», после того, как они стали жить вместе и привыкли ночевать в одной постели, он довольно быстро сбавил обороты и уже не стремился так ухаживать за ней. А ведь когда-то все было не так… Да, возможностей у него было гораздо меньше, чем сейчас, но он старался!

Все закончилось, когда они съехались. Полина относилась к этим отношениям очень серьезно, считала, что они уже практически семья, значит, и бюджет у них общий. И ей было неловко из этого бюджета тратить на свои прихоти или капризы…

– Ой, какой красивый браслет! Спасибо тебе, любимый! Он, наверное, такой дорогой? Может, лучше бы мы с тобой на новую «стиралку» отложили?

Олеся ругалась на нее:

– Полина, не валяй дурака! Не мешай мужчине за тобой ухаживать! Не мешай ему дарить тебе подарки!

Полина возмущалась:

– У нас уже совсем другие отношения! Я не из тех женщин, которые будут заставлять своего мужика пахать ради нового колечка! Знаешь, у него тоже должны быть выходные, он тоже устает! Между прочим, большую часть денег в семью приносит он!

– Семья начинается после штампа в паспорте! – жестко отвечала Леся. – А вы просто сожители! И, если так и дальше пойдет, то, скорее всего ими и останетесь!

Полина снисходительно молчала, предпочитая не ссориться с подругой. Что ее слушать? У нее-то нет ни мужа, ни любимого мужчины, ни сожителя… никого! Да, периодически она с кем-то знакомилась, встречалась, иногда дольше, иногда меньше… Но все это всегда сходило на нет. И Полина подозревала, что именно потому, что Олеся всегда выдвигала слишком высокие требования. Полина гордилась тем, что она не меркантильная, тем, что строит отношения на партнерских началах!

Однако факт оставался фактом: Стас не просто перестал за ней ухаживать, и подарки она теперь видела только по праздникам.

В конце концов, дело ведь не в подарках, по большому счету. Дело в том, что он вообще начал относиться к ней, как к какому-то постоянному явлению в своей жизни. Стас спокойно строил свою карьеру, не сомневаясь, что его женщина никуда от него не денется, а то, что из отношений медленно, но верно, испарялась близость, уходило взаимопонимание – что ж… Не может же быть всегда, как в первый год! И Полина, умная девочка, тоже должна это понимать.

Полина вроде и понимала, но никак не могла отделаться от мысли, что где-то ведь есть пары, у которых все по-другому, у которых романтика и страсть с первого дня и до гробовой доски, а не вот так вот…

А тут еще эта командировка, в которую он ее даже не подумал позвать! Этот переезд, в котором он даже не предложил свою помощь, а лишь пожал плечами: делай, как тебе удобнее! А ей пришлось всем заниматься самой: машину искать, грузчиков, вещи паковать! Стас только спросил: «Ты как, нормально устроилась? Вот и молодец! Правда не понимаю, зачем тебе это было нужно!» – и весь разговор.

А она надеялась что, когда он вернется и окажется в этой комнате, у него созреет решение, и насчет квартиры и насчет всего остального…

Конечно, Полина была совсем не в восторге от того, как сейчас все происходит, но она была не из тех, кто легко сдается. За отношения надо бороться! Это она прекрасно понимала: просто так любовь с неба не падает, в любви нельзя лениться и все пускать на самотек! Как бы еще Стасу это объяснить…

Полина уже несколько дней вот так грызла себя, переживала, дергалась от того, что не может ничего изменить прямо сейчас… И, словно почувствовав это ее напряжение, Стас позвонил:

– Привет, солнышко! Как ты там без меня? Я тут по тебе очень сильно скучаю!

Его голос был таким родным, таким теплым и ласковым, что Полина сразу оттаяла:

– Я по тебе тоже очень скучаю, любимый! Как же еще долго ждать! Я так переживаю!

– Что ты, солнышко, тут ничего не поделаешь, придется потерпеть…

Полина лишь вздохнула в ответ. Терпит она, деваться-то все равно неуда!

– Кстати, Полин, я чего звоню-то… – сказал Стас. – Там мой сослуживец едет, его командировка закончилась. Так вот, я там с ним для тебя посылочку передал, ты забери, пожалуйста. Он с тобой свяжется, когда прилетит.

– Ой, прикольно! – обрадовалась Полина. – Спасибо! А что там?

– Да ничего особенного! Заберешь – увидишь, – загадочно ответил Стас.

Полина расцвела.

– Спасибо любимый! Мне так приятно! Кстати, – она решила, что момент как раз подходящий, чтобы отпроситься, – меня тут Леська в клуб зовет поехать, развеяться. Ты как? Не против?

– Сходи, конечно, – спокойно ответил он, – ничего не имею против! Тебе давно пора отдохнуть. Ты же знаешь, я тебе доверяю!

Что верно, то верно – Стас никогда не был ревнивцем – спокойно отпускал ее одну, не проверял телефон, не копался в соцсетях, не выносил мозг за то, что забыла удалить старые фотографии, где она со своим бывшим… Но может быть именно поэтому ей ничего такого не хотелось. Такое доверие дорогого стоит, и она бы ни за что на свете не позволила бы себе потерять его!

– Знаю, любимый! Если честно, я не особо горю желанием идти… Без тебя ничего и не хочется! Вот приедешь, тогда куда-нибудь вместе сходим, хорошо?

– Обязательно! – пообещал он.

– Расскажи мне, как там у тебя и что? Город сильно отличается?

– Ой, город совсем другой! И люди другие! – оживился Стас и принялся рассказывать: – Во-первых, здесь почти все матерятся.

– Так везде матерятся, – удивилась Полина.

– Везде не так. Здесь на матах разговаривают. У нас парнишка один работает, прикольный такой, так то, как он разговаривает – это что-то фантастическое просто! Я даже думал, что он нормальных слов в принципе не знает… А потом я познакомился с его женой и оказалось, что он еще даже ничего…

– Ого! – засмеялась Поля. – Жесть!

– Это точно! Я даже одного китайца слышал, как он матерился. По-русски! Вообще, китайцев тут много… Они спокойные такие, живут сами по себе, никого не трогают… И климат другой совсем. Начало марта, у нас там еще зима, здесь тоже… Но как-то по-другому: сухо, снега нет совсем, говорят, его тут и зимой не много, хоть и холодно. Я вчера даже по набережной на велике катался! А летом жару обещают…

– Жара – это хорошо! Хоть накупаешься. Я по карте смотрела, у вас там Амур, большая река…

– Большая! – оживленно подхватил Стас. – И красивая очень! Широкая, а на той стороне сопки. Я в первый раз увидел когда, сначала подумал, что облака, а потом оказалось – сопки… Мне парни сказали, что как раз за ними Китай. Он тут близко, километров шестьдесят, кажется… Туда эти… речные теплоходы плавают. Но в Амуре купаться нельзя – вода грязная. Местные залезают иногда, но редко. Так что остывать можно только в помещении, если кондёр есть. Зато набережная – очень красивая, тебе понравилось бы! Как договорим, я тебе фотки скину…

Тут на заднем фоне у него послышались голоса и он сказал:

– Так, солнышко мое, мне пора бежать! Я тебя целую, обнимаю, очень скучаю! Я тебя люблю!

– И я тебя люблю! – эхом повторила она, но он, похоже, этого уже не услышал.

Разговор со Стасом Полину подбодрил: вот, все не так уж плохо! Прошло всего ничего, а он уже говорит, что скучает, да и по голосу слышно…

Ладно, он прав, как сложилось, так сложилось, может быть, действительно эта долгая командировка пойдет ему на пользу? По крайней мере, Полина очень сильно на это надеялась.

Почти тут же позвонила Леся:

– С кем болтаешь? Да тебя не дозвониться, как до Кремля!

– С кем, с кем, со Стасом! – Засмеялась Полина.

– А-а, ну это святое! Ладно, давай решать – ты ко мне или я к тебе?

– Зачем? – Не поняла Полина.

– Как зачем? Мы с тобой вечером идем?

– Идем, конечно!

– Ну, так собираться у кого будем – у тебя, у меня? Или ты хочешь по-отдельности?

– А нет, давай, приезжай! – Полина не сразу сообразила, что раньше у них с Лесей действительно была такая традиция: собираться вдвоем, мерять наряды, краситься, сплетничать, потягивая шампанское…

Ей стало хорошо и весело. Господи, как давно она уже вот так никуда не выходила с Леськой! И чего, спрашивается? Стас же ей никогда не запрещал!

***

– Слушай, а куда мы едем? – спросила Полина, когда они, красивые, веселые, с блестящими глазками, садились в такси. Обе были в платьях, на каблуках, обе себе нравились.

Олеся назвала клуб, про который Полина ничего не слышала.

– Еще бы! Ты же у нас затворница, он открылся уже год назад!

– Чего сразу затворница-то? – возмутилась Полина. – Я что, обязана знать все клубы, какие в городе открываются?

Но Леся приобняла ее за плечи, и, вместо того, чтобы спорить, пообещала:

– Тебе понравится!

Ей и в самом деле понравилось. Место было интересное, музыка хорошая, а дальновидная подруга забронировала столик заранее, им не пришлось толкаться у барной стойки в ожидании. Коктейли были вкусные, мужчины вокруг крутились интересные…

Это, последнее, Полину смущало: не дай Бог, кто-то решит познакомиться, вот что тогда делать?! Отшивать всех напропалую? Леська обидится – она-то явно намеревается кого-нибудь подцепить. Сидеть, улыбаться и общаться с кем-то у Стаса за спиной? Нет, ей это не подходит!

Как раз когда она с таким волнением раздумывала об этом, пытаясь придумать как в случае чего деликатно выруливать из подобной ситуации, над ухом раздалось жуткое:

– Милая девушка, вы танцуете?

Полина подняла глаза, намереваясь сказать самое твердое и решительное «Нет!», но через короткий миг узнавания удивленно и радостно воскликнула:

– Богдан?! Откуда вы здесь?

Леся застыла, не донеся бокал с коктейлем до губ, переводя заинтересованный взгляд с подруги на высокого, интересного и очень уверенного в себе мужчину, который был старше, лет, как минимум, на пятнадцать.

Любопытненько, и почему это она, лучшая подруга, и ничего о нем не знает? Леся еще раз окинула его взглядом, уже внимательно, оценивающе – хорош! Высокий, хоть и не спортивный (но таким мужчинам это и не нужно!), ухоженный, холеный, на лице самоуверенная улыбка, на висках – благородная седина (а какая еще может быть седина у такого шикарного мужика?), сдержанный парфюм вызывает приступ головокружения (не столько от аромата, сколько от его очевидной стоимости).

И шмотки у него ох какие недешевые! Уж в этом-то она разбиралась – одет Богдан был на уровне, на очень хорошем уровне, на том самом уровне, куда ей тоже страсть как хотелось бы попасть… Не чета ширпотребским порткам любимого Полиного Стасевича!

Подруга хитро ей подмигнула и отправилась на танцпол.

– Поленька, я так рад вас видеть! – искренне сказал он, с удовольствием разглядывая ее. – Вы прекрасно выглядите, просто цветете!

– Спасибо, Богдан! Мне очень приятно это слышать! – счастливо улыбнулась она, глядя в его серые, всегда будто немного прищуренные глаза. – Вы тоже выглядите на все сто!

Мужчина улыбнулся. Выглядеть на все сто он умел и знал это, но замечание девушки все равно порадовало.

– Какими судьбами вы здесь? Я давно про вас ничего не знаю… У вас все в порядке?

– Да, у меня все замечательно! – засмеялась она. – Мой… жених в командировке… – Полина намеренно назвала Стаса женихом, хотя предложение он ей пока не сделал – решила сразу показать Богдану, что по-прежнему занята. На всякий случай, мало ли… Ведь когда-то он пытался ухаживать за ней! – Вот, подруга вытащила меня развеяться, чтобы я не грустила.

Несмотря на то, что Полина так выразительно намекала ему, что несвободна, выводы, которые сделал Богдан из этих намеков, были далеки от тех, на которые она рассчитывала. Значит тот, кого она когда-то ему предпочла, до сих пор болтается в статусе жениха… Интересно, кто от кого бегает?

– Ваша подруга просто умница! – заметил он, согревая ладонью ее спину через тонкий трикотаж платья. – Я тут тоже с другом. Может быть… Вы не будете возражать, если мы составим вам компанию? Как вы на это посмотрите?

Сначала Полина хотела отказаться – вот еще! Не прошло и пяти минут, а она уже общается с другими мужчинами у Стаса за спиной! Но потом до нее дошло – это же идеальный вариант! Ведь она ясно дала Богдану понять, что занята, а он человек воспитанный и не будет переступать границ, в этом она уверена! Зато его общество надежно защитит ее от поползновений других претендентов, бродящих по клубу в поисках знакомства. Правда непонятно, зачем ему это, но она не собиралась забивать себе голову. Да и Леся будет рада, если она, что называется, «в клювике» притащит ей интересного (а главное – перспективного) мужчину!

А Макс и в самом деле оказался интересным. Правда, в плане внешности он Богдану несколько уступал, выглядел попроще, не было в нем той аристократической харизмы, но, как подозревала Полина, это с лихвой окупалось взглядом и манерами хозяина мира, и тем налетом благосостояния, который окутывал его с головы до ног – от очень дорогих туфель, до неприлично дорогих часов. У Олеси при виде Богдановского друга недвусмысленно загорелись глаза.

На их столике, где до этого вытягивали скромный дуэт пара коктейлей, почти сразу появилось шампанское, фрукты, шоколад и большой бокал с какой-то красивой янтарной жидкостью.

– Полиночка, я взял на себя смелость заказать для вас. Мне показалось – вам должно понравиться, – сказал Богдан, присаживаясь рядом (но не слишком близко) с ней на низкий кожаный диванчик. Полина подобралась – сел-то он на приличном расстоянии, но взгляды бросал уж больно заинтересованные.

«По-моему, он все-таки не понял насчет жениха!» – забеспокоилась она, и сдержанно улыбнулась, беря бокал за ножку и пробуя.

– Вкусно! Очень. А что это?

– Апероль, – сообщил Богдан, в то время как Леся выразительно закатила глаза: что ж ты, дурочка, позоришься? Этот коктейль все просвещенное общество давно уже знает! Но Полина не обратила на это внимания.

– Очень вкусно, большое спасибо!

– Ух ты! – тем временем воскликнул Макс, машинально проводя пятерней по стильно постриженным темным волосам и во все свои карие глаза разглядывая Олесю, хоть и обращался к другу. – Оказывается, после стольких лет дружбы я еще не все про тебя знаю, Богдан? Ты не говорил, что у тебя есть такие симпатичные знакомые!

– Говорил-говорил! – ответил Богдан. – Помнишь, я тебе рассказывал, как одна автоледи протаранила мой бампер?

– А, так это ты? – хохотнул Макс, бросив на Полину веселый взгляд, от чего ее щеки загорелись смущенным румянцем. Впрочем, он тут же снова переключился на Лесю, которая явно его «зацепила».

– Да, Полина – это та самая милая девушка. Правда, с ее подругой я, к сожалению, не знаком.

– Меня зовут Олеся, – непосредственно представилась та.

– Очень приятно познакомиться! – тут же отреагировал Макс, потянувшись к ней бокалом.

Олеся повторила его движение, легко звякнув стеклянными боками друг о друга. В ее глазах прыгали чертики – еще бы, такой видный мужчина, так откровенно на нее «запал»!

– Вы здесь по какому поводу? – поинтересовался Макс, и Полина тут же поспешила ответить:

– Мой жених уехал в командировку, и мы решили устроить небольшой девичник, – она решила, что не будет лишним еще раз обозначить свой почти замужний статус. На всякий случай.

Олеся, отклонившись так, чтобы мужчины ее не видели, скорчила за их спинами подруге рожицу, которая выражала следующее: «Ты зануда, дорогая!». Но Полина хулиганскую выходку подруги проигнорировала. Ей было важно главное: дать Богдану понять, что ситуация не изменилась, и максимум, что она может позволить себе – это такие вот дружеские посиделки в компании.

Однако довольно быстро ее беспокойство улеглось. Богдан понимал ее состояние лучше, чем ей показалось сначала, он умудрялся одновременно демонстрировать, что она ему нравится, и в то же время соблюдать незримую границу. Она смогла расслабиться и получать от встречи удовольствие, так что вечер прошел вполне себе миленько – мужчины оказались галантными, взрослыми, без юношеских «закидонов». Это было приятно Полине, и приводило в полный восторг Олесю, которая все больше и больше демонстрировала другу Богдана Максу свое расположение. Она явно сделала на него ставку и, насколько Полина ее знала, подруга своего не упустит!

– Что ж, Олеся, – тем временем заговорил Макс, – про Полину мы кое-что знаем, а ты у нас, получается, самая темная лошадка? Может, расскажешь что-нибудь о себе?

– Что конкретно вас интересует? – поинтересовалась та с обворожительной улыбкой. Полина, глядя на подругу в этот момент вдруг поняла весь смысл выражения: «пронзительный взгляд» – серые глаза, в меру подчеркнутые аккуратными игривыми стрелочками, словно прошивали Макса насквозь, с каждым стежком все ближе подтягивая его к самоуверенной кокетке. – Карьера, увлечения, семейное положение?

– Ну, с семейным положением и так все ясно, – категорично заявил Макс, – про карьеру и хобби можно послушать попозже… А вот скажи-ка мне, красавица, как бы ты себя охарактеризовала мужчине, который захотел бы с тобой встречаться?

Полина заинтересованно переводила взгляд с одного лица на другое. А он даром времени не теряет, этот Макс! Ну, Лесенька, и что же ты будешь отвечать этому самоуверенному типу?

Но Лесю так просто было не смутить.

– Я бы ему сказала, что я меркантильная самолюбивая эгоистка! – с вызовом ответила она и добавила: – Так что если он ищет тихую и покорную девочку, которая будет его боготворить, причем совершенно бескорыстно, то пусть лучше не тратит свое и мое время!

Полина уставилась на нахалку во все глаза, уверенная, что сейчас ей от Макса «прилетит», но тот весело, и даже как-то восхищенно протянул:

– Ого, какая пугающая откровенность!

– А вас так легко испугать? – вскинула подбородок Леся.

Макс подвигал челюстью, пристально посмотрел на нее и усмехнулся.

– Вызов принят! – тихонечко, в самое ушко Полине прокомментировал Богдан.

– Что ж, такая откровенность дорогого стоит…

– Это точно! – не стала скромничать Леся. – Намного лучше, чем если вам сначала врут про высокую и чистую любовь, на потом начинают рассказывать печальные сказки о том, что телефон сломался, или карточка потерялась, а то самое единственное красивое платьишко случайно прожглось утюгом…

В тот вечер Полина не раз убедилась, что она не слишком хорошо разбирается в людях. Она была уверена, что в ответ на такую циничную откровенность Макс скиснет и Олеся останется не у дел, но выходило совсем наоборот: он смотрел на свою новую знакомую все более и более заинтересованно.

К тому моменту, когда вся компания решила, что пора закругляться, Макс и Леся успели существенно продвинуться в своих взаимоотношениях, и Полине даже на какой-то момент показалось, что подруга готова уехать в эту ночь с новым знакомым.

Но та, порядком удивив ее, сама первая заявила, что пора по домам. Мужчины заботливо усадили их в такси и стребовали обещание позвонить, когда подруги доберутся до дома.

На прощание Богдан целомудренно поцеловал Полину в щечку, на миг заставив испугаться, когда ей показалось, что метит он в губы, и оставив чувство легкой досады, что это не так. Все-таки он ей немножко нравился…

– Если ты мне немедленно не расскажешь, откуда ты его знаешь, меня просто взорвет! – воскликнула Олеся, блаженно откидываясь на спинку сиденья и непринужденно стаскивая сапожки. – О-о-о, как ноги устали!

– Да я тебе про него рассказывала! – отмахнулась Полина. Подумала-подумала, и тоже разулась.

– Полиночка! Если бы ты мне рассказывала про такого мужика, поверь, я бы это точно не забыла!

– Да рассказывала я тебе! Помнишь ту историю, когда я своей машиной чужой бампер таранила?

– Помню… Так это что, он?!

***

История с машиной случилась почти четыре года назад. Тогда она решила, что хватит правам валяться где-то в ящике стола, пора осваивать искусство вождения! Тем более что Стас, с которым у них тогда вовсю пылал страстный роман, обожал машины, и Полине казалось, что, став крутым водителем, она будет нравиться ему еще больше.

Беда была в том, что между выпуском из автошколы и ее решением прошло уже немало времени, и те куцые навыки, которые ей прилежно прививал инструктор, давно порастерялись.

Полина тогда рассудила так: можно взять кредит и купить хорошую дорогую машину. Но! Учиться на ней будет страшно, а попасть в какую-нибудь дорожную ситуацию (она как-то даже не сомневалась в том, что это произойдет) – по меньшей мере, обидно!

Поэтому она выбрала другой вариант: взять что попроще, что не жалко, «набить руку», а после этого уже пересаживаться на хорошие колеса.

Это решение стало одной из самых больших ее ошибок.

Попросить Стаса о помощи в выборе автомобиля она постеснялась. Кроме того, ей хотелось, чтобы это был сюрприз, чтобы она однажды сказала бы ему что-то вроде: «Давай сегодня я тебя отвезу!». Вот бы он удивился! А у них стало бы еще одной совместной темой больше…

Поэтому, вместо того, чтобы обратиться за помощью к мужчине, который прекрасно в этом разбирался, Полина начиталась информации в интернете о том, как правильно выбрать машину, на что там посмотреть, что проверить – тщательно изучила картинки и даже видео. Пасмурным и неожиданно теплым сентябрьским утром она в гордом одиночестве отправилась на авторынок.

Там быстро выяснилось, что есть огромная разница, между видео, где сведущий человек тыкает пальцем в нужные запчасти, попутно доходчиво комментируя, что это такое, и реальностью, где, выполнив ее просьбу: «А поднимите, пожалуйста, капот!», продавец, засунув руки в карманы, принялся покуривать, безмятежно уставившись в голубую даль.

Полина с умным видом склонилась к мотору: ей удалось опознать крышку, под которую полагалось заливать масло, аккумулятор и свечи – это все, что она запомнила из самостоятельно проведенного ликбеза. Тем не менее, помня все наказы и заветы, она поинтересовалась у продавца, готов ли он загнать машину на яму. Тот, все так же равнодушно пожимая плечами, ответил:

– Пожалуйста!

Осмотр на яме позволил ей с уверенностью убедиться лишь в том, что у машины наличествуют все четыре колеса. Еще она обратила внимание, что на арках и порожках поселилась коррозия. Впрочем, ее-то особо никто и не прятал, и это послужило для девушки знаком того, что продавец честный, товар показывает таким, какой он есть. Да и просил он совсем недорого…

Покупку оформили тут же, на рынке, и все это заняло не так уж много времени. Полина получила документы, ключи и встала перед очередной проблемой, которая волновала ее едва ли не больше, чем сама покупка – от авторынка теперь надо было как-то доехать домой.

К этому она тоже готовилась со всей ответственностью, чуть ли не больше, чем к самой покупке: несколько дней безжалостно гоняла себя по экзаменам ПДД онлайн, повторяя все правила дорожного движения, пока не запомнила ответ на каждый вопрос. Тщательно выстроила маршрут, стараясь до минимума сократить количество левых поворотов, которых боялась как огня. Тщательно, до автоматизма, вызубрила последовательность действий: сесть, подогнать сиденье, пристегнуться, проверить зеркала, запустить двигатель, включить ближний свет… Но все равно было очень страшно!

Машина казалась ей большой и угловатой, габариты она чувствовала плохо. Трафик выглядел безумно: куда мчатся все с такой космической скоростью? Ей пару раз посигналили, когда она слишком медленно поворачивала, но в целом все прошло весьма неплохо. Почти до самого конца…

Ехать оставалось минуты три от силы. Полина так перенервничала, что у нее разболелась голова, и она успокаивала себя тем, что вот сейчас припаркует машину и обязательно сходит в магазин за винишком – снять стресс. Осталось каких-то двести метров, вон, уже и поворот в ее двор виднеется. Однако в этот момент машина предательски взрыкнула мотором и встала как Сивка-Бурка, прямо посреди проспекта!

Как так, что это?! Полина трясущимися руками поворачивала ключ в зажигании, но мотор словно умер. Вокруг злобно сигналили, она врубила «аварийку», выскочила на проезжую часть, достала из багажника и быстренько установила красный треугольник, после чего открыла капот и горестно под него уставилась. Что за хрень? Что все это значит? Что себе позволяет эта адская техника?

Ну и толку? Что она хочет здесь увидеть? А если даже и увидит – у нее ни инструментов, ни знаний… В этот момент рядом с ней остановился черный джип, сияющий лаком и хромом, из которого вышел высокий мужчина с породистым лицом и присыпанными легкой сединой висками. Одет он был просто – джинсы, толстовка цвета благородного маренго, на ногах кроссовки – просто, но дорого, это чувствовалось, хоть и не бросалось в глаза.

– Девушка, вам помочь?

Оказывается, иногда ангелы могут выглядеть и как прекрасно упакованный мужик в самом расцвете. А ей-то казалось, что подобные небожители не ездят по спальным районам, не обращают внимания на проблемы простых смертных, и уж тем более не предлагают помощь дурехам на битых жизнью колымагах…

– Да!! – воскликнула Полина, готовая обнять и расцеловать его уже за одно то, что не стал сигналить, как бешеный, а остановился и проявил участие.

– Что у вас случилось? – поинтересовался мужчина, бросая взгляд под капот. На самом деле он и проехал бы мимо, да у девушки больно симпатичная, хоть и растерянная, была мордашка.

– Я не знаю! – честно призналась она. Мужчина склонился над мотором, потом сел за руль, попробовал повернуть ключ в зажигании, и сообщил:

– М-да… Боюсь, что сейчас на месте мы ничего не решим… Надо вызывать эвакуатор.

– Эвакуатор? – растерялась она.

– Да. А что такое? Он погрузит вашу машину и отвезет куда надо.

– Но… – она озадаченно смотрела то на мужчину, то на поворот во двор, до которого было ну просто рукой подать. И что же, ради этого целый эвакуатор звать?!

– Тут мой двор за поворотом… – смущенно пробормотала Полина.

– А-а-а… Хотите, чтобы я вам ее дернул?

– Дернул?

– Да, на тросе, вы когда-нибудь ездили?

Полина подумала, что если она сейчас скажет «нет», то он развернется и уедет, и она останется одна на этой дороге, с этой глыбой металла, которая непонятно чего от нее хочет!

Она уверенно соврала:

– Да! – молясь про себя, чтобы ничего страшного не произошло.

– Что ж, замечательно! Вам повезло, что я к друзьям за город еду, в этой машине у меня даже трос есть. Вас как зовут?

– Полина.

– Очень приятно, а меня Богдан.

– И мне очень приятно! – с чувством ответила она.

Пока мужчина закреплял трос на обоих транспортных средствах, Полина отметила про себя, что он не боится заляпать ни свою дорогую одежду, ни свои холеные руки. А еще она была ему очень благодарна за то, что он словно взял ее под свое покровительство, занялся решением ее проблемы, позволив ей выдохнуть: «Он знает, что делает!».

– Ну вот, готово! Если хотите, я могу даже оттащить вас до ближайшего автосервиса.

– Нет! – испугалась Полина. Мысль о том, что она проведет еще какое-то время в автосервисе, показалась ей отвратительной, а предположение, что машину сразу починят и ей придется сегодня снова сесть за руль – и вовсе кошмарной.

Она очень устала и перенервничала за этот день, и хотела только одного: поставить автомобиль на стоянку и на некоторое время забыть о нем.

– Нет, – повторила она спокойнее. – Во-он там, в конце дома поворот в мой двор. Можно мы оттащим ее туда? Я… Я хочу просто запарковать ее.

– Хорошо, Полина, – кивнул он, улыбаясь, – как скажете.

Они расселись по своим машинам, Богдан коротко посигналил и надавил на газ. Тронулись они очень плавно, но вскоре Полина снова запаниковала: куда он торопится? Она с ужасом смотрела на шкалу спидометра – двадцать, тридцать, сорок… Куда он спешит, им же поворачивать в конце дома? Может он неправильно понял, где надо свернуть?

Но оказалось, что понял он все правильно потому, что она заметила, как он сбрасывает скорость и мигает поворотником, и в панике и бухнула ногой в педаль тормоза. К ее ужасу тормоз стоял колом, и реагировать не хотел.

Задний бампер его красивой, а главное дорогостоящей, машины стремительно приближался, Полина принялась панически сигналить и моргать фарами в надежде, что он догадается и отъедет, но все равно через пару секунд раздался этот жуткий звук: «тыдыщ»!

Черный автомобиль остановился, постоял, подумал, и мягко, уже намного спокойнее, двинулся дальше. Поворот во двор они преодолели даже неплохо, однако, когда перед стоянкой он начал останавливаться, Полина снова судорожно надавила на педаль тормоза, но она, собака такая, даже не шевелилась, а наступить на нее со всей силы Полина побоялась – вдруг что-нибудь отломает?! Зажмурившись, она снова услышала, пусть не «тыдыщ», но все равно вполне заметный «тюк»…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.